Апелляционное постановление № 22К-887/2020 от 15 июля 2020 г. по делу № 3/2-36/2020

6

Судья: Атаманова О.Г. Материал №22к-887/2020


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Липецк 16 июля 2020 года

Суд апелляционной инстанции Липецкого областного суда в составе:

председательствующего судьи Здоренко Г.В.,

при помощнике судьи Гончаровой Д.А.,

с участием прокурора Ковалишиной Е.Н.,

обвиняемого ФИО1,

его защитника – адвокатов Попова А.С., Печенева И.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи материал по апелляционным жалобам адвокатов Печенева И.В., Попова А.С. в защиту обвиняемого ФИО1 на постановление Елецкого районного суда Липецкой области от 17 июня 2020 года, которым

ФИО1, родившемуся <данные изъяты><данные изъяты> в <адрес>, гражданину РФ, зарегистрированному по адресу: <адрес>, проживающему по адресу: <адрес>, <адрес>, <адрес>, не работающему, женатому, имеющему на иждивении двоих несовершеннолетних детей, не судимому, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст.33, ч.4 ст.160 УК РФ,

продлён срок содержания под стражей на 02 месяца 00 суток, всего до 04 месяцев 27 суток, т.е. по 21.08.2020 включительно.

Отказано адвокатам Печеневу И.В. и Попову А.С. в удовлетворении ходатайства об изменении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу на домашний арест, залог либо запрет определенных действий.

Доложив содержание обжалуемого постановления, существо апелляционных жалоб, выслушав обвиняемого ФИО1, защитника Попова А.С., поддержавших доводы жалоб, мнение прокурора, возражавшего против удовлетворения таковых,

УСТАНОВИЛ:

ДД.ММ.ГГГГ СО УФСБ России по <адрес> возбуждено уголовное дело в отношении ФИО6 и ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст.33, ч.4 ст.160 УК РФ, то есть пособничества ФИО7 в растрате имущества.

ДД.ММ.ГГГГ указанное выше уголовное дело соединено в одно производство с уголовным делом №, возбужденным ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 задержан в порядке ст.ст.91, 92 УПК РФ по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст.33, ч.4 ст.160 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст.33, ч.4 ст.160 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ Елецким районным судом <адрес> обвиняемому ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 27 суток, то есть по ДД.ММ.ГГГГ включительно, срок продлевался в установленном законом порядке по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

Срок предварительного расследования ДД.ММ.ГГГГ продлен до 24 месяцев 00 суток, т.е. до ДД.ММ.ГГГГ.

Следователь СО УФСБ России по <адрес> ФИО8 с согласия руководителя следственного органа обратился в суд с ходатайством о продлении на 2 месяца, а всего до 4 месяцев 27 суток, т.е. по ДД.ММ.ГГГГ включительно, срока содержания под стражей обвиняемого ФИО1

ДД.ММ.ГГГГ судом по ходатайству следователя принято решение, резолютивная часть которого изложена выше.

В апелляционной жалобе адвокат Печенев И.В. в защиту интересов обвиняемого ФИО1 просит отменить постановление суда первой инстанции, как незаконное, необоснованное и немотивированное, избрать ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста, залога в размере, определенном судом, либо запрета определенных действий. Ссылается на разъяснения Постановления Пленума Верховного Суда РФ № от ДД.ММ.ГГГГ «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога». Указывает, что суду следовало установить конкретные обстоятельства, свидетельствующие о необходимости дальнейшего содержания обвиняемого под стражей; указать в постановлении конкретные фактические обстояте6льства, на основании которых принято обжалуемое решение, к которым не могут относиться данные, полученные в результате оперативно-розыскной деятельности, представленные в нарушение ст.89 УПК РФ; в отношении обвиняемого по ст.160 УК РФ выяснить, в какой сфере деятельности совершено преступление. Полагает, что обжалуемое постановление указанным требованиям не соответствует. Отмечает, что указанные в постановлении обстоятельства о наличии телефонных переговоров, в которых шла речь об удалении видеозаписей, ранее были основанием для избрания меры пресечения ФИО1, а потому с течением времени не могут признаваться достаточными для продления срока действия данной меры пресечения. Кроме того, данные обстоятельства установлены на основании результатов оперативно-розыскной деятельности, тогда как сведений о надлежащем представлении их следствию в соответствии с требованиями ст. 89 УПК РФ материалы дела не содержат. Акт прослушивания фонограмм телефонных переговоров по результатам осмотра засекреченных носителей в отсутствие документов об их рассекречивании и представлении органу следствия не мог быть принят во внимание. Сами телефонные переговоры, на которые ссылался суд, имели место в июне 2018 года. Однако до настоящего времени информация, содержащаяся в них, не проверена, её достоверность не подтверждена, кому принадлежат голоса и речь, не установлено. Безосновательно суд указал в обжалуемом постановлении, что ФИО1 может оказать незаконное воздействие на свидетелей с целью недопущения дачи ими правдивых показаний, доказательства этого отсутствуют, напротив, согласно справке УУР УМВД России по Липецкой области, оперативной информации в отношении ФИО13 нет. Согласно материалам дела, как указывает защитник, ФИО1 обвиняется в совершении преступления в связи с осуществлением предпринимательской деятельности (сам является индивидуальным предпринимателем и оказывал услуги в сфере грузоперевозок), а значит, в отношении него не может применяться мера пресечения, связанная с содержанием под стражей. Полагает, что суд устранился от выяснения данных вопросов, обжалуемое постановление каких-либо выводов по соответствующим доводам стороны защиты не содержит. Ссылается на Конвенцию о защите прав человека и основных свобод, правовые позиции Европейского Суда по правам человека о необходимости обеспечения явки в суд лица, в отношении которого решается вопрос о содержании под стражей. Настаивает, что без надлежащей судебной оценки остались доводы защиты о наличии у ФИО1 заболевания (хронического бронхита), а также о том, что дальнейшее пребывание в СИЗО ставит под угрозу жизнь и здоровье ФИО1, а также благополучие находящихся на его иждивении членов семьи.

