Апелляционное постановление № 10-1/2026 от 4 марта 2026 г. по делу № 10-1/2026

Председательствующий по делу

Мировой судья Дело №10-1/2026

ФИО1 УИД 75MS0067-01-2022-003217-33


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

п. Агинское 5 марта 2026 года

Агинский районный суд Забайкальского края в составе председательствующего судьи Дашиевой Ц.Ц.,

при секретаре Гонгоровой Б.А.

с участием помощника прокурора Агинского района Глухова А.А.,

осужденного ФИО2,

защитника – адвоката Эрдынеевой В.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу осужденного ФИО2, апелляционное представление государственного обвинителя Бадмаева А.А. на приговор мирового судьи судебного участка № 66 Могойтуйского судебного района Забайкальского края от 04.03.2025 года, которым

ФИО2, <адрес>, ранее не судимый,

осужден по ч. 2 ст. 145.1 УК РФ к штрафу в размере 120 000 рублей с лишением права заниматься деятельностью, связанной с руководством сельскохозяйственными производственными кооперативами, на срок 2 года,

сохранен арест на имущество, принадлежащее осужденному ФИО2, до исполнения приговора в части штрафа,

избранная в отношении ФИО2 мера принуждения в виде обязательства о явке до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения,

исковые требования потерпевших Потерпевший №5, Потерпевший №3, ФИО32, Потерпевший №6, Потерпевший №8, Потерпевший №9 о взыскании задолженности по заработной плате и иным установленным законом выплатам - удовлетворены частично,

исковые требования потерпевших ФИО9, Потерпевший №4 о взыскании задолженности по заработной плате и иным установленным законом выплатам - оставлены без удовлетворения,

исковые требования потерпевших Потерпевший №5, Потерпевший №3, ФИО32, Потерпевший №6, Потерпевший №9 о взыскании компенсации морального вреда - удовлетворены частично,

исковые требования потерпевшей Потерпевший №2 о взыскании компенсации морального вреда - оставлены без удовлетворения,

разрешена судьба вещественных доказательств.

Выслушав помощника прокурора <адрес> Глухова А.А., поддержавшего доводы апелляционного и кассационного представления, возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы, осужденного ФИО2, защитника – адвоката Эрдынееву В.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы и дополнения к ней, доводы кассационной жалобы,

УСТАНОВИЛ:

приговором мирового судьи судебного участка № Могойтуйского судебного района <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 145.1 УК РФ, то есть в частичной невыплате свыше трех месяцев заработной платы, совершенной из корыстной и иной личной заинтересованности руководителем организации, полную невыплату свыше двух месяцев заработной платы и иных установленных законом выплат, совершенную из корыстной или иной личной заинтересованности руководителем организации.

Преступление совершено с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по месту нахождения СПК Племзавод «Догой», расположенном по адресу: <адрес>, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре мирового судьи.

В апелляционной жалобе и поданном к ней дополнении осужденный ФИО2 указывает, что осужден незаконно и необоснованно. Суд нарушил нормы материального и процессуального права, выводы суда не соответствуют обстоятельствам, установленным в ходе судебного разбирательства. В частности, указывает, что стороной обвинения и судом состав преступления определен по нормам ТК РФ. В соответствии со ст. 26 ФЗ-193 «О сельскохозяйственной кооперации» и Уставу кооператива, исполнительным органом кооператива является также правление, на председателя кооператива не возложены обязанности по соблюдению перечисленных норм Конституции РФ и ТК РФ. Часть 2 ст. 40 ФЗ-193 распространяется на наемных работников, их прием на работу, увольнение с работы осуществляется председателем кооператива. <адрес> в 2018 году пришла к выводу об отсутствии в кооперативе нарушений трудового законодательства. Также не были выявлены нарушения Государственной инспекцией труда в <адрес> в 2019 и в последующих годах. Допрошенная в качестве специалиста ФИО3 пояснила, что все обратившиеся в инспекцию труда потерпевшие, кроме Потерпевший №4, имели статус членов кооператива. Показания ФИО3 подтверждены судебными решениями об установлении трудовых отношений с ФИО4, Потерпевший №2, Потерпевший №4. Показания Дашиевой о том, что трудовые отношения устанавливаются только в судебном порядке, подтверждаются апелляционным определением <адрес>вого суда от ДД.ММ.ГГГГ. Описание преступного деяния не соответствуют нормам материального права, состав вменяемого преступления определены нормами ТК РФ.

Кроме этого, суд признал всех потерпевших одновременно членами кооператива и работниками кооператива, что также противоречит нормам ФЗ-193 и ТК РФ, на членов кооператива ТК РФ не распространяется.

Все 10 потерпевшие, одновременно не могут являться как членами, так и работниками кооператива, понятие «работник» действовало до ДД.ММ.ГГГГ, согласно ФЗ-196 от 13.07.2020г.

