Апелляционное постановление № 22-278/2021 22-8939/2020 от 13 января 2021 г. по делу № 1-251/2020

Судья Шматова И.В. Дело № 22-278/2021


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Красноярск 14 января 2021 года

Красноярский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Левченко Л.В.,

при секретаре Сержановой Е.Г.,

с участием прокурора Уголовно-судебного управления прокуратуры Красноярского края Красиковой Ю.Г., адвоката Рябинкиной Т.В., осужденного ФИО1 посредством видео-конференц-связи,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и его адвоката Казаковой О.А. на приговор Ачинского городского суда Красноярского кая от <дата>, которым

ФИО1, родившийся <дата> в <адрес><адрес>, гражданин Российской Федерации, невоеннообязанный, имеющий образование 8 классов, в браке не состоящий, детей не имеющий, официально не работающий, зарегистрированный по адресу: <адрес>, проживавший по адресу: <адрес>, ранее судимый:

1) <дата> Ачинским городским судом <адрес> по ч.4 ст.111 УК РФ к 7 годам лишения свободы, освобожден <дата> по отбытии срока наказания;

2) <дата> Бирским районным судом Республики Башкортостан (с учетом постановления Ачинского городского суда от <дата>) по п. «в» ч.2 ст.158, п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ, на основании ч.2 ст.69 УК РФ к 3 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года 1 месяц;

3) <дата> Бирским районным судом Республики Башкортостан (с учетом постановления Ачинского городского суда от <дата>) по п. «в» ч.2 ст.158, п. «б» ч.2 ст.158 УК РФ, на основании ч.2 ст.69 УК РФ к 3 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года 1 месяц;

4) <дата> Ачинским городским судом <адрес> (с учетом изменений, внесенных постановлением Ачинского городского суда от <дата>) по п. «а» ч.3 ст.158 УК РФ к 2 годам 1 месяцу лишения свободы, на основании ст.70 УК РФ присоединено наказание по приговорам от <дата> и <дата> и окончательно назначено 3 года 1 месяц лишения свободы, освобожден <дата> по отбытии срока наказания;

5) <дата> Ачинским городским судом <адрес> по ч.1 ст.161 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, освобожден <дата> по отбытии срока наказания,

осужден по п.п. «б, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 3 годам лишения свободы без ограничения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Взыскано с ФИО1 в пользу Потерпевший №1 в счет возмещения материального ущерба 12150 рублей 00 копеек.

Взысканы с ФИО1 в доход Федерального бюджета РФ процессуальные издержки – расходы по оплате труда адвокатов в размере 57170 рублей 00 копеек.

Заслушав доклад судьи <адрес>вого суда Левченко Л.В., объяснения осужденного ФИО1 посредством видео-конференц-связи, выступление адвоката Рябинкиной Т.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Красиковой Ю.Г., полагавшей приговор подлежащим оставлению без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 осужден за тайное хищение имущества Потерпевший №1 с незаконным проникновением в помещение, с причинением значительного ущерба гражданину при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании Антипин свою вину не признал, пояснил, что преступления он не совершал. <дата> приходил навестить знакомого ФИО16, который работал у Потерпевший №1. Свидетель №2 продал болгарку по просьбе знакомого, бензопилу Свидетель №2 приобрести не предлагал. Свидетель Свидетель №2 и потерпевший Потерпевший №1 одной национальности, договорились друг с другом и оговорили его. Уголовное дело сфальсифицировано.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 с приговором не согласен. Считает, что в деле нет доказательств его виновности, документы подделаны следователями, в частности показания свидетеля Свидетель №3, которые сходятся с показаниями Потерпевший №1.

Потерпевший Потерпевший №1 не был уведомлен о прениях, где он бы мог задавать ему вопросы, на оглашении приговора Потерпевший №1 также не было.

В суде потерпевший Потерпевший №1 пояснил, что Свидетель №3 неоднократно совершал кражи, и он платил за него. Также Потерпевший №1 пояснил, что Свидетель №3 депортировали в конце сентября, а следователь ФИО21 пояснила, что Свидетель №3 депортировали в октябре, а следователь ФИО20 ему сказала, что брала показания с Свидетель №3 <дата> и что его депортировали <дата>, а в деле дата депортации <дата>.

Указывает, что бензопилу украли еще в начале августа, Потерпевший №1 хотел за это высчитать с рабочих. Это следует из показаний Свидетель №1 и Свидетель №6. Свидетель №1 в суде пояснил, что ФИО1 не мог совершить кражу, кражи были днем, они не знают, кто их совершил.

