Приговор № 1-363/2017 от 16 августа 2017 г. по делу № 1-363/2017

Дело № 1-363/17

17 августа 2017 года Санкт-Петербург


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

(извлечение для размещения на Интернет-сайте суда)

Калининский районный суд Санкт-Петербурга в составе председательствующего судьи Бердиковой О.В.,

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Калининского района Санкт-Петербурга ФИО1,

потерпевшей П.,

подсудимого ФИО2,

защитника – адвоката Марченко Н.Г., представившего удостоверение № 5556 и ордер № А 1692517,

при секретаре Севковой А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению ФИО2, ранее судимого:

11 июля 2008 года Выборгским районным судом Санкт-Петербурга, с с учетом постановления Невского районного суда Санкт-Петербурга от 25 апреля 2013 года по ст. 161 ч.1, 162 ч.1, 161 ч.1, 30 ч.3, 161 ч.1, 161 ч.2 п. «г», 161 ч.1, 228 ч.1 УК РФ с применением ст. 69 ч.3 УК РФ к 3 годам 4 месяцам лишения свободы, без штрафа, освобожденного условно-досрочно;

30 июня 2011 года Калининским районным судом Санкт-Петербурга по ст. 228 ч.1 УК РФ с применением ст. 79, 70 УК РФ к 2 годам лишения свободы,

23 сентября 2011 года Калининским районным судом Санкт-Петербурга, с учетом кассационного определения Санкт-Петербургского городского суда от 03 мая 2012 года и постановления Невского районного суда Санкт-Петербурга от 25 апреля 2013 года, по ст. 161 ч. 2 п. «г» УК РФ (в редакции Федерального закона от 07 марта 2011 года) с применением ст. 69 ч.5 УК РФ к 4 годам 5 месяцам лишения свободы, без штрафа и без ограничения свободы, освобожденного 08 июля 2015 года условно-досрочно, неотбытый срок 3 месяца 13 дней,

Осужденного 13 февраля 2017 года Калининским районным судом Санкт-Петербурга по ст. 158 ч.2 п. «в» УК РФ к 2 годам лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком 3 года;

По стражей содержащегося с 19 октября 2016 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Вину ФИО2 в совершении убийства, то есть умышленного причинения смерти другому человеку, а именно:

ФИО2 в период времени с 04 часов 25 минут 17 октября 2016 года до 11 часов 10 минут 18 октября 2016 года, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь по адресу: Х, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений Ш., действуя умышленно, с целью убийства последней, осознавая, что от его действий может наступить смерть Ш., и желая наступления данных последствий, нанес кулаками рук, обутыми ногами и металлической тростью не менее 63 ударов в область расположения жизненно-важных органов потерпевшей - голову, шею, живот, верхних и нижних конечностей, причинив своими преступными действиями потерпевшей следующие повреждения:

- закрытую тупую травму шеи и груди, включающую в себя: <…..>. Указанные повреждения по признаку опасности для жизни квалифицируются как тяжкий вред здоровью и состоят в прямой причинной связи со смертью.

- на голове: <…..>, которые не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной утраты общей трудоспособности и расцениваются как повреждения не причинившие вред здоровью.

- на животе: <…..> и расцениваются как повреждения не причинившие вред здоровью.

- на правой верхней конечности: <…..>, которые не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной утраты общей трудоспособности и расцениваются как повреждения не причинившие вред здоровью.

- на левой верхней конечности: <…..>, которые не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной утраты общей трудоспособности и расцениваются как повреждения не причинившие вред здоровью.

- на спине: <…..>, которые не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной утраты общей трудоспособности и расцениваются как повреждения не причинившие вред здоровью.

- на правой нижней конечности: <…..> и расцениваются как повреждения не причинившие вред здоровью.

- на левой нижней конечности: <…..> и расцениваются как повреждения не причинившие вред здоровью.

