Апелляционное постановление № 22-7105/2023 22-76/2024 от 2 февраля 2024 г. по делу № 1-69/2023

Судья ФИО2

№

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<адрес>

2 февраля 2024 года

Нижегородский областной суд в составе:

председательствующего судьи Воротниковой О.А.,

при секретаре судебного заседания Бобкове Д.А.,

с участием прокуроров апелляционного отдела прокуратуры <адрес> Абакарова М.А., Немчиновой Н.С.,

потерпевшего Чекалина С.М.,

представителя потерпевшего Чекалина С.М. – Костина С.А.,

осужденного Завражнова А.В.,

защитника осужденного по соглашению – адвоката Пушкина А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам потерпевшего Потерпевший №1, адвоката ФИО13 с дополнениями, с возражениями на апелляционные жалобы государственного обвинителя ФИО8, на приговор <данные изъяты> Нижегородской области от ДД.ММ.ГГГГ, которым

Завражнов А.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин Российской Федерации, не судимый;

сужден по ч.3 ст.264 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год 6 месяцев, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами всех видов на срок 2 года 6 месяцев, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении.

Постановлено о реальном исполнении дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами всех видов, после отбытия основного наказания.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении осужденному Завражнов А.В. оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

В соответствии с ч. 1 ст. 75.1 УИК РФ постановлено осужденному Завражнов А.В. следовать к месту отбывания наказания за счет государства самостоятельно на основании предписания территориального органа уголовно-исполнительной системы, которое обеспечит его направление в колонию-поселение не позднее 10 суток со дня получения копии приговора.

На основании ч. 3 ст. 75.1 УИК РФ срок отбывания наказания осужденному Завражнов А.В. постановлено исчислять со дня его прибытия в колонию-поселение; постановлено о зачете времени следования осужденного к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием, выданным территориальным органом уголовно-исполнительной системы, в срок отбывания наказания в виде лишения свободы из расчета один день за один день.

Судьба вещественных доказательств по делу разрешена.

Изучив материалы уголовного дела, выслушав мнения сторон, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором <данные изъяты> Нижегородской области от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 осужден за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Обстоятельства совершения преступления подробно изложены в обжалуемом приговоре.

В суде первой инстанции ФИО1 свою вину в совершении инкриминируемого преступления не признал.

В апелляционной жалобе с дополнениями адвокат ФИО13 высказывает мнение о несогласии с обжалуемым приговором, в обоснование чего, ссылаясь на нормы действующего законодательства, указывает, что в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства виновность ФИО1 в инкриминируемом деянии не доказана, так как обвинение, в нарушение ч. 2 п. 10.1, п. 14.1, п. 14.2 Правил дорожного движения РФ, объективно материалами уголовного дела не подтверждается. Защитник указывает, что нарушение п. 10.3 ПДД РФ само по себе является административным правонарушением, если не повлекло тяжких последствий, вместе с тем, согласно выводам дополнительной судебной автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ водитель ФИО1 даже при движении с допустимой скоростью 90 км/ч не имел технической возможности остановить автомобиль с момента наступления опасности для движения до места наезда, следовательно, по мнению защитника, превышение скорости ФИО1 не находится в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде наезда на пешехода. Кроме того, в обвинении указано, что наезд совершен на пешеходном переходе, тогда, как в судебной экспертизой записи с видеорегистратора № установлено, что пешеход ФИО5 изменил траекторию и вышел за пределы пешеходного перехода. Свидетель Свидетель №1 указала, что обнаружила пешехода, подходившего к переходу на расстоянии около 20-30 метров, пешеход двигался, не останавливаясь перед проезжей частью, и, не убедившись в собственной безопасности, вышел на проезжую часть, увидел ее автомобиль и перешел на бег, уже находясь на ее полосе движения, в связи с чем, она была вынуждена применить экстренное торможение и сманеврировать влево к отбойнику, чтобы избежать наезда. Согласно выводам дополнительной судебной автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, место наезда на пешехода расположено вне полосы, занимаемой габаритами кузова автомобиля, при движении автомобиля без изменения траектории движения. Помимо этого, при назначении дополнительной автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ следователем указаны заведомо ложные сведения о скорости и траектории движения пешехода, а также, не смотря на показания ФИО1, задано расстояние от правого борта автомобиля Лексус до правого края проезжей части 1,2 м., тогда как ФИО1 показал при проведении проверки показаний на месте, что он ориентировался по левому борту автомобиля и дорожной разметке, разделяющей потоки попутных направлений, тем самым эксперту необходимо было предоставить расстояние в 0,53 м. от левого борта автомобиля до разделительной полосы, при том, что автомобиль лексус и <данные изъяты> имеют разные габариты по ширине, что привело к ложному выводу эксперта о нахождении места наезда вне пределов полосы, занимаемой кузовом автомобиля при его движении без изменения траектории, так как эксперт ФИО6 показал, что сделал выводы о расстоянии 1.2 м. от правого габарита автомобиля до правого края проезжей части и 6.2 м. от левого края до места наезда. Кроме того, не устранены противоречия между заключениями экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ и актом экспертного исследования № от ДД.ММ.ГГГГ, а в приговоре в нарушение п. 2 ст. 307 УПК РФ не указаны мотивы, по которым суд отверг доказательство в виде выводов экспертного исследования № от ДД.ММ.ГГГГ о нахождении места наезда в пределах полосы, занимаемой кузовом автомобиля без изменения направления движения после обнаружения опасности для движения водителем, а также допросом эксперта ФИО7 по проведенному им исследованию. Помимо этого, ни при проведении предварительного расследования, ни в ходе судебного следствия не проверено соблюдение пешеходом ФИО5 п. 4.5 Правил дорожного движения РФ. По мнению защитника, заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ не соответствует требованиям ст. 88 УПК РФ в части достоверности, в связи с чем, полагает, что данное экспертное заключение является недопустимым доказательством. На основании изложенного защитник просит приговор Богородского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 отменить и вынести оправдательный приговор по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

В апелляционной жалобе потерпевший Потерпевший №1 высказывает мнение о незаконности и несправедливости обжалуемого приговора, в обоснование чего указывает, что в основу приговора положено недостоверное, по мнению потерпевшего, доказательство - заключение дополнительной судебной автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ. Несправедливость обжалуемого приговора, по мнению потерпевшего состоит в том, что ФИО1, по его мнению, очень порядочный человек, который сразу после случившейся трагедии встретился с ним и его женой, принес свои извинения, добровольно компенсировал причиненный моральный и материальный вред в полном объеме, и до настоящего времени помогает им в бытовых вопросах, а также с прохождением лечения, оплачивая платные процедуры и приобретая дорогостоящие лекарства. С ФИО1 они в хороших отношениях, постоянно находятся на связи, и могут в любое время обратиться к нему за помощью. Он за собственные средства, без их просьбы, установил памятник и ограду их сыну ФИО5 на кладбище. Они не желают привлекать ФИО1 к уголовной ответственности, однако, несмотря на его обращение в <данные изъяты> о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, суд принял решение о лишении ФИО1 свободы на срок 1 год 6 месяцев, который находясь в местах лишения свободы, не сможет помогать им с супругой в решении бытовых вопросов, при этом он и его супруга являются непосредственными потерпевшими, поскольку являются близкими родственниками умершего, однако, несмотря на то, что преступление, предусмотренное ст. 264 УК РФ, является преступлением публичного обвинения, мнение потерпевших судом первой инстанции не учтено. Кроме того, потерпевший указывает на обвинительный уклон расследования уголовного дела, и, на основании изложенного, просит об удовлетворении ходатайства стороны защиты о признании заключения дополнительной судебной автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ недопустимым доказательством и назначении дополнительной автотехнической экспертизы, по результатам которой принять законное и обоснованное решение, которое, по мнению потерпевшего, как минимум не должно быть связано с лишением свободы, а справедливо, по мнению потерпевшего, вынести оправдательный приговор, поскольку все участники дорожного движения должны знать и соблюдать требования Правил дорожного движения.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель ФИО8 выражает несогласие с их доводами. Полагает, что судом в полной мере учтены фактические обстоятельства совершения преступления; факт совершения ФИО1 данного преступления, по мнению государственного обвинителя, является бесспорным и подтверждается совокупностью собранных по уголовному делу доказательств; судом мотивированы все вопросы, в том числе, касающиеся назначения ФИО1 наказания, которое соответствует характеру и степени общественной опасности, личности осужденного, является справедливым, в связи с чем, государственный обвинитель просит апелляционные жалобы оставить без удовлетворения, приговор <данные изъяты> Нижегородской области от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 – без изменения.

В суде апелляционной инстанции осужденный ФИО1 и его защитник – адвокат ФИО13 доводы апелляционной жалобы с дополнениями поддержали, просил об отмене обжалуемого приговора и вынесении оправдательного приговора в отношении ФИО9; потерпевший Потерпевший №1 и его представитель ФИО10 также поддержали доводы апелляционной потерпевшего и защитника осужденного; прокурор ФИО11, высказав мнение о законности, обоснованности и справедливости приговора, просила об оставлении его без изменения.

Выслушав участников процесса, проверив материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов уголовного дела, вывод суда о виновности ФИО1 в совершении преступления является обоснованным и подтверждается совокупностью приведенных в приговоре доказательств, в том числе:

показаниями осужденного ФИО1, не оспаривавшего факт управления транспортным средством <данные изъяты> государственный регистрационный знак № и наезда на пешехода ФИО5, и пояснившего, что ДД.ММ.ГГГГ около 21 часа он двигался на указанном автомобиле по №. трассы <данные изъяты><данные изъяты> в направлении <данные изъяты>; впереди по ходу движения на расстоянии около 8-9 м по левой полосе движения в попутном направлении двигался автомобиль <данные изъяты> темного цвета, на спидометр он не смотрел, по скорости ориентировался на впереди идущий автомобиль. На расстоянии около 40 м до нерегулируемого пешеходного перехода автомобиль <данные изъяты> начал резко снижать скорость и принял влево к отбойнику, сразу из-за автомобиля Вольво выбежал пешеход, ФИО1 применил торможение, но, так как расстояние до пешехода было небольшим, он не успевал остановить автомобиль, до появления пешехода на проезжей части из-за автомобиля Вольво он не видел; пешеход, увидев его автомобиль, изменил направление движения, а он, применяя торможение, изменил направление движения автомобиля вправо, пытаясь избежать наезда на пешехода, но ему, этого сделать не удалось, и он произвел наезд на пешехода левой передней частью автомобиля. Наезд произошел на его полосе движения за пределами разметки «Пешеходный переход»;

показаниями потерпевшего Потерпевший №1, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ ему от сотрудников полиции стало известно, что его сын погиб в результате ДТП, произошедшего на № автодороги <адрес> – <адрес>, на него был осуществлен наезд автомашины марки <данные изъяты> государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО1, который при встрече объяснил, что он не успел затормозить, при этом пояснил, что ФИО5 внезапно для него появился на дороге, а перед ФИО1 ехала автомашина марки Вольво по левой полосе движения, которая перед пешеходным переходом резко затормозила, и из-за машины появился ФИО5, после чего произошел наезд;

показаниями свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №2, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ около 20 часов 00 минут они выехали из <адрес> в сторону д. Кременки, на автомашине марки <данные изъяты> государственный регистрационный знак №; около 21 часа 15 минут находились на № автодороги г<адрес>, и двигались по крайней левой полосе в направлении <адрес>, дорогу было видно хорошо, но на данный период времени заходило солнце, и было немного сумеречно; подъезжая к пешеходному переходу, находясь на расстоянии около 30 м., они увидела, что по пешеходному переходу с полосы встречного движения, пересекая отбойники, быстрым шагом идет мужчина, пересекая дорогу в направлении обочины; Свидетель №1, находившаяся за рулем автомобиля, увидев его, резко нажала на педаль тормоза, прижалась к отбойникам, а мужчина, пересекая дорогу, побежал в направлении обочины, продолжая движение и проехав примерно 5 м. от пешеходного перехода, перед их машиной что-то пролетело, после чего увидели, что был сбит пешеход, переходящий на пешеходном переходе; Свидетель №1 остановила автомобиль на обочине и через некоторое время подошла девушка, которая попросила номер телефона и видеозапись с видеорегистратора, установленного у них в машине, и сообщила, что она пассажир автомобиля, который совершил наезд на мужчину; Свидетель №2 отправил на телефон девушки видеозапись и оставил свой номер телефона; в последствии им стало известно, что наезд на пешехода совершил водитель автомашины <данные изъяты> государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО1;

протоколом осмотра места происшествия со схемой от ДД.ММ.ГГГГ, в котором отражено место наезда на ФИО5 - нерегулируемый пешеходный переход, а также местонахождение и повреждения автомобиля, совершившего наезд на пешехода;

заключением судебной медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно которому при экспертизе трупа ФИО5 обнаружена сочетанная тупая травма тела, включающая в себя комплекс телесных повреждений, в совокупности вызвавших причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни согласно п. 6.12, п. 6.1.3, п. ДД.ММ.ГГГГ, п. ДД.ММ.ГГГГ, п. ДД.ММ.ГГГГ, п. ДД.ММ.ГГГГ, п. ДД.ММ.ГГГГ, п. ДД.ММ.ГГГГ Приказа Минздравсоцразвития РФ от ДД.ММ.ГГГГ № н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека») и п. 4 «а» Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (утверждены Постановлением правительства РФ № от ДД.ММ.ГГГГ), от которых наступила смерть ФИО5; между причинением ФИО5 повреждений, входящих в комплекс вышеуказанной сочетанной травмы, и наступлением его смерти имеется прямая причинно-следственная связь; возможность данной травмы в результате дорожно-транспортного происшествия не исключается;

протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у свидетеля Свидетель №2 изъят DVD-R диск с видеозаписью ДТП, который просмотрен в судебном заседании суда первой инстанции, согласно данной видеозаписи пешеход двигался от дорожного ограждения, разделяющего транспортные потоки, слева направо относительно транспортного средства с установленным в нем видеорегистратором, в ритме шага по направлению к пешеходному переходу, вышел на пешеходный переход в ритме шага, затем пешеход изменил темп движения и продолжил его в ритме бега по направлению за границу разметки пешеходного перехода, продолжил движение в ритме бега за границей разметки пешеходного перехода; транспортные средства продолжили движение, пешеход упал на землю в зоне дорожного ограждения, разделяющего транспортные потоки;

заключением эксперта от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно которому скорость движения автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный знак №, на котором установлен видеорегистратор, исходя из представленной видеофонограммы, на участке пути до момента, визуально характерного торможению автомобиля, составляла не менее 119 км/ч и не более 128 км/ч, на участке пути после момента, визуально характерного торможению автомобиля, составляла не менее 69 км/ч и не более 75 км/ч.; автомобиль <данные изъяты> государственный регистрационный знак №, на момент, визуально характерный его торможению, находится на расстоянии не менее 41,15 м от разметки пешеходного перехода; на момент выхода пешехода на проезжую часть автомобиль находился на расстоянии не менее 38,6 м от разметки пешеходного перехода; пешеход двигался слева направо относительно транспортного средства с устройством видеозаписи от дорожного ограждения, разделяющего транспортные потоки, в ритме шага по направлению к пешеходному переходу, затем в ритме шага по пешеходному переходу, далее двигался в ритме бега по пешеходному переходу, затем в ритме бега, выходя за границы разметки пешеходного перехода, и, двигаясь вне разметки пешеходного перехода;

заключением эксперта от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно которому в заданных условиях рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия водитель автомобиля <данные изъяты>» ФИО1 не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода ФИО5, путем своевременного применения мер экстренного торможения, двигаясь со скоростью 90 км/ч, с заданного момента возникновения опасности для его движения, с остановкой до места наезда, а также иными доказательствами, изложенными в приговоре.

Несмотря на доводы апелляционных жалоб и занятую осужденным позицию по отношению к предъявленному обвинению, выводы суда о виновности ФИО1 в инкриминированном ему преступлении основаны на совокупности исследованных в ходе судебного следствия доказательств, каждое из которых получило оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности - достаточности для разрешения данного дела; проверка и оценка доказательств проведены с соблюдением требований ст. ст.17, 87, 88 УПК РФ.

Вопреки доводам апелляционной жалобы с дополнениями защитника осужденного, судом дана надлежащая оценка всем собранным и исследованным в судебном заседании доказательствам, в том числе вышеприведенными показаниями свидетелей, а также заключениям экспертов, которые, вопреки доводам защитника осужденного о его невиновности в дорожно-транспортном происшествии, не свидетельствуют и указывают на наличие причинно-следственной связи между действиями осужденного, повлекшего причинение ФИО5 травм, от которых наступила его смерть.

Экспертные исследования, приведенные в приговоре, были проведены компетентными экспертами, имеющими стаж работы и подготовку в соответствии с требованиями Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Выводы экспертов являются научно обоснованными и аргументированными. В заключениях подробно описаны исследования, которые проведены, и отражены их результаты; указаны примененные методики; выводы эксперта надлежаще оформлены; получены ответы на поставленные вопросы, которые обоснованы и ясны; указана используемая в ходе проведения исследований литература. Заключения экспертов соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами, оснований не доверять изложенным в нем выводам не имеется.

Вопреки доводам стороны защиты и потерпевшего, оснований для назначения и проведения по уголовному делу дополнительных или повторных экспертных исследований не имелось.

Доводы адвоката ФИО13 о том, что при назначении дополнительной автотехнической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ № следователем указаны ложные сведения о скорости и траектории движения пешехода, а также задано расстояние от правого борта автомобиля Лексус, по габаритам отличающегося от автомобиля <данные изъяты>, не свидетельствуют о неправильном выводе суда первой инстанции о виновности ФИО1 в нарушении пунктов 1.3, 10.1, 10.3, 14.1, 14.2 ПДД РФ, повлекшем по неосторожности смерть ФИО5, и не повлияли на выводы эксперта о том, что в заданных условиях рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия водитель автомобиля «<данные изъяты> ФИО1, двигаясь со скоростью 90 км/ч, не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода ФИО5, поскольку при даче ответа на вопрос следователя располагал ли ФИО1 технической возможностью избежать наезда на ФИО5, экспертом, согласно заключению, параметры скорости пешехода, а также габаритов транспортного средства не задействовались.

При этом, вывод, отраженный в заключении дополнительной автотехнической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ №, об отсутствии у ФИО1 технической возможности предотвратить наезд на пешехода ФИО5, не ставит под сомнение вывод суда о виновности осужденного в совершении инкриминированного деяния, поскольку в данной дорожной ситуации, ФИО1 избрал скорость, не обеспечивающую ему возможности постоянного контроля за движением автомобиля и дорожной обстановки для выполнения правил дорожного движения, приближаясь к нерегулируемому пешеходному переходу.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции отмечает, что в исследуемой дорожной ситуации не имеют правового значения скорость движения ФИО5, расстояние, которое он прошел по пешеходному переходу, внезапность его появления на проезжей части для ФИО1, а также дальнейшая траектория движения пешехода.

Вышеприведенная экспертиза назначена и проведена в соответствии с действующим законодательством и обоснованно признана судом первой инстанции допустимым доказательством.

Суд не нашел оснований сомневаться в достоверности положенных в основу обвинительного приговора доказательств и установил, что они подробны, последовательны, согласуются между собой, в том числе с протоколами следственных действий, а также изложил мотивы, по которым принял одни доказательства и отверг другие.

Из требований п. 14.1 ПДД РФ следует, что водитель транспортного средства, приближающегося к нерегулируемому пешеходному переходу, обязан уступить дорогу пешеходам, переходящим дорогу или вступившим на проезжую часть для осуществления перехода, что само по себе предполагает снижение скорости вплоть до полной остановки транспортного средства, что также указано в п. 10.1 ПДД РФ.

Таким образом, при указанных обстоятельствах, опасность для дальнейшего движения с избранной ФИО1 скоростью движения транспортного средства, возникла не в тот момент, когда он увидел непосредственно перед своим автомобилем на пешеходном переходе ФИО5, а в тот момент, когда он увидел дорожные знаки нерегулируемого пешеходного перехода, предусмотренные п. 5.19.1 и 5.19.2, что требовало от него должной внимательности, учета времени суток, выбора соответствующей скорости движения, что в полной мере соответствует разъяснениям, содержащимся в п.п. 6 и 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», согласно которым при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. При решении вопроса о технической возможности предотвращения дорожно-транспортного происшествия следует исходить из того, что момент возникновения опасности для движения определяется в каждом конкретном случае с учетом дорожной обстановки, предшествующей дорожно-транспортному происшествию. Опасность для движения следует считать возникшей в тот момент, когда водитель имел объективную возможность ее обнаружить. При анализе доказательств наличия либо отсутствия у водителя технической возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие в условиях темного времени суток или недостаточной видимости следует исходить из того, что водитель в соответствии с п. 10.1 Правил должен выбрать скорость движения, обеспечивающую ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

Доводы осужденного и его защитника о том, что обзор влево ему ограничивал, движущийся в попутном направлении в крайней левой полосе автомобиль <данные изъяты>, а также о том, что ФИО1 ориентировался на движение данного автомобиля, не свидетельствуют о невиновности ФИО9 в совершении инкриминируемого преступления, поскольку в любом случае ФИО1 должен был убедиться в отсутствии пешехода на пешеходном переходе, то есть избрать такую скорость движения транспортного средства, которая обеспечила бы ему обзор проезжей части и прилегающей к ней территории.

Доводы стороны защиты о нарушении Правил дорожного движения ФИО5, нахождение пешехода с признаками опьянения, а также о том, что наезд на пешехода произошел за пределами дорожной разметки 1.14.1, являются несостоятельными по следующим основаниям.

По делу достоверно установлено, что пешеход ФИО5 переходил дорогу в установленном для этого месте - по нерегулируемому пешеходному переходу, обозначенному соответствующими дорожными знаками и дорожной разметкой, что подтверждается всеми доказательствами по делу и оказался в момент дорожно-транспортного происшествия в непосредственной близости к пешеходному переходу в результате того, что стал убегать от автомобиля под управлением ФИО9

Согласно заключению эксперта от ДД.ММ.ГГГГ № автомобиль <данные изъяты> государственный регистрационный знак №, на момент, визуально характерный его торможению, находился на расстоянии не менее 41,15 м от разметки пешеходного перехода, то есть пешеход ФИО5 вышел на нерегулируемый пешеходный переход, когда автомобиль, двигавшийся по крайней левой полосе дорожной части, и которую ему нужно было преодолеть первой при переходе через дорогу, находился на расстоянии не менее 41,15 м от разметки пешеходного перехода, при этом автомобиль под управлением ФИО1 двигался по правой полосе проезжей части в отдалении за автомобилем <данные изъяты>, то есть еще на большем расстоянии от разметки пешеходного перехода, чем автомобиль <данные изъяты>, в связи с чем, при соблюдении ФИО1 пунктов 1.3, 10.1, 10.3, 14.1, 14.2 ПДД РФ, он бы смог не допустить наезд на ФИО5, вне зависимости от пояснений стороны защиты, в том числе о состоянии опьянения ФИО5

Судебное следствие по делу проведено в соответствии с требованиями гл. 37 УПК РФ, все ходатайства, заявленные стороной защиты, были разрешены судом в установленном законом порядке, требования ст. ст. 15, 243 УПК РФ об обеспечении состязательности и равноправия сторон судом соблюдены. Судебное разбирательство по делу проведено с достаточной полнотой и соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, сторонам были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей. При этом ограничений прав участников уголовного судопроизводства во время рассмотрения дела судом первой инстанции допущено не было.

Каких-либо сведений о предвзятом отношении председательствующего к той или иной стороне процесса, а также об обвинительном уклоне рассмотрения дела судом первой инстанции, вопреки доводам апелляционных жалоб, протокол судебного заседания не содержит.

Описание преступного деяния, признанного судом доказанным, отвечает требованиям ст. 307 УПК РФ и содержит сведения о месте, времени, способе его совершения, форме вины, причинно-следственной связи между действиями ФИО1, управлявшего автомобилем, и наступившими последствиями в виде причинения смерти ФИО5

Квалификация действий ФИО1 по ч. 3 ст. 264 УК РФ при установленных судом обстоятельствах является верной. Судом проверены доводы защитника осужденного, аналогичные, приведенным в апелляционных жалобах, о его невиновности в дорожно-транспортном происшествии ФИО1 и признаны несостоятельными, поскольку опровергаются совокупностью исследованных судом доказательств, согласно которым, ФИО1, управляя автомобилем, не выбрал скорость, обеспечивающую безопасность его движения.

Оснований для иной квалификации действий осужденного, как и оснований для его оправдания, не имеется.

Объектом преступного посягательства, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, является не только безопасность дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, но и общественные отношения, гарантирующие неприкосновенность жизни человека.

