Решение № 2-11288/2016 2-2319/2017 2-2319/2017(2-11288/2016;)~М-11405/2016 М-11405/2016 от 15 марта 2017 г. по делу № 2-11288/2016

КОПИЯ

дело № 2-2319/17


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 марта 2017 года г. Петропавловск-Камчатский

Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе:

председательствующего судьи Липковой Г.А.,

при секретаре ФИО3,

с участием:

прокурора города Петропавловска-Камчатского ФИО4,

истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО6,

представителя третьего лица ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству социального развития и труда Камчатского края об отмене приказа, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчику Министерству социального развития и труда Камчатского края (далее по тексту – Министерство) об отмене приказа, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

В обоснование своих исковых требований истец указал, что с ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с приказом Министерства социального развития и труда Камчатского края №-л от ДД.ММ.ГГГГ принят работу в должности директора Краевого государственного автономного учреждения социальной защиты «Комплексный центр социального обслуживания населения «Шанс» (далее по тексту КГАУ СЗ «Комплексный центр социального обслуживания населения «Шанс»).

ДД.ММ.ГГГГ приказом №-л от ДД.ММ.ГГГГ уволен с занимаемой должности по инициативе работодателя в связи с организационно-штатными мероприятиями – реорганизации Краевого государственного автономного учреждения социальной защиты «Козыревский комплексный центр социального обслуживания населения» (далее по тексту КГАУ СЗ «Козыревский комплексный центр социального обслуживания населения») путем присоединения к нему КГАУ СЗ «Комплексный центр социального обслуживания населения «Шанс», в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ.

ДД.ММ.ГГГГ в связи с увольнением ФИО5 освободилась должность социального работника, при этом ни работодатель Министерство социального развития и труда Камчатского края, ни КГАУ СЗ «Козыревский комплексный центр социального обслуживания населения» не предложили имеющуюся вакантную должность.

Ссылаясь на статью 81 Трудового кодекса РФ, считал своё увольнение незаконным.

Просил суд отменить приказ Министерства социального развития и труда Камчатского края №-л от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении, восстановить с ДД.ММ.ГГГГ в должности директора КГАУ СЗ «Комплексный центр социального обслуживания населения «Шанс».

В судебном заседании истец ФИО1 увеличил исковые требования и просил суд взыскать средний заработок за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 390 838 рублей, компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

Увеличенные исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске. Дополнительно суду пояснил, что ему была предложена работа в должности социального педагога, от которой он отказался, также КГАУ СЗ «Козыревский комплексный центр социального обслуживания населения» были вакантные должности кладовщика и социального работника, которые ему предложены не были. Полагал, что срок на обращение в суд им не пропущен, поскольку проживает в <адрес>-<адрес><адрес> Камчатского края и почтовое отправление с исковым заявлением о восстановлении на работе было им направлено в первый рабочий день следующим за выходными днями - ДД.ММ.ГГГГ.

В судебном заседании представитель ответчика Министерства социального развития и труда Камчатского края ФИО6, действующий на основании доверенности, исковые требования не признал. Представил письменные возражения на иск в которых указал и суду пояснил, что исходя из должностных обязанностей, указанных в трудовом договоре от ДД.ММ.ГГГГ, Министерство не может выступать стороной трудовых отношений с сотрудниками КГАУ СЗ «Комплексный центр социального обслуживания населения «Шанс», а, следовательно, и реализовывать права и обязанности работодателя по отношению к трудовым функциям в учреждении. В связи с прекращением с ДД.ММ.ГГГГ деятельности КГАУ СЗ «Комплексный центр социального обслуживания населения «Шанс» путем реорганизации в форме присоединения к КГАУ СЗ «Козыревский комплексный центр социального обслуживания населения», ДД.ММ.ГГГГ истец был уведомлен под роспись об увольнении в связи с сокращением должности директора. Приказом Министерства социального развития и труда Камчатского края от ДД.ММ.ГГГГ №-л ФИО1 освобожден от занимаемой должности и с ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор расторгнут на основании п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ. Довод истца о том, что за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Министерством социального развития и труда Камчатского края не была предложена вакантная должность социального работника является ошибочным, поскольку Министерство не связано трудовыми отношениями с сотрудниками учреждения КГАУ СЗ «Козыревский комплексный центр социального обслуживания населения». Полагал, что процедура увольнения ответчиком не нарушена. Ссылаясь на то обстоятельство, что истцу копия приказа №-л от 08 ноября 2016 года была вручена 10 ноября 2016 года, а он обратился в суд 12 декабря 2016 года, то есть за пределами установленного срока, в связи с чем, просил применить последствия пропуска срока для обращения с иском в суд в соответствии со ст. 392 ТК РФ.

