Апелляционное постановление № 22-708/2021 от 7 апреля 2021 г. по делу № 1-405/2020

Судья Попова Н.Ю. уг. № 22-708/2021


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Астрахань 8 апреля 2021г.

Суд апелляционной инстанции Астраханского областного суда в составе:

председательствующего Трубниковой О.С.,

при ведении протокола секретарем Хверось Т.Ю.,

с участием государственного обвинителя Убушаева В.П.,

осуждённого ФИО1

защитника в лице адвоката Кращенко И.П.,

представителя потерпевшего - адвоката Браиловского А.М.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам и дополнениям к ним осуждённого ФИО1 и его защитника – адвоката Кращенко И.П. на приговор Советского районного суда г.Астрахани от 17 декабря 2020г., которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, не судимый, осужден,

- по п. «а» ч.1 ст. 213 УК Российской Федерации к 1 году лишения свободы,

-по пп. «д», «з» ч.2 ст. 112 УК Российской Федерации к 1 году 6 месяцам лишения свободы,

-по ч.1 ст. 119 УК Российской Федерации к 360 часам обязательных работ.

На основании ч.2 ст. 69 УК Российской Федерации путем частичного сложения наказаний, с учетом требований п. «г» ч.1 ст. 71 УК Российской Федерации (восемь часов обязательных работ за один день лишения свободы), окончательно назначено наказание ФИО1 в виде 2 лет лишения свободы, с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Постановлено взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 №2 в счет возмещения расходов за услуги представителя 100000 рублей.

Постановлено взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 №1 в счет возмещения расходов за услуги представителя 100000 рублей.

Постановлено взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 №1 в счет возмещения морального вреда 250000 рублей.

Исковые требования ФИО3 №2 к ФИО1 о возмещении морального вреда оставлены без удовлетворения.

Заслушав доклад судьи областного суда Трубниковой О.С., изложившей обстоятельства дела, содержание приговора, доводы апелляционных жалоб, возражений государственного обвинителя, выслушав мнения осуждённого ФИО1 и его защитника – адвоката Кращенко И.П., поддержавших доводы апелляционных жалоб и дополнений к ним по указанным основаниям., государственного обвинителя Убушаева В.П., полагавшего, что приговор подлежит изменению, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО1 признан виновным в хулиганстве, то есть грубом нарушении общественного порядка, выражающем явное неуважение к обществу, совершенном с применением оружия, в присутствии ФИО3 №1 и ФИО3 №2

Также, ФИО1 признан виновным в умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью ФИО3 №1, не опасного для жизни человека и не повлекшее последствий, указанных в ст. 111 УК Российской Федерации, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, совершенное из хулиганских побуждений, с применением оружия.

Он же признан виновным в угрозе убийством ФИО3 №2, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

Преступления совершены 19 ноября 2019г. в период времени с 20 часов 45 минут по 20 часов 58 минут во дворе многоэтажного жилого <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 свою вину в совершении преступлений не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Кращенко И.П., действующий в интересах осуждённого ФИО1 не соглашается с приговором суда в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленных судом первой инстанции, существенным нарушением уголовно-процессуального закона и неправильного применения уголовного закона.

В обоснование своих доводов, приводя собственный анализ показаний потерпевших ФИО3 №1, ФИО3 №2, осуждённого ФИО1, утверждает, что ФИО1 стрелял в воздух и под ноги потерпевшему и в целях самозащиты, так как потерпевший ФИО3 №1 напал на ФИО1 и стал избивать его.

Полагает, что все обвинение, предъявленное ФИО1, основано только лишь на одних показаниях потерпевших ФИО3 №2 и ФИО3 №1, которые являются заинтересованными по делу лицами и преследуют корыстные цели. Показания потерпевших являются непоследовательными и противоречивыми, не подтвержденными иными доказательствами.

Отмечает, что свидетели ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15 – действующие сотрудники правоохранительных органов, не являлись очевидцами происшествия, а об обстоятельствах произошедшего узнали со слов потерпевших и осуждённого.

Считает, что к показаниям свидетеля ФИО16 о том, что находясь в кабинете своей двухуровневой квартиры на пятом этаже, работала за компьютером и через открытое в кабинете окно услышала два хлопка, а затем крик женщины, и, посмотрев в окно, узнала женщину как ФИО3 №2, следует отнестись критически и признать их недостоверными, поскольку они опровергаются показаниями свидетеля ФИО11, пояснившего о практически отсутствующем освещении двора дома, показаниями свидетеля ФИО27, указавшего, что кабинет в их квартире расположен на шестом этаже и окно было закрыто, а также показаниями самой ФИО16 об имеющихся у неё серьезных проблемах со зрением.

Утверждает, что в нарушение закона, суд фактически не установил точное время совершения преступления, несмотря на то, что точное время указано на просмотренной в судебном заседании видеозаписи.

Кроме того, указывает, что суд необоснованно взыскал с ФИО1 в пользу потерпевших в счет возмещения расходов по оплате услуг представителя, по 100000 в пользу каждого. Считает, что данные суммы являются завышенными, неподтвержденными и подлежат снижению, поскольку судом не указано, каким образом был определен объем оказанной потерпевшим юридической помощи представителем, сложность рассмотренного уголовного дела, количество судебных заседаний с участием представителя, разумности и справедливости сумм расходов по оплате услуг представителя.

Также защитник не соглашается с размером суммы 250000 рублей, взысканной с ФИО1 в пользу ФИО3 №1 в счет возмещения морального вреда, поскольку не доказано наличие у ФИО3 №1 физических и нравственных страданий.

Обращает внимание, что ФИО1 добровольно, было отправлено на карту ФИО3 №1 в счет возмещения 20000 рублей, однако, данная сумма потерпевшим была возвращена, что указывает о его нежелании принять меньшую сумму, и преследовании цели незаконного обогащения.

При таких обстоятельствах, просит отменить обвинительный приговор в отношении ФИО1 и вынести новый оправдательный приговор ввиду отсутствия в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного п. «а» ч.1 ст. 213 и ч.1 ст. 119 УК Российской Федерации; переквалифицировать действия ФИО1 с пп. «д», «з» ч.2 ст. 112 УК Российской Федерации на ст. 114 УК Российской Федерации; судебные расходы на услуги представителя потерпевшего снизить до разумных пределов; отменить компенсацию морального вреда потерпевшему ФИО3 №1

В апелляционной жалобе и дополнении к ней осуждённый ФИО1 приводит доводы, аналогичные доводам своего защитника. Также указывает, что в ходе дознания и следствия были допущены грубые нарушения его прав на защиту и объективное расследование, которые выразились в отказе ознакомления с медицинскими документами и диском КТ ФИО3 №1, в отказе допроса в качестве специалистов для выяснения интересующих сторону защиты вопросов, в отказе проведении психологических экспертиз с использованием полиграфа в отношении него и потерпевших ФИО3 №2 и ФИО3 №1, в отказе проведении проверки показаний на месте с участием потерпевших ФИО3 №2 и ФИО3 №1; в отказе исследования и просмотра видеозаписи очных ставок с потерпевшими, где усматриваются существенные противоречия в показаниях ФИО3 №1 и ФИО3 №2; в отказе проведении комплексной ситуационной медицинской экспертизы. Считает, что имеющееся в материалах дела заключение судебной медицинской экспертизы не отвечает требованиям допустимости, поскольку в материалах дела имеются сведения о хищении (утрате) медицинской карты потерпевшего ФИО3 №1 Высказывает версию инсценировки потерпевшими факта кражи медицинской карты для возможности оформления другой карты с подложными данными и представления её эксперту, в связи с чем, оспаривает подлинность медицинской карты и заключение эксперта № 3665 от 24 декабря 2019г., считая его недопустимым доказательством. Полагает, что суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайств о вызове и допросе лечащего врача ФИО3 №1 – нейрохирурга НХО ГКБ № 3 им.Кирова ФИО18, а также в проверки его доводов, изложенных в заявлениях, поданный в отношении ФИО3 №1 и ФИО3 №2

Утверждает, что событие преступления, предусмотренного ч.1 ст. 119 УК Российской Федерации, где потерпевшей является ФИО3 №2, также не нашло своего подтверждения, поскольку согласно заключения судебной баллистической экспертизы № 836 от 24 декабря 2019г. и показаний эксперта-баллиста ФИО19, осечек на его травматическом пистолете не было, после второго выстрела затвор заклинило, поэтому он не мог производить «щелчки», как утверждает ФИО3 №2, и таким образом, угрожать ей убийством. Обращает внимание, что в судебном заседании ФИО3 №2 указала, что не видела, куда был направлен пистолет, поскольку она успокаивала своего мужа, поэтому не могла воспринять в свой адрес угрозу реально.

Считает, что его показания о том, что он не стрелял в ФИО3 №1, нашли свое подтверждение исходя из наличия у ФИО3 №1 телесных повреждений, которые, как пояснил эксперт ФИО20, являются не огнестрельными, а причинены тупым твердым предметом, кроме того, согласно заключению судебной баллистической экспертизы № 837 от 24 декабря 2019г., повреждение на куртке ФИО3 №1 не могло быть причинено в результате выстрела из травматического пистолета.

Указывает, что все его действия были произведены в рамках необходимой обороны, так как нападение ФИО3 №1 на него было настолько внезапным и неожиданным, он испугался за свою жизнь и здоровье, сознание помутнело от нанесенных ему ФИО3 №1 ударов, что он не мог объективно оценить степень опасности и характер посягательства.

Обращает внимание, что в судебном заседании участковым ФИО15 был подтвержден факт возбуждения в отношении ФИО3 №1 дела об административном правонарушении по ст.6.1.1 КоАП Российской Федерации.

Отмечает, что по месту жительства он характеризуется положительно, потерпевшим он пытался возместить денежные средства в размере 20000 рублей, но они отказались их принять. Считает, что запрашиваемая потерпевшими сумма на услуги представителя и в счет возмещения морального вреда, является завышенной.

Указывает, что судом не в полной мере учтены смягчающие обстоятельства при назначении наказания, а именно совершение преступлений небольшой и средней тяжести впервые, добровольное возмещение ущерба и морального вред, причиненных в результате преступления, иные, действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, условия правомерности необходимой обороны. Кроме того, судом не зачтено в срок отбывания наказания, время его нахождения под запретом определенных действий с 19.06.2020 г.

С учетом изложенного, просит приговор отменить, вынести новый оправдательный приговор ввиду отсутствия состава преступлений по п. «а» ч.1 ст. 213, ч.1 ст. 219 УК Российской Федерации, а действия по пп. «д», «з» ч.2 ст. 112 УК Российской Федерации переквалифицировать на ст. 114 УК Российской Федерации; исключить из доказательств и признать недопустимым доказательством заключение эксперта № 3665 от 24 декабря 2019г., исковые требования о взыскании сумм за услуги преступления потерпевших отменить, а моральный ущерб снизить и назначить в пределах разумности.