- закрытый многооскольчатый перелом правой бедренной и малоберцовой костей, закрытый многооскольчатый перелом левой бедренной и малоберцовон костей, которые влекут за собой стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть и расцениваются как тяжкий вред здоровью.

Смерть Ш. наступила в вышеуказанный период времени на месте происшествия - кв.Х от тупой закрытой травмы шеи и груди с надломами и трещинами перстневидного хряща, с множественными двусторонними переломами ребер, с ушибом правого легкого, осложнившихся развитием нарастающей дыхательной недостаточности.

В судебном заседании подсудимый ФИО2 вину в совершении преступления признал и показал, что 17 октября 2016 года около 12 часов 00 минут употреблял спиртные напитки с – Ш. После чего пошел в гости к О., где также употреблял спиртные напитки. Около 17 часов 00 минут вернулся домой, где продолжил употреблять спиртное. После этого у них начался словесный конфликт с Ш., которая его оскорбляла. Он просил Ш. успокоиться, но она продолжала кричать на него. Разозлившись, он начал наносить Ш. удары, наносил удары кулаками, обутыми в кроссовки ногами, а также металлической тростью, количество нанесенных ударов не помнит, поскольку находился в состоянии алкогольного опьянения.

Вина ФИО2 в совершении преступления подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами:

Рапортом об обнаружении признаков преступления от 18 октября 2016 года, согласно которому 18 октября 2016 года в 11 часов 10 минут в кв.Х обнаружен труп Ш. с признаками насильственной смерти (л.д. 11 том № 1);

Протоколом осмотра места происшествия, фототаблицей к нему и регистрационной картой трупных изменений от 18 октября 2016 года, из которых следует, что 18 октября 2016 года была осмотрена кв.Х и труп Ш. со множественными телесными повреждениями; в ходе осмотра места происшествия изъяты, в том числе, 1 вырез со следами крови с подушки в комнате, 1 вырез со следами крови с одеяла в комнате (л.д. 16-39 том № 1);

Протоколом дополнительного осмотра места происшествия от 19 октября 2016 года, из которого следует, что 19 октября 2016 года была дополнительно осмотрена кв.Х; в ходе осмотра места происшествия изъята металлическая трость (л.д. 49-53 том № 1);

Протоколом осмотра предметов (документов) от 20 октября 2016 года, из которого следует, что были осмотрены предметы, изъятые в ходе осмотров места происшествия, в том числе, металлическая трость, 1 вырез со следами вещества бурого цвета с подушки в комнате, 1 вырез со следами вещества бурого цвета с одеяла в комнате, а также постановлением о признании предметов (документов) вещественными доказательствами (л.д. 153-156, 157 том № 1);

Заключением эксперта № Х от 13 декабря 2016 года и фототаблицей к нему, из которых следует, что при исследовании трупа Ш. обнаружена закрытая тупая травма шеи и груди, включающая в себя: <…..>.

Кроме вышеуказанной травмы шеи и груди при исследовании трупа Ш. установлены повреждения:

- на голове: <…..>.

- на животе: <…..>.

- на правой верхней конечности: <…..>.

- на левой верхней конечности: <…..>.

- на спине: <…..>.

- на правой нижней конечности: <…..>.

- на левой нижней конечности: <…..>.

Все обнаруженные повреждения являются прижизненными и образовались незадолго до смерти Ш. (в промежуток времени, исчисляемый немногими десятками минут - возможно, единичными часами), о чем свидетельствуют их макро и микроскопическая картина: цвет кровоподтеков, темнокрасное дно ссадин, кровоизлияния в мягких тканях из областей повреждений с реактивными изменениями. Отсутствие достоверных признаков в давности образования повреждений, не позволяет по судебно-медицинским данным выказаться о последовательности их нанесения. Вероятно, повреждения могли быть нанесены в короткий промежуток времени.

