Апелляционное определение № 22-143/2026 от 4 февраля 2026 г.

Дело № 22-143/2026 Судья: Иванов Ю.И.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Тверь 5 февраля 2026 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Тверского областного суда в составе председательствующего судьи Павловой В.В.,

судей Кашириной С.А., Сергуненко П.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Ворониной К.Р.,

с участием прокурора Зацепиной С.А.,

осужденной ФИО2 посредством видео-конференц-связи,

ее защитника - адвоката Михеева С.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденной ФИО2 и адвоката Михеева С.В. в ее защиту на приговор Кимрского городского суда Тверской области от 23.10.2025, которым

ФИО1, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданка <данные изъяты>, несудимая,

осуждена по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 8 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Мера пресечения ФИО2 в виде содержания под стражей оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Зачтено ФИО2 в срок лишения свободы время содержания ее под стражей с 07.01.2024 до вступления настоящего приговора в законную силу из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Постановлено взыскать с ФИО2 в пользу Потерпевший №2 компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей, а также имущественный ущерб, связанный с расходами на ритуальные и похоронные услуги, в размере 74730 рублей, а всего 1 074730 рублей.

Разрешен вопрос о процессуальных издержках.

Определена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад председательствующего судьи Павловой В.В., изложившей обстоятельства дела, содержание приговора, мотивы апелляционных жалоб, возражений прокурора, выступления осужденной ФИО2 и ее защитника – адвоката Михеева С.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Зацепиной С.А., полагавшей приговор законным и обоснованным, судебная коллегия

установила:

ФИО2 признана виновной в убийстве, то есть умышленном причинении смерти другому человеку.

Преступление совершено ФИО2 при обстоятельствах, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В судебном заседании ФИО2 вину в совершении инкриминируемого ей преступления не признала.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Михеев С.В., полагая приговор незаконным и необоснованным, просит его изменить, переквалифицировать действия ФИО2 на ч. 1 ст. 108 УК РФ, снизить назначенное наказание и размер взысканий по гражданскому иску.

В обоснование доводов жалобы указывает, что судом не приняты во внимание не опровергнутые обвинением показания ФИО2 о противоправном посягательстве на ее жизнь и здоровье, сопряженном с угрозами убийством, со стороны ФИО16, явившемся причиной ее действий, что подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы от 17.01.2024 № 6, выявившей у ФИО2 телесные повреждения от действий ФИО16

При этом судом, ввиду предвзятого отношения к ФИО2, не в полной мере учтена совокупность смягчающих ее наказание обстоятельств.

Указывает, что в основу приговора судом положено недопустимое доказательство – заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы от 30.04.2025 № 77-25. Допрошенный в судебном заседании 12.11.2024 эксперт ФИО8 не подтвердил выводы, изложенные в заключении судебной медико-криминалистической экспертизы от 06.02.2024 № 38, а комиссионная ситуационная судебно-медицинская экспертиза от 30.04.2025 № 77-25 не содержит сведений о собственных исследованиях и обоснования сделанных выводов, поскольку ее исследовательская часть полностью скопирована из экспертизы от 06.02.2024, при этом эксперт ФИО9 в указанной части вразумительных пояснений не дала.

Утверждает, что показания свидетелей ФИО20, ФИО10 и ФИО21 приведены судом в приговоре без учета требований п. 2 ч. 2 ст. 75 УПК РФ, поскольку данные лица, сообщая о якобы имевших место случаях агрессивного поведения ФИО2, не указали на источники своей осведомленности, то есть руководствовались слухами, что повлияло на выводы суда.

В апелляционной жалобе и неоднократных дополнениях к ней осужденная ФИО2, полагая приговор незаконным, необоснованным и чрезмерно суровым, просит его изменить, переквалифицировать ее действия на ч. 1 ст. 108 УК РФ, снизив назначенное наказание, либо при невозможности переквалификации ее действий с учетом совокупности смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, применив положения ч. 6 ст. 15 УК РФ, снизить назначенное по ч. 1 ст. 105 УК РФ наказание до 7 лет лишения свободы, а также сумму компенсации морального вреда.

В обоснование доводов жалобы, приводя собственный анализ обстоятельств ею содеянного, указывает, что не предвидела и не желала наступления смерти ФИО16, действовала, опасаясь за свою жизнь. Наличие противоправных действий со стороны ФИО16 подтвердила свидетель ФИО3

Выражая несогласие с установленным судом мотивом совершения преступления, отмечает, что причиной возникшего конфликта послужило поведение ФИО16, она не испытывала к нему неприязни.

Оспаривая обстоятельства и механизм нанесения ударов, обращает внимание, что наносила их не глядя. При этом после случившегося звонила родителям погибшего, своей матери, просила вызвать скорую помощь, самостоятельно пыталась оказать первую медицинскую помощь.

Полагает свои показания последовательными, непротиворечивыми, не опровергнутыми, согласующимися с другими доказательствами по делу.

