Решение № 2-466/2017 от 22 мая 2017 г. по делу № 2-466/2017

Решение в окончательной форме изготовлено 23.05.2017 года.

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

18 мая 2017 года г. Краснотурьинск

Краснотурьинский городской суд Свердловской области в составе

председательствующего: судьи Шумковой Н.В.,

с участием истцов ФИО1, ФИО2, представителя ФИО3, допущенной на основании устного ходатайства,

представителя ответчика ООО «ГазСтрой» ФИО4, действующего на основании доверенности № 07/17 от 15.02.2017 года (по 31.12.2017),

при секретаре Юзеевой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к Обществу с ограниченной ответственностью «ГазСтрой» о признании отношений трудовыми, взыскании заработной платы и компенсации морального вреда,

установил:

истец ФИО1 обратился в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «ГазСтрой» (далее по тексту – ООО «ГазСтрой») о признании отношений трудовыми, взыскании заработной платы и компенсации морального вреда, обязании ответчика внести в трудовую книжку запись о приёме и увольнении, направлении сведений в страховой и пенсионные органы, производстве отчислений в них. В обоснование иска указав, что ответчиком был допущен к работе с 01.11.2014 года и работал до 23.04.2016 года <данные изъяты> Заработная плата была согласована в сумме от 50 000 руб. до 75 000 руб. За апрель 2016 года ему не выплачена начисленная в сумме 100 000 руб. заработная плата в полном объёме – в сумме 25 000 руб. Ссылаясь на нормы Трудового кодекса Российской Федерации, истец просит признать трудовыми отношения, сложившиеся между ним и ответчиком, в период с 01.11.2014 года по 23.04.2016 года, обязать ответчика внести в трудовую книжку запись и приёме и увольнении по собственному желанию, обязать ответчика направить сведения о периоде трудовой деятельности и произвести необходимые отчисления в Пенсионный фонд Российской Федерации, взыскать заработную плату за апрель 2016 года в сумме 25 000 руб., компенсацию морального вреда в сумме 50 000 руб.

Истец ФИО2 обратился в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «ГазСтрой» (далее по тексту – ООО «ГазСтрой») о признании отношений трудовыми, взыскании заработной платы и компенсации морального вреда, обязании ответчика внести в трудовую книжку запись о приёме и увольнении, направлении сведений в страховой и пенсионные органы, производстве отчислений в них. В обоснование иска указав, что ответчиком был допущен к работе с 20.07.2014 года и работал до 23.04.2016 года мастером строительно-монтажных работ. Заработная плата была согласована в сумме от 50 000 руб. до 75 000 руб. За апрель 2016 года ему не выплачена начисленная в сумме 140 000 руб. заработная плата в полном объёме – в сумме 65 000 руб. Ссылаясь на нормы Трудового кодекса Российской Федерации, истец просит признать трудовыми отношения, сложившиеся между ним и ответчиком, в период с 20.07.2014 года по 23.04.2016 года, обязать ответчика внести в трудовую книжку запись и приёме и увольнении по собственному желанию, обязать ответчика направить сведения о периоде трудовой деятельности и произвести необходимые отчисления в Пенсионный фонд Российской Федерации, взыскать заработную плату за апрель 2016 года в сумме 65 000 руб., компенсацию морального вреда в сумме 50 000 руб.

На основании определения Краснотурьинского городского суда от 27.03.2017 года гражданские дела приняты по подсудности к производству и на основании определения от 05.04.2017 года объединены в одно гражданское дело (л.д.7,8 т.3).

Согласно определения Краснотурьинского городского суда от 13.04.2017 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено Общество с ограниченной ответственностью «Газпром Трансгаз Югорск» (л.д.35,36 т.3).

В судебном заседании истцы ФИО2 и ФИО1 заявили ходатайства о прекращении производства по делу в связи с отказом от иска в части требований к ООО «ГазСтрой» об обязании ответчика внести в трудовые книжки запись и приёме и увольнении по собственному желанию, обязании ответчика направить сведения о периоде их трудовой деятельности и отчислениях в Пенсионный фонд Российской Федерации, о чём оформили письменные заявления, приобщённые к делу (л.д. 53, 54 т.3).