Дело возбудили без доказательств, эксперт оценил имущество, не видя его.

Все показания Свидетель №2 и Потерпевший №1 ложные, они помогли подделать показания Свидетель №3 и оговорили ФИО1. Показания <дата> брала следователь ФИО21, но подпись следователя ФИО2, а в деле уже подпись Лавцевич.

Далее в жалобе ФИО1 анализирует показания Потерпевший №1, детализацию переговоров с ним, из которой, по его мнению, видно, что о краже бензопилы Потерпевший №1 ему говорил уже с <дата>, а заявление написал только <дата> без всяких доказательств. Потерпевший №1 на очной ставке пояснил, что кража была в середине августа, а через три месяца вызвали Свидетель №2 и попросили сказать, что ФИО1 приходил <дата>.

Следователь подделала документы, что предъявила обвинение по ст.158 ч.2 п. «б,в» УК РФ, так как они с адвокатом от этого отказались. С Свидетель №3 и ФИО16 у него не было очных ставок, о чем написала следователь в обвинительном заключении.

В дополнениях осужденный, цитируя показания свидетелей потерпевшего Потерпевший №1, указывает, что судья не приняла их во внимание.

Обращает внимание, что он не мог быть <дата> на строительстве.

Не согласен с тем, что взыскали расходы на оплату адвокатов, так как он в суде пояснил, что платить нечем, он не работает.

В последующих дополнениях вновь приводит те же доводы о невиновности, а также обращает внимание на имеющиеся, по его мнению, недостатки в уголовном деле, выявленные им после ознакомления с делом. Указывает, что в деле нет его очной ставки с Свидетель №1. Фото в деле не Свидетель №3, он не мог давать такие показания. В заявлении потерпевшего от <дата> написано, что кража была с 12 на <дата>. В показаниях Потерпевший №1 от <дата> нет части его показаний. Ему незаконно перепредъявили обвинение <дата> без его адвоката Казаковой, а документы об отказе от подписи поддельные. Свидетель №3 не мог содержаться в центре временного содержания с <дата> по <дата>, нет подтверждающих этого документов. Фото Свидетель №3 в деле не было при закрытии дела, а после приговора появилось. Обвинительное заключение в т.2 л.д.132-144 не подписано прокурором.

Также в дополнениях обращает внимание на недостатки постановлений о возбуждении ходатайств о продлении сроков содержания под стражей от <дата>, от <дата>, на постановление суда от <дата> в части продления срока предварительного расследования. Судья ФИО23 вынес постановление об отказе в прекращении уголовного преследования ст.27 УПК РФ только <дата>, а ходатайство о прекращении уголовного преследования он с адвокатом Казаковой подали <дата>.

Не понимает, как прокурор утвердил дело <дата>, если он закрыл дело только <дата>. Протокол ознакомления обвиняемого с материалами дела от <дата>, а на протоколе написано <дата> и что он отказался от подписи, это не правда. Считает, что в справке по делу неправильно указан срок предварительного следствия 4 месяца 28 суток. Есть постановление следователя от <дата> о полном удовлетворении его ходатайства о дополнительном допросе. Но нет его ходатайства, где бы он мог опознать свой почерк. Он не мог дать показания без своего адвоката. Не согласен с характеристикой участкового, которого он не знает.

Суд должен был вернуть дело назад при таких нарушениях, а вынес приговор на предположениях.

В следующих дополнениях считает, что у Свидетель №6 не могли взять показания <дата>, эти показания должны взять еще <дата>.

Просит обратить внимание на протоколы очных ставок т.1 л.д.141-144, 145-147, где числа переправлены. На постановлении т.1 л.д.217, что адвокат Андреева была <дата>, она у него уже была <дата> и как тогда могли провести очную ставку с Потерпевший №1 <дата> и не провести в этот день с Свидетель №1.

Считает поддельными документы о замене адвоката Струченко на адвоката Казакову. Если ему предъявили обвинение еще <дата>, то где заявление от потерпевшего и где все показания свидетелей от <дата> и очные ставки.

В дополнениях от <дата> осужденный цитирует протокол судебного заседания в части допроса потерпевшего Потерпевший №1 и делает вывод о том, что Потерпевший №1 незаконно оговаривает ФИО1. Считает, что судья должна была вызвать на судебные прения Потерпевший №1, где он мог задавать ему вопросы. Судья обязана была вынести постановление о привлечении к уголовной ответственности потерпевшего за ложные показания.

На основании ст.14, 27, 75 УПК РФ показания потерпевшего, свидетеля, основанные на догадке, предположении, слухе, а также показания свидетеля, который не может указать источник своей осведомленности; и обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.

