Апелляционное постановление № 22-2426/2023 от 6 декабря 2023 г. по делу № 1-80/2023

Дело № 22-2426


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Киров 7 декабря 2023 года

Кировский областной суд в составе:

председательствующего судьи Губермана О.В.,

при секретаре Руфуллаеве Р.М.,

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видео-конференц-связи уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 с дополнениями на приговор Верхнекамского районного суда Кировской области от 9 октября 2023 года, которым

ФИО1, родившийся <дата> в <адрес>, судимый:

- <данные изъяты><данные изъяты>

<данные изъяты>

осужден по ч. 2 ст. 321 УК РФ к 2 годам лишения свободы.

На основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору мирового судьи судебного участка № 6 Верхнекамского района Кировской области от 15 ноября 2022 года и ФИО1 назначено окончательное наказание в виде 2 лет 1 месяца лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, ФИО1 взят под стражу в зале суда.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок отбывания наказания время содержания ФИО1 под стражей с 9 октября 2023 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

По делу решен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав мнения осужденного ФИО1 и защитника Лонеевой Т.Э., поддержавших доводы апелляционной жалобы с дополнениями, выступление прокурора Емшановой В.А. об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 осужден за угрозу применения насилия в отношении сотрудника места лишения свободы в связи с осуществлением им служебной деятельности.

Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с вынесенным приговором, сообщает о своей невиновности.

Поясняет, что сотрудники исправительного учреждения совершили в отношении него преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 127 УК РФ, по прибытии в исправительное учреждение он не помещался в карантинное помещение, и он был лишен возможности воспользоваться положениями ст. 79 УИК РФ и приказом Министерства юстиции РФ от 4 июля 2022 года №, приложенный им к апелляционной жалобе. В связи с этим считает выводы суда противоречивыми.

Утверждая о незаконности действий сотрудников ФКУ ИК-3 при производстве обыска, указывает, что при описании просмотренной в судебном заседании видеозаписи, суд в приговоре не указал обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда. Описывает действия сотрудников ФКУ ИК-3 ФИО60 и ФИО61

Считает, что вывод суда о том, что суицид другого осужденного, о котором он (ФИО1) сообщал суду, не является предметом рассмотрения в рамках данного уголовного дела, противоречит положениям ст. 73 УПК РФ, ст. 316 и 127 УК РФ, ч. 4 ст. 15 УИК РФ и положениям Конституции РФ. Отмечает, что сотрудники ФКУ ИК-3 в ходе обыска изъяли его письменные обращения в правоохранительные органы, содержащиеся в тетрадях, и считает, что данное обстоятельство подлежит рассмотрению в соответствии с ч. 1 ст. 369 УПК РФ.

Не согласен с выводом суда о том, что в ходе расследования по уголовному делу существенных нарушений следователем не допущено, и поясняет о незаконности действий сотрудников исправительного учреждения, что, по мнению осужденного, подлежит расследованию в соответствии с ч. 1 ст. 381 УПК РФ.

Указывая на заключение комиссии экспертов, признавшей его вменяемым во время совершения преступления, осужденный выражает несогласие с отказом суда в удовлетворении его ходатайства о назначении дополнительной комиссионной судебной экспертизы для определения его психического состояния.

Также поясняет о несогласии с тем, что суд не усмотрел оснований для вынесения частного постановления по его (ФИО1) доводам.

С учетом этого осужденный просит приговор отменить и оправдать его.

В дополнениях к апелляционной жалобе осужденный ФИО1 указывает на неполноту судебного следствия и нарушение принципа состязательности.

Полагает, что вывод суда о его виновности основан на предположении, и отмечает, что суд принял во внимание показания свидетелей обвинения и признал недостоверными показания свидетелей защиты.

Ссылаясь на свои показания, сообщает о его незаконном лишении свободы сотрудниками ИК-3, по вине которых повесился другой осужденный, а также указывает о незаконности изъятия в ходе обыска сотрудниками ИК-3 его тетрадей, в которых он написал обращение в правоохранительные органы, что подтверждается видеозаписью.

Сообщает о том, что данные о наличии у него умысла на совершение инкриминируемого преступления, в ходе предварительного и судебного следствия не установлены.

Приводит суждения о незаконном и необоснованном отклонении судом заявленных стороной защиты ходатайств.

Ссылаясь на принцип презумпции невиновности и отдельные положения УПК РФ, осужденный просит приговор отменить и вынести оправдательный приговор.

В дополнительно представленном заявлении от 26 ноября 2023 года, фактически являющимся дополнением к апелляционной жалобе, осужденный ФИО1 выражает несогласие с изменением судом первой инстанции обвинения, произведенного по ходатайству государственного обвинителя.

В письменных возражениях государственный обвинитель Останин Д.В., указывает о несогласии с доводами осужденного ФИО1, изложенными в апелляционной жалобе с дополнениями и просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного с дополнениями - без удовлетворения.

В поступившем в суд апелляционной инстанции письменном заявлении, осужденный ФИО1, ссылаясь на материалы уголовного дела, сообщает о несогласии с представленными государственным обвинителем возражениями.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы с дополнениями и поданные на них возражения, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В судебном заседании Шестаков вину в совершении преступления не признал, пояснив, что он не мог знать про приказ начальника исправительного учреждения относительно правил содержания осужденных в ПКТ, куда его поместили в ИК-3 вместо карантина. Узнав о том, что один из осужденных повесился, он написал заявления и жалобы о нарушениях со стороны сотрудников исправительного учреждения в своей тетради, которая утром <дата> была изъята сотрудником ФИО62 Считает, что сотрудники исправительного учреждения хотели воспрепятствовать его обращениям в соответствующие органы, оказывали на него психологическое давление и считает произошедшие <дата>, результатом преступления со стороны сотрудников ИК-3. Все действия он совершил неосознанно, и не помнит, что совершил. Умысла угрожать сотруднику ИК-3 у него не было.

Несмотря на занятую осужденным позицию, судом сделан обоснованный вывод о его виновности в совершении преступления, который вопреки доводам осужденного, подтверждается достаточной совокупностью допустимых и достоверных доказательств, собранных на предварительном следствии, исследованных в судебном заседании и подробно изложенных в приговоре.

Так в основу приговора положены следующие доказательства.

Показания потерпевшего ФИО12, данным в судебном заседании и оглашенным в соответствии со ст. 281 УПК РФ, и полностью подтвержденным потерпевшим, согласно которым <дата> около 7 часов 30 минут при проведении проверки содержания камер и соблюдение ПВР в ФКУ ИК-3, в ходе проведения им и ФИО63 обыска в камере №, где содержался ФИО1, который перемещался при помощи костылей – деревянного и металлического, были обнаружены тетради и ручки, которые для использования в камере в соответствии с распорядком дня разрешены в другой период времени. Когда он (ФИО64 стал изымать письменные принадлежности, ФИО1 начал вести себя агрессивно, нецензурно выражался, кричал, требовал вернуть ему тетради, на замечания не реагировал, и, находясь рядом, ФИО1 пытался приблизиться к нему, высказывая угрозы физической расправой, убийством, неоднократно замахивался в его сторону металлическим костылем. С учетом обстановки, агрессивности осужденного, данные угрозы он воспринял реально, при этом ФИО1, находясь рядом, мог ударить его костылем.

Из показаний свидетелей Свидетель №1, ФИО13, Свидетель №3, следует, что они дали показания, аналогичные показаниям потерпевшего ФИО65 об обстоятельствах угрозы применения насилия в отношении сотрудника ФКУ ИК-3 ФИО66 со стороны осужденного ФИО1 при проведении обыска в камере.

Также в основу приговора положены письменные документы:

- рапорт об обнаружении признаков состава преступления;

- акт от <дата>, согласно которому сотрудники ФКУ ИК-3 УФСИН России по <адрес> ФИО11 и ФИО67 провели просмотр видеоархива за <дата>;

- протокол осмотра места происшествия от <дата>;

- копия постановления начальника ФКУ ИК-3 УФСИН России по <адрес> от <дата> о переводе осужденного ФИО1 в помещение камерного типа сроком на 6 месяцев;

- копия приказа врио начальника УФСИН России по <адрес> от <дата> №-лс, согласно которому ФИО12 присвоено специальное звание «старший лейтенант внутренней службы» с <дата>;

- копия приказа врио начальника УФСИН России по <адрес> от <дата> №-лс, согласно которому старший лейтенант внутренней службы ФИО12 назначен на должность дежурного помощника начальника учреждения дежурной части отдела безопасности ФКУ ИК-3 с <дата>;

- копия должностной инструкции дежурного помощника начальника учреждения дежурной части отдела безопасности ФКУ ИК-3 ФИО12;

- копия служебного удостоверения, согласно которому старший лейтенант внутренней службы ФИО12 состоит в должности дежурного помощника начальника колонии ФКУ ИК-3;

- копия суточной ведомости надзора, утвержденной начальником ФКУ ИК-3 УФСИН России по <адрес>, согласно которой ФИО12 находился на дежурстве в период с 7 часов 00 минут <дата> до 7 часов 00 минут <дата>;

- протокол выемки от <дата>, согласно которому у ФИО1 изъят металлический костыль;

- протокол осмотра места происшествия от <дата> с участием потерпевшего ФИО12, в ходе которого был произведен осмотр камеры № ПКТ ФКУ ИК-3 по адресу: <адрес>,

- протоколы осмотров предметов, в ходе которых осмотрены медицинский костыль, изъятый у ФИО1 и DVD-диск, представленный из материала проверки;

- заключение лингвистической судебной экспертизы (заключение эксперта №), проведенной с представлением DVD-диска с видеозаписью процедуры проведения обыска в камере осужденного ФИО1, согласно которому дана лингвистическая оценка высказываниям ФИО1 в адрес сотрудника ИК-3 ФИО12, а также другие, подробно изложенные в приговоре доказательства.

Кроме этого как следует из материалов уголовного дела, в судебном заседании была исследована видеозапись, произведенная при проведении обыска в камере, в которой содержался осужденный ФИО1, а также допрошены по ходатайству стороны защиты свидетели Свидетель №8 и Свидетель №7, которые также находились в камере вместе с ФИО1, и Свидетель №6 – дежурный помощник начальника ФКУ ИК-3, который, с учетом заданных ему осужденным ФИО1 и его защитником вопросов, дал показания об обстоятельствах, имевших место в другой период времени и не имеющих доказательственного значения для данного уголовного дела.

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №8, в ходе обыска сотрудники ИК-3 отбирали у ФИО1 бумаги, угрожали применить спецсредство (шокер), ФИО1 говорил, что он должен находиться в карантине и имеет право хранить в камере свои бумаги. Угроз со стороны ФИО1 в адрес сотрудников он не слышал.

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №7, в указанный период времени он находился в ПКТ, где в ходе обыска сотрудники стали отбирать у ФИО1 документы, то есть спровоцировали его, пугали шокером. С сотрудниками ИК-3 ФИО1 разговаривал нормально, угроз не высказывал, а сотрудники ругались матом.

Подробно изложенный в приговоре анализ и оценка представленных сторонами доказательств, вопреки доводам жалобы осужденного с дополнениями, позволяет признать правильными выводы суда о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления. Все доказательства были исследованы судом в соответствии с требованиями УПК РФ, проверены, исходя из положений ст. 87 УПК РФ, нашли свое полное подтверждение и были оценены с точки зрения их достаточности, полноты, допустимости и относимости к рассматриваемому событию.

Суд обоснованно признал достоверными показания потерпевшего ФИО68 свидетелей Свидетель №1, ФИО69 и Свидетель №3, заключение лингвистической судебной экспертизы, а также положенные в основу приговора письменные материалы допустимыми и согласующимися между собой доказательствами, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

В связи с вышеизложенным, доводы осужденного ФИО1 о том, что выводы суда о его виновности в совершении преступления являются противоречивыми и основаны на предположениях, являются несостоятельными.

Доводы стороны защиты об отсутствии у осужденного ФИО1 умысла на совершение преступления в отношении сотрудника ФКУ ИК-3 ФИО70 незаконности действий сотрудников исправительной колонии, в том числе при помещении его в ПКТ и производстве обыска в камере, где он содержался, которые также осужденный привел в апелляционной жалобе и в дополнениях к ней, были предметом судебного рассмотрения, им дана надлежащая оценка в приговоре, с которой суд апелляционной инстанции согласен, поскольку они мотивированы, непротиворечивы, основаны на совокупности исследованных доказательств и законе.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции не усматривает оснований не согласиться с приведенными в приговоре мотивированными выводами суда об оценке показаний Свидетель №6 и критической оценке показаний свидетелей Свидетель №8 и Свидетель №7, которые вместе с ФИО1 отбывали наказание в ФКУ ИК-3.

Доводы осужденного об имевшем месте суициде в ФКУ ИК-3 были рассмотрены судом первой инстанции, и вопреки доводам жалобы, они обоснованно признаны как не относящиеся к предмету доказывания по данному уголовному делу. С мотивированными выводами суда первой инстанции в данной части, суд апелляционной инстанции согласен, поскольку они основаны на совокупности исследованных доказательств и не противоречат положениям уголовно-процессуального закона.

Все представленные сторонами доказательства оценены судом по внутреннему убеждению, основанному на их совокупности, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ, и тот факт, что эта оценка не совпадает с позицией осужденного, не может быть признан нарушением судом требований ст. 88 УПК РФ, и не является основанием для отмены или изменения приговора.

Суд первой инстанции рассмотрел доводы осужденного о незаконности действий сотрудников ФКУ ИК-3, в том числе при проведении обыска <дата>, и на основании исследованных материалов уголовного дела, обоснованно признал их необоснованными. Также в приговоре судом дана оценка доводам стороны защиты о необоснованном помещении осужденного ФИО1 <дата> в камеру помещения камерного типа (ПКТ), что не свидетельствует о невиновности осужденного в совершенном преступлении <дата> в отношении сотрудника исправительного учреждения ФИО71

С мотивированными выводами суда в данной части суд апелляционной инстанции согласен, в связи с чем повторные доводы о незаконности действий сотрудников исправительного учреждения, в том числе о наличии в их действиях состава преступления, изложенные в апелляционной жалобе с дополнениями, не влекут оснований для отмены или изменения приговора.

Вместе с тем, как следует из исследованных материалов уголовного дела № за допущенное <дата> нарушение требований ст. 79 УИК РФ, связанное с тем, что осужденный ФИО1 не был помещен в карантинное отделение, спецпрокуратурой в адрес начальника ФКУ ИК-3 внесено представление, по результатам рассмотрения которого виновное должностное лицо привлечено к дисциплинарной ответственности. Согласно протоколу судебного заседания № за указанное нарушение требований уголовно-исполнительного законодательства, к дисциплинарной ответственности был привлечен сотрудник ФКУ ИК-3 ФИО13, который был допрошен в судебном заседании.

Вместе с тем суд исследовал и положил в основу приговора заключения экспертов от <дата> № (амбулаторная психиатрическая судебная экспертиза) и от <дата> № (дополнительная амбулаторная психиатрическая судебная экспертиза, проведенная по ходатайству стороны защиты), согласно которым у ФИО1 установлены признаки психического расстройства <данные изъяты> в применении принудительных мер медицинского характера он не нуждается, наркоманией не страдает, и с учетом экспертного заключения правильно признал его вменяемым. С приведенными в приговоре выводами суда о достоверности экспертного заключения, суд апелляционной инстанции согласен, и также не усматривает оснований ставить под сомнение указанные выше заключения экспертов. Каких-либо противоречий указанные экспертные заключения не содержат.

Как видно из материалов уголовного дела, в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, суд изменил обвинение в отношении ФИО1, сделав в обвинении ссылку на Приказ Министерства юстиции РФ от <дата> №, которым были утверждены Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, вместо утратившего силу Приказа Министерства юстиции РФ от <дата> №, которым также были предусмотрены указанные Правила. Соглашаясь с данным изменением обвинения, суд указал, что Правила внутреннего распорядка, установленные новым Приказом Министерства юстиции РФ, в указанной части устанавливают такие же обязанности для осужденных, в связи с чем изменение объема обвинения в данной части не ухудшает положение подсудимого ФИО1.

С данными выводами суд апелляционной инстанции согласен, поскольку новым приказом установлены такие же обязанности осужденных, отбывающих наказание в исправительных учреждениях, как и утратившим силу приказом, а именно: осужденные обязаны исполнять требования законов Российской Федерации и Правил, соблюдать распорядок дня, установленный в исправительном учреждении, выполнять законные требования работников уголовно-исполнительной системы.

При таких обстоятельствах, доводы осужденного со ссылками на Приказ Министерства юстиции РФ от <дата> №, приложенный осужденным к апелляционной жалобе, а также его доводы, изложенные в дополнительно представленном заявлении от <дата> о несогласии с изменением обвинения, на законность приговора суда не влияют и не влекут его изменение или отмену. Положения уголовно-процессуального закона, а также право на защиту осужденного, судом не нарушены.

Вопреки доводам осужденного, несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, также как и обстоятельств, которые не были судом приняты во внимание, но могли повлиять на выводы суда, из материалов дела не усматривается. Все обстоятельства, подлежащие в силу ст. 73 УПК РФ доказыванию по настоящему делу, установлены судом правильно и достаточно полно

Выводы суда о квалификации действий ФИО1 по ч. 2 ст. 321 УК РФ, мотивированы и являются правильными.

Вопреки доводам осужденного, нарушений требований УПК РФ при производстве предварительного и судебного следствия, которые влекут отмену или изменение приговора, суд апелляционной инстанции не усматривает, уголовное дело рассмотрено судом на основе состязательности и равноправия сторон. Права осужденного ФИО1 не нарушены.

Также вопреки доводам осужденного ФИО1, нарушений положений уголовно-процессуального закона при проведении предварительного слушания, судом первой инстанции не допущено.

Все ходатайства, заявленные стороной защиты, в том числе те, в удовлетворении которых судом было отказано, о чем сообщил осужденный, рассмотрены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, а принятые по ним решения являются обоснованными и мотивированными. Сам по себе отказ суда в удовлетворении ходатайства стороны защиты, при соблюдении процедуры его рассмотрения, не свидетельствует об ущемлении прав подсудимого.

То, обстоятельство, что в ходе рассмотрения уголовного дела решения суда совпали с мнениями государственного обвинителя, о чем сообщил осужденный, не свидетельствует о незаконности принятых судом решений, поскольку в силу принципа независимости судей, предусмотренного ст.8.1 УПК РФ, выраженные мнения участниками процесса, не предопределяют итоговое судебное решение.

Данных, свидетельствующих о неполноте проведенного предварительного и судебного следствия по данному уголовному делу, из материалов уголовного дела не усматривается. Вина в совершенном преступлении осужденного ФИО1 правильно установлена судом на основе совокупности доказательств, приведенных в приговоре.

Положением ч. 4 ст. 29 УПК РФ предусмотрено право суда при наличии оснований вынести частное постановление. При этом заявление участниками процесса ходатайства о вынесении частного постановления, не является безусловным основанием для вынесения данного судебного решения. Ходатайство осужденного ФИО1 о вынесении частного постановления, судом первой инстанции рассмотрено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, и по нему принято мотивированное решение, отраженное в протоколе судебного заседания.

Изложенные осужденным в заявлении суждения о несогласии с возражениями государственного обвинителя, поданными на апелляционную жалобу с дополнениями, с учетом правильно установленных всех обстоятельств по уголовному делу, на законность приговора суда, не влияют, поскольку согласно ст. 389.7 УПК РФ, прокурор, наряду с другими лицами, указанными в ст. 389.1 УПК РФ, наделен правом подачи на поступившую апелляционную жалобу письменных возражений, которые подлежат приобщению к материалам уголовного дела.

Дополнительно приведенные в суде апелляционной инстанции осужденным ФИО1, со ссылками на отдельные положения действующего законодательства, а также адвокатом, доводы, в том числе, о несогласии с приговором суда, о незаконности действий сотрудников исправительного учреждения, об оценке доказательств, с учетом правильно установленных всех обстоятельств по делу и совокупности положенных в основу приговора доказательств, не влекут оснований для отмены или изменения приговора.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6 и 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности виновного, наличия смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, а также влияния наказания на исправление осужденного.

С мотивированными выводами суда о назначении осужденному наказания в виде лишения свободы, а также об отсутствии оснований для применения положений ст. 64, 73, ч. 6 ст. 15 и ч. 3 ст. 68 УК РФ, суд апелляционной инстанции согласен.

Выводы суда по назначению наказания в приговоре мотивированы и являются правильными.

Обстоятельств, которые подлежали учету судом при назначении наказания, но не были учтены либо учтены не в полной мере, из материалов дела не усматривается, и сторонами не приведено.

Назначенное ФИО1 наказание, чрезмерно суровым и несправедливым, несоответствующим тяжести содеянного и его личности не является, и смягчению не подлежит.

Вид исправительного учреждения назначен верно.

При таких обстоятельствах оснований для отмены или изменения приговора, в том числе по доводам апелляционной жалобы осужденного с дополнениями, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Верхнекамского районного суда Кировской области от 9 октября 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного с дополнениями – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам, установленным главой 47.1 УПК РФ, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г. Самара) в течение шести месяцев со дня вступления его в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии данного судебного решения. В случае принесения представления, либо обжалования постановления суда апелляционной инстанции, стороны вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: О.В. Губерман