Апелляционное постановление № 22-158/2025 22-6105/2024 от 16 января 2025 г.

Судья ФИО7 Дело №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ

Нижегородский областной суд в составе председательствующего судьи Пинаевой О.В.,

с участием прокурора апелляционного отдела прокуратуры <адрес> Романовой Л.В.,

представителя лица, в отношении которого прекращено уголовное дело, - ФИО14,

защитника - адвоката Самойлова А.В.,

защитника наряду с адвокатом Золочевского В.С.,

представителя потерпевшего Потерпевший №1 – адвоката Веселова А.В.,

при секретаре судебного заседания Пятове Н.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя ФИО9, апелляционной жалобе с дополнениями к ней адвоката Самойлова А.В., с возражениями представителя потерпевшего – адвоката Веселова А.В. на апелляционное представление и апелляционную жалобу с дополнениями к ней, возражениями государственного обвинителя ФИО9 на апелляционную жалобу с дополнениями к ней на постановление ФИО5 городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым уголовное дело в отношении ФИО28, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>.<адрес> ФИО6 <адрес>, гражданина РФ, не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ, прекращено на основании п.4 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с его смертью.

Гражданский иск Потерпевший №1 к ИП ФИО23 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворен частично.

Взыскана с ИП ФИО23 в пользу Потерпевший №1 компенсация морального вреда, причиненного преступлением, в сумме 700 000 рублей, в остальной части исковых требований о взыскании компенсации морального вреда отказано.

Судьба вещественных доказательств разрешена.

У С Т А Н О В И Л:

В результате произошедшего ДД.ММ.ГГГГ дорожно-транспортного происшествия водитель грузового самосвала марки <данные изъяты> модели <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, Потерпевший №1 получил телесные повреждения, вызвавшие причинение тяжкого вреда здоровью, а водитель грузового бортового автомобиля марки <данные изъяты> модели <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, ФИО3 получил телесные повреждения, от которых скончался на месте происшествия.

Следственными органами ФИО3 по факту произошедшего ДТП было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ, то есть в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

<адрес> городской суд <адрес>, куда уголовное дело поступило для рассмотрения, исходя из позиции представителя обвиняемого ФИО3 - его матери ФИО14, считавшей ФИО3 невиновным по предъявленному ему обвинению, рассмотрел уголовное дело по существу, пришел к выводу о виновности ФИО3 в совершении вышеуказанного преступления и в связи со смертью обвиняемого ФИО3 прекратил уголовное дело на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

В апелляционном представлении государственный обвинитель ФИО9 считает, что постановление вынесено с нарушением уголовно-процессуального законодательства. Указывает, что гражданский иск потерпевшим Потерпевший №1 о компенсации морального вреда заявлен в ходе судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ, а не в ходе предварительного расследования, как указал суд в описательно-мотивировочной части постановления. Суд признал ИП ФИО23 гражданским ответчиком в ее отсутствие, права гражданского ответчика ей не разъяснял, во вводной части обжалуемого постановления ИП ФИО23 не указана в составе суда, при этом, мотивируя решение об удовлетворении гражданского иска, суд исходил из наличия между обвиняемым ФИО3 и ИП ФИО23 трудовых отношений. Полагает, что допущенные нарушения УПК РФ привели к необоснованному удовлетворению гражданского иска потерпевшего Потерпевший №1 о взыскании с ИП ФИО23 компенсации морального вреда, причиненного преступлением, в сумме 700 000 рублей.

Просит постановление в части гражданского иска отменить, уголовное дело в этой части направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

В апелляционной жалобе с дополнениями к ней адвокат Самойлов А.В. считает, что ФИО3 не виновен в совершении инкриминируемого ему преступления. В обоснование указывает, что видеозапись произошедшего ДТП является недопустимым доказательством, поскольку на основании ст.ст. 75, 86 УПК РФ она получена незаконным способом с нарушением порядка получения доказательств. Также недопустимыми доказательствами, по мнению адвоката, являются производные от видеозаписи автотехническая экспертиза и экспертиза видеозаписи, на основании которых произошла переквалификация возбужденного уголовного дела с ч.3 ст.264 УК РФ, при расследовании которой к ответственности был бы привлечен Потерпевший №1, на ч.1 ст.264 УК РФ, по которой был привлечен погибший ФИО3

Указывает, что в ходе предварительного следствия было нарушено право представителя ФИО3 на ознакомление с постановлениями о назначении экспертизы видеозаписи и автотехнической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ., так как представитель был ознакомлен с данным постановлениями значительно позже получения следствием результатов экспертиз, при этом вопросы следователя эксперту являлись наводящими, а ходатайство о назначении новой экспертизы было следователем отклонено. В судебном заседании судом было необоснованно отклонено ходатайство стороны защиты о вызове эксперта, подготовившего приобщенную к материалам уголовного дела рецензию на экспертизы.

Приводит показания потерпевшего Потерпевший №1 в ходе предварительного следствия и в судебном заседании, объяснения свидетеля Свидетель №3, ссылается на заключение эксперта, протокол осмотра места ДТП от ДД.ММ.ГГГГ., пояснения в судебном заседании сотрудника ГИБДД, ответ на судебный запрос <данные изъяты> и отмечает, что ни следствием, ни судом достоверно не определена скорость автомобиля <данные изъяты>, которую могли бы подтвердить сведения с тахографа, установленного в автомобиле <данные изъяты>, управляемом Потерпевший №1

Также ни следствию, ни суду не удалось определить вес загруженного в автомобиль <данные изъяты> щебня, никаких подтверждающих загрузку 19 тонн представлено не было, что могло существенно повлиять на возможность автомобиля остановиться и на функциональность тормозной системы в случае перегруза.