Морфологические особенности повреждений на шее (кровоподтеки и ссадины), характер и локализацию переломов ребер, наличие кровоизлияний в мягких тканях груди в проекции переломов ребер с ушибом легкого свидетельствует о том, что травма шеи и груди образовалась по механизму удара и сдавления, возможно с элементами трения (ссадины).

Исходя из количества и локализации данных повреждений, травма шеи образовалась примерно от восьми воздействий, травма груди примерно от шести воздействий твердым тупым предметов (предметами) с ограниченной следообразующей поверхностью. Индивидуальных признаков травмирующего предмета (предметов) в повреждениях не отобразилось.

Раны головы являются ушибленными, на что указывают закругленные концы, неровные осадненные края и наличие тканевых перемычек между стенками.

Раны, кровоподтеки, кровоизлияния, переломы причинены тупым твердым предметом (предметами) по механизму удара, ссадины по механизму трения, о чем свидетельствуют морфологическая сущность повреждений. Индивидуальных признаков травмирующего предмета (предметов) в повреждениях не отобразилось. Отмечено, что кровоподтек и ссадина на задней поверхности в проекции правого плечевого сустава образовался от одного воздействия твердым тупым предметом с ограниченной рельефной следообразующей поверхностью, о чем свидетельствует морфологические особенности повреждений; линейные ссадины на задней поверхности правого бедра в средней трети образовались по механизму трения от 3 воздействий твердым предметом с небольшой ограниченной следообразующей поверхностью, на что указывает форма и размеры ссадин.

Исходя из количества и локализации остальных повреждений, по голове было нанесено не менее 14 воздействий, по животу 1 воздействие, по правой верхней конечности не менее 12 воздействий, по левой верхней конечности не менее 10 воздействий, по правой нижней конечности не менее 6 воздействий, по левой нижней конечности не менее 3 воздействий тупым твердым предметом.

Указано ориентировочное количество воздействий, так как достоверно определить их количество в связи с обширностью, слиянием и наслаиванием друг на друга не представляется возможным. Следует отметить, что указано минимальное ориентировочное число ударов, которых могло быть больше.

Смерть Ш. наступила от тупой закрытой травмы шеи и груди с надломами и трещинами перстневидного хряща, с множественными двусторонними переломами ребер, с ушибом правого легкого, осложнившихся развитием нарастающей дыхательной недостаточности.

Вышеуказанная закрытая тупая травма шеи и груди по признаку опасности для жизни человека квалифицируется как тяжкий вред здоровью и состоит в прямой причинной связи со смертью Ш.

Переломы костей нижних конечностей влекут за собой стойкую утрату общей трудоспособности не менее, чем на одну треть расцениваются как тяжкий вред здоровью.

Кровоподтеки, ссадины, раны не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека и в причинной связи со смертью Ш. не состоят.

Кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку следует оценивать по исходу и клиническому течению, поэтому в данном случае экспертной оценке не подлежит. Следует отметить, что само по себе ограниченное кровоизлияние под мягкую мозговую оболочку не имеет признаков опасного для жизни вреда здоровью.

При медико-криминалистическом исследовании органокомплекса шеи установлены консолидированные переломы щитовидного, подъязычной кости и перстневидного хряща, которые образовались не менее чем за 3-4 недели до наступления смерти.

Потерпевшая Ш. могла жить десятки минут - возможно, единичные часы, на что указывают объем и характер повреждений, а также данные судебно-гистологического исследования - наличие реактивных явлений в областях повреждений. В течение этого времени Ш. могла совершать какие-либо активные самостоятельные действия, при условии, что не было утраты сознания. Факт утраты сознания устанавливается следственным путем.

Отмечено, что травма шеи и груди с множественными переломами ребер сопровождается нарушением дыхания и болевым синдромом, что существенно ограничивает возможность активных действий.

По судебно-медицинским данным категорично высказаться о взаиморасположении потерпевшего и нападавшего не представляется возможным - оно могло быть любым, при котором травмируемые области были доступны для воздействия травмирующим предметом.

