Приговор № 1-35/2018 от 7 мая 2018 г. по делу № 1-35/2018

ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

8 мая 2018 года город Чита

Читинский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего Ждановича А.В., при секретарях судебного заседания Капустине В.А. и Ромащенко А.В., с участием государственных обвинителей – военного прокурора гарнизона Дровяная ФИО5 и его заместителя ФИО6, подсудимых ФИО7 и ФИО8 и их защитников – адвокатов Палаты адвокатов Забайкальского края Ситникова Е.П. и Намжилова Д.В., соответственно, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда уголовное дело в отношении военнослужащих войсковой части №, проходящих военную службу по контракту, <данные изъяты>

ФИО7, <данные изъяты>,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 159 УК РФ, и старшего сержанта

ФИО8, <данные изъяты>,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 5 статьи 33 и частью 3 статьи 159 УК РФ,

установил:

командир батальона обеспечения учебного процесса войсковой части №, дислоцированной в посёлке <адрес>, ФИО7, в период с 4 августа по 11 декабря 2017 года временно исполнял обязанности заместителя командира этой же воинской части по вооружению – начальника технической части, то есть, продолжал являться должностным лицом, выполняющим организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в Вооружённых Силах Российской Федерации.

В этом же батальоне обеспечения учебного процесса военную службу по контракту в должности инструктора по вождению проходит военнослужащий ФИО8, который в соответствии с положениями статей 34 и 35 Устава внутренней службы Вооружённых Сил Российской Федерации, утверждённого Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 года № 1495, является, в том числе и являлся в указанный выше период 2017 года, подчинённым ФИО7 по служебному положению.

14 сентября 2017 года в войсковой части № с курсантами 1 и 3 её учебных танковых рот проводились занятия по вождению боевых машин, для чего командованием воинской части было предписано батальону обеспечения учебного процесса задействовать 22 танка Т-72№ а службе горючего, для их заправки, выдать указанному подразделению 53 412 кг дизельного топлива.

В один из дней первой середины сентября 2017 года, у ФИО7, обладающего сведениями о существенных объёмах выделенных для проведения занятий дизельного топлива, возник умысел на хищение из корыстных побуждений, путём обмана и злоупотребления доверием своих подчинённых его части, а именно, в объёме не менее 5 000 литров, и их дальнейшей продажи.

С этой целью, ФИО7, осознавая, что он самостоятельно не сможет организовать вывоз похищенного топлива за пределы воинской части, решил привлечь к совершению его хищения своего подчинённого ФИО8, который в соответствии со своими должностными обязанностями являлся водителем служебного автомобиля марки и модели «<данные изъяты>» с военным государственным регистрационным номером «№».

Для этого, 13 сентября 2017 года ФИО7 сообщил ФИО8, что он – ФИО7 организует получение тем в парке войсковой части № дизельного топлива, для чего тот в свою очередь, должен заблаговременно подготовить ёмкости в объёме не менее 5 000 литров для вывоза на закреплённом за ним служебном автомобиле похищенного горючего за пределы воинской части, сразу после чего, самостоятельно реализовать его.

В тот же день ФИО8, во исполнение достигнутой с ФИО7 договоренности о вывозе и сбыте похищенного дизельного топлива, обратился к своему знакомому ФИО1. с предложением приобрести у него дизельное топливо по цене ниже рыночной, с чем ФИО1. согласился.

Около 11 часов 40 минут 14 числа этого же месяца, ФИО7, используя своё служебное положение и авторитет занимаемой должности, с корыстной целью, направленной на противоправное безвозмездное изъятие и обращение в свою пользу принадлежащего государству, в лице войсковой части № Министерства обороны Российской Федерации, чужого имущества – дизельного топлива, скрывая истинные намерения его получения, под ложным предлогом, о якобы возникшей необходимости дозаправки в ходе занятий танков на танкодроме, потребовал от начальника службы горючего и смазочных материалов войсковой части № ФИО2. дополнительно выдать дизельное топливо в объёме 5 000 литров. В свою очередь ФИО2., не сомневаясь в законности требования ФИО7, доверяя ему по службе, дал указание подчинённому ФИО3., выполняющему обязанности старшего машины марки и модели «<данные изъяты>» (специального топливозаправщика «<данные изъяты>») с военным государственным регистрационным номером «№» и непосредственно осуществляющему доставку дизельного топлива со склада горючего и смазочных материалов воинской части к месту заправки танков, получить со склада дизельное топливо зимнее в объёме 5 044 литра (4 312,62 кг), стоимостью 31 рубль 8 копеек за 1 кг, а всего общей стоимостью 134 036 рублей 23 копейки.