На апелляционные жалобы государственным обвинителем, участвующим в деле ФИО2 поданы возражения, в которых она, не соглашаясь с доводами, изложенными в апелляционных жалобах, указывает, что приговор является законным, обоснованным и справедливым, просит оставить его без изменения, а апелляционные жалобы адвоката и осуждённого - без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав участников процесса, изучив доводы, изложенные в апелляционных жалобах и возражении стороны обвинения, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что приговор суда подлежит изменению по следующим основаниям.

Как видно из материалов уголовного дела, к выводу о виновности ФИО1 в инкриминируемых ему противоправных деяниях суд пришел на основании собранных по делу и исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, которые были полно и правильно приведены в приговоре и оценены судом в их совокупности.

В частности, осуждённый ФИО1 вину в хулиганстве, то есть грубом нарушении общественного порядка, выражающем явное неуважение к обществу, совершенном с применением оружия, в присутствии ФИО3 №1 и ФИО3 №2, в умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью ФИО3 №1, не опасного для жизни человека и не повлекшее последствий, указанных в ст. 111 УК Российской Федерации, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, совершенное из хулиганских побуждений, с применением оружия, а также в угрозе убийством ФИО3 №2, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, не признал, однако не отрицал, что 19 ноября 2019г., у него произошел конфликт с потерпевшей ФИО3 №2, затем вмешался ее супруг ФИО3 №1, который нанес ему удар в область лица, и он, в целях самообороны, применил травматический пистолет.

Суд, тщательно проверив и оценив показания ФИО1, отрицавшего виновность в инкриминируемых преступлениях, и утверждавшего о законности своих действий, суд первой инстанции обоснованно отверг их, как не нашедшие своего подтверждения, с приведением мотивов принятого решения.

Так, из показаний потерпевших ФИО3 №2 и ФИО3 №1 следует, что действительно, 19 ноября 2019г. во дворе <адрес>, на фоне возникшего конфликта с ФИО1, последний применил в отношении ФИО3 №1 травматический пистолет и произвел несколько выстрелов в область его головы, а также угрожал физической расправой и оскорблял ФИО3 №2

Согласно заключению эксперта у ФИО3 №1 обнаружены следующие телесные повреждения: переломы левой скуловой кости, левой верхнечелюстной кости без смещения. Эти телесные повреждения причинены тупым твердым предметом (предметами), не исключено во время, указанное в постановлении, не являются опасными для жизни, влекут расстройство здоровья (временное нарушение функции органов и систем) продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня) и соответствуют средней тяжести вреду здоровью; раны лобной области справа, лобной области в центре, в проекции височного отростка левой скуловой кости. Конкретно судить о характере и механизме образования не представляется возможным ввиду отсутствия описания их морфологических признаков в медицинской карте. Раны не являются опасными для жизни, причинены не исключается во время, указанное в постановлении, влекут расстройство здоровья (временное нарушение функции органов и систем) продолжительностью до трех недель (менее 21 дня) и соответствуют легкому вреду здоровью; закрытая черепно-мозговая травма - сотрясение головного мозга. Это телесное повреждение причинено тупым твердым предметом (предметами), не исключено во время, указанное в постановлении, не является опасным для жизни, влечет расстройство здоровья (временное нарушение функции органов и систем) продолжительностью до трех недель (менее 21 дня) и соответствуют легкому вреду здоровью; ссадина области нижней челюсти справа, подкожные кровоизлияния век левого глаза. Эти телесные повреждения образовались в результате воздействия тупого твердого предмета (предметов), не исключено во время, указанное в постановлении, не являются опасными для жизни, не влекут расстройство здоровья и расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью. Данные телесные повреждения располагаются в анатомических областях, доступных для воздействия собственной руки. При осмотре у ФИО3 №1 обнаружены рубцы, которые являются неизгладимыми.

Эксперт ФИО20 в судебном заседании подтвердил выводы проведенной экспертизы.

Из показаний свидетеля ФИО11 следует, что в ноябре 2019 года в вечернее время из центра управления нарядов «Семиковка» поступило сообщение проследовать на <адрес> по факту стрельбы. По прибытии на место установлено, что на дворовой территории дома находились ФИО1, потерпевший и его супруга, все были в возбужденном состоянии. При ФИО1, в кобуре, был травматический пистолет. ФИО1 пояснил, что сначала у него произошел конфликт с потерпевшей, затем вмешался ее супруг, который нанес ему удар в область лица, и он, в целях самообороны, применил травматический пистолет. Потерпевшая пояснила, что ФИО1 применил в отношении ее супруга травматический пистолет, а ей угрожал физической расправой и оскорблял. У ФИО3 №1 имелись следы повреждений на лице, кровоподтеки, он жаловался на свое самочувствие и пояснил, что в ходе произошедшего конфликта ФИО1 достал пистолет и произвел несколько выстрелов в область его головы. Затем приехала карета скорой помощи и ФИО3 №1 была оказана медицинская помощь. До приезда следственно-оперативной группы было установлено место происшествия и его охрана. По распоряжению старшего следственно-оперативной группы, они возили ФИО1 в ОНД и в травмпункт.

Свидетели ФИО13 и ФИО12 (сотрудники полиции) показали, что 19 ноября 2019г. они, выезжали в составе следственно-оперативной группы, по адресу: <адрес> по сообщению о стрельбе. По прибытии, потерпевшего ФИО3 №1 на месте не было, присутствовала его супруга, а также ФИО1, был проведен осмотр места происшествия. На асфальте были обнаружены пятна бурого цвета, два патрона и одна гильза с углублениями донной части. У ФИО1 был изъят травматический пистолет. В магазине находилось 4 патрона, также они выезжали в ГКБ №3 им.Кирова, для изъятия вещей у ФИО3 №1

Аналогичные показания были даны и свидетелем ФИО24

Свидетель ФИО25, врач, показал, что в составе бригады скорой помощи в вечернее время 19 ноября 2019г. выезжал в <адрес>, где была оказана помощь мужчине, у которого на лице имелись не проникающие ранения от травматического оружия и ссадина на подбородке. Со слов пострадавшего, в ходе конфликта, мужчина, похожий на казаха, выстрелил в него два раза из травматического пистолета, и ударил рукояткой в подбородок. Потерпевшего они отвезли его в больницу им.Кирова. За медицинской помощью больше к ним никто не обращался.