О прекращении производства по делу в части заявленных требований вынесено определение суда.

В судебном заседании истец ФИО2 поддержал заявленные требования в полном объёме, пояснив, что в ООО «ГазСтрой» начал работать по приглашению своего знакомого с 20.07.2014 года <данные изъяты> В период с 20.07.2014 по 29.12.2014 года он приехал в район <адрес обезличен> в Нижнетуринское линейно-производственное отделение, являвшееся заказчиком работ для ООО «ГазСтрой». С начальником участка ООО «ГазСтрой» <ФИО>1 он устно договорился о трудоустройстве с последующим оформлением трудовых отношений. Размер заработной платы был оговорён в сумме 70 000 руб. ежемесячно, график работы вахтовым методом – «месяц через месяц». <данные изъяты>. Работа осуществлялась на участке «Нижнетуринское ЛПУ МГ КР Уренгой – Новопсковск» км 1346 – 1400 участок №». Работал он <данные изъяты> ежедневно без выходных по 11 часов, жил в вагончиках. Выполнял свою работу и жил в охранной зоне магистрального трубопровода около <адрес обезличен>. Допуск к работе оформлялся ежемесячными пропусками, которые в любое время у него проверяли работники ООО «Газпром Трансгаз Югорск». За период с 20.07.2014 по 29.12.2014 года ежемесячно получал заработную плату в сумме по 70 000 руб., иногда с задержками.

С 13.01.2015 года по апрель 2015 года его вызвали на работу на участок Пангодинского линейно-производственного управления в районе <адрес обезличен>. Работа осуществлялась на объекте «МГ Надым – Лунга Нижняя Тура 3 нитка ДУ 1400 № км №», где ООО «ГазСтрой» выполнял работу в качестве подрядчика. Он осуществлял контроль <данные изъяты>. Работал по 11 часов без выходных, в марте на одну неделю съездил домой, до 10.05.2015 года выполнял работы на том же участке. В июне 2015 года не работал, с 03.07.2015 до конца года работал на участке «МГ СРТО Урал 2 от 0 до 47 км ДУ 1220». Весь 2015 года ему выплачивалась заработная плата в размере по 100 000 руб. ежемесячно с задержками на один месяц.

С 06.01.2016 года продолжил работу в должности <данные изъяты> на участке «МГ Пунга - Ухта – Грязовец км 31 – 58 ДУ 1400» в районе <адрес обезличен>. В связи с увеличением объёма выполняемых им работ его заработная плата по договорённости с <ФИО>1 составляла 140 000 руб. До 23.04.2016 года он работал без выходных по 11 часов. За период с января по март 2016 года заработную плату получил в конце августа 2016 года, и 16.11.2016 года получил часть заработной платы за апрель 2016 года в сумме 75 000 руб.

В 2015 и 2016 годах им выполнялась работа в охранной зоне Пангодинского линейно-производственного управления, у него были оформлены документы о допуске к работе и разрешение на работу в охранной зоне. После 23 апреля 2016 года он уехал домой из-за задержек выплаты заработной платы, на работу его никто не вызывал.

Заработная плата выплачивалась наличными за подписью в ведомости ООО «Газстрой».

