Приговор № 2-24/2018 от 8 июля 2018 г. по делу № 2-24/2018

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Иркутск 9 июля 2018г.

Иркутский областной суд в составе:

председательствующего – судьи Ляховецкого О.П.,

при секретаре Нихилеевой А.А.,

с участием государственного обвинителя – начальника отдела государственных обвинителей прокуратуры Иркутской области Руды М.С.,

подсудимых: ФИО1, ФИО2,

защитников: Касперовича Д.С., Овакимян Н.С.,

а также потерпевших: С., В., А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО1, родившегося <...> в <...>, гражданина РФ, со средним образованием, холостого, имеющего малолетнюю дочь – К., <...> года рождения, военнообязанного, до ареста работающего неофициально электриком на АЗС «Солзан» и водителем у ИП «Ш.», зарегистрированного и проживавшего по адресу: <...>, ранее судимого:

- 01 декабря 1999 года Сибирским окружным военным судом (с изменениями, внесенными: постановлением Куйбышевского районного суда г.Иркутска от 30 сентября 2004 года, кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам Иркутского областного суда от 27 декабря 2004 года, постановлением суда надзорной инстанции Президиума Иркутского областного суда от 14 мая 2007 года) по п. «з» ч.2 ст.105, ч.2 ст.338, п.п. «а, б» ч.2 ст.158 УК РФ (в редакции ФЗ РФ от 8 декабря 2003 года); п. «б» ч.4 ст.226, ч.2 ст.167, ч.2 ст.222 УК РФ, с применением ч.3 ст.69 УК РФ, к 17 годам 8 месяцам лишения свободы, освобожденного 22 февраля 2011 года условно-досрочно на 5 лет 3 месяца 20 дней. Наказание отбыто,

мера пресечения – заключение под стражу с 11 августа 2017 года,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч.4 ст.162; п. «з» ч.2 ст.105 УК РФ;

ФИО2, родившегося <...> в <...>, гражданина РФ, со средним специальным образованием, военнообязанного, холостого, детей не имеющего, работающего помощником машиниста электровоза на станции Слюдянка в ОАО «РЖД», зарегистрированного и проживающего по адресу: <...>, ранее не судимого,

содержавшегося в ИВС ОМВД России по Слюдянскому району с 11 по 13 августа 2017 года,

мера пресечения – подписка о невыезде и надлежащем поведении,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.162 УК РФ;

У С Т А Н О В И Л:

Подсудимый ФИО1 совершил разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением оружия, с незаконным проникновением в помещение, в крупном размере, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего; а также убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, сопряженное с разбоем.

Подсудимый ФИО2 совершил разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, с угрозой применения насилия, опасного для жизни, группой лиц по предварительному сговору, с применением оружия, с незаконным проникновением в помещение, в крупном размере.

Преступления совершены при следующих обстоятельствах:

В период времени не позднее 22 часов 03 минут 8 августа 2017 года, подсудимый ФИО1, имея умысел на разбойное нападение на автозаправочную станцию «Солзан», где работал в качестве электрика, в целях хищения денежных средств, находящихся в помещении АЗС «Солзан», расположенной по адресу: <...>, из имеющегося у него огнестрельного ружья 12 калибра изготовил обрез, а также из имеющихся у него гильз, пороха, дроби и войлока снарядил боеприпасы к вышеуказанному обрезу, которые хранил у себя в гараже по месту жительства по адресу: <...>.

Для совершения разбойного нападения ФИО1, не позднее 22 часов 03 минут 8 августа 2017 года перекинул металлический трос на линию электропередач ВЛ-6 КВ между 29 и 30 опорой, ведущей от Байкальской ТЭЦ в сторону п.Солзан Слюдянского района Иркутской области, в связи с чем частично обесточил АЗС «Солзан» с целью прекращения ее работы на время совершения преступления. После чего, ФИО1 прибыл на АЗС «Солзан», где убедился, что произошло отключение автозаправочных колонок, а затем, в ходе телефонного разговора с директором АЗС «Солзан» В. сообщил, что на станции произошли перебои с электроэнергией, которые он (ФИО1) устранить не может, после чего В. дал согласие на отключение внешнего освещения на АЗС «Солзан» и прекращения работы на АЗС до устранения перебоев с электричеством.

Затем ФИО1, убедившись, что оператор АЗС Д. выключила внешнее освещение на территории АЗС «Солзан» и одна закрылась в помещении автозаправочной станции, вернулся домой, где вооружился заранее приготовленным для совершения разбойного нападения обрезом огнестрельного ружья 12 калибра, заряженным патронами 12 калибра, двумя радиостанциями, а также переоделся в подготовленную для совершения преступления одежду.

После этого, ФИО1 предложил своему брату - ФИО2, совершить совместно с ним разбойное нападение на АЗС «Солзан» с целью хищения денежных средств, продемонстрировав подсудимому ФИО2, спрятанный под одеждой, обрез ружья, на что ФИО2, имея корыстный мотив, согласился на совершения разбоя, при этом, распределив свои роли таким образом, что ФИО1, угрожая обрезом ружья оператору АЗС «Солзан», похитит денежные средства в помещении АЗС, а ФИО2 в это время будет находиться недалеко от АЗС, наблюдая за окружающей обстановкой, и в случае появления на территории АЗС «Солзан» посторонних лиц, предупредит ФИО1 с помощью имевших при себе радиостанций, вступив, таким образом, в предварительный сговор между собой на разбойное нападение на АЗС «Солзан» в целях хищения чужого имущества, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, в отношении оператора заправочной станции Д., группой лиц по предварительному сговору, с применением оружия, с незаконным проникновением в помещение.

Реализуя преступный умысел на совершения разбоя, подсудимый ФИО2, в период времени с 22 часов 50 минут 8 августа 2017 года до 08 часов 02 минут 9 августа 2017 года, взял у своего брата - ФИО1, одну из имевшихся у последнего радиостанций и остался на участке местности, расположенном вблизи АЗС «Солзан» по указанному выше адресу, где стал наблюдать за окружающей обстановкой.

В это время ФИО1 подошел к помещению АЗС «Солзан», одел на голову имевшуюся при себе футболку, чтобы оператор Д. не смогла его узнать, и прошел к заправочной станции, где через окно попросил продать ему товар. Когда Д. удалилась в подсобное помещение за товаром, ФИО1 вооружился имевшимся при себе обрезом ружья 12 калибра, достав его из-под одежды и, надеясь на то, что Д. его не опознала, приготовился при помощи демонстрации оружия потребовать от Д. передать ему денежные средства. Однако в этот момент Д., уточняя какой именно ему нужен товар, повернулась лицом к ФИО1 и назвала его по имени.

Поняв, что Д. его узнала, у ФИО1 возник преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью и убийство Д. при разбойном нападении, что не охватывалось совместным преступным умыслом, достигнутым в ходе предварительного сговора на разбой с ФИО2 При этом, ФИО1 о возникновении у него преступного умысла, направленного на причинение тяжкого вреда здоровью и убийство Д. в ходе разбойного нападения, соучастнику совершаемого разбоя – ФИО2, не сообщил.

Подсудимый ФИО1, находясь в указанных выше месте и время, напал на Д. и, применяя насилие, опасное для жизни и здоровья потерпевшей, с целью убийства при разбойном нападении, произвел в Д. прицельный выстрел из обреза огнестрельного ружья 12 калибра.

Своими преступными действиями ФИО1 причинил Д. телесные повреждения в виде:

- огнестрельного дробового слепого проникающего ранения грудной клетки слева с повреждением левого и правого легких, сердца, аорты, диафрагмы, печени, с многооскольчатыми многофрагментарными переломами 5-9 ребер справа по лопаточной линии с дефектом «минус-ткань», причинившего тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни;

- кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы правой теменной области и лобной области справа, не причинившие вреда здоровью.

Смерть Д. наступила на месте преступления от огнестрельного дробового слепого проникающего ранения грудной клетки слева с повреждением левого и правого легких, сердца, аорты, диафрагмы, печени, с многооскольчатыми многофрагментарными переломами 5-9 ребер справа по лопаточной линии, осложнившегося обильной кровопотерей, что состоит в прямой причинно-следственной связи с умышленными преступными действиями ФИО1

После убийства Д., ФИО1, продолжая реализовывать совместный с ФИО2 преступный умысел, направленный на разбойное нападение, действуя совместно и согласованно, незаконно, с целью хищения чужого имущества, проник через окно в помещение АЗС «Солзан», где обнаружил и похитил денежные средства в сумме 536 000 рублей, а также находящийся в помещении АЗС «Солзан» видеорегистратор, стоимостью 2000 рублей, принадлежащие индивидуальному предпринимателю А. После совершения преступления ФИО1 и ФИО2 с места преступления скрылись, распорядившись похищенным имуществом по своему усмотрению, причинив потерпевшему А. материальный ущерб в крупном размере в сумме 538 000 рублей.

После совершения преступлений подсудимые ФИО1 и ФИО2 избавились от похищенного видеорегистратора, одежды, орудий преступления, а также, разделив часть денег между собой, спрятали похищенные денежные средства в Республики Бурятия.

Подсудимый ФИО1 виновным себя в убийстве Д., сопряженном с разбоем, признал полностью, при этом в разбойном нападении вину признал частично, не признав квалифицирующий признак разбоя как «группой лиц по предварительному сговору», а также не признал объем похищенного, указав, что денежных средств похищено меньше, не уточнив сумму.

Подсудимый ФИО2 виновным себя в разбойном нападении, описанным выше, не признал.

Подсудимый ФИО1 от дачи показаний в суде отказался, воспользовавшись своими правами, предусмотренными ст.51 Конституцией РФ и ст.47 УПК РФ, поэтому по ходатайству государственного обвинителя, в соответствии с п.3 ч.1 ст. 276 УПК РФ, в судебном заседании были оглашены показания ФИО1, данные им при производстве предварительного расследования, с соблюдением требований п.2 ч.4 ст.46 УПК РФ и п.3 ч.4 ст.47 УПК РФ, в ходе допросов в качестве подозреваемого и обвиняемого.

Так, допрошенный в качестве подозреваемого 11 августа 2017г., а также в качестве обвиняемого 12 августа, 25 декабря 2017г. ФИО1 показал, что с 2016 года он стал работать на АЗС «Солзан» в качестве электрика и разнорабочего. Он знал, что в среднем выручка в день на данной заправочной станции в летний период времени составляла около 100 000 рублей, и знал, где хранились деньги. Около двух лет назад в лесу он нашел охотничье ружье 12 калибра и оставил его себе. Примерно 01 августа 2017 года у него возник план при помощи ружья совершить на данную АЗС разбойное нападение и завладеть денежными средствами. Для совершения разбоя из ранее найденного ружья он сделал обрез, а дома у него имелись патроны к ружью. Он знал, что в случае, если на заправке произойдет скачок напряжения, на ней отключатся колонки и оператор-кассир будет вынуждена закрыть заправку и перестать обслуживать клиентов, поэтому он решил, что сделает короткое замыкание электрической сети с целью отключения колонок и электропитания заправочной станции.

8 августа 2017 года примерно в 22 часа он взял металлический трос и прошел в начало п.Солзан в сторону г.Байкальска, где подошел к линии электропередач и забросил на данную линию трос, от чего произошло короткое замыкание. Он сразу пошел домой. Затем ему на сотовый телефон позвонила Д. и сообщила о том, что на заправочной станции произошел скачок напряжения и не работают колонки. Он подъехал на своем автомобиле к заправочной станции и убедился, что в результате короткого замыкания и обрыва электросетей на заправочной станции не питались заправочные колонки и телевизор. Все остальное оборудование работало, а именно уличное освещение и освещение внутри заправочной станции, а также камеры наружного и внутреннего наблюдения. По предложению Д. он осуществил отключение наружного освещения, чтобы к заправке не подъезжали люди, так как Д. не смогла бы осуществлять отпуск топлива, согласовав это с В. Приехав домой примерно в 23 часа, он взял в гараже обрез и патроны, спрятал их за пазуху одежды. Решив, что ему понадобится помощь, взял имеющиеся у него дома детские рации, позвал своего брата ФИО2 и попросил того прогуляться до озера Байкал, пояснив, что забыл там снасти для рыбалки. Выйдя с братом на улицу примерно в 00 часов 10 минут 9 августа 2017 года, он сказал брату, что запланировал разбойное нападение на заправочную станцию и предложил помочь ему, на что брат согласился, и они направились в сторону заправочной станции. В пути следования он сказал ФИО2, что роль последнего будет заключаться в том, что тот будет сидеть в кустах недалеко от заправочной станции и наблюдать за обстановкой, а в случае какого-либо движения, при помощи рации предупредит его. В тот момент, когда он (ФИО1) передавал брату рацию, ФИО2 увидел у него обрез. Брат спросил, для чего он ему нужен, на что он пояснил, что данный обрез нужен для того, чтобы напугать оператора-кассира. Роль ФИО2 заключалась в том, чтобы следить за обстановкой и предупредить его в случае опасности. Они дошли до отстойников БЦБК, где он сказал брату сидеть, ждать и наблюдать за обстановкой, а сам пошел в сторону АЗС. Завязав майку на голове, чтобы было видно только глаза, одев кепку и, взяв обрез в правую руку, он направился к заправочной станции. Постучав в окно, он попросил Д. продать ему антифриз или масло. Когда Д. отошла к стеллажам с товаром, он достал обрез, чтобы угрожать им когда Д. повернется, но после того, как Д. повернулась, она спросила его: «Слава, какой тебе?». Он понял, что Д. узнала его и испугался. У него возникла мысль убить Д., и он нажал на спусковой курок, прозвучал выстрел. После выстрела Д. прошла два шага и упала в коридоре. Затем он пролез в окно заправочной станции, проследовал в помещение, в котором хранились деньги и была касса, где он включил имеющийся у него налобный фонарь, вырвал видеорегистратор, взял деньги из кассы и из тумбочки, которые были упакованы в мультифоры с застежкой. Сложив деньги за пазуху, обрез и регистратор от видеокамер он взял в руку и покинул помещение заправки через окно операторской.

Фактически он похитил с места происшествия регистратор и денежные средства около 500 000 рублей. Покинув помещение АЗС, он направился по дороге в сторону Республики Бурятия, где свернул в сторону отстойников БЦБК. Увидев своего брата, который пошел в сторону от него, он последовал за ним и стал выбрасывать в воду отстойников БЦБК свои вещи: обрез, регистратор. Затем, переложив деньги из мультифоры в пакет, нашел камень, завернул его в свою одежду, а именно куртку, штаны и мультифоры из-под денег, после чего выбросил. Кепку и фонарик он выбросил где-то по пути. После этого он с ФИО2 договорился идти домой и передал тому пакет с деньгами. Домой они пришли примерно в 3 часа ночи, после этого они проследовали к нему в машину и поехали в <...> к подруге брата - Л. По пути в п.Танхой он остановил автомобиль на мосту через реку Мурино, где он одел тапки и выкинул с моста в воду кроссовки. Примерно в 5 часов 30 минут они приехали в п.Танхой. По пути следования ФИО2 считал деньги, сколько именно их было, он не запомнил. Примерно в 8 часов 30 минут ему позвонил В. и сообщил о том, что на заправке произошло ЧП, что Д. мертва, а он сообщил В., что не сможет сейчас приехать, так как немного выпил. Примерно в 16 часов он поехал в п.Солзан, так как его вызвали в полицию. ФИО2 остался в п.Танхой с деньгами. Он взял у своего брата 3 000 рублей на текущие расходы (т.1 л.д.185-195; 222-228; т.2 л.д.139-144).

Свои показания подозреваемый ФИО1 полностью подтвердил при проверке показаний на месте 11 августа 2017 года, согласно которым ФИО1, находясь на месте происшествия, продемонстрировал свои действия при совершении разбойного нападения, а также при помощи макета обреза ружья продемонстрировал, как был произведен им выстрел в Д. (т.1 л.д.196-215).

В судебном заседании подсудимый ФИО1 об обстоятельствах совершенных преступлений полностью подтвердил свои показания, кроме участия в разбойном нападении своего брата – ФИО2, пояснив, что последний не знал о планируемом им преступлении, и предварительного сговора с ФИО2 на разбой у него не было. Разбойное нападение на АЗС «Солзан» и убийство Д. в ходе разбойного нападения совершил он один. Также, ФИО1 не подтвердил объем похищенных денег, считая, что их было меньше 536 000 рублей.

Подсудимый ФИО2 показал в судебном заседании, что 8 августа 2017 года после 22 часов он вместе со своим братом – ФИО1, по просьбе последнего, пошли на берег озера Байкал, чтобы забрать там ящик с рыболовными снастями. Однако по дороге ФИО1 повернул в противоположную сторону от Байкала, на что он (ФИО2) спросил, куда тот пошел, а его брат предложил просто прогуляться. Дойдя до очистных сооружений, они остановились. ФИО1 передал ему рацию и попросил его (ФИО2) постоять на этом месте, а сам куда-то пошел, при этом сказал, что ему (ФИО1) нужно что-то взять. Минут через 15-20 он решил вернуться обратно и услышал голос своего брата по рации: «Все тихо?», на что он ответил: «Да». Чуть позже, ФИО1 догнал его и передал какой-то прямоугольный предмет. Затем он слышал несколько всплесков и ФИО1 сказал ему выбросить рацию в отстойник, что он и сделал. По дороге его брат снял с себя верхнюю одежду, положил ее в пакет, куда положил и камень, после чего пакет выбросил в отстойник. Придя домой, он (ФИО2) сообщил брату, что он опоздал на поезд к своей подруге – Л., проживающей в <...>. ФИО1 предложил его увезти на своей автомашине. По дороге в п.Танхой, проезжая мимо реки Мурино, по просьбе ФИО1 он из автомашины выбросил кроссовки брата в реку. После этого ФИО1 попросил его пересчитать что-то в пакете. Он (ФИО2), достав пакет, увидел в нем большую сумму денег. На его вопрос, откуда деньги, его брат ничего не пояснил. Пересчитав деньги, он сказал ФИО1, что их более 300 000 рублей. Он (ФИО2) подумал, что его брат взял кредит или на работе ему в долг дал начальник, так как ФИО1 хотел приобрести автомашину. Когда они приехали в п.Танхой, ФИО1 достал из пакета 3 000 рублей, отдал ему (ФИО2) пакет с остальными деньгами, сказав ему привезти 33 000 рублей позже, а остальные попросил разложить на две кучки, упаковать и положить в разные места, что он и сделал, находясь у Л. в квартире. На следующий день его брат уехал обратно домой, а он остался. О совершенном разбойном нападении на АЗС «Солзан» он узнал от сотрудников полиции, со своим братом – ФИО1, в предварительный сговор на совершения разбоя он не вступал.

В судебном заседании по ходатайству стороны обвинения в связи с наличием существенных противоречий между показаниями, данными подсудимым ФИО2 в ходе предварительного расследования и в суде, в соответствии с п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ, оглашены показания подсудимого ФИО2, данные им при производстве предварительного расследования с соблюдением требований п.1 ч.2 ст.75 УПК РФ в ходе допроса в качестве подозреваемого.

Так, допрошенный в качестве подозреваемого 11 августа 2017 года, ФИО2 показал, что 08 августа 2017 года в вечернее время он находился у себя дома с ФИО1 Сходив со своим братом около 20 часов на рыбалку на берег озера Байкал, через час вернулись домой. Где-то через полчаса ФИО1 куда-то ушел и вскоре вернулся. Примерно в 22 часа на сотовый телефон ФИО1 поступил телефонный звонок, после чего его брат сообщил, что тому позвонили с работы и вызвали помочь, поскольку там возникли какие-то неполадки с электричеством. Вернулся ФИО1 после 23 часов того же дня. Около 00 часов 09 августа 2017 года ФИО1 позвал его пройтись на берег озера Байкал, где они ранее рыбачили, так как тот забыл свой чемоданчик с рыболовными снастями, при этом ФИО1 попросил его оставить сотовый телефон дома. Когда они вышли из дома, он (ФИО2), увидев под верхней курткой ФИО1 ружье - обрез, поинтересовался, зачем тот взял с собой огнестрельное оружие, на что ФИО1 предложил ему сходить с ним до АЗС «Солзан», где брат проникнет внутрь операторского пункта, пригрозит данным ружьем оператору и похитит денежные средства, а от него требовалось стоять в стороне от АЗС «Солзан» и наблюдать за обстановкой, то есть следить за тем, чтобы никто из посторонних лиц не подошел либо подъехал на АЗС, и предупредить ФИО1 Он (ФИО2) согласился и ФИО1 передал ему рацию, а вторую, точно такую же рацию, ФИО1 оставил себе. Придя на место, недалеко от АЗС «Солзан», они присели на корточки и около 30 минут наблюдали за АЗС «Солзан», затем ФИО1 сказал, чтобы он стоял и смотрел по сторонам, следил за обстановкой, а сам ФИО1 направился через лесной массив на АЗС «Солзан. Оставшись на указанном братом месте, он стал наблюдать за обстановкой, за проезжающими машинами. Примерно через 30 минут, после того, как ФИО1 ушел, брат спросил у него по рации: «Все нормально? Все тихо? Слышал что-нибудь?». Он ответил по рации: «Все тихо, ничего не слышал, все нормально». После этого ФИО1 сказал ему: «Подымайся на очистные». Он поднялся к водоему очистных ям, к нему подошел ФИО1, передал ему прямоугольный ящичек белого цвета и сказал: «Держи, пошли быстрей». Затем он услышал всплеск воды и понял, что ФИО1 что-то скинул в очистную яму, после чего он отдал тому предмет белого цвета, который ФИО1 передал ему ранее, и через несколько секунд он опять услышал всплески воды. Затем ФИО1 сказал ему, чтобы он выбросил в яму свою рацию, что он и сделал. Далее ФИО1 достал из внутреннего кармана либо из левого рукава полиэтиленовые конверты, снял с себя верхний костюм, сложил его в пакет, вынул из полиэтиленовых конвертов денежные средства, которые разложил по карманам куртки. После этого ФИО1 положил в пакет к костюму перчатки, конверты, камень, и бросил его в очистную яму. По пути к дому ФИО1 передал ему полиэтиленовый пакет с денежными средствами и сказал, чтобы он спрятал их. Придя в ограду дома, он сообщил ФИО1, что ему необходимо попасть в п.Танхой Кабанского района Республики Бурятия к своей девушке – Л. ФИО1 сказал ему, что отвезет его туда. Они выехали около двух либо трех часов ночи 9 августа 2017 года. Проезжая по мосту над рекой Мурино, ФИО1 сказал ему выбросить кроссовки, в которых тот был в момент совершения преступления, что он и сделал. Во время движения он, по просьбе ФИО1, пересчитал большую часть денег и сообщил ФИО1, что денежная сумма составляет более 300 000 рублей. Приехав к Л. по адресу: <...>, около четырех либо пяти часов утра 09 августа 2017 года, ФИО1 сообщил, что переложил деньги из автомобиля под кучу мусора в ограде дома. Утром 09 августа 2017 года вместе с ФИО1 они сходили в магазин, а когда вернулись, Л. сообщила, что на сотовый телефон ФИО1 звонил абонент «Сева», и та ответила на звонок. Неизвестный мужчина сообщил, что на АЗС «Солзан» произошло какое-то чрезвычайное происшествие. ФИО1 в ответ сообщил, что, наверное, что-нибудь произошло со светом и не стал перезванивать. Позже ему на сотовый телефон позвонили и сообщили, что не могут дозвониться до ФИО1, что на АЗС «Солзан» сейчас много сотрудников полиции, что убили какую-то женщину. Услышав данную новость, он понял, что это ФИО1 совершил убийство на АЗС «Солзан». Через несколько минут ФИО1 перезвонил своему начальнику, который сообщил, что на АЗС «Солзан» произошло убийство женщины-оператора. После приема пищи ФИО1 ушел спать, а он (ФИО2) проследовал в автомобиль, где пересчитал деньги, похищенные из АЗС «Солзан», у него получилась сумма в размере 536 000 рублей. Затем он разложил денежные купюры на несколько упаковок, а 36 000 рублей он оставил себе. После обеда ФИО1 уехал домой, отдав тому с собой 3000 рублей из отложенных им 36 000 рублей. В комнате Л. он положил упаковки с деньгами в размере 100 000 рублей и 150 000 рублей в матрас, сложенный пополам, расположенный за кроватью Л., 5 упаковок по 50 000 рублей в общей сумме 250 000 рублей в рукав горнолыжной куртки Л., которую положил в нижнюю полку белого комода, расположенного в комнате Л. 10 августа 2017 года в 12 часов 15 минут он на поезде уехал к себе домой, где спрятал оставшиеся 33 000 рублей под матрас своей кровати (т.1 л.д.162-168).

В судебном заседании подсудимый ФИО2 не подтвердил оглашенные показания, указав, что не давал такие показания, а подписал уже заполненный следователем протокол допроса, предварительно со стороны сотрудников полиции на него оказывалось физическое насилие, избивая его, то есть применялись незаконные методы следствия для самооговора.

Несмотря на отрицание подсудимыми ФИО1 и ФИО2 участия ФИО2 в совершении разбойного нападения на АЗС «Солзан», их виновность в совершении указанных выше преступлениях подтверждается показаниями, данными как самими подсудимыми в период предварительного следствия, приведенные выше, так и показаниями потерпевшего, свидетелей, и другими исследованными в судебном заседании доказательствами.

Вышеприведенные показания ФИО1 и ФИО2 в досудебной стадии производства по делу о своем участии, каждым, и о действиях друг друга, в совершении описанных выше преступлениях - разбойном нападении на АЗС «Солзан», а также последующего убийства Д., суд считает достоверными, согласующимися между собой и подтверждаются совокупностью иных доказательств, исследованных при судебном разбирательстве. Эти показания отличаются подробностями, исключающими самооговор и оговор друг друга, так как для этого отсутствуют какие-либо основания или причины, даны с участием защитников. До начала допросов ФИО1 и ФИО2 разъяснялись права, предоставленные ст.51 Конституции РФ, как и положения статей 46, 47 УПК РФ о том, что у них есть право давать показания по поводу возникших в отношении них подозрений и обвинений, либо отказаться от дачи показаний, и они предупреждались о том, что при согласии эти показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу. Достоверность сведений, внесенных в протоколы со слов подсудимых в период предварительного следствия, подтверждены соответствующими записями в протоколах, выполненные собственноручно и заверенные личными подписями подсудимых. В связи с чем, оснований сомневаться в достоверности показаний подсудимых, данных ими при производстве предварительного расследования, у суда не имеется, поскольку они полностью подтверждаются исследованными при судебном разбирательстве доказательствами.

Более того, суд приходит к убеждению, что участие защитников исключает оказание на подсудимых какого-либо давления при проведении следственных действий.

Суд приходит к выводу, что показания ФИО1 в судебном заседании, который отрицает участие своего брата – ФИО2 в разбойном нападении, не согласившись также с объемом похищенных денежных счредств, а также показания подсудимого ФИО2, отрицающего свое участие в разбое, являются недостоверными, даны с целью избежания уголовной ответственности ФИО2 и смягчения наказания подсудимого ФИО1, поскольку оба подсудимые являются близкими родственниками между собой – братьями, до задержания проживали вместе по одному и тому же адресу, и эти показания являются как способом защиты от предъявленного обвинения, так как опровергаются вышеприведенными показаниями самих же подсудимых в период предварительного следствия, свидетелей, а также нижеприведенными исследованными в судебном заседании доказательствами.

Доводы же подсудимого ФИО2 о том, что он оговорил себя в стадии досудебного производства по делу в виду оказанного на него со стороны оперативных работников физического насилия до его допроса в качестве подозреваемого, а также о фальсификации следователем доказательства – протокола допроса подозреваемого от 11 августа 2017 года (т.1 л.д.162-168), суд также расценивает как надуманные, несостоятельные, и не подтвержденные в судебном заседании, поскольку при водворении ФИО2 11.08.2017г. в ИВС ОМВД России по Слюдянскому району по ч.1 ст.20.1 КоАП РФ на 48 часов, у административно-задержанного ФИО2, согласно выписки из журнала № «Медицинского осмотра лиц, содержащихся в ИВС ОМВД России по Слюдянскому району», приобщенной по ходатайству стороны защиты, обнаружены повреждения в виде подкожного кровоизлияния мягких тканей 2/3 голени правой нижней конечности расплывчатой формы, багрово-синюшенного цвета. При этом, как указано в названном журнале, никаких жалоб медицинскому работнику ИВС на действия оперативных работников ФИО2 не заявил. Однако при освобождении из ИВС 13.08.2017г., на следующий день ФИО2 самостоятельно обратился в Бюро Слюдянского судебно-медицинского отделения ГБУЗ ИОБСМЭ, где было проведено судебно-медицинское освидетельствование ФИО2 (акт № от 14.08.2017г. в т.3 л.д.165), по результатам которого у ФИО2 обнаружены дополнительные повреждения в виде петехиальных линейных кровоизлияний нижней трети передне-боковой поверхности шеи; а также кровоподтеков задней поверхности правого бедра с переходом на наружную боковую поверхность, подколенной ямки справа, задней поверхности левой голени, наружной поверхности левого бедра средней и нижней трети с переходом на наружную поверхность коленного сустава. При указанном освидетельствовании ФИО2 заявил врачу-эксперту о применении в отношении него сотрудниками полиции физического насилия 10.08.2017г. В связи с этим, органами предварительного следствия в досудебной стадии производства по делу по доводам ФИО2 проводилась проверка в порядке ст.ст.144, 145 УПК РФ, по результатам которого принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела, так как факты, изложенные ФИО2 о применения к нему физического насилия со стороны оперативных работников, не нашли своего подтверждения. Кроме того, органами предварительного следствия, по поручению суда, дана правовая оценка и доводам подсудимого ФИО2 о фальсификации доказательств, о чем следственными органами после проведенной проверки в порядке ст.144 УПК РФ также вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствие состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.303 УК РФ в отношении следователей, проводивших расследование данного уголовного дела, так как доводы подсудимого ФИО2 в этой частим также не нашли своего подтверждения. Более того, при допросе в качестве подозреваемого 11 августа 2017 года с участием защитника, ФИО2 не сообщал своему защитнику либо следователю о якобы имевших фактах какого-либо физического насилия в отношении него со стороны оперативных работников, поэтому, у суда не вызывают сомнения в части законности и обоснованности принятых вышеприведенных решений органами предварительно следствия относительно доводов ФИО2

Из протоколов допроса подозреваемого и обвиняемого ФИО1, проверки показаний на месте с участием ФИО1, а также из протокола допроса подозреваемого ФИО2 от 11 августа 2017 года, суд установил, что ФИО2, находясь на улице в ночное время с 8 на 9 августа 2017 года в п.Солзан Слюдянского района Иркутской области, на предложение своего брата – ФИО1, совершить разбой на АЗС «Солзан» Слюдянского района, с целью хищения имеющихся там денежных средств, при помощи угрозы обрезом ружья, о наличии которого у своего брата ФИО2 знал достоверно, согласился с данным предложением, распределив при этом каждый из подсудимых свои роли по разбойному нападению и, получив от ФИО1 одну из раций, стал ожидать последнего недалеко от АЗС «Солзан» и следить за окружающей обстановкой, имея намерения предупредить ФИО1 об опасности при помощи рации, а ФИО1 при совершении разбоя на АЗС «Солзан», вышел за рамки предварительной договоренности о разбое и совершил убийство при разбойном нападении оператора АЗС Д., которая опознала ФИО1 После хищения денежных средств, оба подсудимые скрылись с места преступления, уничтожив орудие преступления – обрез ружья, имеющиеся при себе рации, похищенный видеорегистратор, одежду, выехав в Республику Бурятии, где по дороге пересчитали в автомашине ФИО1 похищенные деньги, а позже, распределили часть денег между собой, а другую часть - спрятали в <...>, где и были, в последующем, изъяты денежные средства правоохранительными органами в ходе осмотра места происшествия, а спрятанная у себя дома часть похищенных денег в размере 33 000 рублей, ФИО2, с участием своего защитника, добровольно выдал следственным органам в ходе выемки. ФИО1 и ФИО2, каждый из них, в ходе предварительного следствия подробно сообщили о своих действиях и действиях друг друга.

Протоколы допроса подозреваемого и обвиняемого ФИО1, протокол проверки показаний на месте с участием ФИО1 и его защитника, а также оглашенный протокол допроса подозреваемого ФИО2, суд признает допустимыми доказательствами вины подсудимых в совершении указанных выше преступлениях, поскольку достоверность сведений, внесенных в протоколы подтверждены соответствующими записями в протоколах, выполнены собственноручно и заверены личными подписями самими подсудимыми, от которых каких-либо замечаний и ходатайств не поступило. В связи с чем, оснований, сомневаться в достоверности показаний подсудимых ФИО1 и ФИО2, данных ими при производстве предварительного расследования, у суда не имеется.

Доводы подсудимого ФИО2 и его защитника в судебном заседании о том, что ФИО2 не было необходимости совершать хищение денежных средств из АЗС «Солзан», поскольку он не имел корыстного мотива, так как у него самого имелись значительные денежные средства – отпускные, которые ему выплатили на работе, а также доводы стороны защиты в части того, что ФИО2 не мог видеть АЗС с того места, где его оставил ФИО1 для наблюдения, являются надуманными, так как опровергаются не только показаниями самих подсудимых в стадии предварительного следствия, которые, каждый из них, поясняя о своих действиях, в том числе, подробно рассказывают о судьбе и сумме денежных средств после их похищения при разбойном нападении, но другими исследованными в суде доказательствами, подтверждающих, в том числе, и корыстный мотив совершенного разбоя.

Кроме того, согласно протоколу явки с повинной ФИО1 (т.1 л.д.133-134) и протоколу задержания подозреваемого ФИО1 от 11.08.2017г. (т.1 л.д.174-177), ФИО1 сообщил правоохранительным органам о совершении им убийства оператора АЗС «Солзан» Елены с использованием обреза охотничьего ружья и похищении денежных средств, при этом, задержанный ФИО1 по подозрению в разбойном нападении на АЗС «Солзан» и убийстве Д., сопряженном с разбоем, согласился с задержанием.

Несмотря на то, что при оформлении протокола явки с повинной и протокола задержания защитник не участвовал, в судебном заседании подсудимый ФИО1 подтвердил сведения, изложенные в указанных процессуальных документах о своем участии в совершении преступлений, поэтому суд признает допустимыми доказательствами вины подсудимого ФИО1 в вышеописанных преступлениях протокол явки с повинной и протокол задержания подозреваемого, в том числе, в совокупности с приведенными в приговоре и исследованными в суде доказательствами, в совершении разбойного нападения с участием подсудимого ФИО2

Из протокола осмотра места происшествия от 9 августа 2017 года и фототаблицы к нему установлено, что в помещении операторского пункта территории автозаправочной станции «Солзан», расположенной по <...> в п.Солзан Слюдянского района Иркутской области, обнаружен труп женщины, опознанной как Д., 1966 г.рождения, с признаками насильственной смерти. При осмотре места происшествия обнаружены и изъяты провода от видеорегистратора, контейнер от патрона (т.1 л.д.23-36). Изъятые предметы осмотрены и признаны вещественными доказательствами (т.1 л.д. 74-78, 79-80).

Согласно протоколу обыска от 10.08.2017г., с приложенной фототаблицей к нему, в результате обыска жилого дома и придомовой территории по адресу: <...>, в гараже обнаружено и изъято: 14 пустых гильз, 2 заряженные гильзы 12 калибра в металлической оболочке, 1 пустая гильза в полимерной оболочке красного цвета, 2 контейнера для патронов из полимерного материала сиреневого цвета, 1 металлическая пуля длинной 3,5см и диаметром 6мм, отрезок войлока; в спальной комнате №3 под матрацем кровати обнаружены денежные средства в размере 33 000 (тридцать три тысячи) рублей, которые со слов Г. (матери подсудимого) принадлежат ФИО2, в связи с чем не изъяты. Из автомобиля марки «Москвич» синего цвета с гос.номером № изъяты: металлический трос, пустые гильзы 16 калибра в полимерной оболочке в количестве 17 штук (т.1 л.д.91-106).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 11 августа 2017 года с приобщенной фототаблицей к нему, в квартира № по <...> Бурятия (в жилище свидетеля Л.) в спальном помещении № 2 обнаружены и изъяты денежные средства в сумме 350 000 (триста пятьдесят тысяч) рублей: в матрасе, находящемся между стеной и кроватью, два пакета-мультифоры с денежными средствами 100 и 150 тысяч рублей; в левом рукаве горнолыжной куртки, находящейся на нижней полке комода – две упаковки денежных средств по 50 тысяч рублей каждая (т.1 л.д.136-156).

Из протокола выемки от 13 августа 2017 года следует, что у ФИО2, с участием защитника, изъяты денежные средства в размере 33 000 (тридцать три тысячи) рублей (т.2 л.д.32-34).

Все изъятые вышеперечисленные предметы осмотрены протоколом осмотра и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (т.2 л.д.35-38, 39-40).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 21.08.2017г., с приобщенной фототаблице й, в отстойнике БЦБК, расположенном в п.Солзан Слюдянского района Иркутской области обнаружены и изъяты две рации (т.2 л.д.67-75), которые осмотрены и признаны вещественными доказательствами (т.2 л.д.76-78, 79).

Вышеприведенные протоколы осмотра места происшествия объективно подтверждают показания ФИО1 о месте совершения им разбойного нападения на АЗС «Солзан» и убийства Д., где был обнаружен ее труп, о месте, где ФИО1 выбросил средства связи – радиостанции, а также объективно подтверждают показания ФИО2 в период предварительного следствия о месте сокрытия следов преступления и нахождения денежных средств, похищенных с АЗС «Солзан», которые после преступления были спрятаны.

Заключением судебно-медицинской экспертизы № от 31.08.2017г. установлено, что смерть Д. последовала от огнестрельного дробового слепого проникающего ранения грудной клетки слева с повреждением левого и правого легких, сердца, аорты, диафрагмы, печени, с многооскольчатыми многофрагментарными переломами 5-9 ребер справа по лопаточной линии, осложнившегося обильной кровопотерей.

Учитывая ранние трупные изменения, давность наступления смерти гр.Д. в пределах 12 часов на момент исследования трупа в морге 09.08.2017г. в 13-00.

При исследовании трупа Д. обнаружены телесные повреждения в виде:

А) Огнестрельного дробового слепого проникающего ранения грудной клетки слева с повреждением левого и правого легких, сердца, аорты, диафрагмы, печени, с многооскольчатыми многофрагментарными переломами 5-9 ребер справа по лопаточной линии с дефектом «минус-ткань». Причинено действием огнестрельного дробового снаряда, имеет направление раневого канала сзади наперед, несколько слева направо, преимущественно горизонтально. Данное повреждение причинило тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, причинено незадолго (в пределах нескольких минут) до наступления смерти. Данное повреждение находится в прямой причинной связи с наступлением смерти потерпевшей.

Б) Кровоизлияний в кожно-мышечный лоскут головы правой теменной области и лобной области справа. Данные повреждения причинены ударно-травматическим воздействием твердым тупым предметом или о таковой, могли быть причинены при падении из вертикального положения (стоя) и ударе о плоскость (стену, пол), причинены незадолго (в пределах нескольких минут) до наступления смерти и относятся к повреждениям, не причинившим вреда здоровью. Эти повреждения в причинно-следственной связи с наступлением смерти не находятся (т.2 л.д.211-213).

Из протокола выемки от 09.08.2017г. следует, что в Слюдянском отделении ИОБСМЭ изъяты образцы крови от трупа Д., металлическая дробь, 2 пыжа (т.1 л.д.40-42).

Заключением эксперта № от 19.09.2017 г., установлено, что изъятые с трупа Д. и представленные на исследование дробь и пыжи вероятно изготовлены заводским способом, контейнер-концентратор изготовлен самодельным способом. Представленные на исследование пыжи, являлись компонентом патрона 12 калибра. Диаметр представленной дроби вследствие деформации составляет 4 - 4.7мм. Патрон, компоненты которого представлены, снаряжен самодельным способом. Представленная на исследование дробь для идентификации оружия не пригодна (т.3 л.д.3-4).

Из протокола задержания подозреваемого ФИО1 от 11.08.2017г. следует, что в ходе личного обыска у ФИО1 изъята футболка зеленого цвета камуфляжная (т.1 л.д.174-177), которая осмотрена и приобщена к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств (т.2 л.д.53-55,56).

Заключением эксперта № от 18.09.2017г. установлено, что на поверхности изъятой у ФИО1 футболки присутствуют следы продуктов выстрела, соответствующие оржавляющему и неоржавляющему капсульным составам. Количество обнаруженных частиц следов продуктов выстрела соответствует о контакте с огнестрельным оружием или о пребывании в среде производства выстрела из огнестрельного оружия (т.3 л.д.13-16).

Приведенными выше заключениями экспертов объективно подтверждаются правдивость показаний ФИО1 в стадии предварительного следствия о механизме причиненных погибшей телесных повреждений, о способе совершения убийства, о примененном орудии преступления – обреза ружья. Кроме того, исследованные в судебном заседании материалы уголовного дела объективно подтверждают показания ФИО2, данные им в досудебной стадии производства по делу, что, соглашаясь с предложением своего брата - ФИО1, о совершении разбойного нападения на АЗС «Солзан» при помощи оружия, ему было достоверно известно о наличии у ФИО1 при себе обреза ружья.

В ходе судебного разбирательства судом не установлено наличие каких-либо причин и мотивов для оговора подсудимых ФИО1 и ФИО2 друг друга в стадии предварительного следствия, поскольку неприязненных и конфликтных отношений между собой подсудимые ранее до задержания ФИО1 по данному уголовному делу не имели, о чем подтвердили сами подсудимые в судебном заседании.

Кроме этого, вина подсудимых ФИО1 и ФИО2 в совершении указанных выше преступлениях подтверждается следующими доказательствами.

Так, потерпевший С. в судебном заседании показал, что его супруга Д. работала оператором на АЗС в п.Солзан сутки через трое. 8 августа 2017 года утром жена вышла на работу на АЗС, а утром 9 августа 2017 годе ему позвонила знакомая супруги и сообщила, что на заправке произошло убийство.

Потерпевший В. показал в суде, что он является директором ООО «Торговый дом «Север», в собственности которого имеется автозаправочная станция «Солзан», расположенная в Слюдянском районе. В августе 2017 года ФИО1 без заключения трудового соглашения выполнял работы в качестве электрика на АЗС «Солзан». На основании договора аренды его отец – А., в качестве ИП «А.» арендует данную АЗС для реализации ГСМ. В среднем выручка в летний период составляет около 100 000 рублей за смену. Утром 9 августа 2017 года ему позвонил водитель - Н. и сообщил, что на АЗС найдена убитой Д.. По результатам проведенной ревизии обнаружили хищения денег в размере 536 000 рублей и видеорегистратора, стоимостью 2 000 рублей. Причиненный материальный ущерб составил 538 000 рублей.

Потерпевший А. в судебном заседании показал, что он работает в качестве ИП «А.» и является арендатором автозаправочного комплекса в п.Солзан Слюдянского района. 9 августа 2017 года ему позвонил его сын - В., и сообщил, что на заправочный комплекс было совершено нападение и что была убита оператор Д.. Позже, в результате инвентаризации денежных средств было установлено, что были похищены деньги в размере 536 000 рублей и видеорегистратор, стоимостью 2 000 рублей.

Согласно акту инвентаризации денежных средств от 20 декабря 2017 года, в период с 01.08.2017 по 09.08.2017 в помещении операторской АЗС, расположенной по адресу: <...>, находилась выручка в размере 536 000 рублей 00 копеек (т.2 л.д.150).

В подтверждении причиненного ущерба в виде денежных средств в размере 536 000 рублей при разбойном нападении на АЗС «Солзан», в судебном заседании по ходатайству стороны защиты потерпевшими А. и В. было представлено заключение инвентаризационной комиссии, которое приобщено к уголовному делу.

Суд приходит к выводу, что, с учетом показаний потерпевших В. и А., а также подсудимых ФИО1 и ФИО2 в ходе предварительного следствия, представленные сторонами вышеприведенные в судебном заседании документы о размере похищенных денежных средств при разбойном нападении на АЗС «Солзан», а также стоимости видеорегистратора, являются допустимыми доказательствами, достоверно свидетельствующими о размере причиненного ущерба потерпевшим, поскольку названные выше доказательства получены в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством, согласуются между собой, а стороной защиты не представлены иные доказательства, опровергающие размер похищенного.

Свидетель П. пояснил в судебном заседании, что он работает в охранном агентстве «Байкал» сторожем-охранником на площадке автомашин кафе «Сибирь», которая находится недалеко от АЗС «Солзан». Ему известно, что ФИО1 работал в качестве электрика на АЗС «Солзан». Ближе к вечеру 8 августа 2017 года, когда он (П.) находился на дежурстве, произошло отключение электричества, которого не было как на охраняемой им площадке, так и на АЗС. Утром 9 августа 2017 года, когда он уже отдежурил сутки, то по просьбе работающей на АЗС «Солзан» оператора, он проник в помещение АЗС и увидел там лежащую на полу мертвую женщину, после чего вызвали сотрудников полиции, которые сообщили, что она убита.

В судебном заседании были оглашены показания свидетелей Л., Е., И., Б., ранее данные ими при производстве предварительного расследования, в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, с согласия сторон.

Свидетель Л. показала, что она проживает по адресу: <...>, совместно с И. Приблизительно в 4 часа 9 августа 2017 года к ней домой на автомобиле приехали ФИО2 и ФИО1, которые утром ушли в магазин, оставив свои сотовые телефоны. Когда около 8 часов 30 минут на сотовый телефон ФИО1 позвонил абонент, записанный как «Сева», она ответила на звонок и неизвестный ей мужчина сообщил, что произошло «ЧП» на АЗС «Солзан», где работает ФИО1, и чтобы последний срочно перезвонил ему. Приблизительно в 8 часов 45 минут 9 августа 2017 года ФИО1 и ФИО2 вернулись, и она сообщила им, что звонил «Сева» и рассказала им содержание разговора. Однако ФИО1 никак не отреагировал на это. После 10 часов на сотовый телефон ФИО1 кто-то позвонил, после чего ФИО2 сообщил им, что на АЗС «Солзан» кого-то убили и собралось много сотрудников полиции. После этого, примерно через 15 минут, ФИО1 сказал, что сейчас созвонится с «Севой» и вышел на улицу. ФИО1 и ФИО2 сказали ей, чтобы она, если кто-нибудь будет спрашивать, отвечала, что ФИО1 и ФИО2 с двух часов ночи употребляли спиртные напитки. После 16 часов она услышала, как завелся двигатель автомобиля ФИО1, а через 5-10 минут зашел ФИО2 и сообщил, что ФИО1 уехал. В 12 часов 15 минут 10 августа 2017 года ФИО2 уехал к себе домой на поезде. Около 17 часов 10 августа 2017 года к ней приехали сотрудники полиции и в ходе осмотра ее квартиры у нее были изъяты денежные средства в размере 350 000 рублей. Она не знает, откуда они могли появиться. Когда она 9 августа 2017 года ходила в магазин совместно с ФИО2, то последний, когда расплачивался в магазине за товар, достал достаточно большое количество купюр достоинством в сто рублей, сложенных в стопку. На ее вопрос, откуда он взял, ФИО2 ответил, что так выдал банкомат. Также, в этот же день ФИО2 говорил ей о том, что если ей нужны будут деньги, то она может обратиться к нему (т.1 л.д.110-115, 229-231).

Свидетель И. пояснила, что она проживает по адресу: <...>, совместно с Л. 9 августа 2017 года в утреннее время проснувшись, она увидела в ограде своего дома автомобиль синего цвета. Л. ей пояснила, что приехал ФИО2 со своим братом – ФИО1 За все время 9 августа 2017 года, пока она находилась дома совместно с Л., ФИО2 и ФИО1, она не разговаривала с ними ни о чем и не слушала, о чем разговаривают они. Также она не видела ни у кого из них при себе крупные денежные суммы, она не видела вообще никаких денежных купюр (т.1 л.д.232-236).

Свидетель Е. пояснил, что он работает начальником электроцеха предприятия ООО «Теплосанбжение», в ведении которого находится линия электропередач, ведущая в п.Солзан Слюдянского района Иркутской области. В п.Солзан у ООО «Теплоснабжение» находится подстанция. 8 августа 2017 года в вечернее время ему позвонили с работы и сообщили о том, что в п.Солзан пропало напряжение и частично отсутствует свет. При осмотре подстанции было установлено, что отсутствует одна фаза и было принято решение об отключении электропитания подстанции и соответственно п. Солзан. В утреннее время 9 августа 2017 года при осмотре был обнаружен обрыв между 29 и 30 опорами ВЛ-6КВ, которые находятся в начале п.Солзан. На указанном участке воздушной линии электропередач были обнаружены металлические тросы, которыми были испорчены линии электропередач, а именно оплавился один из проводов и произошел обрыв (т.2 л.д.124-126).

Свидетель Б. пояснил, что проживает по адресу: <...>, совместно с матерью – Г., братьями – ФИО2 ФИО1 У него в доме в его комнате расположен оружейный сейф, доступ которому имеет только он, поскольку ключи от сейфа находятся всегда при нем, а дубликат ключей находится внутри сейфа. В сейфе он хранит двуствольное гладкоствольное охотничье ружье 16 калибра марки «МР-43». В сейфе помимо ружья он хранит патроны заряженные, гильзы, порох, дробь, картечь, капсюли для патронов, пыжи для патронов, приспособления для чистки и зарядки патронов, два патронташа, документы на ружье. Также в сейфе он хранил денежные средства в размере 129 000 рублей, в том числе от продажи своей автомашины. С 31 июля 2017 года по 10 августа 2017 года его дома не было. Он (Б.) не знает, откуда у них на чердаке появилось ружье, но предполагает, что ружье мог оставить его отец, который уже умер (т.2 л.д.57-59).

Суд приходит к выводу, что оснований для оговора подсудимых со стороны потерпевших и вышеприведенных свидетелей не имелись, так как им разъяснялись права, предусмотренные ст.ст.42 и 56 УПК РФ, соответственно, и они предупреждались, что их показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу. Кроме того, ни у кого из них ссор с подсудимыми ранее не было, а поэтому оснований оговаривать подсудимых у потерпевших и свидетелей отсутствуют. В связи с чем, оснований сомневаться в достоверности показаний потерпевших и свидетелей у суда не имеется, поскольку, согласуясь между собой и показаниями подсудимых в стадии предварительного следствия, они полностью подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательствам.

В судебном заседании по ходатайству стороны защиты был допрошен в качестве свидетеля З., который пояснил, что ФИО2 и ФИО1 приходятся ему родными братьями, которых он характеризует с положительной стороны. Со слов ФИО2 он знает, что ФИО1 попросил ФИО2 прогуляться в сторону отстойника в п.Солзан, где ФИО2 какое-то время по просьбе ФИО1 ожидал последнего, а затем, когда ФИО1 вернулся, они пошли домой. Потом ФИО2 попросил его отвезти до дома в Танхой. Позже их забрали сотрудники полиции. Затем, когда он (З.) забрал из отдела полиции г.Байкальска своего брата – ФИО2, то на его лице он видел синяки. ФИО2 пояснил ему, что его били сотрудники полиции, после чего последний решил пройти медицинское освидетельствование. ФИО2 работает и получает стабильную заработную плату, поэтому он может содержать не только себя, но и свою мать, и своих братьев. Позже, со слов следователя, работников полиции, а также из текста обвинительного заключения, он (З.) узнал, что на АЗС «Солзан» произошло убийство и разбой, которые совершил ФИО1

Суд критически относится к показаниям свидетеля З., который, не обладая, в целом, конкретными сведениями о совершенных подсудимыми преступлениях, уменьшает роль каждого из подсудимых, при этом фактически отрицает участие в разбойном нападении ФИО2, а также подтверждает применения насилия в отношении последнего со стороны работников полиции. Суд приходит к выводу, что данные показания свидетеля З., являясь близким родственником подсудимых – родным братом, даны с целью уменьшения ответственности ФИО1 и избежания уголовной ответственности ФИО2 за содеянное. Наличие стабильной заработной платы у ФИО2 не опровергают выводы суда о виновности ФИО2 в совершении разбойного нападения в группе лиц по предварительному сговору и наличия, при этом, корыстного мотива.

Оценив изложенные доказательства, суд находит каждое из них относимым к делу, допустимым и достоверным, а все собранные доказательства в совокупности - достаточными для разрешения настоящего уголовного дела, и считает вину подсудимых ФИО1 и ФИО2, каждого, в содеянном доказанной.

Суд пришел к выводу, что представленные суду доказательства, тщательно и всесторонне исследованные в судебном заседании, достоверно свидетельствуют о том, что подсудимый ФИО1 тщательно спланировал и подготовился к совершению разбоя на АЗС «Солзан», находящегося в п.Солзан Слюдянского района Иркутской области, с целью хищения денежных средств. В ночь с 8 на 9 августа 2017 года на предложение ФИО1 совершить разбойное нападение на АЗС «Солзан» в целях хищения денежных средств при помощи обреза ружья, подсудимый ФИО2, которому достоверно стало известно о наличии у ФИО1 при себе обреза ружья, согласился с данным предложением, вступив тем самым в предварительный сговор. При этом, подсудимые распределили свои роли таким образом, что ФИО1 при помощи обреза ружья, угрожая им оператору АЗС Д., похитит денежные средства из помещения АЗС «Солзан», а ФИО2, в это время, будет находиться вблизи, чтобы следить за окружающей обстановкой и, при помощи имеющихся в их распоряжении средствами связи - радиостанций, предупредить ФИО1 о появлении посторонних лиц. После чего, согласно предварительной договоренности, ФИО2 остался на участке местности, расположенном вблизи АЗС «Солзан», взяв одну из имеющихся у ФИО1 радиостанций, и стал наблюдать за окружающей обстановкой, а ФИО1 прошел к автозаправочной станции, где через окно попросил Д. продать ему товар и, вооружившись имеющимся при себе обрезом ружья с намерением высказать требование о передаче ему денежных средств, угрожая оружием, направил обрез ружья на оператора АЗС Д. Однако потерпевшая в этот момент, обернувшись, обратилась к ФИО1 по имени. Поняв, что Д. его узнала, ФИО1, выйдя за рамки предварительной договоренности с ФИО2 о разбойном нападении, решил совершить убийство Д. при совершении разбоя, произведя при этом прицельный выстрел в потерпевшую, от чего наступила смерть Д. на месте преступления. После этого ФИО1, с целью хищения, незаконно проник через окно в помещение АЗС «Солзан», откуда похитил денежные средства в сумме 536 000 рублей и видеорегистратор, стоимостью 2 000 рублей, причинив потерпевшим В. и А. материальный ущерб на общую сумму 538 000 рублей. После совершения преступления подсудимые ФИО1 и ФИО2 с места преступления скрылись, распорядившись похищенным по своему усмотрению, избавившись, в том числе, от орудий и следов преступления.

Умысел на хищение денежных средств на АЗС «Солзан» с применением оружия в крупном размере у подсудимых возник еще до начала своих действий, а ФИО1, в последующем, с целью реализации задуманного, произвел выстрел из обреза ружья в Д., действуя с целью умышленного причинения смерти потерпевшей, что свидетельствует о прямом умысле у ФИО1 на совершение убийства Д.

При разбойном нападении, ФИО1 по предварительной договоренности с ФИО2, незаконно, с целью хищения. проник в помещение АЗС «Солзан», откуда похитили, действуя с корыстной целью, противоправно, безвозмездно изъяли и обратили в свою пользу имущество, принадлежащее потерпевшим В. и А. - деньги в сумме 536 000 рублей и видеорегистратор, стоимостью 2 000 рублей, причинив потерпевшим материальный ущерб в крупном размере на общую сумму 538 000 рублей.

Таким образом, действия подсудимого ФИО1 суд квалифицирует:

- по п. «в» ч.4 ст.162 УК РФ, как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением оружия, с незаконным проникновением в помещение, в крупном размере, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего;

- по п. «з» ч.2 ст.105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, сопряженное с разбоем.

Действия подсудимого ФИО2 суд квалифицирует по ч.3 ст.162 УК РФ, как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с угрозой применения насилия, опасного для жизни, группой лиц по предварительному сговору, с применением оружия, с незаконным проникновением в помещение, в крупном размере.

Об умысле подсудимого ФИО1 на убийство Д. свидетельствует характер и последовательность его действий, направленных на умышленное причинение смерти Д., выразившихся в производстве прицельного выстрела из обреза огнестрельного ружья в жизненно важную часть тела потерпевшей – грудь. Подсудимый ФИО1 осознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность наступления смерти потерпевшей и желал ее наступление.

Подсудимый ФИО1 при разбойном нападение совершил убийство Д., поэтому квалифицирующий признак п. «з» ч.2 ст.105 УК РФ – «сопряженное с разбоем», в судебном заседании также нашел свое подтверждение.

Об умысле подсудимых ФИО1 и ФИО2 на разбойное нападение на АЗС «Солзан» свидетельствуют характер и последовательность их совместных действий, направленных на хищение чужого имущества, находящегося на АЗС «Солзан», выразившихся в противоправном безвозмездном изъятии этого имущества в свою пользу с корыстной целью путем нападения, при этом ФИО1, применив оружие, совершил разбой с применением насилия, а ФИО2 – с угрозой применения насилия, характер которого представлял реальную опасность для жизни и здоровья Д. Подсудимый ФИО1, применяя оружие, произвел из него целенаправленный выстрел, вследствие чего, выйдя за рамки предварительной договоренности с ФИО2, причинил Д. тяжкий вред здоровью, поэтому квалифицирующие признаки разбоя у подсудимых ФИО1 и ФИО2 - «с применением оружия», а у подсудимого ФИО1– «с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего», нашли свое подтверждение при судебном разбирательстве.

Квалифицирующий признак разбоя в действиях ФИО1 и ФИО2, каждого, как совершенный «группой лиц по предварительному сговору» также установлен при судебном разбирательстве, поскольку подсудимые, с учетом положения ч.2 ст.35 УК РФ, еще до начала преступления, заранее договорились о совместном совершении хищения денежных средств на АЗС «Солзан» путем разбоя и, реализуя до конца свой преступный умысел на хищение чужого имущества, ФИО1 с согласия ФИО2, из корыстных побуждений, напал на потерпевшую, похитив имущество, находящееся на АЗС «Солзан», после чего распорядились похищенным по своему усмотрению.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 по предварительной договоренности с ФИО2, с целью хищения чужого имущества путем разбоя, незаконно проник в помещение операторской АЗС «Солзан» через окно. Таким образом, квалифицирующий признак разбоя «с незаконным проникновением в помещение» в действиях ФИО1 и ФИО2 также нашел свое подтверждение.

Как установлено в судебном заседании, сумма похищенных денежных средств в совокупности со стоимостью похищенного видеорегистратора превышает, установленный п.4 Примечания к ст.158 УК РФ, 250 000 рублей, в связи с чем квалифицирующий признак разбоя «в крупном размере» в действиях ФИО1 и ФИО2 нашел также свое подтверждение в судебном заседании.

По заключению амбулаторной первичной комплексной психолого-психиатрической экспертизы № от 13 сентября 2017 года у ФИО1 выявляется эмоционально неустойчивое расстройство личности. Однако, имеющееся у подэкспертного признаки расстройства личности, выражены нерезко, не сопровождаются выраженными мнестико-интеллектуальными и эмоционально-волевыми расстройствами, бредом, галлюцинациями, нарушениями критических способностей. По своему психическому состоянию, в период, относящийся к инкриминируемым ему деяниям, ФИО1 мог осознавать фактическим характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время он также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, в принудительном лечении он не нуждается. Индивидуально-психологические особенности не носят характер патологии и не могли оказать существенного влияния на сознание и поведение подэкспертного, т.к. не нарушают нормальный ход деятельности, целевую структуру поведения, а лишь оформляют способ достижения цели. Повышенной внушаемости, робости, слабых волевых качеств, патологической склонности ко лжи у подэкспертного не выявлено (т.3 л.д.27-35).

По заключению амбулаторной первичной комплексной психолого-психиатрической экспертизы № от 18 сентября 2017 года ФИО2 каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, а также иным болезненным состоянием психики не страдал ранее, не страдает в настоящее время и не страдал в момент инкриминируемого ему деяния. У подэкспертного нет мнестико-интеллектуальных и эмоционально-волевых расстройств, нарушения критических и прогностических способностей, каких-либо психотических расстройств. В период инкриминируемого деяния ФИО2 мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По своему психическому состоянию в настоящее время он также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. В принудительном лечении по своему психическому состоянию он не нуждается. Индивидуально-психологические особенности не носят характер патологии и не могли оказать существенного влияния на сознание и поведение подэкспертного, т.к. не нарушают нормальный ход деятельности, целевую структуру поведения, а лишь оформляют способ достижения цели. Повышенной внушаемости, робости, слабых волевых качеств, патологической склонности ко лжи у подэкспертного не выявлено (т.3 л.д.44-51).

Оценивая заключения вышеприведенных амбулаторных первичных комплексных психолого-психиатрических экспертиз в совокупности с оценкой поведения подсудимых в судебном заседании, суд приходит к выводу о том, что названные экспертизы получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, выполнены высококвалифицированными и компетентными специалистами на основе научных методов исследования, поэтому с учетом заключений экспертов, адекватного поведения подсудимых в судебном заседании, суд признает ФИО1 и ФИО2, каждого, вменяемыми в отношении инкриминируемых им деяний, подлежащим уголовной ответственности и наказанию за совершенные преступления.

Назначая наказание, суд в соответствии с ч.2 ст.22 УК РФ учитывает наличие у подсудимого ФИО1, не исключающее вменяемости эмоционально неустойчивое расстройство личности.

Согласно ст.67 УК РФ при назначении наказания за совершение разбойного нападения суд учитывает характер и степень фактического участия каждого подсудимого в совершении преступления, а также значение этого участия для достижения цели преступления, его влияние на характер и размер причиненного вреда, а также наступивших последствий.

В соответствии со ст.ст.6, 60 УК РФ, при назначении наказания подсудимому ФИО1, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных им двух умышленных преступлений, одно из которых направлено против личности и собственности, второе преступление направлено против жизни и здоровья, относящихся к категории особо тяжких преступлений; а также личность виновного, который ранее судим и, имея не снятую и непогашенную в установленном законом порядке судимость, в том числе, за совершенное убийство, а также за преступление против общественной безопасности при отягчающих обстоятельствах, вновь совершил умышленные особо тяжкие преступления, что свидетельствует о высокой степени социальной запущенности ФИО1 и его склонности к совершению умышленных преступлений; до ареста подсудимый имел постоянное место жительство, занимался трудовой деятельностью, по месту жительства правоохранительными органами характеризуется удовлетворительно, жителями <...>, а также по месту работы у ИП А. характеризуется положительно, по месту прежней работы - удовлетворительно. Суд также учитывает влияние назначаемого наказания на исправление ФИО1 и на условия жизни его семьи, который до ареста проживал со своими родственниками - матерью и братьями; имеет малолетнюю дочь, находящуюся на воспитании и содержании своей матери.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд учитывает наличие малолетнего ребенка, явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, розыск имущества, добытого в результате преступлений, частичное возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате преступления, полное признание своей вины в убийстве и частичное признание своей вины в совершении разбоя, состояние здоровья подсудимого, раскаяние в содеянном.

О чистосердечном раскаянии подсудимого ФИО1 свидетельствует и то обстоятельство, что сразу после его задержания ФИО1 с самого начала предварительного следствия и на всем его протяжении, а также на протяжении судебного следствия фактически не пытался уйти от уголовной ответственности за содеянное, признавал вину, сожалея о случившемся.

Обстоятельством, отягчающим наказание, суд признает рецидив преступлений, который, в силу п. «б» ч.3 ст.18 УК РФ, является особо опасным, поскольку ФИО1 совершил особо тяжкие преступления и ранее подсудимый был осужден за особо тяжкие преступления, судимость по которому в настоящее время в установленном законом порядке не снята и не погашена; при таких обстоятельствах в их совокупности, учитывая тяжесть совершенных подсудимым умышленных преступлений, принимая во внимание конкретные обстоятельства преступлений, совершенных подсудимым, суд приходит к выводу о том, что цели наказания, предусмотренные ст.43 УК РФ, – восстановление социальной справедливости, исправление осуждаемого и предупреждение совершения им новых преступлений – не могут быть достигнуты без изоляции его от общества, поэтому считает справедливым назначить подсудимому ФИО1 наказание только в виде реального лишения свободы, но, с учетом обстоятельств, смягчающих наказание, не на максимальный срок, предусмотренных санкциями ч.4 ст.162 и ч.2 ст.105 УК РФ; а также по правилам назначения наказания при рецидиве преступлений, предусмотренного ч.2 ст.68 УК РФ, - не менее одной третьей части максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенные преступления, не находя оснований для применения ч.1 ст.62 УК РФ, так как в действиях ФИО1 имеется отягчающее обстоятельство – рецидив преступлений, а также с учетом ч.3 ст.62 УК РФ, так как санкция ч.2 ст.105 УК РФ предусматривает наказание в виде пожизненного лишения свободы; отсутствуют основания и для применения ч.3 ст.68 УК РФ, поскольку только такое наказание будет соответствовать тяжести содеянного, конкретным обстоятельствам совершенных ФИО1 преступлений и личности виновного, а также, по мнению суда, окажет положительное влияние на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

В соответствии со ст.ст. 6, 60 УК РФ, при назначении наказания подсудимому ФИО2 суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им умышленного преступления против личности и собственности, относящееся к категории особо тяжких преступлений; а также личность виновного, который ранее не судим, имеет постоянное место жительства и работы; по месту жительства, в том числе соседями, по месту работы и прежней учебы в колледже характеризуется положительно. Суд также учитывает влияние назначаемого наказания на исправление ФИО2 и на условия жизни его семьи, никого не имеющего на своем иждивении, который проживает со своей матерью и братьями.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд учитывает явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, а также изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления в период предварительного следствия, розыск имущества, добытого в результате преступления, частичное возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате преступления, признание своей вины в начальной стадии предварительного следствия, молодой возраст подсудимого.

Обстоятельств, отягчающих наказание, суд не усматривает за неимением таковых; при таких обстоятельствах в их совокупности, учитывая тяжесть совершенного подсудимым умышленного преступления, принимая во внимание конкретные обстоятельства преступления, совершенного подсудимым, суд приходит к выводу о том, что цели наказания, предусмотренные ст.43 УК РФ, – восстановление социальной справедливости, исправление осуждаемого и предупреждение совершения им новых преступлений – не могут быть достигнуты без изоляции его от общества, поэтому считает справедливым назначить подсудимому ФИО2 наказание только в виде реального лишения свободы, но с учетом наличия смягчающих и отсутствие отягчающих обстоятельств наказание, не на максимальный срок, предусмотренный санкцией ч.3 ст.162 УК РФ. Суд считает необходимым при назначении ФИО2 наказания применить положения ч.1 ст.62 УК РФ, поскольку только такое наказание будет соответствовать тяжести содеянного и личности виновного, а также, по мнению суда, окажет положительное влияние на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

Суд считает невозможным, с учетом данных о личности подсудимых ФИО1 и ФИО2, и конкретных обстоятельств совершенных ими умышленных преступлений, применить к ним положения ст.64 либо ст.73 УК РФ, так как суд не установил исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступлений, ролью виновных, их поведения во время и после совершения преступлений, и другие обстоятельства, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений.

Учитывая обстоятельства совершенных подсудимыми ФИО1 и ФИО2 умышленного преступления против собственности, предусмотренного ст.162 УК РФ, а также личности виновных, не страдающими тяжелыми заболеваниями и, являющимися трудоспособными, суд считает необходимым назначить подсудимым ФИО1 и ФИО2, каждому, дополнительный вид наказания в виде штрафа.

Кроме того, с учетом личности подсудимых и конкретных обстоятельств совершенных ими преступлений, суд считает необходимым подсудимым ФИО1 и ФИО2, имеющих регистрацию и постоянное место проживания – п.Солзан Слюдянского района Иркутской области, назначить каждому дополнительный вид наказания в виде ограничения свободы, предусмотренные санкциями частей 3 и 4 ст.162 и ч. 2 ст.105 УК РФ.

Возложить на ФИО1 и ФИО2, каждого, в соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ, в период отбывания ограничения свободы следующие ограничения: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период времени с 22 часов до 6 часов; не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где подсудимые будут проживать после отбывания лишения свободы; не изменять место жительства или пребывания, место работы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; а также возложить на подсудимых обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, два раза в месяц для регистрации.

Суд считает, что с учетом фактических обстоятельств преступлений и степени их общественной опасности, а также, учитывая наличие в действиях подсудимого ФИО1 отягчающего наказания обстоятельства, основания для изменения категории преступлений, предусмотренных ч.4 ст.162 и ч.2 ст.105 УК РФ в отношении подсудимого ФИО1, на менее тяжкие, в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, отсутствуют.

Также, суд приходит к выводу, что с учетом способа совершения преступления подсудимым ФИО2, его ролью в соучастии в разбое, характера и размера наступивших последствий – хищение чужого имущества при разбойном нападении с применением оружия, с незаконным проникновением в помещение, в крупном размере, фактические обстоятельства которого в своей совокупности не свидетельствуют о меньшей степени общественной опасности совершенного ФИО2 преступления, поэтому, несмотря на отсутствие у последнего обстоятельств, отягчающих наказание, основания для изменения категории преступления, предусмотренных ч.3 ст.162 УК РФ, в отношении подсудимого ФИО2, на менее тяжкое, в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, отсутствуют.

Подсудимому ФИО2, согласно п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ, отбывание лишения свободы следует назначить в исправительной колонии строгого режима, так как им совершено особо тяжкое преступление и ранее он не отбывал лишение свободы.

В соответствии с п. «г» ч.1 ст.58 УК РФ при особо опасном рецидиве преступлений, суд приходит к выводу, что отбывание наказания в виде лишения свободы подсудимому ФИО1 следует назначить в исправительной колонии особого режима.

Принимая во внимание то обстоятельство, что ФИО1 ранее был осужден за особо тяжкие преступления: против жизни и общественной безопасности – по п. «з» ч.2 ст.105 и п. «б» ч.4 ст.226 УК РФ, и, через непродолжительный период времени после условно-досрочного освобождения из мест лишения свободы, в период не снятой и не погашенной в установленном законом порядке судимости, с целью завладения чужого имущества при разбойном нападении, вновь осуждается за умышленные особо тяжкие преступления, направленные против собственности, личности, жизни и здоровья (разбойное нападение и убийство при отягчающих обстоятельствах), на срок свыше пяти лет, в действиях которого признан особо опасный рецидив преступлений, что свидетельствует о высокой степени общественной опасности содеянного им и характеризует ФИО1 как лицо, представляющее исключительную опасность для общества, поэтому, в целях исправления осужденного суд считает правильным, в соответствии с ч.2 ст.58 УК РФ, назначить ФИО1 отбывание первых пяти лет лишения свободы в тюрьме.

Время содержания ФИО1 под стражей до вступления приговора в законную силу, согласно ч.2 ст.58 УК РФ, зачесть в срок отбывания наказания в тюрьме.

В судебном заседании установлено, что подсудимый ФИО2, будучи допрошенным 11 августа 2017 года по настоящему уголовному делу в качестве подозреваемого и которому в этот же была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, фактически содержался по 13 августа 2017 года в условиях ИВС ОМВД России по Слюдянскому району, поэтому, с учетом требований ст.72 УК РФ, время содержания ФИО2 в ИВС подлежит зачету в срок лишения свободы.

Суд приходит к выводу, что с учетом конкретных обстоятельств уголовного дела, личности подсудимого ФИО1, тяжести совершенных им умышленных преступлений, а также в целях исполнения приговора, меру пресечения в виде заключение под стражу подсудимому, до вступления приговора в законную силу, следует оставить без изменения.

В отношении подсудимого ФИО2, с учетом конкретных обстоятельств уголовного дела, степени тяжести умышленного преступления, степени фактического участия в совершении разбоя, а также учитывая значение этого участия для достижения цели преступления, его влияние на характер и размер причиненного вреда, меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении следует изменить на заключение под стражу, для исполнения приговора до его вступления в законную силу.

При судебном разбирательстве защиту подсудимого ФИО1 по назначению суда осуществлял адвокат Касперович Д.С., защиту подсудимого ФИО2 по соглашению осуществляла адвокат Овакимян Н.С.

Процессуальные издержки в виде сумм, подлежащих выплате защитнику Касперовичу Д.С. в сумме 37 800 рублей за оказание юридической помощи ФИО1 при судебном разбирательстве, необходимо взыскать с подсудимого ФИО1 в соответствии с правилами статей 131 и 132 УПК РФ, поскольку защитник Касперович Д.С. в судебном заседании участвовал по назначению суда, а подсудимый ФИО1 от его помощи не отказался. Оснований, предусмотренных ч.6 ст.132 УПК РФ, для освобождения ФИО1 полностью или частично от уплаты процессуальных издержек отсутствуют, поскольку ФИО1 тяжелыми заболеваниями не страдает, является трудоспособным. Имея малолетнюю дочь, ФИО1 оказывал эпизодическую помощь своему ребенку, находящемуся на воспитании и содержании своей матери.

Гражданским истцом С. заявлен гражданский иск (с его уточнением от 29.03.2018г.), согласно которому С. просит взыскать с подсудимых ФИО1 и ФИО2 сумму, причиненного ему материального ущерба в результате преступления, - затраты, связанные с погребением и проведением похорон погибшей жены Д. в размере 142 650 рублей, а также требование о компенсации морального вреда с подсудимых ФИО1 и ФИО2 в связи со смертью жены потерпевшего в пользу С. по 1 000 000 рублей с каждого, а всего в сумме 2 000 000 рублей.

Кроме того, гражданский истец С. просит взыскать с гражданских ответчиков расходы на оплату услуг адвоката, затраченных на подготовку и оформление искового заявления, в сумме 5 500 рублей.

Подсудимые ФИО1 и ФИО2 исковые требования гражданского истца С. не признали.

Учитывая, что смерть Д. причинен подсудимым ФИО1, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований потерпевшего С. и взыскать с подсудимого ФИО1, как с причинителя вреда, материальные расходы, связанные с погребением и проведением похорон погибшей жены Д. в размере 142 650 рублей, а также расходы на оплату услуг адвоката, затраченных на подготовку и оформление искового заявления, в сумме 5 500 рублей. При этом суд считает указанные суммы разумными и обоснованными материалами дела, подтвержденными соответствующими документами.

Судом установлено, что подсудимый ФИО1 причинил материальный вред потерпевшему С. своими преступными умышленными действиями при изложенных в настоящем приговоре обстоятельствах. Обоснованность указанных исковых требований подтверждается выводом суда о виновности ФИО1 в совершении убийства Д., представленными документами, обосновывающими цену иска.

В удовлетворении иска потерпевшего С. о взыскании с подсудимого ФИО2 материального ущерба в результате преступления, - затраты, связанные с погребением и проведением похорон погибшей жены Д., расходов на оплату услуг адвокат, а также компенсации морального вреда, суд считает правильным отказать в виду того, что причинителем вреда в данном случае, повлекшего смерть Д., является именно подсудимый ФИО1, что повлекло в свою очередь, причинение потерпевшему физических и нравственных страданий.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

В соответствии с ч.2 ст.151 ГК РФ, ч.2 ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда, а также иных заслуживающих внимание обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться степень физических и нравственных страданий лица, которому причинен вред, а также требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Судом установлено, что в результате совершенных подсудимым ФИО1 вышеописанных преступлений, потерпевшему С. причинен моральный вред. Учитывая степень физических и нравственных страданий потерпевшего, пережившего утрату близкого родственника, – жены, которая является невосполнимой потерей, неизлечимой болью, требования справедливости и разумности судебного решения в части разрешения исковых требований, вину ответчика ФИО1, суд приходит к выводу о том, что заявленные исковые требования в части компенсации морального вреда к подсудимому ФИО1 подлежат удовлетворению в размере 1000 000 рублей.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Доводы потерпевшего С. о перенесенных им нравственных страданий подтверждаются вышеперечисленными доказательствами по уголовному делу, которые в совокупности свидетельствуют о том, что нравственные страдания у потерпевшего были вызваны как самими обстоятельствами преступлений, совершенных подсудимым ФИО1, так и их последствиями.

Поэтому, установив в судебном заседании, что потерпевший С., в результате совершенных подсудимым ФИО1 вышеописанных преступлений, перенес тяжелые нравственные страдания, суд приходит к выводу о том, что имеются основания для компенсации потерпевшему С. ответчиком ФИО1 морального вреда.

Судом также учитывается, что подсудимый ФИО1 находится в трудоспособном возрасте, тяжелыми заболеваниями не страдает.

Поэтому, с учетом обстоятельств совершенного подсудимым ФИО1 преступления – убийство Д., характера и степени причиненных истцу нравственных страданий, требований справедливости и разумности, суд считает правильным, в силу ст.ст.151, 1099 - 1101 ГК РФ, иск в отношении ФИО1 удовлетворить и взыскать в пользу С. в счет компенсации морального вреда с подсудимого ФИО1 1 000 000 рублей.

Вопрос о вещественных доказательствах по делу подлежит разрешению в соответствии со ст.81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.304, 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч.4 ст.162, п. «з» ч.2 ст.105 УК РФ, и назначить ему наказание:

- по п. «в» ч.4 ст.162 УК РФ в виде лишения свободы сроком на двенадцать лет со штрафом в размере 100 000 (сто тысяч) рублей, с ограничением свободы в один год;

-по п. «з» ч.2 ст.105 УК РФ в виде лишения свободы сроком на семнадцать лет с ограничением свободы в один год.

На основании ч.3 ст.69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, назначить осужденному ФИО1 окончательное наказание в виде лишения свободы сроком на двадцать два года со штрафом в размере 100 000 (сто тысяч) рублей, с ограничением свободы в один год шесть месяцев, с отбыванием первых пяти лет лишения свободы в тюрьме; семнадцать лет лишения свободы - в исправительной колонии особого режима.

В соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ возложить на осужденного ФИО1 в период отбывания ограничения свободы следующие ограничения: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период времени с 22 часов до 6 часов; не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы; не изменять место жительства или пребывания, место работы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; а также возложить обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, два раза в месяц для регистрации.

Меру пресечения ФИО1, - заключение под стражу, - оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

Срок наказания осужденному ФИО1 исчислять с 9 июля 2018 года.

Зачесть в срок лишения свободы в тюрьме время содержания ФИО1 под стражей до судебного разбирательства с 11 августа 2017 года по 8 июля 2018 года и с 9 июля 2018 года по день вступления приговора в законную силу.

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.162 УК РФ, и назначить ему наказание, с применением ч.1 ст.62 УК РФ, в виде лишения свободы сроком на семь лет шесть месяцев в исправительной колонии строгого режима со штрафом в размере 100 000 (сто тысяч) рублей, с ограничением свободы в один год.

В соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ возложить на осужденного ФИО2 в период отбывания ограничения свободы следующие ограничения: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период времени с 22 часов до 6 часов; не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы; не изменять место жительства или пребывания, место работы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; а также возложить обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, два раза в месяц для регистрации.

Меру пресечения ФИО2, - подписку о невыезде и надлежащем поведении, - изменить на меру пресечения в виде заключения под стражу, взять ФИО2 под стражу в зале суда и содержать его под стражей до вступления приговора в законную силу.

Срок наказания осужденному ФИО2 исчислять с 9 июля 2018 года.

Зачесть в срок лишения свободы время содержания ФИО2 в ИВС ОМВД России по Слюдянскому району Иркутской области с 11 по 13 августа 2017 года.

Суммы штрафов с осужденных ФИО1 и ФИО2, каждого, подлежат перечислению по реквизитам: получатель платежа <...>.

Взыскать с осужденного ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в сумме 37 800 (тридцать семь тысяч восемьсот) рублей.

Гражданский иск С. удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу С. в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, 142 650 (сто сорок две тысячи шестьсот пятьдесят) рублей, а также расходы на оплату услуг адвоката в сумме 5 500 (пять тысяч пятьсот) рублей.

Взыскать с ФИО1 в пользу С. в счет компенсации морального вреда 1 000 000 (один миллион) рублей.

В удовлетворении гражданского иска С. о взыскании материального ущерба, причиненного преступлением, расходов на оплату услуг адвоката, а также компенсации морального вреда с ФИО2 отказать.

Вещественные доказательства по уголовному делу, хранящиеся в камере хранении вещественных доказательств следственного отдела по Слюдянскому району СУ СК России по Иркутской области, по вступлению приговора в законную силу:

- смывы с сотовых телефонов «Нокиа», «Сони», «Филипс»; образец крови Д.; образец буккального эпителия ФИО1; отрезок войлока; металлический трос длиной 230см, футболку, срезы ногтевых пластин с рук ФИО1, две рации - уничтожить;

- 26 пустых гильз 16 калибра, выполненные из полимерного материала красного и зеленого цветов, 14 тупоконечных пуль для гладкоствольного ружья, выполненные из металла, 20 пыжей, выполненных из целлюлозного материала коричневого цвета, упаковка капсюлей-воспламенителей марки «Муром», 2 станка для снаряжения патронов, выполненные из металла, 3 упаковки пороха: две из которых в металлических коробках, одна в целлюлозной, 2 упаковки металлической дроби, 1 упаковка металлической картечи, трехсоставный шомпол, выполненный из дерева с тремя насадками, тканевый патронташ зеленого цвета, денежные средства в размере 129 000 рублей, двуствольное трехсоставное гладкоствольное ружье марки «МР-43», изъятые из сейфа, лодочный мотор марки «Ветерок», – вернуть свидетелю Б.;

- одноствольное трехсоставное гладкоствольное ружье, 2 заряженные гильзы 12 калибра, выполненные из металла, одноствольное ружье марки «ИЖ-38», контейнер от патрона; 24 металлические дроби; 2 пыжа; 14 пустых гильз 12 калибра, выполненных из металла, 1 пустая гильза 16 калибра, выполненная из полимерного материала красного цвета, 2 контейнера для патронов фиолетового цвета, представляющие собой отрезки гильз из полимерного материала, 1 пуля, выполненная из металла; 17 пустых гильз 16 калибра, выполненных из полимерного материала зеленого и красного цветов, - передать в распоряжение ФКУ ЦХ и СО ГУ МВД России по Иркутской области;

- денежные средства в размере 350 000 рублей, денежные средства в размере 33 000 рублей, находящиеся на ответственном хранении, а также оконную ручку; три ручки от ящиков тумбы; провода от регистратора, – вернуть потерпевшему А..

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации через Иркутский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденными ФИО1 и ФИО2, содержащимися под стражей, - в тот же срок со дня вручения им копии приговора.

В случае подачи апелляционных жалоб и представлений, осужденные ФИО1 и ФИО2, каждый, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий-судья: