Решение № 2-15/2019 2-15/2019(2-719/2018;)~М-624/2018 2-719/2018 М-624/2018 от 17 февраля 2019 г. по делу № 2-15/2019

Дело № 2-15/2019


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 февраля 2019 года г. Анива

Анивский районный суд Сахалинской области в составе:

председательствующего судьи Корчагиной А.В.,

при секретаре Грачевой О.Б.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к совместному Российско-Новозеландскому предприятию общество с ограниченной ответственностью «С.С.С.» о взыскании задолженности по заработной плате, денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился с иском в суд, указав в нем, что 15 апреля 2017 года он был принят на работу в СП ООО «С.С.С.» на должность капитана рыболовного мотобота. При трудоустройстве генеральный директор указанного общества ФИО2 заключил с ним трудовой договор, в котором были прописаны права и обязанности работника, а также сведения о размере заработной платы. В частности указано, что заработная плата будет состоять из следующих параметров: оклад капитана 11 500 рублей в месяц; доплата в размере 30 000 рублей за подготовку мотобота к рыбодобывающей путине; процент от добычи того или иного вида биоресурсов, а именно 40 рублей с килограмма спизулы, 10 рублей с килограмма ламинарии. Трудовой договор и приказы о приеме на работу в ООО «С.С.С.» на руки он не получал, трудовую книжку работодатель у него не требовал. Не дождавшись заработной платы за все время работы, он 30 июля 2018г. поставил директора предприятия ООО «С.С.С.» в известность о прекращении трудовых отношений. Факт того, что он состоял в трудовых отношениях с СП ООО «С.С.С.» подтверждается документами, которые общество направляло в государственные регистрирующие и контролирующие органы, где он был указан в качестве капитана мотобота, принадлежащего СП ООО «С.С.С.». В частности, в 2017-2018 годах общество обращалось за разрешениями на добычу водных биологических ресурсов в Сахалино-Курильское территориальное управление Федерального агентства по рыболовству, из представленных документах, следовало, что он (ФИО1) является капитаном мотобота. Данные сведения о нем указывались в выдаваемых разрешениях. У него также сохранились доверенность от 12 мая 2017 года на право управления и эксплуатацию мотобота, приказы о приеме на работу от 12 мая 2017 года и от 25 апреля 2018 года, локальный акт от 24 апреля 2018 года о назначении его капитаном мотобота.

За проработанный период с 15 апреля 2017 года по 30 июля 2018 года истцу ни разу не была выплачена заработная плата, в связи с чем, задолженность ответчика по основным выплатам составила 2 825 510 рублей.

Изложив указанные обстоятельства в заявлении, ФИО1 просит взыскать с СП ООО «С.С.С.» в его пользу задолженность по заработной плате в размере 2 825 510 рублей, денежную компенсацию за задержку выплаты заработной платы за каждый день задержки, начиная со следующего дня после установленного срока выплаты 30 июля 2018 года по день вынесения решения суда. Так как незаконными действиями работодателя ему причинен моральный вред, который выразился невыплатой заработной платы, он не мог в этот период полноценно содержать семью и вести полноценный образ жизни, ограничивая себя и членов семьи в еде и бытовых принадлежностях, истец просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, которую он оценивает в размере 1 000 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме, пояснив, что указанные в трудовом договоре условия работы и оплаты труда его полностью устраивали, он с ними согласился, в связи с чем, он подписал трудовой договор и приступил к работе. Заявление о приеме на работу он не писал, трудовую книжку в СП ООО «С.С.С.» он не отдавал. В СП ООО «С.С.С.» в качестве начальника добычи работал его брат ФИО3, который договаривался о принятии его (истца) на работу, и после подписания им (ФИО1) договора брат увез его директору. ФИО3 занимался сбором документов для получения разрешения на вылов водно-биологических ресурсов и одновременно с ним входил в бригаду по вылову спизулы и перевозке ламинарии. На период путины на борту мотобота всегда находилась разрешительная документация для предъявления правоохранительным органам, в том числе и приказы о его назначении от 12 мая 2017 года и 25 апреля 2018 года. Пояснил, что его рабочий день начинался с утра, без указания точного времени до 16 или 17 часов вечера, каждый день в период проведения путины с 15 апреля 2017 года по 30 сентября 2017 года и с мая 2018 года по 05 июля 2018 года. Бригада в составе капитана мотобота, ФИО3 и ФИО4 занималась выловом ракушки (спизулы) и перевозкой ламинарии, после ее вылова сырье сдавалось в ООО «Фирма Альтаир» по транспортной накладной. Условия по оплате за вылов спизулы и перевозку ламинарии распространялось на всю бригаду и в случае удовлетворения судом его исковых требований он разделит взысканную с ответчика сумму на всех работников бригады. Выход в море с целью вылова водных биологических ресурсов осуществлялся с 15 апреля 2017 года по 30 сентября 2017 года и с мая 2018 года по 05 июля 2018 года, все остальное время он не работал, но ему должны были платить размер оклада в сумме 11 500 рублей ежемесячно. По условиям договора за каждую подготовку судна к промыслу ему должны были оплачивать 30 000 рублей, подготовка включала в себя: с апреля по май - покраска, отшелушивание, проверка агрегатов, грунтовка корпуса, подготовка судна к промыслу, в октябре - консервация судна, подготовка на зимний период, всего судно готовилось к промыслу и на зимний период 3 раза. Пояснил, что табель учета его рабочего времени не велся, кто осуществлял контроль его работы, а также у кого он находился в подчинении, он не знает, о проделанной работе перед работодателем, он не отчитывался.

В трудовых отношения с ООО «Фирма Альтаир» он не состоял, заработную плату на данном предприятии не получал. Пояснил, что не получая заработную плату в течении 15 месяцев, в правоохранительные органы не обращался, так как доверял руководителю предприятия и верил, что он выплатит ему всю заработную плату.

Представитель истца ФИО5, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержал по изложенным в исковом заявлении основаниям.

Представитель ответчика совместного Российско-Новозеландского предприятия общества с ограниченной ответственностью «С.С.С.» ФИО6, действующий на основании доверенности, ранее в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, что ФИО1 на предприятии не числился, штатной едины (должности) в виде капитана мотобота в штатном расписании предприятия отсутствует. Приказ о назначении на должность ФИО1 на предприятии не имеется, трудового договор с ним не заключался и заработная плата данному гражданину не начислялась.

Представитель ответчика совместного Российско-Новозеландского предприятие общества с ограниченной ответственностью «С.С.С.» ФИО7, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признал, и пояснил что основным видом деятельности СП ООО «С.С.С.» в 2017-2018 годах являлся вылов и переработка водных биоресурсов (горбуша, корюшка, мойва). Предприятием заключались срочные трудовые договоры с обработчиками рыбы, участвующими в процессе производства замороженной рыбопродукции и договор оказания услуг с бригадой, участвующей в промысле. 15 марта 2017года и 15 марта 2018 года между ООО СП «С.С.С.» и ООО «Фирма Альтаир» заключены договоры о совместной деятельности, по условиям которых СП ООО «С.С.С.» предоставляет рыбацкое судно Мотобот, разрешительный билет на вылов ВБР (Спизулы), а ООО «Фирма Альтаир» в том числе производит расходы, связанные с текущим ремонтом рыбацкого судна и расходы по оплате труда за вылов спизулы. В связи с чем, ФИО1 находился в трудовых отношениях не с СП ООО «С.С.С.», а с ООО «Фирма Альтаир». 10 мая 2017 года ФИО1 написал заявление на имя директора ООО «Фирма Альтаир» ФИО8 о приёме его на работу в должности рыбака на период путины 2017 года. Приказом директора ООО «Фирма Альтаир» ФИО8 от 10 мая 2017 года истец был принят на работу в указанное общество без срока испытания. Этого же числа с ФИО1 был заключен срочный трудовой договор, согласно которому истец был принят на работу в должности рыбака на период промысла спизулы с 10 мая 2017 года по 31 октября 2017 года. Приказом от 31 октября 2017 года ФИО1 уволен из ООО «Фирма Альтаир» на основании п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ в связи с истечением срока трудового договора.

Приказом директора ООО «Фирма Альтаир» ФИО8 от 01 июня 2018 года ФИО1 вновь принят на работу в ООО «Фирма Альтаир» и этого же числа с ним заключен срочный трудовой договор, согласно которому он был принят на работу в должности капитана мотобота на период промысла спизулы с 01 июня 2018 года. Приказом от 05 июня 2018 года ФИО1 уволен из ООО «Фирма Альтаир». Увольнению предшествовал арест судна, где Поляков работал капитаном мотобота, после чего Поляков в ООО «Фирма Альтаир» не появлялся, документы, принадлежащие ООО «Фирма Альтаир» не сдал, расчет не получил. ФИО1 в трудовых отношениях с СП ООО «С.С.С.» не состоял, трудовой договор с последним не заключался. В приказе от 12 мая 2017 года о приеме ФИО1 на работу условия по оплате труда отсутствуют, поскольку данные приказы были изданы только для предъявления в Агентство по рыболовству для получения разрешительной документации на вылов водных биологических ресурсов, о чем Поляков достоверно знал. Указанный приказ, приказом № 5 от 06 октября 2018 года генерального директора СП ООО «С.С.С.» ФИО2 был признан недействительным, поскольку ФИО1 не являлся работником СП ООО «С.С.С.». Пояснил, что представленные суду истцом расценки на вылов 2017 и 2018 годы вызывают сомнения, поскольку данные расценки на предприятии отсутствуют и не применяются, считает, что они подготовлены ФИО3, ранее работавшим в СП ООО «С.С.С.» в качестве начальника добычи и находившимся в доверительных отношениях с руководителем Комковым.

Представитель третьего лица, не заявляющий самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика, привлеченный к участию в деле определением суда, общества с ограниченной ответственностью «Фирма Альтаир» ФИО7, действующий на основании доверенности, в судебном заседании полагал исковые требования ФИО1 не подлежащими удовлетворению в виду отсутствия доказательств, подтверждающих доводы истца.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО3 показал, что он работал в СП ООО «С.С.С.» с 2015г. по июль 2018г. в качестве начальника добычи, при этом трудовой договор с ним не заключался, приказ о назначении на должность не издавался, работал с руководителем предприятия на доверительных отношениях и получал за свою работу ежемесячное вознаграждение. Пояснил, что ежегодно занимался получением разрешений на добычу (вылов) водно-биологических ресурсов для СП ООО «С.С.С.» в Сахалино-Курильское территориальном управлении Федерального агентства по рыболовству (СКТУ). Для получения данного разрешения в 2017 и 2018 годах, СП ООО «С.С.С.» необходимо было представить приказ о приеме на работу капитана мотобота. ФИО1, являющийся его братом, был приглашен на работу в СП ООО «С.С.С.» в качестве капитана мотобота с 15 апреля 2017г. с окладом 11 000 или 12 000 рублей. Он также как и ФИО1 принимал участие в разговоре состоявшимся между истцом и руководителем СП ООО «С.С.С.» Комковым по вопросу трудоустройства истца. В 2017 и 2018 он готовил необходимую документацию для получения разрешения на вылов спизулы и вместе с приказами о назначении на должность ФИО1 направлял ее в агентство по рыболовству. С мая по июль 2017 и 2018гг. он работал в бригаде по вылову спизулы с истцом ФИО1 и механиком ФИО4 Помнит, что он, истец и руководитель СП ООО «С.С.С.» ФИО2 устно договаривались по оплате 30 000 рублей за одну подготовку мотобота к путине. Всего мотобот ими подготавливался к путине 3 раза, в 2017 году 2 раза и 1 раз в 2018 году, ФИО2 рассчитался только за один раз, выплатив каждому по 30 000 рублей. В трудовых отношения ФИО1 с ООО «Фирма Альтаир» не состоял, заработную плату на данном предприятии не получал. Пояснил, что условия трудового договора ФИО2 и ФИО1 обсуждали в его присутствии, а именно за вылов 1 кг спизулы ФИО9 было обещано 40 рублей, оплату по вылову ламинарии они не обсуждали. Трудовой договор с ФИО1 заключался, но он его не видел. Имеются два приказа о назначении на должность ФИО10 в качестве капитана мотобота на 2017 и 2018 год, эти приказы он сдавал в СКТУ для получения разрешения СП ООО «С.С.С.» на вылов спизулы. Выловленную спизулу он и Поляков сдавали в ООО «Фирма-Альтаир», о чем имеются подтверждающие транспортные накладные. Выловом ламинарии они не занимались, а только перевозили ее с берега Залива Анива на ООО «Фирма-Альтаир».

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО4 пояснил, что с апреля по сентябрь 2017 года и апрель 2018 года, он работал на предприятии, занимающимся выловом водно-биологических ресурсов. Работал в бригаде с ФИО1 и ФИО3, занимались выловом спизулы и ламинарии в Заливе Анива. По окончанию работ, заработную плату и расчет ООО «Фирма –Альтаир» всем работникам бригады не выплатило.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела и представленные доказательства в совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательства и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 г. принята Рекомендация № 198 о трудовом правоотношении (далее - Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении).

В пункте 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках индивидуального трудового правоотношения, должны определяться национальными законодательством или практикой либо и тем, и другим, принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы.

Согласно пункту 9 данного документа предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно в первую очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорный или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами.

Пункт 13 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении называет признаки существования трудового правоотношения (в частности, работа выполняется работником в соответствии с указаниями и под контролем другой стороны; интеграция работника в организационную структуру предприятия; выполнение работы в интересах другого лица лично работником в соответствии с определенным графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается стороной, заказавшей ее; периодическая выплата вознаграждения работнику; работа предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов стороной, заказавшей работу).

В целях содействия определению существования индивидуального трудового правоотношения государства-члены должны в рамках своей национальной политики рассмотреть возможность установления правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков (пункт 11 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении).

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Как следует из п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Таким образом, договорно-правовыми формами, опосредующими выполнение работ (оказание услуг), подлежащих оплате по возмездному договору, могут быть как трудовой договор, так и гражданско-правовые договоры (подряда, поручения, возмездного оказания услуг и др.), которые заключаются на основе свободного и добровольного волеизъявления заинтересованных субъектов - сторон будущего договора.

Согласно Определению Конституционного Суда РФ от 19.05.2009 года № 597-О-О суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

Трудовыми отношениями в соответствии со ст.15 Трудового кодекса Российской Федерации признаются отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно ч. 1 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании заключаемого ими трудового договора.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (ч. 3 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - оглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В соответствии с ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех дней со дня фактического допущения к работе.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме. При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Таким образом, по смыслу статей 15, 16, 56, части второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства также следует, что к характерным признакам трудового правоотношения, возникшего на основании заключенного в письменной форме трудового договора, относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Из материалов дела следует, что между СП ООО «С.С.С.» и ООО «Фирма Альтаир» 15 марта 2017 года и 15 марта 2018 года заключены договоры о совместной деятельности, согласно пунктов 2 и 4 которых СП ООО «С.С.С.» вносит в совместную деятельность следующий вклад: предоставляет рыбацкое судно Мотобот, разрешительный билет на вылов ВБР (спизула); ООО «Фирма Альтаир» вносит в совместную деятельность следующий вклад: создает необходимые условия для эффективного использования рыбацкого судна Мотобот и разрешительного билета на вылов ВБР (спизула); осуществляет привлечение денежных средств на согласованных участниками условиях для проведения вылова ВБР (спизула); производит расходы, связанные с текущим ремонтом рыбацкого судна, расходы по оплате труда за вылов ВБР (спизула), несет обязательства по выплате заработной платы за вылов ВБР (спизула).

Из заявления ФИО1 от 10 мая 2017 года на имя директора ООО «Фирма Альтаир» ФИО8 следует, что ФИО1 обратился с заявлением о приёме его на работу в должности рыбака на период путины 2017 года.

Приказом директора ООО «Фирма Альтаир» ФИО8 от 10 мая 2017 года ФИО1 с 10 мая 2017 года по 31 октября 2017 года принят на работу в ООО «Фирма Альтаир» с указанием - в мотобот и установлением оклада.

Из трудового договора от 10 мая 2017 года следует, что между ФИО1 и ООО «Фирма Альтаир» в лице директора ФИО8 заключен срочный трудовой договор, согласно которому истец был принят на работу в должности рыбака на период промысла спизулы с 10 мая 2017 года по 31 октября 2017 года.

Приказом от 31 октября 2017 года ФИО1 уволен из ООО «Фирма Альтаир» на основании п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ в связи с истечением срока трудового договора.

Приказом директора ООО «Фирма Альтаир» ФИО8 от 01 июня 2018 года ФИО1 принят на работу в ООО «Фирма Альтаир» с указанием - в мотобот и установлением оклада.

01 июня 2018 года между ФИО1 и ООО «Фирма Альтаир» в лице директора ФИО8 заключен срочный трудовой договор, согласно которому истец был принят на работу в должности капитана мотобота на период промысла спизулы с 01 июня 2018 года по 31 октября 2018 года.

Приказом от 05 июня 2018 года ФИО1 уволен из ООО «Фирма Альтаир».

Согласно платежных ведомостей ООО «Фирма Альтаир» от 19 мая 2017 года, 01 июня 2017 года, 30 июня 2017 года и 03 июня 2018 года, справки о доходах физического лица ФИО1 за 2017 год, сведений о страхом стаже застрахованного лица ФИО1 за 2017 год, сведений, поступивших с пенсионного фонда Российской Федерации по Сахалинской области о страховом лице ФИО1, представленных работодателем ООО «Фирма Альтаир» за 2017 год, реестра сведений о доходах физических лиц за 2017 год, сводной таблицы сведений о доходах физических лиц за 2017 год, следует, что ФИО1 в 2017 и 2018 годах получал заработною плату в ООО «Фирма Альтаир».

Из совокупности представленных суду доказательств суд приходит к выводу что ФИО1 ранее находился в трудовых отношениях с ООО «Фирма Альтаир» и получал на данном предприятии заработную плату.

Трудовой договор, заключенный между истцом и ответчиком, сторонами суду не представлен, из пояснений представителя ответчика следует, что ФИО1 с СП ООО «С.С.С.» в трудовых отношениях не состоял, работал у ООО «Фирма Альтаир», приказы о принятии на работу ФИО1 в СП ООО «С.С.С.» были необходимы для получения разрешения на вылов водно-биологических ресурсов по условиям договора о совместной деятельности. Выполненная работа по транспортным накладным за перевозку спизулы за 2017 год и за работу, отмеченной в промысловом журнале по перевозке ламинарии за 2017 год, Полякову выплачена работодателем ООО «Фирма Альтаир» на основании договора о совместной деятельности и виду того, что он был принят на работу именно в ООО «Фирма Альтаир».

Доказательств обратного истцом не представлено и в материалах дела не имеется.

Согласно ст.68 Трудового кодекса РФ прием на работу оформляется приказом работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора содержание приказа работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

В соответствии со ст.57 Трудового кодекса РФ следует, что обязательными для включения в трудового договор является условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада работника, доплаты надбавки и поощрительные выплаты).

Представленные истцом приказы о приеме на работу в СП ООО «С.С.С.» условия об оплате труда в себе не содержат, установленный режим работы, место работы, график работы, подконтрольность и подотчетность, а также отработанный период и порядок учета рабочего времени, в судебном заседании ФИО1 пояснить не смог.

Согласно штатному расписанию СП ООО «С.С.С.» на период 2017 и 2018 годы штатная единицы капитана мотобота в данном предприятии не предусмотрена.

Из представленной истцом трудовой книжки, следует, что ФИО1 с 16 ноября 2017 года трудоустроен в муниципальное бюджетное общеобразовательное учреждение «Средняя общеобразовательная школа с.Озерное» Корсаковского городского округа Сахалинской области, сведений, подтверждающих работу ФИО1 в СП ООО «С.С.С.» в течении 15 месяцев, в трудовой книжке не имеется.

Их пояснений истца ФИО1 в судебном заседании следует, что приказы о принятии его на работу в СП ООО «С.С.С.» от 2017г. и 2018г. вместе с разрешительной документацией на осуществление вылова водно-биологических ресурсов ему привозил его брат ФИО3 на мотобот в мае 2017г. и 2018г., которые в дальнейшем находились в мотоботе на весь период путины, что подтверждает пояснения представителя ответчика природу ежегодного происхождения данных приказов (2017 - 2018 годы).

Из показаний свидетелей ФИО3 и ФИО4 следует, что они совместно с ФИО1 в 2017 и 2018гг. работали в бригаде по вылову спизулы на мотоботе. Однако данные показания свидетелей факт трудовых отношений истца именно с ответчиком, не подтверждают.

Показания свидетеля ФИО3 не согласуются с показаниями истца в той части, что условия заключенного трудового договора ФИО1 обсуждал не с руководителем СП ООО «С.С.С.», а с начальником добычи ФИО3, который получив от истца подписанный трудовой договор, увез его в СП ООО «С.С.С.», поскольку со слов свидетеля ФИО3 условия трудовых отношении обсуждались сторонами в его присутствии и трудовой договор он не видел, в связи с чем, из объяснений указанного свидетеля не возможно установить обстоятельства, имеющие значение для дела, а именно возникновение трудовых отношений истца с ответчиком.

Из материалов дела следует, что ФИО1 с заявлением в СП ООО «С.С.С.» о приеме на работу не обращался, ответчиком кадровых решений в отношении истца не принималось, трудовой договор с ним не заключался, в трудовую книжку записи о трудовой деятельности не вносились.

Доказательств того, что СП ООО «С.С.С.» принимало в отношении ФИО1 какие-либо кадровые решения на основании его заявления о приеме на работу, знакомило с правилами внутреннего трудового распорядка, должностной инструкцией и локальными актами, регулирующими оплату труда, истцом суду не представлено, как и не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что он фактически был допущен к работе в должности уполномоченным лицом ответчика в рамках трудовых отношений.

Какие-либо письменные доказательства, подтверждающие выполнение истцом указанной им трудовой функции, подчинение его правилам внутреннего распорядка ответчика, суду не представлены.

Пояснения истца по выполнению им трудовой функции у ответчика и осуществлению им работ в течении 15 месяцев не получая заработную плату, не принимая мер к восстановлению своего права и не обращаясь в контролирующие и правоохранительные органы за защитой своих прав по причине доверия к работодателю, суд ставит под сомнение и признает их не правдивыми.

Исследовав материалы дела в совокупности, а также представленные истцом доверенность от 12 мая 2017 года, выданную генеральным директором СП ООО «С.С.С.» ФИО2 на право управления и эксплуатации мотобота; локальный акт № 2ПР от 24 апреля 2018 года; разрешения на добычу водных биологических ресурсов, выданных СП ООО «С.С.С.» Сахалино-Курильским территориальным управлением Федерального агентства по рыболовству, в которых истец указан в качестве капитана мотобота, суд приходит к выводу, что ФИО1 в течении 2017 и 2018 годов работал в качестве капитана мотобота, принадлежащего СП ООО «С.С.С.», вместе с тем, наличие у истца трудовых отношении именно с СП ООО «С.С.С.», в судебном заседании свое подтверждение не нашло.

На основании изложенного, оценив представленные по делу доказательства, в том числе показания свидетелей, допрошенных в ходе судебного разбирательства, пояснения истца, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований о взыскании с СП ООО «С.С.С.» в пользу ФИО1 задолженности по заработной плате в размере 2 825 510 рублей, денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы и компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей, поскольку доказательств, свидетельствующих о наличии между истцом и ответчиком трудовых отношений, допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя, осуществления истцом трудовой деятельности у ответчика каждый и полный рабочий день, истцом не представлено.

Отказывая в удовлетворении данных требований, суд отказывает ФИО1 и в удовлетворении требований о компенсации морального вреда, так как оно является производным от основного требования.

Представителем ответчика ФИО7 заявлено ходатайство о пропуске ФИО1 срока исковой давности.

В соответствии с частью 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Учитывая, что с иском в суд ФИО1 обратился 09 ноября 2018 года с требованием о взыскании задолженности по заработной плате за период с 15 апреля 2017 года по 30 июля 2018 года и денежной компенсации за задержку ее выплаты, то предусмотренный статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок на обращение в суд за защитой нарушенных трудовых прав, истцом не пропущен.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к совместному Российско-Новозеландскому предприятию общество с ограниченной ответственностью «С.С.С.» о взыскании задолженности по заработной плате, денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда, отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Сахалинский областной суд через Анивский районный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 28 февраля 2019 года.

Председательствующий: судья А.В. Корчагина