Учитывая выраженность трупных явлений, зафиксированных на месте происшествия 18 октября 2016 года в 16 часов 25 минут давность наступления смерти Ш. может соответствовать около 1-1,5 суток.

Множественный характер повреждений, их локализация, а также механизм образования и морфологические особенности свидетельствуют о том, что комплекс повреждении, установленных при исследовании трупа Ш. не мог образоваться при падении с высоты собственного роста (л.д. 89-121 том № 1);

Заключением эксперта № Х (экспертизы вещественных доказательств) от 30 ноября 2016 года, из которого следует, что на вырезах с подушки и одеяла, изъятых в ходе осмотра места происшествия, обнаружена кровь человека, которая может принадлежать Ш. с вероятностью не менее 99,(9)28% и не принадлежит иному лицу (л.д. 140-151 том № 1);

Показаниями потерпевшей П. в судебном заседании, из которых следует, что по адресу: ФИО3 В.О. вел асоциальный образ жизни. Ш. часто жаловалась, что ФИО2 постоянно ругается с ней. Последний раз она видела Ш. и ФИО2 16 октября 2016 года, ФИО2 находился в состоянии алкогольного опьянения. О смерти Ш. ей стало известно 18 октября 2016 года от сотрудников правоохранительных органов;

Показаниями свидетеля П. в судебном заседании, из которых следует, что проживавших в кв.Х, которые вели асоциальный образ жизни. 18 октября 2016 года около 07 часов 40 минут, возвращаясь домой, она увидела ФИО2 в компании мужчины и женщины, ФИО2 был в состоянии алкогольного опьянения, возбужден и агрессивен. После этого ФИО2 направился в парадную, она пошла вслед за ним. Минут через 10 после возвращения домой она услышала, как ФИО2 дважды выкрикнул из окна, что убил свою Ш.. В дальнейшем от сотрудников полиции ей стало известно о гибели Ш.;

Показаниями свидетеля А. в судебном заседании, из которых следует, что она являлась соседкой Ш. и ФИО2, проживавших в кв.Х, которые вели асоциальный образ жизни. 17 октября 2016 года примерно с 20 часов 00 минут до 21 часа 00 минут она слышала из квартиры, крик мужчины: «Чтобы ты сдохла, я тебя ненавижу, сдохни, сдохни! Когда тебя Бог заберет!», при этом данные крики сопровождались стуками и продолжались около 15-20 минут, потом все стихло;

Показаниями свидетеля О. в судебном заседании, из которых следует, что у него есть знакомый - ФИО2, проживавший совместно с Ш. в кв.Х. Отношения с Ш. у него были натянутые. 17 октября 2016 года он (О.) вместе со своими знакомыми, в том числе З., распивал спиртные напитки у себя дома. Примерно в 14 часов 00 минут пришел ФИО2 и принес спиртное, которое они также распили, после чего ФИО2 ушел. Затем, около 23 часов 00 минут ФИО2 вернулся и рассказал, что убил Ш.. На слова ФИО2 никто не отреагировал, так как все находились в состоянии алкогольного опьянения. На следующий день З. решила проверить, все ли у ФИО2 нормально и направилась к нему домой. Вернувшись, она сказала, что в квартире ФИО2 лежит труп Ш., после чего он (О.) вызвал полицию;

Показаниями свидетеля З., данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 ч.1 УПК РФ, из которых следует, что 17 октября 2016 года в дневное время в квартиру О., где находилась она, О. и его знакомые, пришел ФИО2 После распития спиртных напитков ФИО2 ушел к себе домой. В тот же день около 23 часов 00 минут ФИО2 вернулся и сказал, что убил свою Ш.. Они не придали этому значение, так как находились в состоянии алкогольного опьянения. 18 октября 2016 года около 10 часов 00 минут она З. решила проверить, все ли в порядке у ФИО2, в связи с чем пошла к нему домой – в кв.Х, где обнаружила, что Ш. лежит на диване с многочисленными повреждениями на лице, при этом не подает признаков жизни. После этого она вернулась к О., который вызвал полицию (л.д. 62-65 том № 1).

Суд оценивает указанные выше и исследованные в судебном заседании по делу доказательства как относимые, поскольку обстоятельства, которые они устанавливают, относятся к предмету доказывания по данному уголовному делу, как допустимые, поскольку указанные доказательства получены в соответствии с требованиями УПК РФ, и как достоверные, поскольку, у суда не имеется оснований не доверять показаниям потерпевшей П., свидетелей П., О., А. в судебном заседании, а также показаниям свидетеля З., данным на предварительном следствии и оглашенным в судебном заседании в порядке ст. 281 ч.1 УПК РФ. Суд оценивает как достоверные доказательства показания указанных лиц, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, после предупреждения об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний либо за отказ от дачи показаний; в исходе дела указанные лица не заинтересованы, неприязненных отношений с подсудимым и оснований для его оговора не имеют; их показания носят последовательный, взаимодополняющий, объективный характер, существенных противоречий по обстоятельствам, подлежащим доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ не содержат; подтверждаются совокупностью исследованных доказательств по делу: документами, в которых изложены и удостоверены обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, протоколами следственных действий, заключениями проведенных по делу экспертиз и соответствуют показаниям подсудимого. Представленные стороной обвинения письменные доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, компетентными должностными лицами.

Объективность выводов проведенных по делу судебных экспертиз сомнений у суда не вызывает, поскольку экспертами сделаны конкретные, категоричные и мотивированные выводы на основе проведенных исследований, экспертизы проведены с соблюдением требований гл. 27 УПК РФ, перед проведением экспертиз эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, заключения проведенных экспертиз полностью соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, выводы проведенных экспертиз соответствуют совокупности собранных по делу доказательств.

Оценивая в соответствии со ст. 87, 88 УПК РФ показания ФИО2 суд приходит к выводу, что данные показания являются допустимыми и достоверными. В соответствии со ст. 77 ч.2 УПК РФ признание обвиняемым своей вины может быть положено в основу обвинения, если его виновность подтверждается совокупностью исследованных доказательств. Оснований для самооговора не имеется, показания ФИО2 носят в целом последовательный характер, существенных противоречий по обстоятельствам, имеющим значение для уголовного дела, не содержат. Признание ФИО2 вины подтверждается совокупностью исследованных доказательств: протоколами следственных действий, заключениями экспертиз и показаниями потерпевшей и свидетелей о месте и времени совершения преступлений, о характере, механизме причинения и локализации телесных повреждений, зафиксированных на трупе.

Учитывая, что признательные показания ФИО2 об обстоятельствах совершения инкриминируемого ему органами предварительного следствия преступления подтверждаются совокупностью исследованных по делу доказательств, достоверность которых у суда сомнений не вызывает, суд оценивает показания подсудимого как достоверное доказательство.

Исследованными доказательствами установлено, что ФИО2 в ходе ссоры, возникшей на почве личных неприязненных отношений с Ш., с целью убийства последней, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления смерти Ш., желая ее наступления,нанес Ш. множественные удары различными предметами, в том числе в расположение жизненно-важных органов.

Анализируя обстоятельства содеянного, исследованные по делу доказательства, суд приходит к выводу, что ФИО2 действовал с прямым умыслом, о чем свидетельствуют способ и орудие преступления, количество, характер и локализация телесных повреждений, поскольку ФИО2 нанес потерпевшей множественные удары в расположение жизненно-важных органов различными предметами, удары были нанесены со значительной силой, в связи с чем он не мог не сознавать, что совершает деяние, опасное для жизни другого человека.

При указанных обстоятельствах суд квалифицирует содеянное ФИО2 по ч.1 ст. 105 УК РФ как совершение убийства, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Согласно заключению комиссии экспертов № Х от 29 ноября 2016 года (л.д. 94-98 том № 2), которое у суда сомнений не вызывает, ФИО2 <…..>.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления и личность подсудимого, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Суд учитывает, что ФИО2 совершил умышленное особо тяжкое преступление против личности, ранее судим, Х, Х, признал свою вину и раскаялся в содеянном, имеет регистрацию, профессиональное образование, Х.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ суд признает и учитывает при назначении наказания ФИО2 в качестве смягчающих обстоятельств признание вины и раскаяние в содеянном, Х.

Вместе с тем, суд учитывает, что подсудимый ФИО2 совершил особо тяжкое преступление, будучи ранее дважды (11 июля 2008 года и 23 сентября 2011 года) судимым за совершение тяжкого преступления к реальному лишению свободы, что в соответствии со ст. 18 ч.3 п. «б» УК РФ образует в его действиях особо опасный рецидив преступлений. Данное обстоятельство учитывается судом в качестве отягчающего наказание обстоятельства в соответствии с требованиями ст. 63 ч.1 п. «а» УК РФ.

Учитывая характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения и личность подсудимого, а также влияние состояния опьянения на его поведение, которое способствовало совершению преступления, в соответствии с ч.1.1 ст.63 УК РФ суд признает и учитывает при назначении наказания в качестве отягчающего обстоятельства совершение данного преступления ФИО2 в состоянии алкогольного опьянения, поскольку данное обстоятельство установлено, исходя из показаний свидетелей З., О., П., самого подсудимого ФИО2, заключения судебно-психиатрической экспертизы.

Принимая во внимание необходимость соответствия меры наказания характеру и степени общественной опасности преступления, личности виновного, руководствуясь принципом соразмерности и справедливости, суд полагает, что исправление подсудимого невозможно без изоляции от общества и назначает наказание в виде лишения свободы, с учетом признанных судом смягчающими обстоятельств не на максимальный срок, предусмотренный санкцией ч.1 ст. 105 УК РФ, а также без назначения дополнительного наказания в виде ограничения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима в соответствии со ст. 58 ч. 1 п. «г» УК РФ.

Судом не установлено наличие исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, в связи с чем оснований для применения ст.ст. 64, 68 ч.3 УК РФ суд не находит.

Оснований для решения вопроса о назначении условного осуждения в соответствии с п. «в» ч.1 ст. 73 УК РФ не имеется.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, наличия отягчающего обстоятельства, несмотря на наличие смягчающих обстоятельств, оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст. 15 УК РФ, не имеется.

Поскольку приговор от 13 февраля 2017 года, которым в отношении ФИО2 назначено наказание с применением ст. 73 УК РФ, состоялся после совершения преступления по данному уголовному делу, указанный приговор подлежит самостоятельному исполнению.

Учитывая имущественную несостоятельность подсудимого, суд полагает необходимым освободить его от выплаты процессуальных издержек - выплаченного адвокатам вознаграждения, на основании ч.6 ст. 132 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 296-299, 304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 8 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Срок наказания исчислять с момента провозглашения приговора с 17 августа 2017 года, зачесть в срок отбытия наказания период содержания под стражей по данному уголовному делу с момента фактического задержания – с 19 октября 2016 года по 16 августа 2017 года включительно.

Меру пресечения в отношении ФИО2 в виде заключения под стражу оставить без изменения, отменив по вступлению приговора в законную силу.

Приговор Калининского районного суда Санкт-Петербурга от 13 февраля 2017 года в отношении ФИО2 исполнять самостоятельно.

Вещественные доказательства: 2 выреза со следами крови и металлическую трость – уничтожить.

В соответствии с ч.1 ст. 131, ч.6 ст. 132 УПК РФ освободить осужденного от выплаты процессуальных издержек, связанных с вознаграждением адвоката по оказанию им юридической помощи, участвовавшего в деле по назначению суда, отнеся процессуальные издержки на счет средств федерального бюджета.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Санкт-Петербургский городской суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня получения копии приговора.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции и поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Судья:

Приговор вступил в законную силу