В апелляционной жалобе адвокат Попов А.С. в защиту интересов обвиняемого ФИО1 просит отменить постановление суда, как незаконное, необоснованное и немотивированное, избрать ФИО1 меру пресечения в виде залога в размере, определенном судом, либо домашнего ареста. Оспаривает вывод суда о том, что ФИО1 через коррупционные либо криминальные связи может угрожать свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства, иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу (основание, указанное в п.3 ч.1 ст.97 УПК РФ). Указывает, что суд счел обстоятельством, свидетельствующим о возможности уничтожения ФИО1 доказательств, показания свидетеля ФИО11, являющегося ОУР отдела УФСБ России по Липецкой области, т.е. заинтересованным лицом, о просьбе ФИО7 к ФИО1 уничтожить записи с камер видеонаблюдения. Однако, вопреки этому, в протоколе допроса и акте прослушивания фонограмм телефонных переговоров от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 фраз о своем согласии или намерении уничтожить указанные записи с камер наблюдения не высказывал, что опровергает предположения свидетеля ФИО11 Также на момент записи фонограмм телефонных переговоров от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ записи видеонаблюдения с камер, установленных на ж/д станции «Телегино», не были признаны доказательствами, более того, уголовное дело не было возбуждено. Отмечает, что ФИО1 не являлся работником ж/д станции «Телегино» и поэтому доступа к записям видеонаблюдения объективно не мог иметь, из чего делает вывод об отсутствии у ФИО1 возможности уничтожить доказательства по уголовному делу. Уголовное дело по факту растраты щебня горных плотных пород возбуждено ДД.ММ.ГГГГ, при этом ФИО1 заключен под стражу только ДД.ММ.ГГГГ по мотивам предполагаемой возможности уничтожения им доказательств по делу, что, по мнению защитника, является абсурдным спустя 1,5 года. Отмечает, что в справке начальника УУР УМВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, представленной следователем вместе с постановлением о возбуждении ходатайства об избрании меры пресечения, никакой оперативной информации в отношении ФИО1 не имеется, поэтому довод о возможности ФИО1 лично либо через свои криминальные или коррупционные связи угрожать свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, а также иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, считает не обоснованным. Указывает: в обжалуемом постановлении суд отметил, что основания для заключения ФИО1 под стражу не отпали и не изменились, что свидетельствует о необходимости продления срока меры пресечения, ДД.ММ.ГГГГ абсолютно по тем же основаниям срок содержания под стражей ФИО1 был необоснованно продлен. Приводя ссылки на Постановление Пленума Верховного Суда РФ № от ДД.ММ.ГГГГ «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога» (п.п.5, 21), настаивает, что доказательств возможности ФИО1 воспрепятствовать производству по уголовному делу установлено не было. Считает, что суд для продления срока содержания ФИО1 под стражей счел достаточными обстоятельства, послужившие основанием для избрания ему меры пресечения. Оспаривает мотивы отказа суда в избрании ФИО1 домашнего ареста, залога, запрета совершения определенных действий. Считает, что при изменении меры пресечения на домашний арест, залог либо запрет совершения определенных действий ФИО1 не сможет скрыться от следствия, уничтожить доказательства, воспрепятствовать производству по уголовному делу, так как все указанные меры подразумевают определенный перечень запретов. Выводы суда об отсутствии оснований для изменения ФИО1 меры пресечения, по мнению защитника, не основаны на законе, так как в судебном заседании не были объективно установлены обстоятельства, свидетельствующие о невозможности применения более мягкой меры пресечения. Вследствие этого выводы, изложенные в постановлении Елецкого районного суда <адрес> от 17.06.2020г. о невозможности изменить ФИО1 меру пресечения на более мягкую, полагает не соответствующими фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании судом первой инстанции, а обжалуемое постановление – не соответствующим закону, в т.ч. ч.4 ст.7 УПК РФ. Приводит ссылки на п.п.1, 3 ст.389.15 УПК РФ как основания отмены либо изменения судебного решения.

Изучив представленный материал, доводы жалоб, суд апелляционной инстанции считает постановление суда законным, обоснованным и мотивированным.

В соответствии со ст.5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, заключенное под стражу лицо наделено правом на судебное рассмотрение процессуальных и материально-правовых вопросов, являющихся существенными для определения законности нахождения под стражей лица, в т.ч. на судебную проверку обоснованности подозрения, а также правомерности цели, преследуемой последующим содержанием лица под стражей.

Согласно ч.2 ст.109 УПК РФ продление срока содержания под стражей на срок свыше двух месяцев до шести месяцев может быть осуществлено в случае невозможности закончить предварительное следствие в установленный законом срок и при отсутствии оснований для отмены или изменения избранной меры пресечения. Дальнейшее продление срока допускается в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, только в случаях особой сложности уголовного дела.

В соответствии с ч.1 ст.110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания таковой, предусмотренные ст.ст.97, 99 УПК РФ.

Из представленных материалов следует, что ходатайство о продлении срока содержания обвиняемого ФИО1 под стражей составлено с соблюдением уголовно-процессуального закона и предъявлено уполномоченным лицом в суд соответствующего уровня в предусмотренном ст.108 УПК РФ порядке. В обоснование ходатайства представлены необходимые и достаточные материалы, позволившие суду принять решение по рассматриваемому вопросу.

Суд учел наличие оснований для осуществления уголовного преследования ФИО1 путем проверки данных о его возможной причастности к совершению инкриминируемого деяния. Эти данные отражены в упомянутых в постановлении процессуальных документах, зафиксировавших результаты следственных действий.

Срок содержания обвиняемого под стражей, продленный ранее, истекал ДД.ММ.ГГГГ, однако до этой даты предварительное следствие по делу не могло быть закончено по объективным причинам в связи с необходимостью выполнения ряда следственных и процессуальных действий, подробно перечисленных следователем в ходатайстве.

Суд тщательно проанализировал мероприятия, проведенные следователем за период нахождения дела в производстве до обращения в суд с данным ходатайством, дал темпу расследования справедливую оценку. Указанный в ходатайстве следователя срок 2 месяца является разумным, не выходит за рамки установленного срока предварительного следствия, продленного для проведения указанных в постановлении суда следственных и процессуальных действий.

Суд обоснованно, согласно ст.109 УПК РФ, продлил срок содержания под стражей обвиняемого ФИО1 При продлении срока содержания под стражей суд учел наличие для этого оснований, предусмотренных ст.97 УПК РФ, и обстоятельств, указанных в ст.99 УПК РФ.

Суд учел характер предъявленного ФИО1 обвинения; отсутствие возможности закончить предварительное расследование до ДД.ММ.ГГГГ; то, что ФИО1 при нахождении вне мест содержания под стражей препятствовать производству предварительного расследования. При этом суд обоснованно признал заслуживающими внимания доводы инициатора ходатайства об особой сложности в расследовании данного уголовного дела ввиду активного противодействия предварительному следствию со стороны ряда лиц, возможности их коррупционных связей; указанных в постановлении установленных на следствии фактов, направленных на введение органов расследование в заблуждение; отказа ФИО1 и иных лиц от предоставления образцов для сравнительных исследований; необходимости анализа большого объема видеозаписей, движений по счетам, соединений между абонентами, бухгалтерской и иной документации, специфичной для ОАО «РЖД»; необходимости допроса большого круга сотрудников нескольких структурных подразделений ОАО «РЖД», сторонних организаций, в т.ч. в других субъектах России; объем уголовного дела - более 30 томов, назначение 24 судебных экспертиз, проведение более 150 допросов более 100 свидетелей, 10 очных ставок.

Выводы суда, изложенные в постановлении, основаны на представленных инициатором ходатайства доказательствах, в том числе протоколах допросов свидетелей, упомянутых в постановлении. На данной стадии процесса эти сведения являются достаточными и не позволяют суду отклонить ходатайство следователя.

Ранее в судебном заседании установлено, что, находясь на свободе, ФИО1 может как уничтожить доказательства, так и оказать незаконное воздействие на свидетелей с целью недопущения дачи ими правдивых показаний. Указанные основания обоснованно не позволили суду применить более мягкую меру пресечения в отношении ФИО1, что опровергает довод стороны защиты о возможности избрания ФИО1 меры пресечения, не связанной с содержанием под стражей. Эти основания, которые после избрания меры пресечения не отпали и не изменились, повлекли необходимость отказа в удовлетворении ходатайства стороны защиты об изменении ФИО1 действующей меры пресечения на домашний арест, залога, запрет определенных действий.

Наряду с объемом и характером предъявленного обвинения, суд принял во внимание, что ФИО1 зарегистрирован и проживает в <данные изъяты> районе, трудоустроен, положительно характеризуется, имеет семью, двоих несовершеннолетних детей, благодарности и благодарственные письма; учел суд и состояние здоровья ФИО1, а также нахождение на его иждивении больных родителей. Однако эти обстоятельства, как верно признал суд, не являются основаниями для изменения действующей меры пресечения.

Учитывая совокупность исследованных данных и обстоятельств, суд пришел к обоснованному выводу о возможности ФИО1 при нахождении на свободе под тяжестью предъявленного обвинения оказать незаконное воздействие на свидетелей, уничтожить доказательства. Эти выводы, вопреки доводам жалоб, основаны на исследованных судом материалах дела, имеющих доказательственное значение.

Указанные сведения привели суд к справедливому мнению о невозможности отмены либо изменения меры пресечения обвиняемого на более мягкую, не связанную с содержанием под стражей, в том числе на домашний арест, залог, запрет определенных действий. Поводов ставить эти выводы, мотивированные в достаточной степени, под сомнение не усматривается. Приведенные выше основания, по которым избрана мера пресечения в виде заключения ФИО1 под стражу, актуальны и в настоящее время. В связи с изложенным доводы жалобы об отказе в удовлетворении ходатайства следователя, изменении меры пресечения на более мягкую не могут быть удовлетворены.

Доводы апелляционной жалобы, направленные на оспаривание характера и объёма проводимых следственных и процессуальных действий (в том числе по проверке результатов оперативно-розыскной деятельности) не являются предметом рассмотрения суда при проверке законности решения о продлении меры пресечения в виде заключения под стражу. Кроме того, на основании ст.38 УПК РФ следователь самостоятельно направляет ход расследования, принимает решения о производстве тех или иных следственных и процессуальных действий.

Равным образом не являются предметом оценки суда апелляционной инстанции и доводы жалоб, направленные на оценку допустимости и достоверности имеющихся в уголовном деле доказательств. При рассмотрении настоящего ходатайства суд не входит в обсуждение вопроса о виновности или невиновности лица в совершении деяния, правильности квалификации действий, т.к. эти вопросы, как и проверка допустимости и достоверности каждого доказательства, подлежат разрешению при рассмотрении дела по существу, ввиду чего суд отклоняет доводы жалобы в соответствующей части.

Вопреки доводам жалобы защитника Печенева И.В., содержание предъявленного ФИО1 обвинения не свидетельствует о том, что указанное в нем деяние относится к преступлению, совершенному в сфере предпринимательской деятельности.

Доводы защитников о том, что ФИО1 не намерен угрожать свидетелям и иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожать доказательства, а также иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, опровергаются представленными в суд указанными в постановлении материалами дела, из которых следует такая возможность.

Ходатайство следователя рассмотрено судом 1-й инстанции объективно, всесторонне, с соблюдением принципов УПК РФ. Из протокола судебного заседания следует, что суд надлежаще проверил доводы как инициатора ходатайства, так и стороны защиты; по ходатайствам, заявленным сторонами в процессе, приняты правильные решения, ставить которые под сомнение поводов не усматривается.

Сведений о наличии медицинских противопоказаний, установленных Постановлением Правительства РФ от 14.01.2011 №3 «О медицинском освидетельствовании подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», исключающих возможность содержания ФИО1 под стражей, суду ни первой, ни апелляционной инстанций не представлено, имеется справка об обратном (т.1, л.д.252). Наличие у ФИО1 определенных заболеваний само по себе не влечет невозможность его содержания под стражей, как это ошибочно утверждает защита.

Безусловных оснований для отказа в удовлетворении ходатайства следователя у суда не имелось.

Суд учитывает, что продление срока содержания под стражей ФИО1, ограничение прав которого обусловлено совокупностью приведенных обстоятельств, на данном этапе уголовного судопроизводства оправдано публичными интересами и не является чрезмерным.

Выводы суда, изложенные в постановлении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела. В жалобе не приведено убедительных доводов о том, что те или иные обстоятельства могли повлиять или повлияли на законность, обоснованность постановления; не усматривает их и суд апелляционной инстанции.

Вместе с тем, в постановлении допущена явная описка в инициалах обвиняемого, на что он справедливо обратил внимание суда. В ссылке на данные об отсутствии заболеваний, препятствующих содержанию в следственном изоляторе, ошибочно указано, что таковых «у ФИО12» не имеется. Между тем, согласно справке (т.1, л.д.252), такая информация предоставлена в отношении ФИО1, обвиняемого по данному делу. Описка подлежит устранению, что не влияет на существо принятого решения в целом.

Постановление соответствует требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ, является законным, обоснованным и мотивированным. Существенных нарушений УПК РФ при вынесении обжалуемого решения не допущено; оснований для его отмены нет.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Елецкого районного суда Липецкой области от 17 июня 2020 года в отношении ФИО1 изменить, устранить описку: вместо ошибочно указанных инициалов ФИО13 «ФИО15.» правильным считать в описательно-мотивировочной части постановления указание на то, что заболеваний, препятствующих содержанию под стражей, у ФИО1 не имеется.

В остальном постановление Елецкого районного суда Липецкой области от 17 июня 2020 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы адвокатов Печенева И.В., Попова А.С. в защиту обвиняемого ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий судья Г.В. Здоренко