Апелляционное постановление № 10-1/2020 10-21/2019 от 19 января 2020 г. по делу № 10-1/2020

БЕЛГОРОДСКИЙ РАЙОННЫЙ СУД

БЕЛГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ

Дело №10-1/2020


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Белгород 20 января 2020 года

Суд апелляционной инстанции в составе:

председательствующего судьи Петров М.С.,

при секретаре судебного заседания Барлет Н.Ю.,

с участием:

государственных обвинителей – помощников прокурора Белгородского района Раевской О.А. и Заздравных И.Э.,

осужденного ФИО1, его защитника – адвоката Чиркова А.А.,

потерпевших БАЮ., МВН,

представителя потерпевшего МВН – адвоката Гудыменко А.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам (основной и дополнительной) защитника осужденного – адвоката Чиркова А.А., апелляционным жалобам осужденного ФИО1, представителя потерпевшего МВН – адвоката Гудыменко А.А., а также апелляционному представлению государственного обвинителя Раевской О.А. на приговор мирового судьи судебного участка №2 Белгородского района Белгородской области от 10 октября 2019 года, которым

ФИО1, (информация скрыта) несудимый,

осужден к лишению свободы:

- по ч. 1 ст. 119 УК РФ на срок 6 месяцев;

- по п. «а, в» ч. 2 ст. 115 УК РФ на срок 6 месяцев;

на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения окончательно к наказанию в виде лишения свободы на срок 8 месяцев в колонии-поселении.

Заслушав доклад председательствующего, изложившего содержание приговора, существо апелляционных жалоб, возражений на них, выступления: осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Чиркова А.А., поддержавших свои жалобы по изложенным в них доводам; представителя потерпевшего МВН – адвоката Гудыменко А.А., поддержавшего доводы своей жалобы; потерпевших МВН и БАЮ., поддержавших жалобу адвоката Гудыменко А.А., а также государственных обвинителей Раевской О.А. и Заздравных И.Э., настаивающих на удовлетворении апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

установил:

приговором морового судьи ФИО1 признан виновным в том, что из хулиганских побуждений, с использованием оружия, угрожал убийством БАЮ и МВН., когда имелись основания опасаться осуществления такой угрозы, а также умышленно, из хулиганских побуждений, с применением оружия причинил МВН легкий вред здоровью.

Преступления совершены ФИО1 28 апреля 2019 года в с. Веселая Лопань Белгородского района и области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденный просит приговор отменить и возвратить дело прокурору для устранения недостатков. Полагает, что суд устранился от оценки доводов и доказательств стороны защиты о его невиновности. В частности указывает, что судом оставлен без должной оценки довод о том, что инициатором конфликта являлись потерпевшие, которые первыми нанесли ему и его супруге множественные телесные повреждения, ввиду чего, воспринимая их действия как реальную угрозу жизни и здоровью, он был вынужден воспользоваться пистолетом. Обращает внимание, что исследованными доказательствами не опровергнуты его доводы о том, что выстрел произведен не умышлено и не прицельно, когда он находился в положении лежа в момент попытки потерпевших выхватить пистолет из его рук. Указывает, что его действия, связанные с высказыванием угрозы убийством были обусловлены не намерением устрашить потерпевших, а прекратить их противоправное поведение; угроза убийством не была персонифицирована; в приговоре суд сослался на приобщенные по делу 7 гильз желтого цвета, вместе с тем таких вещественных доказательств по делу нет; объективных доказательств того, что в момент инкриминируемых действий он находился в состоянии алкогольного опьянения также не представлено.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Раевская О.А. полагает, что выводы суда о квалификации действий ФИО1 по преступлениям в отношении М и Б как единого преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ, являются небесспорными, при этом органом дознания изначально дана правильная квалификация его действиям по ч. 1 ст. 119 УК РФ как двух самостоятельных преступлений. Кроме того, назначая наказание по п.п. «а, в» ч. 2 ст. 115 УК РФ в виде лишения свободы, в отсутствие отягчающих обстоятельств, суд не учел положения ч. 1 ст. 56 УК РФ. Помимо прочего заявляет о неясности судьбы вещественных доказательств по делу. С учетом изложенного, ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре фактическим обстоятельствам дела, а также неправильного применения уголовного закона, просит приговор изменить, квалифицировать действия ФИО1 по двум преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст. 119 УК РФ, за каждое из которых назначить наказание в виде лишения свободы на срок 6 месяцев; по п.п. «а, в» ч. 2 ст. 115 УК РФ, за которое назначить наказание в виде ограничения свободы на срок 1 год с удержанием из заработной платы в доход государства 15 %; на основании ч. 2 ст. 69, ст. 71 УК РФ окончательно назначить наказание в виде лишения свободы на срок 1 год 2 месяца в колонии-поселении.

В апелляционной жалобе адвокат Гудыменко А.А. в интересах потерпевшего МВН, ссылаясь на дерзкий характер действий ФИО1, его агрессивное поведение во время и после совершения преступлений, просит отменить приговор ввиду чрезмерной мягкости назначенного наказания, признать отягчающим наказание обстоятельством нахождение ФИО1 в состоянии опьянения и назначить ему наказание в виде трех лет лишения свободы.

В апелляционных жалобах (основной и дополнительной) защитник осужденного – адвокат Чирков А.А. ссылаясь на нарушение судом при рассмотрении дела норм материального и процессуального права просит об отмене приговора и возвращении дела прокурору для устранения недостатков. Ссылается на необоснованность признания в качестве отягчающего обстоятельства – использование пистолета в отношении потерпевших МВН и БАЮ, поскольку данное обстоятельство не вменялось в качестве отягчающего в обвинительном акте. Полагает, что органом дознания не установлено и в обвинительном акте не указано время и место преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ; ни в обвинительном акте, ни в приговоре должным образом не описан признак совершения ФИО1 преступлений из хулиганских побуждений; в распоряжение суда представлены искаженные материалы уголовного дела, не отражающие объективной картины происходящих событий 28 апреля 2019 года (в то же время у ФИО1 были похищены ювелирные изделия, а также причинены телесные повреждения, по факту чего возбуждены уголовные дела; его поведение было обусловлено насильственными действиями в отношении как его самого, так и его супруги со стороны потерпевших). Обращает внимание, что в отношении ФИО1 было возбуждено лишь одно дело по ч. 1 ст. 119 УК РФ за высказывание угроз в адрес МВН и БАЮ. При этом ФИО1 не был уведомлен о том, что ему инкриминировано 2 преступления, квалифицированных по ч. 1 ст. 119 УК РФ, при этом в окончательной редакции обвинительного акта сформулировано обвинение именно по 2-м преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст. 119 УК РФ и п.п. «а, в» ч. 2 ст. 115 УК РФ. Обращает внимание, что ознакомление ФИО1 и его защитника с постановлением о назначении баллистической экспертизы состоялось после фактического проведения этой экспертизы; по делу назначалась судебно-медицинская экспертиза ФИО1, однако заключение эксперта в деле отсутствует; судом нарушена презумпция невиновности; у ФИО1 отсутствовал умысел на причинение вреда здоровью потерпевшего, выстрел был произведен им неприцельно и непроизвольно, в то время, когда ему наносились телесные повреждения; все действия ФИО1 были обусловлены необходимой обороной. Также полагает, что по делу необходимо было провести дополнительную баллистическую экспертизу с постановкой вопросов о том, мог ли пистолет ФИО1 давать «осечки», мог ли он выстрелить без нажатия на спусковой крючок, каким могло быть взаимное расположение стрелявшего и потерпевшего, и иные вопросы.

В возражениях на апелляционное представление осужденный выразил согласие с ним в части незаконности назначения наказания по п.п. «а, в» ч. 2 ст. 115 УК РФ, иные доводы полагал необоснованными.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Гудыменко А.А. осужденный ФИО1 просил оставить её без удовлетворения.

