Постановление № 44У-77/2018 4У-831/2018 от 12 августа 2018 г. по делу № 1-13/2018

№ 44у-77/18


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

президиума Саратовского областного суда

13 августа 2018 года г. Саратов

Президиум Саратовского областного суда в составе

председательствующего Аниканова А.К.,

членов президиума: Васильевой Т.Г., Елкановой И.А., Ляпина О.М.,

ФИО1,

при секретаре Айткалиевой А.С.

рассмотрел уголовное дело по кассационным жалобам с дополнениями к ним осужденных ФИО2 и ФИО3 на приговор Ленинского районного суда г. Саратова от 08 февраля 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Саратовского областного суда от 03 мая 2018 года.

Приговором Ленинского районного суда г. Саратова от 08 февраля 2018 года

ФИО2, <данные изъяты> судимый:

- 14 апреля 2005 года приговором Заводского районного суда г.Саратова с учетом изменений, внесенных постановлениями Энгельсского районного суда Саратовской области от 27 августа 2009 года и 05 марта 2012 года, по п. «а» ч.3 ст.158, ч.1 ст.161 (2 эпизода), ч.1 ст.159 (6 эпизодов), ч.3 ст.30 - п.п. «в, г» ч.2 ст.161, п.п. «а, в, г» ч.2 ст.161 (12 эпизодов), ч.1 ст.158, п. «в» ч.2 ст.158, ч.2 ст.159 (5 эпизодов), п.п. «в, г» ч.2 ст.161 (19 эпизодов), ч.3 ст.162 (11 эпизодов), п. «г» ч.2 ст.161 УК РФ, на основании ч.3 ст.69 УК РФ к 9 годам 5 месяцам лишения свободы, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, освободившийся 12 сентября 2013 года по отбытии наказания;

- 04 июля 2017 года приговором мирового судьи судебного участка № 1 Саратовского района Саратовской области с учетом изменений, внесенных апелляционным постановлением Саратовского районного суда Саратовской области от 08 сентября 2017 года, по ч.1 ст.119 УК РФ к 9 месяцам лишения свободы, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима;

- 30 ноября 2017 года приговором Ленинского районного суда г. Саратова по ч.2 ст.297 УК РФ к 1 году 6 месяцам исправительных работ с удержанием 10 % из заработной платы осужденного в доход государства, на основании ст.70 УК РФ к 7 месяцам лишения свободы, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима,

осужден по п.п. «а, г» ч.2 ст.161 УК РФ к 6 годам лишения свободы. На основании ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказания с наказанием, назначенным приговором Ленинского районного суда г.Саратова от 30 ноября 2017 года, окончательно ФИО2 определено 6 лет 1 месяц лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

ФИО3, <данные изъяты> судимая:

- 11 августа 2016 года приговором Кировского районного суда г. Саратова по ч.1 ст.228 УК РФ к 1 году 2 месяцам ограничения свободы. На основании постановления Волжского районного суда г. Саратова от 02 октября 2017 года неотбытая часть наказания в виде ограничения свободы заменена на лишение свободы сроком на 1 месяц 25 суток, наказание отбыто,

осуждена по ч.1 ст.232 УК РФ к 2 годам лишения свободы, п.п. «а, г» ч.2 ст.161 УК РФ к 5 годам лишения свободы. На основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно ФИО3 назначено 5 лет 1 месяц лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Саратовского областного суда от 03 мая 2018 года приговор в отношении ФИО3 изменен, судом определено:

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку, как на доказательства, на протоколы очных ставок между обвиняемой ФИО3 и потерпевшими Д., Л. (т.1 л.д. 98-101, 102-105);

- в соответствии с п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ признать в качестве смягчающих наказание обстоятельств ФИО3 по пп. «а, г» ч.2 ст.161 УК РФ - активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления;

- смягчить назначенное ФИО3 наказание по пп. «а, г» ч.2 ст.161 УК РФ УК РФ до 4 лет лишения свободы.

На основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний по ч.1 ст.232, пп. «а, г» ч.2 ст.161 УК РФ, окончательно назначить ФИО3 наказание в виде 4 лет 1 месяца лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

В остальном приговор оставлен без изменения.

