Апелляционное определение № 33-595/2026 от 7 апреля 2026 г.

Судья Пустобаева Е.С. Дело № 33-595/2026

Дело № 2-202/2025

УИД 41RS0009-01-2025-000264-83


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

8 апреля 2026 года г. Петропавловск-Камчатский

Судебная коллегия по гражданским делам Камчатского краевого суда в составе:

председательствующего Трифоновой С.С.,

судей Гавриной Ю.В., Рафиковой М.Г.,

при секретаре Ткаченко А.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи гражданское дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании задолженности по заработной плате, процентов за задержку выплаты, компенсации морального вреда,

по апелляционным жалобам истца ФИО1 и ответчика ИП ФИО2 на решение Усть-Камчатского районного суда Камчатского края от 16 декабря 2025 года, которым постановлено:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (<данные изъяты>) в пользу ФИО1, <данные изъяты>) заработную плату за сверхурочную работу с 21.11.2024 по 03.06.2025 в размере 69 851,59 руб. (с учетом вычета 13% НДФЛ), заработную плату за работу в нерабочие праздничные дни и выходные дни с 21.11.2024 по 03.06.2025 в размере 96 522,32 руб. (с учетом вычета 13% НДФЛ), компенсацию за задержку выплаты заработной платы за сверхурочную работу и за нерабочие праздничные дни и выходные дни с 04.06.2025 по 16.10.2025 в размере 27 618,07 рублей, компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 <данные изъяты>) в пользу ФИО1, <данные изъяты>) проценты за нарушение сроков выплаты заработной платы на присужденную истцу сумму 166 373,91 рублей начиная с 16 декабря 2025 года по день фактического исполнения решения суда в размере одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации за каждый день просрочки.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 <данные изъяты>) государственную пошлину в доход бюджета Усть-Камчатского муниципального округа Камчатского края в размере 5 991,22 рублей.

Заслушав доклад судьи Гавриной Ю.В., объяснения истца ФИО1, представителя ответчика ФИО3, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2, в котором, окончательно определившись с исковыми требованиями, просила взыскать задолженность по заработной плате в сумме 659 248 руб. 50 коп. за период с 15 ноября 2023 года по 2 июня 2025 года; проценты за задержку выплаты задолженности по заработной плате в сумме 111 281 руб. 15 коп. за период с 2 июня 2025 года по 16 октября 2025 года; проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 46 111 руб. 27 коп. за период с 2 июня 2025 года по 16 октября 2025 года; проценты за пользование чужими денежными средствами, начисляемые на сумму 816 640 руб. 92 коп., начиная с даты вынесения решения суда по день фактического исполнения обязательств, исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды; компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

В обоснование заявленных требований указала, что состояла в трудовых отношениях с ответчиком в должности <данные изъяты> Работодателем неправильно велся учет рабочего времени, табеля не соответствовали фактически отработанному времени, в результате чего не были оплачены часы сверхурочной работы, работа в ночное время, выходные и праздничные дни.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 и ее представитель ФИО4 исковые требования поддержали.

Представители ответчика ФИО5 и ФИО3 иск не признали, заявили о пропуске истцом срока исковой давности.

ФИО2 участия в судебном заседании не принимал.

Рассмотрев дело, суд постановил указанное выше решение.

В апелляционной жалобе истец ФИО1, выражая несогласие с принятым решением, просит его отменить, восстановить срок исковой давности за период с 15 ноября 2023 года по 21 октября 2024 года, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме. В обоснование доводов жалобы ссылается на то, что суд необоснованно применил срок исковой давности, поскольку нарушение носит длящийся характер. Полагает, что суд не дал оценки доводам о неоплате ночных часов, а также о том, что Правила внутреннего трудового распорядка не были доведены до ее сведения надлежащим образом. Указывает, что оплата работы в выходные дни при сменном графике должна производиться в соответствии с графиком сменности, а не по календарным выходным дням.