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб и представления, заслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как установлено приговором суда, около 16 часов 28 апреля 2019 года ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь возле домовладения (адрес обезличен), где без какого-либо повода, из хулиганских побуждений, используя огнестрельное оружие ограниченного поражения – пистолет «МР-79-9ТМ» калибра 9 мм, находясь в непосредственной близости от БАЮ и МВН., направлял этот пистолет в сторону последних и, желая вызвать у них чувство страха за собственную жизнь, умышленно высказывал в их адрес угрозу убийством, говоря, что убьёт их. В это же время, без какого-либо повода, из хулиганских побуждений, из упомянутого пистолета умышленно произвел один прицельный выстрел в левое бедро МВН., причинив ему легкий вред здоровью.

В судебном заседании ФИО1 вину не признал. Пояснил, что сам стал жертвой нападения со стороны потерпевших, которые подвергли его избиению, поскольку он выразил недовольство действиями БАЮ., неожиданно выехавшего на дорогу перед автомобилем, на котором он ехал с супругой. Полагая, что на него совершается нападение, угрожающее его жизни, достал из сумки свой пистолет и выкрикнул «Лежать!». В это время БАЮ отскочил в сторону, а МВН направился к своему автомобилю. С целью предотвращения возможных противоправных действий БАЮ, он (ФИО1) сделал в его сторону несколько шагов, однако сзади кто-то сделал ему подсечку, в результате которой он упал, после чего его начали избивать и душить цепочкой, которая была у него на шее. Теряя сознание от удушья, он произвел выстрел, но куда не знает. В какой-то момент увидел, как МВН насильно заводит его супругу во двор, где последний и его (МВН) отец пытались повалить её на землю. После того, как он забрал супругу со двора и посадил в автомобиль, сказав, чтобы она уезжала и вызывала помощь, ему в спину нанес удар отец потерпевшего МВН., от чего он почувствовал сильную боль и упал. Далее помнит, как супруга высадила его у дома тестя.

Всесторонне и полно исследовав представленные доказательства, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о доказанности вины ФИО1 в умышленном причинении из хулиганских побуждений с применением оружия легкого вреда здоровью МВН, а также высказывании из хулиганских побуждений в адрес МВН и БАЮ угрозы убийством, когда имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, правильно установив фактические обстоятельства дела и квалифицировав его действия по ч. 1 ст. 119 УК РФ и п.п. «а, в» ч. 2 ст. 115 УК РФ.

Вопреки доводам защиты вина ФИО1 в установленных преступлениях в полной мере подтверждается приведенными в приговоре доказательствами.

Так, потерпевшие БАЮ и МВН пояснили, что пытались транспортировать автомобиль последнего «Мерседес» на станцию технического обслуживания, однако проехав всего несколько метров, при выезде со двора на дорогу, автомобиль заглох. В момент, когда они общались у указанного автомобиля со С, к ним подъехал автомобиль «Хендай». Из него вышел находящийся в состоянии алкогольного опьянения, ранее незнакомый ФИО1, который в нецензурной форме потребовал убрать их автомобиль, заверив, что в противном случае он попросту заберет его. После ответа о том, что автомобиль заглох, ФИО1 предпринял попытку забрать из их автомобиля ключи, чему они помешали, при этом ФИО1 никто не бил и не оскорблял. После этого ФИО1 направился к своему автомобилю со словами «Я вас поубиваю». Вернувшись к автомобилю «Мерседес», в котором сидел БАЮ, ФИО1 приставил к его лицу пистолет и сказал «Я тебя убью!». В это время, стоявший неподалеку М попросил убрать оружие, на что ФИО1 повернувшись к нему, сказал «Тогда я убью тебя!» после чего выстрелил М в ногу, а после подошел к последнему и направил пистолет ему в голову. В этом время БАЮ сзади обхватил ФИО1, после чего они упали на землю. Тогда же подбежали родители М и его тетка – ХЛВ Все пытались забрать у ФИО1 пистолет, который в итоге оказался в руках у его супруги. Впоследствии пистолет у неё отобрал М Также потерпевшие пояснили, что высказанные ФИО1 угрозы их убийства, когда он направлял в их сторону пистолет, они воспринимали как реальные, испугавшись при этом за свои жизни.

Такие же обстоятельства произошедшего сообщил и свидетель СДЮ, который подтвердил, что после того, как потерпевшие помешали ФИО1 забрать ключи из автомобиля Мерседес, лишь убрав его руки в сторону, последний взял из своего автомобиля пистолет, после чего, направляя его сначала в БАЮ., а затем и МВН, высказывая в их адрес угрозы убийством и произвел выстрел в ногу последнего. С также настаивал на беспричинности действий ФИО1 и утверждал, что до указанных действий ФИО1, как его самого, так и его супругу никто не оскорблял и не избивал.

МАВ показала, что находясь дома, услышала звук выстрела, после чего выбежала на улицу, где увидела сидящего на земле сына – МВН. и приставившего к его голове пистолет ФИО1 Сразу же попыталась забрать пистолет у последнего, который в итоге оказался у его супруги.

МАВ в свою очередь сообщила, что выйдя на улицу, увидел супругу подсудимого – ВНА., которая направляла пистолет в людей. Обойдя её сзади, ему удалось забрать пистолет, который он отнес в дом, а в последующем отдал его сотрудникам полиции.

Свидетель ХЛВ после прозвучавшего выстрела, через окно своего дома увидела, как к голове сидящего на земле МВН подсудимый приставил предмет, похожий на пистолет.

Оснований усомниться в правдивости и достоверности показаний потерпевших и упомянутых свидетелей не имеется. Объективных данных, которые могли бы свидетельствовать о неправильном восприятии ими событий либо о наличии оснований для оговора ФИО1, с которым они ранее не были знакомы, не установлено. Сообщенные ими сведения последовательны и непротиворечивы, согласуются между собой, а также с результатами: осмотра места происшествия (участка местности около домовладения (адрес обезличен) и самого домовладения) в ходе которого были обнаружены и изъяты мужские брюки с повреждением, резиновая пуля, предмет похожий на пистолет номер МР-79-9ТМ со снаряженным магазином и семью патронами; баллистической судебной экспертизы о том, что изъятые в ходе осмотра места происшествия сферическая пуля (снаряд) патрона травматического действия 9 мм, а также 7 патронов травматического действия калибра 9 мм к категории боеприпасов не относятся, а пистолет является огнестрельным оружием ограниченного поражения «МР-79-9ТМ» калибра 9 мм, исправен и пригоден к стрельбе; судебно-медицинской экспертизы о наличии у МВН (информация скрыта), для образования которых достаточно одного травматического воздействия тупых твердых предметов, например выстрела снарядом типа «пуля», квалифицирующихся как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья сроком не свыше 21-го дня, и иными доказательствами, мотивированный анализ и обоснованная оценка которым приведены в приговоре.

Суд первой инстанции в полном соответствии с требованиями закона изложил в приговоре доказательства, на основании которых пришел к обоснованному выводу о том, что вина ФИО1 в совершении установленных преступлений полностью нашла свое подтверждение, доказательства получены с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, согласуются между собой и обоснованно признаны судом достоверными и допустимыми. Оснований для их переоценки не усматривается. При этом суд в соответствии с п. 2 ст. 307 УПК РФ указал мотивы, по которым одни доказательства положены в основу приговора, а другие отвергнуты.

Ссылки на нарушение сроков ознакомления с постановлением о назначении баллистической экспертизы не свидетельствуют о недопустимости экспертного заключения и нарушении права на защиту. Положения ст.ст. 195-198 УПК РФ не содержат указания на обязательные сроки, в течение которых стороны в обязательном порядке должны быть ознакомлены с постановлением о назначении экспертиз. ФИО1 и его защитнику была обеспечена возможность реализовать права, предусмотренные ст. 198 УПК РФ, которыми они не воспользовались. Каких-либо ходатайств и заявлений, в том числе об отводе, производстве экспертизы в каком-либо ином экспертном учреждении, постановке дополнительных вопросов, от ФИО1 и его защитника по результатам ознакомления с постановлением о назначении экспертизы не поступило. Не поступало каких-либо заявлений и ходатайств и после ознакомления ФИО1 и его защитника с полученным экспертным заключением №190 от 28 мая 2019 года.

Примечательно, что сами по себе результаты этой экспертизы защитой не оспариваются.