В кассационной жалобе с дополнением к ней осужденная ФИО3, не оспаривая доказанность вины и правильность квалификации своих действий по ч.1 ст.232 УК РФ, не соглашается с приговором в части осуждения по п.п. «а, г» ч.2 ст.161 УК РФ. Считает, что судом не были установлены все значимые обстоятельства для правильного разрешения дела, в том числе время совершения преступления. Ссылаясь на показания Г. от 23 марта 2017 года (т.1 л.д.45-46) и залоговый билет ломбарда (т.1 л.д. 46-47), указывает, что преступление не могло быть совершено 25 января 2017 года, поскольку Г. был в ломбарде в 01.30 часов 26 января 2017 года. Отмечает, что следствием и судом не установлено время и место вступления в предварительный сговор. Оспаривая обоснованность осуждения за хищение чужого имущества с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, считает, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Анализируя материалы уголовного дела, указывает, что на очной ставке, проведенной между ней и С. (т.1 л.д.94-97), ФИО2 и С. (т.1 л.д. 144-148), потерпевшая не говорила о хищении денежных средств, телефоне и золотых украшениях; в рапорте от 26 января 2017 года (т.1 л.д.5) указано только о хищении золотой цепочки и денег; магазин, в котором С. якобы купила 25 января 2017 года золотые изделия, не установлен; в ломбарде похищенное имущество не обнаружено (т.3 л.д.87-88). Обращает внимание, что С. и Г. были знакомы и находились наедине в ванной комнате около 20 минут, однако данному обстоятельству судом не дано никакой оценки. Указывает, что акт личного досмотра Г., в ходе которого у него изъят залоговый билет ломбарда «Победа», не может являться доказательством ее вины, поскольку подтверждает лишь сдачу Г. в ломбард своего личного телефона «Самсунг». Отмечает, что она насилия к потерпевшим не применяла, денежные средства и золото у них не требовала. Обращает внимание, что суд, ссылаясь на акт личного досмотра Г., неверно указал в приговоре т.1 л.149-152, поскольку на данных листах дела находится протокол очной ставки между ФИО2 и Д. Считает, что в основу приговора положены недопустимые доказательства, в том числе ее первоначальные показания (т.1 л.д.68-72), которые отобраны в отсутствие защитника. Не соглашаясь с заключением эксперта о стоимости похищенного имущества, указывает, что стоимость золотой цепочки и креста завышена экспертом. Отмечает, что показания потерпевших искажены в приговоре, а очные ставки, проведенные между ФИО2 и С. (т.1 л.д.144-148), ФИО2 и Д. (т.1 л.д.149-152) вообще не отражены в приговоре. Указывает, что просила следователя приобщить к материалам уголовного дела выписку из 2-й Советской больницы и медицинское заключение, свидетельствующие о том, что в <адрес> ей был причинен вред здоровью, однако следователь необоснованно отказал ей в этом, пояснив, что это только усугубит её положение. Ссылаясь на имеющиеся в материалах дела снимки телесных повреждений и постановление Ленинского районного суда г.Саратова от 29 января 2017 года, которым ей заменена мера пресечения в связи с состоянием здоровья, указывает, что судом не дано никакой оценки данным обстоятельствам. Считает неправильной дату вынесения приговора 08 февраля 2017 года, поскольку приговор был оглашен 09 февраля 2018 года, что подтверждается протоколом судебного заседания. Ссылаясь на наличие у нее тяжелых хронических заболеваний и 2 группы инвалидности, на состояние здоровья ее матери, у которой сломан позвоночник, на нахождение на иждивении малолетнего ребенка, просит изменить приговор и заменить ей неотбытую часть наказания более мягким видом наказания или отсрочить отбывание наказания.