Утверждает, что в ходе судебного разбирательства не установлено умысла с его стороны. Суд не указал, в чем выразился умысел и чем подтверждается, кроме сомнительных выводов по Потерпевший №4. По первоначальному приговору суда от ДД.ММ.ГГГГ он осужден за 12 эпизодов в отношении 12 потерпевших. После направления уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ из 12 потерпевших осталось 10. При этом потерпевшие ФИО11 и ФИО12 исключены из списка потерпевших, в связи с тем, что задолженность по зарплате отсутствовала, поскольку принята в зачет оплата труда в натуральной форме. Этих потерпевших государственный обвинитель признавал такими же «работниками» кооператива. Подобная позиция государственного обвинителя свидетельствует об отсутствии у осужденного прямого умысла на совершение преступления не только в отношении Ж-вых, но и в отношении остальных. Более того, согласно заключения эксперта №б-2024 от ДД.ММ.ГГГГ задолженности по зарплате и иным выплатам отсутствуют у кооператива на дату увольнения перед потерпевшими ФИО34 и Потерпевший №2. В прениях сторон гособвинитель отказался от части обвинения и по ФИО5 за невыплату ему зарплаты в 2018 году. По Потерпевший №9 в прениях сторон также признавал отсутствие задолженности, при этом утверждал, что действия осужденного являются постпреступными. Сторона обвинения и суд посчитали, что только из-за того, что потерпевшие не получали заработную плату в денежной форме, в действиях ФИО2 содержится состав преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 145.1 УК РФ. Между тем, квалификация содеянного и его доказывание осуществляется из направленности умысла виновного. Это правило суд проигнорировал. Всем потерпевшим в 2018-2019 году письменно предлагалась выдача натуроплаты в размере 100 % и не ниже 1 МРОТ за каждый месяц текущего года с учетом личного трудового участия, а также дополнительно разъяснялся порядок оплаты труда. Все потерпевшие знали о том, что с ДД.ММ.ГГГГ действует принятое и утвержденное, в том числи ими, положение об оплате труда, согласно которому оплата труда осуществляется исключительно в натуральной форме 1 раз в конце финансового года в размере не ниже 1 МРОТ за каждый текущий год с учетом трудодней. Судом сделан вывод о том, что у кооператива имелась возможность своевременно выплатить зарплату. По мнению суда, выплата таковой возможна из субсидий, представленных из регионального бюджета. В письме <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № конкретно указано, на какие цели могут быть использованы субсидии. Кроме того, из показаний начальника отдела сельского хозяйства муниципального района «<адрес>» ФИО6 следует, что средства субсидий нельзя использовать на выплату зарплаты. Из заключения №б-2022 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в кассу и расчетные счета кооператива поступили денежные средства в сумме 32 548 857,17 рублей, в том числе субсидии на сумму 8 798 173,47 рублей, а израсходовано 32 691 084,26 рублей, в том числе полностью субсидии по целевому назначению.

В приговоре не отражено в чем конкретно выразился мотив преступления и чем подтверждается. Им отвергается наличие корыстного мотива и иной личной заинтересованности, стремления повысить свой авторитет.

Кроме того указывает, что доказывая объективную сторону состава вменяемого преступления, сторона обвинения и суд сослались на заключение эксперта ФИО7 №б-2024 от ДД.ММ.ГГГГ. Указанное заключение не отражает фактические обстоятельства дела, поскольку государственный обвинитель в прениях сторон отказался от части предъявленного обвинения в отношении 2 потерпевших. Эксперт ФИО7 за одни и те же исследуемые периоды дала непоследовательные противоречивые заключения в сторону уменьшения либо увеличения задолженности по заработной плате, что вызывает сомнения в обоснованности ее заключений. Эксперт ФИО7 при даче заключений демонстрировала свою непоследовательность и полную зависимость от следствия.

Заключение эксперта №б-2024 года не соответствует нормам процессуального закона. Из описания преступления следует, что сумма задолженности по зарплате и иным выплатам составляет 2 235 473,08 рублей. Указанная сумма установлена заключением эксперта №б-2024. Судом сумма уменьшена до 2 234 234,58 рублей. При этом неясно, отчего она уменьшилась на 1238,50 рублей.

Необходимость в производстве повторной судебной бухгалтерской экспертизы в ходе повторного судебного разбирательства мотивировалась и другими основаниями. Осужденному на стадии доследования не удалось добиться производства указанной экспертизы, о чём предъявлены судебные решения, принятые по результатам рассмотрения жалоб в порядке ст. 125 УПК РФ. Кроме этого, начиная с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ходе судебного разбирательства, стороной защиты заявлено не менее 20 письменных ходатайств с обоснованиями для назначения повторной судебной бухгалтерской экспертизы. Все ходатайства отклонены судом по одной общей формулировке об отсутствии оснований. В чём конкретно это выражалось, не объяснялось. Из существа предъявленного обвинения и описания преступного деяния ФИО2 следует, что периоды невыплаты зарплаты и иных выплат по каждому потерпевшему разные. При этом ни в обвинении, ни в приговоре не расписано, на основании каких фактических данных определены эти периоды. При этом у каждого потерпевшего не выяснено, по каким конкретно основаниям он определяет периоды невыплаты ему зарплаты.

Несмотря на то, что в заключении эксперта №б-2024 отражено отсутствие задолженности по зарплате и иных выплат перед Потерпевший №2, ФИО34, он по приговору осужден, при этом не указан размер невыплаченной заработной платы по определенным периодам. Также осужден за невыплату заработной платы и по остальным потерпевшим: ФИО5, Потерпевший №3, Потерпевший №6, Потерпевший №9, ФИО35, ФИО4, Потерпевший №5, Потерпевший №4.