Просит признать трудовыми отношения, сложившиеся между ним и ООО «ГазСтрой», в период с 20.07.2014 года по 23.04.2016 года, взыскать невыплаченную заработную плату за апрель 2016 года в сумме 75 000 руб. и компенсацию морального вреда за нарушение его трудовых прав в сумме 50 000 руб.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержал требования в полном объёме, дополнив, что работал на тех же объектах, что и ФИО2 в период с 01.11.2014 года по 23.04.2016 года <данные изъяты> с таким же графиком. В период работы с 01.11.2014 года по 28.12.2014 года он получал заработную плату по 70 000 руб. ежемесячно, затем в 2015 году заработную плату повысили до 100 000 руб., он подчинялся ФИО2, которым руководил <ФИО>1 В период работы в ООО «ГазСтрой» руководил работой тяжёлой техники по строительству дорог, руководил стропальщиками, загрузкой и погрузкой изоляционного материала на транспортные средства. За апрель 2016 года ему не выплачена заработная плата в размере 25 000 руб. из обещанных 100 000 руб. Просит признать трудовыми отношения, сложившиеся между ним и ООО «ГазСтрой», в период с 01.1.2014 года по 23.04.2016 года, взыскать невыплаченную заработную плату за апрель 2016 года в сумме 25 000 руб. и компенсацию морального вреда за нарушение его трудовых прав в сумме 50 000 руб.

Представитель истцов ФИО3 в судебном заседании поддержала исковые требования истцов в полном объёме.

Представитель ответчика ООО «ГазСтрой» ФИО4, действующий на основании доверенности, в судебном заседании не признал требования истцов в полном объёме, пояснив, что ООО «ГазСтрой» никогда не вступало с истцами в трудовые отношения, также, как и отсутствует в их штате начальник управления <ФИО>1 Объекты, которые указывают истцы в качестве места работы, привязаны к географических названиям населённых пунктов, поэтому он не может пояснить являются ли данные объекты местом подрядных работ, выполняемых ООО «ГазСтрой». Требования о взыскании заработной платы за апрель 2016 года заявлено в суд с пропуском срока для обращения в суд – 3 месяца в редакции Трудового кодекса Российской Федерации на апрель 2016 года, кроме того факт работы истцов в апреле 2016 года не подтверждается представленными третьим лицом документами. В удовлетворении требований просит отказать.

Представитель привлечённого к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ООО «Газпром Трансгаз Югорск» в судебное заседание не явился, обратившись с ходатайством о проведении судебного разбирательства в отсутствие представителя третьего лица (л.д. 189 т.3).

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судом определено рассмотреть гражданское дело при указанной явке.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен, каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 19.05.2009 N 597-О-О, суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст. ст. 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

Статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации определяет трудовые отношения как отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации, конкретного вида поручаемой работы работнику), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Основанием возникновения трудовых отношений является трудовой договор (ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

На основании ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами; предоставление ему работы, обусловленной трудовым договором; своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

В силу положений ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора. Приказ (распоряжение) работодателя о приеме на работу объявляется работнику под роспись в трехдневный срок со дня фактического начала работы. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежаще заверенную копию указанного приказа (распоряжения) (Статья 68 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В силу ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе.

Основания возникновения трудовых отношений установлены статьей 16 Трудового кодекса Российской Федерации, к числу которых, применительно к настоящему делу, относятся трудовой договор, заключаемый сторонами в соответствии с настоящим Кодексом, либо, если трудовой договор не был надлежащим образом оформлен, действия работодателя, которые свидетельствуют о фактическом допущении истца к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя.

К характерным признакам трудового правоотношения, позволяющим отграничить его от других видов правоотношений, в том числе гражданско-правового характера, относятся: личный характер прав и обязанностей работника, обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию в условиях общего труда с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка, возмездный характер трудового отношения.

В силу принципа состязательности сторон (статья 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) и требований части 2 статьи 35, части 1 статьи 56 и части 1 статьи 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В данном случае обязанность доказать возникновение трудовых отношений с ответчиком возложена на истцов.

Частью 4 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации установлена презумпция существования между организатором и исполнителем работ трудового договора.

О наличии сложившихся трудовых отношений между ООО «ГазСтрой» и ФИО2, ФИО1 свидетельствуют представленные третьим лицом ООО «Газпром Трансгаз Югорск» документы, позволяющие прийти к выводу о ненадлежащем выполнении ответчиком обязанностей по документальному оформлению трудовых отношений, факта выплаты заработной платы, а также обязанностей по удержанию и уплате подоходного налога, отчислений в Пенсионный фонд Российской Федерации.

