Решение № 2-189/2019 2-189/2019~М-193/2019 М-193/2019 от 19 мая 2019 г. по делу № 2-189/2019

Дело № 2-189/2019

УИД 28RS0021-01-2019-000292-77


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

20 мая 2019 года г. Сковородино

Сковородинский районный суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Федорчук Н.Б.,

при секретаре Бей О.Н.,

с участием представителей истца – ФИО1, действующей на основании доверенности и адвоката – Громыко А.В., действующего на основании ордера № от 20 мая 2019 года,

ответчика – ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного работником недостачей товарно-материальных ценностей,

у с т а н о в и л :

ФИО3 обратилась с иском к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного работником недостачей товарно-материальных ценностей, в обоснование которого указала, что ФИО2 являлся работником индивидуального предпринимателя ФИО3 по трудовому договору с ДД.ММ.ГГГГ. Ответчик работала в магазине «Азалия», расположенном в <адрес>. ФИО2 работала продавцом - консультантом. 10 октября 2018 года на основании приказа индивидуального предпринимателя ФИО3 была проведена ревизия товарно-материальных ценностей, переданных коллективу магазина для розничной торговли с 01.03.2018 года по 09.10.2018 года. В результат ревизии была выявлена недостача на сумму 37.860,00 рублей. Так как в данной торговой точке работали два продавца, которые осуществляли свою трудовую деятельность на полной коллективной материальной ответственности, о чем заключен соответствующий договор, то сумма недостачи делится на обоих работников в равных долях. Сумма недостач на одного работника составляет 18.930,00 рублей. Второй работник ФИО4, являясь руководителем коллектива магазина «Азалия», расположенного в пос. ФИО5, в добровольном порядке возместила сумму недостачи, приходящуюся на её долю. Продавец-консультант ФИО2 самовольно покинула рабочее место после проведения ревизии, а также, будучи не уволенной, самовольно взяла из магазина товар на сумму 1.950 рублей и долговую книгу магазина с записями на сумму 6.870 рублей, в счет заработной платы за отработанные дни в октябре 2018 года, тем самым увеличив свою долю недостачи на 8.820 рублей. ФИО2 было направлено письмо, в котором было предложено явиться в офис магазина «Азалия» в г. Сковородино для дачи пояснений по поводу результатов ревизии, а также неявки на работу. Однако она в офис не явилась, не вышла на работу, также письменных пояснений не направила в адрес работодателя. В соответствии с подпунктами «а» и «б» пункта 7 указанного договора, коллектив магазина принял на себя обязательство, бережно относится к вверенному коллективу имуществу и предпринимать меры по предотвращению ущерба, в установленном порядке вести учет, составлять отчеты о движении и об остатках вверенного коллективу имущества. В соответствии со ст. 238 ТК РФ, работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. На основании изложенного, просит взыскать с ФИО2 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО3 причиненный недостачей товарно-материальных ценностей ущерб в размере 27.750 рублей, а также оплату госпошлины в размере 1.032 рубля 50 копеек.

В судебном заседании представители истца ФИО1, действующая на основании доверенности и адвокат Громыко А.В., действующий на основании ордера исковые требования поддержали в полном объеме, по основаниям, указанным в иске. Дополнительно суду пояснили, что денежная сумма в размере 8.820 рублей, действительно составляет невыплаченную заработную плату ответчице.

Ответчик ФИО2 исковые требования не признала, суду пояснила, что с суммой недостачи не согласна, хотя ревизия проводилась при ней. Однако от нее никто объяснения не брал, не предлагал решить вопрос с недостачей. После проведенной ревизии ее не допустили к работе. Полагает, что действиями работодателя нарушены ее права. Кроме того, ею действительно был взят товар на сумму 1.950 рублей и листок с долгами покупателей на общую сумму 6.870 рублей, которые она собирала с покупателей сама в счет своей заработной платы.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явилась, хотя о времени и месте судебного заседания была извещена своевременно и надлежащим образом. Суд в соответствии с ос т. 167 ГПК РФ определил рассмотреть гражданское дело в отсутствие истца, извещенного надлежащим образом, с участием ее представителя.

Суд, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела и оценив их в совокупности, приходит к следующему выводу.

Судом установлено, что ФИО3 является индивидуальным предпринимателем с 05 декабря 2003 года, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя от 19.07.2004 года.

Также установлено, что ФИО2 состояла в трудовых отношениях с ИП ФИО3, была трудоустроена на должность продавца-консультанта в магазин «Азалия» ИП ФИО3, расположенный в пгт. ФИО5, что подтверждается трудовым договором № от 01 марта 2018 года.