Также указывает, что суд не обосновал в приговоре доводы свидетелей ФИО15 и ФИО21 о неверном толковании ими закона, причем конкретно какого закона

В ходе судебного разбирательства сторона обвинения утверждала, что трудовые отношения не были оформлены надлежащим образом, но тем не менее, все они были допущены к работе и выполняли трудовые функции, в связи с чем являлись «работниками Кооператива». При этом сторона обвинения не конкретизировала, кто из потерпевших и конкретно кем из руководства кооператива либо его уполномоченным лицом был допущен к работе. Это обстоятельство сторона обвинения должна была установить в обязательном порядке в силу требований ч. 11 ст. 16 ТК РФ. Более того, ни в окончательной формулировке обвинения, ни в описании судом преступного деяния нарушение ст. 16 ТК РФ не приведено. В исследуемые периоды руководство кооператива, в том числе осужденный, ни с кем из потерпевших трудовой договор не заключали, никого из потерпевших к выполнению трудовых функций не допускали. Поскольку все потерпевшие являлись членами, а не работниками кооператива, размеры и периоды невыплаты заработной платы и иных выплат неверны. В случае назначении повторной судебной бухгалтерской экспертизы была бы установлена несостоятельность обвинения.

Указывает, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ у осужденного отсутствовали полномочия председателя кооператива. Судебные и иные документы, подтверждающие фактическое осуществление ФИО16 организационно-распределительных и административно-хозяйственных функций по должности председателя СПК не получили надлежащую правовую оценку. Протоколом № внеочередного общего собрания членов СПК от ДД.ММ.ГГГГ председателем избран ФИО16, Решением Арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ признан недействительным. Следовательно, именно с 15.02.2019г. по 21.02.2021г. у осужденного отсутствовали законные полномочия в качестве председателя.

Также указывает, что Решения суда об установлении трудовых отношений в отношении ФИО4, Потерпевший №2, Потерпевший №4 не носят преюдициальный характер. Судебные решения в отношении указанных лиц явились основаниями для необоснованного признания следствием остальных 7 потерпевших состоявшими в трудовых отношениях с кооперативом. То есть следствием была применена аналогия закона, которая запрещена в уголовном судопроизводстве.

Судом необоснованно отвергнуто экспертное заключение №ВС/2023.

Стороне защиты непонятно, какие доводы подсудимого имел в виду суд, когда указывал в приговоре, что не принимает их во внимание в силу безосновательности и относимости.

По его мнению в полном объеме подтверждается наличие неустранимых сомнений в доказанности вменяемого ФИО2 состава преступления, в связи с чем полагает, что отсутствуют основания для повторного направления уголовного дела прокурору. Исковые требования не признает, просит отменить приговор от 04.03.2025г. и вынести оправдательный приговор.

Аналогичные доводы изложены в кассационной жалобе, указывал, что налицо совершенно разные, противоположные подходы по установлению и признании в его действиях наличия состава преступления, не дана оценка его версии о том, что он не занимал должность руководителя на момент совершения инкриминируемого преступления, оспаривает размер причиненного потерпевшим ущерба.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Бадмаев А.А., не оспаривая фактических обстоятельств дела и виновность ФИО2, полагает, что приговор подлежит изменению в связи с неправильным применением закона при назначении наказания. Указал, что судом в приговоре сделан вывод о совершении ФИО2 частичной невыплаты свыше трех месяцев заработной платы и полной невыплаты свыше двух месяцев заработной платы и иных установленных законом выплат на общую сумму 2 234 234,58 рублей, тогда как при подсчете заработной платы по каждому потерпевшему общая сумма составила 2 202 811,58 рублей; в приговоре при назначении дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с руководством сельскохозяйственными производственными кооперативами, отсутствует ссылка на ч. 3 ст. 47 УК РФ. Кроме того, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, личности виновного, конкретных обстоятельств дела, длительной невыплаты заработной платы потерпевшим, ее суммы, количества потерпевших, необходимо назначить наказание в виде штрафа в размере 150 000 рублей, а также увеличить размер компенсаций морального вреда ФИО32, Потерпевший №6, Потерпевший №5, Потерпевший №3, Потерпевший №9

В кассационном представлении заместитель прокурора <адрес>, не оспаривая фактических обстоятельств дела и доказанность вины ФИО2 в совершении преступления, за которое он осужден, выражает несогласие с решением апелляционной инстанции, считая его незаконным в связи с неправильным применением срока давности привлечения ФИО8 к уголовной ответственности.

Кассационным постановлением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ апелляционное постановление Агинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 отменено, уголовное дело передано на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

Проверив материалы дела, выслушав мнения участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы и апелляционного представления, кассационной жалобы и кассационного представления, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы мирового судьи о виновности осужденного ФИО2 в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на проверенных в судебном заседании доказательствах, содержание которых полностью раскрыто в приговоре суда и которые были надлежаще оценены мировым судьей с точки зрения относимости и достоверности, а все в совокупности - признаны достаточными для разрешения уголовного дела.

Судебное разбирательство проведено в соответствии с положениями глав 35 - 39 УПК РФ. В судебном заседании было обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастность, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.

Совокупности исследованных судом доказательств являлось достаточным для постановления по делу обвинительного приговора, а потому отсутствовала и не имеется в настоящее время необходимости в получении других доказательств.