В судебном заседании третье лицо директор КГАУ СЗ «Козыревский комплексный центр социального обслуживания населения», привлеченное судом к участию в деле, ФИО7, исковые требования полагала необоснованными и неподлежащими удовлетворению. Суду пояснила, что на момент расторжения трудового договора с ФИО1, в КГАУ СЗ «Козыревский комплексный центр социального обслуживания населения» имелась вакантная должность кладовщика 0,5 ставки, на что истец только посмеялся. На сегодняшний день должность кладовщика 0,5 ставки не свободна. В разговоре с истцом, в устной форме, предлагала ему вакантную должность кладовщика. Должность социального работника на момент увольнения истца и реорганизации была не свободна. Также указала, что работодателем истца не является, работодателем истца является Министерство социального развития и труда Камчатского края. По личной инициативе предложила истцу вакантную должность социального педагога, от которой истец отказался.

Выслушав лиц, участвующих в деле, мнение прокурора, полагавшей требования истца о восстановлении на работе необоснованными и неподлежащими удовлетворению ввиду реорганизации учреждения, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 46 Конституции РФ каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Реализация данного конституционного принципа производится путем установления в федеральном законе перечня органов по рассмотрению трудовых споров, порядка рассмотрения споров и сроков обращения за разрешением индивидуального трудового спора.

Согласно статье 392 Трудового кодекса РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

В силу статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В судебном заседании установлено, что приказом Министерства социального развития и труда Камчатского края №-л от 30 декабря 2015 года ФИО1 с 01 января 2016 года назначен на должность директора КГАУ СЗ «Комплексный центр социального обслуживания населения «Шанс», сроком на один год с 01 января 2016 года по 31 декабря 2016 года.

На основании приказа №-л от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 уволен с ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.

С данным приказом истец ознакомлен 10 ноября 2016 года.

Проверяя ходатайство представителя ответчика о пропуске истцом срока обращения с иском в суд, суд приходит к следующему.

Согласно штемпелю на конверте исковое заявление направлено в адрес суда ФИО1 посредством почтовой связи ДД.ММ.ГГГГ, которое поступило в суд ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, направления искового заявления посредством почтовой связи, осуществлено по истечении установленного законом месячного срока.

Возражая против удовлетворения ходатайства представителя ответчика ФИО6 о применении последствия пропуска срока для обращения с иском в суд, истец пояснил, что проживает в <адрес>-<адрес><адрес> Камчатского края и почтовое отправление с исковым заявлением о восстановлении на работе было им направлено в первый рабочий день следующим за выходными днями - ДД.ММ.ГГГГ, в связи, с чем полагал, что обратился в суд в течение срока исковой давности.

В силу части 3 ст. 392 Трудового кодекса РФ при пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой и второй настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

Признав причины пропуска срока уважительными, судья вправе восстановить этот срок (ч. 3 ст. 390, ч. 3 ст. 392 Трудового кодекса РФ).

В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость ухода за тяжелобольными членами семьи) (п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

При этом в каждом конкретном случае суд оценивает уважительность причины пропуска работником срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, проверяя всю совокупность конкретных обстоятельств дела, в том числе характер причин, не позволивших работнику обратиться в суд в пределах установленного законом срока.

Так, суд приходит к выводу, что действия истца свидетельствует об их добросовестности при направлении искового заявления в адрес суда и, как следствие, могут быть расценены, в данном случае, в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд, предусмотренного положениями ст. 392 Трудового кодекса РФ.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения ходатайства представителя ответчика о пропуске истцом срока обращения с иском в суд.

Рассматривая требование истца об отмене приказа Министерства социального развития и труда Камчатского края №-л от ДД.ММ.ГГГГ суд приходит к следующему.

В силу ст. 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, иными федеральными законами.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя.

В силу статьи 180 Трудового кодекса РФ при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность) в соответствии с частью третьей статьи 81 настоящего Кодекса.

Расторжение трудового договора с работником по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ возможно при условии, что он не имел преимущественного права на оставление на работе (статья 179 Трудового кодекса РФ) и был предупрежден персонально не менее чем за два месяца о предстоящем увольнении (часть 2 статьи 180 Трудового кодекса РФ).