Не соглашаясь с выводами заключения судебной медико-криминалистической экспертизы от 06.02.2024, указывает, что эксперт ФИО8 в судебном заседании не подтвердил изложенные в нем выводы, согласившись с указанным ею механизмом нанесения ударов погибшему. При этом исследовательская часть комиссионной ситуационной судебно-медицинской экспертизы от 30.04.2025 № 77-25 полностью идентична экспертизе от 06.02.2024, не содержит выводов и собственных исследований.

Отмечает, что в приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств суд принял одни из них и отверг другие.

Указывает, что показания свидетелей ФИО20, ФИО10 и ФИО21 не могут являться доказательством ее вины, поскольку они не назвали лиц, от которых им стали известны сообщенные сведения, а данные свидетелями ФИО10 и ФИО21 показания не имеют к ней никакого отношения.

Обращает внимание, что защищала свою жизнь от противоправного посягательства, сопряженного с угрозой убийством, со стороны ФИО16, на психическое состояние и поведение которого сильно повлияла алкогольная зависимость. Он не мог получить водительское удостоверение ввиду наличия диагноза, связанного с психической неустойчивостью, не был годен к службе. Алкогольная зависимость ФИО16 в последнее время их совместной жизни сильно прогрессировала.

Полагая чрезмерно завышенным установленный судом размер компенсации морального вреда, отмечает, что с 19.12.2024 официально не трудоустроена, а сумма иска рассчитана исходя из месячной зарплаты по предыдущему месту работы. Кроме того, она страдает рядом заболеваний. До ареста находилась на больничном.

Считает, что судом необоснованно не учтено такое смягчающее наказание обстоятельство, как явка с повинной, поскольку, несмотря на то, что она не вызвала скорую помощь, поскольку не знает номера телефона, ее действия были направлены на уведомление о произошедшем их с ФИО16 родителей с указанной целью. При этом она не сбежала, не покинула место происшествия, не скрыла следы и орудие преступления, активно способствовала его расследованию, давала подробные показания о случившемся, не меняла их. Согласно характеристике ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тверской области, она ведет себя законопослушно, не вступает в конфликты, соблюдает правила внутреннего распорядка, уважительно относится к сотрудникам учреждения.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Михеева С.В. Кимрский межрайонный прокурор Тверской области Воробьев А.В. просит приговор оставить без изменения, в обоснование чего указывает на правильность установленных фактических обстоятельств дела, верную квалификацию действий ФИО2, виновность которой подтверждается совокупностью согласующихся между собой доказательств.

Отмечает, что имеющиеся в материалах уголовного дела экспертизы соответствуют требованиям закона.

Выражая мнение об отсутствии оснований для переквалификации действий осужденной на ч. 1 ст. 108 УК РФ, полагает, что, исходя из характера и локализации причиненных ФИО16 повреждений, орудия преступления, времени и причины смерти потерпевшего, суд пришел к правильному выводу о направленности умысла ФИО2 именно на убийство последнего.

Считает назначенное осужденной с учетом всех, имеющих значение обстоятельств, наказание справедливым, не усматривая оснований для его смягчения. Требования закона при разрешении вопроса о компенсации морального вреда потерпевшей, по мнению автора возражений, судом учтены.

Об апелляционном рассмотрении дела ФИО2 извещена надлежащим образом, согласно расписке - 20.01.2026, ее защитник - 15.01.2026.

Потерпевшие Потерпевший №1, Потерпевший №2, ее представитель – адвокат Иванов А.В. также извещены надлежащим образом о судебном заседании, просили рассмотреть дело в их отсутствие, против чего участники процесса не возражали.

Препятствий для апелляционного рассмотрения дела не имеется.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и дополнений к ним, возражений прокурора, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Обстоятельства совершенного преступления, которые в соответствии со ст. 73 УПК РФ подлежали доказыванию, судом установлены верно с приведением в приговоре мотивов принятого решения.

Анализ содержания обжалуемого обвинительного приговора свидетельствует о том, что судом разрешены все вопросы, указанные в ст. 299 УПК РФ.

Как следует из приговора, ФИО2 вину в совершении инкриминируемого ей преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ? фактически не признала, настаивала на том, что действовала в состоянии необходимой обороны и защищалась от посягательства со стороны ФИО16, который вел себя в ее отношении противоправно, однако превысила пределы такой обороны, при этом сам факт причинения ФИО16 телесных повреждений, вследствие которых наступила его смерть, не отрицала.

Вопреки доводам апелляционных жалоб защитника и осужденной и дополнениям к ним, суд первой инстанции тщательно проверил все данные ФИО2 показания как на предварительном следствии, так и в судебном заседании по существу предъявленного ей обвинения, дал им надлежащую оценку, указав, какие показания и в какой части он принял, а в какой – отверг, приведя убедительные мотивы в обоснование своих выводов. Судебная коллегия с такими выводами суда, приведенными в приговоре, соглашается, поскольку они основаны на верной оценке представленных сторонами и исследованных судом доказательств.