Выражает сомнения в достоверности показаний потерпевшего Потерпевший №1 в судебном заседании о том, что он не нарушает правил дорожного движения, поскольку на видеозаписи видно, что перед ДТП Потерпевший №1 имеет агрессивный стиль вождения, при этом, как видно из его показаний, он хорошо знает эту дорогу, где произошло ДТП, значит, осознавал свои действия и возможные последствия. Кроме того, Потерпевший №1 имеет многочисленные штрафы в соответствии с КоАП РФ и ранее привлекался к уголовной ответственности по ч.2 ст.158 УК РФ, уголовное дело в отношении него было прекращено.

Также выражает предположение, что у автомобиля, которым управлял Потерпевший №1, просто отказали тормоза, в связи с чем было необходимо назначение автотехнической экспертизы автомобиля <данные изъяты>.

По мнению адвоката, не произведена судом и оценка личности ФИО3

Кроме того, несмотря на допущенные нарушения и недостаточное расследование следственными органами обстоятельств дела, судом необоснованно отклонено ходатайство стороны защиты о возвращении уголовного дела прокурору.

Ссылаясь на положения ст.14 УПК РФ, просит постановление суда первой инстанции отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в ином составе суда либо возвратить прокурору в порядке ст.237 УПК РФ.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель ФИО9 находит ее не подлежащей удовлетворению, поскольку в ней не изложены доводы, по которым уголовное дело подлежит возвращению прокурору в порядке ст.237 УПК РФ, при этом постановление суда соответствует требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ, собранные по делу доказательства являются относимыми, допустимыми, достоверными, а в совокупности достаточными для вынесения решения.

В возражениях на апелляционную жалобу с дополнениями представитель потерпевшего – адвокат Веселов А.В. считает решение суда законным и обоснованным, указывая, что нарушений, указанных в ч.1 ст.389.17 УПК РФ, при рассмотрении дела не допущено, оснований для отмены либо изменения решения суда не имеется, просит оставить постановление без изменения, жалобу – без удовлетворения.

В возражениях на апелляционное представление представитель потерпевшего – адвокат Веселов А.В. считает, что судом при разрешении гражданского иска соблюдены все права гражданского ответчика ИП ФИО23, гарантированные уголовно-процессуальным законодательством, в связи с чем просит оставить постановление без изменения, представление – без удовлетворения.

Участвующий в суде апелляционной инстанции прокурор Романова Л.В. доводы апелляционного представления поддержала, просила постановление суда первой инстанции отменить в части гражданского иска, уголовное дело в этой части направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда. В остальной части просила постановление оставить без изменения, апелляционную жалобу с дополнениями к ней – без удовлетворения.

Представитель лица, в отношении которого прекращено уголовное дело, ФИО14, защитник – адвокат Самойлов А.В., защитник наряду с адвокатом Золочевский В.С. в суде апелляционной инстанции поддержали доводы апелляционной жалобы с дополнениями, просили постановление отменить, уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в тот же суд первой инстанции в ином составе суда либо возвратить уголовное дело прокурору в порядке ст.237 УПК РФ. Удовлетворение доводов апелляционного представления оставили на усмотрение суда.

Представитель потерпевшего – адвокат Веселов А.В. в суде апелляционной инстанции просит постановление суда первой инстанции оставить без изменения как законное и обоснованное, апелляционную жалобу с дополнениями – без удовлетворения.

Выслушав участников судебного заседания, обсудив доводы апелляционных представления, жалобы, дополнений, проверив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Выводы суда о виновности ФИО3 в совершении инкриминированного ему преступления, являются обоснованными и подтверждаются совокупностью всесторонне исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе:

- показаниями потерпевшего Потерпевший №1 в судебном заседании и в ходе предварительного следствия (т. 1, л.д. 140-142), которые потерпевший полностью подтвердил и согласно которым он ехал на автомобиле марки <данные изъяты> в исправном состоянии, груженый щебнем - 19 тонн, приближался к регулируемому перекрестку, перекресток ему знаком, ранее он неоднократно тут проезжал, осадков не было, дорожное покрытие было сухое. Когда он подъезжал к указанному регулируемому перекрестку, то двигался по своей полосе движения со скоростью примерно около 50 км/ч, на светофоре горел зеленый сигнал, было указано время около 7-8 секунд. На встречной полосе стоял автомобиль <данные изъяты> был ли на данном автомобиле включен какой-либо указатель поворота или нет, сказать не может, этот автомобиль уже выехал на перекресток и остановился. У него был разрешающий сигнал светофора, ему нужно было проехать перекресток в прямом направлении, зеленый еще не мигал, и он поехал на разрешающий сигнал светофора с той же скоростью, выехал на перекресток. Проехав столб, на котором установлен светофор, он увидел, что автомобиль <данные изъяты> неожиданно для него начал маневр поворота налево относительно своего направления движения, пересекая полосу движения, по которой двигался он. Он нажал на педаль тормоза для остановки и руками вцепился в руль, траекторию своего движения не менял, расстояние между их автомобилями было примерно 3-5 метров, поэтому столкновения с автомобилем <данные изъяты> ему избежать не удалось, и он передней частью своего автомобиля <данные изъяты> совершил столкновение в правую боковую сторону автомобиля <данные изъяты>. В результате столкновения он ударился о части салона автомобиля и получил телесные повреждения, которые повлекли причинение тяжкого вреда здоровью, а водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО3 в данном ДТП погиб. Водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО3 осуществлял маневр поворота налево и должен был его пропустить, он уже был на перекрестке, и ему ничего не мешало дождаться запрещающего сигнала светофора на его (Потерпевший №1) направлении и безопасно закончить маневр, для него его выезд на его полосу движения был неожиданным и не понятным;

- показаниями свидетелей Свидетель №5, Свидетель №6 - старших инспекторов <данные изъяты>, в судебном заседании и на предварительном следствии (т. 1, л.д. 157-162 163-168), которые свидетели полностью подтвердили и согласно которым они ДД.ММ.ГГГГ. выезжали на ДТП, а именно столкновение автомобилей <данные изъяты>, которым управлял Потерпевший №1, и <данные изъяты>, которым управлял ФИО3, и автомобиля <данные изъяты>, которым управлял Свидетель №1, на перекрестке дорог на <адрес> автодороги <адрес> – ФИО1 в ФИО5 м.о. <адрес>. Водитель автомобиля <данные изъяты> погиб на месте ДТП, он лежал на автодороге. Водитель автомобиля <данные изъяты> находился с телесными повреждениями в кабине своего автомобиля. Водитель автомобиля <данные изъяты> никаких телесных повреждений в результате ДТП не получил. На момент данного ДТП дорожное покрытие было в виде сухого асфальта, видимость была хорошая, никаких осадков не было, само ДТП произошло на горизонтальном ровном участке дороги, на дороге никаких ям и выбоин не было. Приехавшие сотрудники скорой медицинской помощи на карете скорой медицинской помощи после оказания медицинской помощи водителю Потерпевший №1 госпитализировали его в <данные изъяты>. После прибытия следственно-оперативной группы на место ДТП следователь стал производить осмотр места дорожно-транспортного происшествия с их участием, водителя Свидетель №1, двух понятых, специалиста. Составили протокол осмотра места происшествия, схему места ДТП, произвели осмотр и проверку технического состояния транспортных средств, все зафиксированные данные в протоколе осмотра места ДТП и в схеме к данному протоколу соответствуют действительности. В ходе предварительной оценки сложившейся ситуации на месте ДТП было установлено, что автомобиль <данные изъяты> под управлением водителя Потерпевший №1, груженый щебнем, проезжал регулируемый светофорами перекресток в прямом направлении, в это время по направлению от <адрес> в сторону <адрес> ехал автомобиль <данные изъяты> под управлением ФИО3, который на перекрестке стал поворачивать налево, пересекая полосу движения автомобиля <данные изъяты>, двигавшегося прямо, в результате чего произошло столкновение данных автомобилей, после чего отделившаяся часть от автомобиля <данные изъяты> врезалась в автомобиль <данные изъяты>, который двигался перед данным перекрестком в попутном направлении с автомобилем <данные изъяты>. Режим работы светофорного объекта на перекрестке, где произошло ДТП, штатный, то есть по времени свет на светофоре для направления движения автомобилей <данные изъяты> и <данные изъяты>, которые двигались в противоположных направлениях, навстречу друг другу, подъезжая к перекрестку, загорелся одновременно и горел одинаковый период времени. Это касается всех сигналов светофора. На какой конкретно сигнал светофора выехал автомобиль <данные изъяты> под управлением Потерпевший №1, то есть пересек стоп-линию по ходу его движения, а автомобиль <данные изъяты> под управлением ФИО3 стал осуществлять маневр поворота налево, уже находясь на перекрестке, было непонятно. Однако, если предположить, что во время проезда перекрестка водитель автомобиля <данные изъяты> Потерпевший №1 выехал за стоп-линию на светофоре относительно своего движения на зеленый либо на желтый сигнал светофора, а в это время находящийся на перекрестке водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО3 стал осуществлять маневр поворота налево, то ФИО3 должен был пропустить автомобиль <данные изъяты> под управлением Потерпевший №1, двигавшийся в прямолинейном направлении. Можно сделать вывод, что при таких обстоятельствах водитель ФИО3 нарушил требование п. 8.1 Правил дорожного движения РФ, согласно которым при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения. Видеорегистратор был установлен в грузовом автомобиле, который ехал сзади автомобиля <данные изъяты> под управлением Потерпевший №1 в попутном с ним направлении. Водитель этого автомобиля при получении с него объяснения сказал, что запись видеонаблюдения будет предоставлена по официальному запросу должностного лица его работодателю;

- показаниями свидетеля Свидетель №1 на предварительном следствии, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ он на автомобиле <данные изъяты> двигался по автодороге г. ФИО2 - <адрес>, со стороны г.ФИО2 подъехал к регулируемому перекрестку данной автодороги с автодорогой <адрес> – <адрес>. На светофоре замигал зеленый сигнал светофора, перед ним было, по его мнению, три автомобиля, которые также остановились перед стоп-линией на данном светофоре. Впереди этих автомобилей он заметил грузовую <данные изъяты>, которая выехала на перекресток на разрешающий сигнал светофора, заняла крайнее левое положение, намереваясь совершить поворот налево на автодорогу <адрес> – <адрес>. Он остановился, ждал, пропускал встречные автомобили. Примерно спустя 3-4 секунды после того, как он остановился на светофоре, произошел удар. Он услышал визг тормозов. Затем он увидел, что в автомобиль <данные изъяты> врезался встречный автомобиль <данные изъяты>, столкновение произошло на полосе встречного движения, то есть автомобиль <данные изъяты> до столкновения уже выехал с перекрестка на встречную полосу, завершал маневр поворота налево. Перед ударом он видел, что сигнал светофора горел желтый. На какой сигнал светофора выехал автомобиль <данные изъяты>, он сказать не может. Может предположить, что автомобиль <данные изъяты> поехал с перекрестка на желтый сигнал светофора, так как, когда он посмотрел на светофор, там горел желтый сигнал светофора, и практически сразу услышал визг тормозов и хлопок удара. Обзор вперед у водителя <данные изъяты> был достаточный, другие транспортные средства ему не мешали, почему тот перед тем, как закончить свой маневр, не оценил скорость и возможность остановиться на светофоре автомобиля <данные изъяты>, не знает. От удара автомобиль <данные изъяты> разлетелась на части, водитель <данные изъяты> вылетел на проезжую часть дороги и погиб, водитель автомобиля <данные изъяты> повредил ногу. Рама от автомобиля <данные изъяты> попала в его автомобиль, который получил механические повреждения. Автомобиль <данные изъяты> после ДТП съехал в правый кювет относительно его движения и там перевернулся. Он участвовал в осмотре места происшествия и осмотре поврежденных транспортных средств, все, что там зафиксировано, соответствует действительности (т. 1, л.д. 146-148);

- показаниями свидетеля Свидетель №2 на предварительном следствии, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ он на автомобиле - бензовозе на базе автомобиля <данные изъяты> двигался по автодороге <адрес>ФИО4 со стороны <адрес><адрес>) в сторону г. <адрес>.ФИО4. Он стал свидетелем произошедшего ДТП в виде столкновения 2-х транспортных средств – автомобилей <данные изъяты> на перекрестке автодорог <адрес> – р.<адрес> и <адрес> - <адрес>ФИО4, расположенном на <адрес>ФИО4. Он двигался за автомобилем <данные изъяты> до столкновения, ехали они не быстро. На указанном перекрестке имеется светофорное регулирование движения. Автомобиль <данные изъяты> двигался впереди него на расстоянии около 100 метров, автомобилей между ними не было. Подъезжая к перекрестку, он увидел, что на светофоре был мигающий зеленый свет, он стал притормаживать, а двигавшийся впереди него <данные изъяты> продолжил движение и выехал на перекресток, где на полосе встречного движения находился <данные изъяты> который относительно своего движения занял крайнее левое положение у себя на полосе и остановился, чтобы осуществить маневр поворота налево в сторону <адрес>. Когда <данные изъяты> выехал на перекресток, то <данные изъяты> начал движение налево относительно своего движения, произошло столкновение. На светофоре горел красный сигнал светофора, ему еще до светофора оставалось проехать около 100 метров. Столкновение произошло на полосе движения <данные изъяты> который намеревался проехать перекресток в прямом направлении. На какой сигнал светофора <данные изъяты> пересек стоп-линию, не знает, он находился далеко, этого ему не было видно. От стоп-линии и до места столкновения было большое расстояние. Он сообщил сотрудникам полиции, что у него на автомобиле имеется видеорегистратор с несколькими камерами, предложил запросить запись у организации – собственника автомобиля (т. 1, л.д. 149-152);

- показаниями свидетеля Свидетель №3 на предварительном следствии, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ она на своем автомобиле марки <данные изъяты> ехала по автодороге <адрес> – <адрес> со стороны <адрес> в сторону <адрес>. Подъехала к регулируемому перекресту автодороги <адрес> с автодорогой <адрес><адрес> – <адрес>, увидела, как со стороны <адрес> ФИО5 м.о. едет автомобиль <данные изъяты> на скорости. Сигнал светофора, когда он подъезжал к перекрестку, был мигающий зеленый, она понимала по его скорости движения, что он не остановится на перекресте и проедет его. Затем тот выехал на перекресток, где произошло столкновение с автомобилем <данные изъяты> водитель <данные изъяты> вылетел из автомашины, упал на асфальт на проезжую часть. <данные изъяты> проехал мимо нее и съехал в кювет. Она подбежала к автомобилю <данные изъяты> и увидела, что его передняя часть разбита, разбито лобовое стекло со стороны пассажира, увидела мужчину, который лежал на левом заднем колесе автомобиля, его нога была зажата между частями рамы автомобиля, кузов был немного поднят. <данные изъяты> был гружен щебнем, щебень рассыпался (т. 1, л.д. 154-156);

- показаниями эксперта ФИО12 в судебном заседании о том, что в рамках производства по настоящему уголовному делу он на основании постановления следователя подготавливал заключение автотехнической и экспертизы видеозаписи № от ДД.ММ.ГГГГ. При производстве экспертизы он делал выводы по улучшенной видеофонограмме. В заключении на странице 11 указано изображение, напечатанное на принтере, которое еще ухудшает увиденное, при этом он работает за своим специализированным аппаратом на рабочем месте, где у него стоят четыре больших экрана, где все более четко и лучше видно. Передать это на бумаге технически невозможно. На странице 14 заключения указано, что можно заключить, что скорость движения № составляет около 79 км/час. При этом для определения этой скорости он провел исследование и установил конкретную скорость. При этом учел максимальную и минимальную погрешность, учел все, дал диапазон скоростей от минимальной до максимальной. Устройство записи располагалось не на самом автомобиле <данные изъяты> а на транспортном средстве, движущимся за ним, камера нестационарная, транспортное средство, движущееся за автомобилем <данные изъяты> ехало с такой же скоростью, как и <данные изъяты> Где проезжал регистратор, он посчитал его скорость, у него получилась скорость, которая совпадает. У него не было оснований не доверять этому регистратору. Устройство записи двигалось перед столкновением на одинаковом расстоянии. Он выстроил расстояние и мерил расстояние на экране пикселем, то есть перед устройством записи и автомобилем <данные изъяты> Погрешность изменения он заложил в погрешность, с ее учетом он дал конечный вывод. Он вложил в эту погрешность 11% и пересчитал скорость, у него получилась скорость от 70 до 88 км;

- показаниями эксперта ФИО22 в судебном заседании, согласно которым он на основании постановления следователя подготавливал заключение автотехнической и экспертизы видеозаписи № от ДД.ММ.ГГГГ. Выводы, изложенные в указанном заключении, им были сделаны, исходя из представленных в его распоряжение следователем исходных данных. Скорость автомобиля <данные изъяты> указанная на странице 21 экспертизы при ответе на вопрос №, устанавливалась по предоставленной видеозаписи.

Помимо вышеуказанных доказательств виновность ФИО3 в совершении преступления подтверждается собранными по делу письменными доказательствами, в частности:

- рапортами об обнаружении признаков преступления от ДД.ММ.ГГГГ, (т. 1, л.д. 61, 62, 63, 64),

- протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия со схемой и фототаблицей от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого осмотрен участок автодороги на <адрес> автодороги <адрес> ФИО1 муниципального округа <адрес>, где ДД.ММ.ГГГГ на регулируемом перекрестке произошло ДТП в виде столкновения на перекрестке автомобилей марки <данные изъяты> с автомобилем марки <данные изъяты> Затем автомобиль марки <данные изъяты> совершил столкновение с автомобилем <данные изъяты>, (т. 1, л.д. 67-86);

- справкой о дорожно-транспортном происшествии от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой на <адрес> ФИО1 произошло столкновение трех транспортных средств с участием автомобиля <данные изъяты> под управлением ФИО3, автомобиля марки <данные изъяты> под управлением Потерпевший №1 и автомобиля <данные изъяты> под управлением ФИО11 (т. 1, л.д. 90-91);

- протоколами осмотра и проверки технического состояния транспортных средств от ДД.ММ.ГГГГ, в которых зафиксированы механические повреждения автомобилей (т. 2, л.д. 20-21, 22-23, 24-25);

- протоколом осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого осмотрен DVD диск с видеозаписью ДТП, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, на видеозаписи видно, что транспортное средство, в котором установлено записывающее устройство, двигается по правой полосе движения со стороны <адрес> по направлению в сторону г. <адрес> ФИО4. Впереди данного транспортного средства на удалении в попутном направлении двигается грузовой автомобиль, в кузове которого находится груз–щебень. Впереди движущийся автомобиль приближается к регулируемому перекрестку, на котором установлены светофоры. Двигающийся впереди грузовой автомобиль, двигаясь по своей правой полосе движения, въезжает на перекресток, двигаясь в прямолинейном направлении, при этом, когда он выехал на перекресток, на светофоре включился (загорелся) желтый световой сигнал. В это время на противоположной полосе движения на перекрестке стоит подъехавший автомобиль <данные изъяты> двигавшийся в противоположном направлении. Как только грузовой автомобиль выехал на регулируемый перекресток, автомобиль <данные изъяты> начал движение вперед и маневр поворота налево, пересекая полосу движения, по которой двигался грузовой автомобиль, в кузове которого находился щебень, после чего происходит столкновение автомобиля <данные изъяты> и грузового автомобиля, при этом видно, что грузовой автомобиль передней частью сталкивается с правой стороной кабины автомобиля <данные изъяты> Столкновение происходит на полосе движения грузового автомобиля. Сразу же после столкновения на светофоре включается (загорается) красный запрещающий проезд сигнал светофора (т. 2, л.д. 30-36);

- заключением судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ о телесных повреждениях и причинах смерти ФИО3 (т. 2, л.д. 46-60);

- заключением судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ о телесных повреждениях Потерпевший №1, вызвавших причинение тяжкого вреда здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на 1/3 (т. 2, л.д. 83-85);

- ответом на запрос из <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> светофорный объект, установленный км <данные изъяты> автомобильной дороги <адрес> ФИО1 работал в штатном режиме (т. 2, л.д. 91);

- заключением экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ согласно которому:

Автомобиль <данные изъяты> пересек дорожный знак 6.16 «Стоп-линия» на желтый сигнал светофора (видимого в кадре).

Автомобиль <данные изъяты> начал маневр поворота налево на желтый сигнал светофора (видимого в кадре).

Время движения автомобиля <данные изъяты> от дорожного знака 6.16 «Стоп-линия» до момента столкновения составляет от 2,3 с до 2,6 с.

Место столкновения (первичного контакта) автомобиля <данные изъяты> и автомобиль <данные изъяты> находится на перекрестке, справа от условного продолжения полосы движения автомобиля <данные изъяты> в границах перекрестка. Установить точнее место столкновения невозможно по причине низкого качества записи и условий съемки (удаленности места столкновения от устройства записи.

Скорость движения автомобиля <данные изъяты> перед ДТП (на рассмотренных наиболее информативных кадрах) составляет не менее чем 70 км/ч и не более чем 88 км/ч.

При заданных условиях рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия и результатов криминалистического исследования видеозаписей водитель автомобиля <данные изъяты> Потерпевший №1 не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем <данные изъяты> с заданного момента возникновения опасности для его движения, двигаясь как с максимальной разрешенной, на данном участке дороги для грузовых автомобилей с максимально разрешенной массой более 3,5 т скоростью 70 км/ч, так и со скоростью 70-88 км/ч.

При заданных условиях рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия и результатов криминалистического исследования видеозаписей водитель автомобиля «<данные изъяты> Потерпевший №1 не располагал технической возможностью остановить управляемое им транспортное средство до дорожного знака 6.16 «Стоп-линия» с момента включения для него желтого сигнала светофора, двигаясь как с максимальной разрешенной, на данном участке дороги для грузовых автомобилей с максимальной разрешенной массой более 3,5 т скоростью 70 км/ч, так и со скоростью 70-88 км/ч.

8,9. В рассматриваемой дорожной обстановке и ситуации, водитель автомобиля <данные изъяты> Потерпевший №1 с технической точки зрения должен был действовать в соответствии с требованиями и. 6.2, п. 6.13, п. 6.14, п.10.1 ч.2, а также, в случае если скорость движения автомобиля <данные изъяты> превышала 70 км/ч, то и п. 10.1 ч.1 и п. 10.3 Правил дорожного движения РФ, согласно которым:

п. 6.2 Правил дорожного движения РФ: желтый сигнал светофора запрещает движение, кроме случаев, предусмотренных пунктом 6.14 Правил;

п. 6.13 Правил дорожного движения РФ: при запрещающем сигнале светофора, водители должны остановиться перед стоп-линией (знаком 6.16);

п. 6.14 Правил дорожного движения РФ; водителям, которые при включении желтого сигнала не могут остановиться, не прибегая к экстренному торможению, в местах, определяемых пунктом 6.13 Правил, разрешается дальнейшее движение;

п.10.1 ч.2 Правил дорожного движения РФ: при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства;

п. 10.1 ч.1 Правил дорожного движения РФ: водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения;

п. 10.3 Правил дорожного движения РФ: вне населенных пунктов, на дорогах, не являющихся автомагистралью, грузовым автомобилям с разрешенной максимальной массой более 3,5 тонн разрешается движение со скоростью не более 70 км/ч.

В действиях водителя автомобиля <данные изъяты> Потерпевший №1 имеются несоответствия указанным выше требованиям п. 10.1 ч.1 и п. 10.3 Правил дорожного движения РФ - в случае если скорость движения автомобиля <данные изъяты> превышала 70 км/ч.

В действиях водителя автомобиля <данные изъяты> Потерпевший №1 несоответствий указанным выше требованиям п. 6.2, п. 6.13, п. 6.14 и п. 10.1 ч.1, п.10.1 ч.2 и 10.3 Правил дорожного движения РФ, находящихся в причинной связи с фактом рассматриваемого столкновения автомобилей <данные изъяты> с технической точки зрения, не имеется.

В рассматриваемой дорожной обстановке и ситуации, с технической точки зрения, возможность у водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО3 избежать столкновения с автомобилем <данные изъяты> зависела не от технических характеристик (возможностей) управляемого им транспортного средства, а от выполнения водителем ФИО3 п. 8.1 Правил дорожного движения РФ, согласно которым:

- п. 8.1 Правил дорожного движения РФ: при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

В действиях водителя автомобиля <данные изъяты><данные изъяты> ФИО3 имеются несоответствия указанным выше требованиям п. 8.1 Правил дорожного движения РФ, находящиеся, с технической точки зрения, в причинной связи с фактом рассматриваемого столкновения автомобилей <данные изъяты> (т. 2, л.д. 106-118);

- ответом на запрос из <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ отгрузило щебень фракцией 5-20 мм в автомобиль марки <данные изъяты> Потерпевший №1 в количестве 19 тонн (т.3, л.д. 46); и другими доказательствами по делу.

Вышеприведенные доказательства полно и объективно, с соблюдением требований ст.ст. 17, 87, 88 УПК РФ, исследованы в судебном заседании, их анализ и оценка подробно изложены в постановлении, они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, согласуются между собой и другими материалами дела по фактическим обстоятельствам, дополняют друг друга, в целом не содержат существенных противоречий, которые могли бы поставить их под сомнение, в связи с чем правильно признаны судом достоверными и взяты за основу при вынесении решения.

Всем исследованным в судебном заседании доказательствам суд дал надлежащую оценку с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности для рассмотрения уголовного дела, указав, почему одни из них принимает в качестве доказательств виновности ФИО3, а к другим относится критически.

Каких-либо неясностей или противоречий в исследованных в судебном заседании и приведенных в постановлении доказательствах, которые бы порождали сомнения в виновности ФИО3 и требовали бы истолкования их в его пользу, по делу не имеется.

Показания указанных в постановлении лиц, в том числе потерпевшего, свидетелей, экспертов являются последовательными, логичными, достоверными, согласующимися с иными доказательствами по делу, сведений об их заинтересованности и оговоре ФИО3 в материалах дела не содержится, в связи с чем суд обоснованно принял их в качестве допустимых доказательств.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, судом установлены полно и объективно.

Механизм данного дорожно-транспортного происшествия судом установлен на основании исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе на основании показаний потерпевшего, свидетелей, экспертов, протоколов следственных действий, заключения экспертизы, и с достаточной полнотой отражен в постановлении.

Вопреки доводам стороны защиты оснований для признания видеозаписи ДТП и соответственно производных от нее доказательств недопустимыми не имеется, поскольку, как следует из материалов уголовного дела, видеозапись была получена по запросу следователя, осмотрена в установленном уголовно-процессуальным законом порядке, диск с видеозаписью признан вещественным доказательством по уголовному делу, в связи с чем утверждение стороны защиты об отсутствии источника получения видеозаписи является необоснованным. При просмотре видеозаписи, содержащейся на диске, суд первой инстанции удостоверился в том, что ее содержание соответствует сведениям, имеющимся в протоколе осмотра DVD диска с видеозаписью ДТП, при этом достоверность видеозаписи сторонами не оспаривалась.

Вопреки доводам апелляционной жалобы ознакомление представителя ФИО3 – ФИО14 с постановлением о назначении судебной автотехнической экспертизы и экспертизы видеозаписи после их проведения не свидетельствует о нарушении ее права на защиту и не является основанием для признания заключений экспертов недопустимыми доказательствами, поскольку стороны не были лишены возможности заявлять ходатайства о производстве дополнительных или повторных экспертиз с постановкой своих вопросов экспертам, что, как следует из материалов уголовного дела, было реализовано стороной защиты в ходе предварительного следствия.

При производстве экспертиз нарушений уголовно-процессуального закона допущено не было, выводы экспертов, приведенные в заключении, обоснованы, содержат ответы на поставленные вопросы и не являются противоречивыми либо неясными. В судебном заседании допрашивались эксперты ФИО22 и ФИО12, которые подтвердили свои выводы, изложенные в заключении, оснований для назначения дополнительных или повторных экспертиз судом установлено не было.

Вопреки доводам апелляционной жалобы из материалов уголовного дела усматривается, что скорость автомобиля <данные изъяты> под управлением потерпевшего Потерпевший №1 зафиксирована в заключении экспертизы как 70-88 км/час; тахограф из автомобиля <данные изъяты> согласно протоколу осмотра места ДТП не изымался; в соответствии с ответом <данные изъяты> автомобиль <данные изъяты> до ДТП был загружен щебнем в количестве 19 тонн. Оснований не доверять данным сведениям у суда не имелось.

Доводы апелляционной жалобы об агрессивном стиле вождения потерпевшего Потерпевший №1 являются субъективным мнением стороны защиты, в связи с чем не могут быть приняты во внимание.

Доводы апелляционной жалобы о том, что потерпевший Потерпевший №1 имеет многочисленные штрафы согласно КоАП РФ, материалами уголовного дела не подтверждены. То обстоятельство, что потерпевший Потерпевший №1 привлекался в ДД.ММ.ГГГГ к уголовной ответственности по ч.2 ст.158 УК РФ с прекращением в отношении него уголовного дела, не влияет на правильность установленных судом фактических обстоятельств совершения ФИО3 инкриминируемого ему преступления.

Сведения о личности погибшего ФИО3 не имеют правового значения при прекращении уголовного дела в связи с его смертью.

Доводы апелляционной жалобы о том, что у автомобиля <данные изъяты>, которым управлял потерпевший Потерпевший №1, отказали тормоза, является предположением стороны защиты, о чем указано и самим автором апелляционной жалобы.

Ссылка стороны защиты в суде апелляционной инстанции на Постановление Пленума Верховного Суда РФ № от ДД.ММ.ГГГГ. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 КоАП РФ» не опровергает выводов суда первой инстанции, изложенных в обжалуемом постановлении, о доказанности вины ФИО3 в совершении инкриминируемого преступления.

При таких обстоятельствах из материалов дела следует и правильно установлено судом, что, проезжая <адрес> ФИО2 муниципального округа <адрес>, водитель ФИО3, управляя грузовым бортовым автомобилем марки <данные изъяты> модели <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, с целью выполнения маневра – поворота налево относительного направления его движения в сторону <адрес>, выехал на регулируемый перекресток автодороги <адрес> ФИО2 с автодорогой <адрес>, расположенный на вышеуказанном <адрес>, занял крайнее левое положение на своей полосе движения и остановился пропустить встречные транспортные средства, однако, утратив внимание к проезжей части дороги и окружающей обстановке, не убедился в безопасности своего маневра, на регулируемом перекрестке со своей полосы движения стал производить маневр поворота налево на автодорогу <адрес>, не уступив дорогу и создав опасность для движения движущемуся прямо по своей полосе во встречном ФИО3 направлении со стороны <адрес> в сторону <адрес> грузовому самосвалу марки <данные изъяты>, модели <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением водителя Потерпевший №1, выехал на полосу встречного движения. При возникновении опасности для его движения в виде движущегося во встречном ФИО3 направлении грузового самосвала марки <данные изъяты>, модели <данные изъяты>, которую водитель ФИО3 был в состоянии обнаружить, мер к снижению скорости вплоть до остановки управляемого им транспортного средства не принял и в 4,5 метрах от опоры светофорного объекта слева в границах указанного выше перекрестка совершил столкновение с грузовым самосвалом марки <данные изъяты>, модели <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением водителя Потерпевший №1 Тем самым ФИО3 нарушил п.п. 1.3, 1.5, 8.1, 10.1 Правил дорожного движения РФ, в результате чего потерпевшему Потерпевший №1 причинен тяжкий вред здоровью.

Выводы суда первой инстанции относительно доказанности вины ФИО3 в инкриминируемом ему преступлении являются мотивированными, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на проверенных в судебном заседании доказательствах.

Судом первой инстанции дана надлежащая оценка всей совокупности имеющихся по делу доказательств, сделан обоснованный вывод о причастности ФИО3 к совершению преступления, и его действиям дана правильная юридическая оценка по ч.1 ст.264 УК РФ.

Тот факт, что данная судом оценка собранных по делу доказательств не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований ст. 88 УПК РФ и не является основанием для изменения или отмены состоявшегося по делу судебного решения.

В связи со смертью ФИО3, скончавшегося на месте происшествия, суд в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 24 и п. 1 ст. 254 УПК РФ, с учетом правовой позиции Конституционного Суда РФ, сформулированной в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ. №-П, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, не установив оснований для реабилитации умершего лица, обоснованно прекратил уголовное дело в отношении ФИО3 в связи с его смертью. Оснований для прекращения уголовного дела по реабилитирующим основаниям, вынесения оправдательного приговора судом установлено не было.

Оснований для возвращения уголовного дела прокурору, о чем просит сторона защиты в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции не усматривает, при этом оснований, предусмотренных ст.237 УПК РФ для возвращения уголовного дела прокурору, автором апелляционной жалобы и стороной защиты в суде апелляционной инстанции не приведено.

Процессуальных нарушений при производстве предварительного расследования, в том числе при проведении следственных действий на месте происшествия, предъявлении обвинения, при рассмотрении дела не установлено.

Из материалов уголовного дела следует, что дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, с соблюдением процедуры судопроизводства, принципов состязательности и равноправия сторон, при этом нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства, в том числе нарушений права на защиту, влекущих отмену постановления, по делу допущено не было.

Как видно из протокола судебного заседания, председательствующий судья, выполнив требования ст. 15 УПК РФ, создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. При этом представитель лица, в отношении которого прекращено уголовное дело, и защитники активно пользовались правами, предоставленными законом, в том числе исследуя доказательства и участвуя в разрешении процессуальных вопросов.

Судебное разбирательство проведено полно, всесторонне и объективно. Все доводы и версии стороны защиты, которые имели существенное значение для правильного разрешения дела, судом были проверены.