По смыслу п. 2 ч. 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ увольнение работника по сокращению численности или штата работников организации допустимо только в том случае, если реально имеет место уменьшение количества единиц по соответствующей специальности либо исключение из штата работников определенной должности. Подтверждением либо обоснованием сокращения численности работников может служить уменьшение объема работ и фонда заработной платы. Действительное сокращение численности работников или штата должно быть подтверждено приказом (распоряжением) о сокращении численности или штата работников и новым штатным расписанием. При этом новое штатное расписание должно быть утверждено до начала проведения мероприятий по сокращению численности или штата работников организации.

Постановлением Правительства Камчатского края от 19 декабря 2008 года № 423-П утверждено Положение о Министерстве социального развития и труда Камчатского края (далее по тексту - Положение).

Согласно пункту 1.8 Положения, Министерство имеет подведомственные краевые учреждения для реализации полномочий в установленной сфере деятельности.

В соответствии с п. 2.1 пп. 10 Положения Министерство осуществляет полномочия, в том числе, осуществляет контроль деятельности подведомственных краевых государственных учреждений, укреплением их материально-технической базы.

Как установлено в судебном заседании приказом Министерства социального развития и труда Камчатского края №-л от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ назначен на должность директора КГАУ СЗ «Комплексный центр социального обслуживания населения «Шанс».

Согласно ст. 15 ТК РФ трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Трудовой договор в соответствии с ч.1 ст. 16 ТК РФ является основанием возникновения трудовых отношений.

Согласно ч.1 ст. 56 ТК РФ трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

По делу установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между Министерством социального развития и труда Камчатского края «Работодатель» и ФИО1 «Руководитель» заключен трудовой договор.

Согласно пункту 1 трудового договора, договор регулирует отношения между Работодателем и Руководителем, связанные с выполнением Руководителем обязанностей по должности Руководителя учреждения, расположенного по адресу: 684400, Камчатский край, Усть-Камчатский <адрес>.

Пунктами 2, 3, 4 трудового договора установлено, что трудовой договор заключен на определенный срок на один год с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Трудовой договор является договором по основной работе. Местом работы Руководителя является учреждение.

Указанные вышеприведенные обстоятельства и письменные доказательства свидетельствуют о наличии между сторонами трудовых отношений в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

В связи с этим, довод представителя ответчика ФИО6 о том, что Министерство не является работодателем истца, в связи, с чем у него отсутствует обязанность по предложению ФИО1 вакантной должности, является несостоятельным.

Из содержания уведомления от ДД.ММ.ГГГГ №.02/7475, направленного Министерством социального развития и труда Камчатского края на имя директора КГАУ СЗ «Комплексный центр социального обслуживания населения «Шанс» ФИО1 следует, что с ДД.ММ.ГГГГ КГАУ СЗ «Комплексный центр социального обслуживания населения «Шанс» будет реорганизовано путем присоединения к КГАУ СЗ «Козыревский комплексный центр социального обслуживания населения».

ДД.ММ.ГГГГ истец ознакомлен с приказом №-л от ДД.ММ.ГГГГ о сокращении должности директора КГАУ СЗ «Комплексный центр социального обслуживания населения «Шанс» во исполнение распоряжения Правительства Камчатского края о реорганизации КГАУ СЗ «Козыревский комплексный центр социального обслуживания населения» путем присоединения к нему КГАУ СЗ «Комплексный центр социального обслуживания населения «Шанс».

Как следует из выписки из Единого государственного реестра юридических лиц, КГАУ СЗ «Козыревский комплексный центр социального обслуживания населения» является правопреемником КГАУ СЗ «Комплексный центр социального обслуживания населения «Шанс».

На основании приказа №-к от ДД.ММ.ГГГГ истцу предоставлен ежегодный оплачиваемый отпуск с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 73).

Приказом Министерства социального развития и труда Камчатского края №-л от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 освобожден от занимаемой должности директора КГАУ СЗ «Комплексный центр социального обслуживания населения «Шанс» и уволен с ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с ч. 3 ст. 81 Трудового кодекса РФ увольнение по основанию, предусмотренному пунктом 2 части первой ст. 81 ТК РФ, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором (часть 3 статьи 81 Трудового кодекса РФ).

Уведомлением № за подписью директора КГАУ «Козыревский комплексный центр» ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ, истцу предложена вакантная должность - социальный педагог, с данным уведомлением ФИО1 ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ и собственноручно выразил несогласие продолжить работать в предложенной должности.