Приведенные в приговоре доказательства согласуются между собой, дополняют друг друга и содержат исчерпывающие сведения об обстоятельствах, подлежащих доказыванию по уголовному делу, в связи с чем судебная коллегия находит обоснованным вывод суда о доказанности вины ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции, основаны на полном, всестороннем и объективном исследовании в судебном заседании доказательств, представленных как стороной обвинения, так и стороной защиты, оценены судом в приговоре надлежащим образом. Как следует из протокола судебного заседания, ФИО2 свою позицию, согласованную с защитником, относительно предъявленного ей обвинения до суда довела. В судебном заседании суда апелляционной инстанции подтвердила, что ее позиция о причинении смерти ФИО16 при превышении пределов необходимой обороны согласована с защитником и поддерживается ею.

Не отрицая факта наступления смерти ФИО16 вследствие своих действий, ФИО2 в судебном заседании суда первой инстанции указала, что причинила телесные повреждения погибшему, находясь в состоянии необходимой обороны, поскольку ФИО16, находясь в состоянии алкогольного опьянения, стал ее избивать, после чего, взяв нож, высказал ей угрозу убийством, ввиду чего, выхватив из его рук нож, она правомерно оборонялась от действий последнего.

Суд первой инстанции тщательно проверил выдвинутую осужденной версию о возможном развитии событий, имевших место в указанный в приговоре период времени, и обоснованно отверг ее как несостоятельную, поскольку она опровергается достаточной совокупностью исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств.

Оснований полагать выводы суда несостоятельными судебная коллегия не усматривает.

Из показаний потерпевшей Потерпевший №2 следует, что в ночь с ДД.ММ.ГГГГ в 4:18 ей позвонила ФИО2, которая находилась в состоянии алкогольного опьянения, сказала, что ее сын ФИО16 ее бьет, в связи с чем она перезвонила сыну, который ответил ей спокойным голосом, было слышно, как на заднем фоне кричала ФИО2 Через некоторое время ФИО2, снова позвонила ей, попросила вызвать скорую помощь, так как ударила ФИО16 ножом. Она перезвонила сыну, но тот не отвечал, в связи с чем позвонила супругу и попросила приехать к ним в квартиру, а также вызвать скорую помощь. Позже она также приехала к ним в квартиру и увидела сына, который лежал на полу весь в крови, голова была повернута набок. Ранее ФИО2 также звонила ей в состоянии опьянения, говорила, что сын ее ударил, но тот пояснял, что выгоняет ее из квартиры. Также ей известно о конфликте между ними на даче. Все инциденты были, когда ФИО2 находилась в состоянии алкогольного опьянения. ФИО2 не говорила ей, что сын злоупотребляет алкоголем.

Согласно показаниям потерпевшего Потерпевший №1, ему позвонила супруга и сообщила, что в квартире их сына что-то случилось, Хожулина его ударила, в связи с чем он направился к ним, по дороге вызвал скорую помощь. По прибытии увидел сына на полу кухни, ФИО2 сидела рядом, все было в крови. Прибывшая скорая помощь констатировала смерть ФИО16

Оснований подвергать сомнению указанные показания потерпевших суд обоснованно не усмотрел, поскольку они логичны, последовательны, согласуются с другими доказательствами по делу, в том числе показаниями свидетеля ФИО22, пояснившей, что ДД.ММ.ГГГГ около 5-6 часов утра она выехала по вызову. Когда зашла в квартиру, тело мужчины лежало на полу в кухне, рядом с ним сидела женщина, было много крови. Они констатировали смерть мужчины. ФИО2 поясняла, что пошла курить, а когда вернулась, то он уже был в таком состоянии, а затем сказала, что между ними была потасовка, что не хотела этого и целилась ему в живот. Также поясняла, что погибший ее бил, но не уточняла, было ли это в тот же день или нет.

Доводы осужденной о том, что она наносила удары потерпевшему ФИО16 не глядя, опровергаются, в том числе показаниями данного свидетеля ФИО22, из которых следует, что в момент ее прибытия на место происшествия, ФИО2 поясняла, что при нанесении ударов погибшему целилась именно в живот.

Нельзя согласиться и с утверждениями стороны защиты о том, что доводы ФИО2 относительно обстоятельств дела не опровергнуты, поскольку в приговоре приведены достаточные доказательства, свидетельствующие о доказанности ее вины в совершении преступления.

Выдвинутая осужденной версия об обстоятельствах причинения ФИО16 ранений проверялась и экспертным путем, установлено, что данные ею показания в указанной части противоречат выводам экспертов о локализации, механизме образования телесных повреждений, имевшихся у ФИО16 Необходимые экспертизы были проведены не только органом расследования, но и судом в объеме, достаточном для установления всех подлежащих доказыванию обстоятельств в соответствии со ст. 73 УПК РФ.

