Апелляционное определение № 33-44211/2025 от 7 декабря 2025 г.

Судья: Курочкина М.А.

Дело 33-44211/2025 Уникальный идентификатор дела 50RS0007-01-2024-004859-34


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Красногорск Московской области 8 декабря 2025 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе:

председательствующего Мизюлина Е.В.,

судей Гулиной Е.М., Колесникова Д.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Деевым С.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело <данные изъяты> по иску ФИО к ООО «ГЛЭДТУР» о признании увольнения незаконным, изменения формулировки увольнения, взыскании компенсации за вынужденный прогул, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации за задержку выплат, компенсации морального вреда;

по встречному иску ООО «ГЛЭДТУР» к ФИО о взыскании возмещения материального ущерба, причиненного работником,

по апелляционной жалобе ООО «ГЛЭДТУР» на решение Домодедовского городского суда Московской области от 26 ноября 2024 года,

заслушав доклад судьи Мизюлина Е.В.,

объяснения представителя истца, представителя ответчика,

УСТАНОВИЛА:

ФИО обратилась в суд с иском к ООО «ГЛЭДТУР» о признании увольнения незаконным, изменения формулировки увольнения с увольнения по инициативе работодателя на увольнение по собственному желанию по ст. 80 ТК РФ, взыскании компенсации за вынужденный прогул за период с 04.04.2024 по 26.11.2024 в размере 216244,44 руб., компенсации за неиспользованный отпуск 98 дней в размере 89796,42 руб., компенсации за задержку выплат за период с 05.04.2024 по 26.11.2024 в размере 24 843, 56 руб., компенсации морального вреда в размере 200000 руб.

Исковые требования мотивировала тем, что с 01.06.2021 работала у ответчика в должности менеджера по работе с ВИП-клиентами. При принятии на работу не был оформлен и выдан ей трудовой договор, однако на протяжении трех лет она осуществляла трудовую деятельность, о чем свидетельствует Сведения с информационных ресурсов Фонда пенсионного и социального страхования РФ. В апреле 2024 года ей стало известно, что она уволена 04.04.2024 на основании ч.1 п.13 ст.81 ТК РФ по инициативе работодателя. Поскольку она не является руководителем или членом коллегиального исполнительного органа юридического лица, не ознакомлена с приказом об увольнении, не была проинформирована о проведении в отношении нее каких-либо проверок, с ней не произведен окончательный расчет в день увольнения, не выданы документы при расторжении трудового договора, считает увольнение незаконным, в связи с чем, обратилась в суд за защитой нарушенных трудовых прав.

ООО «ГЛЭДТУР» обратился со встречными исковыми требованиями к ФИО о взыскании возмещения материального ущерба, причиненного работником в размере 61 591 270 руб.

Требования мотивировав тем, что согласно раздела 6 трудового договора и Соглашения о неразглашении коммерческой тайны ФИО обязалась не разглашать коммерческие тайны ООО «ГЛЭДТУР» и использовать эти сведения только в интересах работодателя. В случае разглашения сведений на основании абз. 11 п. 2 и п.6.7. Трудового договора ФИО должна возместить работодателю причиненный ущерб и убытки. ФИО не исполнила данные обязательства и причинила ущерб ООО «ГЛЭДТУР», что повлекло расторжение трудового договора. 04.04.2024 клиент сообщила, что истец перевела на личный телефон общение и потребовала от клиента перевода денежных средств на личную карту ФИО за туристический продукт «Услуги по организации выездных тренировочных сборов команды Конаково Тверской области». В ходе проведенной проверки информация подтвердилась, а также были выявлены иные случаи искажения работником данных CRM-системы. По результатам проведенной ООО «ГЛЭДТУР» проверки ей был закрыт доступ к информационным базам и предложено дать письменное объяснение, от дачи объяснений отказалась. В связи с чем, она была уведомлена о принятии решения о расторжении с ней трудового договора в связи с утратой доверия и использованием служебной информации для личных целей. От предложения назначить встречу для передачи ей документов ФИО отказалась. В связи с проверкой были выявлены случаи отказов клиентов от приобретения туристических продуктов у ООО «ГЛЭДТУР» и последующего заключения договоров на продажу данных туристических продуктов по демпинговым ценам с ФИО и ИП ФИО Данными действиями был причинен ущерб на сумму 18 322 327,01 руб. ООО «АЛИСТЕР» была осуществлена экспертиза операционных действий ФИО за период с 01.01.2022 по 04.04.2024 общая сумма несостоявшихся сделок составила 61 591 270 руб. исходя из средней суммы дохода по одной сделке 976 661,70 руб. и общего количества удаленных ФИО событий в АМО CRM в размере 990 ед. Общее количество активных сделок, сопровождаемых ей как дистанционным работником на день прекращения доступа составило 298 ед. на общую сумму 50 685910 руб.

Решением Домодедовского городского суда Московской области от 26 ноября 2024 года исковые требования удовлетворены частично. Признано незаконным увольнение, изменена формулировка увольнения ФИО с должности Менеджера отдела продаж в ООО «ГЛЭДТУР» на п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации), дата увольнения изменена на 26.11.2024. С ООО «ГЛЭДТУР» в пользу ФИО взыскана компенсация за вынужденный прогул за период 04.04.2024 – 26.12.2024 в размере 32602,55 руб., компенсация морального вреда 8000 руб. В оставшейся части требований отказано. В удовлетворении встречного иска ООО «ГЛЭДТУР» отказано.

Ответчик обратился с апелляционной жалобой на указанное судебное постановление, просил решение суда отменить, в иске ФИО отказать, встречный иска удовлетворить.

В силу ст.167 ГПК РФ судебная коллегия рассматривает дело в отсутствие истца, учитывая надлежащее извещение о времени и месте рассмотрения дела (л.д. 163-164).

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав пояснения явившихся лиц, судебная коллегия не находит оснований к отмене решения суда, как постановленного в соответствии с нормами материального и процессуального права.

Судом первой инстанции установлено, истец работала в должности Менеджер отдела продаж в ООО «ГЛЭДТУР» с 01.06.2021 по 04.04.2024 и была уволена на основании пункта 13 ч.1 ст. 81 ТК РФ

На запрос суда первой инстанции из ОСФР по г. Москве им Московской области были получены сведения от 04.10.2024 из которых усматривается наличие двух записей об увольнении ФИО от 04.04.2024 по основаниям подпункта в п.6 ч.1 ст. 81 ТК РФ и запись об увольнении по основаниям п.7.1. ч.1 ст. 81 ТК РФ. Стороной ответчика предоставлен Приказ №1 от 04.04.2024 (т.1 л.д. 120) о расторжении трудового договора с ФИО по указанным основаниям.

Из копии свидетельства о заключении брака III-АН <данные изъяты>(т.1 л.д. 236) установлено, что ФИО до вступления в брак имела фамилию ФИО

Стороной ответчика был предоставлен приказ <данные изъяты> от 01.06.2021г. генерального директора ООО «ГЛЭДТУР» о принятии на работу ФИО на должность Менеджера отдела продаж на основное место работы с сокращенной 10 часовой рабочей неделей с окладом 4175 руб.00 коп. (1/4 оклада), трудовой договор <данные изъяты> от 01.06.2021г (т.1 л.д. 107-111), заключенный между ООО «ГЛЭДТУР» (работодатель) и ФИО (дистанционный работник). Соглашение о неразглашении коммерческой тайны от 01.06.2021.

Стороной истца заявлено о подложности доказательств, а именно трудового договора <данные изъяты> от 01.06.2021г. и соглашения о неразглашении коммерческой тайны от 01.06.2021г. в обоснование довода предоставлено Заключение специалиста Общества с ограниченной ответственностью «Центр судебной экспертизы и криминалистики» (ООО «Центр СЭиК»). Согласно выводам специалиста подписи от имени ФИО, изображения которых расположены в Трудовом договоре <данные изъяты> от 01.06.2021г, выполнены путем компьютерного монтажа с использованием изображения одной и той же оригинальной подписи ФИО

Суд первой инстанции пришел к выводу, что изображение подписи, проставленной от имени ФИО на Трудовом договоре <данные изъяты> от 01.06.2021г, соответствует оригинальной подписи ФИО, до прекращения трудовых отношений условия труда и оплаты соответствовали условиям указанного трудового договора и не оспаривались сторонами ранее.

Трудовой договор <данные изъяты> от 01.06.2021г содержит информацию о режиме работы и оплате труда аналогичную Приказу о приеме на работу истца, сведениям поступившим из ОСФР и ИФНС, из представленных стороной ответчика протоколов осмотра переписки усматривается подписание путем обмена документами. Оснований полагать Трудовой договор <данные изъяты> от 01.06.2021г подложным у суда не имеется.

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования о признании увольнения незаконным, изменении формулировки увольнения, суд первой инстанции исходил из того, что у ответчика отсутствовали правовые основания для увольнения истца по п. 13 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку истица не являлась руководителем организации, членом коллегиального исполнительного органа организации. Кроме того, работодатель не предоставил истцу срок, предусмотренный ч. 1 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации для дачи объяснений, не ознакомил с приказом о примененном к работнику дисциплинарном взыскании (ч. 6 ст. 193 ТК РФ).

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о восстановлении срока для обращения в суд.

В соответствии с п. 13 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях, предусмотренных трудовым договором с руководителем организации, членами коллегиального исполнительного органа организации.

По делам о восстановлении на работе руководителя организации, членов коллегиального исполнительного органа организации, уволенных в связи с наличием оснований, предусмотренных трудовым договором с ними (п. 4 ч. 1 ст. 77, п. 13 ч. 1 ст. 81 ТК РФ), в рамках предмета доказывания подлежат выяснению следующие обстоятельства: 1) являлся ли работник руководителем организации или членом коллегиального исполнительного органа организации; 2) какие основания увольнения работника предусмотрены трудовым договором с истцом и какое из них конкретно послужило причиной для увольнения; 3) соответствует ли основание увольнения истца основаниям увольнения, предусмотренным трудовым договором с истцом; 4) не произведено ли увольнение в период временной нетрудоспособности работника или в период его нахождения в отпуске; 5) имелись ли иные обстоятельства, связанные с конкретным основанием увольнения.

Согласно положений п. 1 ст. 40 Федерального закона от 08 февраля 1998 г. N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и другие) избирается общим собранием участников общества на срок, определенный уставом общества, если уставом общества решение этих вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества. Единоличный исполнительный орган общества может быть избран также не из числа его участников.

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Как следует из материалов дела, согласно сведений о трудовой деятельности, предоставляемые из информационных ресурсов Фонда пенсионного и социального страхования РФ работодатель истицы ООО «Глэд Тур» указывает в сведениях об истце о том, что 04.04.2024 год она уволена по п. 13 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (л.д. 39 т.1).

О данном основании увольнения, как указывает истица, она узнала из выписки из лицевого счета застрахованного лица.

Приказ об увольнении истицы по указанному основанию до неё не доводился ответчиком по первоначальному иску.

Поскольку истица не являлась руководителем организации, членом коллегиального исполнительного органа организации, то у ответчика отсутствовали правовые основания для увольнения истца по п. 13 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Кроме того, ответчиком представлен приказ об увольнении истицы 04.04.2024 года по под. «в» п.6 ч.1 ст.81 ТК РФ – разглашение коммерческой и служебной тайны, а также п.7.1 ч.1 ст.81 ТК РФ – непринятие работником мер по предотвращению или урегулированию конфликта интересов, стороной которого он является.

Данный приказ до истицы не доводился.

В силу подпункта "в" пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей: разглашения охраняемой законом тайны (государственной, коммерческой, служебной и иной), ставшей известной работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, в том числе разглашения персональных данных другого работника.

Исходя их обязанности работодателя доказать совершение работником грубого нарушения трудовых обязанностей предусмотренного данной нормой, ответчик должен представить доказательств того, что истец разгласила кому-либо охраняемую законом тайну (государственную, коммерческую, служебную и иную), ставшую известной работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей не представлено, доказательств наличия умысла и вины в разглашении тайны не представлено суду.

Указанным в качестве третьего основания расторжения трудового договора с истцом положение п.7.1. ч.1 ст. 81 ТК РФ, которым является непринятия работником мер по предотвращению или урегулированию конфликта интересов, стороной которого он является, непредставления или представления неполных или недостоверных сведений о своих доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера либо непредставления или представления заведомо неполных или недостоверных сведений о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих супруга (супруги) и несовершеннолетних детей, открытия (наличия) счетов (вкладов), хранения наличных денежных средств и ценностей в иностранных банках, расположенных за пределами территории Российской Федерации, владения и (или) пользования иностранными финансовыми инструментами работником, его супругом (супругой) и несовершеннолетними детьми в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации, если указанные действия дают основание для утраты доверия к работнику со стороны работодателя.

Поскольку доказательств законности увольнения по основаниям, указанным в приказе от 04.04.2024 года по под. «в» п.6 ч.1 ст.81 ТК РФ – разглашение коммерческой и служебной тайны, а также п.7.1 ч.1 ст.81 ТК РФ – непринятие работником мер по предотвращению или урегулированию конфликта интересов, стороной которого он является, ответчиком не представлено, то суд первой инстанции обоснованно удовлетворил требования истицы о признании увольнения незаконным.

В соответствии со ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание, а именно замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям. При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

В силу ч. 1 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Работодатель не предоставил работнику срок, предусмотренный ч. 1 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации для дачи объяснений, не ознакомил с приказом о примененном к работнику дисциплинарном взыскании (ч. 6 ст. 193 ТК РФ), на основании указанного, то судом первой инстанции сделан правильный вывод что при применении дисциплинарного взыскания и увольнении работка ФИО ООО «ГЛЭДТУР» нарушен порядок увольнения.

На основании изложенного, требование истца об изменении формулировки увольнения на п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации), обосновано удовлетворены, а также верно изменена дата увольнения на 26.11.2024

Разрешая требование истца выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула, суд первой инстанции исходил из того, что размер заработной платы истца составлял 4550 руб., а за последние 3 мес. увеличен до 6800 руб. период 04.04.2024 – 26.12.2024 (исключая начальную дату, включая конечную дату), что составляет 266 календарных дней, 185 рабочих дней, 38 недель, 8 месяцев 22 дня.

Расчет среднего заработка 4550*8+6800*3=36400+20400=56800, 56800/322,3=176,23, 176,23*185 рд=32602,55 руб. средний заработок за все время вынужденного прогула.

На основании изложенного, судебная коллегия соглашается с решением суда первой инстанции о взыскании с ответчика в пользу истца средний заработок за все время вынужденного прогула в размере 32602,55 руб.

Согласно положениям ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Также судебная коллегия соглашается с размером взысканного морального вреда в размере 8 000 рублей, поскольку судом установлено нарушение ответчиком работодателем прав истца, с учетом требований разумности и справедливости, степени нравственных страданий, которые истец претерпела в связи с незаконным увольнением, степени вины работодателя.

Судебная коллегия соглашается с решением суда первой об отказе в удовлетворении встречных исковых требований о взыскании возмещения материального ущерба, причиненного работником в размере суммы несостоявшихся сделок, который составил 61 591 270 руб., исходя из следующего.

В силу положений ст. 233 Трудового кодекса РФ материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Согласно ст. 238 Трудового кодекса РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Согласно статье 241 Трудового кодекса Российской Федерации за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным Кодексом или иными федеральными законами.

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (часть 1 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 2 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим Кодексом или иными федеральными законами.

Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в следующих случаях: 1) когда в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей; 2) недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу; 3) умышленного причинения ущерба; 4) причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения; 5) причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда; 6) причинения ущерба в результате административного правонарушения, если таковое установлено соответствующим государственным органом; 7) разглашения сведений, составляющих охраняемую законом тайну (государственную, служебную, коммерческую или иную), в случаях, предусмотренных федеральными законами; 8) причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей. Материальная ответственность в полном размере причиненного работодателю ущерба может быть установлена трудовым договором, заключаемым с заместителями руководителя организации, главным бухгалтером (статья 243 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с нормами трудового законодательства (главы 37 и 39 ТК РФ) и разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению (пункты 4, 8, 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю") материальная ответственность работника является самостоятельным видом юридической ответственности и возникает лишь при наличии ряда обязательных условий, к которым относятся: наличие прямого действительного ущерба, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причиненным ущербом, вина работника в причинении ущерба.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба. Расторжение трудового договора после причинения работником ущерба работодателю не влечет за собой освобождение работника от материальной ответственности, предусмотренной ТК РФ, в случае установления работодателем факта причинения работником ущерба при исполнении трудовых обязанностей.

Основным видом материальной ответственности работника за ущерб, причиненный работодателю, является ограниченная материальная ответственность. Правило об ограниченной материальной ответственности работника в пределах его среднего месячного заработка применяется во всех случаях, кроме тех, в отношении которых ТК РФ или иным федеральным законом прямо установлена более высокая материальная ответственность работника, в частности полная материальная ответственность. Одним из таких случаев полной материальной ответственности является умышленное причинение работником ущерба работодателю (пункт 3 части 1 статьи 243 ТК РФ). Наличие основания для привлечения работника к полной материальной ответственности должен доказать работодатель при рассмотрении дела о возмещении причиненного работодателю прямого действительного ущерба в полном объеме.

Полная материальная ответственность работников может быть установлена трудовым договором, заключаемым с ними работодателем (часть 2 статьи 243 ТК РФ). Вместе с тем отсутствие в трудовом договоре условия о полной материальной ответственности не исключает возможность возложения на работников такой ответственности при наличии иных оснований, установленных законом, в частности при умышленном причинении ущерба.

Как следует из разъяснения, содержащегося в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 года N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", при определении суммы, подлежащей взысканию, судам следует учитывать, что в силу статьи 238 Трудового кодекса РФ работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В пункте 4 постановления указано, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственности работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности. Недоказанность одного из указанных обстоятельств исключает материальную ответственность работника.

Таким образом, необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба у работодателя, противоправность поведения (действий или бездействия) работника, причинная связь между действиями или бездействием работника и причиненным работодателю ущербом, вина работника причинении ущерба. При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Содержащееся в статье 238 Трудового кодекса РФ понятие прямого действительного ущерба не идентично понятию убытков, содержащемуся в части 2 статьи 15 Гражданского кодекса РФ и не предусматривает обязанности работника возмещать работодателю упущенную выгоду в виде неполученной прибыли.

Анализ приведенных выше положений трудового законодательства не позволяет отнести к материальной ответственности работника неполученную прибыль, поскольку такая выплата не направлена на возмещение ущерба, что является обязательным условием наступления ответственности работника перед работодателем.

Таким образом, неполученная прибыль не может быть отнесена к прямому реальному действительному ущербу, который обязан возместить работник, на основании чего, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении требований о взыскании возмещения материального ущерба, причиненного работником в размере суммы несостоявшихся сделок, который составил 61 591 270 руб.

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции правильно установлены обстоятельства, имеющие значение для разрешения дела, применен закон, подлежащий применению, по спорным правоотношениям, в соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ представленным сторонами доказательствам дана надлежащая оценка.

Доводы апелляционной жалобы не являются основанием для отмены законного и обоснованного решения суда, в соответствии со ст. 330 ГПК РФ.

Руководствуясь ст. ст.199, 328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Домодедовского городского суда Московской области от 26 ноября 2024 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ООО «ГЛЭДТУР»-без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 24.12.2025 года.