На основании ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Так, между ООО «Газпром Трансгаз Югорск» и ООО «Газпром центрремонт» 30.10.2014 года заключен Агентский договор на организацию работ по капитальному ремонту объектов ООО «Газпром Трансгаз Югорск» на 2015 года на срок по 31.12.2015 года (л.д. 78-94 т.3).

В свою очередь, ООО «Газпром центрремонт» заключило с ООО «ГазСтрой» 22.12.2014 года договор подряда № ГЦР – 111ю2197л14 на выполнение работ по капитальному ремонту объектов ООО «Газпром Трансгаз Югорск» на срок по 31.12.2015 года (л.д. 116-137 т.3). В соответствии с приложением № 1 к данному договору объектом ремонта является Пунгинское ЛПУ МГ СРТО-Урал II, км 0-47, ДУ 1224 (л.д.140 т.3).

Аналогичные договора на 2016 год сторонами не были предоставлены, однако предоставлено Приложение № 2 к Агентскому договору от 30.10.2014 года, из которого следует, что 22.04.2016 года заключено Дополнительное соглашение №2 к агентскому поручению № 295 – 6 от 22.04.2016 года между принципалом ООО «Газпром Трансгаз Югорск» и агентом ООО «Газпром центрремонт» об организации выполнения работ по КР объектам принципала по договору подряда с победившим в конкурсе/запросе предложений подрядчиком ООО «ГазСтрой» (л.д.177 т.3).

Из пояснений истцов ФИО2 и ФИО1 следует, что объекты, на которых они работали и выполняли работы по переизоляции труб магистрального трубопровода, являлись режимными, в связи с чем у них были оформлены пропуска.

Как пояснил в судебном заседании представитель ответчика, ООО «ГазСтрой» заключает, как трудовые, так и гражданско-правовые договора на выполнение работ. При первоначальном обращении людей к ним за трудоустройством они составляют списки данных людей и направляют их в ООО «Газпром Трансгаз Югорск» для решения вопроса об их допуске к работам по переизоляции труб. Часть людей не проходит проверку в ООО «Газпром Трансгаз Югорск» и не допускаются к работам, часть людей может по субъективным причинам не приехать для дальнейшего трудоустройства после проведённых проверок.

Из представленных третьим лицом документов следует, что ООО «Газпром Трансгаз Югорск» приняло от ФИО1 письменное согласие на обработку его персональных данных 20.08.2015 года и 26.01.2015 года от ФИО2 (л.д.56, 57 т.3).

Затем, 16.11.2015 года в ООО «Газпром Трансгаз Югорск» из ООО «ГазСтрой» направлено письменное обращение «О направлении специалистов» для производства работ по капитальному ремонту на объекте Пунгинского ЛПУМГ ООО «Газпром Трансгаз Югорск» МГ «СРТО-Урал 2, км 0-47, ДУ 1220 мм, инв. №» на период выполнения работ на объект с 16.11.2015 года до 31.12.2015 года (л.д. 64-67 т.3). В указанном списке содержатся фамилии истцов с указанием их профессии в качестве мастеров СМР.

17.11.2015 года ООО «Газпром Трансгаз Югорск» оформлен Приказ № «О допуске к производству работ подрядной организации ООО «ГазСтрой», согласно которого ФИО2 назначен ответственным за безопасное проведение газоопасных работ. В Приложении № к Приказу ФИО2 указан в качестве мастера СМР, также как и ФИО1 (л.д.68-70 т.3).

Далее, истцы ФИО1 и ФИО2 поименованы в качестве мастеров СМР в письме ООО «ГазСтрой», адресованном ООО «Газпром Трансгаз Югорск», 27.01.2016 года «О направлении специалистов» для производства работ по капитальному ремонту на объекте Пунгинского ЛПУМГ ООО «Газпром Трансгаз Югорск» МГ «СРТО-Урал2, км 0-47, ДУ 1220 мм, инв. №» на период выполнения работ на объект со 02.01.2016 года до 31.12.2016 года (л.д.71-74 т.3).

