Решение № 2-2548/2020 2-2548/2020~М-2625/2020 М-2625/2020 от 22 сентября 2020 г. по делу № 2-2548/2020

16RS0036-01-2020-008164-38

Подлинник данного решения приобщен к гражданскому делу № 2-2548/2020 Альметьевского городского суда Республики Татарстан

копия дело № 2-2548/2020


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

22 сентября 2020 года г.Альметьевск

Альметьевский городской суд Республики Татарстан в составе

судьи Абдрахмановой Л.Н.,

при секретаре Гайфуллиной А.А.,

с участием прокурора Саитова И.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО19 к Бугульминскому механическому заводу ПАО «Татнефть» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, признании перевода в другую местность незаконным, признании записи об увольнении электронной трудовой книжке незаконной, признании законными и обоснованными действия самозащиты, взыскании заработной платы, компенсации за задержку заработной платы, взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратился в суд с иском к Бугульминскому механическому заводу ПАО «Татнефть» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, указывая, что он работал электромонтером по ремонту и обслуживанию электрооборудования в Бугульминском механическом заводе ПАО «Татнефть». Приказом № 99-к от 3 августа 2020 года трудовой договор с ним расторгнут по п.п. «а»п.6 ч.1 ст.81 ТК РФ по основанию неоднократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей – прогул. Считает, что он уволен незаконно.

С учетом увеличенных требований просит признать увольнение незаконным, восстановить его на работе, признать перевод в НГДУ «Ямашнефть» ПромБазу Дальние Ямаши бывшее здание АБК ЦППД не обусловленную трудовым договором незаконным, признать запись об увольнении в электронной трудовой книжке незаконной, признать законным и обоснованным действия самозащиты, взыскать заработную плату за время вынужденного прогула начиная с 5 августа 2020 года до восстановления его на работе, 70365 руб. 44 коп. за период невыплаты заработной платы за период с 1 июня 2020 года по 4 августа 2020 года, компенсации за задержку заработной платы в размере 1/150 части от ставки рефинансирования ЦБ РФ за каждый день просрочки, 8705 руб. 68 коп. за оплачиваемые праздничные дни и за день прохождения ежегодного медицинского осмотра и компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб. Также истец просил обязать Государственную инспекцию труда провести проверку в структурном подразделении ответчика БМЗ ПАО «Татнефть» ССОО №40 / участок наземных приводов ШГН №1, на предмет проведения СОУТ, согласно федеральному закону 426, на предмет соответствий трудовых договоров сотрудников с местностью в которой они работают.

В судебном заседании ФИО2 иск поддержал.

Представители ответчика Бугульминского механического завода ПАО «Татнефть» иск не признали.

Выслушав объяснения истца, представителя ответчика, свидетелей, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, суд приходит к следующему.

Согласно подпункту «а» пункта 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях: прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

В соответствии со ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

В пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Статьей 379 Трудового кодекса Российской Федерации разъяснено, что в целях самозащиты трудовых прав работник, известив работодателя или своего непосредственного руководителя либо иного представителя работодателя в письменной форме, может отказаться от выполнения работы, не предусмотренной трудовым договором, а также отказаться от выполнения работы, которая непосредственно угрожает его жизни и здоровью, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами. На время отказа от указанной работы за работником сохраняются все права, предусмотренные трудовым законодательством и иными актами, содержащими нормы трудового права. В целях самозащиты трудовых прав работник имеет право отказаться от выполнения работы также в других случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

В соответствии с частью 2 статьи 142 Трудового кодекса Российской Федерации, в случае задержки выплаты заработной платы на срок более 15 дней работник имеет право, известив работодателя в письменной форме, приостановить работу на весь период до выплаты задержанной суммы. Не допускается приостановление работы: в периоды введения военного, чрезвычайного положения или особых мер в соответствии с законодательством о чрезвычайном положении; в органах и организациях Вооруженных Сил Российской Федерации, других военных, военизированных и иных формированиях и организациях, ведающих вопросами обеспечения обороны страны и безопасности государства, аварийно-спасательных, поисково-спасательных, противопожарных работ, работ по предупреждению или ликвидации стихийных бедствий и чрезвычайных ситуаций, в правоохранительных органах; государственными служащими; в организациях, непосредственно обслуживающих особо опасные виды производств, оборудования; работниками, в трудовые обязанности которых входит выполнение работ, непосредственно связанных с обеспечением жизнедеятельности населения (энергообеспечение, отопление и теплоснабжение, водоснабжение, газоснабжение, связь, станции скорой и неотложной медицинской помощи).

Из материалов дела следует, что на основании трудового договора №0335/309 от 3 марта 2017 года ФИО2 принят на работу в Бугульминский механический завод ПАО «Татнефть» им.В.Д.Шашина на должность электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования 3 разряда в Службу сервисного обслуживания оборудования /Участок наземных приводов ШГН №1 (л.д.6-10).

16 апреля 2020 года истцом на имя руководства написано уведомления о самозащите.

Указом Президента РФ N239 от 2апреля2020года «О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории РФ в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19) постановлено установить с 4 по 30 апреля 2020 года включительно нерабочие дни с сохранением за работниками заработной платы.

Указом Президента РФ N294 от 28 апреля 2020 года «О продлении действия мер по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории РФ в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19) постановлено установить с 6 по 8 мая 2020 г. включительно нерабочие дни с сохранением за работниками заработной платы.

Пунктом 5 постановление Кабинета Министров Республики Татарстан от 19 марта 2020 года N 208 «О мерах по предотвращению распространения в Республике Татарстан новой коронавирусной инфекции» (с изменениями от 30 марта 2020 года) в целях предупреждения дальнейшего распространения в Республике Татарстан новой коронавирусной инфекции и в соответствии с распоряжением Президента Республики Татарстан от 19 марта 2020 года N129 «О введении режима повышенной готовности для органов управления и сил территориальной подсистемы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций Республики Татарстан» с 30 марта 2020 года до улучшения санитарно-эпидемиологической обстановки обязать: а) граждан в возрасте старше 65 лет, а также лиц, имеющих заболевания, не покидать места проживания (пребывания), за исключением случаев прямой угрозы жизни и здоровью. Указанное ограничение не распространяется на руководителей и работников организаций и органов власти, чье нахождение на рабочем месте является критически важным для обеспечения их функционирования, при наличии документа (справки) работодателя по форме, установленной Кабинетом Министров Республики Татарстан.

Приказом №35/ПрООТиЗ (335) от 5 апреля 2020 года ПАО«Татнефть» является непрерывно действующей организацией, так как невозможна приостановка деятельности по производственно-техническим условиям.

Приказами директора завода ФИО3 об объявлении простоя, на основании докладной записки начальника службы сервисного обслуживания оборудования № 40 ФИО4 № 9102/ от 27 апреля 2020года, №9676/ от 6 мая 2020 года в целях выполнения мероприятий по нераспространению коронавирусной инфекции и на основании статьи 157 Трудового кодекса Российской Федерации объявлен простой с 15 апреля 2020 года по 30 апреля 2020 года и с 6 мая 2020 года по 8 мая 2020 года работникам ССОО № 40, в том числе ФИО2 Пунктом 3 данного приказа установлено, производить оплату времени простоя в размере 2/3 тарифной ставки работников.

Частью 2 ст. 157 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что время простоя по причинам, не зависящим от работодателя и работника, оплачивается в размере не менее двух третей тарифной ставки, оклада (должностного оклада), рассчитанных пропорционально времени простоя.

Следовательно, доводы истца о наличии задолженности по заработной плате не нашли своего подтверждения.

29 мая 2020 года истцом написано на имя мастера участка ССОО №40 БМЗ «ПАОТатнефть» ФИО5 уведомление об отказе приступать к работе. В данном уведомлении он указал, что отказывается выходить на работу в местность, которая не обусловлена его трудовым договором, в связи с отсутствием санитарно-гигиенических условий и неполной выплатой заработной платы.

2 июня 2020 года комиссия в составе начальника ССОО А.О.ПБ., заместителя начальника ОПБ и ОТ ФИО6 и председателя профкома ФИО7 проведена проверка Ямашского участка ССОО №40 на предмет обоснованности описанных несоответствий в уведомлениях от 29 мая 2020 года слесаря-ремонтника ФИО8 и ФИО2

В ходе проверки установлено об исправности санузла, проведение влажных уборок согласно графику, отсутствие бродячих собак на территории участка, отсутствие мышей, крыс и других грызунов в помещениях участка, проведение дератизации участка согласно договору от 12 сентября 2018 года и проведение мероприятий по предупреждению коронавирусной инфекции. В ходе судебного разбирательства истец пояснил о том, что с данным актом ознакомлен 4 июня 2020 года.

Кроме того, 2 июня 2020 года начальником участка ФИО5, заместителем начальника ОПБ и ОТ ФИО6, начальником ССОО А.О.ПВ., составлен акт об отказе ФИО2 приступать к работе. С данным актом ФИО9 ознакомлен по подпись 2 июня 2020 года (л.д. 13 оборот 1 том).

При таких обстоятельствах, с учетом недоказанности нарушений санитарно-гигиенических условий у истца не было оснований для невыхода на работу.

15 июня 2020 года ответчик направил истцу требование о необходимости письменного объяснения по факту отсутствия на рабочем месте 15 июня 2020 года. Данное требование истцом получено 19 июня 2020 года.

16 июня 2020 года ответчик направил истцу требование о необходимости письменного объяснения по факту отсутствия на рабочем месте 16 июня 2020 года. Данное требование истцом получено 19 июня 2020 года.

17 июня 2020 года ответчик направил истцу требование о необходимости письменного объяснения по факту отсутствия на рабочем месте 17 июня 2020 года. Данное требование истцом получено 19 июня 2020 года.

30 июня 2020 года ФИО2 за отсутствие на рабочем месте 15июня 2020 года приказом №480 ПрПд (335) объявлен выговор. От ознакомления с данным приказом ФИО2 отказался, что подтверждается актом от 2 июля 2020 года составленным и подписанным мастером участка ФИО5, мастером участка ФИО10 и мастером ФИО11 (л.д. 213-215 том 1).

3 июля 2020 года ФИО2 за отсутствие на рабочем месте 16июня 2020 года приказом №485 ПрПд (335) объявлен выговор. От ознакомления с данным приказом ФИО2 отказался, что подтверждается актом от 5 июля 2020 года составленным и подписанным мастером участка ФИО5, слесарем ремонтником ФИО12 и электромонтером ФИО13 (л.д. 234,235).

Согласно приказу от 22 июня 2020 года №1190-о ФИО2 предоставлен отпуск с 13 июля 2020 года по 3 августа 2020 года (л.д. 127 том 1)

22 июля 2020 года истец на имя директора БМЗ/ Генерального директора «ТатНИИнефтемаш» ФИО3 направил извещение о самозащите (согласно ст. 379, 60, 142, 220 ТК РФ). В котором указал об отказе приступать к работе на «Ямашском участке» в связи с незаконном «устным» переводом начальника ССОО №40 ФИО4, невыплатой заработной платы за апрель и май 2020 года и отсутствием санитарно-гигиенических условий.

Приказом №99-к от 3 августа 2020 года трудовой договор с ФИО2 расторгнут по п/п. «а» п.6 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации за грубое нарушение работником трудовых обязанностей (прогул). С приказом об увольнении истец ознакомлен 6 августа 2020 года. В обоснование изданного приказа работодатель предоставил суду докладную записку начальника ОУП ФИО14 №15630 от 2 июля 2020 года о совершении дисциплинарного проступка (л.д. 204), акт о невыходе на работу 17 июня 2020 года ФИО2 (л.д. 201 том 1.), акт об отсутствии работника на рабочем месте 17 июня 2020 года (л.д. 202 том 1), требование о необходимости предоставления письменного объяснения по факту отсутствия на рабочем месте 17 июня 2020 года ФИО2, почтовое уведомлением о получении заказного письма, акт об отказе предоставления объяснений ФИО2 от 25 июня 2020 года (л.д. 203 том 1).

Кроме того, из докладной записки мастера участка ФИО5 на имя начальника ССОО ФИО4 следует, что 17 июня 2020 года в 7 часов 00 минут электромонтер ФИО2 не вышел на место посадки вахты расположенное на ул. ФИО15 остановка «Центральный рынок» и не появлялся на месте выполнения работ (л.д. 130).

Распоряжением начальника Бугульминского механического завода ПАО «Татнефть» №18/2 от 1 апреля 2019 года ФИО4 об организации вахтовых перевозок в соответствии с коллективным договором, ПАО «Татнефть» организована транспортировка работников от места проживания (сбора) до места работы и обратно по маршрутам, в том числе остановка «Центральный рынок» ул. ФИО15, д. 20 г. Альметьевска (л.д. 161, 162 том 1).

Истец в судебном заседании пояснил, что на его уведомление о самозащите от 29 мая 2020 года ответчик не ответил и оспаривать не стал, следовательно, признал его. В данном уведомлении истец указал, что отказывается выходить на работу в местность, которая не обусловлена его трудовым договором. В июле 2020 года получив требование ответчика выходить на работу, 22 июля 2020 года передал уведомление о самозащите в канцелярию завода и отправил почтой заказным письмом. После написания уведомления о самозащите 29 мая 2020 года он ни на какое рабочее месте не выходил, в том числе и НГДУ «Ямашнефть». Только, 2 июня 2020 года в день проведения проверки комиссией он был в НГДУ «Ямашнефть», однако к работе не приступал, о чем составлен акт (л.д. 13 оборот 1 том).

Кроме того, 22 июля 2020 года ФИО2 обратился к директору БМЗ ФИО3 с заявлением о расторжении трудового договора в связи с потерей лояльности к Бугульминскому механическому заводу ПАО«Татнефть» им. В.Д.Шашина и в связи с невыполнением работодателем условий трудового договора, а именно п. 2.4.2 (предоставлять работу согласно трудовому договору) т п. 2.4.5 (безопасность труда и условий, отвечающих требованиям охраны и гигиены труда) а также в связи с нарушением статей ТК РФ и во избежание обострения ситуации, на предложенных условиях. А именно, прекращении трудового договора с 3 августа 2020 года, на основании п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, с выплатой работодателем истцу компенсации в размере 160000 руб. (л.д. 158, 159 том1). Следовательно, у истца нет намерения продолжать свою трудовую деятельность у ответчика.

В судебном заседании представитель Бугульминский механический завод ПАО «Татнефть» им. В.Д.Шашина пояснила что, с истцом заключен трудовой договор №0335/3039 от 3 марта 2017 года, согласно которому истец принят на должность электромонтер по ремонту и обслуживанию электрооборудования, г.Бугульма это место заключения договора, а не место работы. Местом работы является: Служба сервисного обслуживания оборудования/Участок наземных приводов ШГН №1. Участок расположен в четырех территориальных зонах. Сервисная служба работает на 9 участках. Здание Ямашское НГДУ в селе Ямаши это место отдыха рабочих. Данное здание предоставлено ГНДУ «Ямашнефть» ПАО «Татнефть» им.В.Д.Шашина ответчику в пользование на основании соглашения от 1 апреля 2019 года (л.д.82-85). У истца не разъездной характер работы, а заявочный. Специфика работы истца обслуживание объектов нефте-газодобычи. Работникам оплачивается 15% надбавка за разъездной характер работы, а именно за поездки в нерабочее время до места работы и обратно составляющие от 2х до 3х часов.

Законодательство не раскрывает понятия и не определяет, что следует понимать под разъездным характером работы.

Статьей 168.1 Трудового кодекса Российской Федерации оговорено, что работникам, постоянная работа которых осуществляется в пути или имеет разъездной характер, работодатель возмещает расходы, размер и порядок возмещения которых устанавливаются коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Пунктом 4. 2 Коллективного договора ПАО «Татнефть» им. В.Д. Шашина установлены надбавки работникам, поездки которых в нерабочее время от места нахождения структурного подразделения до места работы и обратно составляет: от двух до трех часов – 15% (л.д. 56).

Судом проверен довод истца о том, что ответчик самовольно и незаконно перевел его в «Ямашский участок» ССОО №40, поэтому требования ответчика о выходе на работу на «Ямашский участок» ССОО №40 (НГДУ «Ямашнефть», Промбаза Дальних Ямаши, бывшее здание АБК ЦППД») тоже не законами.

Согласно ч. 1 ст. 72.1 Трудового кодекса Российской Федерации перевод на другую работу - постоянное или временное изменение трудовой функции работника и (или) структурного подразделения, в котором работает работник (если структурное подразделение было указано в трудовом договоре), при продолжении работы у того же работодателя, а также перевод на работу в другую местность вместе с работодателем. Перевод на другую работу допускается только с письменного согласия работника, за исключением случаев, предусмотренных частями второй и третьей статьи 72.2 настоящего Кодекса.

Согласно разъяснений, данным в п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации трудового кодекса Российской Федерации" переводом на другую работу следует считать постоянное или временное изменение трудовой функции работника и (или) структурного подразделения, в котором работает работник (если структурное подразделение было указано в трудовом договоре), при продолжении работы у того же работодателя, а также перевод на работу в другую местность вместе с работодателем (часть первая статьи 72.1 ТК РФ).

Под структурными подразделениями следует понимать как филиалы, представительства, так и отделы, цеха, участки и т.д., а под другой местностью - местность за пределами административно-территориальных границ соответствующего населенного пункта.

Не требует согласия работника перемещение его у того же работодателя на другое рабочее место, в другое структурное подразделение, расположенное в той же местности, поручение ему работы на другом механизме или агрегате, если это не влечет за собой изменения определенных сторонами условий трудового договора (ч. 3 ст. 72.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как следует из содержания приведенных выше правовых норм в системной связи с другими положениями Трудового кодекса Российской Федерации, перемещение работника без его согласия допускается лишь постольку, поскольку работник продолжает выполнять обусловленную трудовым договором работу (трудовую функцию) и никакие установленные по соглашению сторон условия трудового договора не изменяются.

ФИО2 продолжал выполнять обусловленную трудовым договором работу (трудовую функцию) и никакие установленные по соглашению сторон условия трудового договора не изменились, следовательно, письменного согласия работодатель получать не обязан. При таких данных у суда нет оснований для, призвания незаконным перевода истца в другую местность, необусловленную трудовым договором.

Истцом не доказаны и опровергаются материалами дела обоснованность его самозащиты. Следовательно, у суда нет оснований для признания его самозащиту законной и обоснованной.

Поскольку ответчиком, на котором в силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснений в п. 23постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 лежит обязанность доказать законность увольнения истца, представлены достаточные и достоверные доказательства совершения истцом прогула, суд не находит оснований для удовлетворения требований для признания увольнения истца незаконным и его восстановления на работе. Требования о признании незаконный записи в электронной трудовой книжке и взыскания заработной платы за вынужденный прогул и компенсационных выплат является производными от требований о признания незаконным увольнения, следовательно, удовлетворению не подлежат.

Частью 9 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

С учетом выше изложенных обстоятельств и отсутствия доказательств незаконного увольнения истца, у суда нет оснований для удовлетворения требований о взыскании с ответчика компенсации морального вреда.

Также не могут быть удовлетворены и требования истца о возложении на Государственную инспекцию труда обязанности провести проверку в структурном подразделении ответчика БМЗ ПАО «Татнефть» ССОО №40 / участок наземных приводов ШГН №1, на предмет проведения СОУТ, согласно федеральному закону 426, на предмет соответствий трудовых договоров сотрудников с местностью в которой они работают.

По смыслу ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям, ответчиков определяет истец.

Государственная инспекция труда к участию в деле в качестве ответчика не привлечена, следовательно, суд не может возложить на неё совершение каких-либо обязанностей.

При таких данных в удовлетворении исковых требований А.В.ВБ. следует отказать в полном объеме.

Руководствуясь ст.194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

в иске ФИО1 ФИО20 к Бугульминскому механическому заводу ПАО «Татнефть» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, признании перевода в другую местность незаконным, признании записи об увольнении электронной трудовой книжке незаконной, признании законными и обоснованными действия самозащиты, взыскании заработной платы, компенсации за задержку заработной платы, взыскании компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в Верховный Суд Республики Татарстан через Альметьевский городской суд Республики Татарстан в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья Альметьевского городского суда

Республики Татарстан (подпись) Абдрахманова Л.Н.

Копия верна.

Судья Альметьевского городского суда

Республики Татарстан Абдрахманова Л.Н.

Решение вступило в законную силу « »____________________2020 года.

Судья: