Апелляционное постановление № 22-1530/2020 от 30 декабря 2020 г. по делу № 1-70/2020

Председательствующий Коробка Т.В. Дело 22-1530/2020


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Абакан 30 декабря 2020 года

Верховный Суд Республики Хакасия в составе

председательствующего судьи Фокина А.В.,

при секретаре Кольчикове Е.К.,

с участием

прокурора Анищук О.В.,

осужденного Садакова Н.П.,

защитника Сандыкова К.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя Вдовиченко О.В., апелляционные жалобы основные и дополнительные осужденного Садакова Н.П. и защитника Сандыкова К.В. на приговор Абаканского городского суда Республики Хакасия от 30 октября 2020 года, которым

Садаков Н.П., <данные изъяты>, судимый:

- 19 апреля 2016 года Абаканским городским судом Республики Хакасия с учетом изменений, внесенных постановлением Советского районного суда г. Красноярска от 8 ноября 2016 года по ч. 1 ст. 158, ч. 1 ст. 158, п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, с применением ч. 2 ст. 69 УК РФ к 1 году 4 месяцам лишения свободы в исправительной колонии общего режима;

- 12 мая 2016 года мировым судьей судебного участка №6 г. Абакана Республики Хакасия с учетом изменений, внесенных постановлением Советского районного суда г. Красноярска от 8 ноября 2016 года по ч. 1 ст. 158, ч. 1 ст. 158, ч. 1 ст. 158, ч. 1 ст.158 УК РФ, с применением ч. 2 ст. 69, ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор от 19 апреля 2016 года) к 1 году 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии общего режима, освобожден 18 октября 2017 года по отбытии срока наказания;

- 22 января 2019 года мировым судьей судебного участка № 4 г. Абакана Республики Хакасия по ч. 1 ст. 158, ч. 1 ст. 158 УК РФ, с применением ч. 2 ст. 69 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, в соответствии со ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 2 года, постановлением Абаканского городского суда Республики Хакасия от 9 апреля 2019 года испытательный срок продлен на 1 месяц;

- 11 июля 2019 года Абаканским городским судом Республики Хакасия по ч. 1 ст. 158, ч. 1 ст. 158, ч. 1 ст. 158, п. «б» ч. 2 ст. 158, п. п. «б, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, с применением ч. 2 ст. 69 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима;

- 25 июля 2019 года мировым судьей судебного участка №3 г. Абакана Республики Хакасия по ч. 1 ст. 158, ч. 1 ст. 158 УК РФ, с применением ч. 2 ст. 69 УК РФ к 1 году лишения свободы в исправительной колонии строгого режима;

- 18 августа 2020 года Абаканским городским судом Республики Хакасия по ч. 3 ст. 30 п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ к лишению свободы на срок 1 год 3 месяца, в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений (приговоры от 11 июля 2019 года и от 25 июля 2019 года) к лишению свободы на срок 2 года 8 месяцев с его отбыванием в исправительной колонии строгого режима,

осужден по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (по факту хищения имущества ФИО6) к лишению свободы на срок 1 год 8 месяцев, по ч. 1 ст.158 УК РФ (по факту хищения имущества ФИО7) к лишению свободы на срок 10 месяцев, по п. «б» ч.2 ст.158 УК РФ (по факту хищения имущества ФИО28) к лишению свободы на срок 1 год 8 месяцев, по п. «б» ч. 2 ст.158 УК РФ (по факту хищения имущества ФИО20) к лишению свободы на срок 1 год 8 месяцев, по п. п. «б, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (по факту кражи хищения ФИО8) к лишению свободы на срок 1 год 10 месяцев; по п. п. «б, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (по факту хищения имущества ФИО9) к лишению свободы на срок 1 год 10 месяцев, по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (по факту хищения имущества ФИО35) к лишению свободы на срок 1 год 8 месяцев.

На основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ и п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ Садаков Н.П. от отбывания наказания назначенного за совершение преступления предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования освобожден.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний к лишению свободы на срок 2 года 8 месяцев.

В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания и наказания назначенного по приговору Абаканского городского суда от 18 августа 2020 года окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 3 года 8 месяцев с его отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Этим же приговором Садаков Н.П. по ч. 1 ст. 158 УК РФ по факту хищения имущества ФИО10 и по ч. 1 ст. 158 УК РФ по факту хищения имущества ФИО11-Х.А. оправдан на основании п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с непричастностью к совершению преступлений.

В соответствии со ст. 133, ст. 134 УПК РФ в связи с оправданием за Садаковым Н.П. признано право на реабилитацию.

Приговором разрешены вопросы о мере пресечения, зачете времени содержания под стражей, процессуальных издержках, гражданских исках и вещественных доказательствах.

Заслушав доклад председательствующего по обстоятельствам дела и доводам апелляционного представления и апелляционных жалоб, выступления сторон, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 осужден за семь тайных хищений чужого имущества, в том числе с причинением значительного ущерба гражданину и незаконным проникновением в помещение.

Преступления совершены ФИО1 на территории г. Абакана Республики Хакасия при обстоятельствах указанных в приговоре.

Он же, в части предъявленного обвинения по двум тайным хищениям чужого имущества оправдан, в связи с непричастностью к совершению этих преступлений.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Вдовиченко О.В. выражает несогласие с приговором в части оправдания ФИО1 по фактам хищения имущества у ФИО10 и ФИО11, считает, что в этой части выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, судом допущены нарушения уголовно-процессуального закона, повлиявшие на вынесение законного и обоснованного приговора, вследствие оправдания ФИО1 назначено чрезмерно мягкое наказание.

Считает несостоятельными выводы суда о том, что имеющиеся в материалах дела по данным эпизодам преступлений явки с повинной ФИО1 являются единственными, прямыми доказательствами виновности последнего. Указывает, что суд не дал надлежащую оценку показаниям свидетеля ФИО13, который пояснил, что все похищенное ФИО1 имущество они продавали на Китайском рынке и в период инкриминируемых осужденному преступлений, последний показывал ему автомагнитолу Sony и две акустические колонки, которые по мнению автора представления были похищены им из машины ФИО10

По факту хищения имущества ФИО11 по мнению государственного обвинителя судом также не дана надлежащая оценка показаниям свидетеля ФИО13, которые вместе с протоколом явки с повинной ФИО1 и другими исследованными в суде доказательствами являются достаточными для вывода о виновности ФИО1 в совершении и этого преступления. Просит приговор в этой части отменить, уголовное дело передать на новое судебное разбирательство.

Осужденным ФИО1 поданы возражения и дополнения к ним на апелляционное представление государственного обвинителя, в которых он приводит доводы о необоснованности представления. Просит в удовлетворении отказать, его по всем инкриминируемым преступлениям оправдать.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) защитник ФИО12 выражает несогласие с приговором в части осуждения ФИО1 по причине несоответствия имеющихся в нем выводов фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе предварительного и судебного следствий. Указывает, что суд нарушил требования уголовно-процессуального закона, поскольку в основу приговора положены недопустимые доказательства, а именно показания ФИО1 данные на досудебном этапе производства по делу и явки с повинной, которые были получены под физическим и моральным воздействием со стороны сотрудников полиции.

Показания потерпевших и свидетелей по каждому из инкриминируемых деяний, по мнению автора жалобы, не подтверждают причастность ФИО1 к их совершению, а просто указывают на наличие самих событий преступлений.

Считает, что к показаниям оперативных сотрудников полиции отбиравших у осужденного явки с повинной необходимо отнестись критически, поскольку обстоятельства их отобрания вызывают сомнения в их законности.

Использованные судом, как доказательства виновности ФИО1 явки с повинной в силу требований закона таковыми не являются, поскольку были отобраны у него без участия защитника и впоследствии ФИО1 их не подтвердил.

Обращает внимание на то, что текст явок с повинной по фактам хищения имущества ФИО2, ФИО3 и ФИО4 содержит лишь формальные сведения, без указания конкретных мест преступлений, способов проникновения. Содержание протоколов явок с повинной имеют разногласия с показаниями самого ФИО1 и показаниями потерпевших ФИО5 и ФИО25.

Указывает, что по факту хищения имущества ФИО6 с места происшествия были изъяты следы обуви, которые оставлены не ФИО1, о совершении этого преступления именно подсудимым свидетельствует только свидетель ФИО13 и оперативные сотрудники, отбиравшие явку с повинной. Вместе с тем судом не дана оценка тому, что согласно показаниям свидетеля ФИО14, ФИО1 в инкриминируемый по этому эпизоду период времени работал у него на объекте и не мог совершить это преступление. Это обстоятельство по мнению защитника не опровергается показаниями свидетеля ФИО15, более того последний, сообщил, что из-за разногласий прекратил деловые отношения, связанные с ведением общего бизнеса с ФИО14

Просит учесть, что по факту хищения имущества ФИО28 судом как доказательства вины осужденного в приговоре приведены все те же явка с повинной ФИО1 и показания свидетеля ФИО13, которые нельзя признать достоверными. Так свидетель указал, что проникновение в помещение было осуществлено ФИО1 через дверь, тогда как согласно материалам дела кража совершена путем проникновения через окно. Представленные ломбардом копии договоров купли-продажи также не могут являться доказательствами вины ФИО1, поскольку сторонами эти документы не подписаны.

По факту хищения имущества ФИО20, ФИО34 и ФИО8 вина ФИО1 не доказана, доказательства в виде явки с повинной и показаний свидетеля ФИО13 приведенные в приговоре являются недопустимыми, а показания работников ломбардов, которые предоставили договоры купли-продажи, не подтверждают причастность именно ФИО1 к совершению инкриминируемых хищений.

При доказывании вины ФИО1 по факту хищения имущества ФИО7 и ФИО35 судом как и по другим эпизодам использованы все те же явка с повинной ФИО1 и показания свидетеля ФИО13, которые являются недопустимыми доказательствами.

Считает, что свидетель ФИО13 с целью избежать уголовной ответственности оговорил ФИО1, давал в ходе расследования недостоверные показания, об описываемых событиях знал только со слов осужденного, очевидцем совершения преступлений не был. Кроме того в инкриминируемый период с его же слов систематически употреблял наркотические средства, происходившие с ним события помнит смутно, несколько раз содержался в следственном изоляторе, что подтверждено документально.

Кроме того, делает вывод, что показания работников ломбардов не являются доказательствами вины ФИО1 в совершении инкриминируемых преступлений, поскольку указанные лица очевидцами совершения преступлений осужденным не являлись, их показания относительно процедуры приема и реализации похищенного вызывают объективные сомнения в их достоверности. Иные письменные материалы дела не содержат доказательств совершения именно ФИО1 преступлений, поскольку по большей части являются процессуальными документами и к доказательствам не относятся.

Считает, что совокупность представленных стороной обвинения доказательств, не подтверждает причастность ФИО1 к совершению инкриминируемых преступлений, обжалуемый приговор основан на предположениях, поэтому полежит отмене. Просит ФИО1 в части обвинения по эпизодам хищения имущества ФИО6, ФИО7, ФИО28, ФИО20, ФИО8, ФИО9, ФИО35 оправдать.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) осужденный ФИО1 выражает не согласие с приговором, в виду несоответствия имеющихся в нем выводов фактическим обстоятельствам дела. Делает вывод, что использованные судом, как доказательства его вины протоколы явок с повинной и протоколы допросов на первоначальном этапе расследования, являются недопустимыми, так как получены без участия защитника и под физическим и моральным давлением сотрудников полиции и лица, с которым содержался в одной камере следственного изолятора. Протоколы допросов, в которых признавал себя виновным, изготавливались следователем путем копирования предыдущих протоколов допросов, его фактически не допрашивали, а он под давлением был вынужден их подписывать.

Констатирует, что отказ от услуг защитника при написании явок с повинной был обусловлен тяжелым материальным положение, то есть являлся вынужденным, что в силу требований закона не позволяет использовать эти документы (протоколы явок с повинной), как доказательства его вины по причине их недопустимости.

Указывает, что в соответствии с действующим уголовно-процессуальным законом суд не вправе допрашивать дознавателя и сотрудника, осуществляющего оперативное сопровождение дела, о содержании показаний, данных в ходе досудебного производства подозреваемым или обвиняемым, восстанавливать содержание этих показаний.

В связи с изложенным полагает, что судом в нарушение требований закона, как доказательства его вины использованы показания сотрудников полиции ФИО23, ФИО16, ФИО17 и ФИО18.

Ссылаясь на правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации указывает, что если подсудимый объясняет изменение или отказ от полученных в присутствии защитника показаний тем, что они были даны под принуждением, то судом должны быть приняты достаточные и эффективные меры по проверке такого заявления. При этом суду следует иметь в виду, что бремя опровержения доводов стороны защиты о том, что показания подсудимого были получены с нарушением требований закона, лежит на государственном обвинителе.

Констатирует, что в нарушение указанной выше правовой позиции вышестоящего суда, судом первой инстанции ни один довод стороны защиты о даче показаний под воздействием недозволенных методов ведения расследования не опровергнут, а следовательно его признательные показания данные в ходе начального этапа расследования являются недопустимыми и не могут быть использованы, как доказательства его вины.

Считает, что совокупность доказательств подтверждающих его причастность к совершению инкриминируемых ему преступлений по делу отсутствует. Показания свидетеля ФИО13 являются недостоверными, поскольку даны им также под давлением сотрудников полиции и обусловлены желанием избежать уголовной ответственности.

Доказательств его причастности к хищению имущества ФИО6 и ФИО7 в деле нет. В инкриминируемый по данным эпизодам период времени совершить указанные преступления не мог, так как работал у ФИО24, который подтвердил это. При осмотрах мест происшествия принадлежащих ему следов обнаружено не было. Показания ФИО13 о том, что он присутствовал при продаже похищенного у ФИО6 и ФИО7 имущества, являются недостоверными, так как сфабрикованы следователем. На что указывает, в том числе факт фиксации в протоколе допроса марки автомобилей потерпевших, что ФИО13 знать не мог. Имущество ФИО7 вместе ФИО13 30 января 2018 года продать не мог, так как со свидетелем в тот день не виделся, общались только по телефону, что подтверждается сведениями о соединениях. Полагает, что по эпизоду кражи имущества ФИО6АВ. не доказан квалифицирующий признак хищения с причинением значительного ущерба гражданину.

Также указывает на отсутствие доказательств его причастности к хищению имущества ФИО20, который изначально не сообщил о хищении, наряду с углошлифовальной машиной, двух коробок пены и отбойного молотка и обратился в полицию с заявлением после задержания свидетеля ФИО13, который сознался в совершении данного преступления. Явку с повинной по данному преступлению была написана им под давлением оперуполномоченного ФИО19

Считает, что показания свидетеля ФИО13 принятые судом, как доказательства его виновности в хищении имущества ФИО28 содержат недостоверные сведения о том, что вечером 9 февраля 2018 года они перенесли похищенные инструменты из помещения расположенного по адресу: <адрес> ломбард по адресу: <адрес>. Тогда как материалами уголовного дела установлено, что заявление потерпевшего о хищении инструментов поступило в полицию в этот же день в 9 часов утра, а согласно договорам купли-продажи инструменты были проданы в ломбард 10 февраля 2018 года, также свидетель ФИО13 в показаниях указывает не о всех инструментах, которые были похищенных у ФИО28 Кроме того, согласно показаниям ФИО13 проникновение в помещение было осуществлено через дверь, которую ФИО1 якобы открыл ломом, тогда как согласно материалам уголовного дела установлено, что проникновение в помещение произошло через окно.

Договоры купли-продажи изъятые в ломбардах по мнению апеллянта не являются доказательствами вины хищения имущества у ФИО28 и ФИО20, поскольку сторонами не подписаны и надлежащим образом не заверены. В договоре купли-продажи от 25 марта 2018 года указан шуруповерт, о хищении которого потерпевший ФИО20 не сообщал. Считает, что указанные договоры купли-продажи сфальсифицированы сотрудниками полиции. Доводы о том, что в ломбарды им продавались его личные инструменты, в приговоре не опровергнуты.

Сообщает, что по факту хищения имущества ФИО34 и ФИО8 явки с повинной написал также под давлением и под диктовку оперативного уполномоченного ФИО18 Из содержания явки с повинной следует, что все похищенное имущество продал в ломбард, тогда как свидетель ФИО13 утверждает, что индукционную плиту он (ФИО1) оставил ему. Указанное противоречие судом не устранено. При обыске в квартире ФИО13 плиты обнаружено не было, следовательно его показания являются недостоверными. По документам, которые изъяты в ломбарде невозможно идентифицировать имущество, похищенное у потерпевших ФИО34 и ФИО8

Считает, что доказательств его причастности к хищению имущества ФИО35 в деле нет. Показания потерпевшего относительно значительности причиненного ущерба нельзя признать достоверными по причине их противоречивости. Сведения сообщенные им в протоколе явки с повинной, написанной под давлением сотрудника полиции ФИО18, противоречат показаниям потерпевшего, который кроме хищения автомагнитолы и кейса с инструментами сообщил и о пропаже навигатора и антирадара. В первоначальных показаниях ФИО13 и ФИО21 не указывали о наличии у него (ФИО1) каких-либо иных предметов, поэтому показания ФИО21 об этом являются недостоверными.