Тождественным показаниям ФИО1 и его супруги судом первой инстанции мотивированно и убедительно дана критическая оценка.

Версия подсудимого и его супруги об оборонительном характере их действий, а также непроизвольном осуществлении ФИО1 выстрела в момент его избиения, когда он находился лежа на земле, являлась предметом тщательного исследования в суде первой инстанции, однако своего подтверждения не нашла.

Она опровергается совокупностью вышеизложенных доказательств, согласно которым ФИО1 беспричинного стал угрожать убийством сначала БАЮ., приставляя при этом пистолет к его голове, а затем и МВН., в сторону которого также направил пистолет, из которого произвел выстрел ему в ногу. Обращает на себя внимание, что даже после того, как МВН. упал, ФИО1 подошел к нему и продолжал приставлять пистолет к его голове. Только после этого, БАЮ обхватил ФИО1 и упал вместе с ним на землю, после чего все, в том числе и прибежавшие к месту происшествия МАВ и ХЛВ., пытались отобрать у подсудимого пистолет, что удалось сделать лишь его супруге ВНА., у которой, в свою очередь, отобрал его МНС

Установленные по результатам судебного разбирательства обстоятельства дела, с очевидностью свидетельствуют, что до того как ФИО1 доставал пистолет, с применением которого начал угрожать убийством БАЮ и МВН., а затем и произвел выстрел в ногу последнего, в отношении него (ФИО1) и его супруги каких-либо противоправных действий, в том числе которые можно было бы расценить как угрожающие их жизни и здоровью, со стороны потерпевших и кого-либо из свидетелей по данному делу не совершалось.

Никем не оспаривается, что ФИО1 был произведен лишь один выстрел.

При этом очевидцы произошедшего в унисон утверждали, что выстрел подсудимый осуществил из положения стоя, после чего подошел к упавшему МВН и приставил к его голове пистолет.

Обстоятельства приставления подсудимым к голове МВН пистолета подтверждали и свидетели МАВ и ХЛВ., увидевшие это лишь после того как услышали звук выстрела.

При учете изложенного, доводы ФИО1 о том, что пистолет он взял в целях самообороны и осуществил из него выстрел непроизвольно и не прицельно в то время, когда его повалили на землю, избивали и душили, являются несостоятельными.

Ссылки на наличие у ВНА и ФИО1 телесных повреждений, а также пропаже у последнего (после произошедшего) золотой цепочки с крестиком не ставят под сомнение вывод суда о виновности фигуранта дела, поскольку судом достоверно установлено, что непосредственно до совершения ФИО1 преступлений, потерпевшие БАЮ и МВН., а также свидетель СДВ противоправных действий в отношении ВНА и ФИО1 не осуществляли и какого-либо насилия к ним не применяли.

По несвязанным с настоящим делом фактам причинения ВНА и ФИО1 телесных повреждений, а также хищения имущества последнего, органом дознания обоснованно были выделены материалы в отдельное производство.

Приобщенные и исследованные в суде апелляционной инстанции ранее не исследованные судом первой инстанции документы процессуального характера, связанные с ходом расследования по выделенным делам никоим образом не влияют на правильность выводов о виновности ФИО1

Органом дознания при производстве расследования и судом при рассмотрении настоящего дела в судебном заседании каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, допущено не было, дело расследовано и рассмотрено всесторонне, полно, объективно.

Доводы защитника Чиркова о том, что по делу необходимо было провести дополнительную баллистическую экспертизу – субъективны и не влияют на выводы суда первой инстанции. Следует отметить, что правом заявить ходатайство о проведении такой экспертизы защита ни в ходе дознания, ни при рассмотрении дела в суде первой инстанции, не воспользовалась.

Фактические обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу в силу ст. 73 УПК РФ, установлены верно, действия ФИО1 правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 119 УК РФ и п.п. «а, в» ч. 2 ст. 115 УК РФ.

Что касается доводов апеллянтов о необоснованности квалификации действий ФИО1, связанных с угрозой убийством, высказанной в адрес потерпевших БАЮ и МВН как единого преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ, то они несостоятельны.

По смыслу закона не образует совокупности преступлений и квалифицируется как единое продолжаемое преступление тождественные, юридически однородные действия виновного, охваченные единым умыслом и целью, приведшие к наступлению однородных последствий.

По результатам судебного разбирательства судом достоверно установлено, что действия ФИО1, связанные с высказыванием потерпевшим угроз их убийства, имели место быть в один день, в одно и тоже время, в одном и том же месте, при одних и тех же обстоятельствах и были охвачены единым умыслом – вызвать у потерпевших чувство страха за собственную жизнь.

В этой связи судом принято правильное решение о квалификации действий виновного как единого преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ.

Акценты защитника на то, что в отношении ФИО1 по ч. 1 ст. 119 УК РФ было возбуждено лишь одно уголовное дело, в то время как в обвинительном акте фактически в вину ему вменялось два преступления, предусмотренных указанной статьей, бесперспективны.

Из материалов дела следует, что 29 апреля 2019 года в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 119 УК РФ. Копия соответствующего постановления вручена ФИО1 под роспись 2 мая 2019 года.

Как следует из этого постановления, основаниями к возбуждению уголовного дела явились достаточные данные, указывающие на признаки в действиях ФИО1, связанных с высказыванием 28 апреля 2019 года около 16 часов 00 минут вблизи (адрес обезличен) в адрес МВН и БАЮ угрозы убийством, состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ.

При таких данных для предъявления в обвинительном акте обвинения по двум самостоятельным составам преступлений, связанных с угрозой убийством каждому из указанных потерпевших, не требовалось возбуждение еще одного уголовного дела.

Попирания права на защиту ФИО1 допущено не было.

Более того, как указано выше, в конечном итоге упомянутые действия ФИО1 судом первой инстанции обоснованно квалифицированы как единое преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 119 УК РФ.

Вопреки доводам жалобы адвоката Чиркова, обвинительный акт по делу составлен в полном соответствии с требованиями ст. 225 УПК РФ. В нем, в числе прочего, указаны место и время совершения преступлений, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, в чем можно убедиться, обратившись к его тексту.

Оснований для отмены приговора и возвращения дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ не имеется.

Ссылки защиты о несостоятельности выводов суда о совершении преступлений из хулиганских побуждений, также несостоятельны.

Под уголовно наказуемыми деяниями, совершенными из хулиганских побуждений, следует понимать умышленные действия, направленные против личности человека или его имущества, которые совершены без какого-либо повода или с использованием незначительного повода (абз. 2 п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2007 года N 45 «О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях»).

Судом первой инстанции установлено, что преступления ФИО1 совершены без какого-либо повода. Оснований не согласиться с этим у суда апелляционной инстанции не имеется, поскольку до совершения им преступных действий, в отношении него и его супруги никаких противоправных действий со стороны потерпевших не совершалось, ранее они знакомы между собой не были. Доводы о том, что инициаторами конфликта явились потерпевшие, опровергаются исследованными доказательствами.

Отсутствие повода к совершению преступлений как признак их совершения из хулиганских побуждений нешел свое отражение, как обвинительном акте, так и приговоре при изложении преступлений, признанных судом доказанными.

В этих условиях вывод суда о том, что преступления ФИО1 совершены из хулиганских побуждений, основан на исследованных доказательствах и соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Факт совершения ФИО1 преступлений в состоянии алкогольного опьянения подтверждается его собственными показаниями об употреблении незадолго до произошедшего спиртного, ввиду чего автомобилем управляла его супруга, показаниями потерпевших, свидетелей СДЮ МАВ и ХЛВ., актом медицинского освидетельствования, которым после совершения преступлений у ФИО1 было выявлено состояние алкогольного опьянения, а также показаниями фельдшера МТС., подтвердившей результаты освидетельствования.

При назначении наказания учтены данные о личности осужденного, характер и степень общественной опасности содеянного, смягчающие и отягчающее по ч. 1 ст. 119 УК РФ наказание обстоятельства.

Так, в качестве смягчающего обстоятельства по обоим преступлениям судом учтено наличие у ФИО1 несовершеннолетнего и малолетнего ребенка.