В возражениях на апелляционную жалобу истца ответчик ИП ФИО2 полагает решение суда в части отказа в удовлетворении иска законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, а жалобу истца – без удовлетворения. Указывает, что срок исковой давности применен судом правильно, поскольку истец уволена 3 июня 2025 года, а с иском обратилась 22 октября 2025 года, в связи с чем требования за период до 22 октября 2024 года обоснованно оставлены без удовлетворения. Также отмечает, что расчет суда является верным, а требование о взыскании оплаты ночных часов истцом при обращении в суд не заявлялось.

В апелляционной жалобе ответчик ИП ФИО2, выражая несогласие с принятым решением, просит его отменить, принять по делу новое решение, которым отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме либо изменить решение, исходя из представленного ответчиком расчета. В обоснование доводов жалобы ссылается на то, что суд неправомерно произвел расчет рабочего времени истца по графику пятидневной рабочей недели с двумя выходными (суббота и воскресенье), тогда как истец работала по сменному графику «сутки через двое» со скользящими выходными. Указывает, что работа в календарные субботу и воскресенье при таком графике не является работой в выходной день в смысле ст. 153 ТК РФ, поскольку выходные дни предоставлялись в различные дни недели согласно графику. Полагает, что суд вышел за пределы заявленных исковых требований, взыскав компенсацию за работу в субботу и воскресенье, тогда как такие требования истцом не заявлялись. Представляет альтернативный расчет задолженности, согласно которому сумма, подлежащая взысканию, составляет 73 570 руб. 67 коп. (с учетом НДФЛ), а компенсация за задержку выплаты – 12 212 руб. 75 коп.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец поддержала свою апелляционную жалобу по изложенным в ней основаниям. Просила отказать в удовлетворении жалобы ответчика.

Представитель ответчика поддержала апелляционную жалобу своего доверителя ИП ФИО2, просила апелляционную жалобу истца оставить без удовлетворения.

Ответчик о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещен надлежащим образом, в суд не явился, в связи с чем судебная коллегия на основании ст. ст. 167, 327 ГПК РФ и ст. 165.1 ГК РФ признала возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Согласно абз. 1 п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» в соответствии с ч.ч. 1, 2 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного постановления суда первой инстанции только в обжалуемой части, исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно них.

Заслушав объяснения сторон, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что 15 ноября 2023 года между ФИО1 и индивидуальным предпринимателем ФИО2 заключен трудовой договор №, по которому истец принята на должность <данные изъяты> расположенной по адресу: <адрес>. Дополнительными соглашениями к трудовому договору истцу установлены: с 15 ноября 2023 года – оклад 19 300 руб., районный коэффициент 60% (11 580 руб.), процентная надбавка за работу в районах Крайнего Севера 50% (9 650 руб.), всего 40 530 руб. в месяц; с 1 января 2025 года – оклад 22 480 руб., районный коэффициент 60% (13 488 руб.), процентная надбавка 50% (11 240 руб.), всего 47 208 руб. в месяц. Заработная плата выплачивалась два раза в месяц: 25-го числа текущего месяца (аванс) и 10-го числа месяца, следующего за расчетным, что соответствует Правилам внутреннего трудового распорядка ИП ФИО2, утвержденным 1 января 2023 года.

В соответствии с п. 6.1 трудового договора истцу установлена 40-часовая рабочая неделя при суммированном учете рабочего времени. Пунктом 6.2 трудового договора установлен сменный режим работы по утвержденному графику: начало смены в 09:00, окончание в 09:00 следующего дня, перерыв 48 часов (график «сутки через двое»). Распоряжением ИП ФИО2 от 23 декабря 2022 года для <данные изъяты>» введен суммированный учет рабочего времени с учетным периодом один год, начиная с 1 января 2023 года. Правилами внутреннего трудового распорядка для дежурных администраторов предусмотрено время для отдыха и приема пищи (обед – один час, полдник и ужин по 30 минут), а также время сна с 24:00 до 06:00.

