Апелляционное постановление № 22-675/2025 от 13 апреля 2025 г.

Судья Зюзюкина С.А.

Дело № 22-675/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

14 апреля 2025 года

г. Саратов

Саратовский областной суд в составе:

председательствующего судьи Роя А.Н.,

при секретаре Тарасовой Е.Ю.,

с участием прокурора Дорониной М.В.,

обвиняемого ФИО1,

защитника Ена В.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя ФИО5 на постановление Ленинского районного суда г. Саратова от 29 января 2025 года, которым уголовное дело в отношении

ФИО1, <дата> года рождения, уроженца <адрес>, гражданина РФ, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ,

возвращено на основании п. 1, 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ прокурору Саратовской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Заслушав доклад судьи Роя А.Н., мнение прокурора Дорониной М.В., поддержавшей доводы апелляционного представления и полагавшей постановление суда подлежащим отмене, выступления обвиняемого ФИО1 и защитника Ена В.В., суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

Постановлением Ленинского районного суда г. Саратова от 29 января 2025 года уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ на основании п. 1, 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ возвращено прокурору Саратовской области для устранения препятствий его рассмотрения судом, поскольку органами предварительного следствия допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, а также имеются основания для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения.

В апелляционном представлении государственный обвинитель ФИО5 выражает несогласие с постановлением суда, обращает внимание на отсутствие оснований для возвращения уголовного дела прокурору. Указывает, что выводы суда о том, что органами предварительного расследования не дана правильная юридическая оценка действиям обвиняемого по обороту изъятой алкогольной продукции и табачных изделий различных наименований по внешнему виду схожих с оригинальной продукцией с размещенными на них товарными знаками; неверно определена стоимость изъятой спиртосодержащей продукции, приобретенной в целях сбыта; а также то, что обнаруженные у ФИО1 спиртосодержащие жидкости не являются алкогольной продукцией, не являются основаниями для возвращения уголовного дела прокурору в соответствии со ст. 237 УПК РФ. Ссылаясь на положения Федерального закона № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции» указывает, что указанные нормы не связывают признание алкогольной продукции с требованиями о соответствии её ГОСТу, поскольку крепость изъятых напитков по содержанию этилового спирта превышает 0,5% объема готовой продукции и имеет объемную долю этилового спирта в пределах от 7,1% до 50,4%, а также по внешнему оформлению отвечает требованиям, предъявляемым к пищевым продуктам, следовательно готовилась к продаже без акцизных марок либо федеральных специальных марок и продавалась под видом алкогольной продукции. Также считает необоснованным предложение суда квалифицировать объединенные единым умыслом действия обвиняемого по приобретению, хранению в целях сбыта немаркированной табачной продукции и алкогольной продукции по разным статьям УК РФ. Обращает внимание, что в постановлении судом не приведено доводов о невозможности устранения в ходе судебного разбирательства обстоятельств, которые послужили основаниями для возврата уголовного дела прокурору, а также доводов, бесспорно свидетельствующих о невозможности вынесения судом приговора или иного решения по делу. Считает, что ссылка суда на ст. 252, 15 УПК РФ о том, что суд не вправе сам изменить обвинение и квалифицировать действия подсудимого по другой статье уголовного закона, несостоятельна. Просит постановление суда отменить, уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, проверив законность и обоснованность постановления, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Возвращая уголовное дело прокурору, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что понятие алкогольная продукция и спиртосодержащая продукция не являются идентичными, а поэтому спиртосодержащая продукция не является предметом преступления, предусмотренного ч. 5, 6 ст. 171.1 УК РФ; не проведена экспертиза по установлению стоимости изъятой спиртосодержащей продукции; предъявленное ФИО1 обвинения по п. «б» ч. 6 ст. 171 УК РФ содержит утверждение не только об обороте немаркированной алкогольной и табачной продукции, но и без лицензии или специального разрешения, то есть содержит противоречия; указанная квалификация содеянного не соответствует фактическим обстоятельствам дела, так как усматривается возможная совокупность указанного преступления с деяниями предусмотренными ст. 171, 180 УК РФ; при рассмотрении уголовного дела на основании утверждённого обвинительного заключения суд поставлен в ситуацию ограниченности выбора норм уголовного закона, подлежащих применению, поскольку помимо приобретения и хранения в целях сбыта немаркированной алкогольной продукции, подлежащей обязательной маркировке акцизными марками либо федеральными специальными марками, ФИО1 вменяется, в том числе, приобретение и хранение в целях сбыта немаркированных табачных изделий, подлежащих маркировке специальными (акцизными) марками.

Указанные обстоятельства, по мнению суда первой инстанции, являются препятствием для рассмотрения уголовного дела по существу, в связи с чем, уголовное дело было возвращено прокурору по основаниям указанным в п 1, 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного акта.

По смыслу закона, под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований уголовно-процессуального закона в соответствии с п.1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ следует понимать такие нарушения изложенных в ст. 220 и других взаимосвязанных с ней нормах УПК РФ положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основе данного обвинительного документа.

В частности, исключается возможность вынесения приговора или иного итогового судебного решения в случаях, когда:

обвинительный документ не подписан следователем (дознавателем), обвинительное заключение не утверждено прокурором либо уголовное дело направлено с обвинительным заключением прокурору без согласия руководителя следственного органа;

обвинение, изложенное в обвинительном заключении существенно отличается от обвинения, содержащегося в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого;

в обвинительном документе по делу о преступлении, предусмотренном статьей Особенной части УК РФ, диспозиция которой является бланкетной и применяется во взаимосвязи с иными нормативными правовыми актами, отсутствует указание на то, какие именно нормы соответствующего правового акта (пункт, часть, статья) нарушены и в чем выразилось несоблюдение содержащихся в них требований;

предварительное расследование осуществлено ненадлежащим (неуполномоченным) или подлежавшим отводу лицом;

по уголовному делу, по которому предварительное следствие является обязательным, предварительное расследование произведено в форме дознания;

по уголовному делу в отношении лица, указанного в ч. 1 ст. 447 УПК РФ, нарушен порядок возбуждения уголовного дела или привлечения в качестве обвиняемого, предусмотренный ст. 448 УПК РФ;

уголовное дело в отношении обвиняемого, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, в нарушение положений п. 4 ч. 1 ст. 154 УПК РФ в их взаимосвязи с положениями ч. 1 ст. 317.4 УПК РФ не выделено в отдельное производство и дело поступило в суд в отношении всех обвиняемых;

по уголовному делу нет заключения эксперта, если в соответствии с требованиями ст. 196 УПК РФ проведение такой экспертизы в ходе предварительного следствия обязательно.

В соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого, как более тяжкого преступления, либо в ходе судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации его действий как более тяжкого преступления.

По смыслу закона, решение о возвращении уголовного дела прокурору по основанию, предусмотренному п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления судья принимает в случаях, если:

фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном документе, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого, как более тяжкого преступления, (например, если инкриминируемое обвиняемому деяние влечет ответственность по другой статье Особенной части УК РФ, предусматривающей более строгое наказание, или в обвинении не указан квалифицирующий признак преступления, установленный в обвинительном документе;

в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, не отраженные в обвинительном документе, указывающие на наличие оснований для квалификации действий как более тяжкого преступления, общественно опасного деяния (например, в ходе судебного заседания получены данные о совершении обвиняемым преступления в составе группы лиц).

При этом, согласно ч. 1.3 ст. 237 УПК РФ при возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, предусмотренным п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, суд не вправе указывать статью Особенной части УК РФ, по которой деяние подлежит новой квалификации, а также делать выводы об оценке доказательств, о виновности обвиняемого.

В постановлении следует, в частности, привести фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном документе, которые, по мнению суда, выходят за рамки предъявленного обвинения и свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления, либо указать на получение судом каких-либо новых данных, существенно влияющих на оценку установленных органами предварительного расследования фактических обстоятельств и квалификацию действий обвиняемого, отразив эти данные в принятом решении.

По смыслу закона, возвращение уголовного дела прокурору имеет своей целью устранение таких препятствий его рассмотрения судом, которые исключают возможность постановления законного, обоснованного и справедливого приговора или иного итогового судебного решения по делу и не могут быть устранены в судебном разбирательстве. С учетом того, что возвращение уголовного дела прокурору затрагивает право на доступ к правосудию и его осуществление без неоправданной задержки, решение об этом принимается судом лишь при наличии оснований, предусмотренных ст. 237 УПК РФ.

При этом следует иметь в виду, что дело также не подлежит возвращению прокурору, если в судебном заседании установлены основания для изменения обвинения и квалификации действий (бездействия) подсудимого по другой статье уголовного закона, по которой подсудимому не было предъявлено обвинение, при условии, что действия (бездействие), квалифицируемые судом по новой статье закона, вменялись ему в вину, не содержат признаков более тяжкого преступления и существенно не отличаются по фактическим обстоятельствам от поддержанного государственным обвинителем обвинения, а изменение обвинения не ухудшает положения подсудимого и не нарушает его права на защиту.

В соответствии с ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении указывается существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, а также формулировка обвинения с указанием пункта, части, статьи УК РФ, перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и краткое изложение их содержания.

В силу ч. 3 ст. 15 УПК РФ, суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты.

В силу ч.1. 2 ст. 252 УПК РФ, судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

При этом ухудшение положения подсудимого наступает всегда, когда возникает необходимость изменить обвинение на более тяжкое, в частности, увеличить объем обвинения по фактическим обстоятельствам совершения преступления. Нарушение права подсудимого на защиту признаются случаи, когда изменение обвинения влечет существенное отличие нового обвинения по фактическим обстоятельствам от ранее предъявленного, независимо от его тяжести.

По смыслу закона, объектом преступления, предусмотренного ч. 6 ст. 171.1 УК РФ, являются общественные отношения в области маркировки алкогольной продукции, подлежащей обязательной маркировке акцизными марками либо федеральными специальными марками. Предметом такого преступления выступает алкогольная продукция, независимо от того, кем она произведена и соответствует ли она требованиям государственных стандартов для определенной марки данной продукции. Указанное преступление относится к категории тяжких.

При рассмотрении уголовного дела по указанному обвинению суд должен руководствовался положениями Федерального закона от 22 ноября 1995 года № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции».

Пункт 4 статьи 2 названного выше закона определяет, что спиртосодержащей пищевой продукцией является пищевая продукция с содержанием этилового спирта, произведенного из пищевого сырья, более 0,5 процента объема готовой продукции.

Пункт 7 статьи 2 того же закона определяет, что алкогольная продукция – пищевая продукция, которая произведена с использованием или без использования этилового спирта, произведенного из пищевого сырья, и (или) спиртосодержащей пищевой продукции, с содержанием этилового спирта более 0,5 процента объема готовой продукции, за исключением пищевой продукции в соответствии с перечнем, установленным Правительством РФ, Алкогольная продукция подразделяется на такие виды, как спиртные напитки (в том числе водка, коньяк), вино, фруктовое вино, ликерное вино, игристое вино (шампанское), винные напитки и т.д.

Согласно п. 4, 7 ст. 2 Федерального закона от 22 ноября 1995 года № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции», указанные нормы не связывают признание продукции алкогольной и спиртосодержащей пищевой продукцией с требованием о соответствии ее ГОСТу.

Как следует из установленных органами предварительного следствия фактических обстоятельств и исследованных доказательств, изъятые по делу спиртосодержащие жидкости имели объемную долю этилового спирта в пределах от 7,1% до 50,4%, в которых не выявлено токсических микропримесей.

Из содержания обвинительного заключения следует, что крепость изъятых водки, ликероводочной и другой алкогольной продукции по содержанию этилового спирта превышает 0,5 процента объема готовой продукции; изъятая продукция по внешнему оформлению отвечает требованиям, предъявляемым к пищевым продуктам, продукция готовилась к продаже без акцизных марок либо федеральных специальных марок и продавалась под видом алкогольных напитков, содержащих более 0,5 процента этилового спирта от объема готовой продукции, содержалась в предусмотренной законодательством таре (стеклянных бутылках), закрытых колпачками и пробками определенного типа, на бутылках имелись этикетки с нанесением наименования продукции (водка, коньяк и т.д.).

Обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, так как содержит указание на место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, сведения о стоимости немаркированной алкогольной и табачной продукции, ссылку на нормы правовых актов в области оборота алкогольной и табачной продукции с перечнем допущенных нарушений, и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, а также формулировку обвинения с указанием пункта, части, статьи УК РФ.

Содержание обвинительного заключения соответствует обвинению, приведенному в постановлении о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого. Обвинительное заключение подписано следователем и утверждено прокурором, в нем содержится перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и доказательств, на которые ссылается сторона защиты. Таким образом, обстоятельств, препятствующих рассмотрению уголовного дела и постановлению судебного решения на основании данного обвинительного заключения по основанию п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, не имелась.

Кроме того, суд первой инстанции, возвращая уголовное дело прокурору, фактически подверг сомнению правильность квалификации действий обвиняемого, сведения о стоимости немаркированной продукции, данной органами предварительного следствия, дав свою оценку обоснованности предъявленного ФИО1 обвинения в осуществлении приобретения, хранении в целях сбыта немаркированной алкогольной продукции и немаркированной табачной продукции подлежащей обязательной маркировке акцизными марками либо федеральными специальными марками, не приняв при этом во внимание, что по смыслу закона основанием для возвращения дела прокурору являются только такие допущенные органами предварительного расследования существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые суд не может устранить самостоятельно и которые исключают возможность постановления законного и обоснованного приговора, и такие процессуальные нарушения не могут касаться ни правильности установления фактических обстоятельств дела, ни обоснованности предъявленного обвинения.

В связи с вышеизложенным, суд в нарушение требований уголовно-процессуального закона вышел за пределы предоставленных ему процессуальных полномочий и фактически дал указание стороне обвинения об установлении определенных фактических обстоятельств и их юридической оценке.

При этом суд первой инстанции должным образом не учел, что материалы уголовного дела содержат информацию о выделении в отдельное производство материалов дела в отношении неустановленных лиц по признакам преступлений предусмотренных ст. 171.1, 180, 327.1 УК РФ (т. 5 л.д. 173 – 183), что также не создавало препятствий рассмотрению данного уголовного дела по предъявленному ФИО1 обвинению.

Судом не были учтены разъяснения, содержащиеся в п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», согласно которым суд вправе изменить обвинение и квалифицировать действия подсудимого по другой статье уголовного закона, по которой подсудимому не было предъявлено обвинение, лишь при условии, если действия подсудимого, квалифицируемые по новой статье закона, вменялись ему в вину, не содержат признаков более тяжкого преступления и существенно не отличаются по фактическим обстоятельствам от поддержанного государственным обвинителем обвинения, а изменение обвинения не ухудшает положение подсудимого и не нарушает его право на защиту.

Учитывая изложенное, выводы суда первой инстанции о наличии существенных нарушений, препятствующих постановлению приговора или вынесению иного решения и необходимости возвращения уголовного дела прокурору в соответствии с п. 1, 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, являются необоснованными.

При таких обстоятельствах постановление суда о возвращении уголовного дела прокурору нельзя признать законным и обоснованным, оно подлежит отмене с передачей дела на новое судебное разбирательство в ином составе суда.

Меру пресечения подсудимому ФИО1 необходимо остаавить без изменения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.17, 389.20, 389.22, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Ленинского районного суда г. Саратова от 29 января 2025 года о возвращении уголовного дела в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ прокурору Саратовской области для устранения препятствий его рассмотрения судом отменить, уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда.

Меру пресечения подсудимому ФИО1 оставить без изменения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с главой 47.1 УПК РФ непосредственно в Первый кассационный суд общей юрисдикции. Лица, имеющие право подачи кассационных жалобы, представления в соответствии со ст. 401.2 УПК РФ вправе ходатайствовать об участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий Рой А.Н.