Апелляционное постановление № 22-391/2020 от 26 февраля 2020 г. по делу № 1-243/2019

Судья ФИО1,

Дело № 22-0391


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Иваново 27 февраля 2020 года

Ивановский областной суд

в составе:

председательствующего судьи А.В. Замазкина,

при секретаре Ю.Н. Стребличенко,

с участием:

прокурора Краснова С.В.,

защитника Потаповой А.А., ордер № 014840,

осуждённого ФИО1, (с использованием видеоконференцсвязи),

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу осужденного на приговор Фрунзенского районного суда города Иваново от 25 декабря 2019 года в отношении

ФИО1, <данные изъяты>

<данные изъяты>,

осужденного за совершение преступления, предусмотренного пунктом «б» части 2 статьи 158 УК РФ, к наказанию в виде лишения свободы сроком на 1 год, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на 6 месяцев, с установлением ограничений и обязанности согласно приговору.

Заслушав доклад председательствующего судьи о содержании приговора и доводах апелляционной жалобы, мнение защитника и осужденного, просивших об ее удовлетворении, суждение прокурора, полагавшего приговор законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции

установил:

Тупиков осужден за совершение хищения имущества ФИО2 общей стоимостью 8 тысяч рублей с незаконным проникновением в принадлежащую ей хозяйственную постройку, расположенную в подвале первого подъезда дома <адрес>.

Тупиков виновность в совершении преступления признал.

Осужденный не согласился с приговором, подал на него апелляционную жалобу, в которой указал, что:

· просит о смягчении наказания и назначении его с применением положений статьи 73 УК РФ. Ущерб по делу возмещен, потерпевшая не хотела, чтобы его осуждали к лишению свободы. У него имеются заболевания, которые сложно лечить в условиях лишения свободы.

В дополнении к апелляционной жалобе, датированном 10 февраля 2020 года, Тупиков указал, что:

· судом не учтено, что на момент совершения преступления он был трудоустроен. Суд не учел мнение потерпевшей, которая просила не лишать его свободы. Во время нахождения под подпиской о невыезде он не совершал противоправных действий;

· эксперты не дают однозначного ответа об умышленности его действий, что должно быть истолковано в его пользу;

· просит назначить ему наказание, не связанное с лишением свободы.

В письменном отзыве на апелляционную жалобу потерпевшая указала, что не имеет претензий к ФИО1, он принес ей извинения. Просила о смягчении наказания. Необходимости реального наказания она не усматривает.

Государственный обвинитель в возражениях на жалобу указал на законность и обоснованность приговора, не подлежащего изменению по доводам жалобы.

Выслушав участников процесса и исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Виновность осуждённого в совершении преступления, судом первой инстанции установлена правильно, подтверждается совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании по правилам их оценки, установленным законом.

Выводы о виновности осуждённого подтверждаются его признательной позицией по фактическим обстоятельствам дела, протоколом проверки показаний на месте, показаниями потерпевшей ФИО2, свидетелей ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, протоколом осмотра места происшествия, справкой о стоимости велосипеда, иными доказательствами, исследованными в ходе судебного заседания.

Позиция суда первой инстанции, состоящая в признании допустимой явки с повинной в части, как документа, содержательная часть которого использована в доказывании, не соответствует процессуальному закону.

Уголовно-процессуальный закон устанавливает определенные правила, касающиеся оформления процессуальных документов и только соблюдение процедуры получения процессуального документа делает его отвечающим критерию приемлемости в качестве допустимого доказательства.

Явка с повинной является в силу положений статьи 142 УПК РФ одним из поводов начала уголовно-процессуальной деятельности. Вместе с тем, ее содержательное составляющее должно отвечать критериям законности со спецификой получения данной информации от лица, в последующем привлекаемого к уголовной ответственности.

В соответствии с частью 1.1 статьи 144 УПК РФ лицам, участвующим в производстве процессуальных действий при проверке сообщения о преступлении, разъясняются их права и обязанности, предусмотренные настоящим Кодексом, и обеспечивается возможность осуществления этих прав в той части, в которой производимые процессуальные действия и принимаемые процессуальные решения затрагивают их интересы, в том числе права не свидетельствовать против самого себя, своего супруга (своей супруги) и других близких родственников, круг которых определен пунктом 4 статьи 5 настоящего Кодекса, пользоваться услугами адвоката, а также приносить жалобы на действия (бездействие) и решения органов дознания и следствия в порядке, установленном главой 16 настоящего Кодекса.

Требование вышеприведенной нормы уголовно-процессуального закона при оформлении явки с повинной от ФИО1 не соблюдено: права ему в полном объёме не разъяснены, отметки об этом в протоколе нет, явка с повинной дана в отсутствие защитника.

Указанные формальные требования закона должны быть соблюдены, поскольку установлены законом. При этом вне зависимости от подтверждения в суде данных, изложенных в явке с повинной, несоблюдение правил ее получения, неразъяснение лицу, обращающемуся с ней, основополагающих прав на защиту в различных формах её реализации, делает указанный документ процессуально ущербным, не отвечающим критериям допустимости.

Явка с повинной ФИО1 является недопустимым доказательством. В связи с чем подлежит исключению из их числа, равно как и все выводы суда первой инстанции по ней.

В обоснование вывода о виновности осуждённого также положены оглашенные показания свидетеля ФИО6 - сотрудника ОБППСп ОМВД РФ по Ивановской области.

В частности, в них он указывал о признательной позиции ФИО1 по делу, пересказывая часть пояснений осуждённого.

Признавая показания указанного свидетеля допустимыми в части, касающейся описания фактических обстоятельств производства им процессуальных действий в отношении осуждённого, суд апелляционной инстанции отмечает, что у суда первой инстанции не было оснований рассматривать их как позволяющие получение информации о содержании показаний, данных в ходе досудебного производства осужденным, и допускающие таким образом возможность восстановления содержания этих показаний, вопреки закрепленному в пункте 1 части 2 статьи 75 УПК РФ правилу, согласно которому показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, относятся к недопустимым. Тем самым процессуальный закон, исходя из установления части 2 статьи 50 Конституции РФ, исключает возможность любого, прямого или опосредованного, использования содержащихся в них сведений.

При этом суд апелляционной инстанции указывает, что признательная позиция осужденного по делу не была всеобъемлющей, что требовало оглашения его показаний, данных в стадии предварительного следствия.

В связи с изложенным, эти ссылки на показания ФИО7 в указанной части подлежат исключению из приговора.

Однако, принятие данных решений (по протоколу явки с повинной и в части по показаниям свидетеля ФИО6) правами апелляционной инстанции не ставит под сомнение выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 в совершении преступления, посокльку по делу имеется совокупность доказательств, её подтверждающая.

Переходя к анализу вопросов юридической квалификации действий осуждённого, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Тупиков совершил хищение, то есть противоправно и без каких-либо к тому оснований обратил в свою пользу не принадлежащее ему имущество ФИО2, причинив ей материальный ущерб.

Специфическим видом хищения явилась кража.

Тайность совершенного хищения объективно следует из того, что оно совершено в условиях неочевидности для собственника имущества и иных лиц.

Ущерб для собственника от хищения по делу установлен верно, в том числе и путем проведения соответствующих оценок.

Квалифицирующий признак совершения хищения с незаконным проникновением в иное хранилище судом в действиях осужденного ФИО1 установлен правильно.

Как следует из материалов дела, хищение совершено из хозяйственной постройки, расположенной в подвале жилого дома, дверь в неё оборудована навесным замком.

Из показаний осужденного следует, что перед проникновением в данную постройку у него имелась цель совершения хищения.

Дверь в постройку была заперта на запорное устройство, слом которого Тупиковым указывает на то, что проникновение совершено в любом случае вопреки воли собственника, при этом, преследовалась корыстная цель хищения.

Из фотототаблицы к осмотру места происшествия, пояснений потерпевшей следует, что хозяйственная постройка — сарай отвечает критериям иного хранилища, установленным в положениях примечания 3 к статье 158 УК РФ.

Квалификация действий ФИО1, данная судом первой инстанции, по пункту « Б» части 2 статьи 158 УК РФ, является верной.

Суд, следуя установлениям статьи 73 УПК РФ, оценил имеющееся в деле заключение экспертов-психиатров, ставить под сомнение которое оснований нет, и пришёл к правильному выводу о вменяемости ФИО1 относительно совершенного преступления и необходимости назначения ему уголовного наказания.

Доводы ФИО1 о том, что относительно его психического здоровья имеются неясности в заключении экспертизы суд апелляционной инстанции отклоняет, как несостоятельные и противоречащие его содержанию.

Кроме прочего вопрос об установлении умысла относится к субъективной стороне совершенного преступления и устанавливается судом, а не экспертным заключением. В задачу последнего входит, применительно к предмету экспертизы, лишь установление соответствия привлекаемого к уголовной ответственности лица критериям субъекта преступления.

Ревизируя приговор на предмет законности и справедливости назначенного наказания, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Уголовно-правовая трактовка принципа справедливости в УК РФ изложена в статье 6 и устанавливает, что наказание, применяемое к лицу, совершившему преступление, должно соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного (часть 1).

Суд первой инстанции, применяя уголовный закон, данный принцип реализовал с учётом, как совершенного преступления, так и личности ФИО1.

Суд учёл все характеризующие ФИО1 сведения и обстоятельства. Он судим; состоит на учете в наркологическом диспансере; состоит под наблюдением в ОКПБ «Богородское», имеет заболевания. Родители осужденного пенсионеры; участковым уполномоченным, а также соседями и по месту фактической работы Тупиков характеризуется положительно, по месту отбывания предыдущего наказания характеризовался отрицательно.

Суд обоснованно признал в качестве смягчающих наказание обстоятельств ФИО1: активное способствование раскрытию и расследованию преступления, добровольное возмещение ущерба, наличие несовершеннолетних детей, состояние здоровья осужденного и его родителей, признание им своей виновности, раскаяние в содеянном.

Несмотря на исключение из числа доказательств протокола явки с повинной, апелляционный повод для исключения из числа смягчающих обстоятельств явки с повинной ФИО1 отсутствует.

Указание судом на смягчающие наказание обстоятельства, не включенные в перечень обязательных к учёту, предусмотренных частью 1 статьи 61 УК РФ, а признаваемые таковыми по усмотрению суда (часть 2 статьи 61 УК РФ), свидетельствует о том, что они учтены не формально, но по существу.

Судом первой инстанции при назначении наказания также обоснованно учтено наличие отягчающего наказание обстоятельства — совершение преступления Тупиковым при рецидиве преступлений.

Тупиков, имея неснятую и непогашенную судимость за совершение в совершеннолетнем возрасте, в том числе тяжкого преступления, за которое назначалось в качестве наказания лишение свободы, вновь в течение срока погашения судимости совершил умышленное преступление средней тяжести.

Суд надлежаще, с учетом наличия совокупности смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных статьей 61 УК РФ, мотивировал применение привилегированных правил назначения наказания при рецидиве преступлений, установленных в части 3 статьи 68 УК РФ, в части касающейся срока назначаемого наказания в виде лишения свободы.

При этом, устанавливая льготные правила, закон в любом случае связывает назначение наказания с наиболее строгим его видом в настоящем случае исходя из санкции части 2 статьи 158 УК РФ — лишением свободы.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что фактические обстоятельства совершённого преступления указывают на то, что воздействие предыдущего наказания оказалось недостаточным для исправления осуждённого и достижения целей назначения наказания, состоящих, среди прочего, в частной превенции, то есть предупреждении совершения именно Тупиковым новых преступлений.

Суд первой инстанции, придя к выводу о том, что только конкретный вид наказания, лишение свободы, достигнет целей его назначения, вопреки доводам жалобы, не имел оснований для применения условного осуждения и принудительных работ, как альтернативы лишению свободы в отношении ФИО1 при назначении наказания за преступление, предусмотренное пунктом «Б» части 2 статьи 158 УК РФ.

Восстановление социальной справедливости, как одна из целей назначения наказания, предполагает, что, отбывая его в виде реального лишения свободы и претерпевая ограничения, установленные данным наказанием, восстанавливаются в достижимой форме не только нарушенные права конкретной потерпевшей, но и общественные отношения в сфере защиты собственности, охраняемые уголовным законом, безусловно, пострадавшие от действий ФИО1.

В связи с этим, суд апелляционной инстанции, вопреки доводам к дополнениям апелляционной жалобы, указывает, что позиция конкретной потерпевшей по вопросу назначения наказания для суда определяющей не является, поскольку назначение наказания отнесено к дискреционным полномочиям суда.

Суд апелляционной инстанции указывает, что в отношении ФИО1 категория преступления средней тяжести не может быть смягчена в силу прямого указания закона, (часть 6 статьи 15 УК РФ) по причине имеющегося отягчающего его наказание обстоятельства.

Объективно оценив обстоятельства, характеризующие как степень общественной опасности совершенного преступления, так и личность осуждённого, суд обоснованно не усмотрел каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью осуждённого, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления. Оснований для применения положений статьи 64 УК РФ при назначении ФИО1 наказания у суда не имелось, с этим утверждением суда первой инстанции суд апелляционной инстанции согласен.

Суд мотивировал применение в отношении ФИО1 дополнительного наказания в виде ограничения свободы. Меры постпенитенциарного контроля в виде ограничений и обязанности, установленные судом при исполнении данного наказания, а также его продолжительность, адекватны содеянному и личности ФИО1.

Режим отбывания наказания ФИО1 определён судом верно.

Применение при назначении наказания правил части 3 статьи 68 УК РФ, неназначение наказания в максимальном размере свидетельствует о том, что принцип гуманизма, закрепленный в статье 7 УК РФ, в отношении ФИО1 реализован судом надлежаще.

Приговор законен, надлежаще обоснован, в связи с чем по доводам апелляционного повода отмене или изменению не подлежит.

Руководствуясь статьями 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Приговор Фрунзенского районного суда города Иваново от 25 декабря 2019 года в отношении ФИО1, оставить без изменения; апелляционную жалобу осужденного — без удовлетворения.

Исключить из числа доказательств протокол явки с повинной ФИО1, указания на него в качестве доказательства в приговоре и все выводы суда по нему.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылки на показания свидетеля ФИО6 об обстоятельствах преступления, ставших ему известными из пояснений задержанного, до придания ему процессуального статуса, а также выводы суда по ним.

Настоящее постановление может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, предусмотренном Главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий судья: А. Замазкин