ООО «Газпром Трансгаз Югорск» издан Приказ № от 10.02.2016 года «Об организации работ по капитальному ремонту газопровода подрядной организацией ООО «ГазСтрой» на период с 10.02.2016 года по 31.12.2016 года.

Согласно данного Приказа № от 10.02.2016 года к выполнению капитального ремонта с 10.02.2016 года и до окончания работ допускаются работники ООО «ГазСтрой», в том числе производителем работ назначен ФИО2 на участке «км 0-47 МГ «СРТО – Урал 2» (л.д.75 – 77 т.3).

Из пояснений в судебном заседании истцов следует, что в апреле 2016 года данный участок работ был закончен.

Из Журнала ООО «Газпром Трансгаз Югорск» учёта временных пропусков и регистрации вводного инструктажа по организации пропускного и внутриобъектового режимов на объектах Пунгинского ЛПУМГ ООО «Газпром Трансгаз Югорск» следует, что срок действия пропусков ФИО2 составлял с 20.07.2015 года по 31.12.2015 года и ФИО1 – с 04.09.2015 года по 31.12.2015 года (л.д.178 - 180 т.3).

В 2016 году срок действия пропусков ФИО2 составлял с 19.01.2016 года по 31.03.2016 года и ФИО1 – с 19.01.2016 года по 31.03.2016 года (л.д.181 т.3).

В судебное заседание истцами представлены пропуски на объекты с указанием период с 19.01.2016 года по 31.03.2016 года.

Суд приходит к выводу, что для признания отношений трудовыми необходимо установить фактическое допущение ответчиком истцов к работе. Период работы истцов в организации ответчика в 2014 году не подтверждён никакими доказательствами, кроме объяснений самих истцов, которые сторона ответчика оспаривает.

В 2015 году фактическое допущение истцов к работе подтверждается только с даты 20.07.2015 года. С указанной даты обоим истцам оформлены пропуска на режимные объекты ООО «Газпром Трансгаз Югорск», подрядные работы, на которых выполняла организация ответчика ООО «ГазСтрой».

При этом, срок действия пропусков обоих истцов истёк 31.03.2016 года.

После указанной даты, документов, свидетельствующих о фактическом допуске истцов до объектов и их работе истцов на данных объектах, обслуживаемых ООО «ГазСтрой» по договору подряда, суду не представлено.

Как пояснили истцы в судебном заседании, 23.04.2016 года они уехали домой, на работу их более никто не вызывал, желание уехать было вызвано задержкой выплаты заработной платы. В августе 2016 года им была выплачена заработная плата за период с января по март 2016 года, при этом полученную точную сумму они назвать не могут, не могут и пояснить о причинах разночтения сумм заработной платы в представленных ими табелях учета учёта рабочего времени за декабрь 2015 года, март 2016 года, апрель 2016 года (л.д.16-19 т.1).

Истец ФИО2 пояснил, что весь 2015 год ежемесячно получал по 100 000 руб., в 2016 году договорённость о размере заработной платы достигнута в сумме 140 000 руб. Однако, из табеля учёта рабочего времени за декабрь 2015 года следует, что ему начислена заработная плата в сумме 130 000 руб., в феврале 2016 года – 101 200 руб. в апреле 2016 года – 107 000 руб.

Истец ФИО1 пояснил в судебном заседании, что в 2015 году его заработная плата ежемесячно составляла 90 000 руб., в 2016 году – по 100 000 руб., в то время, как в табеле учёта рабочего времени в декабре 2015 года указана заработная плата истца в сумме 100 000 руб., в феврале 2016 года – 87 000 руб., в апреле 2016 года – 76 600 руб.

Табеля учёта рабочего времени, представленные истцами суду, не отвечают принципу допустимости доказательств (ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В наименовании объекта, указанного в данных табелях указано, как в 2015, так и в 2016 годах «МГ Пунга-Ухта – Грязовец (лупинг) км 31,55-58,15 ДУ 1400», в то время, как в представленных третьим лицом договорах, приказах наименование объекта указано, как «Пунгинское ЛПУМГ ООО «Газпром Трансгаз Югорск» МГ «СРТО-Урал2, км 0-47, ДУ 1220 мм, инв. №».

Отождествить наименование данных объектов в судебном заседании не представляется возможным, их тождество истцы не доказали. Кроме того, представленный ими табель учёта рабочего времени за апрель 2016 года распечатан в программе «XLSX» 14.07.2016 года (л.д.18 т.1).

Таким образом, ни табеля учёта рабочего времени, ни приказы ООО «Газпром Трансгаз Югорск», ни Журнал учёта временных пропусков и регистрации вводного инструктажа по организации пропускного и внутриобъектового режимов на объектах Пунгинского ЛПУМГ ООО «Газпром Трансгаз Югорск» не подтверждают фактическое исполнение ФИО1 и ФИО2 работ на объектах ООО «ГазСтрой» в апреле 2016 года.

Учитывая, что списки специалистов в ООО «Газпром Трансгаз Югорск» были предоставлены ООО «ГазСтрой», данные документы позволяют сделать вывод о наличии именно трудовых отношений, возникших между истцами и ответчиком, в период с 20.07.2015 года по 31.03.2016 года на основании фактического допущения истцов к работе.

Истцы подчинялись правилам внутреннего распорядка при выполнении работ по переизоляции трубопровода, они лично исполняли свою работу с использованием материала и оборудования ответчика.

Общий порядок оформления прекращения трудового договора предусмотрен в ст. 84.1. Трудового кодекса Российской Федерации.

Из пояснений истцов в судебном заседании следует, что в настоящее время они трудоустроены в АО «СУАЛ», намерения продолжать работу в ООО «ГазСтрой» в связи с задержкой выплаты заработной платы у них не было, на работу их никто не вызывал, возможность работы на режимном объекте в отсутствие пропуска отсутствовала, поэтому, несмотря на отсутствие со стороны истцов письменных заявлений об увольнении, суд считает возможным определить дату прекращения трудовых отношений 31.03.2016 года.

В связи с изложенным, при отсутствии доказательств фактического выполнения работ истцами в апреле 2016 года, не имеется оснований для взыскания с ответчика в пользу истцов заработной платы.

Согласно разъяснений, содержащихся в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 (ред. от 24.11.2015) «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.

Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

В соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ответчика в пользу истцов, суд считает необходимым определить в сумме по 5 000 руб. в пользу каждого в связи с установленным фактом нарушения трудовых прав работников.

С учетом положений ч. 1 ст. 98, ч.1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п/п 2 п.2 ст. 333.17, п/п1 п. 1 ст. 333.19, п/п 1 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 1200 руб., в том числе по 300 руб. – от суммы исковых требований неимущественного характера (о признании отношений трудовыми и компенсации морального вреда).

Данная сумма подлежит взысканию с ответчика в доход бюджета городского округа Краснотурьинск.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194, 196-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1, ФИО2 к Обществу с ограниченной ответственностью «ГазСтрой» о признании отношений трудовыми, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Признать факт трудовых отношений между ФИО1, ФИО2 и Обществом с ограниченной ответственностью «ГазСтрой» в период с 20 июля 2015 года по 31 марта 2016 года в должности мастеров строительно – монтажных работ.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ГазСтрой» в пользу ФИО1, ФИО2 компенсацию морального вреда в сумме по 5 000 рублей каждому.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ГазСтрой» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 1 200 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2 к Обществу с ограниченной ответственностью «ГазСтрой» о взыскании заработной платы за апрель 2016 года отказать.

На решение может быть принесена апелляционная жалоба в течение одного месяца с даты вынесения решения в окончательной форме в Свердловский областной суд через Краснотурьинский городской суд Свердловской области.

Председательствующий: судья (подпись) Шумкова Н.В.

СОГЛАСОВАНО