Сразу после получения дизельного топлива в указанном выше объёме, ФИО3., от которого ФИО7 также скрыл истинную цель его получения, по указанию последнего, в помещении бокса РХБЗ той же воинской части, полностью перекачал его в размещённые в кузове автомобиля КамАЗ, закреплённого за ФИО8, ёмкости.

Далее, около 13 часов того же дня, ФИО8 на своём служебном автомобиле беспрепятственно выехал с загруженным в него дизельным топливом за пределы воинской части, сразу после чего он и ФИО7 получили возможность распоряжаться похищенным имуществом по своему усмотрению. После этого, ФИО8 прибыв к месту сбыта топлива – территории домовладения ФИО1., расположенного по адресу: <адрес>, самостоятельно приступил к его перекачке из ёмкостей, находящихся в кузове его автомобиля, в установленные там резервуары.

В этот же день, около 14 часов, при сбыте ФИО1. похищенного топлива ФИО8 был задержан сотрудниками правоохранительных органов, в связи с чем, его и ФИО7 преступная деятельность была пресечена.

Своими преступными действиями ФИО7 и ФИО8 причинили государству – Министерству обороны Российской Федерации, в лице войсковой части №, материальный ущерб в размере стоимости 5 044 литров (4 312,62 кг) дизельного топлива, а всего на общую сумму 134 036 рублей 23 копейки.

В возбуждении уголовных дел в отношении ФИО1. и ФИО3. по признакам преступления, предусмотренного частью 5 статьи 33 и частью 3 статьи 159 УК РФ, каждого в отдельности, а также ФИО2. по признакам преступления, предусмотренного частью 3 статьи 160 УК РФ, на основании пункта 2 части 1 статьи 24 УПК РФ, постановлениями соответствующего должностного лица следственного органа было отказано.

Допрошенные в судебном заседании подсудимые ФИО7 и ФИО8, каждый в отдельности, виновными себя в совершении противоправного деяния признали и в содеянном раскаялись, а об обстоятельствах совершённого ими преступления дали показания, как это изложено в описательной части приговора. Вместе с тем ФИО7 заявил суду, что он не согласен с данной предварительным следствием квалификацией его преступных действий, поскольку при незаконном безвозмездном изъятии им из воинской части дизельного топлива корыстной цели у него не имелось. Вырученные же от реализации данного топлива денежные средства он планировал в полном объёме истратить на нужды своей воинской части, а именно произвести за их счёт ремонт хранилища военной техники второй роты. В этой связи, по мнению сторон защиты ФИО7 и ФИО8 их эти противоправные действия подлежат квалификации – ФИО7 по части 1 статьи 285 УК РФ, а ФИО8 по части 5 статьи 33 и части 1 статьи 285 УК РФ, соответственно. Также ФИО7 и ФИО8 просили в случае переквалификации их действий на вышеуказанные статьи Уголовного закона уголовное дело прекратить и назначить им, каждому, меру уголовно-правового характера в виде судебного штрафа, предусмотренную статьёй 104.4 УК РФ.

Несмотря на несогласие подсудимых ФИО7 и ФИО8 с юридической квалификацией их действий, их виновность в совершении вышеуказанного преступления и именно в том объёме, в котором оно вменено им в вину, наряду с их собственными признательными показаниями, подтверждается следующими, представленными стороной обвинения и исследованными в судебном заседании, доказательствами.

Так, из выписок из приказов командира войсковой части № от 13 сентября 2017 года №№ 1266 и 1269, следует, что 14 числа этого же месяца на танкодроме и на танковой директрисе воинской части проводились занятия с участием боевых машин – танков Т-№.

