Апелляционное определение № 22-2144/2025 22-39/2026 от 19 января 2026 г.

Судья Храмов А.В. Дело № 22-39


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Ижевск 20 января 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Удмуртской Республики в составе :

председательствующего – судьи Темеева А.Ю.,

судей Дементьева Д.Е., Шнайдера П.И.

при секретаре судебного заседания Волковой Ю.В.,

с участием прокурора Полевой И.Л.,

представителя потерпевшей Е.А.Д. – ФИО1,

осужденных ФИО2, ФИО3,

защитников – адвокатов Перевозчикова И.Н., Ильина С.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе представителя потерпевшей Е.А.Д. – ФИО1, апелляционному представлению и дополнительному апелляционному представлению прокурора Устиновского района г. Ижевска Сандракова И.А. на приговор Устиновского районного суда г. Ижевска от 1 октября 2025 года в отношении

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина РФ,

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина РФ.

Заслушав доклад судьи Шнайдера П.И., проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционных представлений и жалобы, выслушав стороны, судебная коллегия

у с т а н о в и л а :

указанным приговором суда от 1 октября 2025 года

ФИО2, не судимый,

осужден по п.п. «а», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 1 году лишения свободы, в соответствии со ст. 53.1 УК РФ наказание заменено на 1 год принудительных работ с удержанием 10% от заработной платы в доход государства;

по ч. 2 ст. 330 УК РФ к 1 году лишения свободы, в соответствии со ст. 53.1 УК РФ наказание заменено на 1 год принудительных работ с удержанием 10% от заработной платы в доход государства.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний к 1 году 6 месяцам принудительных работ с удержанием 10% от заработной платы в доход государства.

Постановлено определить направление ФИО2 к месту отбывания наказания в исправительный центр путем самостоятельного следования в порядке, предусмотренном ст. 60.2 УИК РФ.

Срок наказания постановлено исчислять со дня прибытия ФИО2 в исправительный центр; зачтено время его содержания под стражей с 7 апреля 2025 года по 1 октября 2025 года из расчета один день за два дня принудительных работ. Мера пресечения изменена с содержания под стражей на подписку о невыезде и надлежащем поведении.

ФИО3, не судимый,

осужден по п.п. «а», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 10 месяцам лишения свободы, в соответствии со ст. 53.1 УК РФ наказание заменено на 10 месяцев принудительных работ с удержанием 10% от заработной платы в доход государства;

по ч. 2 ст. 330 УК РФ к 10 месяцам лишения свободы, в соответствии со ст. 53.1 УК РФ наказание заменено на 10 месяцев принудительных работ с удержанием 10% от заработной платы в доход государства.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний к 1 году принудительных работ с удержанием 10% от заработной платы в доход государства.

Постановлено определить направление ФИО3 к месту отбывания наказания в исправительный центр путем самостоятельного следования в порядке, предусмотренном ст. 60.2 УИК РФ. Срок наказания постановлено исчислять со дня его прибытия в исправительный центр. Мера пресечения оставлена в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Удовлетворены исковые требования потерпевшей Е.А.Д., взыскано солидарно с осужденных ФИО2 и ФИО3 в ее пользу 29400 рублей в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, взыскано в долевом порядке в ее пользу с осужденного ФИО2 70000 рублей, с осужденного ФИО3 30000 рублей в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением.

Сохранен арест на имущество ФИО2 и ФИО3 до исполнения приговора в части гражданского иска.

Решена судьба вещественных доказательств.

ФИО2 и ФИО3 признаны судом виновными в открытом хищении чужого имущества группой лиц по предварительному сговору с угрозой применения насилия, не опасного для жизни и здоровья, в отношении К.А.А., а также в самовольном, вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку совершении каких-либо действий, правомерность которых оспаривается гражданином, если такими действиями причинен существенный вред, совершенных с применением насилия и с угрозой его применения, в отношении Е.А.Д., имевших место в период с ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Согласно приговору, ФИО2 и ФИО3 вину в совершении преступлений признали, подтвердив фактические обстоятельства, отрицая факт нанесения ударов потерпевшему К.А.А. с целью хищения имущества, поскольку ФИО2 наносил удары, включая удар бутылкой по голове К.А.А. из ревности.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшей Е.А.Д. – ФИО1 выражает несогласие с приговором, в части осуждения ФИО2 и ФИО3 по ч. 2 ст. 330 и п.п. «а», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, считает его незаконным и необоснованным, подлежащим отмене ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона, несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильного применения уголовного закона.