В обоснование исковых требований истец ФИО1 указал, что в КГАУ СЗ «Козыревский комплексный центр социального обслуживания населения» были вакантные должности кладовщика и социального работника, которые ему предложены не были.

Из объяснений представителя ответчика ФИО6 установлено, что в подчинении Министерства имеется 12 подразделений комплексных центров социального обслуживания населения. ФИО1 какие-либо вакантные должности Министерство не предлагало.

Как пояснила в судебном заседании директор КГАУ «Козыревский комплексный центр» ФИО7, на момент расторжения трудового договора с ФИО1, в КГАУ СЗ «Козыревский комплексный центр социального обслуживания населения» имелась вакантная должность кладовщика 0,5 ставки. На сегодняшний день должность кладовщика 0,5 ставки не свободна. В разговоре с истцом, в устной форме, предлагала ему вакантную должность кладовщика. Должность социального работника на момент увольнения истца и реорганизации была не свободна. Указала, что по личной инициативе предложила истцу вакантную должность социального педагога, от которой истец отказался.

В подтверждение своих доводов третьим лицом в лице директора КГАУ «Козыревский комплексный центр» ФИО7 представлены суду письменные доказательства: копия приказа №-л от 01.11.2016 года о переводе ФИО8 в отделение социального обслуживания на дому КГАУ «Козыревский комплексный центр» с ДД.ММ.ГГГГ на должность социального педагога; копия приказа №-л от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении трудового договора с социальным работником отделения социального обслуживания на дому КГАУ «Козыревский комплексный центр» ФИО9 с 22 октября 2016 года; штатное расписание КГАУ «Козыревский комплексный центр», утвержденное приказом №-п от ДД.ММ.ГГГГ; штатное расписание КГАУ «Козыревский комплексный центр», утвержденное приказом №-п от 12 сентября 2016 года.

В силу ч. 1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Оценив объяснения сторон, третьего лица, исследовав письменные доказательства, суд приходит к выводу, что факт сокращения должности директора КГАУ СЗ «Комплексный центр социального обслуживания населения «Шанс», а также наличие помимо предложенной истцу вакансии социального педагога, должности кладовщика 0,5 ставки, нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Так факт, что должность кладовщика 0,5 ставки истцу не предлагалась и согласие на её замещение, у истца не выяснялось, никем в судебном заседании не оспаривался.

Как следует из пункта 29 Постановления № 2 от 17.03.2004 года Пленума Верховного Суда РФ, дублирующего положения ч. 3 ст. 81 Трудового кодекса РФ, судам следует иметь в виду, что работодатель обязан предлагать работнику все вакансии, отвечающие указанным в данной норме требованиям, имеющиеся у него в данной местности.

В свою очередь судом установлено, что увольняя ФИО1 по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, за период с момента предупреждения о предстоящем прекращении трудового договора, ответчиком какие-либо имеющиеся вакантные должности, истцу не предлагались.

Как разъяснено в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказывать наличие законного основания увольнения и соблюдения установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Таким образом, на работодателе в данном конкретном случае возложена обязанность предложить подлежащему сокращению работнику все имеющиеся у него вакансии.

Установив юридически значимые обстоятельства по делу, суд приходит к выводу о нарушении ответчиком порядка увольнения ФИО1 по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, что является основанием для признания такого увольнения незаконным.

В соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Признавая увольнение истца незаконным, суд отказывает в удовлетворении требования об отмене приказа №-л от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении, по следующим основаниям.

В судебном заседании установлено, что приказом Министерства социального развития и труда Камчатского края №-л от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 освобожден от занимаемой должности директора КГАУ СЗ «Комплексный центр социального обслуживания населения «Шанс» и уволен с ДД.ММ.ГГГГ.

Указанный приказ издан надлежащим должностным лицом, в пределах предоставленных ему полномочий.

Согласно трудовому законодательству, прерогатива на издание, изменение или отмену приказа принадлежит исключительно работодателю.

Следовательно, в компетенцию суда не входит отмена приказа об увольнении, поскольку суд не может издать приказ об увольнении и соответственно его отменить.

Рассматривая требование истца о восстановлении с ДД.ММ.ГГГГ в должности директора КГАУ СЗ «Комплексный центр социального обслуживания населения «Шанс», суд приходит к следующему.

Как следует из выписки из Единого государственного реестра юридических лиц, КГАУ СЗ «Комплексный центр социального обслуживания населения «Шанс» реорганизовано путем присоединения к КГАУ СЗ «Козыревский комплексный центр социального обслуживания населения».