Как видно из заявки начальника службы горючего войсковой части № от 9 сентября 2017 года, адресованной начальнику службы горючего войсковой части №, для проведения занятий по вождению боевых машин и огневой подготовке с курсантами войсковой части № в период с 11 по 15 сентября того же года воинской части необходимо 53 412 кг дизельного топлива.

Согласно копиям листов книги учёта замеров в резервуарах (цистернах) службы горючего войсковой части №, в утреннее время 14 сентября 2017 года показатель плотности дизельного топлива составлял 0,855 г/см3.

Как показал суду свидетель ФИО2., начальник службы горючего и смазочных материалов войсковой части №, 14 сентября 2017 года, в ходе встречи на территории воинской части с ФИО7, последний сообщил ему, что для дозаправки танков их воинской части, задействованных на занятиях на полигоне, необходимо 5 000 литров дизельного топлива. В этой связи, он, воспринимая ФИО7 как уполномоченное на то должностное лицо и доверяя ему по службе, лично дал команду старшему машины марки и модели «<данные изъяты>» (специального топливозаправщика «<данные изъяты>») с военным государственным регистрационным номером «№» ФИО3. полностью заправить его АТМЗ дизельным топливом, вместимость которого составляла 5 044 литра. После закачки в АТМЗ 5 044 литров дизельного топлива, ФИО3. с заправочной станции уехал, при этом он – ФИО2. был уверен, что тот направился именно на полигон для дозаправки танков. ФИО2. в ходе судебного заседания также сообщил, что дизельное топливо в объёме 5 044 литров, при показателе плотности 0,855 г/см3, равняется 4 312,62 кг.

Из показаний свидетеля ФИО3. установлено, что за ним действительно закреплена служебная автомашина марки и модели «<данные изъяты>» (специальный топливозаправщик «<данные изъяты>») с военным государственным регистрационным номером «№». При этом АТМЗ оборудован счётчиком топлива. Как правило на данном автомобиле он получает на заправочной станции войсковой части № дизельное топливо, после чего убывает на полигон и заправляет им гусеничную технику. 14 сентября 2017 года, в первой половине дня, с этой целью он дважды убывал на полигон и заправлял там танки, после чего, возвращался в парк воинской части. При этом, около 11 часов 40 минут, возвратившись в очередной раз в парк, он зашёл на заправку, где ФИО2. дал ему указание долить в АТМЗ дизельное топливо в объёме 5 000 литров. ФИО2. тогда же ему пояснил, что о том, какие необходимо будет заправить танки ему скажет ФИО7, который в это время также находился в помещении заправки. Сразу после этого он и ФИО7 вышли оттуда и последний ему сказал, чтобы он полученное дизельное топливо передал ФИО8, который уже находился в боксе РХБЗ и ожидал его. Залив в свой АТМЗ на заправочной станции войсковой части № 5 044 литров дизельного топлива, он убыл к боксу РХБЗ. Около 12 часов 20 минут того же дня он заехал на своей служебной автомашине в указанный выше бокс, в котором также находился служебный автомобиль марки и модели «<данные изъяты>» с военным государственным регистрационным номером «№», закреплённый за ФИО8. ФИО8 был там же. Далее, он передал ему пистолет заправочного шланга, который ФИО8 протянул в кузов своего автомобиля, а он стал управлять насосом для перекачки топлива. Перекачав в автомобиль ФИО8 5 044 литра дизельного топлива, последний на нём оттуда уехал.

Как видно из копии паспорта № 2/17 на автоцистерну № 4342, установленную на автомашину «<данные изъяты>» с военным государственным регистрационным номером «№», её вместимость равна 5 044 литрам.

Согласно показаний свидетеля ФИО1., он является знакомым ФИО8. При этом, по роду своей деятельности он регулярно имеет потребность в дизельном топливе, которое приобретает у различных лиц по цене ниже рыночной. Для хранения же топлива на территории его домовладения, расположенного по адресу: <адрес>, оборудованы различные ёмкости. 13 сентября 2017 года у него состоялась встреча с ФИО8, который ему сообщил, что на следующий день сможет привезти и продать ему дизельное топливо в объёме не менее 3 000 литров. С предложением ФИО8 он согласился и сказал ему, что готов купить горючее по цене 26 рублей за 1 литр. На следующий день, около 14 часов, ФИО8 действительно приехал к нему домой с дизельным топливом, однако, поскольку его самого дома не было, ФИО8 в присутствии его отца ФИО4. самостоятельно стал перекачивать его в один из резервуаров. Деньги ФИО8 за приобретаемое у него дизельное топливо он должен был передать в тот же день.

