Приговор № 1-5/2017 1-60/2016 от 3 апреля 2017 г. по делу № 1-5/2017

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

4 апреля 2017 г. г. Новочеркасск

Новочеркасский гарнизонный военный суд в составе председательствующего Сивенкова С.В., при секретаре судебного заседания Майбородине А.Д., с участием государственных обвинителей – заместителя и старшего помощника военного прокурора 54 военной прокуратуры (гарнизона) (звание) ФИО1 и (звание) ФИО2, подсудимых ФИО3 и ФИО4, защитников – адвокатов Шабанова Х.Я. и Куманевой Т.Н., потерпевшего Н.П.Н., его представителя – адвоката Авдалян О.В., в открытом судебном заседании, рассмотрел уголовное дело в отношении бывшего военнослужащего войсковой части № (звание)

ФИО4, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, с высшим образованием, ранее не судимого, женатого, имеющего дочерей 2013 и ДД.ММ.ГГГГ г.р., проходившего военную службу по контракту с 2006 по 2016 г., в качестве (звание) с 2012 г., зарегистрированного по адресу: <адрес>, проживающего по адресу: <адрес>

и бывшего военнослужащего войсковой части № (звание)

ФИО3, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, с высшим образованием, холостого, ранее не судимого, проходившего военную службу по контракту с 2001 по 2016 г., в качестве офицера с 2002 г., зарегистрированного и проживающего в <адрес>,

обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ.

Судебным следствием военный суд

УСТАНОВИЛ:

31 октября 2015 г., около 21 часа 30 минут, ФИО4, находясь у торгового павильона ООО «Камелот», расположенного возле дома № 12/8 по ул. 60 лет Победы в п. Казачьи Лагери Октябрьского (с) района Ростовской области, в ходе обоюдной ссоры с гражданином Н.П.Н., возникшей по незначительному поводу, предъявил последнему претензии, относительно порванной куртки, после чего нанес ему один удар правым кулаком в голову, от которого Н.П.Н. упал. Продолжая свои противоправные действия, ФИО4 нанес лежащему на земле Н.П.Н. еще несколько ударов правым и левым кулаками в область лица.

В результате применения ФИО4 насилия Н.П.Н. причинены телесные повреждения в виде ссадин и кровоподтеков лица с переломом костей носа со смещением костных отломков, что по признаку длительности расстройства здоровья квалифицируется как легкий вред здоровью, а также моральный вред.

В тот же день, около 22 часов, возле офицерского общежития, расположенного по той же улице в п. Казачьи Лагери, ФИО3 в ходе конфликта с Н.П.Н., из личных неприязненных отношений, нанес ему один удар правым кулаком в область лица, от чего тот упал на землю, а затем нанес несколько ударов ногой по телу.

В результате применения ФИО3 насилия Н.П.Н. причинено телесное повреждение в виде закрытого перелома 7 ребра слева по передней подмышечной линии, вызвавшего расстройство здоровья продолжительностью свыше трех недель, что квалифицируется как вред здоровью средней тяжести, а также моральный вред.

Подсудимый ФИО4 виновным себя в совершении вмененного преступления не признал и показал, что 31 октября 2015 г. вечером у ларьков по ул. 60 лет Победы в п. Казачьи Лагери у него возник конфликт с отцом и сыном Н., переросший в драку, в ходе которой он наносил потерпевшему хаотичные беспорядочные удары, тем самым защищаясь, при этом он видел, что у Н.П.Н. пошла из носа кровь. Совместно с ФИО3 он не действовал, тот ударов никому не наносил, только разнимал дерущихся.

Подсудимый ФИО3 виновным себя в совершении вмененного преступления не признал и показал, что 31 октября 2015 г. вечером около 22 часов у общежития по ул. 60 лет Победы в п. Казачьи Лагери в ходе конфликта с Н.П.Н. он ударов никому не наносил.

Несмотря на непризнание подсудимыми вины, их виновность подтверждается следующими, представленными сторонами доказательствами.

Потерпевший Н.П.Н. показал, что около 21 часа 30 минут 31 октября 2015 г. напротив торгового павильона ООО «Камелот» водитель автомобиля «Волга» ФИО3 предъявил ему и его сыну претензии по поводу их отказа по ранее достигнутой договоренности ехать в г. Новочеркасск. В это же время ФИО4, выйдя с пассажирского сидения этого же автомобиля, предъявил им надуманные претензии по поводу порванной куртки и нанес ему удар кулаком в голову, от которого он упал, а затем, когда он лежал, еще несколько ударов кулаками в скулы и в нос. После того, как ФИО4 перестал наносить удары, он поднялся, и они с сыном пошли домой. Через несколько минут их догнал автомобиль под управлением ФИО3, который зацепил передним бампером его правую ногу, от чего он упал. Выйдя из автомобиля, ФИО3 ударил его кулаком в лицо, от чего он снова упал. После этого ФИО3 нанес ему не менее двух ударов ногой в левую часть тела, от которых он испытал сильную боль и закричал. В это время подошла его супруга Д.. На следующий день его госпитализировали.

Согласно протоколу принятия устного заявления о преступлении от 1 ноября 2015 г., Н.П.Н. обратился в отдел полиции № 3 МУ МВД России по Ростовской области «Новочеркасское» и заявил о том, что 31 октября 2015 г. около 22 часов на ул. 60 лет Победы в п. Казачьи Лагери неизвестное лицо причинило ему телесные повреждения в виде закрытой черепно-мозговой травмы, сотрясения головного мозга, перелома костей носа и ребер, ушиба головы.

Как усматривается из протоколов проверки показаний на месте и следственного эксперимента с участием потерпевшего Н.П.Н., последний указал на места применения к нему насилия и обстоятельства его применения ФИО4 и ФИО3 31 октября 2015 г., продемонстрировав способ применения насилия и механизм нанесения ударов.

В соответствии с протоколами очных ставок между подозреваемыми ФИО4, ФИО3 и потерпевшим Н.П.Н., последний подтвердил свои показания о применении к нему насилия ФИО4 и ФИО3 31 октября 2015 г.

Свидетель Н.К.П. показал, что около 21 часа 30 минут 31 октября 2015 г. напротив торгового павильона ООО «Камелот» водитель автомобиля «Волга» ФИО3 предъявил ему и его отцу претензии по поводу их отказа ехать в г. Новочеркасск. Вместе с этим, ФИО4, выйдя из этого же автомобиля, предъявил претензии его отцу по поводу порванной куртки и нанес ему удар кулаком в лицо, от которого тот упал, а затем, сев на отца, нанес ему еще несколько ударов кулаками по лицу. После драки они с отцом пошли домой. В последующем ФИО3, управляя автомобилем, догнал их возле офицерского общежития и зацепил его отца передним бампером по правой ноге, от чего он упал. Выйдя из автомобиля, ФИО3 ударил кулаком по лицу его отца, который упал, а затем нанес ему несколько ударов ногой по телу, от чего тот закричал. На следующий день его отца госпитализировали.