Так, согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 10 от 08.02.2024, на трупе ФИО16 имелись следующие повреждения: в области головы: одна резаная, краевая рана верхней губы справа; в области груди: одна колото-резаная рана передней поверхности груди справа, проникающая в правую плевральную полость с повреждением ткани правого легкого, три колото-резаные раны передней поверхности груди и соответствующие им кровоподтеки и кровоизлияния в мягкие ткани; в области конечности: ссадина и кровоподтек области правого лучезапястного сустава.

Проникающая в плевральную полость рана вызвала тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственную угрозу для жизни.

Смерть ФИО16 наступила от колото-резаной раны груди справа, проникающей в правую плевральную полость с повреждением ткани правого легкого и последовавшей острой кровопотерей. После получения проникающей раны груди смерть ФИО16 наступила в промежутке времени от нескольких минут до 1,5-3 часов, но, скорее всего, в пределах первого часа. Проникающая в плевральную полость рана состоит в причинной связи с наступлением смерти ФИО16, поскольку она сопровождалась повреждением ткани правого легкого и последовавшей острой кровопотерей. Смерть потерпевшего наступила в пределах 6-8 часов до осмотра трупа на месте происшествия.

Проникающие раны груди возникли от действия предмета (орудия), имеющего клинок с односторонней заточкой и обушком толщиной около 0,15 см, с шириной клинка на уровне погружения в рану около 2,7 см и длиной клинка не менее чем 14-15 см.

Высказанная осужденной версия произошедших событий, согласно которой ФИО16 схватил ее правой рукой за волосы и нагнул ее голову вниз, в результате чего она оказалась в согнутом положении, глаза смотрели в пол, при этом они находились в положении друг напротив друга, а в левой руке ФИО16 держал нож, который она впоследствии выхватила и стала держать правой рукой лезвием вперед, после чего нанесла ему этой же рукой в выпрямленном положении по дуге сверху несколько ударов, опровергается заключением медико-криминалистической судебной экспертизы № 38 от 06.02.2024, из которого следует, что, судя по высокому расположению повреждений № 1-4 на передней поверхности футболки ФИО16 и такому же высокому расположению соответствующих им ран передней поверхности его груди, а также направлению раневого канала, отходившего от раны № 4 (проникающая в плевральную полость рана) сверху вниз и справа налево, в момент нанесения ударов ножом ФИО16 ФИО2 находилась спереди от ФИО16 в вертикальном положении в пространстве, ее туловище в этот момент было выпрямлено.

Кроме того, указанная осужденной версия событий опровергается выводами комиссионной ситуационной судебно-медицинской экспертизы № 77-25 от 30.04.2025, согласно которым, учитывая характер, высоту, локализацию и направление раневого канала раны № 4, причинение данного повреждения находящемуся в вертикальном положении пострадавшему нападавшим «в согнутом положении», держа нож в правой руке за рукоятку лезвием вперед, с нанесением ударов правой рукой «в выпрямленном положении по дуге сверху» исключается.

Оснований подвергать сомнению выводы экспертов суд первой инстанции обоснованно не усмотрел. Не находит таких оснований и судебная коллегия, поскольку они согласуются между собой, противоречий не содержат.

Из материалов уголовного дела усматривается, что судебно-медицинские экспертизы, а также иные экспертизы по делу проведены в порядке, установленном законом. Научность и обоснованность выводов, изложенных в заключениях экспертов, компетентность судебных экспертов, а также соблюдение при проведении экспертных исследований требований уголовно-процессуального закона сомнений не вызывают. В содержащихся в материалах дела выводах экспертов разрешены имеющие значение для правильного разрешения дела вопросы, в них изложены все необходимые данные, исследованы соответствующие документы, материалы дела.

Таким образом, при производстве экспертиз нарушений уголовно-процессуального законодательства, а также правил производства экспертиз по уголовным делам не допущено. Выводы экспертов подробно приведены в обжалуемом приговоре, им дана надлежащая оценка, оснований не согласиться с которой не имеется. Вопреки доводам жалоб защитника и осужденной, заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы от 30.04.2025 обоснованно признано судом допустимым и достоверным доказательством. Порядок назначения и производства указанной экспертизы соблюден, само заключение отвечает требованиям ст. 204 УПК РФ по форме и содержанию, содержит исследовательскую часть, описание обнаруженных у ФИО16 повреждений, имеющиеся материалы дела и объекты, представленные на исследование, примененные методы исследования. Экспертами исследованы материалы дела, медицинские документы в достаточном объеме, приведены данные предыдущего заключения, изложены научно обоснованно мотивированные выводы по вопросам, поставленным судом. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Выводы, содержащиеся в дополнительной комиссионной ситуационной судебно-медицинской экспертизе согласуются с выводами предыдущего заключения о механизме причинения телесных повреждений ФИО16 и взаиморасположении погибшего и ФИО2 Эксперты ФИО9 и ФИО17 привели в заключении мотивированные суждения в обоснование своих выводов, указав, что основания для таких выводов дали характер, высота, локализация и направление раневого канала раны. Допрошенная судом эксперт ФИО9 выводы экспертного заключения подтвердила, о чем и свидетельствует протокол судебного заседания, а поэтому с утверждением защитника о том, что эксперт при допросе не могла дать вразумительных пояснений относительно сделанных выводов, судебная коллегия согласиться не может.