Как усматривается из протокола осмотра места происшествия от 14 сентября 2017 года – территории частного домовладения, расположенного по адресу: город <адрес>, на ней был обнаружен автомобиль марки и модели «<данные изъяты>» с военным государственным регистрационным номером «№». При этом, в кузове данного автомобиля находились пять пластиковых резервуаров, оборудованных металлическими каркасами, два из которых, на момент осмотра были пусты. В горловину одного из них был вставлен шланг, второй конец которого присоединён к мотопомпе. Остальные три резервуара были заполнены жидкостью тёмного цвета с характерным запахом дизельного топлива. Объём каждого резервуара соответствует 1 000 литров. Со слов участвовавшего в осмотре места происшествия гражданина ФИО4. дизельное топливо из автомобиля «<данные изъяты>» сливалось в установленный там резервуар с помощью мотопомпы. ФИО4. также указал на закопанный в землю металлический резервуар, в крышку которого был вставлен шланг, второй конец которого присоединён к указанной выше мотопомпе. Участвующий в этом же следственном действии военнослужащий войсковой части № ФИО8 пояснил, что находящийся там служебный автомобиль «<данные изъяты>» закреплён за ним. Далее, при помощи специалиста и специальной техники из указанного выше резервуара, установленного на территории домовладения ФИО1. выкачано 1 990 литров дизельного топлива, которое, а также пять находящихся в кузове автомобиля <данные изъяты> резервуаров изъяты и направлены на временное хранение в войсковую часть №.

Из справки Федерального казённого учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Забайкальскому краю» от 26 октября 2017 года установлено, что стоимость 4 312,62 кг дизельного топлива зимнего по состоянию на 14 сентября этого же года составляла 134 036 рублей 23 копейки.

Согласно выписки из приказа командира войсковой части № от 4 августа 2017 года № 151, командир батальона обеспечения учебного процесса ФИО7 с указанной даты назначен временно исполняющим обязанности <данные изъяты>.

Из выписки из приказа командующего войсками Восточного военного округа от 2 октября 2013 года № 704 следует, что ФИО8 был назначен на должность <данные изъяты> войсковой части №.

Таким образом, вина ФИО7 и ФИО8 в совершении при описанных судом выше обстоятельствах преступления, нашла своё объективное подтверждение в последовательных и дополняющих друг друга показаниях как самих подсудимых, так и свидетелей ФИО2., ФИО3. и ФИО1.. При этом, оглашённые в судебном заседании протоколы допросов свидетелей получены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, в связи с чем, суд оценивает их, как допустимые доказательства. Эти их показания достаточно согласуются между собой и не содержат существенных противоречий, а поэтому, суд признаёт их достоверными и кладёт в основу приговора. В то же время, суд отмечает, что каких-либо оснований для оговора ФИО7 и ФИО8 у участников судебного производства по настоящему уголовному делу нет.

Положенные же в основу приговора показания подсудимых и вышеуказанных свидетелей подтверждаются также и перечисленными ранее письменными доказательствами, такими как, выписками из приказов командира войсковой части № от 13 сентября 2017 года №№ 1266 и 1269 и 4 августа 2017 года № 151, командующего войсками Восточного военного округа от 2 октября 2013 года № 704, заявкой начальника службы горючего войсковой части № от 9 сентября 2017 года, копиями листов книги учёта замеров в резервуарах (цистернах) службы горючего войсковой части №, копией паспорта № 2/17 на автоцистерну № 4342, установленную на автомашину «<данные изъяты>», протоколом осмотра места происшествия от 14 сентября 2017 года и бухгалтерской справкой Федерального казённого учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Забайкальскому краю» от 26 октября 2017 года.

Вышеперечисленные доказательства суд находит относимыми, допустимыми и достоверными, а в своей совокупности достаточными для разрешения уголовного дела, в связи с чем, приходит к выводу о доказанности вины ФИО7 и ФИО8 в совершении вменяемых ему в вину преступлений.

Что же касается мнений подсудимых ФИО7 и ФИО8 о неверной данной предварительным следствием квалификации их действий – ФИО7 по части 3 статьи 159 УК РФ, а ФИО8 по части 5 статьи 33 и части 3 статьи 159 УК РФ, так как по их убеждению ими было совершено противоправное деяние, предусмотренное частью 1 статьи 285 УК РФ и частью 5 статьи 33 и части 1 статьи 285 УК РФ, соответственно, то суд, находит их несостоятельными, по следующим основаниям.

Так, по делу было достоверно установлено, что ФИО7, путём обмана и злоупотребления доверием своих подчинённых, безвозмездно изъяв и обратив чужое имущество – дизельное топливо в свою пользу, использовать его по назначению не намеревался, а распорядился им в корыстных целях по своему усмотрению, в результате чего потерпевшему был причинён материальный ущерб. При этом, умысел, направленный на хищение дизельного топлива войсковой части №, возник у него до его изъятия из оборота воинской части.

Что же касается утверждения ФИО7 об отсутствии у него корыстной цели при противоправном безвозмездном изъятии дизельного топлива, так как за счёт вырученных от его реализации денежных средств он намеривался произвести ремонт хранилища военной техники второй роты воинской части, то суд находит его безосновательным и более того, голословным.

Напротив, по результатам судебного заседания судом было усмотрено, что хищение данного имущества ФИО7 было совершено именно с корыстной целью, поскольку организация и производство ремонта помещений и строений войсковой части №, в том числе и его второй роты, в его должностные обязанности очевидно не входили, при этом, ни он сам, ни кто-либо иной из числа воинских должностных лиц его воинской части, к дисциплинарным ответственностям за неудовлетворительное состояние хранилища упомянутой выше роты не привлекался. Более того, как подтвердил в ходе судебного заседания сам ФИО7, ему достоверно известно, что работы по техническому обслуживанию и ремонту указанных выше объектов, в Вооружённых Силах Российской Федерации должны производиться установленным порядком специализированными сторонними организациями.

К тому же, ФИО7 в обоснование своей позиции о его нуждаемости в денежных средствах в размере стоимости похищенного дизельного топлива для производства ремонта хранилища второй роты в сентябре 2017 года не смог сообщить суду об объёмах строительных материалов, которые требовались для такого ремонта, а также их примерной стоимости в тот период, что также опровергает факт планирования им их траты на указанные нужды.

В тоже время, суд обращает внимание, что в иных хранилищах этой же воинской части, как это прямо следует из материалов уголовного дела, регулярно в периоды 2016 и 2017 годов требуемые ремонты производились надлежащим порядком и более того, на законных основаниях.

Приведённые обстоятельства объективно свидетельствуют о противоречивости и неубедительности выдвинутой ФИО7 версии произошедшего, в части его мотива.

Что же касается факта отсутствия у ФИО8 как у соучастника хищения чужого имущества корыстного мотива, то данное обстоятельство на квалификацию его преступных действий и доказанность его вины в этом, вовсе не влияет, поскольку корыстные мотивы, которые определяют направленность умысла конкретного лица на хищение, могут не относиться к соучастникам и у них могут быть другие побуждения. Однако соучастники в любом случае должны быть осведомлены о характере совершаемого исполнителем преступления, что и имеет место быть в данном конкретном случае.

Вместе с тем органами предварительного следствия ФИО7 и ФИО8 было предъявлено обвинение в совершении мошенничества, в том числе и группой лиц по предварительному сговору. На этом настаивала и сторона обвинения.

Однако, по смыслу закона, мошенничество надлежит считать совершённым группой лиц по предварительному сговору, если в преступлении участвовали два и более лица, отвечающие признакам специального субъекта этих преступлений, которые заранее договорились о совместном совершении преступления. Приведённая судом оценка в полной мере соответствует позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 28 его постановлении от 27 декабря 2007 года № 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате».