Делает вывод, что суд нарушил требования уголовно-процессуального закона, поскольку в основу приговора положены недопустимые доказательства, в том числе его показания и протоколы явок с повинной, полученные путем ведения недозволенных методов расследования. Доводы стороны защиты об этом стороной обвинения и судом не опровергнуты, надлежащая оценка доказательствам представленным защитой не дана. Судебное разбирательство проведено односторонне, несправедливо, с обвинительным уклоном. В связи с изложенным, просит по всем инкриминируемым ему преступлениям вынести оправдательный приговор.

В судебном заседании осужденный ФИО1 и защитник ФИО12 доводы апелляционных жалоб поддержали, просили вынести по делу оправдательный приговор. По доводам апелляционного представления возражали просили в его удовлетворении отказать.

Прокурор Анищук О.В. считает, что приговор суда в части осуждения является законным и обоснованным, оснований для его отмены не имеется, в части оправдания ФИО1 по эпизодам хищения имущества ФИО10 и ФИО11 просила приговор отменить дело направить на новое рассмотрение.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции оснований к его удовлетворению не находит.

В соответствии со ст. 302 УПК РФ оправдательный приговор постановляется в случаях, если не установлено событие преступления, подсудимый не причастен к совершению преступления, в деянии подсудимого отсутствует состав преступления, в отношении подсудимого коллегией присяжных заседателей вынесен оправдательный вердикт.

Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Как видно из материалов дела, органами следствия ФИО1 обвинялся в совершении хищения имущества потерпевших ФИО10 и ФИО11

Приведя в тексте приговора все представленные стороной обвинения доказательства суд, пришел к выводу, что их совокупность недостаточна для категоричного утверждения о причастности ФИО1 к совершению хищения имущества ФИО10 и ФИО11

Доводы апелляционного представления о том, что при приятии решения в этой части судом не дана надлежащая оценка показаниям свидетеля ФИО13 не могут быть признаны обоснованными, поскольку противоречат приговору, согласно которому суд оценил показания свидетеля ФИО13, признал их относимыми и допустимыми доказательствами, однако в силу требований ст. 17 и ч. 2 ст. 79 УПК РФ посчитал, что они не могут быть положены в основу обвинения, поскольку не подтверждаются совокупностью иных доказательств.

С указанными выше мотивами принятого судом решения, суд апелляционной инстанции соглашается, поскольку совокупность представленных суду доказательств, за вычетом показаний свидетеля ФИО13, устанавливается только факты совершения в отношении каждого из этих потерпевших преступлений против собственности. Достаточных данных позволяющей сделать категоричный вывод о причастности ФИО1 к их совершению эти доказательства не содержат.

Доводы прокурора о том, что по иным фактам инкриминируемых ФИО1 хищений, судом использована аналогичная совокупность доказательств признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, поскольку противоречат состоявшему по делу приговору и материалам дела.

Так, по фактам хищения имущества ФИО6 и ФИО7 обвинением в качестве доказательств виновности ФИО1 суду были представлены его показания в качестве подозреваемого данные на этапе досудебного производства по делу, которые в совокупности с другими доказательствами позволили сделать вывод о причастности ФИО1 к этим преступлениям.

По фактам хищения имущества ФИО10 и ФИО11 таких доказательств суду обвинением представлено не было, поэтому суд первой инстанции сделал обоснованный вывод об отсутствии достаточной совокупности доказательств подтверждающих виновность подсудимого и принял законное решение его оправдании в этой части.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что все доказательства, которые были представлены обвинением в обоснование вины ФИО1 по фактам хищения имущества ФИО10 и ФИО11 судом в приговоре оценены, оснований для их иной оценке по делу не имеется.

Постановленный в этой части приговор является мотивированным, вынесенным с соблюдением требований действующего закона, оснований для его отмены и направления дела на новое судебное рассмотрение суд апелляционной инстанции не находит.

Проверив материалы дела, изучив доводы, изложенные в апелляционных жалобах осужденного и защитника, выслушав мнения сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Суд первой инстанции в соответствии со ст. 73 УПК РФ исследовав все представленные сторонами доказательства и оценив их в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, правильно установил фактические обстоятельства дела и дал верную юридическую оценку действиям ФИО1

Выводы суда о доказанности вины ФИО1 в семи тайных хищениях чужого имущества соответствуют материалам дела и подтверждены представленными сторонами доказательствами, полно приведенными в приговоре и получившими оценку суда с точки зрения относимости, допустимости и достаточности для разрешения уголовного дела.

В суде первой инстанции ФИО1 вину не признал, в целом дал показания по содержанию идентичные доводам своих апелляционных жалоб. Заявил о непричастности к совершению всех инкриминируемых преступлений, об оказании физического и морального давления со стороны сотрудников полиции и лица, содержащегося с ним в одной камере, что послужило причиной написания им всех имеющихся в деле явок с повинной и дачи признательных показаний в качестве подозреваемого. Использования этих показаний как доказательств при вынесении приговора считает незаконным. Также указывает на недостоверность и недопустимость показаний свидетеля ФИО13, которые даны им под давлением сотрудников полиции и составлены ими же, поскольку свидетель физически не мог обладать той информацией, которая была зафиксирована в протоколах. Факт хищения имущества ФИО6 и ФИО7 отрицал, поскольку в инкриминируемый по данным эпизодам период времени совершить указанные преступления не мог, так как работал у ФИО24, принадлежащих ему следов на местах совершения преступлений обнаружено не было. Указал на отсутствие по делу доказательств причастности к хищению имущества ФИО20, который изначально не сообщил о хищении, наряду с углошлифовальной машиной, двух коробок пены и отбойного молотка и обратился в полицию с заявлением только после задержания свидетеля ФИО13, который сознался в совершении данного преступления. Договоры купли-продажи, изъятые в ломбардах не являются доказательствами его вины, поскольку сторонами не подписаны и надлежащим образом не заверены, а в договоре купли-продажи от 25 марта 2018 года указан шуруповерт, о хищении которого потерпевший ФИО20 не сообщал. По факту хищения имущества ФИО34 и ФИО8 доказательств его вины в деле нет, по документам, которые были изъяты в ломбарде невозможно идентифицировать имущество, похищенное у этих потерпевших. Считает, что показания потерпевшего ФИО22 относительно значительности причиненного ущерба являются недостоверными по причине их противоречивости, а свидетели ФИО13 и ФИО21 в первоначальных показаниях не указывали о наличии у него каких-либо иных предметов. С конца ноября до 27 декабря 2017 года лечил зубы, поэтому в этот период времени на улицу не выходил, так боялся заболеть.

Оценивая приведенные выше показания подсудимого о непричастности к совершению инкриминируемых преступлений суд первой инстанции сделал обоснованны и мотивированный вывод о их недостоверности и отнес к избранному осужденным способу защиты, обусловленному целью уйти от ответственности за совершенные преступления.

Все доводы осужденного и его защитника, приведенные ими в апелляционных жалобах согласно материалов дела были известны суду первой инстанции, проверялись в условиях судебного разбирательства и опровергнуты путем анализа исследованных в судебном заседании доказательств.

Делая вывод о виновности ФИО1, суд обоснованно сослался в приговоре на показания потерпевших, свидетелей, показания самого осужденного данных им на досудебном этапе производства по делу, а также привел и проанализировал согласующиеся с ними письменные доказательства.

По факту хищения имущества ФИО6

Из содержания оглашенных показаний потерпевшей ФИО6 (том 7 л. д. 133 - 134), которые она подтвердила в судебном заседании следует, что в период времени с 11 ноября до 13 декабря 2017 года из принадлежащего ей автомобиля ВАЗ-21120, государственный регистрационный номер №, который был припаркован около дома <адрес> были похищены: автомагнитола «Hyundai» стоимостью 1500 рублей, акустические колонки «Alpine SPR 69» стоимостью 8000 рублей. Общая сумма ущерба составила 9 500 рублей, для нее является значительным. Похищенное не возвращено, исковые требования поддержала.

Из содержания оглашенных в порядке п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК показаний подозреваемого ФИО1 данных им 28 апреля 2018 года следует, что 2 декабря 2017 года около 21 часа из автомашины машины ВАЗ-21120 припаркованной около <адрес> похитил магнитолу «Hyundai», два динамика «Alpine». 3 декабря 2017 года похищенное вместе с ФИО13 продал на рынке за 1500 рублей (том 2 л. д. 66 - 68).

Согласно протоколу явки с повинной ФИО1 от 18 апреля 2018 года последний сообщил, что 2 декабря 2017 года в вечернее время из машины ВАЗ-21120, которая находилась рядом с домом <адрес> похитил магнитолу «Hyundai» и колонки. 3 декабря 2017 года вместе с ФИО13 продал похищенное на Китайском рынке в г. Абакане за 1500 рублей (том 2 л. д. 53 - 55).

Из содержания показаний свидетеля ФИО13 (том 2 л. д. 46 - 48), данных им в ходе предварительного следствия и подтвержденных в судебном заседании следует, что 3 декабря 2017 года вместе с ФИО1 пришел на Китайский рынок, где подсудимый за 1500 рублей продал магнитолу «Hyundai» и две акустические колонки, которые со слов последнего он похитил накануне, 2 декабря 2017 года из автомобиля ВАЗ-21120, который находился около дома <адрес>.

Свои показания свидетель ФИО13 подтвердил в ходе проверки показаний на месте 20 августа 2018 года, указав на участок местности, расположенный на территории Китайского рынка в г. Абакане, где ФИО1 продал автомагнитолу и колонки, а также в ходе очной ставки с подсудимым (том 8 л. д. 48 - 57, 82 - 91).

Свидетель ФИО23 суду пояснила, что в ее производстве находилось уголовное дело в отношении ФИО1 Допрашивала последнего в качестве подозреваемого, в том числе и по эпизоду хищения имущества ФИО6 Показания в протокол фиксировала со слов допрашиваемого, какого-либо давления на него не оказывала. При допросе присутствовал защитник, перед началом следственного действия участникам разъяснялись предусмотренные законом права. После допроса ФИО1 и защитник ознакомились с содержанием протокола, дополнений и ходатайств не заявили. Также в ходе расследования ей был допрошен свидетель ФИО13, при допросе присутствовали только она и свидетель. Сведения отраженные в протоколе допроса зафиксированы со слов ФИО13, который при допросе находился в адекватном состоянии, какого-либо давления на него не оказывалось. После изготовления протокола допроса свидетель знакомился с ним путем личного прочтения и подписывал.

Согласно рапорту 3 декабря 2017 года в УМВД России по г. Абакану от ФИО6 поступило сообщение о хищении из принадлежащего ей автомобиля ВАЗ-21120, государственный номер №, припаркованного около дома № <адрес> магнитолы и аудиоколонок (том 2 л. д. 3).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 3 декабря 2017 года, осмотрен автомобиль марки ВАЗ-21120 государственный номер <***> который находится около дома <адрес>. В салоне автомобиля отсутствует магнитола и аудиоколонки (том 2 л. д. 4 - 11).

Согласно протоколу дополнительного осмотра места происшествия от 21 августа 2018 года установлено, что местом совершения преступления является участок местности расположенный в 8 метрах в юго-западном направлении от входа в ограду дома <адрес> (том 7 л. д. 139 - 142).

Согласно информации сети интернет: - стоимость магнитолы марки «Hyundai» составляет 1500 рублей, стоимость динамиков марки «Alpine SPR – 69» составляет 8 000 рублей (том 2 л. д. 36 - 37).

Свидетель ФИО24 суду пояснил, что с конца ноября 2017 года до середины января 2018 года привлекал ФИО1 для осуществления ремонтных работ, которые тот производил в течении всего дня, при этом не исключил, что ФИО1 в выходные дни не работал.

По факту хищения имущества ФИО7

Потерпевший ФИО7 суду пояснил, что 29 января 2019 года вечером припарковал принадлежащий ему автомобиль «Lada Priora», государственный регистрационный знак № около дома <адрес>. Утром следующего дня обнаружил, что и машины похищены автомагнитола «Pioneer» стоимостью 3 000 рублей, навигатор «Pioneer» стоимостью 2 000 рублей и две акустические колонки стоимостью 2450 рублей. О произошедшем сообщил в полицию. Причинен ущерб в общем размере 7450 рублей, иск на указанную сумму поддержал.

Из содержания оглашенных в порядке п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК показаний подозреваемого ФИО1 данных им 18 апреля 2018 года следует, что 29 января 2018 года вечером из машины «Lada Priora» припаркованной около дома <адрес> похитил автомагнитолу «Пионер», акустические колонки, навигатор «Пионер». На следующий день 30 января 2018 года рассказал о хищении ФИО13 с которым продали похищенное на Китайском рынке г. Абакане за 2 000 рублей (том 3 л. д. 65 - 67).

Согласно протоколу явки с повинной от 18 апреля 2018 года, ФИО1 сообщил, что вечером 29 января 2018 года из автомобиля «Lada Priora» около дома <адрес> похитил автомагнитолу Пионер, навигатор Пионер и акустические колонки, которые на следующий день продал вместе с ФИО13 на рынке за 2 000 рублей (том 3 л. д. 48 - 50).

Из содержания оглашенных показаний свидетеля ФИО13 следует, что 30 января 2018 года ФИО1 предложил сходить на Китайский рынок и продать автомагнитолу «Пионер» в корпусе черного цвета, две акустические колонки, навигатор «Пионер» с креплением и блоком питания, которые с его же слов он (ФИО1) похитил накануне вечером 29 января 2018 года из машины «Lada Priora», припаркованной во дворе дома <адрес>. В этот же день ФИО1 продал похищенное имущество за 2000 рублей на рынке (том 3 л. д. 44 - 46).

Свои показания свидетель ФИО13 подтвердил в ходе проверки показаний на месте 20 августа 2018 года, указав на участок местности расположенный на территории Китайского рынка в г. Абакане, где ФИО1 в конце января 2018 года продал автомагнитолу с колонками и навигатор (том 8 л. д. 48 - 57).

Свидетель ФИО23 суду пояснила, что в ходе расследования уголовного дела допрашивала ФИО1 в качестве подозреваемого по эпизоду хищения имущества ФИО7, показания ФИО1 давал добровольно, в присутствии защитника после разъяснения предусмотренных законом прав. Давление на него в ходе допроса не оказывалось, текст протокола записан со слов последнего, после допроса и подсудимый и защитник знакомились с текстом протокола, замечаний и дополнений от них не поступило. Также ею допрашивался свидетель ФИО13, сведения отраженные в протоколе допроса зафиксированы со слов последнего, какого-либо давления на него не оказывалось, при допросе посторонних лиц не было.

Потерпевший ФИО7 с сообщением о хищении из своей машины «LADA PRIORA» около дома <адрес> автомагнитолы и навигатора обратился в УМВД России по <адрес> 30 января 20018 года (том 3 л. д. 2).

Согласно протоколу осмотра места происшествия, с участием потерпевшего ФИО7 установлено, что местом совершения преступления является участок местности, расположенный в 14 метрах в юго-западном направлении от западного угла дома <адрес> (том 7 л. д. 183 - 185).

Согласно копии товарного чека от 11 июня 2017 года стоимость автомагнитолы «Pioneer DEH 2220 UB» составляет 4669 рублей, стоимость двух акустических колонок «JBL GTO938» 2450 рублей (том 3 л. д. 35, том 7 л. д. 189).

По факту хищения имущества ФИО28

Согласно содержанию показаний потерпевшего ФИО28 (том 3 л. д. 177 - 179, л. д. 193 - 194), данных в ходе предварительного следствия и подтвержденных им в суде является директором ООО «Ренессанс» и занимается установкой натяжных потолков. Весной 2018 года работал с бригадой из 5 человек по адресу: <адрес>. Для хранения инструментов бригаде было выделено подвальное помещение № Н. Вечером 7 февраля 2018 года занесли электроинструменты в это помещение, 9 февраля 2018 года утром обнаружил открытое окно и пропажу следующего инструмента, на который сохранились документы: углошлифовальная машина BOSH GWS 7-125, стоимостью 4 300 рублей, линейный нивелир BOSH GLL 2-15, стоимостью 8 000 рублей, шуруповерт BOSH GSR 140-Li, стоимостью 6 000 рублей, шуруповерт Makita 6271 DWPLE, стоимостью 6 000 рублей в комплекте с фонарем, три перфоратора Makita HR 2450, стоимостью 8 000 рублей, шуруповерт Makita 62710, стоимостью 7 000 рублей, а также углошлифовальная машина Hitachi в корпусе зеленого цвета, без документов стоимостью 4500 рублей. Общая сума ущерба составила 59 800 рублей. Считает, что в помещение проникли через пластиковое окно, которое открыли путем отжима. С заявлением в полицию обратился в тот же день, из похищенного ему ничего не возвращено.

Из содержания показаний ФИО1 данных в ходе предварительного следствия при допросе в качестве подозреваемого 17 апреля 2018 года, следует, что вину в хищении электроинструментов из подвального помещения дома <адрес> признает полностью, от дачи показаний отказался (том 3 л. д. 234 - 237).

Согласно содержанию протокола явки с повинной ФИО1 от 19 апреля 2018 года последний показал, что вечером 7 февраля 2018 года из подвального помещения дома <адрес> похитил углошлифовальную машину Бош, линейный нивелир Бош, шуруповерт Бош, шуруповерт Makita, перфоратор Makita и болгарку Хитачи, часть похищенного за 10000 рублей на следующий день продал в ломбард по <адрес>, а два шуроповерта продал за 4000 рублей бывшему начальнику ФИО13 (том 3 л. д. 228).

