Апелляционное постановление № 22-618/2026 от 23 апреля 2026 г.

дело <номер> судья Богданова Т.М.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<дата><адрес>

Амурский областной суд в составе:

председательствующего судьи Студилко Т.А.,

при секретаре Голеве Д.С.,

с участием: прокурора Герасимова П.В.,

лица, в отношении которого осуществляется производство о применении принудительных мер медицинского характера – Ф.И.О.1,

законного представителя Ф.И.О.6,

защитника – адвоката Малых С.Ю.,

рассмотрел в закрытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам законного представителя лица, в отношении которого применены принудительные меры медицинского характера Ф.И.О.1 – Ф.И.О.6, его защитника – адвоката Малых С.Ю. на постановление Благовещенского городского суда <адрес> от <дата>, которым

Ф.И.О.1, родившийся <дата> в <адрес>, судимый:

<дата> Благовещенским городским судом <адрес> по ч. 1 ст. 111 УК РФ к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, которому постановлением того же суда от <дата> не отбытая часть наказания заменена исправительными работами на срок 1 год 4 месяца 9 дней (наказание отбыто <дата>),

уличаемый в совершении запрещённого уголовным законом общественно опасного деяния, подпадающего под признаки состава преступления, предусмотренного пп. «а, б, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, освобождён от уголовной ответственности, к нему применена принудительная мера медицинского характера в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, общего типа, в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 97, п. «б» ч. 1 ст. 99 УК РФ.

Заслушав выступления Ф.И.О.1, его законного представителя Ф.И.О.6, защитника – адвоката Малых С.Ю., поддержавших доводы апелляционных жалоб; мнение прокурора Герасимова П.В., предлагавшего постановление оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

постановлением суда установлено совершение Ф.И.О.1 запрещённого уголовным законом деяния, предусмотренного пп. «а, б, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ – кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершённая группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в иное хранилище, с причинением значительного ущерба гражданину.

Ф.И.О.1 освобождён от уголовной ответственности за совершение данного общественно опасного деяния, к нему применена принудительная мера медицинского характера в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, общего типа, в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 97, п. «б» ч. 1 ст. 99 УК РФ.

Запрещённое уголовным законом общественно опасное деяние совершено Ф.И.О.1 <дата> в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в постановлении.

В апелляционной жалобе законный представитель Ф.И.О.1 – Ф.И.О.6 просит постановление изменить, назначить Ф.И.О.1 принудительное наблюдение и лечение у врача-психиатра в амбулаторных условиях, считает, что судом неверно определено его психическое состояние, выводы экспертов не проверены и не дана надлежащая оценка фактическим обстоятельствам дела; указывает, что судом не принят во внимание трудовой стаж Ф.И.О.1 в профессиях с повышенным уровнем опасности и ответственности, и не учтено, что до постановки диагноза в 2014 году и в периоды ремиссии он успешно работал по таким специальностям, при этом медицинская комиссия выдавала заключение о его годности; проведённая в рамках уголовного дела экспертиза, которая указывает на наличие у Ф.И.О.1 диагноза «параноидальная шизофрения», противоречит результатам регулярных медицинских освидетельствований, согласно которым психиатры ежегодно признавали его здоровым и годным к работе в условиях вредных факторов, а это, по её мнению, указывает на то, что он не опасен для общества и может проходить лечение амбулаторно; заверяет суд в том, что будет контролировать приём Ф.И.О.1 лекарственных препаратов и явку к врачу для осмотров.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней защитник – адвокат Малых С.Ю. просит изменить постановление, назначить Ф.И.О.1 принудительное наблюдение и лечение у врача-психиатра в амбулаторных условиях, считает, что заключение судебно-психиатрической экспертизы содержит противоречия, ставящие под сомнение его достоверность и обоснованность, при её проведении были допущены нарушения федерального закона, влияющие на достоверность выводов, в заключении отсутствует оценка результатов исследований, обоснование выводов на поставленные перед экспертами вопросы, к заключению не приложены материалы, иллюстрирующие заключение экспертов, которые должны служить его составной частью и позволяют проверить обоснованность выводов, исследование проведено неполно, основано на субъективном мнении, кроме того, в состав комиссии не входил врач-невролог, в то время как необходимость неврологического исследования предусмотрена законом; судом не обоснован вывод о том, что менее строгий вид принудительной меры медицинского характера не сможет обеспечить безопасность Ф.И.О.1 и других лиц; материалы дела подтверждают возможность его лечения в амбулаторных условиях, поскольку тяжкие последствия по делу отсутствуют, Ф.И.О.1 длительное время находится под диспансерным наблюдением, постоянно проживает с Ф.И.О.6, которая является его законным представителем и осуществляет за ним уход, он не страдает алкогольной или наркотической зависимостью, с 1990 года работал на должностях, связанных с повышенной опасностью на производстве, регулярно проходил медицинские комиссии, допускался к работе без ограничений. Просит принять во внимание сведения, содержащиеся в характеристиках по месту работы и жительства, из содержания которых следует, что Ф.И.О.1 не опасен для других лиц и в силу своего психического состояния может проходить лечение амбулаторно.

Изучив материалы дела, проверив доводы апелляционных жалоб и поступивших дополнений, выслушав мнение сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Обстоятельства, при которых Ф.И.О.1 совершил запрещённое уголовным законом деяние и которые в силу ст. 434 УПК РФ подлежали доказыванию по настоящему делу, судом установлены правильно и не оспариваются в апелляционных жалобах.

Выводы суда о доказанности совершения Ф.И.О.1 запрещённого пунктами «а, б, в» части 2 статьи 158 УК РФ общественно опасного деяния являются правильными, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом на основе полно, всесторонне и объективно исследованных в судебном заседании и приведённых в постановлении доказательств, в том числе: показаний подозреваемого Свидетель №1, потерпевшей Потерпевший №1, фактических данных, зафиксированных в протоколе проверки показаний на месте, заключении специалиста от <дата>, протоколах осмотра предметов и других.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда о том, что органами предварительного расследования собраны относимые, достоверные и допустимые доказательства, которые в совокупности подтверждают факт совершения Ф.И.О.1 запрещённого уголовным законом деяния.

Действия Ф.И.О.1 судом оценены правильно, как совершение запрещённого уголовным законом общественно опасного деяния, предусмотренного пп. «а, б, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ – кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершённая группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в иное хранилище, с причинением значительного ущерба гражданину. При этом суд первой инстанции пришёл к верному выводу о необходимости освобождения Ф.И.О.1 от уголовной ответственности за его совершение со ссылкой на заключение комиссии экспертов <номер> от <дата>, из которого следует, что в период, относящийся к инкриминируемому деянию, Ф.И.О.1 страдал и в настоящее время страдает параноидной шизофренией. Изменения психики выражены столь значительно, что лишали Ф.И.О.1 как в период времени, относящийся к инкриминируемому деянию, так и в настоящее время возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Имеющиеся нарушения в сфере мышления с искажённой трактовкой событий не позволяют ему правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них показания. Значительные нарушения мышления с бредовой трактовкой событий, аффективные колебания, эмоционально-волевые нарушения, отсутствие критической оценки своего состояния связаны с возможностью причинения Ф.И.О.1 иного существенного вреда и опасности для других лиц, в связи с чем он нуждается в применении принудительных мер медицинского характера в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, общего типа (том 1 л.д.141-146).

Заключение комиссии экспертов, вопреки доводам апелляционных жалоб, содержит обоснованные выводы о психическом состоянии Ф.И.О.1, которое требует лечения в вышеуказанной медицинской организации.

Кроме того, суд, освободив Ф.И.О.1 на основании ч. 1 ст. 21 УК РФ от уголовной ответственности за совершение в состоянии невменяемости запрещённого уголовным законом деяния, обоснованно в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 97, ст. 99 УК РФ, исходя из содержания экспертного заключения о том, что имеющиеся у него нарушения психической деятельности, а также значительные нарушения мышления связаны с возможностью причинения Ф.И.О.1 иного существенного вреда и опасности для других лиц, пришёл к выводу, что он нуждается в применении принудительных мер медицинского характера в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, общего типа, и применил в отношении Ф.И.О.1 указанную принудительную меру медицинского характера.

У суда не имелось оснований сомневаться в объективности и правильности выводов экспертов, поскольку оно соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ. Из материалов дела усматривается, что экспертиза проведена по назначению следователя в рамках возбужденного уголовного дела, в надлежащем экспертном учреждении, лицами, обладающими необходимыми специальными познаниями в области психиатрии. Не противоречит заключение экспертов и положениям ст. 8, 25 Федерального закона № 73-ФЗ от <дата> «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», на которые ссылается защитник в апелляционной жалобе.

Выводы экспертов основаны как на изучении психического состояния Ф.И.О.1, так и его медицинской документации и материалов уголовного дела, мотивированы и научно обоснованы. Оснований ставить их под сомнение у суда первой инстанции не имелось и у суда апелляционной инстанции не имеется. Как следует из заключения комиссии экспертов, освидетельствование Ф.И.О.1 проведено в отделении стационарных судебно-психиатрических экспертиз ГБУЗ АО «Амурская областная психиатрическая больница» в период со 2 ноября по <дата>, в связи с чем доводы Ф.И.О.1 о том, что эксперты беседовали с ним не более пяти минут, являются несостоятельными и опровергаются материалами уголовного дела.

Доводы защитника о необходимости проведения повторной судебно-психиатрической экспертизы суд апелляционной инстанции признаёт необоснованными. Так, согласно ст. 196 УПК РФ назначение и производство судебной экспертизы обязательно, если необходимо установить, в частности, психическое или физическое состояние подозреваемого, обвиняемого, когда возникает сомнение в его вменяемости или способности самостоятельно защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве, в том числе его нуждаемость в лечении в стационарных условиях.

Такая экспертиза по делу проведена, психическое состояние Ф.И.О.1 установлено.

При этом, вопреки доводам защитника, экспертами в ходе проведения обследования Ф.И.О.1 проверено его неврологическое состояние (том 2 л.д. 143). Данных о том, что экспертиза должна была проводиться с обязательным участием врача-невролога, в материалах уголовного дела не содержится и суду апелляционной инстанции не представлено. Не содержится в материалах уголовного дела и сведений о том, что комиссия экспертов не смогла дать ответы на вопросы в связи с неполнотой её состава. Напротив, как следует из заключения, оно содержит ответы на все поставленные вопросы, является ясным и непротиворечивым. При этом сторона защиты не относится к числу лиц, обладающих правом определять состав комиссии экспертов, проводящих судебно-психиатрическую экспертизу по уголовному делу.

Несогласие стороны защиты с выводами экспертов и субъективное суждение о том, что достижение улучшения психического состояния Ф.И.О.1 возможно посредством назначения ему принудительной меры медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях, само по себе не предусмотрено в качестве безусловного основания для проведения повторной судебно-психиатрической экспертизы.

Выводы суда о необходимости применения к Ф.И.О.1 принудительной меры медицинского характера, предусмотренной п. «б» ч. 1 ст. 99 УК РФ, в обжалуемом постановлении мотивированы надлежащим образом, со ссылкой на исследованные материалы уголовного дела, и свидетельствуют о том, что иной вид принудительной меры медицинского характера не сможет обеспечить безопасность Ф.И.О.1 и других лиц.

Ссылки в апелляционных жалобах на то, что проведённая в рамках уголовного дела экспертиза противоречит результатам регулярных медицинских освидетельствований, согласно которым психиатры ежегодно признавали Ф.И.О.1 здоровым и годным к работе в условиях вредных факторов, равно как и указание на то, что Ф.И.О.1 работал на должностях, связанных с повышенной опасностью на производстве, при этом каждый раз допускался к работе, сами по себе не свидетельствуют о том, что он по своему психическому состоянию не представляет опасности, и основанием для применения ч. 2 ст. 443 УПК РФ не являются.

По своей сути доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе и заявленные в заседании суда апелляционной инстанции, сводятся к несогласию с применённой судом к Ф.И.О.1 принудительной мерой медицинского характера и направлены на переоценку выводов экспертов и суда, что не предусмотрено уголовно-процессуальным законом в качестве основания изменения постановления.

Заверения законного представителя в том, что она будет контролировать приём Ф.И.О.1 лекарственных препаратов и явку к врачу для осмотров, а также сведения, содержащиеся в характеристиках по месту работы и жительства Ф.И.О.1, отсутствие у него алкогольной и наркотической зависимости, не влияют на законность принятого судом решения.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих изменение постановления или его отмену по основаниям, предусмотренным ст. 389.15 УПК РФ, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Благовещенского городского суда <адрес> от <дата> в отношении Ф.И.О.1 оставить без изменения, апелляционные жалобы его законного представителя Ф.И.О.6 и защитника – адвоката Малых С.Ю. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в шестимесячный срок в судебную коллегию по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции через суд, вынесший обжалуемое постановление, в порядке, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ.

В случае пропуска срока или отказа в его восстановлении кассационные жалобы, представление на постановление, апелляционное постановление подаются непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ.

В соответствии с ч. 5 ст. 389.28 УПК РФ Ф.И.О.1 вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Т.А. Студилко