В ходе же судебного заседания было установлено, что ФИО8 признакам специального субъекта этого преступления не отвечал, то есть, в отличии от ФИО7 должностным лицом не являлся, что очевидно не даёт суду оснований считать совершённое ими преступление группой лиц по предварительному сговору.

В этой связи, суд полагает необходимым из объёма предъявленного ФИО7 и ФИО8 обвинения квалифицирующий признак – совершение преступления группой лиц по предварительному сговору исключить, как необоснованно вменённый.

Также суд исключает из объёма предъявленного ФИО7 и ФИО8 обвинения сведения о квалифицирующих признаках данного преступления, выраженных в его совершении вопреки интересам службы и существенном нарушении охраняемых законом интересов государства, поскольку данные признаки диспозицией статьи 159 УК РФ в качестве таковых, либо статьёй 63 этого же Кодекса как обстоятельства, отягчающие наказание, вовсе не предусмотрены.

По убеждению суда соответствующие исключения из объёма, предъявленных подсудимым обвинений, не нарушает их право на защиту и более того, не ухудшает их положение.

Таким образом, оценив в совокупности исследованные по уголовному делу доказательства, суд, действия ФИО7, который при указанных в описательной части приговора событиях 14 сентября 2017 года совершил противоправное безвозмездное изъятие в войсковой части № дизельного топлива в объёме 5 044 литров (4 312,62 кг), общей стоимостью 134 036 рублей 23 копейки, расценивает как мошенничество, то есть, хищение чужого имущества путём обмана и злоупотребления доверием, с использованием своего служебного положения, квалифицируя их по части 3 статьи 159 УК РФ.

Действия же ФИО8, который в тот же день, будучи осведомлённым о преступных намерениях ФИО7 завладеть чужим имуществом, оказал ему описанным выше способом содействие в его хищении, суд расценивает как пособничество лицу в мошенничестве – хищении чужого имущества путём обмана и злоупотребления доверием, с использованием его служебного положения, и квалифицирует по части 5 статьи 33 и части 3 статьи 159 УК РФ.

Каких-либо оснований для прекращения уголовного дела в отношении ФИО7 и ФИО8 и назначения им меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа, предусмотренной статьёй 104.4 УК РФ, несмотря на наличие их просьбы об этом, нет.

С учётом имеющихся в материалах дела сведений о личностях подсудимых ФИО7 и ФИО8, вменяемость которых у суда сомнений не вызывает, они за совершённое ими преступление подлежат наказанию.

При назначении наказания каждому из подсудимых, суд, наряду с характером и степенью общественной опасности совершённых ими противоправных деяний, учитывает и их личное отношение к содеянному.

Также суд принимает во внимание, что вину в совершённом ими преступлении в основной своей части они, каждый из них, признали, ранее ни в чём предосудительном замечены не были, к уголовной ответственности привлекаются впервые, по военной службе вышестоящим командованием характеризуются исключительно с положительной стороны, что объективно подтверждается наличием у них поощрений по службе в условиях отсутствия дисциплинарных взысканий.

Принимает суд во внимание и ходатайства командования войсковой части № о проявлении снисхождения к ФИО7 и ФИО8.

Кроме того, суд учитывает их семейные положения, достойные поведения в быту, состояния их здоровья и их близких родственников, а также влияние подлежащих назначению наказаний на их исправление и на условия жизни их семей.

Обстоятельством, смягчающим подсудимым ФИО7 и ФИО8 наказания, суд в соответствии с частью 2 статьи 61 УК РФ признаёт их раскаяние в содеянном, а ФИО7, кроме того, на основании пунктов «г» и «к» части 1 и части 2 этой же статьи УК РФ, в качестве таковых обстоятельств признаёт наличие у него детей – двоих малолетних и одного несовершеннолетнего, а также добровольное возмещение им имущественного ущерба, соответственно.

При этом, назначая наказание подсудимому ФИО8, суд учитывает также характер и степень фактического его участия в совершённом им в соучастии преступлении, степень этого участия для достижения цели преступления, а также его влияние на характер и размер причинённого вреда.