В описательно-мотивировочной части приговора мировой судья привел мотивы решения всех вопросов, относящихся к обвинительному приговору.

Несмотря на непризнание ФИО2 своей вины, вывод суда о доказанности его вины в совершении преступления, за которое он осужден, соответствует фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, анализ которых полно и правильно приведен в приговоре суда, в частности:

Показаниями потерпевшего Потерпевший №3, который показал, что он работал в СПК «Догой» с октября 1999года, ухаживал за молодняковой гуртой КРС, зарплату получал ежемесячно до 2018г. В 2018г. ФИО2 был избран председателем, и с 01.05.2018г. не получал заработную плату ни деньгами, ни натуроплатой. Предложение о выплате заработной платы в 2018-2019годах со стороны ФИО2, а также со стороны СПК «Догой» не было.

Показаниями потерпевшего Потерпевший №5, который показал, что ДД.ММ.ГГГГ был принят членом колхоза «Россия», трудовую деятельность трактористом начал с 01.06.1986г. до 2020г. С переходом ФИО2 на должность руководителя хозяйства заработную плату не стал получать. Техосмотр трактора, страховку проводил за свой счет, один вспахал, обработал, приготовил всю технику, все лето огораживал зерновые поля. По итогам 2018г. ему выдали натуроплату, три тонны пшеницы, четыре тонны овса, с чем не согласен был, просил оплатить минимальный размер оплаты в денежном эквиваленте.

Показаниями потерпевшего ФИО32, который показал, что с 1969 года являлся членом колхоза «Россия», переименованный в СПК «Племзавод «Догой», работал на разных должностях. С ДД.ММ.ГГГГ не получает заработную плату.

Показаниями потерпевшего Потерпевший №6, который показал, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, работая водителем, заработную плату не получил.

Показаниями потерпевшего Потерпевший №7, который показал, что в сентябре 2018 года получил натуральную оплату труда за 2018г., в 2019 году был уволен, в счет оплаты труда оставил себе приплод, задолженность перед ним отсутствует.

Показаниями потерпевшей ФИО19, которая показала, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ зарплата не выплачивалась ни в денежной, ни в натуральной форме.

Показаниями потерпевшего Потерпевший №9, который показал, что с ДД.ММ.ГГГГ по сентябрь 2018 года являлся работником зернотока, в сентябре переведен на должность чабана. Требует заработную плату за январь, февраль 2018 года по сентябрь 2019 года, до указанной даты у него не было задолженности по заработной плате. Натуроплата идет сначала на содержание поголовья, потом если чабан хорошо продаст своих ягнят, он закупает материалы на ремонт кошары, электроэнергию, а потом если остаются, то он использует на свои средства.

Из показаний вышеуказанных потерпевших следует, что у них имеются претензии к СПК «Племзавод Догой» в связи с невыплатой им заработной платы, указанные работники выполняли трудовые обязанности на протяжении длительного времени, выполняемые работы носили постоянный характер и соответственно состояли в трудовых отношениях с СПК «Племзавод Догой», также как и Потерпевший №1, Потерпевший №4, Потерпевший №2.

Судом первой инстанции установлено, что перед Потерпевший №5 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на дату увольнения ДД.ММ.ГГГГ имеется задолженность по заработной плате в сумме 312 421,77 рублей; перед Потерпевший №3 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на дату увольнения ДД.ММ.ГГГГ 341 729,47 рублей; перед ФИО32 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на дату увольнения ДД.ММ.ГГГГ 225 189,47 рублей; перед Потерпевший №9 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на дату увольнения ДД.ММ.ГГГГ 194 692,61 рублей; перед Потерпевший №6 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на дату увольнения ДД.ММ.ГГГГ 356 135,37 рублей; перед ФИО9 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на дату увольнения 363 511,90 рублей; перед Потерпевший №8 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на дату увольнения ДД.ММ.ГГГГ в сумме 135 476,90 рублей; перед Потерпевший №4 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на дату увольнения ДД.ММ.ГГГГ 177 705,09 рублей; задолженность по заработной плате и компенсации за неиспользованные дни отпуска на дату увольнения у СПК «Племзавод «Догой» перед Потерпевший №7 и Потерпевший №2 отсутствует

В соответствии приказом № от ДД.ММ.ГГГГ, изданным на основании протокола собрания работников сельскохозяйственного производственного кооператива «Племенной завод «Догой» от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 избран председателем сельскохозяйственного производственного кооператива «Племенной завод «Догой» и в соответствии с Уставом является членом Правления и возглавляет его (п.7.2), без доверенности действует на основании решений Общего собрания членов Кооператива и Правления Кооператива по вопросам, отнесенным к компетенции этих органов, и по стальным вопросам единолично от имени Кооператива (л.д.7.7), представляет кооператив в органах государственной власти, органах местного самоуправления и организациях, распоряжается имуществом Кооператива, заключает договоры, открывает счета в банках и других кредитных организациях, осуществляет прием и увольнение работников и т.д., т.е. с указанного времени выполнял организационно-распорядительные и административно-хозяйственные обязанности в указанном кооперативе, осуществлял руководство работой кооператива, то есть являлся руководителем.

Доказательств, что ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не имел полномочий председателя, а в качестве председателя был избран ФИО16, не представлено, полномочия ФИО2 как председателя подтверждены финансово- бухгалтерскими, кадровыми документами, показаниями потерпевших, о чем подробно изложено в приговоре.