Полагает, что в суде установлены обстоятельства, подтверждающие обвинение подсудимых в совершении разбойных нападений на К.А.А. и Е.А.Д.. Ссылаясь на обстоятельства дела, исследованные в судебном заседании доказательства: рапорта сотрудников полиции о совершенных преступлениях, заявления и показания потерпевших К.А.А., Е.А.Д., протокол осмотра места происшествия, показания свидетелей Р.А.А., К.В.А., В.М.О., заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ об установленных у Е.А.Д. телесных повреждениях, выписку по счету АО «ЭКСИ-БАНК», показания осужденных ФИО2 и ФИО3, считает, что факт совершения преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 162 УК РФ, в отношении Е.А.Д. нашел подтверждение. Переквалификация прокурором действий осужденных с на ч. 2 ст. 330 УК РФ не соответствует фактическим обстоятельствам, установленным в ходе предварительного следствия и в суде. Отмечает, что прокурор в судебном заседании после переквалификации действий осужденных, обвинение не огласил, в связи с этим потерпевшая и иные участники ограничены в реализации своих прав, не смогли в полной мере реализовать право на выражение позиции в судебных прениях.

Кроме того, ссылается на не уведомление следователем потерпевшую и представителя об окончании следственных действий, не предоставление возможности ознакомления с материалами дела, а иным участникам судопроизводства предоставлены материалы не в полном объеме.

Просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение либо вернуть прокурору.

В апелляционном представлении и дополнительном апелляционном представлении прокурор Устиновского района г. Ижевска Сандраков И.А. выражает несогласие с приговором, считает его незаконным, необоснованным, подлежащим отмене ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона, несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, несправедливости и чрезмерной мягкости назначенных наказаний.

Полагает, что суд не в полной мере учел характер и обстоятельства совершенного преступления, данные о личности осужденных, в связи с чем наказание назначено чрезмерно мягкое, подлежит усилению. Ссылаясь на разъяснения постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 5 марта 2004 года, правовую позицию Конституционного Суда РФ, изложенную в постановлении № 16-П от 2 июля 2013 года, указывает, что при наличии достаточных доказательств виновности каждого из подсудимых в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 162 УК РФ, государственный обвинитель необоснованно изменил обвинение в сторону смягчения, переквалифицировав их действия на ч. 2 ст. 330 и п.п. «а» и «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, что повлекло нарушение прав потерпевших. Указывает, что изменяя обвинение в отношении подсудимых до их допроса и окончания исследования всех доказательств, государственный обвинитель не указал, в чем выражается изменение обвинения, а именно какие преступления совершил ФИО2, ФИО3, вследствие нарушено их право на защиту и права потерпевших.

Отмечает, что суд не принял решение в части вмененного органом следствия высказывания требований потерпевшей Е.А.Д. о передаче денежных средств в сумме 300000 рублей, государственный обвинитель в этой части от обвинения не отказался. Полагает, что, квалифицировав действия подсудимых по п.п. «а», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, суд не указал момент возникновения сговора на совершение преступления, не указал, в чем выразилась угроза жизни и здоровью потерпевшим, не привел доказательства наличия предварительного сговора; кроме того, во вводной части приговора неверно указано, что ФИО2 и ФИО3 обвиняются в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а» и «г» ч. 2 ст. 161, ч. 2 ст. 330 УК РФ.

Ссылаясь на постановление Пленума Верховного Суда РФ №40 от 23 декабря 2025 года «О внесении изменений в постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», указывает, что наказание подлежало назначению либо в виде лишения свободы, либо в виде принудительных работ, считает необоснованным решение о замене наказания в виде лишения свободы на принудительные работы.

Просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение.

В возражениях на апелляционные жалобу и представление адвокат Перевозчиков И.Н. и осужденный ФИО2, адвокат Ильин С.А. в интересах осужденного ФИО3 просят оставить приговор без изменения.

В судебном заседании прокурор и законный представитель потерпевшей поддержали доводы апелляционных жалобы и представлений, осужденные и защитники просили приговор оставить без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционной жалобы и апелляционных представлений, возражений, выслушав стороны, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно с ч. 4 ст. 7 УПК РФ решение суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным.