Статьей 57 ГК РФ предусмотрено, что реорганизация юридического лица (слияние, присоединение, разделение, выделение, преобразование) может быть осуществлена по решению его учредителей (участников) либо органа юридического лица, уполномоченного на то учредительными документами. Юридическое лицо считается реорганизованным, за исключением случаев реорганизации в форме присоединения, с момента государственной регистрации вновь возникших юридических лиц.

Статьей 75 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что при смене собственника имущества предприятия, а равно его реорганизации (слиянии, присоединении, разделении, преобразовании) трудовые отношения, с согласия работника, продолжаются; прекращение в этих случаях трудового договора (контракта) по инициативе администрации возможно только при сокращении численности или штата работников.

Учитывая положения ст. 75 Трудового кодекса РФ и п. 60 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ» работник, уволенный без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения, подлежит восстановлению на прежней работе, а при невозможности восстановления его на прежней работе вследствие реорганизации предприятия он подлежит восстановлению, с его согласия, на вновь созданном в результате реорганизации предприятии.

Соответственно, реорганизация предприятия (слиянии, присоединении, разделении, преобразовании), изменение подведомственности (подчиненности) организации не может являться основанием для расторжения трудовых договоров с работниками, если работник выразил согласие работать в новых условиях.

Судом учтено, что истцом не заявлено желание быть восстановленным на предприятии, образованном в результате реорганизации - КГАУ СЗ «Козыревский комплексный центр», а также вакантные должности в КГАУ СЗ «Козыревский комплексный центр» отсутствуют.

Оценив обстоятельства и письменные доказательства, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о восстановлении с ДД.ММ.ГГГГ в должности директора КГАУ СЗ «Комплексный центр социального обслуживания населения «Шанс».

Рассматривая требование истца о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, суд приходит к следующему.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 3 п. 60 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ» по заявлению работника, увольнение которого признано незаконным, суд может ограничиться вынесением решения о взыскании в его пользу среднего заработка за время вынужденного прогула и об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию (ч. ч. 3 и 4 ст. 394 Трудового кодекса РФ).

Учитывая, что увольнение истца по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ судом признано незаконным, суд приходит к выводу, что требование о взыскании с ответчика заработной платы за время вынужденного прогула является законным и обоснованным.

В соответствии со ст. ст. 234, 394 Трудового кодекса РФ в случае восстановления работника на работе ему должен был быть выплачен средний заработок за все время вынужденного прогула. Средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации.

Судом установлено, что ФИО1 ответчиком была произведена выплата выходного пособия за период декабрь 2016 года – январь 2017 года в размере среднего месячного заработка.

Факт получения суммы выходного пособия за указанный период, истцом не оспаривался.

Вместе с тем расчет произведенный истцом среднего заработка за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в сумме 390 828 рублей, является неправильным, так как произведен без учета выплаченного ответчиком выходного пособия в размере среднего заработка по январь 2017 года включительно, в связи с чем, размер заработной платы за время вынужденного прогула подлежит исчислению за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

По делу установлено, что рабочими днями для истца являются дни с подельника по пятницу.

Согласно производственному календарю на 2017 год количество рабочих дней с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составляет 29 дней.

Как следует из расчета средних, представленного третьим лицом, среднедневной заработок истца составляет 4 330 рублей 25 копеек.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула в размере 125 577 рублей 25 копеек (29 дн. * 4 330,25).

Разрешая вопрос о компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с ч. 7 ст. 394 Трудового кодекса РФ в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

Поскольку установлено нарушение права истца, с учетом конкретных обстоятельств дела, характера и степени перенесенных нравственных страданий, а также требований разумности и справедливости, суд полагает заявленную истцом сумму компенсации морального вреда неоправданно завышенной и считает возможным взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в размере 15000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства социального развития и труда Камчатского края в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 125 577 рублей 25 копеек.

Взыскать с Министерства социального развития и труда Камчатского края в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Министерству социального развития и труда Камчатского края в отмене приказа №-л Министерства социального развития и труда Камчатского края от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении ФИО1, о восстановлении с ДД.ММ.ГГГГ в должности директора Краевого государственного автономного учреждения социальной защиты «Комплексный центр социального обслуживания населения «Шанс», среднего заработка за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 265 260 рублей 75 копеек, компенсации морального вреда в размере 170 000 рублей, отказать.

Решение может быть обжаловано в Камчатский краевой суд в течение месяца, со дня составления решения в окончательной форме через Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края.

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья подпись Г.А. Липкова

Копия верна.

Судья Г.А. Липкова