В дополнениях от <дата> осужденный приводит показания в суде Свидетель №2. Просит обратить внимание на речь прокурора т.3 л.д.149-150 и выражает свои несогласия с ней. Вновь просит обратить внимание на детализацию звонков, где Потерпевший №1 звонил ему 38 раз. Считает, что в протоколе не все отражено. По делу нет его вины, следователи сфабриковали его уголовное дело. Следователь ФИО20 не имела право выделять из уголовного дела хищение 50 м кабеля стоимостью 1750 рублей.

В апелляционной жалобе адвокат Казакова О.А. в интересах осужденного ФИО1 также выражает несогласие с приговором суда. Считает, что доводы ФИО1 о непричастности необоснованно признаны судом надуманными и противоречащими установленным по делу обстоятельствам, в то время как они заслуживают оценки и сопоставления с иными установленными судом обстоятельствами.

Обращает внимание, что исследованные судом показания ФИО16 противоречат действительности в той части, что он редко виделся с ФИО1, поскольку на тот момент они проживали в одном жилом помещении, соответственно виделись ежедневно.

ФИО1 не отрицал, что встречался с Свидетель №2, болгарку он продал тому по просьбе знакомого, бензопилу не предлагал. Потерпевший №1 неоднократно в середине августа 2019 звонил ФИО1 и просил помочь узнать, кто украл бензопилу, что подтверждается детализацией звонков и показаниями Свидетель №6.

Свидетель №2 в ходе следствия называл разные даты, когда к нему приходил ФИО1, изначально не говорил, что ФИО1 предлагал еще и бензопилу. Поэтому ставит под сомнение показания Свидетель №2.

Считает, что из показаний Свидетель №1 следует, что бензопила пропала у Потерпевший №1 намного раньше, чем болгарка.

В ходе следствия они заявляли о проведении очных ставок с Свидетель №1 и Свидетель №3, но с Свидетель №3 не проводилась умышленно до его депортации, так как он мог подтвердить непричастность ФИО1. Суд отказал в вызове свидетеля Свидетель №3, чем нарушено право на защиту.

Полагает, что о невиновности Антипина свидетельствуют показания свидетелей Свидетель №7, ФИО16.

Потерпевший №1 в ходе следствия указывал разные даты хищения, так и не представил документы, подтверждающие его право собственности на болгарку и бензопилу, стоимость бензопилы определена со слов потерпевшего.

Указывает, что ключи от вагончика хранились под ковриком у входа, о чем знали многочисленные рабочие, Свидетель №3 мог уйти и не закрыть дверь.

Указанные противоречия в показаниях свидетеля и потерпевшего должны трактоваться в пользу ФИО1, сомнения и противоречия не устранены, поэтому сделать вывод о виновности ФИО1 невозможно. Просит приговор отменить, ФИО1 оправдать.

В возражениях государственный обвинитель Хлюпина В.В. просит приговор оставить без изменения, жалобы без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений, выслушав объяснения сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления, вопреки доводам апелляционных жалоб, соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции, и подтверждаются совокупностью исследованных судом доказательств, обоснованно признанных судом допустимыми, оцененными в соответствии со ст. 88 УПК РФ, анализ которых приведен в приговоре и им дана надлежащая оценка.

Обстоятельства, при которых Антипин совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, с незаконным проникновением в помещение, с причинением значительного ущерба гражданину, по настоящему делу установлены правильно.

Так, судом установлено, что в июне 2019 года ФИО1 без официального оформления трудовых отношений работал разнорабочим у Потерпевший №1. При этом ему было достоверно известно, что для выполнения строительных работ электроинструменты, принадлежащие Потерпевший №1, временно хранятся в помещении строительного вагончика, расположенного возле <адрес> края, кроме того ему было достоверно известно, где именно хранится ключ от данного помещения.

В период времени с 12 часов 00 минут <дата> до 08 часов 00 минут <дата> ФИО1, имея умысел, направленный на тайное хищение чужого имущества, пришел к строительному вагончику, расположенному на расстоянии 21 метра в юго-восточном направлении от левого торца <адрес> края, в помещении которого на временном хранении находились электроинструменты, принадлежащие Потерпевший №1. После чего, воспользовавшись тем, что в строительном вагончике рабочих и Потерпевший №1 нет, и за его действиями никто не наблюдает, действуя тайно, из корыстных побуждений, с целью личного материального обогащения, воспользовавшись ключом, открыл дверь и незаконно проник в помещение вышеуказанного строительного вагончика, откуда тайно, действуя умышленно, предвидя неизбежность наступления последствий в виде причинения ущерба собственнику имущества, и желая этого, похитил имущество, принадлежащее Потерпевший №1, а именно: бензопилу марки «Stihl MS180», стоимостью 12150 рублей, электрическую шлифовальную машинку (болгарку) «ИНТЕРСКОЛ» УШМ-180/1800М, стоимостью 2760 рублей, чем причинил Потерпевший №1 значительный ущерб на общую сумму 14 910 рублей.

Из материалов судебного следствия следует, что доводы о том, преступления ФИО1 не совершал, были предметом проверки суда первой инстанции, но своего подтверждения не нашли, поскольку опровергаются показаниями потерпевшего, свидетелей, письменными доказательствами.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, оснований для его оговора со стороны потерпевшего и свидетеля Свидетель №2 по материалам дела не усматривается, судом установлено. Как правильно указал суд, свои показания потерпевший Потерпевший №1 и свидетель Свидетель №2 неоднократно подтверждали в ходе допросов, очных ставок, в том числе, с участием самого ФИО1. При этом, в ходе допросов потерпевшего и свидетеля Свидетель №2 не было выявлено существенных противоречий и неясностей, которые могли бы свидетельствовать о надуманном характере сообщаемых ими сведений.

Ни потерпевший, ни свидетель Свидетель №2 прямо не указывали на ФИО1, как на лицо, которое совершило кражу, а лишь давали пояснения по обстоятельствам, подлежащим доказыванию по делу.

Разные показания потерпевшего в части даты совершения хищения, не свидетельствуют, вопреки доводам жалоб, о каких-либо противоречиях, которые бы ставили их под сомнение и являлись основанием для признания недопустимыми. Данным обстоятельствам судом дана оценка и обоснованно принято во внимание, что противоречия в показаниях потерпевшего Потерпевший №1 в части даты совершения преступления объясняются длительным промежутком времени, прошедшим с момента совершения преступления до его обращения в правоохранительные органы с заявлением о хищении имущества, при этом, потерпевший в судебном заседании указал, что дату преступления уточнил после просмотра табелей учета рабочего времени. Соответствующие табели учета рабочего времени представлены потерпевшим следователю только <дата>.

Установление даты совершения преступления входит в число обстоятельств, подлежащих доказыванию, что следствием и было сделано. При этом по результатам расследования уголовного дела следователем <дата> вынесено постановление об уточнении времени, места совершения преступления, предмета преступного посягательства, размера причиненного потерпевшему ущерба (т.1 л.д.229).

Установленные следствием обстоятельства совершения преступления нашли свое подтверждение в судебном заседании. Из табеля выхода на работу следует, что ФИО16 работал 21 и <дата> (т.1 л.д.59-60). При этом показания потерпевшего о том, что отсутствие инструментов было обнаружено на следующее утро после того, как последний день у Потерпевший №1 работал ФИО16, подтверждается не только показаниями потерпевшего, но и показаниями свидетелей Свидетель №3 и Свидетель №1, который непосредственно и обнаружил отсутствие инструментов. Кроме того, Свидетель №1 пояснил, что ФИО16, являющийся знакомым ФИО1, работал до того, как пропал инструмент. Все рабочие знали, где хранятся ключи, он не видел, чтобы вагончик оставался не закрытым, без присмотра.

Из показаний свидетеля Свидетель №3 следует, что в строительном вагончике хранился разный инструмент, в том числе бензопила «Штиль 180» и электрическая шлифовальная машинка «Интерскол», которыми он и другие работники Потерпевший №1 работали при необходимости. ФИО1 работал у Потерпевший №1 с 1 по <дата>, он также работал с инструментом. Все работники знали, где лежат ключи, в том числе ФИО1. <дата> инструмент лежал на месте, в этот день к работавшему ФИО16 приходил ФИО1. Он закрывал вагончик и уходил за сигаретами, ФИО16 и ФИО1 оставались возле вагончика, а потом ушли, не дождавшись Потерпевший №1. К 8 утра <дата> пришел Свидетель №1, и они обнаружили отсутствие бензопилы и электрической шлифовальной машинки (болгарки). Позднее при нем Потерпевший №1 звонил ФИО1, спрашивал, когда он вернет его инструмент, Антипин сказал, что взял электрическую шлифовальную машинку и куда-то её заложил, и как только выкупит, то вернет её. За все время его работы у Потерпевший №1 хищений никогда никаких не было.