Расчетными листками и реестрами начислений и перечислений заработной платы подтверждается, что заработная плата выплачивалась истцу регулярно, суммы выплаченных денежных средств соответствуют расчетным листкам, получение указанных сумм истцом не оспаривалось. Сведений о наличии задолженности по начисленной, но не выплаченной заработной плате, материалы дела не содержат.

3 июня 2025 года истец уволена по инициативе работодателя на основании приказа №-к от 3 июня 2025 года. Впоследствии истец восстановлена на работе по решению суда, а 30 сентября 2025 года уволена по собственному желанию.

С настоящим иском истец обратилась в суд 22 октября 2025 года.

Разрешая спор суд первой инстанции руководствовался ст. ст. 21, 22, 57, 91, 104, 152, 153, 236, 237, 392 Трудового кодекса РФ пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований, взыскав с ответчика в пользу истца недоплаченную заработную плату за сверхурочную работу и работу в выходные и праздничные дни за период с 21 ноября 2024 года по 3 июня 2025 года, компенсацию за задержку ее выплаты и компенсацию морального вреда, отказав в удовлетворении требований за пределами срока исковой давности, а также во взыскании доплаты за работу в ночное время и взыскании процентов по ст. 395 ГК РФ.

Судебная коллегия отклоняет доводы апелляционной жалобы истца о необоснованном применении срока исковой давности.

В соответствии с ч. 2 ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм.

Как разъяснено в п. 56 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дела по иску работника, трудовые отношения с которым не прекращены, о взыскании начисленной, но не выплаченной заработной платы заявление работодателя о пропуске срока на обращение в суд само по себе не может служить основанием для отказа в удовлетворении требования, поскольку в указанном случае срок на обращение в суд не пропущен, так как нарушение носит длящийся характер.

Вместе с тем, спорные выплаты истцу не начислялись, следовательно, положения п. 56 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ применению не подлежат, а подлежит применению общий годичный срок, установленный ч. 2 ст. 392 ТК РФ.

Поскольку истец обратилась в суд 22 октября 2025 года, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требований за период с 15 ноября 2023 года по 22 октября 2024 года, а также за период с 23 октября 2024 года по 21 ноября 2024 года, в который истец находилась в отпуске и не выполняла трудовые обязанности. Оснований для восстановления пропущенного срока, о чем истец просит в апелляционной жалобе, не имеется, поскольку доказательств уважительности причин пропуска срока истцом не представлено.

Выводы суда первой инстанции в части размера присужденных сумм судебная коллегия находит не соответствующими нормам материального права, подлежащими изменению по следующим основаниям.

Судебная коллегия соглашается с доводами апелляционной жалобы ответчика в части необоснованного взыскания судом первой инстанции оплаты за работу в календарные субботу и воскресенье как за работу в выходные дни по смыслу ст. 153 ТК РФ.

Из материалов дела следует, что п. 6.1.3 Правил внутреннего трудового распорядка ИП ФИО2 для дежурного администратора установлена работа по графику со скользящими выходными днями. Пунктом 6.2 трудового договора № от 15 ноября 2023 года сторонами согласован сменный режим работы: начало смены в 9:00, окончание в 9:00 следующего дня, перерыв 48 часов.

В соответствии со ст. 111 ТК РФ у работодателей, приостановка работы у которых в выходные дни невозможна по производственно-техническим и организационным условиям, выходные дни предоставляются в различные дни недели поочередно каждой группе работников согласно правилам внутреннего трудового распорядка. При этом работа в субботу или воскресенье, предусмотренная графиком сменности, не является работой в выходной день, подлежащей оплате в повышенном размере по правилам ст. 153 ТК РФ, поскольку для работника такие дни являются рабочими, а выходные предоставляются в другие дни по графику.

Истец не оспаривала, что работала по графику, соответствующему представленным ответчиком табелям учета рабочего времени и журналу передачи смен. Доказательств того, что истец привлекалась к работе в дни, которые в соответствии с утвержденным графиком являлись для нее выходными, материалы дела не содержат.

Таким образом, взыскание оплаты за работу в календарные выходные дни (субботу и воскресенье) в повышенном размере является неправомерным, в связи с чем, решение суда в этой части подлежит изменению путем исключения указанных сумм.

Суд первой инстанции, признавая право истца на оплату работы в нерабочие праздничные дни, правомерно произвел ее расчет в одинарном размере сверх оклада, поскольку при суммированном учете рабочего времени работа в праздничные дни, предусмотренные ст. 112 ТК РФ, включается в норму рабочего времени учетного периода и оплачивается не менее чем в одинарном размере сверх оклада, поскольку работа в праздничный день уже учтена в графике сменности.

В соответствии с ч. 1 ст. 153 Трудового кодекса РФ работа в выходной или нерабочий праздничный день оплачивается не менее чем в двойном размере. При этом для работников, получающих оклад, работа в нерабочий праздничный день оплачивается в размере не менее одинарной дневной или часовой ставки сверх оклада, если работа производилась в пределах месячной нормы рабочего времени, и в размере не менее двойной часовой или дневной ставки сверх оклада, если работа производилась сверх месячной нормы.

При этом суд первой инстанции при расчете оплаты за работу в праздничные дни исходил из среднечасового заработка за каждый месяц, что противоречит утвержденному у ответчика распоряжению от 23 декабря 2022 года, изданному в соответствии со ст. 104 ТК РФ, согласно которому для дежурных <данные изъяты> введен суммированный учет рабочего времени с учетным периодом один год, начиная с 1 января 2023 года.

Таким образом, расчет доплаты за работу в праздничный день необходимо производить исходя из часовой ставки, определенной по среднемесячной норме часов в год (Часовая ставка = Оклад / (Годовая норма часов / 12).

Кроме того, пунктом 6.1 трудового договора ФИО1 установлена 40-часовая рабочая неделя при суммированном учете рабочего времени, что противоречит ст. 320 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ), согласно которой для женщин, работающих в районах Крайнего Севера, установлена сокращенная продолжительность рабочего времени – 36 часов в неделю, в связи с чем судебная коллегия при расчете исходит из предусмотренной трудовым законодательством нормы: 36-часовая рабочая неделя.

Согласно производственному календарю на 2024 год для пятидневной рабочей недели при 36-часовой рабочей неделе норма часов составляет 1780,6; в 2025 году – 1774,4.

Оклад истца в 2024 году с учетом районного коэффициента и северной надбавки составлял 40 530 руб. (дополнительное соглашение к трудовому договору от 28 декабря 2023 года), а в 2025 году 47 208 руб. (дополнительное соглашение к трудовому договору от 28 декабря 2024 года), то часовая ставка в 2024 году составляет 273 руб. 15 коп. (из расчета: 40 530 руб. / (1780,6 / 12) = 40 530 руб. / 148,38), в 2025 году – 319 руб. 25 коп. (из расчета: 47 208 руб. / (1774,4 / 12) = 47 208 руб. / 147,87).

За период с 1 января 2025 года по 3 июня 2025 года ФИО1 выполняла работу в праздничные дни, установленные ст. 112 ТК РФ - 1, 3, 4, 6, 7 января 2025 года (9 + 13 + 9 + 13 + 9 = 53 часа, из них 22 часа ночные (6 + 2 + 6 + 2 + 6), 23 февраля 2025 года (13 часов, из них 2 часа ночные), 8 марта 2025 года (9 часов, из них 6 часов ночные), 1 и 9 мая 2025 года (9 + 13 = 22 часа, из них 8 часов ночные (6 + 2). В 2024 году в спорный период работа в праздничные дни истцом не осуществлялась.

Всего отработано в праздничные дни оплачиваемых 97 часов (53 + 13 + 9 + 22), в том числе ночные 38 часов (22 + 2 + 6 + 8).

Поскольку работа истца в праздничный день уже учтена в графике сменности, то указанные часы подлежат оплате в одинарном размере сверх оклада по формуле: количество отработанных часов в праздничные дни х часовую ставку в 2025 году и составит 30 967 руб. 25 коп. из расчета: 97 часов х 319 руб. 25 коп., в связи с чем судебная коллегия изменяет решение суда в указанной части, с ИП ФИО2 в пользу ФИО1 подлежит взысканию заработная плата за работу в нерабочие праздничные дни в период с 21 ноября 2024 года по 3 июня 2025 года в размере 30 967 руб. 25 коп. (сумма без удержания 13% НДФЛ).

Взыскивая оплату за сверхурочную работу, суд первой инстанции не учитывал предусмотренный работодателем учетный период – год и соответственно произвел неверный расчет часов сверхурочной работы.

Согласно табелям учета рабочего времени в 2024 году ФИО1 отработано оплачиваемых 1883 часа (233 часа в январе + 207 часов в феврале + 233 часа в марте + 220 часов в апреле + 97 часов в мае + 220 часов в июне + 154 часа в августе + 66 часов в ноябре + 233 часа в декабре). Из указанных часов подлежат исключению 106 часов работы в праздничные дни, в том числе 66 часов в январе (1, 2, 4, 5, 7, 8 января 2024 года – 3 смены по 22 часа), 9 часов в марте (8 марта 2024 года), 22 часа в мае (1 и 9 мая 2024 года – 9 + 13 часов), 9 часов в июне (12 июня 2024 года).

Согласно ч. 3 ст. 152 Трудового кодекса РФ работа, произведенная сверх нормы рабочего времени в выходные и нерабочие праздничные дни и оплаченная в повышенном размере либо компенсированная предоставлением другого дня отдыха в соответствии со статьей 153 настоящего Кодекса, не учитывается при определении продолжительности сверхурочной работы, подлежащей оплате в повышенном размере в соответствии с частью первой настоящей статьи.

Таким образом, истцом сверхурочно работа в 2024 году не выполнялась, из расчета: 1883 часа (фактически отработано) – 106 часов (праздничные) - 1780,6 часов (норма) = 1777 - 1780,6 = -3,6.

Поскольку 2025 год отработан истцом не полностью, расчет нормы часов и сверхурочной работы производится за фактически отработанное время. Так, в 2025 году ФИО1 отработано оплачиваемых 1131 час (229 часов в январе + 198 часов в феврале + 233 часа в марте + 220 часов в апреле + 229 часов в мае + 22 часа в июне). Из указанных часов подлежат исключению учтенные 97 часов работы в праздничные дни.

Норма часов на 2025 год составляет 1774,4 часа, но поскольку для расчета нужен период с 1 января 2025 года по 3 июня 2025 года, то согласно производственному календарю норма составит 718 часов, из расчета: 122,4 (январь) +144 (февраль) + 150,2 (март) + 157,4 (апрель) + 129,6 (май) + 14,4 (за 1-3 июня исходя из нормы за один рабочий день 7,2 часа, при условии двух рабочих дней в периоде).

Таким образом, в 2025 году истец отработала 1034 часа (фактически отработано 1131 час – праздничные 97 часов), при норме 718 часов и сверхурочная работа составила 316 часов (1034 – 718), в том числе 112 часов работы в ночное время.

В соответствии со ст. 152 ТК РФ сверхурочная работа оплачивается за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, за последующие часы – не менее чем в двойном размере.

Учитывая изложенное, размер подлежащей выплате истцу оплаты работы в сверхурочное время составит за первые два часа 319 руб. 25 коп. (часовая ставка в 2025 году) х 2 часа х 1,5 = 957 руб. 75 коп.; за последующие 314 часов: 319 руб. 25 коп. х 314 часов х 2 = 200 489 руб., а всего: 957 руб. 75 коп. + 200 489 руб. = 201 446 руб. 75 коп.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу об изменении решение суда в указанной части, с ИП ФИО2 в пользу ФИО1 подлежит взысканию заработная плата за сверхурочную работу в период с 21 ноября 2024 года по 3 июня 2025 года в размере 201 446 руб. 75 коп. (сумма без удержания 13% НДФЛ).

Суд первой инстанции отказал во взыскании оплаты за работу в ночное время, сославшись на п. 6.1.3 Правил внутреннего трудового распорядка, которым предусмотрено время для сна с 24:00 до 6:00, не включаемое в рабочее время и не оплачиваемое.

Судебная коллегия находит данный вывод противоречащим действующему трудовому законодательству по следующим основаниям.

Пунктом 6.1.3 Правил внутреннего трудового распорядка определено, что для дежурных администраторов гостиницы устанавливается перерыв для отдыха и приема пищи: обед с 13:00 до 14:00; полдник и ужин по 30 минут (время выбирает сам дежурный администратор). В ночное время разрешен сон с 24:00 до 06:00 на оборудованном месте для сна. Время для отдыха и сна не включается в рабочее время и не оплачивается.

Согласно ст. 108 ТК РФ в течение рабочего дня (смены) работнику должен быть предоставлен перерыв для отдыха и питания продолжительностью не более двух часов и не менее 30 минут, который в рабочее время не включается.

Работодатель вправе разбить положенный перерыв для отдыха и питания на несколько частей (обед, полдник, ужин). В рассматриваемом случае суммарно данный перерыв составляет 2 часа, что является максимально допустимой продолжительностью и соответствует нормам трудового законодательства.

Вместе с тем, определение времени для сна при работе в суточную смену приравнивается к работе в ночное время и подлежит оплате.

В соответствии со ст. 91 ТК РФ, рабочее время — это время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности. Если работник находится на рабочем месте (или на территории работодателя) и обязан исполнять свои обязанности в случае необходимости (обслужить клиентов, проснуться по сигналу тревоги и др.), это время является рабочим.

В ст. 109 ТК РФ также указано, что на отдельных видах работ предусматривается предоставление работникам в течение рабочего времени специальных перерывов для обогревания и отдыха, обусловленных технологией и организацией производства и труда, которые включаются в рабочее врем.

Перерыв, предоставляемый для сна, не является перерывом для отдыха и питания в соответствии со ст. 108 ТК РФ.

Часы с 22:00 до 06:00 являются ночным временем (ст. 96 ТК РФ). Работодатель обязан оплачивать работу в это время в повышенном размере (ст. 154 ТК РФ). Минимальный размер повышения составляет 20% часовой ставки (или оклада за час) за каждый час работы в ночное время (Постановление Правительства РФ № 554 от 22 июля 2008 года, действовавшее до 1 сентября 2025 года).

Условия трудового договора или правил внутреннего трудового распорядка не могут ухудшать положение работника по сравнению с установленным трудовым законодательством. Включение в Правила внутреннего трудового распорядка положения о том, что время для сна в ночное время не включается в рабочее время и не оплачивается, само по себе не освобождает работодателя от обязанности оплатить фактически отработанное ночное время, если работник в этот период исполнял свои трудовые обязанности.

Из пояснений истца следует, что в ночное время (с 24:00 до 6:00) она не имела возможности полноценно отдыхать и спать, поскольку продолжала исполнять обязанности дежурного администратора: принимала гостей, оформляла документы, отвечала на телефонные звонки, решала возникающие вопросы. Доказательств обратного ответчиком не представлено. Более того, сам факт нахождения истца на рабочем месте в течение всей 24-часовой смены подтверждается табелями учета рабочего времени и режимом работы гостиницы.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу, что ночные часы (с 22:00 до 6:00), отработанные в пределах нормальной продолжительности рабочего времени, подлежат оплате с применением повышающего коэффициента 20%, с учетом условий трудового договора, а также фактически произведенной работодателем оплаты нормальной продолжительности рабочего времени.

Истцом отработано в ноябре 2024 года в ночное время 24 часа, в декабре 2024 года – 82 часа, в январе 2025 года – 86 часов, в феврале 2025 года – 72 часа, в марте 2025 года –82 часа, в апреле 2025 года – 80 часов, в мае 2025 года – 86 часов, в июне – 8 часов. Всего в спорный период в 2024 году отработано 106 часов в ночное время (24 + 82), в 2025 году – 302 часа из расчета: (86 + 72 + 82 + 80 + 86 + 8) – 112 часов, учтенных при оплате сверхурочной работы = 414 – 112.

Поскольку стоимость часа в 2024 году составляет 273 руб. 15 коп., в 2025 году – 319 руб. 25 коп., соответственно, сумма доплаты за ночные часы составляет в 2024 году: 106 часов х 273 руб. 15 коп х 20% = 5 790 руб. 78 коп., в 2025 году: 302 часа х 319 руб. 25 коп. х 20% = 19 282 руб. 70 коп., а всего 5 790 руб. 78 коп. + 19 282 руб. 70 коп. = 25 073 руб. 48 коп.

Решение суда в указанной части подлежит отмене с вынесением нового решения о взыскании с ИП ФИО2 в пользу ФИО1 доплаты за работу в ночное время в период с 21 ноября 2024 года по 3 июня 2025 года в размере 25 073 руб. 48 коп. (сумма без удержания 13% НДФЛ).

Учитывая изложенное, общая сумма задолженности составляет: праздничные 30 967 руб. 25 коп. + сверхурочные 201 446 руб. 75 коп. + ночные 25 073 руб. 48 коп. = 257 487 руб. 48 коп. (сумма без удержания 13% НДФЛ).

Поскольку ответчик не выплатил истцу указанные суммы ни в день увольнения 3 июня 2025 года, ни впоследствии в добровольном порядке, с него подлежит взысканию денежная компенсация по ст. 236 ТК РФ на невыплаченную сумму, рассчитанную за вычетом 13 % НДФЛ (257 487 руб. 48 коп. – 13% = 224 014 руб. 11 коп.), за заявленный истцом период с 4 июня 2025 года по 16 октября 2025 года в размере 37 499 руб. 97 коп., в соответствии со следующим расчетом.

Начислено

Период просрочки

Ставка

Доля ставки

Формула

Проценты

с
по

дней

224 014,11

04.06.2025

08.06.2025

5
21,00 %

1/150

224 014,11 ? 5 ? 1/150 ? 21%

1 568,10 р.

09.06.2025

27.07.2025

49

20,00 %

1/150

224 014,11 ? 49 ? 1/150 ? 20%

14 635,59 р.

28.07.2025

14.09.2025

49

18,00 %

1/150

224 014,11 ? 49 ? 1/150 ? 18%

13 172,03 р.

15.09.2025

16.10.2025

32

17,00 %

1/150

224 014,11 ? 32 ? 1/150 ? 17%

8 124,25 р.

Сумма процентов по всем задолженностям: 37 499,97 руб.

Судебная коллегия признает правильным вывод суда первой инстанции об отказе в удовлетворении исковых требований в части взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами, предусмотренных ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку материальная ответственность работодателя за задержку выплаты заработной платы регулируется специальной нормой – ст. 236 Трудового кодекса РФ. Суд первой инстанции верно взыскал с ответчика в пользу истца компенсацию за задержку выплаты заработной платы именно на основании ст. 236 ТК РФ, что соответствует установленным обстоятельствам дела и требованиям закона. Вместе с тем, поскольку общий размер задолженности по заработной плате изменен судебной коллегией, решение суда в указанной части также подлежит изменению и с ответчика в пользу истца подлежат взысканию проценты за нарушение сроков выплаты заработной платы на присужденную сумму, рассчитанную за вычетом 13 % НДФЛ, 221 903 руб. 23 коп., начиная с 16 декабря 2025 года (день вынесения решения судом первой инстанции, как заявлено истцом) по день фактического исполнения решения суда, в размере одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации за каждый день просрочки.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае спора – судом. При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает степень вины работодателя, а также степень физических и нравственных страданий работника, требования разумности и справедливости.

Суд первой инстанции взыскал компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб. Судебная коллегия находит данный размер заниженным и не соответствующим степени нравственных страданий истца, а также объему допущенных ответчиком нарушений трудовых прав.

В данном случае ответчик на протяжении длительного времени (более полугода) не оплачивал истцу сверхурочную работу, работу в ночное время и в праздничные дни, что безусловно причиняло истцу нравственные страдания, связано с переживаниями по поводу несправедливого отношения со стороны работодателя.

Учитывая изложенное, судебная коллегия полагает разумным и справедливым увеличить размер компенсации морального вреда до 15 000 руб.

Довод истца о неознакомлении с Правилами внутреннего трудового распорядка судебная коллегия отклоняет, поскольку в трудовом договоре № от 15 ноября 2023 года имеется ссылка на Правила внутреннего трудового распорядка, а сам факт подписания трудового договора свидетельствует о согласии истца с его условиями. Кроме того, истец не была лишена возможности ознакомиться с Правилами в любое время.

Довода истца о том, что время для отдыха и сна фактически не предоставлялось не имеет правового значения для рассмотрения настоящего спора о взыскании задолженности по заработной плате. Факт исполнения истцом трудовых обязанностей в ночное время подтвержден материалами дела и ответчиком не опровергнут.

Доводы истца о необходимости оплаты работы в выходные дни (суббота, воскресенье) в повышенном размере отклоняются как основанные на неверном толковании норм трудового права при сменном режиме работы.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 Налогового кодекса РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден (пп. 1 п. 1 ст. 333.36 НК РФ), взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Цена иска (удовлетворенная часть имущественных требований): 257 487 руб. 48 коп. (задолженность по заработной плате) + 37 499 руб. 97 коп. (компенсация за задержку выплат) = 294 987 руб. 45 коп.

Размер государственной пошлины при цене иска от 100 001 руб. до 300 000 руб. составляет: 4 000 руб. + 3% от суммы, превышающей 100 000 руб. = 4 000 + (3% х (294 987 руб. 45 коп. - 100 000 руб.) = 9 850 руб.

Кроме того, за требование неимущественного характера (компенсация морального вреда) взыскивается государственная пошлина в размере 3 000 руб. (пп. 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ).

Государственная пошлина, подлежащая взысканию с ответчика в доход бюджета Усть-Камчатского муниципального округа Камчатского края, составляет: 9 850 руб. + 3 000 руб. = 12 850 руб.

Руководствуясь ст. ст. 327.1. – 330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Усть-Камчатского районного суда Камчатского края от 16 декабря 2025 года в части отказа во взыскании задолженности по заработной плате за работу в ночное время отменить, в части размера задолженности по заработной плате за сверхурочную работу и работу в нерабочие праздничные дни, размера компенсации за задержку выплаты заработной платы, денежной компенсации морального вреда, а также размера государственной пошлины изменить.

Резолютивную часть решения суда изложить в следующей редакции:

«Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 <данные изъяты>) в пользу ФИО1, <данные изъяты> задолженность по заработной плате за период с 21 ноября 2024 года по 3 июня 2025 года за работу в нерабочие праздничные дни в размере 30 967 руб. 25 коп. (сумма без удержания 13% НДФЛ), за сверхурочную работу в размере 201 446 руб. 75 коп. (сумма без удержания 13% НДФЛ), за работу в ночное время в размере 25 073 руб. 48 коп. (сумма без удержания 13% НДФЛ), компенсацию за задержку выплаты заработной платы за период с 4 июня 2025 года по 16 октября 2025 года в размере 37 499 руб. 97 коп., компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб.

Взыскивать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу ФИО1 денежную компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от суммы 224 014 руб. 11 коп., начиная с 16 декабря 2025 года по день фактического исполнения решения суда.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в доход бюджета Усть-Камчатского муниципального округа Камчатского края государственную пошлину в размере 12 850 руб.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 10 апреля 2026 года.