Как усматривается из протоколов проверки показаний на месте и следственного эксперимента с участием свидетеля Н.К.П., последний указал на места применения к его отцу насилия и обстоятельства его применения ФИО4 и ФИО3 31 октября 2015 г., продемонстрировав способ применения насилия и механизм нанесения ударов.

В соответствии с протоколами очных ставок между подозреваемыми ФИО4, ФИО3 и свидетелем Н.К.П., последний подтвердил свои показания о применении к его отцу насилия ФИО4 и ФИО3 31 октября 2015 г.

Свидетель Д. показала, что около 22 часов 31 октября 2015 г. она видела, как возле общежития ФИО3 нанес удар кулаком по лицу ее супруга, который упал, а затем нанес ему несколько ударов ногой по телу, от чего он закричал. На следующий день Н.П.Н. обратился в больницу.

Как следует из протокола проверки показаний на месте с участием свидетеля Д., последняя указала на места применения к ее супругу насилия и обстоятельства его применения ФИО3 31 октября 2015 г., продемонстрировав способ применения насилия и механизм нанесения ударов.

Свидетель С1 показал, что 31 октября 2015 г. находился в гостях у своей матери ФИО5 и отмечал день рождения Н.П.Н. Уехал он от родителей около 22 часов. Утром 1 ноября 2015 г. ему позвонила мать и рассказала об избиении ее супруга и его сына, попросив приехать и отвезти их в больницу. От Н.П.Н. ему известно, что его избили ФИО3 и ФИО4.

В судебном заседании были осмотрены 2 рентгеновских снимка грудной клетки от 1 ноября 2015 г. и 2 рентгеновских снимка грудной клетки от 9 ноября 2015 г. с указанием имени Н.П.Н.; медицинская карта стационарного больного № МБУЗ «ГБСМП им. В.И. Ленина» г. Шахты Ростовской области, оформленная на имя Н.П.Н.; медицинская карта амбулаторного больного МБУЗ районной больницы г. Красный ФИО6 Ростовской области, оформленная на имя Н.П.Н.; протоколы СКТ-исследования органов грудной клетки Н.П.Н. отделением лучевой диагностики ГАУ Ростовской области «Областной консультативно-диагностический центр» от 12 декабря 2015 г., пленки с изображениями (КТ) от 19 ноября 2015 г.; заключение исследования МРТ Центра МРТ-диагностики г. Шахты от 2 декабря 2015 г., оформленное на имя Н.П.Н. и лист с МР-томограммами; 2 рентгеновских снимка грудной клетки с указанием имени Н.П.Н. от 13 и от 18 ноября 2015 г.

В соответствии с данными, имеющимися в указанных медицинских документах, с 1 по 11 ноября 2015 г. Н. П.Н. находился на стационарном лечении в МБУЗ «ГБСМП им. В.И. Ленина» г. Шахты Ростовской области, а с 16 по 27 ноября 2015 г. в МБУЗ районной больнице г. Красный ФИО6 Ростовской области с диагнозом: закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга, открытый переломом костей носа, закрытый перелом 7 ребра слева.

Врач И., допрошенный в суде в качестве свидетеля, показал, что в исследованной медицинской карте Н.П.Н. имеется направление на обзорную рентгенограмму грудной клетки, поскольку, вероятно, больной жаловался на боль в грудной клетке. В карте отражено, что Н.П.Н. были сделаны, кроме снимков грудной клетки, и снимки черепа, 1 ноября 2015 г. Ренгенограммы регистрируются, им присваивается порядковый номер, это все отображается в истории болезни больного, также рентген-снимки описываются врачом-рентгенологом, и опись вносится в историю болезни. Снимки потерпевшего Н.П.Н. описывала врач-рентгенолог С2.

Врач С2, допрошенная в суде в качестве специалиста, показала, что она описывала снимки Н.П.Н. и ею по рентген-снимку левой части грудной клетки было установлено наличие перелома 7 ребра слева у больного по передней подмышечной линии. Также пациенту была выполнена рентгенограмма костей носа и черепа, где было установлено наличие у него перелома костей носа со смещением костных отломков. Данные снимки были ею описаны в ноябре 2015 г. Осмотренные ею пять снимков от 1 и 9 ноября 2015 г. соответствуют записям в медицинской карте потерпевшего Н..

Согласно заключению эксперта от 12 февраля 2016 г. №, у Н.П.Н. выявлены телесные повреждения в виде: «закрытой черепно-мозговой травмы с сотрясением головного мозга, с ссадинами и кровоподтеками лица, с открытым переломом костей носа со смещением костных отломков», не являющимися опасными для жизни повреждениями и в совокупности по признаку кратковременное расстройство здоровья, не свыше трех недель (менее 21 дня), квалифицирующиеся как легкий вред здоровью, а также «закрытого перелома 7 ребра слева по передней подмышечной линии», не являющегося опасным для жизни повреждением, как в момент причинения, так и по последствиям, влекущим за собой длительное расстройство здоровья сроком свыше трех недель (более 21 дня) и по признаку длительности расстройства здоровья, квалифицирующимся как средней тяжести вред здоровью. Выявленные у Н.П.Н. повреждения, могли быть причинены ему при обстоятельствах и времени, указанных потерпевшим Н.П.Н., на что указывают данные в представленных на исследование материалах дела.

Эксперт К. в суде пояснил, что в ходе проведения данной экспертизы им установлено наличие телесных повреждений у потерпевшего Н.П.Н., степень их тяжести, вред здоровью. Отсутствие рентген-снимков не ограничивало проведение экспертизы, было достаточно описания снимков врача-рентгенолога с указанием повреждений. Достаточность представленных медицинских документов определяет эксперт. В своей практике эксперты дают заключения, основываясь на описании рентген-снимков врачом-рентгенологом. Из-за большого количества пациентов в БСМП лечащий врач во введении истории болезни мог ошибиться и указать вместо 7 ребра – 6. При проведении экспертизы он руководствовался именно описанием рентген-снимков, сделанных рентгенологом, а не лечащим врачом, поскольку описание рентгенолога более приоритетно, поскольку он является специалистом в этой области, и именно рентгенолог может указать на наличие перелома. Проведение экспертного исследования по светокопиям медицинских документов, заверенных надлежащим образом, допускается.

Приведенный выше вывод эксперта дан квалифицированным специалистом с опытом работы в соответствующих отраслях научной деятельности, основан на данных уголовного дела, которые нашли свое подтверждение в судебном заседании, выполнены с использованием установленных методик экспертных исследований.

Стороной защиты суду были представлены следующие доказательства.

Подсудимый ФИО4 показал, что 31 октября 2015 г. вечером у ларьков по ул. 60 лет Победы в п. Казачьи Лагери он встретил ФИО3, после чего он сел к нему в автомобиль, пообщаться. Через некоторое время, выйдя из автомобиля, он увидел Н., сына и отца, которые выражались нецензурной бранью в его адрес. Он сделал им замечание, после чего Н.К.П. ударил его, а потом его стал бить Н.П.Н. Он схватил последнего и они упали – Н.П.Н. на землю, а он на него. В ходе конфликта с Н.П.Н. и его сыном Н.К.П. он наносил потерпевшему удары защищаясь. Совместно с ФИО3 он не действовал, тот ударов никому не наносил, только разнимал дерущихся. Также к ним подошел сослуживец К1, который поинтересовался о происходящем, а затем ушел. После этого он обнаружил пропажу своего телефона и попросил ФИО3 отвезти его домой. По пути он увидел идущих по дороге Н. около офицерского общежития. Остановив автомобиль, он подошел к ним и спросил про свой телефон. В этот момент его сзади ударил Н.К.П. палкой по левому боку. Вновь началась ссора, в ходе которой он и Н.П.Н. упали. В это время ФИО3 успокаивал Н.К.П., при этом ударов Н.П.Н. ногой в грудь он не наносил. На следующий день он поехал в больницу к Н.П.Н., где видел на его лице телесные повреждения. За два дня до производства следственных действий на месте происшествия он видел из окна, как потерпевший и свидетели обсуждали что-то во дворе. Также он видел из окна, как проводились следственные эксперименты и проверка показаний на месте. При этом не была исключена возможность общения между собой потерпевшего и свидетелей.

Подсудимый ФИО3 показал, что 31 октября 2015 г. вечером он и ФИО4 находились в его автомобиле, припаркованном у ларьков по ул. 60 лет Победы в п. Казачьи Лагери. Там к нему обратился Н.К.П. и попросил отвезти его за 1000 рублей в г. Новочеркасск, на что он ответил отказом, после чего Н.К.П. отошел. Спустя некоторое время ФИО4 вышел из машины в ларек. В последующем позади автомобиля он увидел драку, в ходе которой на земле лежал Н.П.Н. на нем лежал ФИО4, при этом у Н.П.Н. шла из носа кровь. Он разнял дерущихся и Н. ушли. После этого ФИО4 обнаружил, что у него пропал телефон и была порвана куртка. Далее, двигаясь на автомобиле к дому ФИО4, около офицерского общежития они увидели Н., идущих в сторону дома. ФИО4 попросил остановить автомобиль, чтобы спросить у них про пропавший телефон. Подойдя к Н., у них с ФИО4 опять возник конфликт, который он пытался прекратить. В это время к ним подъехал знакомый ФИО7, который поздоровался и уехал. В ходе первого и второго конфликта он ударов никому не наносил, только успокаивал Н., которые находились в состоянии алкогольного опьянения. По его мнению, потерпевший и свидетели его оговаривают, уголовное дело в отношении него сфабриковано, и он считает, что таким образом командир воинской части, в которой он ранее проходил службу, мстит его родному брату и ему по причине имеющихся к ним неприязненных отношений.

Свидетель М.Г.М. суду показал, что со слов его брата - ФИО3 и ФИО4 ему известно, что в конце октября 2015 г. в п. Казачьи Лагери между ФИО4 и Н. возник конфликт и случилась драка. Его брат в драке не участвовал, только разнимал дерущихся. ФИО4 говорил ему, что он бил Н.П.Н., а Н.П.Н.. бил его. Участковый сказал ему, что при необходимости даст показания, что ФИО3 являлся только свидетелем конфликта, и в драке участия не принимал. Когда он был у Н. дома, заметил, что у потерпевшего ровный нос, и он поднимал на руки ребенка, что вызывает у него сомнения относительно наличия у Н.П.Н. перелома ребра. По его мнению, дело в отношении брата сфабриковано, все документы сфальсифицированы, и он считает, что командир воинской части, где служил его брат, таким образом мстит ему, поскольку они ранее пересекались по военной службе, и у них были конфликтные ситуации, а в последующем возникли неприязненные отношения.

Свидетель Х. суду показал, что продавец из торговых павильонов, расположенных в п. Казачьи Лагери, рассказала ему о том, что в этот день вечером возле ларьков была драка с участием его земляков. Там же на асфальте он увидел жидкость, похожую на кровь, замытую водой. Далее он поехал в сторону общежития, где увидел автомобиль Магомедханова марки «Волга», золотистого цвета. Остановившись и выйдя из машины, он увидел, что ФИО4 с кем-то конфликтует, а ФИО3 их разнимает, при этом ударов ФИО3 никому не наносил. В предыдущем судебном заседании он давал неполные показания, поскольку на него оказывалось давление со стороны командования воинской части.

Свидетель С3. показала, что 31 октября 2015 г. драки у ларьков она не видела, но слышала, как ругались несколько человек. Также она видела, как ФИО3 успокаивал одного из участников конфликта, при этом он никого не бил.

Свидетель К1 показал, что он, подходя к торговому павильону, видел, как ругались несколько человек. Он видел только начало и окончание конфликта. Как конфликт развивался, наносили ли конфликтующие удары друг другу, он не видел. Видел, как ФИО3 дважды оттолкнул Н.К.П. от ФИО4 и потерпевшего, сказав, чтобы те успокоились. Также он подтвердил данные им на следствии показания об описанных событиях, происходивших около 21 часа 30 минут 31 октября 2015 г.

Свидетель З. показал, что объяснения по факту причинения телесных повреждений Н.П.Н. он отбирал у потерпевшего и его сына в больнице. Они долго вспоминали события произошедшего, поскольку большую часть их они не помнили. Все, что они смогли вспомнить, было им зафиксировано. О причастности ФИО3 к причинению телесных повреждений ему стало известно в ходе проведенной проверки.

Из оглашенных показаний свидетеля Г1 усматривается, что он видел, как ФИО4 около офицерского общежития конфликтовал с двумя людьми в черных куртках. Через некоторое время из автомобиля «Волга» вышел мужчина и стал разнимать конфликтующих.

Согласно заключению судебно-медицинских экспертов от 9 июня 2016 г. № телесные повреждения, причиненные Н.П.Н., повлекли за собой расстройство здоровья продолжительностью свыше трех недель и квалифицируются как средней тяжести вред здоровью. Данные повреждения образовались в результате травмирующего воздействия тупого твердого предмета (предметов) и могли образоваться как при воздействии таковым (таковыми), либо о таковой (таковые). Такими предметами могли быть части тела невооруженного человека. Видом травматического воздействия, повлекшего образование закрытой тупой травмы головы в виде сотрясения головного мозга, перелома костей носа, перелома 7 ребра по левой передней подмышечной линии, мог быть удар (удары). Видом травматического воздействия при образовании ссадин лицевой области было трение, либо удар в сочетании с трением. Местами приложения травмирующих сил были область носа, левая боковая поверхность груди в проекции 7 ребра по передней подмышечной линии. Преимущественно направление травматических воздействий при условии правильного вертикального положения тела в пространстве в области носа, лицевой области – спереди - назад, в левой боковой поверхности груди – слева - направо. Данные повреждения образовались не менее чем от трех травматических воздействий. Не исключается образование указанных телесных повреждений около 22 ч. 31 октября 2015 г. при обстоятельствах и времени, указанных в обвинительном заключении. Закрытая травма головы с сотрясением головного мозга, перелом носа, ссадины и кровоподтеки лицевой области могли образоваться от травматического воздействия кистями рук, согнутыми в кулаки, в область лица и носа, а перелом 7 ребра мог образоваться от травматического воздействия обутой ногой в левую боковую поверхность груди.

Врач Г2, допрошенный в суде в качестве эксперта, показал, что он принимал участие в проведении вышеназванной комиссионной экспертизы и отвечал на вопросы, только касающиеся рентгенограмм. Он изучил представленные рентгенограммы, компьютерные томограммы по грудной клетке, по которым ему были заданы вопросы председателем комиссии о наличии перелома ребра, костной мозоли на ребре, о давности перелома, согласен ли он с заключением врача-рентгенолога. При исследовании рентгенограмм грудной клетки Н.П.Н. был обнаружен перелом 7 ребра слева по передней подмышечной линии со смещением костных отломков. Маркировка на рентгенограммах свидетельствует о том, что эти рентгенограммы принадлежат потерпевшему Н.П.Н. При исследовании рентген-снимков в судебном заседании он утверждал, что все они принадлежат одному человеку, каких-либо следов потертостей, отрыва либо иных признаков, характерных для подмены маркировок, на снимках не имеется. В медицинской карте записи о произведенных Н.П.Н. рентгенограммах отсутствуют.

Эксперт К2, допрошенный в суде, показал, что он принимал участие в проведении вышеназванной комиссионной экспертизы и готовил экспертное заключение. В своем заключении эксперты расценили перелом носа Н.П.Н. как вред здоровью средней тяжести, поскольку по новым правилам срок заживления перелома костей носа со смещением костных отломков составляет от 25 до 40 дней, что является вредом средней тяжести. Если бы у экспертов были документы, подтверждающие при выписке Н.П.Н. через 11 суток срастание его костей носа, то данный вред здоровью можно было бы расценить, как легкий вред здоровью, чего он не исключает. При определении степени тяжести вреда, причиненного здоровью, не имеет значения открытый перелом костей носа со смещением костных отломков или закрытый. Перелом носа может быть причинен одним ударом кулаком в нос, а следствием этого является течение крови из носа.

Принимая во внимание, что все сомнения, возникающие при рассмотрении дела, трактуются в пользу подсудимого, суд полагает, что телесное повреждение в виде перелома костей носа со смещением костных отломков должно быть расценено, в соответствии с заключением эксперта от 12 февраля 2016 г. №, как легкий вред здоровью.

Как следует из акта экспертного исследования от 16 декабря 2015 г. № (л.д. 75 т. 1), оно проведено без медицинских документов и самого Н.П.Н., а в качестве объекта исследования указан только запрос следователя ФИО8 от 16 декабря 2015 г.

Из объяснений потерпевшего Н. (л.д. 9 т. 1) усматривается, что участковому З. он дал объяснения по факту драки около торгового павильона, в котором указал, что в ходе драки, спровоцированной пассажиром автомобиля «Волга», ему были нанесены этим пассажиром удары в различные части тела, в результате чего он почувствовал боль в области ребер слева.

Согласно объяснениям свидетеля Н.К.П. участковому (л.д. 12 т. 2), в ходе драки возле торговых павильонов пассажир автомобиля «Волга» наносил его отцу удары руками и ногами. Водитель автомобиля его отца не бил.

Как следует из объяснения ФИО3 от 9 ноября 2015 г. участковому полиции (л.д. 20-21 т. 1), он разнимал драку возле магазинов между ФИО4 и двумя неизвестными, находившимися в состоянии сильного алкогольного опьянения. Он оттащил одного и второго неизвестного от ФИО4, которые боролись на земле и наносили друг другу удары.

Как усматривается из объяснения ФИО3 от 1 декабря 2015 г. (л.д. 84 т. 1), он видел, как ФИО4 дрался с двумя мужчинами. Он пытался из разнимать - когда он оттаскивал первого из нападавших, то второй нападал на ФИО4, а когда он оттаскивал второго, то нападал первый. Из-за чего произошел конфликт, он не слышал. После того, как эти мужчины ушли, они с ФИО4 поехали искать телефон и снова их встретили. На вопросы о телефоне один из них стал наносить ФИО4 удары палкой, после чего он забрал палку и разнял их.

По ходатайству защитника Шабанова из материалов уголовного дела оглашены:

- рапорт ФИО9 начальнику ОП № 3 МУ МВД РФ «Новочеркасское» от 5 ноября 2015 г. (л.д. 19 т. 1), в котором указано, что в ходе проверки по факту причинения Н.П.Н. телесных повреждений неустановленным лицом получена информация, что указанные повреждения причинены ФИО4;

- протокол осмотра места происшествия от 11 ноября 2015 г. (л.д. 31-32 т. 1), в ходе которого осмотрен участок местности, расположенный около торговых ларьков на ул. 60 лет Победы в п. Казачьи Лагери;

- постановление о передаче сообщения о преступлении по подведомственности от 11 ноября 2015 г. (л.д. 33 т. 1), в котором указано, что в рамках первоначальной проверки по сообщению о преступлении Н.П.Н. установлено, что телесные повреждения потерпевшему причинены ФИО4;

- уведомление Н.П.Н. о передаче сообщения о преступлении по подследственности от 12 ноября 2015 г. (л.д. 34 т. 1);

- сопроводительное письмо к материалам проверки по заявлению Н.П.Н. (л.д. 6 т. 1), направленным начальником ОП № 3 МУ МВД РФ «Новочеркасское» руководителю 54 ВСО 12 ноября 2015 г., которые были зарегистрированы только 8 декабря 2015 г.;

- постановление о возбуждении уголовного дела от 17 декабря 2015 г. (л.д. 1-2 т. 1) в отношении ФИО4 и ФИО3, подозреваемых в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ;

- поручение военного прокурора о расследовании уголовного дела в форме предварительного следствия от 22 декабря 2015 г. (л.д. 4 т. 1);

- резолюция руководителя 54 ВСО от 8 декабря 2015 г. о регистрации сообщения о преступлении, предусмотренного п. «д» ч. 2 ст. 112 УК РФ, для принятия решения следователем ФИО8 (л.д. 5 т. 1), с подписью названного следователя;

- карточка учета правонарушений Н.К.П. (л.д. 13-15 т. 1), в которой отражены факты неоднократного привлечения Н.К.П. к административной ответственности за различные правонарушения;

- сообщение командира войсковой части № руководителю 54 ВСО от 30 ноября 2015 г., зарегистрированное 8 декабря 2015 г., (л.д. 35-36 т. 1) по факту драки ФИО3 и ФИО4 с Н., в результате которой Н.П.Н. причинены телесные повреждения;

- сопроводительное письмо от 30 ноября 2015 г. (л.д. 37 т. 1), которым военный прокурор 54 военной прокуратуры (гарнизона) направил руководителю 54 ВСО сообщение командира войсковой части №;

- сообщение командира войсковой части № военному прокурору 54 военной прокуратуры (гарнизона) от 30 ноября 2015 г., зарегистрированное 30 ноября 2015 г., (л.д. 38-39 т. 1) по факту драки ФИО3 и ФИО4 с Н., в результате которой Н.П.Н. причинены телесные повреждения;

- постановление следователя о продлении срока проверки сообщения о преступлении от 10 декабря 2015 г. (л.д. 55 т. 1);

- запрос следователя начальнику ФКУЗ «1 военный госпиталь ВВ МВД России» (л.д. 74 т. 1), в котором указаны телесные повреждения, причиненные потерпевшему, и предварительно запрашивается информация о причиненном вреде здоровью;

- рапорт ФИО8 (л.д. 76 т. 1) руководителю 54 ВСО о возможности соединения материалов проверок сообщений о преступлениях от 16 декабря 2015 г. № и от 8 декабря 2015 г. № в отношении ФИО4 и ФИО3;

- резолюция руководителя 54 ВСО от 16 декабря 2015 г. о регистрации сообщения о преступлении, предусмотренном п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ, для принятия решения следователем ФИО8 (л.д. 77 т. 1), с подписью названного следователя;

- сообщение Д. о преступлении от 1 декабря 2015 г. (л.д. 78 т. 1) по факту избиения ее супруга Н.П.Н. начальником автомобильной службы войсковой части № и ФИО4;

- сопроводительное письмо военного прокурора 54 военной прокуратуры (гарнизона) руководителю 54 ВСО от 3 декабря 2015 г., зарегистрированное 16 декабря 2015 г. (л.д. 79 т. 1), в котором указано о направлении материалов проверки в отношении ФИО3 и ФИО4;

- рапорт заместителя командира войсковой части № по воспитательной работе от 30 ноября 2015 г. (л.д. 80 т. 1) по факту драки ФИО3 и ФИО4 с Н-выми, в результате которой Н.П.Н. причинены телесные повреждения;

- объяснение Д. (л.д. 81 т. 1) по факту избиения ее супруга Н.П.Н. начальником автомобильной службы войсковой части № и ФИО4;

- объяснение Н.П.Н. (л.д. 82 т. 1), в котором указано об избиении его ФИО4 и вторым лицом;

- объяснение К1 (л.д. 83 т. 1), в котором указано, что Н. около 21 часа 30 минут 31 октября 2015 г. возле торговых павильонов пытались применить насилие к ФИО4, а ФИО3 их разнимал;

- запрос следователя главному врачу БСМП г. Шахты от 5 февраля 2016 г. о направлении заверенной копии истории болезни Н.П.Н. и рентгеновских снимков (л.д. 171 т. 1);

- рапорт следователя о приобщении к материалам дела указанной копии истории болезни без рентгеновских снимков (л.д. 172 т. 1);

- постановление следователя от 16 марта 2016 г. о передаче выделенных материалов по подведомственности (л.д. 228 т. 2);

- сопроводительное письмо к выделенным материалам от 16 марта 2016 г. (л.д. 229 т. 2);

- сопроводительное письмо следователя начальнику ФКУЗ «1 военного госпиталя ВВ МВД РФ» к постановлению о назначении экспертизы (л.д. 239 т. 1), в котором указано, что для экспертизы представляются история болезни Н.П.Н., протокол его допроса и следственных экспериментов с участием Н.П.Н. и Н.К.П.;

- рапорт следователя от 3 марта 2016 г. (л.д. 195 т. 2), в котором указано, что очевидцев применения 31 октября 2015 г. насилия к Н.П.Н. не установлено;

- постановление следователя от 16 марта 2016 г. (л.д. 227 т. 2) о выделении материалов в части нанесения Н.П.Н. и Н.К.П. побоев ФИО4;

- постановление о передаче сообщения о преступлении, предусмотренном ч. 1 ст. 116 УК РФ, совершенное Н-выми в отношении ФИО4, по подследственности (л.д. 228 т. 2).

Оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд считает установленным, что виновность ФИО4 и ФИО3 в совершении инкриминируемого им в вину преступления нашла свое подтверждение в судебном заседании. Свои выводы суд основывает на следующем.

Так, показания потерпевшего Н.П.Н. и свидетеля Н.К.П., подтверждённые ими как в ходе очных ставок с подсудимыми, на следственных экспериментах, при проверки показаний на месте, так и в судебном заседании, а также показания свидетелей Д. и С1, согласуются между собой, конкретизируют обстоятельства дела, при этом каких бы то ни было обстоятельств, позволяющих суду усомниться в их объективности, не установлено, в связи с чем суд признает указанные доказательства достоверными.

Эти доказательства в их совокупности воссоздают обстоятельства противоправного поведения ФИО4 и ФИО3, изложенные в описательной части настоящего приговора, и опровергают показания подсудимых о своей непричастности к содеянному, в связи с чем показания потерпевшего и указанных свидетелей, которые признаны судом достоверными, полностью подтверждающими предъявленное подсудимым обвинение, суд кладет в основу настоящего приговора.

Что касается неточностей в сведениях, сообщаемых Н. в судебном заседании, связанных с количеством, последовательностью и локализацией применения насилия подсудимыми ФИО4 и ФИО3 к потерпевшему, то это объясняется субъективным восприятием ими обстоятельств избиения в ночное время, нахождением в условиях психотравмирующей обстановки после употребления алкоголя и прошествием длительного времени после этих событий, в течение которого обстоятельства исследуемых событий и несущественные детали могли забыться.

В свою очередь показания подсудимых о непричастности к причинению потерпевшему вреда здоровью и об их оговоре потерпевшим и свидетелями, а также о сфабрикованном характере уголовного дела по мотивам мести командира воинской части, где служил подсудимый, братьям ФИО3, суду представляются неубедительными, поскольку не подтверждаются материалами дела и противоречат им, в связи с чем их показания по указанным выше мотивам суд отвергает, как не соответствующие действительности и имеющие своей целью избежать наказания.

Каких-либо объективных данных, свидетельствующих о наличии возможных неприязненных отношений либо иных обстоятельств, могущих явиться причиной для оговора ФИО4 и ФИО3 потерпевшим и свидетелями, в материалах дела не содержится и в судебном заседании не добыто.

Кроме того, показания подсудимых не согласуются между собой относительно присутствия очевидцев конфликта и содержат противоречия с показаниями допрошенных свидетелей защиты, в частности свидетеля ФИО7, который показал, что он полностью видел весь конфликт у общежития.

Между тем ФИО3 показал, что после того, как конфликт у общежития был исчерпан и Н. ушли, подъехал Х., спросил, что случилось, затем уехал. После чего он отвез ФИО4 домой.

Из показаний подсудимого ФИО4, данных им в судебном заседании не усматривается, в какой момент подъехал к месту конфликта Х.. ФИО4 лишь указал на то, что Х. отказался подвезти его домой, так как спешил.

При таких обстоятельствах, оценивая в совокупности с другими доказательствами по делу показания свидетеля Х., которые противоречат его же показаниям, данным им в предыдущем судебном заседании, суд относится критически, поскольку его показания не нашли подтверждения в настоящем судебном заседании, и были опровергнуты показаниями потерпевшего Н.П.Н. и свидетеля Н.К.П., которые изложены выше в настоящем приговоре.

Ссылка подсудимых ФИО4 и ФИО3 и их защитников на показания свидетеля М.Г.М., не может являться основанием для вывода суда о невиновности подсудимых, поскольку эти показания не противоречат другим доказательствам по делу, уличающим ФИО4 и ФИО3, и не исключают обстоятельств, вышеописанных в приговоре.

В частности, М.Г.М. очевидцем исследуемых событий не являлся и сообщил суду все известное со слов брата ФИО3 и ФИО4. В обоснование своих доводов относительно должностных лиц, сфабриковавших уголовное дело в отношении брата, свидетель М.Г.М. источник своей осведомленности назвать не смог. Кроме того, о фальсификации материалов уголовного дела он никому не заявлял и в правоохранительные органы не обращался. Доказательств неправдивости показаний свидетеля ФИО5, а также данных, позволяющих усомниться в наличии перелома ребра у потерпевшего, он суду не представил.

Ссылку подсудимых ФИО3 и ФИО4 и их защитников на показания свидетелей К1, С3. и Г1, суд находит несостоятельной, поскольку К1 видел только начало и конец конфликта между ФИО4 и Н.П.Н. возле торгового павильона, а С3. только слышала звуки этого конфликта, что не опровергает причинение ФИО4 потерпевшему телесных повреждений возле торговых павильонов и само по себе не может являться основанием для вывода суда о непричастности подсудимых к произошедшему.

Показания же Г1 о том, что ФИО3 разнимал участников конфликта и успокаивал Н. после окончания конфликта, не исключают причинение ФИО3 Н.П.Н. телесного повреждения в виде перелома ребра у общежития при вышеуказанных обстоятельствах, а кроме того, его утверждение об обратном опровергается показаниями допрошенных потерпевшего и свидетелей стороны обвинения.

Объяснения Н. участковому, исследованные судом, не опровергают обоснованность предъявленного обвинения, поскольку согласно показаниям участкового З., потерпевший долго вспоминал обстоятельства произошедших накануне событий, и он отбирал объяснения, исходя из того, что они могли вспомнить. В последующем потерпевший Н.П.Н. дал более подробные объяснения, которые не противоречат первому объяснению и его показаниям в судебном заседании.

Не свидетельствует о необоснованности предъявленного ФИО3 обвинения и то обстоятельство, что в материалах проверки полицией сообщения о преступлении отсутствовали сведения о причинении ФИО3 телесных повреждений потерпевшему, поскольку такие сведения были получены в ходе предварительного следствия по данному делу и исследованы в судебном заседании.

Вопреки доводам защиты, исследованные судом материалы дела не содержат сведений о заинтересованности полиции, следственных органов, командования, медицинских работников и экспертов в привлечении подсудимых к уголовной ответственности и необоснованности обвинения. Сведений о нарушениях, допущенных органами предварительного следствия, которые повлекли нарушения процессуальных прав подсудимых на защиту, в материалах дела не содержится.

Показания ФИО4 о том, что он видел из окна дома подготовку потерпевшего и свидетелей к проведению следственных действий на месте происшествия, а также то, что при производстве следственных действий не была исключена возможность общения потерпевшего и свидетелей, своего подтверждения в судебном заседании не нашли.

Исправления в медицинской карте стационарного больного №, оформленной на имя Н.П.Н., поступившей из МБУЗ «ГБСМП им. В.И. Ленина» г. Шахты Ростовской области, в части указанного Б. перелома 6 ребра на 7 ребро, выявлены при осмотре этого документа в ходе судебного разбирательства. Данные исправления сделаны до поступления данной медицинской карты в суд и согласуются с показаниями врача Г2 о том, что в подлиннике карты перелом 6 ребра был исправлен на перелом 7, поскольку первые снимки на момент поступления потерпевшего, скорее всего, смотрел не врач-рентгенолог, и этот врач неправильно определил, какое ребро было сломано. Исходя из исследованных в судебном заседании рентген-снимков, на перелом 6 ребра было указано ошибочно.

Таким образом, приведенные выше доказательства обвинения суд признает допустимыми, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, и достоверными, а в совокупности - достаточными для вывода о виновности ФИО4 и ФИО3 в совершении инкриминируемого преступления.

Поскольку нарушений уголовно-процессуального закона при собирании и закреплении указанных доказательств, а также иных доказательств по делу, в ходе проведенного судебного следствия не установлено, вопреки доводам стороны защиты, оснований для признания недопустимыми доказательствами запроса следователя ФИО8 о вреде здоровью Н.П.Н., акта экспертного исследования от 16 декабря 2015 г. №, протоколов следственных экспериментов с участием Н.П.Н. и Н.К.П., протоколов очных ставок между Н. и ФИО3, протоколов проверки показаний на месте ФИО5 и Н., протоколов очных ставок между Н. и ФИО4, заключения судебно-медицинских экспертов от 9 июня 2016 г. №, не имеется.

Органами предварительного следствия совместные действия подсудимых ФИО4 и ФИО3, причинивших потерпевшему Н. средней тяжести вред здоровью, не опасный для жизни человека и не повлекший последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавший длительное расстройство его здоровья, квалифицированы по п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ.

Государственный обвинитель в прениях сторон, реализуя свои полномочия в соответствии с ч. 8 ст. 246 УПК РФ, просил исключить из объема предъявленного обвинения квалифицирующий признак – группу лиц, и переквалифицировать действия подсудимых – ФИО4 с п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ на ч. 1 ст. 115 УК РФ, а ФИО3 – с п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ на ч. 1 ст. 112 УК РФ, исходя из фактически установленных в ходе судебного следствия обстоятельств, и причинения потерпевшему Н.П.Н. ФИО4 легкого вреда здоровью, а ФИО3 - вреда здоровью средней тяжести.

Суд, с учетом исследованных обстоятельств дела, находит позицию государственного обвинителя обоснованной, и считает вину ФИО4 и ФИО3 в совершении преступления группой лиц недоказанной.

Телесное повреждение в виде закрытой черепно-мозговой травмы с сотрясением головного мозга 31 октября 2015 г. могло быть причинено Н. как от ударов ФИО4 у торгового павильона, так и от удара ФИО3 у общежития, на что указал эксперт ФИО10, исходя из локализации нанесения ударов и обстоятельств, установленных в судебном заседании.

В связи с тем, что по делу не установлено, следствием действий кого из подсудимых является причиненная закрытая черепно-мозговая травма с сотрясением головного мозга, причинение этого телесного повреждения Н.П.Н. суд исключает из объема обвинения обоих подсудимых, ввиду недоказанности вины каждого из них в отдельности в причинении этого телесного повреждения.

Таким образом, давая юридическую оценку содеянному подсудимым ФИО4, суд считает доказанным, что он около 21 часа 30 минут 31 октября 2015 г. совершил насильственные действия в отношении потерпевшего Н.П.Н., умышленно нанеся ему удар кулаком в лицо, причинив тем самым перелом костей носа со смещением костных отломков, т.е. легкий вред здоровью, вызвавший кратковременное расстройство здоровья, поэтому действия ФИО4 подлежат переквалификации с п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ на ч. 1 ст. 115 УК РФ.

Также суд считает установленным, что ФИО3 около 22 часов 31 октября 2015 г. умышленно нанес потерпевшему Н.П.Н., лежащему на земле, удар ногой в левую часть туловища, причинив закрытый перелом 7 ребра слева по передней подмышечной линии, т.е. средней тяжести вред здоровью, не опасный для жизни человека и не повлекший последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавший длительное расстройство его здоровья, в связи с чем его действия суд переквалифицирует с п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ на ч. 1 ст. 112 УК РФ.

При назначении наказания каждому из подсудимых суд принимает во внимание, что к уголовной ответственности они привлекаются впервые, учитывает характер и степень общественной опасности совершенных ими преступлений, личность подсудимых, а также влияние назначенного наказания на их исправление и условия жизни их семей.

В соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ обстоятельством, смягчающим наказание ФИО4, суд признает наличие у него двоих малолетних детей.

Также, суд принимает во внимание, что у Магомедханова мать – инвалид второй группы, он положительно характеризовался по месту обучения и месту жительства.

Кроме того, в качестве обстоятельств, смягчающих наказание каждому из подсудимых, суд учитывает их положительные характеристики по службе, что они являются ветеранами боевых действий, участвовали в контртеррористических операциях, награждены ведомственными медалями и юбилейными знаками.

Принимая во внимание, что в апелляционном порядке предыдущий приговор по делу, по которому применена ст. 73 УК РФ и назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным, отменен, по жалобам и подсудимых и потерпевшего, суд полагает возможным назначить ФИО4 за совершенное преступление более мягкое наказание в виде штрафа.

Учитывая, что ФИО3, в силу положений, установленных законом, не может быть назначен ни один из предусмотренных санкцией ч. 1 ст. 112 УК РФ видов наказания (ограничение свободы - в силу ч. 6 ст. 53 УК РФ, принудительные работы - в силу ч. 7 ст. 531 УК РФ, арест - в связи с неприменением в настоящее время, лишение свободы - в силу ч. 1 ст. 56 УК РФ), суд полагает возможным назначить ФИО3 более мягкое наказание, чем предусмотрено санкцией данной статьи, в виде штрафа.

Потерпевшим Н.П.Н. к ФИО4 предъявлены исковые требования о компенсации причиненного морального вреда на сумму 200 000 руб., и к ФИО3 на сумму 300000 руб., связанные с полученными им телесными повреждениями и перенесенными нравственными страданиями.

Подсудимые предъявленные исковые требования не признали.

Рассмотрев гражданский иск потерпевшего Н.П.Н. к ФИО4 о компенсации причиненного им морального вреда на сумму 200000 руб., с учетом представленных доказательств, установления вины подсудимого в совершении указанного преступления, суд находит основания иска подтвержденными в ходе судебного разбирательства. Что же касается размера компенсации причиненного Н.П.Н. морального вреда, то с учетом положений ст. 151, 1099-1101 ГК РФ, характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, в том числе с учетом его возраста и состояния здоровья, степени вины подсудимого, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, суд приходит к выводу о необходимости частичного удовлетворения иска, в размере 50000 руб., с отказом в остальной части на сумму 150000 руб.

Рассмотрев гражданский иск потерпевшего Н.П.Н. к ФИО3 о компенсации причиненного им морального вреда на сумму 300000 руб., с учетом представленных доказательств, установления вины подсудимого в совершении указанного преступления, суд находит основания иска подтвержденными в ходе судебного разбирательства. Что же касается размера компенсации причиненного Н.П.Н. морального вреда, то с учетом положений ст. 151, 1099-1101 ГК РФ, характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, в том числе с учетом его возраста и состояния здоровья, степени вины подсудимого, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, суд приходит к выводу о необходимости частичного удовлетворения иска, в размере 100000 руб., с отказом в остальной части на сумму 200000 руб.

Согласно п. 11 ч. 2 ст. 131 УПК РФ, процессуальные издержки по делу в сумме 125000 руб., состоящие из суммы, подлежащей выплате потерпевшему Н.П.Н. в качестве возмещения расходов на представителей, участвовавших в суде первой инстанции в ходе предыдущего судебного разбирательства, завершившегося постановлением отмененного приговора, а также в суде апелляционной инстанции, суд полагает подлежащими возмещению за счет средств федерального бюджета.

Процессуальные издержки по делу в размере 80 000 руб., состоящие из суммы, подлежащей выплате потерпевшему Н. в качестве возмещения расходов на представителя в суде первой инстанции после отмены приговора при повторном рассмотрении дела, суд полагает, в соответствии с ч. 7 ст. 132 УПК РФ, подлежащими взысканию с ФИО4 в сумме 30000 руб., а с ФИО3 - 50000 руб., с обоих в доход федерального бюджета.

Согласно ст. 131 и 132 УПК РФ процессуальные издержки по делу, связанные с выплатой вознаграждения защитнику по назначению за оказание юридической помощи подсудимому ФИО4 в суде в размере 21 560 руб., подлежат взысканию с подсудимого ФИО4 в доход федерального бюджета.

Для обеспечения исполнения приговора с учетом характера совершенных ФИО4 и ФИО3 преступлений и подлежащих назначению наказаний, суд считает необходимым оставить ранее избранные в отношении подсудимых меры пресечения в виде подписок о невыезде и надлежащем поведении без изменения.

При рассмотрении вопроса о судьбе вещественных доказательств суд руководствуется положениями ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 302, 308 и 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО4 признать виновным в умышленном причинении потерпевшему легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ, и назначить ему наказание в виде штрафа в размере 30000 (тридцать тысяч) руб.

ФИО3 признать виновным в умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью потерпевшего, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство его здоровья, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 112 УК РФ, и назначить ему наказание в виде штрафа в размере 50000 (пятьдесят тысяч) руб.

До вступления приговора в законную силу меры пресечения в отношении ФИО3 и ФИО4 в виде подписок о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения.

Гражданский иск потерпевшего Н.П.Н. о компенсации причиненного морального вреда ФИО4 на сумму 200 000 руб. удовлетворить частично.

Взыскать с осужденного ФИО4 в пользу Н.П.Н. 50 000 (пятьдесят тысяч) руб. в счет компенсации морального вреда, а в остальной части данных исковых требований на сумму 150000 руб. в удовлетворении отказать.

Гражданский иск потерпевшего Н.П.Н. о компенсации причиненного морального вреда ФИО3 на сумму 300000 руб. удовлетворить частично.

Взыскать с осужденного ФИО3 в пользу Н.П.Н. 100 000 (сто тысяч) руб. в счет компенсации морального вреда, а в остальной части данных исковых требований на сумму 200000 руб. в удовлетворении отказать.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства по делу:

- 2 рентгеновских снимка грудной клетки от 1 ноября 2015 г. и 2 рентгеновских снимка грудной клетки от 9 ноября 2015 г. с указанием имени Н.П.Н., медицинскую карту амбулаторного больного МБУЗ районной больницы г. Красный ФИО6 Ростовской области, оформленную на имя Н.П.Н., протоколы СКТ-исследования органов грудной клетки Н.П.Н. отделением лучевой диагностики ГАУ «Областной консультативно-диагностический центр» от 12 декабря 2015 г., пленки с изображениями (КТ) от 19 ноября 2015 г., заключение исследования МРТ Центра МРТ-диагностики г. Шахты от 2 декабря 2015 г., оформленное на имя Н.П.Н. и лист с МР-томограммами, представленные в суд потерпевшим и находящиеся на хранении в Новочеркасском гарнизонном военном суде, передать Н.П.Н.;

- медицинскую карту стационарного больного № МБУЗ «ГБСМП им. В.И. Ленина» г. Шахты Ростовской области, оформленную на имя Н.П.Н., находящуюся на хранении в Новочеркасском гарнизонном военном суде, передать по принадлежности в МБУЗ «ГБСМП им. В.И. Ленина» г. Шахты Ростовской области;

- 2 рентгеновских снимка грудной клетки с указанием имени Н.П.Н. от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, находящиеся на хранении в Новочеркасском гарнизонном военном суде, передать по принадлежности в МБУЗ районной больнице г. Красный ФИО6 Ростовской <адрес>.

Процессуальные издержки по делу, состоящие из сумм, подлежащих выплате потерпевшему Н.П.Н. за оказание ему юридической помощи в суде первой инстанции в ходе предыдущего судебного разбирательства, завершившегося постановлением отмененного приговора, и в суде апелляционной инстанции, в размере 125000 (сто двадцать пять тысяч) руб., возместить за счет средств федерального бюджета.

Процессуальные издержки по делу, состоящие из суммы, подлежащей выплате потерпевшему Н.П.Н. в качестве возмещения расходов на представителя в суде первой инстанции после отмены приговора при повторном рассмотрении дела, взыскать с ФИО4 в размере 30000 (тридцать тысяч) руб., с ФИО3 в размере 50000 (пятьдесят тысяч) руб., с обоих в доход федерального бюджета.

Процессуальные издержки по делу, связанные с выплатой вознаграждения защитнику-адвокату по назначению за оказание юридической помощи подсудимому ФИО4 в суде в размере 21 560 (двадцать одна тысяча пятьсот шестьдесят) руб., взыскать с ФИО4 в доход федерального бюджета.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Северо-Кавказского окружного военного суда в течение 10 суток со дня его постановления.

В случае направления уголовного дела в судебную коллегию по уголовным делам Северо-Кавказского окружного военного суда для рассмотрения в апелляционном порядке осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в заседании суда апелляционной инстанции, поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику, отказаться от защитника либо ходатайствовать перед судом апелляционной инстанции о назначении ему защитника.

Председательствующий по делу С.В. Сивенков