Как следует из протокола судебного заседания, суд исследовал все представленные сторонами доказательства и в точном соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ разрешил по существу все заявленные ходатайства, в том числе о вызове эксперта, о назначении экспертизы, о возвращении уголовного дела прокурору, и принял по ним процессуальные решения. Каких-либо данных, свидетельствующих о незаконном и необоснованном отклонении судом ходатайств стороны защиты, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, на что имеется ссылка в апелляционной жалобе, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом вышеизложенного апелляционная жалоба с дополнениями к ней адвоката Самойлова А.В. удовлетворению не подлежит в связи с несостоятельностью приведенных в ней доводов.

Вместе с тем постановление суда первой инстанции в части разрешения гражданского иска потерпевшего Потерпевший №1 подлежит отмене, а апелляционное представление государственного обвинителя ФИО9 – частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст.389.15, 389.17 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных настоящим Кодексом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Такие нарушения допущены по настоящему уголовному делу.

Как следует из обжалуемого постановления, гражданский иск потерпевшего Потерпевший №1 о компенсации морального вреда на сумму 2000 000 рублей удовлетворен частично, с ИП ФИО23 в пользу потерпевшего Потерпевший №1 взыскана компенсация морального вреда в размере 700 000 рублей.

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ. потерпевшим Потерпевший №1 был заявлен гражданский иск к ИП ФИО23, который был принят судом, ИП ФИО23 была признана гражданским ответчиком.

Рассмотрение уголовного дела откладывалось на ДД.ММ.ГГГГ, а в дальнейшем на более поздние даты, последний раз на ДД.ММ.ГГГГ, когда было вынесено обжалуемое решение, гражданскому ответчику ИП ФИО23 направлялись извещения о датах и времени судебных заседаний, которые не были вручены и возвратились в суд по истечении срока хранения.

Сведений о направлении гражданскому ответчику копии искового заявления потерпевшего Потерпевший №1 материалы уголовного дела не содержат. В судебные заседания гражданский ответчик ИП ФИО23 не явилась, права и обязанности гражданского ответчика в соответствии со ст.54 УПК РФ ей не разъяснялись, причины неявки гражданского ответчика в судебное заседание суд не выяснял и принял решение о частичном удовлетворении гражданского иска потерпевшего Потерпевший №1 и взыскании в его пользу с ИП ФИО23 компенсации морального вреда в сумме 700 000 рублей в ее отсутствие, сведений о направлении гражданскому ответчику копии обжалуемого постановления суда первой инстанции в материалах уголовного дела не имеется.

Между тем меры по извещению гражданского ответчика о датах и времени судебного заседания судом первой инстанции в полном объеме не приняты.

Так, из материалов уголовного дела усматривается, что извещения о датах и времени судебного заседания направлялись гражданскому ответчику ИП ФИО23 по адресу регистрации: <адрес>. В то же время в материалах уголовного дела имеются и иные адреса гражданского ответчика: в акте о расследовании группового несчастного случая и акте о несчастном случае на производстве значится адрес ИП ФИО23: <адрес>. (т. 4 л.д. 3, 11)

Также в материалах уголовного дела имеется протокол допроса на предварительном следствии свидетеля ФИО13, из которого следует, что он является супругом ИП ФИО23, проживает совместно с супругой по адресу: <адрес> (т.1 л.д.189).

Извещения гражданскому ответчику по указанным выше адресам не направлялись.

Кроме того, в материалах уголовного дела содержится информация о номерах телефонов гражданского ответчика: в уведомлении представителю ФИО3 – ФИО14 указан номер телефона ИП ФИО23 № (т.4 л.д.17); в протоколе опроса должностного лица ИП ФИО23 и сообщении о страховом случае указан ее номер телефона № (т.4 л.д.235, 237); в протоколе допроса на предварительном следствии свидетеля ФИО13-супруга гражданского ответчика ИП ФИО23 имеется его номер телефона: № (т.1 л.д.189).

Таким образом, сведения о принятии судом мер по извещению гражданского ответчика о времени и дате судебных заседаний по данным адресам и номерам телефонов в материалах уголовного дела отсутствуют.

Данное нарушение уголовно-процессуального закона при разрешении гражданского иска о взыскании компенсации морального вреда, выразившиеся в нарушении права стороны уголовного судопроизводства на участие в судебном заседании, является существенным, неустранимым в суде апелляционной инстанции и влечет отмену постановления суда в этой части с передачей уголовного дела на новое судебное рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства в тот же суд первой инстанции в ином составе суда.

Поскольку при отмене судебного решения в части гражданского иска в связи с нарушением уголовно-процессуального закона и передаче уголовного дела на новое рассмотрение суд апелляционной инстанции не вправе предрешать выводы, которые могут быть сделаны судом первой инстанции при повторном рассмотрении дела, иные доводы апелляционного представления государственного обвинителя ФИО9 подлежат оценке при новом рассмотрении дела в порядке гражданского судопроизводства.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 38915, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

Постановил:

Апелляционное представление государственного обвинителя ФИО9 удовлетворить частично.

Постановление ФИО5 городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым уголовное дело в отношении ФИО27, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ, прекращено на основании п.4 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с его смертью, в части разрешения гражданского иска потерпевшего Потерпевший №1 к ИП ФИО23 о взыскании компенсации морального вреда отменить, уголовное дело в этой части передать на новое судебное рассмотрение в тот же суд первой инстанции в ином составе суда в порядке гражданского судопроизводства.

В остальной части постановление оставить без изменения, апелляционную жалобу с дополнениями к ней адвоката Самойлова А.В. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано сторонами в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции в течение 6 месяцев со дня вступления судебного решения в законную силу.

Судья О.В.Пинаева