Из содержания показаний свидетеля ФИО13 (том 3 л. д. 208 - 209), данных им в ходе предварительного следствия и подтвержденных в судебном заседании следует, что в феврале 2018 года в вечернее время ФИО1 попросил помочь донести инструменты в ломбард, пояснив, что они принадлежат ему. Также ФИО1 пояснил, что инструмент находится в подвальном помещении дома <адрес>. Вместе пришли к указанному дому, прошли в подвал, где ФИО1 открыл дверь одного из помещений, из которого вынесли 3 шуруповерта, 1 перфоратор, 2 углошлифовальные машины, которые унесли в ломбард по <адрес>. О том, что электроинструмент ФИО1 похитил, узнал в последствии от сотрудников полиции.

Свидетели ФИО26 и ФИО27 суду пояснили, что в 2018 году вместе с ФИО28 работали на объекте по адресу: <адрес>, устанавливали натяжные потолки. Инструмент, используемый в работе (болгарки, шуруповерты, газовую пушку, перфораторы, лазерный уровень, газовые баллоны, шпателя, рулетки) хранили в подвальном помещении в этом же здании. В последствии от ФИО28 узнали, что все инструменты за исключением газовой пушки похищены.

Согласно рапорту 9 февраля 2018 года потерпевший ФИО28 обратился в УМВД России по <адрес> с сообщением о хищении инструментов из подвального помещения <адрес> (том 3 л. д. 122).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 9 февраля 2018 года, установлено, что местом совершения преступления является подвальное помещение <адрес>, расположенное на цокольном этаже <адрес> (том 3 л. д. 123 - 131).

Потерпевшим представлены копии документов на: угловую шлифовальную машину «BOSH GWS 7-125» заводской №, линейный нивелир «BOSH G LL 2-15» заводской №, шуруповерт «BOSH GSR 140-Li» заводской №, шуруповерт «Makita 6271 DWPLE» в комплекте с фонарем, серийный № Y, перфоратор «Makita HR 2450», серийный № Y, перфоратор «Makita HR 2/150», шуруповерт «Makita 62710» (том 3 л. д. 183 - 187).

Из содержания показания свидетеля ФИО29, данных в ходе предварительного следствия (том 6 л. д. 49 - 51) и подтвержденных им в суде следует, что работает в должности товароведа-оценщика в ломбарде по адресу: <адрес>. В обязанности входит прием и оценка товаров, сдаваемых населением в ломбард на комиссию и продажу. 8 апреля 2018 года при обыске в ломбарде с его участием, сотрудниками полиции были обнаружены и изъяты: договоры купли-продажи от 10 февраля 2018 года №, №, №, №, №, № заключенные с ФИО1 о продаже им в ломбард инструментов. Все договоры выполнены печатным текстом, в них внесены полные данные лица, который продавал вещи в ломбард. Договоры не подписаны сторонами, так как составляются только для того, чтобы вести учет принятых на продажу вещей. ФИО1 продал ломбарду: по договору № от 10 февраля 2018 года за 1000 рублей болгарку Hitachi, id 6483, по договору № от 10 февраля 2018 года за 1000 рублей болгарку Bosch, id 6482, по договору № от 10 февраля 2018 года за 2000 рублей перфоратор Makita HR2470, id 6484, по договору № от 10 февраля 2018 года за 2000 рублей перфоратор Makita HR2432, id 6485, по договору № от 10 февраля 2018 года за 2500 рублей шуруповерт Bosch, id 6486, по договору № от 10 февраля 2018 года за 2000 рублей лазерный уровень Bosch gill 2-15, id 6487, по договору от 10 февраля 2018 года углошлифовальную машину (болгарку) «Bosch» модели GWS 660 professional. В тексте договоров id обозначает номер внутренней регистрации договоров и к наименованию вещей отношения не имеет. Во всех договорах указаны только наименования вещей и электроинструментов, принятых на продажу, без указания модификаций и модели. При продаже вещей ФИО1 пояснил, что все это принадлежит ему на праве собственности, предъявив при этом свой паспорт. О том, что эти вещи были ФИО1 похищены, узнал от сотрудников полиции только при проведении обыска. ФИО1 знает, как постоянного клиента, так как тот неоднократно продавал вещи в ломбард. Все что ФИО1 продал в ломбард, кроме углошлифовальной машины «Bosch» GWS 660 professional было реализовано, но кому, когда и за сколько назвать не может, потому что таких учетов в ломбарде не ведется.

Согласно протоколу обыска от 8 апреля 2018 года в ломбарде ООО «Доверие» по адресу: <адрес> ФИО29 добровольно выданы: углошлифовальная машина «Bosch» GWS 660 professional и договоры купли-продажи от 10 февраля 2018 года под номерами № (том 3 л. д. 215 - 217).

Согласно протоколу осмотра предметов, указанные выше договоры № на болгарку Hitachi, id 6483, № на углошлифовальную машину Bosch, id 6482, № на шуруповерт Bosch, id 6486, № на лазерный уровень Bosch gill 2-15, id 6487 осмотрены. Согласно тексту договоров они содержат полные данные ФИО1, его паспортные данные и сведения о месте жительства (том 7 л. д. 249 - 253, 254, том 3 л. д. 223).

По факту хищения имущества ФИО20

Потерпевший ФИО20 суду пояснил, что в марте 2018 года работал в бригаде, которой было предоставлено бытовое помещение, расположенное на первом этаже здания адресу: <адрес>. В работе пользовался угловой шлифовальной машиной (болгарка) марки Maktek, фирмы Makita, которую приобрел в 2016 года за 7000 рублей, после хищения оценивает в 5000 рублей. При переезде, в марте - апреле 2018 год, заметил, что углошлифовальная машинка пропала, также пропали отбойный молоток и монтажная пена, о чем сообщил руководству, а затем и в полицию. Через некоторое время сотрудники полиции вернули ему углошлифовальную машину, которую обнаружили в ломбарде.

Из содержания оглашенных показаний потерпевшего ФИО20, следует, что дверь в бытовку закрывали на ключ, который хранили в трубе около входной двери, о чем знали только работники бригады. В бытовку был еще один вход, оборудованный пластиковой дверью, которая легко открывается без помощи ключа, и также потом легко закрывается. В середине марта 2018 года, кто-то из работников бригады оставил принадлежащую ему болгарку в бытовке. 14 апреля 2018 года в процессе переезда обнаружил, что углошлифовальная машинка пропала (том 4 л. д. 108 - 110).

Согласно содержанию протокола явки с повинной от 27 апреля 2018 года, ФИО1 указал, что в конце марта, начале апреля 2018 года в дневное время, находясь по адресу: <адрес> из помещения на первом этаже похитил болгарку Мактек, которую за 1000 рублей продал в ломбард по <адрес> (том 4 л. д. 131).

Согласно рапорту от 16 апреля 2018 года ФИО20 сообщил в УМВД России по <адрес> о хищении угловой шлифовальной машины из подсобного помещения, расположенного по адресу: <адрес> период с середины марта 2018 года до 14 апреля 2018 года (том 4 л. д. 85).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 16 апреля 2018 года местом совершения преступления является помещение 871 Н, расположенное по адресу: <адрес> (том 4 л. д. 86 - 92).

Согласно справке директора ООО «АЖФ» помещение, из которого было совершено хищение, располагается по адресу: <адрес>, помещение 871Н (том 7 л. д. 231).

Согласно копии документа о покупке, угловая шлифовальная машина «Makita» МТ-92В серийный номер 00049165 приобретена 13 февраля 2016 года (том 4 л. д. 112).

Согласно акту добровольной выдачи от 23 апреля 2018 года ФИО30 добровольно выдал сотруднику полиции ФИО31 угловая шлифовальная машина «Makita» и копию договора купли-продажи от 24 марта 2018 года (том 4 л. <...>).

Свидетель ФИО30 суду пояснил, что работает приемщиком в ломбарде «Народный», который расположен в <адрес>. ФИО1 знает как постоянного клиента, последний систематически продавал ломбарду различные вещи: строительный инструмент, бытовую технику. В начале 2018 года ФИО1 продал в ломбард угловую шлифовальную машинку «Makita», красного цвета. При продаже составлялся договор купли-продажи, в который были внесены данные паспорта ФИО1 Впоследствии углошлифовальная машинка была продана.

Из содержания показаний свидетеля ФИО30, данных в ходе предварительного следствия следует, что в ломбарде «Народный», расположенном по адресу: <адрес> работает с 2017 года. 24 марта 2018 года около 10 часов в ломбард пришел ФИО1, который принес на продажу угловую шлифовальную машину модели «Maktec» фирмы «Makita» в корпусе красно-черного цвета. ФИО1 заверил, что эта инструмент принадлежит ему. Болгарку ФИО1 оценил в 1000 рублей, он (ФИО30) согласился с ценой и купил машинку лично себе, о чем составил договор купли-продажи, в котором ФИО1 собственноручно поставил подпись. В апреле месяце 2018 года от сотрудников полиции узнал, что углошифовальная машинка была ФИО1 похищена, после чего добровольно ее выдал вместе с договором купли-продажи (том 6 л. д. 47 - 48).

Свидетель ФИО31 (оперуполномоченный ОУР УМВД России по <адрес>) суду пояснил, что в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий по факту хищения имущества ФИО20 свидетелем ФИО30 были добровольно выданы углошлифовальная машинка Makita и договор купли-продажи на эту машинку.

Согласно протоколу выемки от 23 апреля 2018 года у свидетеля ФИО31 изъята угловая шлифовальная машина Makita в корпусе из пластика черно-красного цвета и копия договора купли продажи от 24 марта 2018 года, вышеуказанные вещи осмотрены, признаны и приобщены к делу в качестве вещественных доказательств, УШМ передана на хранение потерпевшему ФИО20, копия договора купли продажи хранится в материалах уголовного дела (том 4 л. д. 120 - 122, том 6 л. д. 15 - 21).

Протоколом осмотра предметов установлено, что текст договора купли-продажи от 24 марта 2018 года на болгарку «Makteс» фирмы Makita содержит сведения о покупателе ФИО30 и продавце ФИО1 с указанием паспортных данных и места жительства последнего. Цена договора 1000 рублей (том 6 л. д. 15 - 17).

По факту хищения имущества ФИО8

Из содержания показаний потерпевшего ФИО8 (том 4 л. д. 184 - 186, 189 - 190, 191 - 192), которые он подтвердил в суде следует, что с 13 марта 2018 года делал ремонт в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, там же хранил принадлежащие ему инструменты. 23 марта 2018 года вечером закончив работу уехал домой, закрыл или нет входную дверь не помнит. 25 марта 2018 года утром приехав в квартиру обнаружил, что входная дверь прикрыта, и из квартиры похищены инструменты, а именно: дрель аккумуляторная «Калибр ДА-14, 4/2+Н550» стоимостью 2000 рублей, миксер-дрель «Фиолент Professional МD1-11Э (МD1-11 Е) стоимостью 3500 рублей, перфоратор DеWаlt стоимостью 5000 рублей. О хищении сообщил полицию, после чего сам поехал по ломбардам города искать имущество. Миксер-дрель обнаружил в ломбарде по <адрес>. Через несколько дней увезли в ломбард в г. Минусинске. Общий ущерб составил 10 500 рублей, для него является значительным, так как получает заработную плату около 30000 рублей, супруга не работает, на иждивении двое детей. В настоящее время размер не возмещенного ущерба составляет 7000 рублей, исковые требования на эту саму поддерживает.

Согласно протоколу явки с повинной от 3 мая 2018 года ФИО1 сообщил, что в 20-х числах марта 2018 года в вечернее время через незапертую входную дверь, проник в строящуюся <адрес> откуда похитил аккумуляторную дрель, миксер-дрель и перфоратор, которые продал в ломбард по <адрес> за 3000 рублей (том 4 л. д. 218).

Согласно заявлению ФИО8 от 25 марта 2018 года последний просит привлечь к уголовной ответственности лицо, которое в период с 23 по 25 марта 2018 года незаконно проникло в квартиру по адресу: <адрес>, откуда похитило электроинструмент (перфоратор, шуруповерт, дрель-миксер) (том 4 л. д. 133).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 25 марта 2018 года, установлено, что местом совершения преступления является квартира, расположенная по адресу: <адрес> (том 4 л. д. 134 - 142).

Потерпевшим представлены документы на похищенное имущество: паспорт на аккумуляторную дрель «Калибр модель ДА-14, 4/2+Н550» паспорт и товарный чек на миксер-дрель «Фиолент Professional модель МD1-11Э (МD1-11 Е) приобретена за 4400 рублей 7 сентября 2016 года (том 4 л. д. 163 - 165).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 22 апреля 2018 года по адресу: <адрес>, был обнаружен и изъят миксер- дрель «Фиолент Professional MD1-11Э (MD1-11 E)», который осмотрен, признан и приобщен в качестве вещественного доказательства и передан на хранение потерпевшему ФИО8 (том 4 л. д. 204 - 213, том 6 л. д. 30 - 39, 41, 42 - 44, 46).

Свидетель ФИО32 суду пояснил, что на период 2017 - 2019 годы, работал в ломбарде, расположенном в <адрес>. Подсудимый часто обращался в ломбард, с целью продажи инструмента. При покупке предмета всегда составлялся договор купли-продажи, который распечатывался в двух экземплярах. ФИО1 не просил второй экземпляр. В г. Минусинске имеется филиал ломбарда. Туда могут быть переданы на продажу вещи, которые были приняты в ломбарде в г. Абакане. Договор может быть не подписан продавцом, если продает постоянный клиент. Договоры хранятся в ломбарде.

Из содержания показаний свидетеля ФИО32, данных им в ходе предварительного расследования следует, что работает товароведом в ООО «Ломбард Доверие», а также является управляющим филиала ломбарда в <адрес>. В конце марта 2018 года в ломбард расположенный в <адрес> обратился ФИО1, который предложил купить у него миксер-дрель, фирмы «Фиолент» серийный номер SN: 2419. Предмет был куплен у ФИО1 за 2000 рублей, о чем был составлен соответствующий договор. В начале апреля по этому вопросу в ломбард обратились сотрудники полиции, на тот момент купленный у ФИО1 миксер отвезли для реализации в филиал в г. Минусинске. О том, что данная вещь ФИО1 была похищена, узнал от сотрудников полиции в момент производства обыска (том 6 л. д. 13 - 14).

По факту хищения имущества ФИО34

Из содержания показаний потерпевшего ФИО33, данных в ходе предварительного расследования (том 5 л. д. 49 - 51) и подтвержденных им в суде следует, что является собственником квартиры по адресу: <адрес>. До 28 марта 2018 года номер квартиры считался 26, после сдачи дома в эксплуатацию номер изменился на 416. В марте 2018 года занимался ремонтом этой квартиры. 24 марта 2018 года в 13 часов оставил в квартире перфоратор «MAKITA» зеленого цвета, в кейсе такого же цвета, индукционную электроплитку марки «SCARLET» черного цвета, шуруповерт «HAMMER FlexDRL 400A» в корпусе черно-зеленого цвета. 26 марта 2018 года приехав в квартиру утром обнаружил, что указанные предметы похищены. Балконная дверь оказалась открыта, о случившееся сообщил в полицию. Балконы в доме устроены таким образом, что они проходят сплошной площадкой через всю стену дома, то есть через 10 квартир. Похищенный перфоратор «MAKITA» с учетом износа оценивает в 5 000 рублей, шуруповерт в 2 000 рублей, индукционную переносную электроплиту «SCARLET» в 1000 рублей. Общий ущерб составил 8 000 рублей, который для него является значительным, поскольку заработная плата составляет 19000 рублей в месяц, ежемесячные платеж по ипотечному кредиту 9 132 рублей.

Согласно протоколу явки с повинной от 3 мая 2018 года, ФИО1 сообщил, что в 20-х числах марта 2018 года, находясь в <адрес> вечернее время, через незапертую дверь проник в строящуюся квартиру <адрес>, откуда похитил перфоратор, шуруповерт, электроплиту. Похищенное продал за 2000 рублей в ломбард по <адрес> (том 5 л. д. 63).

Из содержания показаний свидетеля ФИО13, данных в ходе предварительного следствия (том 8 л. д. 46 - 47) и подтвержденных им в суде, следует, что в конце марта 2018 года ФИО1 принес ему переносную индукционную электроплиту, которая оказалась в не исправном состоянии. В последствии плиту выкинул. Со слов ФИО1 знает, что плиту последний похитил.

Согласно заявлению ФИО34 от 26 марта 2018 года последний просит привлечь к уголовной ответственности неизвестных лиц, которые в период с 24 по 26 марта 2018 года через балкон проникли в квартиру по адресу: <адрес>, откуда похитили электродрель, перфоратор, электроплиту, ущерб составил 15 000 рублей (том 5 л. д. 1).

Свидетель ФИО32 суду пояснил, что в 2017 - 2019 годах, работал в ломбарде, расположенном по <адрес>. ФИО1 часто обращался в ломбард, с целью продажи инструмента. При покупке предмета обязательно составлялся договор купли-продажи, который распечатывался в двух экземплярах. ФИО1 не просил свой экземпляр договора. В <адрес> имеется филиал ломбарда. Туда могут быть переданы на продажу вещи, которые были приняты в ломбарде в <адрес>. Договор может быть не подписан продавцом, если продает постоянный клиент. Договоры хранятся в ломбарде.

Из содержаний показаний свидетеля ФИО32 (том 8 л. д. 24 - 26) данных им в ходе предварительного следствия и подтвержденных в суде следует, что работает товароведом в ломбарде, который расположен по адресу: <адрес>. Режим работы круглосуточный. В ломбарде ведется электронная база, в которую вносят все сведения о совершенных сделках. Согласно этой базе в феврале 2018 года ломбард за 3300 рублей купил у ФИО1 перфоратор ФИО36 2470 и металлическую стремянку. 25 марта 2018 года у ФИО1 за 500 рублей за 2000 рублей был приобретен шуруповерт Hammer FlexDRI и перфоратор Макита. При оформлении указанных сделок были составлены договоры купли-продажи на каждый предмет, один экземпляр для ФИО1, второй для ломбарда. В настоящее время письменные оригиналы договоров уничтожены, так как хранятся определенное время, однако в электронном виде договоры сохранились в базе.

После обозрения свидетелем договоров купли-продажи, находящихся в т. 8 л. д. 25 - 27, свидетель пояснил, что данные договоры составлялись им. В графе покупатель стоит ИП ФИО37, поскольку был оформлен именно договор купли-продажи. Предметы по этим договорам были приобретены ломбардом именно у ФИО1

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 26 марта 2018 года, установлено, что местом совершения преступления является квартира <адрес> (том 5 л. д. 2 - 8).

Согласно копии договора купли-продажи от 30 января 2018 года ФИО34 купил квартиру <адрес> (том 5 л. д. 52 - 53).

Согласно копии справки о доходах физического лица за 2017 год, заработная плата ФИО34 в месяц составляет 19 000 рублей, согласно копии графика платежей ежемесячные выплаты по кредитному обязательству составляют 9 134, 66 рублей (том 5 л. д. 54 - 55).

В ходе обыска проведенного 21 августа 2018 года в ломбарде по адресу: <адрес> изъята копия договора купли-продажи № от 25 марта 2018 года на шуруповерт Hammer FlexDRI 400A. Указанный договор осмотрен, из его содержания следует, что ФИО1 продал в ООО «Ломбард Доверие» шуруповерт Hammer FlexDRI 400A за 5000 рублей. В договоре имеются данные паспорта ФИО1 и место его жительства. Договор признан и приобщен к материалам уголовного дела как вещественное доказательство и хранится в уголовном деле (том 8 л. д. 19 - 23, 27 - 35).

По факту хищения имущества ФИО35

Потерпевший ФИО35 суду пояснил, что у него в собственности имеется автомобиль «Nissan Avenir» государственный регистрационный знак №, который всегда паркует во дворе <адрес> по адресу: <адрес>. 11 января 2018 года уехал на вахту автомобиль оставил во дворе. 11 апреля 2018 года вернувшись с вахты обнаружил, что из машины пропал магнитофон пионер, стоимостью 12 500 рублей, антирадар стоимостью 1 500 рублей, навигатор «Новител» стоимостью 2 000 рублей, набор инструментов в кейсе стоимостью 12 454 рублей, ущерб для него является значительный, так как его супруга на момент хищения имущества не работала, на иждивении находился ребенок, который обучался в учебном учреждении платно, оплачивал аренду жилья в размере 15 000 рублей в месяц, также имелись кредитные обязательства. О случившемся сообщил в полицию. Впоследствии следователем возращен набор инструментов, который опознал. В настоящее время ущерб не возмещен, исковые требования поддерживает.

Согласно заявлению ФИО35 от 11 апреля 2018 года последний просит привлечь к уголовной ответственности неизвестных лиц, которые в период с 24 января по 11 апреля 2018 года из автомобиля «Ниссан Авенир» государственный знак №, припаркованного около <адрес> в <адрес> похитили автомагнитолу Пионер, чемодан с инструментом Berger, навигатор Навител и антирадар. Ущерб составил 30 000 рублей, который для него является значительным (том 5 л. д. 65).

Согласно протоколу явки с повинной от 19 апреля 2018 года ФИО1 сообщил, что в 20-х числах марта 2018 года в вечернее время, находясь на <адрес>, похитил из автомобиля «Ниссан Авенир» автомагнитолу «Пионер», набор инструментов марки «Вerger» в чемодане черного цвета. Набор инструментов продал бывшему начальнику ФИО13, а автомагнитолу на Китайском рынке в г. Абакана (том 5 л. д. 125).

Свидетель ФИО13 суду пояснил, что по просьбе ФИО1 предложил ФИО21 приобрести набор инструмента. При встрече ФИО21 за 5000 рублей купил у ФИО1 набор инструментов в кейсе.

Из содержания показаний свидетеля ФИО13 (том 5 л. д. 106 - 108), данных в ходе предварительного следствия и подтвержденных им в суде следует, что 30 марта 2018 года ФИО1 по телефону попросил помочь продать кейс с инструментами. Предложил купить набор ФИО21 тот же день около входа на рынок «Северный» с ФИО1 встретились со ФИО21, который за 5000 рублей купил у ФИО1 кейс с инструментами «BERGER».

Согласно протоколу проверки показаний на месте свидетель ФИО13 указал на участок местности по <адрес>, пояснив, что именно здесь ФИО1 продал ФИО21 кейс с инструментами (том 8 л. д. 48 - 57).

Свидетель ФИО21 в суде пояснил, что весной 2018 года ФИО13 по телефону предложил купить набор инструментов «Berger». В этот же день встретился с ФИО13 и ФИО1 и за 5000 рублей приобрел у них кейс с инструментами. Деньги отдал ФИО1 Через некоторое время ему позвонили сотрудники полиции, которые сообщили, что инструмент похищен. Выдал набор следователю. Ранее с ФИО1 знаком не был.

Из содержания показаний свидетеля ФИО21 (том 5 л. д. 112 - 114, том 8 л. д. 63 - 65), данных на предварительном следствии и подтвержденных им в суде следует, что кейс с инструментами фирмы «Berger» приобрел 30 марта 2018 года за 5000 рублей в районе ломбарда, расположенного напротив главного входа в рынок «Северный» в г. Абакане у ФИО13 и ФИО1 Деньги передал ФИО1 Также ФИО13 показал пакет, в котором находились автомагнитола и два регистратора, которые покупать отказался.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 11 апреля 2018 года, установлено, что местом совершения преступления является участок территории расположенный в 4 метрах в северо-западном направлении от северо-восточного угла дома <адрес>, на котором находится автомобиль «Nissan Avenir» государственный регистрационный знак <***> (том 7 л. д. 234 - 236).

Согласно копии графиков платежей ежемесячные выплаты по кредитам ФИО35 составляют 1200 и 8655, 54 рублей (том 5 л. д. 99 - 101).

Согласно протоколу выемки 2 июля 2018 года у свидетеля ФИО21 изъят кейс с инструментами фирмы «Berger», который осмотрен, признан и приобщен в качестве вещественного доказательства и передан на хранение потерпевшему ФИО35 (том 5 л. д. 116 - 120, том 6 л. д. 55 - 59).

Кейс с инструментами фирмы «Berger» представленный потерпевшим ФИО35 осмотрен в ходе судебного следствия, осмотром установлено, что это именно тот предмет, который осматривался в ходе предварительного следствия и возвращался потерпевшему.

Оценив в совокупности исследованные доказательства, суд первой инстанции правильно пришел к выводу о том, что они относимы к рассматриваемому уголовному делу, получены с соблюдением необходимых требований закона, то есть являются допустимыми и достоверно, с достаточной полнотой, подтверждают виновность осужденного в совершении инкриминируемых ему преступлений.

Суд первой инстанции обоснованно не нашел оснований для признания указанных выше доказательств недопустимыми, не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

Доводы осужденного о недопустимости использования, как доказательств его вины его же показаний данных на этапе досудебного производства по делу по причине оказания на него давления со стороны сотрудников полиции и лица, с которым содержался в одной камере, проверены судом в условиях судебного разбирательства и получили правильную правовую оценку об их несостоятельности с приведением в приговоре соответствующих мотивов, основанных на представленных суду доказательствах.

Доводы осужденного о незаконности использования судом, как доказательств его вины показаний сотрудников полиции (ФИО23, ФИО16, ФИО17 и ФИО18) являются несостоятельными, так как не основаны на законе. В соответствии с которым, действительно запрещено использование, как доказательства вины осужденного пояснения дознавателя или сотрудника, осуществляющего оперативное сопровождение по вопросам о содержании показаний, данных подозреваемым, обвиняемым в ходе досудебного производства по делу, в том числе с целью восстановления содержания этих показаний.

Между тем из материалов дела следует, что сотрудники полиции в ходе предварительного и судебного следствий были допрошены исключительно по вопросам процедуры проведения с подозреваемым ФИО1 следственных и процессуальных действий, что законом не запрещено.

Оценивая оглашенные в судебном заседании показания подозреваемого ФИО1, в которых осужденный подтверждал факты совершения им инкриминируемых деяний (том 2 л. д. 65 - 67, 66 - 68, том 3 л. д. 234 - 237) суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с разъяснением осужденному всех предусмотренных УПК РФ прав, в условиях исключающих возможность нарушения закона и оказания на него какого-либо давления.

Содержание приведенных выше протоколов допросов ФИО1 в качестве подозреваемого содержат сведения о том, что последний предупреждался о возможности использования этих показаний, как доказательств по делу, в том числе и в случае последующего от них отказа.

С учетом изложенного суд первой инстанции сделал правильный вывод, о том, что оснований для признания указанных выше протоколов допросов подозреваемого ФИО1 недопустимыми не имеется.

Оценивая достоверность этих показаний ФИО1 суд первой инстанции с учетом избранной подсудимым позиции, связанной с отрицанием причастности к совершению инкриминируемых преступлений, правильно пришел к выводу о их допустимости и возможности использования как доказательств вины, лишь в той части, в которой они согласуются и подтверждаются иными доказательствами.

Показания ФИО1 о непричастности к совершению хищения имущества потерпевших ФИО6, ФИО7, ФИО28, ФИО20, ФИО8, ФИО34, ФИО35 судом верно оценены, как недостоверные, обусловленные избранной им позицией защиты, основанные лишь на собственных утверждениях о своей невиновности.

Вопреки доводам апелляционных жалоб судом первой инстанции принято законное решение об использовании в соответствии с п. 6 ч. 2 ст. 74 УПК РФ как доказательств вины осужденного, представленные стороной обвинения протоколов явок с повинной последнего (том 2 л. д. 53 - 55, том 3 л. д. 48 - 50, 228, том 4 л. <...>, том 5 л. <...>).

Оценивая допустимость указанных выше документов суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что требования закона регламентирующие процедуру их получения соблюдены, возможность ФИО1 реализовать предусмотренные УПК РФ права, в том числе на использование помощи защитника была обеспечена.

Доводы осужденного о недопустимости явок с повинной по причине отсутствия при их отобрании защитника, не основаны на законе (ст. 142 УПК РФ), а поэтому не могут быть признаны обоснованными.

Оценивая достоверность указанных выше доказательств (протоколы явок с повинной), суд первой инстанции обоснованно признал их таковыми, поскольку изложенные в них сведения согласуются с показаниями потерпевших, свидетелей, самого ФИО1, данных в качестве подозреваемого и иными материалами дела.

Суд апелляционной инстанции вопреки доводам стороны защиты соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что оснований для оценки показаний потерпевших и свидетелей как недостоверных нет, объективных доказательств свидетельствующих о их заинтересованности в исходе дела, а также о возможном оговоре подсудимого в деле не имеется. Показания получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, нарушений которого органом следствия и судом первой инстанции допущено не было.

Показания указанных лиц последовательны, согласуются между собой по существенным для дела обстоятельствам, в связи с чем, суд первой инстанции обосновано признал их допустимыми, достоверными и использовал в качестве доказательств виновности ФИО1 в совершении инкриминируемых преступлений.

Доводы осужденного об оговоре его ФИО13, недостоверности показаний этого свидетеля, в том числе по причине оказания на него сотрудниками полиции давления, суду первой инстанции были известны, оценены в приговоре, как несостоятельные с привидением соответствующих мотивов, с которыми суд апелляционной инстанции соглашается.

Свидетель ФИО13 в суде первой инстанции и в ходе предварительного расследования неоднократно пояснял, что никакого давления со стороны сотрудников правоохранительных органов перед допросами на него не оказывалось, показания в ходе допросов, проверок показаний на месте и очной ставки с осужденным давал добровольно.

Выводы суда первой инстанции о допустимости и достоверности показаний указанного свидетеля суд апелляционной инстанции признает правильными, поскольку сведения, которые свидетель ФИО13 сообщал на этапах досудебного и судебного производства по делу, в целом последовательны и объективно подтверждаются другим представленными суду доказательствами (показаниями потерпевших, свидетелей, самого подозреваемого ФИО1 и письменными материалами дела).

Вопреки доводам апелляционных жалоб суд привел в приговоре мотивы, по которым принял одни доказательства в качестве допустимых и достоверных и отверг другие.

Принятые судом решения по оценке доказательств основаны на законе и материалах дела. Не устраненных, существенных противоречий в исследованных судом доказательствах, сомнений в виновности осужденного, требующих их истолкования в пользу последнего, судом апелляционной инстанции по делу не установлено.

Как следует из протокола судебного заседания нарушений принципа состязательности и равноправия сторон в судебном заседании не допущено, какой-либо заинтересованности или предвзятости судом первой инстанции не проявлено. Все ходатайства и заявления сторон разрешены судом в соответствии с требованиями закона, в рамках предусмотренной для этого процедуры, мотивированные выводы суда приведены в соответствующих постановлениях.

В связи с изложенным, доводы осужденного о нарушении судом его права на справедливое и беспристрастное рассмотрение дела, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, поскольку противоречат материалам дела.

Уголовное дело судом рассмотрено полно, объективно и всесторонне, с соблюдением всех норм уголовно-процессуального закона, нарушений которого судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании совокупности исследованных доказательств суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела, виновность ФИО1 и обоснованно квалифицировал его действия:

- по факту хищения имущества у ФИО6 по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ - как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная с причинением значительного ущерба гражданину;

- по факту хищения имущества у ФИО7 по ч.1 ст.158 УК РФ - как кража, то есть тайное хищение чужого имущества;

- по факту хищения имущества у ФИО28 по п. «б» ч.2 ст.158 УК РФ - как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная с незаконным проникновением в помещение;

- по факту хищения имущества у ФИО20 по п. «б» ч.2 ст.158 УК РФ - как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная с незаконным проникновением в помещение;

- по факту хищения имущества у ФИО8 по п.п. «б, в» ч.2 ст.158 УК РФ - как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная с незаконным проникновением в помещение, с причинением значительного ущерба гражданину;

- по факту хищения имущества у ФИО9 по п. п. «б, в» ч.2 ст.158 УК РФ - как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная с незаконным проникновением в помещение, с причинением значительного ущерба гражданину;

- по факту хищения имущества у ФИО35 по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ - как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная с причинением значительного ущерба гражданину.

Какие-либо не устраненные существенные противоречия в доказательствах, требующие их толкования в пользу осужденного, по делу отсутствуют.

При назначении ФИО1 наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, обстоятельства их совершения, влияние наказания на исправление подсудимого, данные о его личности, возраст и состояние здоровья, а также состояние здоровья близких ему лиц, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

Все материалы дела, характеризующие ФИО1, судом исследованы, приведены в приговоре и учтены при его постановлении.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1 в соответствии со ст. 61 УК РФ суд обосновано отнес наличие малолетнего ребенка, явки с повинной, состояние здоровья подсудимого, по эпизодам хищений имущества ФИО6, ФИО7, ФИО28 признание вины при первом допросе в качестве подозреваемого и раскаяние в содеянном по эпизодам ФИО6, ФИО7

В качестве обстоятельства, отягчающего наказание ФИО1, суд верно учел наличие в его действиях рецидива преступлений.

С учетом вышеприведенных данных, всех обстоятельств дела, необходимости достижения целей наказания, предусмотренных ст. 43 УК РФ, суд обоснованно назначил ФИО1 наказание в виде лишения свободы с соблюдением требований ст. 60 УК РФ.

При назначении наказания подсудимому суд первой инстанции верно учел положения ч. 2 ст. 68 УК РФ, не усмотрев оснований для применения положений ст. 73, ст. 64, ч. 3 ст. 68 УК РФ, а также назначения дополнительного вида наказания, предусмотренного санкцией ч. 2 ст. 158 УК РФ в виде ограничения свободы.

Суд первой инстанции установив в действиях подсудимого обстоятельство отягчающие наказание правильно не нашел оснований для применения при назначении ему наказания положений ч. 1 ст. 62 и ч. 6 ст. 15 УК РФ.

В соответствии с требованиями закона суд первой инстанции верно назначил ФИО1 итоговое наказание по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений.

Вид исправительной колонии судом определен правильно.

Суд апелляционной инстанции находит назначенное ФИО1 наказание справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенных преступлений и личности виновного. Оснований для его смягчения или назначения более мягкого вида не имеется.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что обжалуемый приговор является законным и обоснованным, оснований для его отмены или изменения не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, ст. 389.20, ст. 389.28 УПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Абаканского городского суда Республики Хакасия от 30 октября 2020 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного и защитника и апелляционное представление государственного обвинителя - без удовлетворения.

Председательствующий А.В. Фокин

Справка: осужденный ФИО1 содержится в

ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по РХ