Не оставлено без внимания и состояние его здоровья, обусловленное наличием различных заболеваний.

Обоснованность отказа признать отягчающим наказание обстоятельством совершение преступлений в состоянии опьянения, вызванным употреблением алкоголя, у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает. При этом само по себе совершение преступлений в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, не является единственным и достаточным основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим наказание. Из материалов дела не усматривается, что состояние опьянения ФИО1, вызванное употреблением алкоголя, в конкретном случае являлось фактором, значительным образом способствующим совершению им преступлений.

При этом вполне обоснованно в качестве отягчающего обстоятельства по преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 119 УК РФ судом признано совершение этого преступления с использованием оружия.

Отсутствие в обвинительном акте указания на данное обстоятельство, как отягчающего наказание ФИО1, не препятствовало суду при постановлении приговора признать наличие обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч. 1 ст. 63 УК РФ, и никоим образом не нарушило положений ст.ст. 73, 252 УПК РФ.

Считать наказание осужденного явно несправедливым вследствие чрезмерной мягкости, так и вследствие чрезмерной суровости оснований не имеется.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению, поскольку при назначении наказания судом допущены нарушения требования уголовного закона.

Так, согласно ч. 1 ст. 56 УК РФ наказание в виде лишения свободы может быть назначено осужденному, совершившему впервые преступление небольшой тяжести, только при наличии отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ, или только если соответствующей статьей Особенной части УК РФ лишение свободы предусмотрено как единственный вид наказания.

Вместе с тем, суд первой инстанции, при назначении наказания в виде реального лишения свободы по п.п. «а, в» ч. 2 ст. 115 УК РФ не учел данные требования закона.

ФИО1 ранее не судим, отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ, по преступлению, предусмотренному ч. 2 ст. 115 УК РФ не установлено, кроме того уголовным законом за данное преступление предусмотрены и другие виды наказания, а не только лишение свободы.

Также в описательно-мотивировочной части приговора (7 абзац 14 страница), при обсуждении вопроса, связанного с назначением наказания, судом первой инстанции в числе прочего допущена ссылка об учете личности подсудимого, не признавшего вины.

Вместе с тем, отрицание обвиняемым вины является формой реализации его права на защиту, а именно не свидетельствовать против себя самого.

Таким образом, при рассмотрении вопроса о наказании ФИО1 суд ошибочно учел обстоятельство, не влияющие на его наказание, что не могло не повлиять и повлияло на меру наказания.

В связи с этим, из приговора суда подлежит исключению противоречащая ст. 51 Конституции РФ ссылка суда на непризнание вины ФИО1, как на обстоятельство, негативно влияющее на наказание.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает необходимым назначить ФИО1 по п.п. «а, в» ч. 2 ст. 115 УПК РФ наказание в виде исправительных работ, а также смягчить ему наказание, назначенное по ч. 1 ст. 119 УПК РФ.

Судьба вещественных доказательств по делу разрешена судом правильно в полном соответствии с требованиями закона и учете разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в пункте 22.2 Постановления Пленума «О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств».

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор мирового судьи судебного участка № 2 Белгородского района Белгородской области от 10 октября 2019 года в отношении ФИО1 изменить:

Исключить их описательно мотивировочной части приговора ссылку суда об учете при назначении наказания непризнания ФИО1 вины.

Смягчить назначенное ФИО1 наказание по ч. 1 ст. 119 УК РФ до 5 месяцев лишения свободы.

Назначить ФИО1 наказание по п.п. «а, в» ч. 2 ст. 115 УК РФ в виде исправительных работ на срок 9 месяцев, с удержанием из заработной платы 10% в доход государства.

На основании ч. 2 ст. 69, п. «в» ч. 1 ст. 71 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 7 месяцев с отбыванием наказания в колонии-поселении.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Раевской О.А. – удовлетворить частично, апелляционные жалобы осужденного ФИО1, его защитника – адвоката Чиркова А.А., а также представителя потерпевшего МВН – адвоката Гудыменко А.А. – оставить без удовлетворения.

Судья М.С. Петров