В кассационной жалобе с дополнениями к ней осужденный ФИО2, выражая несогласие с состоявшимися в отношении него судебными решениями, считает их незаконными, необоснованными и подлежащими отмене. Полагает, что его вина в совершении инкриминируемого преступления не доказана, а выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Указывает, что судом не установлены дата и время совершения преступления. Ссылаясь на материалы уголовного дела, в частности на заявление потерпевшей С. о преступлении, постановление о возбуждении уголовного дела, показания Г., ФИО3, на залоговый билет ломбарда, указывает, что в данных документах имеются противоречия во времени совершения преступления, которые не были устранены судом. Анализируя материалы уголовного дела, приводит свою оценку доказательств. Считает недопустимым доказательством протокол допроса обвиняемой ФИО3 (т.1 л.д.68), поскольку в нем отсутствует подпись последней, удостоверяющая, что протокол ею прочитан и с ее слов записано верно. Также отмечает, что подписи ФИО3 на каждом листе протокола допроса разные, а на листе 68 отсутствует подпись защитника Скибы, который формально присутствовал при допросе ФИО3 Оспаривая обоснованность осуждения в части хищения группой лиц по предварительному сговору денежных средств и золотых изделий, отмечает, что в рапорте от 26 января 2017 года ничего не сказано о пропаже денежных средств и золотых сережек с крестиком; на очной ставке, проведенной между ним, С. и Л., последние также об этом не говорили; магазин, в котором С. якобы купила пропавшие золотые изделия, не установлен; залоговый билет ломбарда «Победа», изъятый у Г., подтверждает лишь сдачу в ломбард его личного телефона «Самсунг»; в ломбарде «Победа» также не обнаружено данных золотых изделий; видеозапись с камер наблюдения, изъятая в ломбарде, к материалам уголовного дела не приобщена. Обращает внимание, что С. находилась наедине с Г. в ванной комнате около 20 минут, однако данному обстоятельству не было дано никакой оценки. Считает, что из описательно-мотивировочной части приговора необходимо исключить ссылку на акт личного досмотра Г., поскольку согласно протоколу судебного заседания данное доказательство в судебном заседании не исследовалось. Ссылаясь на протокол очной ставки, проведенной между потерпевшим Л. и обвиняемым Г., указывает, что данное доказательство свидетельствует о его невиновности. Считает недопустимым доказательством протокол опознания его потерпевшей С., поскольку он не соответствует требованиям ст.193 УПК РФ и имеет признаки фальсификации. Не соглашаясь с заключением эксперта о стоимости похищенного имущества, отмечает, что оценка имущества произведена не на день его хищения, а на день проведения экспертизы 26 января 2017 года, и стоимость имущества завышена экспертом. Выражая несогласие с произведенной судом оценкой доказательств, указывает, что суд не привел в приговоре мотивов, по которым одни доказательства признаны достоверными и положены в основу приговора, а другие отвергнуты. Указывая, что ФИО3 употребляет наркотические средства, считает, что суд обязан был назначить в отношении нее экспертизу для определения достоверности ее показаний. Считает, что судебное разбирательство проведено с нарушением его права на защиту, поскольку он был удален из зала судебного заседания, а показания допрошенных в его отсутствие лиц ему оглашены не были. Считает, что судом было необоснованно отказано в удовлетворении ряда его ходатайств, в том числе об обеспечении явки в судебное заседание для дачи показаний содержащегося под стражей обвиняемого Г. Указывает, что суд апелляционной инстанции также необоснованно отказал в удовлетворении его ходатайств, в том числе о вызове и допросе в качестве свидетелей понятых и работников ломбарда. Обращает внимание, что в отношении него не проводилась психиатрическая экспертиза для определения, в каком состоянии он находился в момент совершения инкриминируемого деяния. Указывает, что суд не исследовал и не учел его характеристику с места жительства. Считает неправильной дату вынесения приговора 08 февраля 2017 года, поскольку приговор был оглашен 09 февраля 2018 года, что подтверждается протоколом судебного заседания. Просит отменить состоявшиеся в отношении него решения и направить дело на новое судебное разбирательство с изменением территориальной подсудности рассмотрения уголовного дела.

Заслушав доклад судьи областного суда Бородиной С.А., изложившей содержание обжалуемых приговора и апелляционного определения судебной коллегии, доводы кассационных жалоб с дополнениями к ним осужденных ФИО2 и ФИО3, мотивы вынесения постановления о передаче кассационных жалоб для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции, выступление осужденных ФИО2 и ФИО3 и ее адвоката Прошаковой Т.С., поддержавших доводы кассационных жалоб, мнение заместителя прокурора Саратовской области Светового О.Г., полагавшего апелляционное определение отменить с направлением дела на новое апелляционное рассмотрение, президиум

установил:

Приговором суда ФИО3 и ФИО2 признаны виновными в совершении в ночь с 25 на 26 января 2017 года грабежа, то есть открытого хищения чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья.

Также ФИО3 признана виновной в систематическом предоставлении в период с 20 сентября по 16 ноября 2016 года помещения для потребления наркотических средств.

Преступления ими совершены в г.Саратове при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Проверив уголовное дело, изучив доводы кассационных жалоб осужденных ФИО2 и ФИО3, президиум приходит к следующему.

В соответствии с ч.4 ст.7 УПК РФ определение суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным.

Согласно ч.3 ст.389.28 УПК РФ в апелляционных определении, постановлении указываются краткое изложение доводов лица, подавшего апелляционную жалобу и мотивы принятого решения.

Названные предписания уголовно-процессуального закона не предоставляют суду апелляционной инстанции возможность игнорировать или произвольно отклонять доводы жалобы, не приводя фактические и правовые мотивы отказа в удовлетворении заявленных требований, поскольку мотивировка решения суда, во всяком случае, должна основываться на рассмотрении конкретных обстоятельств, нашедших отражение в материалах дела и дополнительно представленных сторонами материалах, а также на нормах материального и процессуального права, - иначе не может быть обеспечено объективное и справедливое разрешение уголовного дела.

Вместе с тем судом апелляционной инстанции указанные требования закона при рассмотрении апелляционной жалобы осужденной ФИО3 на приговор суда выполнены не были.

Как усматривается из материалов уголовного дела, предметом рассмотрения судебной коллегии по уголовным делам Саратовского областного суда была в том числе, апелляционная жалоба осужденной ФИО3, в которой она приводила довод о неправильном указании судом даты вынесения приговора, однако этот довод суд апелляционной инстанции должным образом не исследовал и не дал на него ответ в апелляционном определении.

Вместе с тем, из протокола судебного заседания следует, что суд удалился «в совещательную комнату 08 февраля 2018 года в 15 часов 10 минут для принятия решения ориентировочно до 18 часов 00 минут 08 февраля 2018 года. По возвращении из совещательной комнаты приговор постановлен и провозглашен, постановления вынесены и оглашены в 09 часов 30 минут 08 февраля 2018 года».(т.7 л.д. 155 –оборот).

Из приговора следует, что он вынесен 08 февраля 2018 года ( т.7 л.д.157). Однако из протокола судебного заседания видно, что «открытое судебное заседание объявлено оконченным 09 февраля 2018 года в 9 часов 55 минут.»

В апелляционной жалобе осужденная ФИО3 указывала, что дата вынесения приговора - 08 февраля 2018 года не соответствует действительности, что приговор вынесен 09 февраля 2018 года (т.8 л.д.37). Суд первой инстанции, рассмотрев указанную дополнительную жалобу, как фактически содержащую замечания на протокол судебного заседания, своим постановлением от 16 марта 2018 года (т.8 л.д.41) в удостоверении правильности замечаний отказал.

При таких обстоятельствах, суду апелляционной инстанции следовало проверить дату вынесения приговора и в случае необходимости внести в него соответствующие изменения.

Таким образом, нерассмотрение судом апелляционной инстанции указанного выше довода апелляционной жалобы ФИО3 является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, а именно ст.389.28 УПК РФ, поскольку апелляционное определение должно содержать мотивы принятого решения по всем доводам апелляционной жалобы.

Невыполнение судом апелляционной инстанции требований ст.389.28 УПК РФ является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, повлиявшим на законность и обоснованность состоявшегося судебного решения.

Кроме того, суд апелляционной инстанции, помимо апелляционных жалоб осужденных ФИО3 и ФИО2, рассмотрел апелляционное представление прокурора, которое поступило в Ленинский районный суд г.Саратова 28 апреля 2018 года (т.9 л.д.282), а отправлено согласно штемпеля на конверте 26 февраля 2018 года (т.9 л.д. 285), то есть с пропуском срока на апелляционное обжалование, и вопрос о восстановлении срока на его подачу, судом первой инстанции не рассматривался.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции не вправе был рассматривать указанное представление прокурора.

При таких обстоятельствах президиум находит, что апелляционное определение нельзя признать законным, в связи с чем оно подлежит отмене с передачей уголовного дела на новое апелляционное рассмотрение, в ходе которого необходимо устранить допущенные нарушения и, проверив доводы жалоб, принять решение в соответствии с требованиями закона.

При этом президиум не входит в обсуждение иных доводов кассационных жалоб осужденных ФИО2 и ФИО3, поскольку в силу ч.7 ст.401.16 УПК РФ не вправе предрешать выводы, которые могут быть сделаны судом апелляционной инстанции при повторном рассмотрении данного уголовного дела.

В связи с отменой апелляционного определения и направлением дела на новое апелляционное рассмотрение президиум с учетом положений ст.108 УПК РФ, принимая во внимание, что ФИО2 и ФИО3 обвиняются в совершении тяжкого преступления, могут вследствие этого скрыться от суда и таким образом воспрепятствовать производству по делу, полагает необходимым избрать в отношении них меру пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца, то есть до 13 октября 2018 года включительно.

Руководствуясь ст.401.14, 401.15 УПК РФ, президиум Саратовского областного суда

постановил:

1. Кассационные жалобы осужденных ФИО2 и ФИО3 удовлетворить частично.

2. Апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Саратовского областного суда от 03 мая 2018 года отменить, передать уголовное дело в отношении ФИО2 и ФИО3 на новое апелляционное рассмотрение в судебную коллегию по уголовным делам Саратовского областного суда в ином составе судей.

3. Меру пресечения ФИО2 и ФИО3 избрать в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца, то есть до 13 октября 2018 года.

Председательствующий А.К. Аниканов