Апелляционное постановление № 22-8379/2020 от 9 декабря 2020 г. по делу № 1-404/2020

Мотивированное
апелляционное постановление изготовлено 10 декабря 2020 года

Председательствующий Деминцева Е.В. Дело № 22-8379/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 10 декабря 2020 года

Свердловский областной суд в составе председательствующего Тертычного И.Л.,

при секретаре Тимирьяновой О.В.,

с участием прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области Зубрицкой Е.В.,

потерпевшей Ч.,

осужденной ФИО1,

защитника-адвоката Бардиновой Е.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Бадмаевой Л.Б., апелляционной жалобе осужденной ФИО1 на приговор Кировского районного суда г. Екатеринбург от 14 октября 2020 года, которым

ФИО1,

<дата> года рождения,

не судимая,

осуждена по ч.1 ст. 264 УК РФ к 1 году ограничения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 2 года.

Приговором взыскано с осужденной в пользу потерпевшей Ч. в возмещение морального вреда 200000 рублей.

Приговором распределены процессуальные издержки, решена судьба вещественных доказательств.

УСТАНОВИЛ:

приговором суда ФИО1 признана виновной в том, что управляя автомобилем, нарушила правила дорожного движения, повлекшее причинение по неосторожности тяжкого вреда здоровью Ч.

Преступление совершено 02 октября 2019 года в г. Екатеринбурге при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании осужденная ФИО1 вину не признала.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Бадмаева Л.Б. выражает несогласие с приговором, в связи с взысканием процессуальных издержек по оплате услуг представителя потерпевшей с осужденной. В обоснование доводов указывает, исходя из положений ст.42 и 131 УПК РФ процессуальные издержки в виде оплаты услуг представителя потерпевшей подлежат возмещению за счет федерального бюджета, с последующим взысканием с осужденной. Просит приговор отменить и передать уголовное дело в этой части на новое рассмотрение в порядке главы 47 УПК РФ.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденная ФИО1 оспаривает приговор суда, считает его незаконным и необоснованным. Отмечает, что единственными установленными знаками дорожного движения на дороге, где произошло дорожно-транспортное происшествие, являлись ограничительные и предупредительные знаки скоростного режима, отсутствовали светофоры, а дорожная разметка частично утратила свою ясность, обочина не отвечала требованиям ГОСТа. Оспаривая заключения проведенных по делу автотехнических экспертиз, полагает, что ее выезд на встречную полосу вызван заносом автомобиля, по причине его неисправности, а также неудовлетворительным состоянием дорожного покрытия. Отмечает, что она приняла все возможные меры для устранения помехи для движения транспортных средств, однако изменение технических характеристик автомобиля не позволило ей в полном объеме выполнить маневр. Обращает внимание, что ее автомобиль двигался с общей скоростью потока транспортных средств на протяжении длительного периода, а автомобиль потерпевшей Ч. со слов свидетелей двигался со скоростью 80-90 км/ч, то есть с превышением. Просит приговор с учетом вышеуказанных обстоятельств отменить. С учетом материального положения семьи, наличия места работы и состояние ее здоровья исключить применение дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами.

Проверив материалы уголовного дела, заслушав осужденную ФИО1 и ее защитника Бардинову Е.А., поддержавших доводы жалобы и просивших об отмене приговора, прокурора Зубрицкую Е.В., поддержавшую доводы апелляционного преставления и полагавшую приговор суда отменить по доводам представления, а жалобу оставить без удовлетворения, суд апелляционной инстанции считает приговор суда законным, обоснованным, а назначенное наказание справедливым.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления за которое она осуждена основаны на проверенных и подробно изложенных в приговоре доказательствах, которым суд дал надлежащую оценку.

Допрошенная в судебном заседании ФИО1 вину не признала, пояснила, что дорожно–транспортное происшествие (далее ДТП) на встречной полосе движения стало возможным по причине неисправности ее автомобиля и действия непреодолимой силы.

Версия осужденной о ее невиновности в совершенном преступлении была тщательно проверена судом первой инстанции и обоснованно отвергнута, с приведением соответствующих мотивов.

Судом обоснованно в основу приговора положены показания свидетелей К., З., допрошенных в судебном заседании, пояснивших, что двигаясь во встречном, по отношению к ФИО1 направлении, видели, как ее автомобиль «Черри» совершая обгон, выехал на полосу встречного движения для обгона двух автомобилей. Совершив обгон одного автомобиля, вернулся на свою полосу движения, после чего его занесло, он вновь выехал на полосу встречного движения, где допустил столкновение с автомобилем «Киа» под управлением Ч..

Свои показания свидетели полностью подтвердили и при проведении очных ставок с ФИО1

Свидетель Я. дала аналогичные показания свидетелям З. и К..

Показания указанных лиц полностью подтверждаются схемой дорожно- транспортного происшествия, протоколом осмотра места происшествия, а также протоколом осмотра видеозаписи момента ДТП, из которых следует, что столкновение произошло на полосе движения автомобиля «Киа», которая является встречной по отношению к движению автомобиля «Черри» под управлением осужденной.

Доводы осужденной о совершении ДТП вследствие неудовлетворительного состояния проезжей части, из-за наличия на ней ям, выбоин и строительного мусора полностью опровергаются показания свидетеля П., являющегося старшим государственным инспектором дорожного надзора ОГИБДД УМВД России по г.Екатеринбургу, который пояснил, что им было обследовано место ДТП, дефектов дорожного покрытия, ям и выбоин не установлено. В месте ДТП выявлено отсутствие дорожной разметки, которая обозначает край проезжей части и наносится вдоль обочины, а также незначительное занижение обочины относительно проезжей части от 3 до 5 см.

Показания данного свидетеля полностью подтверждаются составленным им на месте ДТП актом выявленных недостатков автомобильной дороги от 2 октября 2019 года (том 1, л.д.48).

С учетом этого, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что на проезжей части не имелось каких либо дефектов, которые могли послужить причиной ДТП.

Виновность ФИО1 в совершенном преступлении также подтверждается и заключением автотехнической экспертизы №3762 (том 1, л.д. 237-239), согласно выводов которой, в данной дорожной ситуации водитель автомобиля «Черри» должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 (абзац 1) Правил дорожного движения РФ, при этом его действия в данном случае не соответствовали указанным требованиям Правил.

Утверждение осужденной о неисправностях в автомобиле, которые лишали ее возможности эффективно и безопасно управлять им, что привело к столкновению с автомобилем потерпевшей, также было предметом проверки суда первой инстанции и обоснованно отвергнуто с приведением мотивов его несостоятельности.

Согласно п.2 выводов заключения автотехнической экспертизы №3762 (том 1, л.д. 237-239) выявленные в ходе осмотра автомобиля «Черри» неисправности имеют не эксплуатационный характер и являются следствием динамического воздействия, возникшего при ДТП.

Аналогичные выводы содержаться и в заключении экспертизы №5475 (том 2, л.д.2-10) согласно которых на автомобиле «Черри» выявлено отделение продольной тяги от рычага подвески правого переднего колеса, которое вероятно произошло при ДТП. Наличие данной неисправности до ДТП могло ухудшить управляемость автомобиля, но не могло повлечь полную утрату его управляемости.

В результате осмотра автомобиля Черри (том 2, л.д.17-25), проведенного с участием специалиста С. установлено отсоединение продольной тяги рычага подвески переднего правого колеса. На лонжероне имеется глубокая вмятина в месте вдавливания в нее растяжки рычага. На рычаге и в местах расположения крепления имеется перефирийный след в виде грязепылевых наложений по контуру растяжки, след скольжения.

Допрошенный в судебном заседании специалист С. исключил эксплуатационный характер данного повреждения и указал, что оно произошло в результате ДТП, поскольку имелся свежий перефирийный пылевой след, а на самом рычаге имелась деформация, что повлекло отрыв крепления.

Заключения судебных экспертиз соответствуют требованиям закона, их выводы надлежаще мотивированы, оснований сомневаться в их достоверности и объективности не имеется.

Превышение, по мнению осужденной, скоростного режима потерпевшей Ч. не влияет на выводы суда первой инстанции о виновности осужденной, поскольку из всей совокупности исследованных доказательств, в том числе заключений экспертиз следует, что причиной ДТП послужил выезд автомобиля ФИО1 на полосу встречного движения, а не превышение скорости потерпевшей.

Указанный вывод суда первой инстанции полностью подтверждается экспертным заключением №5854 (том 2 л.д.46-48) из содержания которого следует, что с момента начала заноса автомобиля «Черри» до момента столкновения с автомобилем «Киа» прошло 0,7 секунды, то есть меньше чем время реакции водителя «Киа», которое составляет 1 секунду, поэтому в его действиях не усматривается нарушения п.10.1 ПДД РФ. Поскольку водители двигались во встречных направлениях, вопрос о наличии технической возможности предотвратить столкновение путем торможения у водителя «Киа» не имеет технического смысла, поскольку торможение и даже остановка одного из транспортных средств не исключает возможности столкновения, поскольку встречное транспортное средство может войти в контакт с ним и после остановки.

Выводы суда в приговоре относительно фактических обстоятельств дела и доказанности вины осужденной в совершении вышеуказанного преступления, являются обоснованными, они подробно мотивированы в приговоре и суд апелляционной инстанции не видит оснований сомневаться в их правильности.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы судом по ч.1 ст.264 УК РФ - как нарушение лицом, управляющим автомобилем правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

При определении вида и размера наказания судом в полной мере учтены положения ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновной, обстоятельства смягчающие наказание осужденной, влияние назначенного наказания на ее исправление и условия жизни его семьи.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств осужденного судом учтены положительные характеристики, наличие заболеваний подсудимой, неудовлетворительное состояние здоровья членов ее семьи, оказание материальной и иной посильной помощи близким родственникам, наличие на иждивении дочери, сожаление о случившимся.

Обстоятельств отягчающих наказание ФИО1 не установлено.

С учетом указанных обстоятельств, тяжести совершенного преступления, личности виновной, суд принял законное и обоснованное решение о необходимости назначения осужденной наказания в виде ограничения свободы.

Суд, принимая данные о личности осужденной, которая ранее привлекалась к административной ответственности за нарушения Правил дорожного движения, обстоятельства совершения преступления, обоснованно в соответствии с ч.3 ст.47 УК РФ назначил ей дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами.

Гражданский иск потерпевшей Ч. разрешен судом в установленном законом порядке. Разрешая вопрос о компенсации морального вреда, суд руководствовался положениями ст.151, ст.1101 Гражданского кодекса РФ, требованиями разумности и справедливости, учитывая при этом, что потерпевшей причинены физические и нравственные страдания.

Оснований для снижения суммы компенсации морального вреда суд апелляционной инстанции не находит.

Доводы жалобы осужденной о необходимости установления вины потерпевшей Ч. как владельца источника повышенной опасности и взыскании с нее денежной компенсации не являются предметом рассмотрения в суде апелляционной инстанции и подлежат рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства.

Доводы апелляционного представления прокурора об отмене приговора не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из приговора суд, удовлетворив исковые требования потерпевшей Ч., взыскал с осужденной процессуальные издержки в сумме 5000 рублей, к которым отнесены расходы на оплату услуг представителя.

Решение суда в этой части закону не противоречит, поскольку из взаимосвязанных положений ст.131 и 132 УПК РФ процессуальные издержки могут быть взысканы с осужденного. В соответствии с ч.6 ст.132 УПК РФ процессуальные издержки возмещаются за счет федерального бюджета в случае имущественной несостоятельности лица, с которого они должны быть взысканы.

Поскольку данных об имущественной несостоятельности ФИО1 в материалах дела не содержится, решение суда о взыскании процессуальных издержек с осужденной является законным и обоснованным.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства, влекущих отмену или изменение приговора, не установлено.

Учитывая вышеизложенное и руководствуясь ст.389.13, п.4 ч.1 ст. 389.20, ст.389.28, ст.389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 14 октября 2020 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционное представление прокурора и апелляционную жалобу осужденной без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в силу немедленно и может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий И.Л. Тертычный