Так, отвечая на поставленные вопросы, эксперт ФИО9 пояснила, что вывод об имеющихся у ФИО16 повреждениях сделан с учетом локализации и высоты раневого канала, при этом она руководствовалась материалами дела, в том числе видеозаписью следственного эксперимента (т. 4 л.д. 159).

Согласно протоколу судебного заседания, судом был допрошен и эксперт ФИО8, проводивший экспертизу от 06.02.2024, который подтвердил в судебном заседании изложенные им выводы в экспертном заключении. В частности, согласно пояснениям эксперта ФИО8, после демонстрации ФИО2 механизма нанесения удара погибшему, эксперт указал, что невозможно получить смертельное ранение при нанесении удара таким образом, как показала ФИО2, поскольку был нанесен сильный удар и глубина раневого канала не соответствует описанным событиям, клинок был погружен в тело полностью, одна рана располагалась рядом с другой, а для этого надо было видеть, куда наносишь удары. Пояснения эксперта ФИО8 о том, что при указанном ФИО2 ее положении относительно ФИО18 раны не могут быть на бедрах и голени, не свидетельствует о недостоверности самого экспертного заключения, поскольку эксперт указал, что при таком их взаиморасположении погибшему не мог быть нанесен смертельный удар.

Суд первой инстанции дал надлежащую оценку выводам судебно-медицинских экспертов о механизме причинения ФИО16 ранения, повлекшего его смерть, а также других обнаруженных у него телесных повреждений и в совокупности с имеющимися в деле доказательствами пришел к обоснованному выводу о том, что они не могли возникнуть при иных, нежели установлено судом, обстоятельствах.

Таким образом, оснований для признания медико-криминалистической судебной экспертизы № 38 от 06.02.2024, а также комиссионной ситуационной судебно-медицинской экспертизы № 77-25 от 30.04.2025 недопустимыми и недостоверными доказательствами судебная коллегия не усматривает.

С утверждением о предвзятости суда судебная коллегия согласиться не может. Суд первой инстанции исследовал, привел в приговоре и дал надлежащий анализ всем данным ФИО2 показаниям в ходе расследования дела и в судебном заседании, привел мотивы в обоснование своих выводов, при этом учитывал, в том числе и экспертные заключения. Оснований считать указанные мотивы несостоятельными судебная коллегия не усматривает.

Как видно из протокола судебного заседания, судебное следствие по делу было проведено полно, объективно и всесторонне, с соблюдением принципа состязательности сторон. При этом сторонам были созданы необходимые условия для исполнения возложенных на них обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Со стороны председательствующего не проявлялось предвзятости или заинтересованности в исходе дела.

Что касается доводов апелляционных жалоб защитников и осужденной о том, что суд необоснованно привел в приговоре показания свидетелей ФИО20, ФИО10, ФИО21 относительно агрессивного поведения ФИО2, поскольку они известны им по слухам, то они заслуживают внимания, поскольку показания указанных свидетелей, а также свидетеля ФИО19 о конфликтных отношениях ФИО2 с другими лицами и ее агрессивном поведении, известные им по слухам, надлежит исключить из приговора из числа доказательств. Однако вносимые в приговор изменения основанием для выводов о недоказанности вины осужденной в совершении преступления в соответствии с предъявленным ей обвинением не являются. Приведенные в приговоре иные доказательства в совокупности свидетельствуют об обоснованности осуждения ФИО2 Более того, суд в приговоре обоснованно отметил, что показания свидетелей, которые охарактеризовали ФИО2 как личность, не предопределяют ее поведение в рассматриваемой ситуации.

Свидетели ФИО20, ФИО10 и ФИО21 очевидцами преступления не являлись, показания, устанавливающие обстоятельства произошедшего, не давали, допрошены судом по характеристике личностей ФИО2 и ФИО16, в связи с чем на выводы суда о виновности осужденной в совершении инкриминируемого ей преступления не повлияли и повлиять не могли.

Тот факт, что данная судом первой инстанции оценка собранных по делу доказательств, не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований ст. 88 УПК РФ и не является основанием для изменения или отмены состоявшегося по делу судебного решения.

Помимо указанных доказательств, вина ФИО2 в совершении убийства ФИО16 подтверждается сообщением № 186 от 07.01.2024; протоколом установления смерти человека; протоколом осмотра места происшествия от 07.01.2024; протоколами осмотра предметов (документов) от 23.01.2024, от 01.02.2024, от 09.02.2024, от 08.01.2024, от 19.01.2024; заключением дактилоскопической судебной экспертизы № 3 от 22.01.2024; заключением судебно-биологической экспертизы № 14 от 19.01.2024, иными доказательствами, приведенными в приговоре, которые в совокупности достаточны для того, чтобы сделать вывод о доказанности причинения смерти ФИО16 именно вследствие умышленных преступных действий ФИО2 при установленных судом обстоятельствах.

Сама осужденная в ходе расследования дела и в суде первой инстанции не отрицала того обстоятельства, что смерть ФИО16 наступила именно вследствие ее действий, однако настаивала на том, что совершила их, находясь в условиях необходимой обороны.

Вместе с тем, как обоснованно указал в приговоре суд, выдвинутая ФИО2 версия о необходимой обороне своего подтверждения не нашла, поскольку опровергается исследованными в судебном заседании доказательствами.

Выводы заключения судебно-медицинской экспертизы № 6 от 17.01.2024, установившие наличие у ФИО2 повреждений от действия тупого твердого предмета, давность образования которых различна: ссадины пальцев кистей возникли в пределах одних суток до осмотра (ДД.ММ.ГГГГ в 9:50), а остальные – за 3-6 суток до осмотра (ДД.ММ.ГГГГ в 12:05), не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, судом в приговоре приведены, оценены в совокупности с иными доказательствами по делу, выводам суда о том, что в ходе ссоры на бытовой почве ФИО16 причинил ФИО2 телесные повреждения, не причинившие вреда здоровью, не противоречат.

При этом факт наличия у ФИО2 повреждений, с учетом установленных судом обстоятельств, не дает оснований для вывода о наличии в действиях последней состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 108 УК РФ.

Характер и степень тяжести причиненного вреда здоровью ФИО2 в результате имевшего место между ней и ФИО16 конфликта на почве личной неприязни не давали суду оснований для вывода о том, что осужденная находилась в состоянии необходимой обороны, а также, что действия ФИО16 представляли собой общественно опасное посягательство в отношении осужденной.

Доводы осужденной о том, что ФИО16 страдал заболеваниями психики, вызванными алкогольной зависимостью, представленными материалами уголовного дела не подтверждаются.

Проанализировав данные ФИО2 показания в совокупности с другими имеющимися в деле доказательствами, суд первой инстанции обоснованно указал, что оснований для переквалификации ее действий на ч. 1 ст. 108 УК РФ не имеется.

Учитывая механизм и локализацию причиненных потерпевшему телесных повреждений, в том числе в жизненно-важную часть тела - область грудной клетки с повреждением легкого, а также учитывая, что осужденная, имея умысел на лишение жизни ФИО16, использовала орудие – нож, имеющий высокую поражающую способность, суд пришел к верному выводу о том, что ФИО2 действовала с прямым умыслом на убийство ФИО16

Вопреки утверждению осужденной, суд правильно установил мотив совершения преступления и привел в приговоре мотивированные суждения в этой части. Суд обоснованно указал, что убийство совершено ФИО2 на почве личных неприязненных отношений к ФИО16, в ходе возникшей на бытовой почве ссоры, в ходе которой ФИО16 причинил ФИО2 телесные повреждения, не причинившие вреда здоровью, после чего последняя на почве личной неприязни к нему, вооружившись ножом, нанесла ФИО16 не менее 4 ударов в область груди справа, не менее 1 удара в лицо, в также не менее 1 удара тупым твердым предметом в область лучезапястного сустава, руководствуясь при этом не мотивом защиты от общественно опасного посягательства со стороны погибшего, которого в действительности не было, а именно личным неприязненным отношением к нему.

Исходя из установленных обстоятельств совершения преступления, выводов экспертов, суд пришел к обоснованному выводу о том, что все указанные в приговора повреждения причинила ФИО16 именно ФИО2 при установленных судом обстоятельствах.

Таким образом, доводы жалоб о том, что в сложившейся ситуации ФИО2 действовала в пределах необходимой обороны, являются несостоятельными и не подтверждены исследованными и приведенными в приговоре доказательствами. Эти доводы тщательно проверены судом и мотивированно отвергнуты как несостоятельные. При этом суд верно указал, что осужденная вправе защищаться любыми не запрещенными законом способами от предъявленного обвинения, а том числе выдвигать версии о возможных обстоятельствах дела.

Изложенные в апелляционных жалобах доводы фактически сводятся к переоценке доказательств, оснований для чего не имеется. Предложенные ФИО2 и защитником суждения относительно оценки доказательств являются лишь их собственным мнением, противоречащим представленным доказательствам, а несогласие с изложенной в приговоре оценкой доказательств не может рассматриваться как основание к отмене либо изменению приговора по фактическим обстоятельствам, поскольку выводы суда в приговоре не вызывают сомнений, доказательства оценены судом в соответствии с требованиями закона.

Судебная коллегия полагает, что в ходе расследования уголовного дела и при рассмотрении его по существу судом первой инстанции права стороны защиты при собирании доказательств ограничены не были, следственные и иные процессуальные действия произведены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона.

Все признаки уголовно-наказуемого деяния, виновной в совершении которого признана осужденная, а также отсутствие оснований для иной квалификации содеянного, в частности для оценки ее действий как совершенных в состоянии необходимой обороны либо с превышением ее пределов, судом первой инстанции надлежаще мотивированы.

В соответствии со ст. 17 УПК РФ суд оценил исследованные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью.

Предусмотренные главой 11 УПК РФ правила проверки и оценки доказательств, представленных стороной обвинения и защиты, судом соблюдены, и оснований сомневаться в выводах суда первой инстанции не имеется.

С учетом всей указанной совокупности доказательств суд первой инстанции пришел к мотивированному, основанному на материалах дела выводу о виновности осужденной в совершении указанного преступления.

Действиям осужденной дана верная юридическая оценка по ч. 1 ст. 105 УК РФ в соответствии с установленными обстоятельствами совершения преступления.

В обвинительном приговоре в отношении ФИО2 в соответствии с требованиями ст. ст. 304, 307-309 УПК РФ содержится описание преступного деяния, признанного судом доказанным, приведены доказательства, исследованные в судебном заседании и оцененные судом, на которых основаны выводы суда о виновности осужденной, мотивированы выводы относительно квалификации преступления и назначения наказания.

Судом была тщательно исследована личность виновной и ее психическое состояние. Исходя из заключения амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы № 210 от 30.01.2024, согласно которому ФИО2 каким-либо хроническим, временным патологическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдала и не страдает в настоящее время; обнаруженные расстройства выражены не столь значительно и не лишали ее в период совершения деяния способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, а также с учетом ее поведения в судебном заседании, правильного восприятия ею окружающей обстановки, логического мышления и активного адекватного речевого контакта, ее вменяемость у суда обоснованно сомнений не вызвала.

Наказание осужденной ФИО2 назначено с соблюдением требований ст. ст. 6, 7, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного ею преступления, данных о ее личности, в том числе состояния ее здоровья, рода занятий, обстоятельств, смягчающих наказание, а также влияния назначенного наказания на ее исправление и условия жизни ее семьи.

При назначении наказания осужденной суд первой инстанции в достаточной степени в качестве смягчающих наказание обстоятельств, в соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ, учел противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, а также, в силу ч. 2 ст. 61 УК РФ, частичное добровольное возмещение морального вреда, причиненного преступлением, раскаяние в содеянном, принесение публичных извинений потерпевшим, положительные характеристики и состояние здоровья.

Вопреки доводам стороны защиты, иных смягчающих наказание ФИО2 обстоятельств, которые суд первой инстанции имел возможность учесть, но не принял во внимание, не имеется. Отсутствуют основания и для признания в качестве такового явки с повинной.

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 N 58 (ред. от 23.12.2025) «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» под явкой с повинной, которая в силу пункта "и" части 1 статьи 61 УК РФ является обстоятельством, смягчающим наказание, следует понимать добровольное сообщение лица о совершенном им или с его участием преступлении, сделанное в письменном или устном виде. Не может признаваться добровольным заявление о преступлении, сделанное лицом в связи с его задержанием по подозрению в совершении этого преступления.

Из материалов уголовного дела следует, что поводом для его возбуждения явилось сообщение о преступлении, полученное из иных источников, о чем составлен рапорт об обнаружении признаков преступления, согласно которому от оперативного дежурного ОМВД России «Кимрский» в СО по г. Кимры СУ СК РФ по Тверской области поступило сообщение о том, что обнаружен труп ФИО16 с телесными повреждениями.

Сообщением № 186 от 07.01.2024 подтверждается, что ФИО22 ДД.ММ.ГГГГ в 05:02 сообщила в дежурную часть ОМВД России «Кимрский» о том, что констатирована смерть ФИО16 до приезда скорой медицинской помощи от ножевого ранения.

Из протокола задержания подозреваемой от 07.01.2024 усматривается, что ФИО2 была задержана 07.01.2024 в 10:30, в связи с тем, что она была застигнута непосредственно после совершения преступления, на ней и ее одежде, а также в ее жилище обнаружены явные следы преступления (т. 2 л.д. 109).

Уголовное дело возбуждено 07.01.2024, в 09:00, по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, в отношении ФИО2

Из материалов дела усматривается, что материал КУСП, содержащий, в том числе объяснения ФИО4 от 07.01.2024, передан следователю после возбуждения уголовного дела – 10.01.2024, постановление о передаче указанного материала утверждено начальником ОМВД России «Кимрский» - 09.01.2024.

Как в суде первой, так в суде апелляционной инстанции ФИО2 содержание данных ею объяснений ДД.ММ.ГГГГ не подтвердила, указав, что объяснения давала, но их не читала. Указанные объяснения даны осужденной в отсутствие защитника.

С учетом всех указанных выше обстоятельств оснований полагать, что ФИО2 явилась с повинной, добровольно сообщив о совершенном ею либо с ее участием преступлении, до ее задержания, не имеется, в связи с чем оснований для признания смягчающим ее наказание обстоятельством явки с повинной у суда не имелось.

Нельзя признать в качестве явки с повинной и такие приведенные ФИО2 обстоятельства, как сообщение о произошедшем между ней и ФИО16 конфликте их родителям, те обстоятельства, что она не предпринимала мер к сокрытию следов и орудия преступления, давала показания, имеет положительную характеристику с места исполнения меры пресечения.

Не следует из материалов дела и такое обстоятельство, как активное способствование раскрытию и расследованию преступления, таких действий осужденной совершено не было.

Иных обстоятельств, которые могли бы обусловить смягчение наказания, из материалов дела не следует.

Оснований для применения при назначении наказания ФИО2 положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, о чем поставлен вопрос в апелляционной жалобе осужденной, а равно для применения положений ст. ст. 64, 73 УК РФ суд обоснованно не усмотрел. Выводы в приговоре надлежаще мотивированы. Не находит таких оснований и судебная коллегия.

Осужденной назначено справедливое наказание по своему виду и размеру, соответствующее характеру и степени общественной опасности совершенного ею преступления, сведениям о личности, обстоятельствам, смягчающим наказание, всем заслуживающим внимание данным, а поэтому оснований для его смягчения не имеется. Мотивы неприменения дополнительного наказания в виде ограничения свободы судом в приговоре изложены.

Вид исправительного учреждения – исправительная колония общего режима судом назначен ФИО2 в соответствии с положениями п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Вопросы о мере пресечения, исчислении срока и зачете наказания, о судьбе вещественных доказательств разрешены судом верно.

Требования уголовно-процессуального закона при разрешении иска судом соблюдены.

Оснований полагать денежную компенсации морального вреда, взысканную с осужденной, в пользу Потерпевший №2 несправедливой, не имеется. Разрешая исковые требования в этой части, суд в полной мере учел характер и степень нравственных страданий потерпевшей, требования разумности и справедливости, материальное положение виновной, степень ее вины, все заслуживающие внимание данные. Определив размер такой компенсации в 1100000 рублей, суд верно взыскал с осужденной 1000000 рублей, поскольку частично в размере 100000 рублей моральный вред был возмещен ФИО2 в добровольном порядке.

Оснований для уменьшения денежной компенсации морального вреда, в том числе по доводам, изложенным ФИО2 в апелляционной жалобе, с учетом данных о ее личности, характера имеющихся заболеваний, трудоспособного возраста, судебная коллегия не усматривает.

Правильно разрешен судом и гражданский иск Потерпевший №2 о взыскании с осужденной в счет возмещения затрат на погребение погибшего ФИО16 в размере 74730 рублей, которые подтверждены документально. То обстоятельство, что Потерпевший №2 было получено пособие на погребение в связи со смертью ФИО16, а также оказание семье Потерпевший №2 материальной помощи предприятием, в котором работал погибший, основанием для отказа в удовлетворении заявленных потерпевшей требований в указанной части не является. Смерть ФИО16 наступила вследствие умышленных преступных действий ФИО2, соответственно, суд верно счел обоснованным заявленный гражданским истцом иск о взыскании с осужденной расходов на погребение ФИО16

Процессуальные издержки в виде выплаченного вознаграждения представителю потерпевшей Потерпевший №2 – адвокату Иванову А.В. также отнесены на ФИО2 обоснованно, принятое решение мотивировано.

Оснований для освобождения осужденной от уплаты процессуальных издержек либо уменьшения их размера не имеется. Имущественно несостоятельной осужденная не является, не содержит на своем иждивении лиц, которых должна обеспечивать в силу закона. Свою позицию по этому вопросу она довела, необходимые документы судом исследованы.

Процессуальных нарушений, влекущих отмену обвинительного приговора, судом не допущено, принципы уголовного судопроизводства соблюдены, право осужденной на защиту не нарушено.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Кимрского городского суда Тверской области от 23.10.2025 в отношении ФИО1 изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора из числа доказательств показания свидетелей ФИО19, ФИО20, ФИО10, ФИО21 относительно конфликтных отношений ФИО2 с другими лицами и ее агрессивном поведении, известные им по слухам.

В остальном указанный приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденной ФИО2 и адвоката Михеева С.В. в ее защиту - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции с подачей жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, осужденной, содержащейся под стражей, - в тот же срок со дня вручения копии судебного решения, вступившего в законную силу, а в случае пропуска этого срока либо отказа в его восстановлении путем подачи жалобы, представления непосредственно по Второй кассационный суд общей юрисдикции.

Осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в кассационном рассмотрении дела.

Председательствующий: В.В. Павлова

Судьи: С.А. Каширина

П.А. Сергуненко