01 марта 2018 года ИП ФИО3 издан приказ № 1 о полной коллективной материальной ответственности, согласно которого, в связи с отсутствием возможности разграничения материальной ответственности каждого сотрудника магазина «Азалия» в пгт. ФИО5, а также в целях организации условий труда, необходимых для нормального осуществления деятельности персонала и обеспечения сохранности переданного им имущества, введена полная коллективная материальная ответственность работников магазина «Азалия» за сохранность вверенных им товарно-материальных ценностей. В состав магазина включены работники: ФИО4, ФИО2. ФИО4 назначена руководителем коллектива магазина «Азалия».

ФИО2 ознакомлена с данным приказом, о чем свидетельствует ее подпись.

01 марта 2018 года между ИП ФИО3 и членами коллектива магазина «Азалия» пгт. ФИО5 в лице руководителя коллектива ФИО4, заключен договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности, согласно которого коллектив (бригада) принимает на себя коллективную (бригадную) материальную ответственность за необеспечение сохранности имущества, вверенного ему для продажи в магазине «Азалия».

Согласно п. 12 договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности от 01 марта 2018 года следует, что основанием для привлечения членов коллектива (бригады) к материальной ответственности является прямой действительный ущерб, непосредственно причиненный коллективом (бригадой) работодателю, а также и ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам.

Коллектив (бригада) и/или член коллектива (бригады) освобождаются от материальной ответственности, если будет установлено, что ущерб причинен не по вине членов (члена) коллектива (бригады) (п. 13 договора).

Договор подписан работодателем ИП ФИО3, руководителем коллектива ФИО4, членами коллектива ФИО2.

На основании приказа № 1 от 09.10.2018 года назначено проведение ревизии товарно-материальных ценностей магазина «Азалия» в пгт. ФИО5 по состоянию на 10 октября 2018 года. Для проведения ревизии создана ревизионная комиссия в составе: председателя – гл. бухгалтер ФИО1, членов: продавцов-консультантов ФИО6, ФИО4, ФИО2. Члены ревизии с приказом ознакомлены, о чем свидетельствуют их подписи.

Из акта ревизии товарно-материальных ценностей по состоянию на 10.10.2018 года магазина «Азалия» пгт. ФИО5 и дополнений к нему следует, что установлена недостача товарно-материальных ценностей в сумме 37.860 рублей.

ФИО2 отказалась от подписи в акте ревизии от 10 октября 2018 года, дополнение к акту ревизии от 10 октября 2018 года ФИО2 подписано.

Из объяснительной ФИО4 от 16 октября 2018 года следует, что 11.10.2018 года в магазине «Азалия» в пгт. ФИО5 была проведена ревизия товарно-материальных ценностей, находящихся на ее ответственном хранении. В результате ревизии выявлена недостача на сумму 37.860 рублей. Объяснить причины недостачи не может.

Согласно докладной ФИО4 от 14 октября 2018 года следует, что после ревизии от ДД.ММ.ГГГГ, продавец магазина «Азалия» пгт. ФИО7 М.В. оставила ключи от магазина непосредственно в магазине. 14 октября 2018 года был выходной, однако ФИО2 вызвала ее на работу, чтобы забрать личные вещи. Вместе с личными вещами ФИО2 забрала товар: кашпо – 1.600 рублей, подсвечник – 200 рублей, мыльные лепестки – 150 рублей, а также забрала долговую книгу магазина, где числятся должники на сумму 6.870 рублей. Со слов ФИО2 взяла долговую книгу, чтобы собрать эти долги себе в счет задолженности по заработной плате.

ДД.ММ.ГГГГ ИП ФИО3 в адрес ФИО2 было направлено письмо с предложением явиться в офис магазина «Азалия» в г. Сковородино для дачи пояснений по поводу результатов ревизии, проведенной в магазине «Азалия» пгт. ФИО5 10 октября 2018 года, а также неявки ФИО2 на работу.

Настоящее письмо получено ФИО2 22 октября 2018 года, о чем свидетельствует отчет об отслеживании почтовых отправлений. Однако, до настоящего времени мер по даче объяснений и погашению выявленной недостачи, ФИО2 не предпринято.

Согласно ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Как указано в п.4 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 16.11.2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обязательств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действие или бездействия) вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключенного договора о полной материальной ответственности. Если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

По общему правилу, закрепленному в ст. 241 ТК РФ за причиненный ущерб, работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим кодексом или иными федеральными законами.

На основании ст. 242 ТК РФ полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере. Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

В соответствии с п. 2 ст. 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника, в том числе при недостаче ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.

Таким специальным письменным договором является договор об индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности.

Согласно ст. 244 ТК РФ письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (пункт 2 части первой статьи 243 настоящего Кодекса), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.

Перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством РФ.

Постановлением Минтруда РФ от 31.12.2002 N 85 утвержден Перечень должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель вправе заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества. К ним, кроме прочего, относятся кассиры, контролеры, кассиры-контролеры (в том числе старшие), а также другие работники, выполняющие обязанности кассиров (контролеров). К таким работам, относятся работы по расчетам при продаже (реализации) товаров, продукции и услуг (в том числе не через кассу, через кассу, без кассы через продавца, через официанта или иного лица, ответственного за осуществление расчетов).

Поскольку, ФИО2 была трудоустроена ИП ФИО3 в магазин «Азалия» на должность продавца-консультанта, в ее обязанности входил прием товара и отпуск товара покупателям, данная должность входит в перечень должностей, с которыми заключаются договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности, со вторым продавцом-консультантом ФИО4, одновременно являющейся руководителем коллектива, они работают одновременно, то есть ответственность продавцов-консультантов разграничить невозможно, поэтому, суд приходит к выводу, что ИП ФИО3 с ФИО2 законно и обоснованно заключен договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности.

При оценке доказательств, подтверждающих размер причиненного работодателю ущерба, следует иметь в виду, что в силу ст. 246 ТК РФ размер ущерба, причиненного работодателю при утрате и порче имущества, определяется по фактическим потерям, исчисляемых исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества.

Кроме того, порядок привлечения работника к материальной ответственности установлен ст. 247 ТК РФ предусматривает, что до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов. Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Из материалов дела следует, что инвентаризация товарно-материальных ценностей проводилась ДД.ММ.ГГГГ, в период работы продавца-консультанта ФИО2, с участием гл. бухгалтера ФИО1, продавцов-консультантов ФИО6, ФИО4, ФИО2. Выявлена недостача в размере 37.860 рублей.

Акт ревизии ФИО2 не подписан, подписано дополнение к акту ревизии от ДД.ММ.ГГГГ, при этом никаких претензий к процедуре проведения инвентаризации, к оформлению ее результатов, к сумме недостачи ФИО2 не выражено, результаты инвентаризации не оспорены. Письменные объяснения ФИО2 даны не были.

Вместе с тем, акт ревизии подписан вторым продавцом-консультантом ФИО4, что свидетельствует о ее согласии с результатами ревизии, Также вторым продавцом-консультантом ФИО4 даны письменные объяснения по факту выявленной недостачи.

В силу ч.2 ст. 247 ТК РФ истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. Вместе с тем, несоблюдение работодателем положений закона об обязательном получении объяснений работника не является существенным нарушением процедуры установления причины возникновения ущерба.

При рассмотрении дела представитель истца ФИО1 пояснил, что ответчику ФИО2 было предложено дать объяснение, от дачи объяснений ФИО2 отказалась, самовольно покинула рабочее место после проведения ревизии. На направленное в ее адрес предложение явиться для дачи объяснений по факту проведенной ревизии, ФИО2 никак не отреагировала.

Ответчик ФИО2 не отрицала, что объяснение по факту недостачи, обнаруженной ДД.ММ.ГГГГ, она не писала.

Из смысла ч. 2 ст. 247 ТК РФ следует, что давать объяснение является правом, а не обязанностью работника, отсутствие объяснения (даже по причине отказа работника его давать) не исключает обязанности работодателя доказать законность установления причины возникновения ущерба и не лишает работника впоследствии права дать соответствующее объяснение в суде, учитывая, что в силу ст. 392 ТК РФ именно судом при взыскании ущерба в судебном порядке определяется степень вины ответчика.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о выполнении работодателем требований ст. 247 ТК РФ в части соблюдения порядка привлечения работника к материальной ответственности.

Поскольку работодателем представлены доказательства в подтверждение правомерности заключения с ФИО2 договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности, наличие и размер недостачи, соблюдение порядка привлечения к материальной ответственности, отсутствие доступа к товару третьих лиц, то на ответчике лежит обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении истцу указанного ущерба.

Однако, в нарушение ст. 56 ГПК РФ ответчиком не представлено суду доказательств, опровергающих факт причинения работодателю материального ущерба. При таких обстоятельствах основания для освобождения ответчика от материальной ответственности отсутствуют.

Так как в данной торговой точке работали два продавца-консультанта ФИО2 и ФИО4, которые осуществляли свою трудовую деятельность на основании заключенного договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности, то сумма недостачи делится на обоих работников в равных долях. Таким образом, сумма недостачи ФИО2 составляет 18.930 рублей 00 копеек.

Установлено, что на основании приходно-кассового ордера № от 14.10.2018 года ИП ФИО3 от ФИО4 в возмещение недостачи по акту ревизии от 19.10.2018 года принято 18.930 рублей.

Таким образом, ФИО4 добровольно погасила размер недостачи, установленной актом ревизии от 10.10.2018 года.

Ответчицей ФИО2 ущерб следствие недостачи товаро-материальных ценностей работодателю не погашен до настоящего времени, в связи с чем, подлежит взысканию.

Также истцом заявлены требования о взыскании с ответчицы денежной суммы в размере 8.820 рублей, поскольку, ФИО2 будучи не уволенной с занимаемой должности продавца-консультанта в магазине «Азалия» пгт. ФИО5, самовольно взяла из магазина товар на сумму 1.950 рублей и долговую книгу магазина с записями на сумму 6.870 рублей.

Данный факт нашел свое подтверждение в судебном заседании, однако, ответчика пояснила, что данная сумма ею взята в счет возмещения задолженности по заработной плате.

Представителями истца даны пояснения, что действительно данная сумма составляет задолженность по заработной плате ответчицы, которая не была ей выплачена.

В соответствии со ст. 136 ТК РФ заработная плата выплачивается работнику, как правило, в месте выполнения им работы либо переводится в кредитную организацию, указанную в заявлении работника, на условиях, определенных коллективным договором или трудовым договором.

Заработная плата выплачивается непосредственно работнику, за исключением случаев, когда иной способ выплаты предусматривается федеральным законом или трудовым договором.

Заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.

В силу ст. 137 ТК РФ удержания из заработной платы работника производятся только в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Удержания из заработной платы работника для погашения его задолженности работодателю могут производиться:

- для возмещения неотработанного аванса, выданного работнику в счет заработной платы;

- для погашения неизрасходованного и своевременно не возвращенного аванса, выданного в связи со служебной командировкой или переводом на другую работу в другую местность, а также в других случаях;

- для возврата сумм, излишне выплаченных работнику вследствие счетных ошибок, а также сумм, излишне выплаченных работнику, в случае признания органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров вины работника в невыполнении норм труда (часть третья статьи 155 настоящего Кодекса) или простое (часть третья статьи 157 настоящего Кодекса);

- при увольнении работника до окончания того рабочего года, в счет которого он уже получил ежегодный оплачиваемый отпуск, за неотработанные дни отпуска. Удержания за эти дни не производятся, если работник увольняется по основаниям, предусмотренным пунктом 8 части первой статьи 77 или пунктами 1, 2 или 4 части первой статьи 81, пунктах 1, 2, 5, 6 и 7 статьи 83 настоящего Кодекса.

В случаях, предусмотренных абзацами вторым, третьим и четвертым части второй настоящей статьи, работодатель вправе принять решение об удержании из заработной платы работника не позднее одного месяца со дня окончания срока, установленного для возвращения аванса, погашения задолженности или неправильно исчисленных выплат, и при условии, если работник не оспаривает оснований и размеров удержания.

Из приведенных норм следует, что выплата заработной платы является обязанность работодателя и поскольку, установлено и не оспаривается, что денежная сумма в размере 8.820 рублей является заработной платой работника ФИО2, не выплаченной ей к моменту увольнения, то она не подлежит взысканию с ответчицы как причинённый работодателю ущерб.

С учетом приведенных норм материального закона, установленных в суде обстоятельств, суд считает, что усматриваются основания для частичного удовлетворения заявленных истцом требований о взыскании с ФИО2 причиненного ущерба в размере 18.930 рублей.

ФИО3 также заявлены требования о взыскании судебных расходов по оплате государственной пошлины в сумме 1.032 рубля 50 копеек, что подтверждается квитанцией об оплате государственной пошлины.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч.2 ст.96 ГПК РФ. В случае если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику – пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В связи с тем, что заявленные требования были удовлетворены частично, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика судебных расходов по уплате государственной пошлины согласно размере удовлетворённых требований в сумме 757 рублей 20 копеек.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

Исковые требования ФИО3 к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного работником недостачей товарно-материальных ценностей – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО3 ущерб, причиненный работником недостачей товарно-материальных ценностей в сумме 18.930 (восемнадцать тысяч девятьсот тридцать) рублей, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 757 рублей 20 копеек.

В удовлетворении остальной части требований – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Амурского областного суда через Сковородинский районный суд в течении месяца со дня принятия решения.

Председательствующий судья Н.Б. Федорчук