Суд первой инстанции обоснованно не нашел оснований не доверять показаниям свидетеля Свидетель №3, поскольку он был допрошен в установленном законом порядке, о чем в судебном заседании пояснила свидетель ФИО2, в производстве которой находилось данное уголовное дело, права и обязанности Свидетель №3 следователем были разъяснены и понятны, с содержанием протокола допроса он был ознакомлен, замечаний от него не поступило. При этом судом правильно принято во внимание, что его показания также согласуются с представленными суду доказательствами – показаниями свидетелей, материалами уголовного дела. Доводы подсудимого о том, что подпись в протоколе допроса Свидетель №3 принадлежит иному лицу, в судебном заседании подтверждения не нашли.

Доводы осужденного о том, что показания Свидетель №3 помогли подделать Потерпевший №1 и Свидетель №2, являются надуманными, а ссылки на то, что Потерпевший №1 пояснил, что Свидетель №3 депортировали в конце сентября, следователь ФИО21 пояснила, что Свидетель №3 депортировали в октябре, следователь ФИО20 сказала, что брала показания с Свидетель №3 <дата> и его депортировали <дата>, а в деле дата депортации <дата> и нет документов, подтверждающих содержание Свидетель №3 в Центре по <дата>, сами по себе не ставят под сомнение показания Свидетель №3.

Как следует из материалов дела, Свидетель №3 был задержан <дата>. В деле имеется заключение об установлении личности иностранного гражданина от <дата> и постановление суда от <дата> о привлечении Свидетель №3 к административной ответственности по ч.3 ст.20.25 КоАП РФ к штрафу в размере 3 000 рублей с административным выдворением за пределы Российской Федерации в форме принудительного выдворения. При этом судом принято решение о том, что в целях обеспечения исполнения наказания в части выдворения Свидетель №3, он подлежит помещению в Центр временного содержания иностранных граждан ГУ МВД России по <адрес> (с местом дислокации <адрес>) по адресу: 1-й километр трассы Красноярск-Железногорск, здание 5/18. Именно в данном Центре и был допрошен Свидетель №3 следователем ФИО20 <дата>. Подвергать сомнению проведение данного следственного действия у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Свидетель Свидетель №3 судом не допрошен в связи с его депортацией за пределы Российской Федерации, данный факт судом проверен, получены документы о его выезде <дата>, с указанием о том, что место его жительства за пределами РФ не известно (т.3 л.д.80). Подсудимый не возражал против оглашения его показаний, оценка показаниям свидетеля Свидетель №3 судом дана, поэтому доводы жалобы адвоката, что тем самым нарушено право ФИО1 на защиту, являются необоснованными, как и доводы о том, что с ним не проведена очная ставка, поскольку в соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 38 УПК РФ следователь самостоятельно направляет ход расследования. По этим же основаниям несостоятельным доводы жалоб осужденного о том, что у Свидетель №6 показания должны были взять еще <дата> и не могли взять <дата>, не проведена очная ставка с ФИО16.

Из показаний свидетеля Свидетель №2 следует, что именно ФИО1 предлагал ему купить болгарку за 1000 рублей, а когда он отказался, то попросил 300 рублей на продукты, сказав, что когда будут деньги, он выкупит болгарку. Затем ФИО1 предложил купить у него бензопилу «Штиль180», но он отказался. В начале сентября к нему приехал Потерпевший №1 и опознал свою болгарку, которую впоследствии изъяли сотрудники полиции. При очной ставке <дата> он изменил показания, так как ему стало жалко ФИО1. В суде Свидетель №2 утверждал, что помимо болгарки ФИО1 предлагал ему купить и бензопилу.

Доводы апелляционных жалоб осужденного о том, что он не мог быть <дата> на строительстве, являются несостоятельными.

Судом данные обстоятельства также проверялись, как и доводы о непричастности, о том, что бензопила и болгарка пропали в разное время, и обоснованно признаны несостоятельными с учетом показаний потерпевшего и свидетелей, с чем соглашается суд апелляционной инстанции. Не опровергают выводы суда и доводы осужденного о многочисленных разговорах его и Потерпевший №1 по телефону в начале августа, поскольку, как правильно указал суд, с потерпевшим ФИО1 знаком продолжительное время, ранее был трудоустроен у Потерпевший №1, договаривался о трудоустройстве к Потерпевший №1 ФИО16, соответственно, поводом для звонков Потерпевший №1 ФИО1 могли быть иные обстоятельства.

Вопреки доводам апелляционной жалобы Антипина судом приняты во внимание показания всех свидетелей, в том числе Свидетель №1, Свидетель №6, ФИО16, Свидетель №7.

Так, судом принято во внимание, что из показаний свидетеля ФИО16 следует, что визит ФИО1 к вагончику явился для него неожиданным, поскольку они редко общались, при этом, ФИО1 несколько раз отлучался куда-то, а свидетель ФИО16 пояснила, что в последний рабочий день ее брат ФИО16 пришел первым, а через некоторое время пришел ФИО1. Не ставят под сомнение показания ФИО16 доводы апелляционной жалобы адвоката о том, что они с ФИО1 проживали в одном жилом помещении, то есть виделись ежедневно.

К показаниям матери ФИО1 – свидетеля Свидетель №7 и показаниям самого Антипина суд обоснованно отнесся критически, посчитав, что показания Свидетель №7 вызваны желанием оказать помощь ФИО1, а показания ФИО1, как способ самозащиты. Показания осужденного проанализированы судом в совокупности с показаниями потерпевшего, свидетелей, материалами дела, из которых сделан обоснованный вывод о том, что позиция подсудимого ФИО1 о том, что он не совершал преступления, является его способом защиты от предъявленного обвинения.

Поэтому доводы апелляционных жалоб о том, что не доказана причастность ФИО1 к совершению инкриминируемого ему преступления, суд апелляционной инстанции полагает несостоятельными.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции находит приведенные судом первой инстанции в приговоре мотивы оценки доказательств и доводов сторон убедительными, а принятые решения соответствующими закону и материалам дела. Оснований для признания каких-либо доказательств по делу недопустимыми судом апелляционной инстанции не установлено.

Доводы апелляционной жалобы адвоката о том, что ключи от вагончика хранились под ковриком у входа, о чем знали многочисленные рабочие, Свидетель №3 мог уйти и не закрыть дверь, также не свидетельствуют о невиновности ФИО1, поскольку именно он предлагал Свидетель №2 купить болгарку, которую впоследствии опознал Потерпевший №1, и бензопилу, и, как установлено в ходе следствия и в суде, это было на следующий день после хищения. При этом доводы ФИО1 о том, что делал он это по просьбе знакомого, с которым отбывал наказание в <адрес> тюрьме, подтверждения в ходе следствия не нашли.

Субъективная оценка доказательств, изложенная в апелляционных жалобах, не может быть принята во внимание, поскольку в соответствии с требованиями ст. 87, 88 УПК РФ все доказательства должным образом судом были проверены, сопоставлены и оценены с точки зрения их достоверности, относимости, допустимости, а в совокупности - достаточности для разрешения дела.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, по делу отсутствуют. По делу отсутствуют объективные данные, которые бы давали основание предполагать, что уголовное дело сфабриковано, а доказательства сфальсифицированы. Доводы жалобы осужденного в данной части являются необоснованными, также как и доводы о процессуальных нарушениях со стороны следователей при расследовании уголовного дела.

Доводы жалобы ФИО1 о том, что эксперт оценил имущество, не видя его, не ставят под сомнение заключение судебной оценочной экспертизы №-АЧ-10 от <дата> согласно которой установлена с учетом состояния рыночная стоимость электрической шлифовальной машинки (болгарки) «ИНТЕРСКОЛ» УШМ-180/1800М (2015) - 2760 рублей, бензопилы «Stihl MS180» 12150 рублей. (т.1 л.д.160-165)

У суда апелляционной инстанции нет оснований сомневаться в выводах данной экспертизы, которая проведена надлежащим лицом, полно, объективно, на основании постановления следователя, содержит ответы на все поставленные вопросы. Заключение, как процессуальный документ, составлено в соответствии с действующим законодательством, подписано экспертом, предварительно предупрежденным об уголовной ответственности. Эксперт обладает необходимой квалификацией и опытом работы, не вызывающих сомнений в его компетентности.

В связи с чем доводы апелляционной жалобы адвоката о том, что стоимость бензопилы определена со слов потерпевшего, являются несостоятельными, также как и доводы о том, что им не представлены документы, подтверждающие его право собственности на болгарку и бензопилу, поскольку факт наличия у потерпевшего Потерпевший №1 данных инструментов судом установлен.

Исправления в дате протоколов очных ставок ФИО1 с Свидетель №1 и Свидетель №2, на что указывает в жалобах ФИО1, следователем оговорены и заверены, сами по себе не являются основанием для признания протоколов недопустимыми доказательствами.

Протокол очной ставки ФИО1 с Свидетель №1 имеется в материалах дела в т.1 л.д.141-143.

Ссылка в жалобе на то, что обвинительное заключение в т.2 л.д.132-144 не подписано прокурором, не может быть принята во внимание, поскольку действительно данное обвинительное заключение, составленное <дата>, прокурором не утверждено, уголовное дело постановлением заместителя Ачинского городского прокурора Шабановым А.М. от <дата> возвращено для дополнительного расследования, по результатам которого составленное следователем <дата> обвинительное заключение прокурором утверждено, уголовное дело направлено в суд.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства при предъявлении ФИО1 окончательного обвинения <дата> следователем не допущено. Не свидетельствует об этом отказ ФИО1 от подписи, его не согласие на замену адвоката, поскольку адвокат Андреева осуществляла защиту ФИО1 по соглашению с <дата>, а <дата> ФИО1 написано заявление о том, что он не имеет возможности заключить соглашение с адвокатом Андреевой на персональную защиту, просит, чтобы она участвовала в силу ст.51 УПК РФ. Данное ходатайство следователем было удовлетворено, в связи с чем в деле помимо ордера адвоката Андреевой от <дата>, выданного на основании соглашения, имеется ордер от <дата>, выданный на основании ст.51 УПК РФ, на что обращает внимание осужденный в апелляционных жалобах, и в чем суд апелляционной инстанции не усматривает никаких нарушений, также как в решении следователя от <дата> об отстранении от защиты ФИО1 адвоката Андреевой в связи с болезнью и назначении обвиняемому защитника адвоката Струченко, поскольку ФИО1 от участия в деле адвоката не отказывался, соглашение с каким-либо другим адвокатом не заключил. Адвокат Струченко реально присутствовала при предъявлении ФИО1 обвинения <дата> и его допросе в качестве обвиняемого, позицию подзащитного поддерживала, о чем свидетельствует ее подпись в соответствующих процессуальных документах и сделанные ею записи о том, что ФИО1 на замену адвоката не согласен. Фактически ФИО1 от дачи показаний отказался, то есть никаких показаний против себя не давал.

Окончательное ознакомление обвиняемого и его защитника адвоката Казаковой состоялось <дата>, поэтому доводы жалобы о несоответствии в протоколе предыдущего ознакомления в январе 2020 года не могут быть приняты во внимание. С материалами уголовного дела по окончании предварительного расследования <дата> ФИО1 ознакомлен в полном объеме с участием адвоката Казаковой, заявленное ими ходатайство о прекращении уголовного преследования, вопреки доводам осужденного в суде апелляционной инстанции, следователем рассмотрено с вынесением соответствующего постановления (т.2 л.д.236)

Обвинительное заключение прокурором утверждено <дата> в сроки, предусмотренные уголовно-процессуальным законом, с учетом даты поступления дела прокурору <дата>. Доводы жалобы ФИО1 о том, что в справке к обвинительному заключению неправильно указан срок предварительного расследования, на законность приговора не влияют, также как и доводы о недостатках постановлений о возбуждении ходатайств о продлении срока содержания его под стражей в части продления срока предварительного расследования.

Доводы жалобы осужденного о незаконном возбуждении уголовного дела являются несостоятельными. Из материалов уголовного дела следует, что уголовное дело было возбуждено с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, при наличии повода и оснований, предусмотренных ст. 146 УПК РФ, по результатам проведенной по заявлению потерпевшего проверки.

Также не могут быть приняты во внимание и доводы апелляционной жалобы осужденного о том, что следователь не имела права выделять из уголовного дела хищение 50 м кабеля стоимостью 1750 рублей, поскольку причастность ФИО1 к данному хищению установлена не была.

Таким образом, нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих за собой отмену или изменение приговора, суд апелляционной инстанции не усматривает. Судебное разбирательство было проведено с соблюдением всех принципов судопроизводства, в том числе, состязательности и равноправия сторон, права на защиту, презумпции невиновности.

Обстоятельства совершения преступления были исследованы судом полно, всесторонне и объективно.

Все ходатайства, заявленные стороной защиты в судебном заседании, судом были разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, по ним приняты обоснованные и мотивированные решения, не согласиться с которыми у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 о недостатках протокола судебного заседания были расценены судом, как замечания на протокол, рассмотрены с вынесением <дата> постановления об их отклонении, что проверяется одновременно с приговором в связи с указанием на несогласие осужденного с постановлением суда в расписке о его получении.

Суд апелляционной инстанции считает, что оснований для признания указанного постановления суда первой инстанции незаконным и не обоснованным не имеется. Выводы суда об отклонении замечаний убедительны, мотивированы, обоснованы. Показания допрошенных в судебном заседании лиц, изложенные в протоколе, соответствуют показаниям, приведенным судом в приговоре. В протоколе указаны все участники судебного заседания, как со стороны обвинения, так и со стороны защиты. Протокол судебного заседания подписан председательствующим и секретарем судебного заседания, оснований не доверять сведениям, внесенным в протокол судебного заседания, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы апелляционной жалобы осужденного о том, что потерпевший Потерпевший №1 не был уведомлен о прениях, где он бы мог задавать ему вопросы, на оглашении приговора Потерпевший №1 также не было, не являются основанием для отмены приговора. Потерпевший участвовал в судебном заседании, давал показаний суду, обвиняемый ФИО1 не был лишен возможности задавать ему вопросы, чем и воспользовался. Заявляя ходатайство о повторном вызове в суд потерпевшего, ФИО1 пояснил, что новых вопросов у него не имеется, судом данное ходатайство обоснованно оставлено без удовлетворения. При этом в последующих судебных заседаниях при явке потерпевшего ФИО1 вопросы ему задавал, когда считал необходимым, в том числе перед отложением рассмотрения дела для подготовки к судебным прениям. Участие потерпевшего в прениях, как и присутствие на оглашении приговора, является его правом, о нарушении которых потерпевший не заявлял, стороны не возражали продолжить рассмотрение дела в отсутствие потерпевшего, в том числе окончить судебное следствие и перейти к прениям сторон.

Психическое состояние осужденного ФИО1 проверено надлежащим образом, в том числе с учетом заключения комиссии экспертов №от <дата>, судом не установлено обстоятельств, позволяющих усомниться в психическом здоровье подсудимого, суд обоснованно признал, что преступление совершено во вменяемом состоянии.

Таким образом, фактические обстоятельства совершенного ФИО1 преступления судом установлены правильно, и в соответствии с ними действия осужденного обоснованно квалифицированы по п. «б,в» ч.2 ст.158 УК РФ.

Наказание ФИО1 назначено судом с учетом требований ст. 60 УК РФ, характера и степени общественной опасности преступления, с учетом данных о личности подсудимого. Оснований сомневаться в достоверности сведений, изложенных в характеристике на ФИО1, составленной участковым, не имеется, не являются таковыми доводы осужденного, что он с участковым не знаком.

В качестве смягчающего наказание обстоятельства учтено состояние его здоровья, а в качеств отягчающего – рецидив преступлений.

Выводы суда о назначении осужденному ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы в приговоре должным образом мотивированы, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, данных о личности осужденного.

Суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для применения ч.6 ст.15 УК РФ для изменения категории совершенного преступления на менее тяжкую, также как и оснований для применения положений ч.3 ст.68, ст.64 и ст.73 УК РФ.

Таким образом, при назначении наказания судом учтены все необходимые обстоятельства, а назначенное осужденному наказание полностью соответствует требованиям ст. ст. 6, 60, 43 УК РФ, является соразмерным содеянному и справедливым.

Разрешая вопрос о взыскании процессуальных издержек с осужденного, судом обсуждалась возможность освобождения ФИО1 от уплаты издержек. Однако с учетом обстоятельств дела, с учетом того, что суду не представлено сведений о том, что ФИО1 лишен в силу возраста, состояния здоровья, семейных обстоятельств заниматься трудовой деятельностью, и что взыскание процессуальных издержек отразится негативно на условиях жизни его семьи, оснований для этого судом обоснованно не усмотрено.

Суд апелляционной инстанции также принимает во внимание, что отсутствие на момент принятия решения по данному вопросу у лица денежных средств или иного имущества само по себе не является достаточным условием признания его имущественно несостоятельным. Осужденный ФИО1 является трудоспособным и не лишен возможности, как в период отбывания наказания, так и после его отбытия, произвести выплату процессуальных издержек.

Таким образом, предусмотренные законом основания для освобождения осужденного ФИО1 от уплаты судебных издержек отсутствуют.

Вопрос о взыскании процессуальных издержек с ФИО1 был разрешен судом в судебном заседании согласно требованиям уголовно-процессуального закона.

Размер оплаты труда за участие адвоката в деле по назначению исчислен верно.

С учетом изложенного, доводы апелляционных жалоб осужденного о не согласии со взысканием с него расходов на оплату труда адвокатов являются несостоятельными.

С учетом изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Ачинского городского суда Красноярского кая от <дата> в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и его адвоката Казаковой О.А. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции по правилам главы 47.1 УПК РФ.

Судья <адрес>вого суда Л.В. Левченко