В указанный период, как следует из бухгалтерских документов, ФИО2 получал под отчет денежные средства, в составе комиссии как председатель СПК составлял акты по пересчету животных, наличия имущества.

Вместе с тем, доказательств, что ФИО16 в указанный период осуществлял деятельность председателя, распоряжался имуществом, выполнял банковские операции, не установлено.

Из показаний ФИО16 следует, что ФИО2 фактически руководил кооперативом, отказал передать документы СПК, материальные ценности, печать, не освобождал офис, были судебные заседания о признании решения собрания от ДД.ММ.ГГГГ (об отстранения ФИО2 от должности председателя) ничтожным.

Решением Арбитражного суда <адрес> от 27.01.2020г. отказано в удовлетворении исковых требований ФИО16 к ФИО2 о признании незаконным приказа № от 23.02.2018г., об отстранении ФИО2 от занимаемой должности, о признании всех вынесенных приказов с 23.02.2018г. незаконными, об обязании ответчика передать документы налогового учета, учредительные документы, документы производственно-хозяйственной деятельности, печать, материальные ценности, принадлежащие СПК «Племзавод «Догой».

Решением Арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ признан недействительным протокол внеочередного общего собрания членов СПК «Племзавод «Догой» от ДД.ММ.ГГГГ, которым председателем был избран ФИО16

Согласно информации УФНС по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ периоды осуществления полномочий председателя СПК «Племзавод «Догой» ФИО2 указаны периоды: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что в спорный период ФИО2 исполнял полномочия председателя кооператива, выполнял управленческие функции, в т.ч. организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции, осуществлял руководство и управление делами, определял размер расходов, был наделен полномочиями без доверенности действовать от имени кооператива представлять интересы и совершать сделки, издавать приказы о назначении на должности работников, их увольнении, решал вопросы выплаты заработной платы, пособий и иных предусмотренных законом выплат работникам указанной организации, и на него была возложена обязанность по соблюдений требования Конституции РФ, трудового и иного законодательства.

Наличие у ФИО2 реальной возможности выплачивать заработную плату потерпевшим установлено заключением эксперта №б-2022, согласно которому установлено, что в период с 01.01.2018г. по 31.12.202г. в кассу и на расчетные счета СПК «Племзавод Догой» поступали денежные средства в объеме, значительно превышающем задолженность по заработной плате, в том числе иные поступления, кроме субсидий, которые были направлены на цели, не относящиеся к первоочередным.

Согласно заключению №б-2022 у СПК «Племзавод «Догой» были иные поступления в 2018-2021г., кроме субсидий: в виде выручки от реализации услуг в сумме 20 597 479,05 руб., для выплаты заработной платы 153 500,00 руб., неиспользованные подотчетные суммы 389 466.48 руб., возврат оплаты в сумме 44 982,00 руб., прочие поступления 784 600 руб. (т.10 л.д.207)

Кроме того, согласно информации администрации МР «<адрес>» имелось имущество, за счет которых мог выплатить своевременно потерпевшим заработную плату.

Доводы стороны защиты о том, что из сумм субсидий не могли выдаваться заработная плата, не подтверждается нормативно-правовыми актами. Информация Министерства сельского хозяйства <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № не свидетельствует об запрете направления сумм государственной поддержки на выплату заработной платы работникам предприятия.

Определяя размер невыплаченной заработной платы потерпевшим, а также периоды невыплаты заработной платы мировой судья руководствовалась заключением эксперта №б-2024 от ДД.ММ.ГГГГ.

Вопреки доводам стороны защиты, оснований для признания указанной экспертизы недопустимым доказательством и назначении повторной бухгалтерской экспертизы не имелось, поскольку она проведена экспертом, имеющим соответствующее образование. Экспертное заключение отвечает требованиям ст. 204 УПК РФ, содержит полные ответы на все поставленные вопросы, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, представленные на исследование материалы дела были достаточны для ответов на поставленные перед экспертом вопросы.

Суд апелляционной инстанции оценивает результаты экспертного заключения во взаимосвязи с другими фактическими данными, что в совокупности позволяет установить фактические обстоятельства дела и сделать выводы о виновности осужденного в содеянном.

Материалами дела достоверно установлено, что умысел подсудимого ФИО2 был направлен на совершение частичной невыплаты свыше трех месяцев заработной платы, совершенной из корыстной и иной личной заинтересованности руководителем организации, полной невыплаты свыше двух месяцев заработной платы и иных установленных законом выплат, совершенной из корыстной или иной личной заинтересованности руководителем организации, о чем свидетельствует характер его действий, поскольку, занимая должность председателя сельскохозяйственного производственного кооператива "Племенной завод "Догой", из корыстной заинтересованности, обусловленной желанием избежать материальных затрат, связанных с выплатой заработной платы и иных установленных законом выплат работникам СПК «Племзавод Догой», и использовать невыплаченную заработную плату и иные установленные законом выплаты работникам СПК «Племзавод Догой» в осуществлении финансовой и хозяйственной деятельности кооператива, а также из иной личной заинтересованности, обусловленной повышением своей личной деловой репутации как председателя и репутации возглавляемого им кооператива перед деловыми партнерами, стремясь выглядеть более успешным и компетентным руководителем, решил заработную плату и иные установленные законом выплаты работникам СПК «Племзавод Догой» не выплачивать, а использовать имеющиеся денежные средства для расчетов с поставщиками, а также на иную хозяйственную деятельность СПК «Племзавод Догой».

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии у осужденного корыстного умысла на совершение инкриминированного ему преступления, отсутствии доказательств корыстной или иной личной заинтересованности в невыплате заработной платы и иных выплат, с изложением стороной защиты собственной оценки доказательств по делу, представляющейся ему правильной и являющейся по сути процессуальной позицией стороны защиты - не подтверждаются материалами дела и опровергаются исследованными судом доказательствами.

Так, суд считает указанные доводы жалобы несостоятельными, принимая во внимание характер деятельности Кооператива, которая направлена, в том числе на извлечение прибыли, установление наличия на расчетных счетах в периоды частичной невыплаты заработной платы и полной невыплаты денежных средств, использование их для обеспечения деятельности кооператива. Зная о наличии перед потерпевшими задолженности, он желал избежать материальных затрат, связанных с выплатой заработной платы и иных установленных законом выплат работникам, для осуществления финансовой и хозяйственной деятельности кооператива.

Вопреки доводам осужденного, его иная личная заинтересованность при совершении преступления выразилась в стремлении создать видимость квалифицированного руководителя и добросовестного партнера, при этом поступающие на расчетные счета и в кассу предприятия денежные средства использовались на решение текущих финансовых вопросов, что подтверждается доказательствами о списание денежных средств на оплату товаров, работы, услуги, обязательных платежей, выдачи под отчет, расчеты с поставщиками, выплатой процентов по займам, не осуществляя платежи по заработной плате работникам, о чем указано в приговоре.

Доводы жалобы о том, что стороной обвинения и судом состав преступления определен по нормам ТК РФ и не приняты во внимание нормы ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ №193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации», позиция Государственной инспекции труда и прокуратуры <адрес>, суд находит несостоятельными.

Как следует из п. 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 46 "О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях против конституционных прав и свобод человека и гражданина (статьи 137, 138, 138.1, 144.1, 145, 145.1 Уголовного кодекса Российской Федерации)", уголовная ответственность в соответствии со ст. 145.1 УК РФ наступает, в том числе, в случаях невыплаты заработной платы и иных выплат работникам, с которыми трудовой договор не заключался либо не был надлежащим образом оформлен, но они приступили к работе с ведома или по поручению работодателя либо его уполномоченного представителя.

По настоящему уголовному делу из представленных сторонами доказательств было достоверно установлено, что между потерпевшими, являющимися также членами кооператива, и СПК «Племзавод Догой» как работодателем сложились отношения, которые фактически являлись трудовыми, выполняли свои обязанности по соответствующим должностям.

В данном случае потерпевшие приняли на себя обязанность выполнять работу по соответствующим должностям на постоянной основе, были допущены к работе, подчинялась установленному режиму труда, работали под контролем и руководством кооператива, приняли на себя полную материальную ответственность за сохранность переданного им имущества, несли риски, связанного с осуществлением своего труда.

Согласно записям в трудовых книжках все потерпевшие были приняты на работу на определенные должности, по которым с ведома руководителей кооператива выполняли трудовые функции на протяжении длительного периода времени и выполняемые работы носили постоянный характер.

Более того, решением Могойтуйского районного суда <адрес> по делу №, вступившим в законную силу 02.12.2021г., установлено, что с потерпевшими Потерпевший №8, Потерпевший №9, Потерпевший №4 Потерпевший №2, ФИО20, ФИО9 имелись трудовые отношения в кооперативе.

Потерпевшие Потерпевший №5, Потерпевший №6, Потерпевший №3, ФИО32 являлись членами СПК, выполняли трудовые обязанности на различных должностях, прекращены трудовые отношения в связи с прекращением членства в СПК «Племзавод Догой».

Согласно абзацу 3 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации все работодатели (физические лица и юридические лица, независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности) в трудовых отношениях и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Трудовое законодательство и иные акты, содержащие нормы трудового права, также применяются к другим отношениям, связанным с использованием личного труда, если это предусмотрено данным Кодексом или иным федеральным законом (абз. 2 ст. 11 ТК РФ).

Судом были исследованы трудовые книжки потерпевших, из которых следует, что каждый был принят в разные периоды членами кооператива на определенные должности (скотником, чабаном, помощником чабана, трактористом, водителем, работником), уволены, прекращены трудовые отношения ввиду исключения из членов СПК.

Согласно Уставу кооператив осуществляет свою деятельность на основании Устава, Гражданского кодекса РФ, Федерального закона №193-ФЗ «О сельскохозяйственном кооперации», Уставом кооператива, других нормативных правовых актов Российской Федерации, законов и других нормативных правовых актов <адрес>.

В соответствии с ч.ч. 3, 7 ст. 40 ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ N 193-ФЗ "О сельскохозяйственной кооперации" труд членов производственного кооператива регулируется настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, уставами кооперативов. Производственный кооператив самостоятельно определяет формы, системы и порядок оплаты труда членов кооператива. Оплата труда может производиться как деньгами, так и в натуральной форме. Размер оплаты труда членов производственного кооператива определяется в зависимости от его личного трудового участия и доходов кооператива.

Пунктом 10.4 ст. 10 Устава СПК «Племзавод Догой» установлено, что Кооператив самостоятельно определяет формы, системы и порядок оплаты труда членов и работников Кооператива, а также порядок уплаты налогов, страховых и иных взносов (обязательные платежи) в соответствии с Положением об оплате труда членов Кооператива, которое утверждается на общем собрании членов Кооператива. Оплата труда членов Кооператива, которое утверждается на общем собрании членов Кооператива. Оплата труда членам Кооператива производится исключительно в натуральной форме 1 раз к концу финансового года, кроме членов Кооператива из бухгалтерской службы и администрации Кооператива.

Пунктом 1.3 Положения об оплате труда членов и работников кооператива (в ред. от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ) установлено, что в СПК не допускается установление условий ухудшающих положение работников и членов Кооператива по сравнению с нормами, установленными законодательством о труде Российской Федерации.

Таким образом, Положение об оплате труда СПК предусмотрено распространение на его работников и членов положений, предусмотренных Трудовым кодексом РФ, установление условий ухудшающих положение работников и членов Кооператива не допускается.

Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ N 193-ФЗ "О сельскохозяйственной кооперации" (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) предусматривает различное правовое регулирование труда членов кооператива и работников в сельскохозяйственном кооперативе, но при этом пунктом 4 ст. 40 ФЗ-119 «О сельскохозяйственной кооперации» предусмотрено соблюдение основных государственных гарантий по оплате труда, установленные разделами 6 и 7 Трудового кодекса РФ.

Учитывая, что потерпевшие на момент возникновения спорных правоотношений состояли в трудовых отношениях с СПК, отношения сторон также регулируются трудовым законодательством Российской Федерации.

Выводы о наличии трудовых отношений, установленные судом в рамках гражданских дел получили подтверждение в ходе судебного следствия.

Период возникновения задолженности по выплате заработной платы достоверно установлен при рассмотрении уголовного дела и подтвержден перечисленными доказательствами.

Акты государственной инспекции труда <адрес>, ответ должностного лица прокуратуры <адрес>, выявившие отсутствие нарушение трудового законодательства по выплате заработной платы в отношении обратившихся к ним работников и членов кооператива в 2018 году, в соответствии со ст. 90 УПК РФ, не имеют для суда преюдициальное значение.

Все доказательства мировым судьей проверены в соответствии с требованиями ст. 87 УПК РФ в совокупности с другими доказательствами по делу и оценены с учетом правил, предусмотренных ст. 88 УПК РФ, с точки зрения их достаточности, допустимости, достоверности и относимости к рассматриваемым событиям.

Доводы кассационной жалобы в целом повторяют позицию, выраженную в апелляционной жалобе.

В суде апелляционной инстанции проверены доводы осужденного, дополнительно исследованы письменные доказательства.

В соответствии с пунктом 20 Постановления Пленума ВС от ДД.ММ.ГГГГ N 46 «О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях против конституционных прав и свобод человека и гражданина (статьи 137, 138, 138.1, 139, 144.1, 145, 145.1 Уголовного кодекса Российской Федерации)» сроки давности уголовного преследование за совершение преступления, предусмотренного статьей 145.1 УК РФ, исчисляются с момента его фактического окончания, в частности со дня погашения задолженности, увольнения виновного лица или временного отстранения его от должности. Увольнение работника, которому не была выплачена заработная плата, не влияет на исчисление сроков давности уголовного преследования работодателя.

В соответствии с протоколом внеочередного общего собрания членов СПК «Догой» от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 отстранен от должности председателя до окончания следствия и суда, исполнение обязанности председателя СПК возложено на ФИО21

Данное отстранение от должности председателя не влияет на исчисление сроков давности уголовного преследования работодателя за совершение преступления, предусмотренного статьей 145.1 УК РФ.

Временное отстранение от должности является мерой процессуального принуждения, предусмотренной ст. 114 УПК РФ, которая ограничивает закрепленное в ст. 37 Конституции РФ право свободно выбирать род деятельности и профессию.

В соответствии с материалами уголовного дела следователем с согласия руководителей следственного органа перед судом соответствующее ходатайство о временном отстранении от должности ФИО2 не возбуждалось.

Также суд принимает во внимание, что согласно данным Единого государственного реестра юридических лиц ФИО2 является председателем СПК «Племзавод Догой».

На момент рассмотрения дела сведений о погашении задолженности по выплате заработной платы, пособий и иных установленных законом выплат работникам СПК «Племзавод «Догой» материалы уголовного дела не содержат, также отсутствуют сведения об увольнении или временного отстранения его от должности.

В апелляционной и кассационной жалобе осужденный указывает на то, что суд оставил без оценки все его доводы, полагает, что суд оценил их неправильно, без достаточных оснований принял ряд доказательств стороны обвинения и отверг доказательства стороны защиты. Указанные доводы не свидетельствуют о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не являются основанием для отмены или изменения приговора, поскольку в соответствии со ст. 17 УПК РФ оценка доказательств является исключительной компетенцией суда.

В соответствии с требованиями ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ суд оценил каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - с точки зрения достаточности для вынесения обвинительного приговора, и пришел к обоснованному выводу о доказанности вины ФИО2 в совершении преступления. При этом суд привел убедительные мотивы, по которым признал одни доказательства достоверными и изложил основания, по которым отверг другие.

Анализ имеющихся в деле доказательств свидетельствует о том, что суд с достаточной полнотой правильно установил все юридически значимые обстоятельства совершенного осужденным преступления, в частности, место и временной промежуток преступного деяния ФИО2, мотив, способ совершения, а также иные обстоятельства, связанные с выполнением осужденным объективной стороны преступления, полно исследовал все существенные для исхода дела доказательства, привел в приговоре их содержание и дал им надлежащую оценку.

Несогласие стороны защиты с оценкой доказательств, данной мировым судьей, не является основанием для отмены вынесенного приговора, который соответствует требованиям ст. ст. 304, 307 - 309 УПК РФ, содержит анализ и оценку всех исследованных доказательств.

Доводы жалобы о том, что мировым судьей без какой-либо оценки были приняты судебные решения, вынесенные судом в рамках гражданского судопроизводства по искам потерпевших об установлении трудовых отношений, доводы об отсутствии преюдиции, отклонены судом, поскольку основаны на неверном толковании стороной зашиты уголовно-процессуального законодательства и являются несостоятельными.

В соответствии со ст. 90 УПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в силу решением суда, принятым в рамках гражданского, арбитражного или административного судопроизводства, признаются судом без дополнительной проверки.

Решениями по гражданским делам в отношении вышеуказанных потерпевших установлены трудовые отношения, взысканы задолженности по заработной плате. При этом выводы о наличии трудовых отношений, установленные судом по гражданским делам получили подтверждение в ходе предварительного и судебного следствия. Решения судов, изложенные в приговоре, являются одним из видов доказательства, приняты судом во внимание и оценены им в совокупности с другими доказательствами, положенными в основу приговора.

На основании изложенного суд находит несостоятельными доводы апелляционной жалобы и приходит к выводу, что мировой судья рассмотрел настоящее уголовное дело в отношении ФИО2 с соблюдением норм материального и процессуального права.

По результатам исследования собранных по делу доказательств мировой судья обоснованно пришел к выводу о том, что ФИО2 совершил преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 145.1 УК РФ, то есть полную невыплату свыше двух месяцев заработной платы и иных установленных законом выплат, совершенную из корыстной и иной личной заинтересованности руководителем организации.

Приговор в отношении ФИО2 в целом соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к его содержанию. В нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку с приведением ее мотивов, аргументированы выводы, относящиеся к вопросу виновности, квалификации преступления, наказания, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к данному делу, из числа предусмотренных ст. 299 УПК РФ.

Наказание назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного деяния, отнесенного к категории преступлений небольшой тяжести, и личности виновного лица. При назначении наказания судом первой инстанции учтены смягчающие наказание обстоятельства, а также отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

По мнению суда апелляционной инстанции вид и размер наказания судом первой инстанции определены справедливо, с учетом фактических обстоятельств содеянного и степени общественной опасности совершенного преступления, влияния назначенного наказания на исправление осужденной и на условия жизни ее семьи, оснований для изменения размера штрафа, суд не усмотрел.

Таким образом, мировым судьей не допущено ошибок, которые повлекли бы назначение несправедливого наказания либо иное нарушение прав участников процесса или процедуры судопроизводства. Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, по настоящему делу не установлено.

Назначая дополнительное наказание в виде лишения права заниматься определенной деятельностью, суд не учел разъяснения, содержащиеся в абз. 3 п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", согласно которым если санкция соответствующей статьи предусматривает лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью в качестве дополнительного наказания только к отдельным видам основного наказания, то в случае назначения другого вида основного наказания такое дополнительное наказание может быть применено на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ. В этой связи резолютивная часть приговора подлежит изменению - указанию о назначении наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с руководством сельскохозяйственными производственными кооперативами, на срок 2 года, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ.

Также судом при исчислении общей суммы частичной невыплаты свыше трех месяцев заработной платы и полной невыплаты свыше двух месяцев заработной платы и иных установленных законом выплат по всем потерпевшим была допущена математическая ошибка - указано 2234234,58 рублей, вместо 2202811,58 рублей. Данная ошибка подлежит устранению, описание преступного деяния уточнению.

Размер компенсации морального вреда потерпевшим определен судом с учетом фактических обстоятельств дела, материального положения СПК "Племзавод "Догой", соответствует требованиям ст. 151, 1099 ГК РФ, принципам разумности и справедливости. Не согласиться с ним у суда апелляционной инстанции нет оснований.

Иных оснований для отмены или изменения приговора по доводам жалобы, представления не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.20, ст. 389.28, ст. 401.2 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

постановил:

Приговор мирового судьи судебного участка N 66 Могойтуйского судебного района <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 изменить:

уточнить при описании деяния, что сумма частичной невыплаты свыше трех месяцев заработной платы и полной невыплаты свыше двух месяцев заработной платы и иных установленных законом выплат составляет 2202811,58 рублей;

указать в резолютивной части о назначении наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с руководством сельскохозяйственными производственными кооперативами, на срок 2 года, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ;

В остальной части приговор оставить без изменения.

Апелляционное представление прокурора удовлетворить частично, апелляционную жалобу осужденного оставить без удовлетворения.

Постановление суда апелляционной инстанции вступает в законную силу с момента его провозглашения, может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции <адрес> в порядке, установленном гл. 47.1 УПК РФ.

Председательствующий судья Ц.Ц.Дашиева