Общественная опасность содеянного заключается в причинении вреда интересам государства и общества в сфере эксплуатации транспортных средств, являющихся источником повышенной опасности, а также нарушение основополагающего права человека на жизнь, закрепленного в ст. 2 и ч. 1 ст. 20 Конституции Российской Федерации, то есть важнейшее, бесценное, охраняемое законом благо, непреходящая общечеловеческая ценность, утрата которой необратима и невосполнима.

Само по себе возмещение морального вреда и имущественного ущерба потерпевшему, никоим образом не может устранить наступившие последствия, снизить степень общественной опасности содеянного, заключающуюся в гибели человека либо иным образом свидетельствовать о заглаживании вреда, причиненного как дополнительному, так и основному объекту преступного посягательства.

Сведения о заглаживании осужденным причиненного вреда путем выплаты в счет компенсации морального вреда и имущественного ущерба денежных средств в размере 1100000 рублей и принесении им извинений, которые были исследованы в суде первой инстанции, сами по себе не свидетельствуют о безусловной необходимости удовлетворения ходатайства о прекращении уголовного дела за примирением сторон.

По этой причине отсутствие лично у потерпевшего Потерпевший №1 претензий к ФИО1, а также его субъективные мнения о полном заглаживании им вреда, не могут быть единственным подтверждением такого снижения степени общественной опасности преступления, которое действительно позволило бы суду освободить ФИО1 от уголовной ответственности, в связи с чем, суд первой инстанции постановлением от ДД.ММ.ГГГГ, обоснованно отказал в удовлетворении ходатайства потерпевшего о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, при этом, не высказав суждений о виновности и квалификации действий ФИО1

Наказание ФИО1, как основное, так и дополнительное, назначено с соблюдением требований ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ. При этом учтены все данные о его личности, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, а также состояние здоровья осужденного и членов его семьи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание осужденному судом признано: привлечение к уголовной ответственности впервые, наличие малолетнего ребенка, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка, полное возмещение материального ущерба и морального вреда, причиненных потерпевшему Потерпевший №1, состояние здоровья подсудимого, имеющего хронические заболевания, положительные характеристики с места жительства и работы.

Установление в отношении осужденного смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, позволило суду назначить осужденному наказание по правилам ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Назначение ФИО1 наказание в виде реального лишения свободы судом мотивировано, с учетом, как обстоятельств дела, так и данных о личности осужденного, в связи с чем, оснований для применения ст. 53.1 УК РФ не имелось, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

Выводы суда об отсутствии оснований для применения в отношении осужденного положений ст. 73 УК РФ верно обоснованы отсутствием возможности исправления осужденного без реального лишения свободы, а положений ч. 6 ст. 15 УК РФ - обстоятельствами совершенного преступления и степенью его общественной опасности.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением виновного, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности содеянного им, судом первой не установлено, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции, в связи с чем, оснований для применения ст. 64 УК РФ не имелось и не имеется, при этом смягчающие наказание обстоятельства в полном объеме учтены судом при определении размера наказания.

Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортных средств, предусмотренное санкцией статьи, назначено судом в соответствии с положениями ст. 47 УК РФ.

Назначенное осужденному наказание по ч. 3 ст. 264 УК РФ соразмерно тяжести содеянного, полностью отвечает целям наказания, является справедливым.

Вид исправительного учреждения определен судом в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Все требования уголовно-процессуального закона, строгое соблюдение которых обеспечивает полное, всестороннее и объективное рассмотрение дела, судом первой инстанции были выполнены.

По своей сути изложенные в апелляционных жалобах доводы сводятся к переоценке доказательств, которые оценены судом по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ. То обстоятельство, что оценка доказательств, данная судом первой инстанции, не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не ставит под сомнение выводы суда.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы лишали или ограничивали гарантированные УПК РФ права участников уголовного судопроизводства, нарушали процедуру уголовного судопроизводства при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции, а также на стадии досудебного производства по делу, влекущих отмену, либо изменение приговора, судом апелляционной инстанции не установлено, в связи с чем, основания для удовлетворения апелляционных жалоб потерпевшего Потерпевший №1 и адвоката ФИО13 с дополнениями, отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор <данные изъяты> Нижегородской области от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы потерпевшего Потерпевший №1 и адвоката ФИО13 с дополнениями,- без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу немедленно, может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном гл.47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления его в законную силу.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья

ФИО16