Свидетель ФИО26 подтвердила, что проживает в <адрес>. 19 ноября 2019г. она находилась дома, работала за компьютером в комнате, окна которой выходят во двор. Ее сын спустился вниз, чтобы загнать автомобиль в гараж, который находится под домом. Она услышала два хлопка подряд, а затем крик женщины. Она увидела через окно женщину, которая говорила: «Зачем же стрелять». По голосу она узнала ФИО3 №2, в метрах трех от нее находился мужчина.

Свидетель ФИО27 подтвердил, что в вечернее время он, находясь подземном паркинге, где поставил автомобиль, услышал два хлопка, а затем крики женщины, в связи с чем, решил подождать. Когда он вышел, то увидел на дворовой территории своих соседей ФИО3 №2 и ФИО5, и еще какого-то человека, который что-то говорил. Около подъезда его встретила мать, и они поднялись домой. На придомовой территории никого не было.

Свидетель ФИО15 в суде показал, что в ноябре 2019 года у него находился материал проверки по заявлению супругов ФИО39 по факту причинения телесных повреждений. Он ездил к потерпевшему в больницу им. Кирова. В ходе опроса он пояснил, что в тот день находился на деловой встрече. Ему позвонила супруга и сообщила о конфликте с неизвестным мужчиной, который выражался в ее адрес нецензурной бранью. Он приехал, подошел к мужчине, чтобы поговорить о произошедшем, и последний в него выстрелил. Также, он опрашивал в Александровской больнице ФИО1, который пояснил, что у него произошел конфликт с женщиной, она позвонила мужу, он приехал, причинил ему телесные повреждения, они подрались. Собранный материал он отдал в отдел дознания.

Свидетель защиты ФИО28 показал, что работал в магазине «Магнит» по <адрес>, с апреля по ноябрь 2019 года. Помнит, что ФИО1 приходил в магазин за покупками.

Свидетель защиты ФИО29 показала, что ФИО1 является ее супругом. 19 ноября 2019г. вечером она позвонила мужу, он сказал, что у него происшествие, назвал адрес: <адрес>. Она поехала туда. ФИО1 забрали в УВД. Утром он приехал, у него болела голова, он жаловался на боли в теле, лицо было отекшее, и он все время держался за щеку, не мог открыть рот. Утром пошел в судебно-медицинскую экспертизу, затем в поликлинику, его положили в Александровскую больницу с диагнозом: перелом челюсти. На следующий день она ездила к ФИО3 №1 в больницу. Он самостоятельно встал, синяков у него не было. Имелся пластырь на лбу и щеке. Через 6-7 дней она приезжала еще раз. Повязки на лице у него не было. Муж по характеру спокойный и бесконфликтный.

Свидетель защиты ФИО30 показала, что ФИО1 ее племянник. Она ездила с ФИО29 в больницу к ФИО3 №1 Отечности на лице у него не было. Имелся пластырь в нижней части лица и на лбу. Он сказал, что они с ФИО1 подрались. ФИО1 человек доброжелательный, никогда не участвовал в драках.

Свидетель защиты ФИО31 показал, что 19 ноября 2019 г. примерно в 20 часов 30 минут, ему позвонила ФИО29, сказала, что ФИО1 избили во дворе дома напротив мореходного училища. Он приехал на место, увидел полицейский УАЗИК, около него 2-3 сотрудников полиции. Затем приехала «Газель», откуда вышел следователь, попросил пересадить ФИО1 в данный автомобиль. В этот момент он увидел последнего. ФИО1 держался за челюсть, жаловался на боль, речь у него была не как всегда. Последнего направили в травмпункт.

Показания потерпевших ФИО3 №1 и ФИО3 №2, свидетелей ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО24, ФИО25, ФИО16, ФИО27, ФИО15 судом обоснованно признаны достоверными и положены в основу обвинительного приговора, поскольку они последовательны, согласуются между собой и подтверждаются совокупностью письменных доказательств, а именно:

- картой вызова скорой помощи от 19 ноября 2019г., из содержания которой следует, что по адресу вызова: <адрес>, был осмотрен больной ФИО3 №1, от которого поступили жалобы на головокружение, установлено наличие ран на голове. Анамнез: около 1 часа назад в результате конфликта на улице с незнакомым, выстрелили из травматического пистолета в лицо, затем ударили пистолетом в область челюсти. Локальный статус: две ушибленные раны в области левого виска, на левой половине лба, ссадина в нижней челюсти слева. Диагноз: огнестрельное ранение из травматического оружия в область виска, лба. Закрытая черепно-мозговая травма. Сотрясение головного мозга? Доставлен в ГКБ №3;

-протоколом осмотра места происшествия от 19 ноября 2019 г., согласно которому, на участке местности, расположенном в 4 метрах от входа в 1-ый подъезд <адрес>, обнаружены пятна вещества бурого цвета. На асфальтной поверхности на расстоянии 2 м. 82 см. от входа в подъезд №1 обнаружен патрон калибром 9 мм (№1) с углублением на донной части. На расстоянии 7 м. 73 см. вправо от объекта №1 обнаружен патрон калибром 9 мм №2 с углублением на донной части. На расстоянии 8 м. 80 см. от объекта №2 обнаружена металлическая гильза калибром 6 мм, с углублением на донной части;

- протоколом осмотра места происшествия от 20 ноября 2019г., согласно которому, ФИО3 №1 в нейрохирургическом отделении ГКБ № им.Кирова выдал куртку, на которой имеются пятна вещества бурого цвета, а также повреждения ткани округлой формы; свитер синего цвета, на котором имеются пятна бурого цвета. Изъятое упаковано и опечатано;

- протоколом осмотра видеозаписи, имевшей место 19 ноября 2019 г. в 20.35:35, согласно которому, на территорию дома заезжает автомобиль черного цвета. По данному ряду просматриваются автомобили «Газель» белого цвета, «Нива» белого цвета. В 20.38:05 появляется автомобиль иностранного производства в корпусе серебристого цвета. Далее видно, что он выезжает за пределы территории дома- время 20:38:28 по 20.38:33, останавливается около металлического ограждения дома. В 20.39:34 данный автомобиль вновь заезжает на территорию дома, в 20.39:52 ч. исчезает из поля зрения видеозаписи. В 20.40.15 ч. автомобиль разворачивается в правой стороне ряда и в 20.40.21 ч. покинул территорию дома. В 20:47:56 со стороны дома к автомобилю «Нива» подходит мужчина, садится в него. В 20.48.13 на территорию дома через ворота заходит мужчина и следует прямо. Следом за ним на территорию дома заезжает автомобиль иностранного производства серебристого цвета. Участвующая в осмотре потерпевшая ФИО3 №2 пояснила, что на серебристом автомобиле «Тойота Рав 4» заезжала она. К автомобилю «Нива» подходил ФИО4. На территорию двора зашел ее супруг - ФИО3 №1, она заехала за ним;

- актом медицинского освидетельствования №3745 от 20 ноября 2019г., из которого следует, что на момент освидетельствования у ФИО1 состояние опьянения не установлено;

- направлением ГБУЗ ГКБ №2 им. братьев Г-ных, согласно которому, ФИО1 был доставлен сотрудниками полиции 19 ноября 2019г. Со слов, был избит неизвестным около 20.30 ч. на <адрес>. При осмотре головы, в области лица, волосистой части головы определяется незначительный отек мягких тканей, пальпация в области левой кисти в проекции 5-го пальца. Направлен на консультацию в ГКБ №;

- письмом главного врача ГКБ №3 им.Кирова С.М. от 22 ноября 2019г., согласно которому ФИО1 обращался в приемное отделение ГБУЗ АО ГКБ им.Кирова С.М. 20 ноября 2019 г., был осмотрен дежурным нейрохирургом, данных на черепно-мозговую травму на момент осмотра не выявлено;

- медицинской картой ФИО1 из ГКБ №3 им.Кирова С.М., из содержания которой следует, что 20 ноября 2019 г. в 03.45 ч. он был осмотрен нейрохирургом. Диагноз: ушибы мягких тканей головы. Согласно КТ: признаков гематом, контузионно -геморрагических очагов, травматической костной патологии на момент исследования не выявлено. Признак субкортикальной атрофии головного мозга;

- актом медицинского освидетельствования от 6 декабря 2020г., согласно которому копии медицинской карты №33686 стационарного больного ГБУЗ АО «АМОКБ» ФИО1 выставлен диагноз: Ушиб нижней челюсти слева. Этот диагноз не подтвержден клиническими и рентгенологическими данными, поэтому судебно-медицинской оценке не подлежит;

- медицинской справкой ГБУЗ №3 им.Кирова С.М. №563 от 22 ноября 2019г., согласно которой ФИО3 №1 получал медицинскую помощь в условиях стационара с 19ноября 2019г. Диагноз: сотрясение головного мозга, ушибы, ссадины, ушибленные раны головы, переломы костей лицевого скелета, гемосинус, непроникающее ранение лица;

- справкой ГКБ №3 им.Кирова С.М., согласно которой 20 ноября 2019г. у ФИО3 №1 этилового спирта в крови не обнаружено;

- заключением эксперта №3665 от 24 декабря 2019г. об обнаруженных у ФИО3 №1 телесных повреждениях;

- заключением эксперта №795 от 06 декабря 2019г., из которого следует, что представленный на экспертизу пистолет МР-79-9ТМ. 9мм Р.А №1733901491 7 с магазином является огнестрельным оружием ограниченного поражения (травматическим) калибра 9x22 мм, изготовлен заводским способом, исправен и для стрельбы пригоден. Представленная гильза является частью боеприпаса травматического действия для огнестрельного оружия ограниченного поражения калибра 9x22 мм (МР-79-9 ТМ, ИЖ-79-9Т и т.д.). Представленные шесть патронов снаряжены резиновыми пулями, являются боеприпасами для огнестрельного оружия ограниченного поражения (травматического действия) калибра 9x22 мм, исправны и предназначены для стрельбы из пистолетов ограниченного поражения калибра 9x22 мм ((МР-79-9 ТМ, ИЖ-79-9Т и т.д.). Представленные шесть патронов калибра 9x22 мм пригодны для стрельбы;

- заключением эксперта №836 от 24 декабря 2019г., согласно которому, представленная гильза, изъятая при осмотре места происшествия от 19 ноября 2019г. по адресу: <адрес> корпус 1, стреляна из пистолета МР-79-9ТМ Cal. 9мм Р.А. №, который был исследован в заключении эксперта № от 6 декабря 2019г.

- заключением эксперта №837 от 24 декабря 2019г., согласно которому повреждение на куртке, изъятой 20 ноября 2019г. в ходе осмотра места происшествия в помещении нейрохирургического отделения ГБУЗ АО ГКБ №3 им.Кирова по адресу: <адрес>, не является огнестрельным повреждением;

- разрешением от 20 апреля 2018г., на право хранения по месту жительства и ношения ФИО1 охотничьего огнестрельного, пневматического или огнестрельного оружия ограниченного поражения и патронов к нему;

- протоколом выемки, согласно которого у ФИО1 была изъята одежда, в которой он находился 19 ноября 2019г. во дворе <адрес>: шапка, брюки, куртка. Как следует из протокола осмотра данной одежды, никаких следов бурого или иного цвета, загрязнений не обнаружено, а также другими, имеющимися в деле, подробно приведенными в приговоре доказательствами.

Оснований сомневаться в правильности установления судом всех обстоятельств, имеющих значение для дела, и их доказанности суд апелляционной инстанции не находит, поскольку какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие истолкования в пользу осужденного, по делу отсутствуют. Поэтому утверждения стороны защиты об отсутствии доказательств вины ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч.1 ст. 213, пп. «д», «з» ч.2 ст. 112, ч.1 ст. 119 УК Российской Федерации, являются несостоятельными и опровергаются собранными по делу доказательствами, а несогласие стороны защиты с оценкой, данной судом первой инстанции доказательствам, не свидетельствует о невиновности осужденного и не является основанием для отмены приговора суда.

Доказательства, на которых основан приговор суда, всесторонне, полно и объективно исследованы судом, их анализ и оценка изложены в приговоре. Все приведенные в приговоре доказательства суд, в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК Российской Федерации проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности признал их достаточными для разрешения уголовного дела по существу. при этом суд привел мотивы, по которым признал их достоверными, соответствующими установленным фактическим обстоятельствам дела. Не придавая каким-либо из доказательств заранее установленной силы, суд обосновал, почему он отдает предпочтение одним доказательствам перед другими, о чем в приговоре имеются соответствующие выводы. Не согласиться с оценкой, данной судом первой инстанции исследованным доказательствам, суд апелляционной инстанции оснований не находит.

Как видно из материалов дела, предварительное расследование и судебное разбирательство по уголовному делу проведены в соответствии с требованиями УПК Российской Федерации, с достаточной полнотой и объективностью. Обстоятельства по делу исследованы в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами, содержащимися в апелляционной жалобе адвоката, о том, что приговор основан на противоречивых и недостоверных доказательствах, поскольку ни одно доказательство, юридическая сила которого вызывала бы сомнение, не положено в обоснование выводов суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему деяния.

Оснований для признания каких-либо доказательств, отраженных в приговоре в качестве доказательств обвинения, недопустимыми, вопреки доводам жалобы не имеется. Так протокол осмотра места происшествия от 19 ноября 2019 г. произведен в соответствии с требованиями ст. 176, 177 УПК Российской Федерации, в соответствии со ст. 170 УПК Российской Федерации в отсутствие понятых, с участием самого осужденного и специалиста. Участвовавшие в осмотре лица, своими подписями удостоверили правильность изложенных в протоколе сведений, каких-либо замечаний и дополнений к протоколу не имелось, протокол выемки вещей у ФИО1 и протокола осмотра одежды ФИО1 от 13 мая 2020 г. которые были изъяты в ходе следственной проверки, осуществлены надлежащим должностным лицом - следователем, в рамках действующего уголовно-процессуального закона.

Нельзя согласиться и с доводами осужденного о нарушении судом принципа состязательности, ввиду отказа в удовлетворении ходатайства о проведении повторной судебно-медицинской экспертизы в отношении ФИО3 №1, проведении психологических экспертиз с использованием полиграфа в отношении него и потерпевших ФИО3 №2 и ФИО3 №1, в отказе проведении проверки показаний на месте с участием потерпевших, поскольку ходатайства защиты были разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, и сам отказ в удовлетворении ходатайств не повлиял на законность и обоснованность приговора суда.

Утверждения осужденного о фальсификации доказательств со стороны потерпевших лишены оснований и опровергаются доказательствами, собранными по делу в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Вопреки доводам жалоб, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел нарушений уголовно-процессуального закона при сборе доказательств по уголовному делу, а также при проведении следственных и процессуальных действий, которые давали бы основания для признания их недопустимыми.

Как следует из материалов дела, судом первой инстанции проверена версия, выдвинутая осуждённым в свою защиту. Выводы суда о несостоятельности этих объяснений осуждённого, мотивированы, основаны на совокупности исследованных судом доказательств и суд апелляционной инстанции не может с ними не согласиться.

Все ходатайства, заявленные сторонами в ходе судебного разбирательства, в том числе осужденным и стороной защиты, были рассмотрены судом в полном соответствии с положениями ст.121, 122 УПК Российской Федерации, по каждому из них судом приняты соответствующие решения с соблюдением требований ст.256, 271 УПК Российской Федерации, с приведением мотивов на основании представленных по делу доказательств, нарушений принципа состязательности в судебном процессе допущено не было, каких-либо преимуществ стороне обвинения по сравнению со стороной защиты, не предоставлялось.

Все экспертизы по делу, проведены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, экспертные заключения не содержат противоречий, проверены в судебном заседании, оценены судом в совокупности с другими добытыми по делу доказательствами и оснований для признания их недопустимыми доказательствами и исключения их из числа таковых у суда не имелось.

Все экспертизы по делу проводились специалистами, имеющим большой стаж работы, с использованием специальной литературы и эксперты предупреждались об ответственности по ст. 307 УК Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения. Кроме того, экспертные исследования выполнены с соблюдением установленных законом норм на основе имеющихся данных об обстоятельствах преступления, надлежащим образом зафиксированных и находящихся в материалах дела. В заключениях указано кем, и на каком основании проводились исследования, даны обоснованные и объективные ответы на поставленные перед экспертом вопросы и сделаны соответствующие выводы.

Данных, свидетельствующих о заинтересованности экспертов в исходе дела, из дела не усматривается.

Каких-либо сомнений в правильности, обоснованности и полноте судебных экспертиз положенных в основу приговора не возникло. Оснований сомневаться в изложенных в актах экспертиз выводах не имеется.

Оснований для признания недопустимым доказательством заключения эксперта №3665 от 24 декабря 2019г. у суда также не имелось. Экспертиза проведена в соответствии с требованиями ст. 199 УПК Российской Федерации, компетентным специалистом, эксперт ФИО33 был предупрежден об уголовной ответственности за заведомо ложное заключение, его выводы оформлены в полном соответствии с положениями ст.204 УПК Российской Федерации, являются ясными, понятными и не содержат противоречий.

Доказательств применения недозволенных методов расследования должностными лицами на стадии предварительного следствия материалы уголовного дела не содержат.

Таким образом, вопреки доводам жалоб, проанализировав и оценив доказательства в их совокупности, суд обоснованно пришел к выводу о доказанности вины ФИО1 и признал установленным тот факт, что ФИО1 грубо нарушил общественный порядок, выразил явное неуважение к обществу, применив оружие, в присутствии ФИО3 №1 и ФИО3 №2; умышленно причинил средней тяжести вреда здоровью ФИО3 №1, не опасного для жизни человека и не повлекшее последствий, указанных в ст. 111 УК Российской Федерации, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, совершенное из хулиганских побуждений, с применением оружия, а также угрожал убийством ФИО3 №2, у которой имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, поскольку обстоятельства совершения ФИО1 противоправных действий в отношении ФИО3 №1 и ФИО3 №2 помимо показаний последних, а также свидетелей, объективно подтверждаются заключением судебно-медицинской экспертизы о наличии телесных повреждений у ФИО3 №1

При таких обстоятельствах действия ФИО1 судом верно квалифицированы по п. «а» ч.1 ст. 213, пп. «д», «з» ч. 2 ст. 112, ч.1 ст. 119 УК Российской Федерации, а сомнения стороны защиты в правильности применения уголовного закона суд апелляционной инстанции считает необоснованными.

Оснований для иной квалификации действий осуждённого, в том числе по ст. 115 УК Российской Федерации, как об этом указано в апелляционных жалобах, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Как следует из материалов дела, судом первой инстанции проверена версия, выдвинутая осуждённым в свою защиту. Выводы суда о несостоятельности этих объяснений осуждённого, мотивированы, основаны на совокупности исследованных судом доказательств и суд апелляционной инстанции не может с ними не согласиться.

Доводы адвоката, о незаконности приговора аналогичные тем, которые приведены и в апелляционной жалобе, также тщательно проверены судом первой инстанции и обоснованно отвергнуты.

Исходя из характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных личности осужденного, конкретных обстоятельств дела, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о невозможности исправления ФИО1 без изоляции от общества и не нашел оснований для применения положений ст.64 и ст.73 УК Российской Федерации, а также положений ч.6 ст.15 УК Российской Федерации об изменении категории преступления.

Вид исправительного учреждения для отбывания осуждённым наказания определен верно, в соответствии с положениями п. «а» ч.1 ст. 58 УК Российской Федерации.

С доводами апелляционной жалобы о чрезмерно завышенной компенсации морального вреда ФИО3 №1 суд также согласиться не может.

Удовлетворяя гражданский иск потерпевшего, суд первой инстанции обоснованно руководствовался положениями ст. 1064, 1101 ГК Российской Федерации и принял во внимание фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред ФИО3 №1, а также, вопреки доводам апелляционной жалобы, - степень вины ФИО1, требования разумности и справедливости.

Размер компенсации морального вреда является справедливым, оснований для его снижения, о чем просит сторона защиты, не имеется.

Решение суда о судьбе вещественных доказательств полностью соответствует требованиям закона.

Вместе с тем, приговор в части взыскания с осужденного ФИО1 в пользу потерпевших ФИО3 №1 и ФИО3 №2 процессуальных издержек в сумме 200000 рублей, связанных с выплатой вознаграждения их представителю - адвокату ФИО36, подлежит отмене с вынесением нового решения по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 132 УПК Российской Федерации процессуальными издержками являются связанные с производством по уголовному делу расходы, которые возмещаются за счет средств федерального бюджета либо средств участников уголовного судопроизводства.

Согласно п. 1.1 ч. 2 ст. 131 УПК Российской Федерации суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, относятся к процессуальным издержкам.

Расходы, связанные с производством по делу, по смыслу закона, возложены на орган, в производстве которого находится уголовное дело.

В этой связи расходы потерпевшего по оплате услуг представителя подлежат возмещению судом, с последующим взысканием этих процессуальных издержек с осужденного в доход государства. Взыскание процессуальных издержек в пользу конкретного лица, а не в доход государства противоречит требованиям закона.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции полагает необходимым приговор в части взыскания с осужденного ФИО1 в пользу потерпевших ФИО3 №1 и ФИО3 №2 в размере 100 000 (сто тысяч) рублей каждому в счет возмещения расходов, связанных с оплатой услуг представителя - адвоката ФИО36, отменить на основании п. 2 ст. 389.15, ч. 1 ст. 389.17 УПК Российской Федерации и принять по делу в этой части новое решение о выплате процессуальных издержек потерпевшим ФИО3 №1 и ФИО3 №2 в размере 100 000 (сто тысяч) рублей каждому из средств федерального бюджета.

Указанные процессуальные издержки подлежат взысканию с ФИО1. в доход бюджета Российской Федерации, поскольку оснований для освобождения осужденного от их уплаты, предусмотренных ч. 6 ст. 132 УПК Российской Федерации, суд апелляционной инстанции не усматривает.

При этом суд учитывает, что осужденный является трудоспособным, совершеннолетним лицом, данных об имущественной несостоятельности, нетрудоспособности, материалы дела не содержат, что позволит ему выплатить процессуальные издержки в доход бюджета Российской Федерации в размере указанной суммы.

Кроме того, в силу ч.2 ст. 61 УК Российской Федерации при назначении наказания могут учитываться в качестве смягчающих наказание обстоятельств и обстоятельства, не предусмотренные ч.1 ст. 61 УК Российской Федерации.

Эти требования уголовного закона соблюдены судом не в полной мере.

Так, суд первой инстанции, обоснованно приняв во внимание характер и степень общественной опасности совершённого преступления, данные личности виновного, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, наличие смягчающих наказание обстоятельств, а именно: наличие двоих малолетних детей, положительную характеристику с места работа, удовлетворительную характеристику от участкового, отсутствие судимости и наличие одного несовершеннолетнего ребенка, не учел то обстоятельство, что ФИО1 принимал меры к частичному возмещению компенсации материального ущерба потерпевшему ФИО3 №1 в размере 20000 рублей, не отрицая, что последнему требовалось лечение в результате обоюдной драки. Потерпевшим денежные средства возвращены ФИО1 При этом отказ от получения денежной суммы, направленной ФИО1 в адрес потерпевшего в счет частичного возмещения материального вреда, не является основанием для непризнания судом данного обстоятельства в качестве смягчающего, поскольку является волеизъявлением потерпевшего ФИО3 №1

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает необходимым признать в соответствии с ч.2 ст. 61 УК Российской Федерации в качестве обстоятельства, смягчающего ФИО1 наказание по преступлению, предусмотренному пп. «д», «з» ч.2 ст. 112 УК Российской Федерации, принятие ФИО1 мер к частичному возмещению материального ущерба в соответствии с ч.2 ст. 61 УК Российской Федерации, со снижением наказания, как по данному преступлению, так и по совокупности преступлений.

Кроме того, как видно из материалов дела, суд неверно указал во вводной, описательно - мотивировочной и резолютивных частях приговора имя ФИО1 как «Ажнияз», тогда как согласно паспортным данным имя ФИО1 «Ажинияз».

Однако указанное обстоятельство не может свидетельствовать о существенном нарушении уголовно-процессуального закона, поскольку как видно из протокола судебного заседания, суд правильно установил данные о личности ФИО1, поэтому неправильное указание имени не дает оснований для вывода об осуждении другого человека, а свидетельствует о явной технической ошибке при изготовлении приговора.

В связи с этим, суд апелляционной инстанции считает необходимым внести соответствующие уточнения.

Вопрос о зачете применения в отношении ФИО1 меры пресечения в виде запрета определенных действий, подлежит рассмотрению в порядке ст. ст. 397, 299 УПК Российской Федерации.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом при рассмотрении дела не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь, руководствуясь ст.38918, 38920, 38928, 38933 УПК Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Советского районного суда г.Астрахани от 17 декабря 2020г. в отношении ФИО1 изменить:

- указать во вводной, описательно - мотивировочной и резолютивных частях приговора имя ФИО1 как «Ажинияз» вместо «Ажнияз»;

- на основании ч.2 ст.61 УК Российской Федерации признать по преступлению предусмотренному пп. «д», «з» ч. 2 ст. 112 УК Российской Федерации смягчающим наказание обстоятельством ФИО1, принятие мер к частичному возмещению ущерба, причиненного в результате преступления.

Смягчить наказание, осужденному ФИО1 по пп. «д», «з» ч. 2 ст. 112 УК Российской Федерации, до 1 года 5 месяцев лишения свободы.

На основании ч. 2 ст. 69 УК Российской Федерации, по совокупности преступлений, предусмотренных п. «а» ч.1 ст. 213 УК Российской Федерации, ч.1 ст.119 УК Российской Федерации и пп. «д», «з» ч. 2 ст. 112 УК Российской Федерации, путем частичного сложения наказаний, с учетом требований ч.1 ст. 71 УК Российской Федерации, окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 1 год 11 месяцев, с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Этот же приговор в части взыскания с ФИО1 в пользу потерпевших ФИО3 №1 и ФИО3 №2 расходов на оплату услуг представителя потерпевших в размере 100 000 (сто тысяч) рублей каждому отменить.

Выплатить из средств федерального бюджета потерпевшим ФИО3 №1 и ФИО3 №2 расходы, связанные с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего по уголовному делу в отношении ФИО1 в размере 100 000 (сто тысяч) рублей каждому.

Оплату произвести через бухгалтерию Управления судебного департамента в <адрес>.

Взыскать с осужденного ФИО1 200 000 рублей (двести тысяч) рублей в счет возмещения процессуальных издержек, связанных с покрытием расходов потерпевших ФИО3 №1 и ФИО3 №2 в доход федерального бюджета.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы и дополнения к ней осуждённого и адвоката – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 471 УПК Российской Федерации, в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии судебного решения, вступившего в законную силу.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись О.С. Трубникова