С учётом изложенного и фактических обстоятельств дела, суд полагает возможным назначить каждому из подсудимых за совершённое ими преступление наказание в виде штрафа. Определяя же подсудимым размеры штрафов, суд, кроме вышеуказанных обстоятельств, учитывает тяжесть совершённого ими преступления и их благоприятные имущественные положения. Также суд принимает во внимание, что они, в силу своих трудоспособных возрастов, состояния здоровья и наличия у них профессиональных образований, имеют реальную возможность стабильного получения дохода за свой труд.

Также по мнению суда, фактические обстоятельства совершённого подсудимыми преступления, в условиях отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, позволяют прийти к выводу и о возможности применения в данном конкретном случае положений пункта 6 статьи 15 УК РФ, то есть, изменения категории совершённого ими преступления на менее тяжкую.

Учитывая, что обстоятельства, которые явились основанием для избрания в отношении ФИО7 и ФИО8 меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении очевидно отпали, то указанную меру им следует отменить.

С учётом положений части 3 статьи 81 УПК РФ, вещественные доказательства по уголовному делу – компакт-диск с записями телефонных переговоров подлежит хранению при уголовном деле, пять пластиковых резервуаров объёмом по 1 000 литров каждый, как предметы, не представляющие ценности и не истребованные заинтересованной стороной, – уничтожению, а остальные – возвращению по принадлежности.

Наложенные на основании постановлений Читинского гарнизонного военного суда от 13 и 27 декабря 2017 года аресты на автомобили марки и модели «<данные изъяты>» с государственным регистрационным номером «№», принадлежащий ФИО7, и «<данные изъяты>» с государственным регистрационным номером « №», принадлежащий ФИО8, в соответствии с положениями части 9 статьи 115 УПК РФ, а также учитывая то, что необходимость в применении этой меры отпала, суд считает необходимым отменить.

На основании изложенного и, руководствуясь статьями 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

приговорил:

признать ФИО7 виновными в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 159 УК РФ, и назначить ему наказание в виде штрафа в размере 140 000 (ста сорока тысяч) рублей.

Признать ФИО8 виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 5 статьи 33 и частью 3 статьи 159 УК РФ, и назначить ему наказание в виде штрафа в размере 100 000 (ста тысяч) рублей.

Разъяснить, что назначенный штраф должен быть уплачен ФИО7 и ФИО8 по реквизитам: Управление Федерального Казначейства по Хабаровскому краю (ВСУ СК России по ВВО), ЛС 03221А85020, ОГРН <***>, р/с <***>, в ГРКЦ ГУ Банка России по Хабаровскому краю, г. Хабаровск, БИК 040813001, ИНН <***>, КПП 272201001, (ОКТМО 08701000001, код по сводному реестру получателя бюджетных средств 001F2338, л/с № <***>, отделение банка город Хабаровск, КБК 41711621010016000140), в течении шестидесяти дней со дня вступления настоящего приговора в законную силу.

В соответствии с пунктом 6 статьи 15 УК РФ снизить ФИО9 и ФИО8 категорию совершённого им преступления до средней тяжести.

Меру пресечения осуждённым ФИО7 и ФИО8 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить.

По вступлению приговора в законную силу вещественные доказательства по уголовному делу:

- компакт-диск с записями телефонных переговоров хранить при уголовном деле;

- дизельное топливо зимнее объёмом 4 990 литров и книги учёта материальных ценностей службы горючего и смазочных материалов войсковой части № передать по принадлежности их законному владельцу – войсковой части №;

- пять пластиковых резервуаров объёмом по 1 000 литров каждый, уничтожить.

Наложенные на основании постановлений Читинского гарнизонного военного суда от 13 и 27 декабря 2017 года аресты на автомобили марки и модели «<данные изъяты>» с государственным регистрационным номером «№», принадлежащий ФИО7, и «<данные изъяты>» с государственным регистрационным номером « №», принадлежащий ФИО8, отменить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Восточно-Сибирский окружной военный суд через Читинский гарнизонный военный суд в течении десяти суток со дня его постановления.

В случае подачи апелляционной жалобы, одновременно с её подачей либо после его извещения о принесении другими участниками уголовного судопроизводства жалобах или представлении либо получения их копий осуждённые вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции

Председательствующий А.В. Жданович