В соответствии с ч. 2 ст. 297 УПК РФ приговор признается законным и обоснованным, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Таковым признается приговор, который соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, а также основан на правильном применении уголовного закона.

Обжалуемый приговор данным требованиям закона не соответствует.

Согласно ст. ст. 389.15, 389.17 УПК РФ основанием для отмены судебного решения в апелляционном порядке являются, в том числе, существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного и обоснованного судебного решения.

По настоящему уголовному делу такие нарушения допущены.

Согласно требованиям ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

В соответствии с положениями п. 3 ч. 8 ст. 246 УПК РФ, и согласно разъяснениям, которые даны в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2017 года №51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)», государственный обвинитель до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора может изменить обвинение в сторону смягчения путем переквалификации деяния в соответствии с нормой УК РФ, предусматривающей более мягкое наказание. При этом государственный обвинитель должен изложить суду мотивы изменения обвинения в сторону смягчения со ссылкой на предусмотренные законом основания, а суд - принять решение только после завершения исследования в процедуре, отвечающей требованиям состязательности, значимых для этого материалов дела и заслушивания мнений участников судебного заседания со стороны обвинения и стороны защиты об обоснованности позиции государственного обвинителя.

Исходя из пункта 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 марта 2004 года №1 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», в соответствии с ч.ч. 7, 8 ст. 246 УПК РФ полный ли частичный отказ государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства, а также изменение им обвинения в сторону смягчения предопределяют принятие судом решения в соответствии с позицией государственного обвинителя, поскольку уголовно-процессуальный закон исходит из того, что уголовное судопроизводство осуществляется на основе принципа состязательности и равноправия сторон, а формулирование обвинения и его поддержание перед судом обеспечиваются обвинителем. Вместе с тем государственный обвинитель в соответствии с требованиями закона должен изложить суду мотивы полного или частичного отказа от обвинения, равно как и изменения обвинения в сторону смягчения со ссылкой на предусмотренные законом основания. Суду надлежит рассмотреть указанные предложения в судебном заседании с участием сторон обвинения и защиты на основании исследования материалов дела, касающихся позиции государственного обвинителя.

Такая же правовая позиция выражена в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 8 декабря 2003 года №18-П, согласно которому указанные выше положения закона (ст. 246 УПК РФ) предполагают, что изменение государственным обвинителем обвинения в сторону смягчения должно быть мотивировано со ссылкой на предусмотренные законом основания, а вынесение судом решения, обусловленного соответствующей позицией государственного обвинителя, допустимо лишь по завершении исследования значимых для этого материалов дела и при заслушивании мнений участников судебного заседания со стороны обвинения и защиты. Суд, принимая решение, обусловленное позицией государственного обвинителя, обязан не просто рассмотреть мотивы его действий, но и в процедуре, отвечающей требованиям состязательности, установить обоснованность таких отказа или изменения, для чего необходимо исследовать обстоятельства дела, проверить и оценить собранные и представленные суду доказательства. Лишь по результатам этой процедуры может быть принято соответствующее судебное решение, законность, обоснованность и справедливость которого возможно проверить в вышестоящем суде (определения Конституционного Суда РФ от 14 декабря 2004 года №393-О, от 16 декабря 2010 года № 1711-О-О, от 29 сентября 2011 года №1219-О-О, от 25 января 2012 года №105-О-О и от 25 сентября 2014 года №1904-О).

Согласно материалам уголовного дела, органами предварительного расследования ФИО2 и ФИО3 предъявлено обвинение в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 162 УК РФ – разбой, нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с угрозой применения такого насилия, совершенный группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище.

Обвинительное заключение утверждено заместителем прокурора Устиновского района г. Ижевска А.В. Лопатиным.

Согласно обвинению, действия ФИО2 и ФИО3 в отношении потерпевшего К.А.А. выразись в том, что, вступив в преступный сговор на хищение имущества по предложению ФИО2, предварительно распределив роли, они, зная, что их действия очевидны для Е.А.Д. и малолетнего К.В.А. (сына потерпевшего), пришли на лестничную площадку к квартире Е.А.Д., где ФИО2 нанес удары руками и ногами по двери, отчего запорное устройство сдвинулось в положение «открыто», после чего ФИО2 и ФИО3 незаконно вошли в квартиру, из корыстных побуждений напали на К.А.А., при этом ФИО2 руками и ногами нанес потерпевшему множественные удары по голове и телу, ФИО3 нанес потерпевшему удар стеклянной бутылкой по голове, при этом оба подсудимых высказывали К.А.А. требования передачи мобильного телефона, в связи с чем, потерпевший, опасаясь за жизнь и здоровье, передал в руки ФИО3 мобильный телефон стоимостью 15 тысяч рублей, которым подсудимые завладели и в дальнейшем распорядились по своему усмотрению, причинив К.А.А. материальный ущерб, физическую боль и телесные повреждения, не причинившие вреда здоровью.

Согласно обвинению, действия ФИО2 и ФИО3 в отношении потерпевшей Е.А.Д. выразись в том, что, вступив в преступный сговор на хищение имущества потерпевшей в крупном размере, по предложению ФИО2, предварительно распределив роли, они, зная, что их действия очевидны для К.А.А. и малолетнего К.В.А., пришли на лестничную площадку к квартире Е.А.Д., где ФИО2 нанес удары руками и ногами по двери, отчего запорное устройство сдвинулось в положение «открыто», после чего ФИО2 и ФИО3 незаконно вошли в квартиру, из корыстных побуждений напали на Е.А.Д., при этом ФИО3 схватил потерпевшую и бросил на пол, ФИО2 сел на нее и нанес ей руками множественные удары по голове и телу, оба подсудимых высказывали Е.А.Д. требования передачи денежных средств в сумме 300 тысяч рублей; при этом ФИО2 рукой обхватил и сдавил шею потерпевшей, отчего она испытала удушение, схватил потерпевшую за ногу и волоком тянул по полу, ударяя ее телом и головой об мебель; после этого похитил с дивана мобильный телефон потерпевшей стоимостью 20 тысяч рублей; после чего ФИО2 снова сел на потерпевшую и сдавил шею, отчего она испытала удушение, повторив требования передачи ему и ФИО3 денежных средств в сумме 300 тысяч рублей; после этого оба подсудимых под угрозой убийством потребовали от Е.А.Д. сообщить им пин-код доступа в мобильный телефон, при этом ФИО3 угрожал зажженной зажигалкой поджечь потерпевшей волосы на голове; получив от потерпевшей пин-код, продолжая применять насилие, ФИО3 схватил Е.А.Д. за волосы, пристав к ее шее лезвие ножа, высказал угрозу убийством; оба подсудимых повторили требования передачи ему и ФИО3 денежных средств в сумме 300 тысяч рублей, сопровождая их угрозами убийством; получив доступ к мобильному телефону, подсудимые (ФИО2) осуществили перевод 4200 рублей на счет сына ФИО3, а позднее – осуществили перевод 5200 рублей на счет матери ФИО2, причинив Е.А.Д. материальный ущерб на сумму 29400 рублей, физическую боль и телесные повреждения, причинившие легкий вред здоровью.

Как следует из протокола судебного заседания (т. 4 л.д. 139), на стадии судебного следствия государственный обвинитель заместитель прокурора Устиновского района г. Ижевска Э.Б. Мурадов заявил ходатайство «о переквалификации действий подсудимых на ч. 2 ст. 330 УК РФ и п.п. «а», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ в отношении Е.А.Д. и К.А.А. соответственно».

При этом государственный обвинитель не изложил в устной либо письменной форме мотивы изменения обвинения в сторону смягчения со ссылкой на предусмотренные законом основания, а в судебных прениях (т. 4 л.д. 146-147) ограничился указанием на то, что судебным следствием установлено, что ФИО2 фактически имел право доступа в квартиру Е.А.Д., требовал у нее передачи своего имущества, предложив квалифицировать действия подсудимых по эпизоду в отношении Е.А.Д. по ч. 2 ст. 330 УК РФ, как самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку совершение каких-либо действий, правомерность которых оспаривается гражданином, если такими действиями причинен существенный вред, совершенное с применением насилия и с угрозой его применения, а по эпизоду в отношении К.А.А. – по п.п. «а», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору с угрозой применения насилия, не опасного для жизни и здоровья.

Согласно разъяснениям вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда РФ №51, при изменении в соответствии с ч.ч. 7 и 8 ст. 246 УПК РФ государственным обвинителем обвинения в сторону смягчения суду надлежит рассмотреть указанные предложения в судебном заседании с участием сторон обвинения и защиты на основании исследования материалов дела, касающихся позиции государственного обвинителя, и итоги обсуждения отразить в протоколе судебного заседания.

Данные требования судом не выполнены, несмотря на возражения представителя потерпевшего, неоднократно заявившего о том, что государственный обвинитель не изложил обстоятельства нового обвинения и мотивы изменения обвинения, суд мер к надлежащему выполнению требований ст. 246 УПК РФ и разъяснений Пленума не принял, чем существенно ограничил гарантированные УПК РФ права потерпевшей стороны, а также грубо нарушил процедуру судопроизводства, что повлияло на постановление законного и обоснованного судебного решения.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшего обоснованно обратил внимание на то, что предложенное государственным обвинителем в суде первой инстанции в ходе прений сторон обвинение в самоуправстве могло существенно отличаться по фактическим обстоятельствам от обвинения в разбойном нападении, поскольку предполагало иные мотив, цель совершения преступления, объект преступного посягательства.

Продолжив рассмотрение дела при указанных нарушениях, суд удалился в совещательную комнату и постановил приговор, в котором изложил описание преступных деяний, признанных доказанными, в отношении открытого хищения имущества и самоуправства, сославшись на изменение государственным обвинителем обвинения, и привел доказательства, на которых основаны выводы в отношении подсудимых и мотивы, по которым отвергнуты другие доказательства.

В обоснование своего решения суд в приговоре указал, что государственный обвинитель изменил обвинение в сторону смягчения, поскольку исследованными доказательствами не нашло подтверждения предъявленное органом следствия преступление по каждому из эпизодов по ч. 3 ст. 162 УК РФ в части умысла подсудимых на хищение имущества потерпевшей Е.А.Д., а также применения насилия, опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия, а равно применения предметов, используемых в качестве оружия с незаконным проникновением в жилище в отношении потерпевшего К.А.А..

Данное указание суда в приговоре противоречит позиции государственного обвинителя, который не заявлял о таких мотивах изменения обвинения, что свидетельствует о нарушении требований ст.ст. 15, 252 УПК РФ, поскольку суд фактически не только выполнил не свойственную ему функцию обвинения, но и произвольно изменил пределы судебного разбирательства.

Допущенные судом первой инстанции существенные нарушения уголовно-процессуального закона не могут быть устранены в суде апелляционной инстанции, поскольку нарушены общие фундаментальные условия судебного разбирательства и постановления приговора, последствием таких нарушений явилась процессуальная недействительность самого производства по делу.

Приговор в отношении ФИО2 и ФИО3 подлежит отмене по доводам апелляционных жалобы и представлений с направлением уголовного дела на новое судебное разбирательство в тот же суд, со стадии судебного разбирательства, но иным составом суда.

Учитывая, что приговор отменяется по мотивам нарушения уголовно-процессуального закона, доводы апелляционной жалобы и апелляционных представлений, касающиеся доказанности обвинения, неправильной оценки доказательств и квалификации, доводы апелляционного представления о чрезмерной мягкости наказания судебной коллегией не разрешаются, поскольку они должны быть предметом рассмотрения при новом судебном разбирательстве.

В ходе нового судебного разбирательства суду надлежит устранить допущенные нарушения, полно, всесторонне и объективно исследователь представленные сторонами доказательства, дать им надлежащую оценку, принять по делу законное, обоснованное и справедливое решение.

Оснований для изменения на данной стадии меры пресечения ФИО2 и ФИО3 судебная коллегия не установила.

Руководствуясь ст.ст. 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а :

приговор Устиновского районного суда г. Ижевска от 1 октября 2025 года в отношении ФИО2 и ФИО3 отменить, передать уголовное дело по обвинению ФИО2 и ФИО3 в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 162 УК РФ, на новое судебное разбирательство в тот же районный суд, но иным составом суда, со стадии судебного разбирательства.

Меру пресечения на период нового судебного разбирательства в отношении ФИО2 и ФИО3 оставить в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Апелляционные жалобу и представления удовлетворить.

Апелляционное определение в соответствии с ч. 3 ст. 401.3 УПК РФ может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи жалобы, представления непосредственно в суд кассационной инстанции.

Подсудимые вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи