Апелляционное постановление № 10-7/2024 от 10 декабря 2024 г. по делу № 10-7/2024

Дело № Мировой судья Романова Е.П.


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

с.Тамбовка Амурская область 11 декабря 2024 года

Тамбовский районный суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Губарь Н.В.,

при секретаре Бугера Е.В.,

с участием прокурора Тамбовского района Ильиной Л.Ф.,

осужденного ФИО1,

защитника – адвоката ННО коллегии адвокатов «ЮРИСТЪ» Герасимчука Д.В., представившего удостоверение № 673 от 02.08.2018, ордер № 466 от 02.11.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании в апелляционном порядке уголовное дело по апелляционной жалобе защитника – адвоката Герасимчука Д.В. в интересах осужденного ФИО1 на приговор мирового судьи <адрес> по Тамбовскому окружному судебному участку от 22 октября 2024, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, с высшим образованием, в браке не состоящий, работающий электромонтером по эксплуатации счетчиков в филиале АО «ДРСК»-«Амурские электрические сети СП «ЦЭС» Тамбовский РЭС, военнообязанный, зарегистрированный по адресу: <адрес>, Тамбовский муниципальный округ, <адрес>, проживающий по адресу: <адрес>, Тамбовский муниципальный округ, <адрес>, ранее не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 139 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 10 000 рублей.

Выслушав участников судебного заседания, осужденного ФИО1, адвоката Герасимчука Д.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, позицию прокурора Ильиной Л.Ф., просившей приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным и осужден за незаконное проникновение в жилище, совершенное против воли проживающих в нем лиц.

Преступление совершено 18 января 2024 года в период времени с 11 до 14 часов в селе <адрес>, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Уголовное дело рассмотрено в общем порядке судебного разбирательства.

В апелляционной жалобе, поданной в защиту интересов ФИО1, защитник осужденного ФИО1 - адвокат Герасимчук Д.В. приводит доводы о не согласии с вынесенным приговором, считает его необоснованным ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, а также ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона. Поскольку суд первой инстанции ходатайство о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с малозначительностью совершенного им деяния, рассмотрел без исследования каких-либо материалов уголовного дела, сделав вывод о том, что действия обвиняемого не являются малозначительными, на основании совокупности характера совершенного деяния, умышленной формы вины, и тем самым суд фактически предрешил свои выводы о преступном характере деяния, совершенного ФИО1 и его виновности, которые в дальнейшем нашли отражение в обвинительном приговоре.

В нарушение ч. 1 ст. 276 УПК РФ были оглашены и положены в основу обвинительного приговора показания ФИО1, данные в качестве подозреваемого и обвиняемого от 26 июня 2024 года.

Указывает на то, что судом первой инстанции не дана надлежащая оценка всем доводам стороны защиты относительно недопустимости данных доказательств, ввиду того, что реальное право на защиту органом предварительного следствия ФИО1 обеспечено не было.

Суд первой инстанции оставил без внимания, не дал в приговоре никакой оценки доводам и доказательствам стороны защиты о том, что при вызове на допрос и перед допросом ФИО1 не предлагалось пригласить защитника самостоятельно. Заявка следователя о назначении ФИО1 защитника, (при отсутствии какого-либо волеизъявления на это с его стороны), была отправлена в Координационный центр Адвокатской палаты <адрес> сразу же после его вызова на 25 июня 2024 года, при этом ФИО1 не разъяснялось, в каком процессуальном статусе его вызывают к следователю.

Не опровергнуты показания ФИО1 и о том, что фактически допрос уже был подготовлен следователем, который фактически его ни о чем не спрашивал, консультацию защитника наедине и конфиденциально перед допросом он не получал. Между допросом в качестве подозреваемого, предъявлением обвинения и допросом в качестве обвиняемого прошло не более 20 минут, перед допросом в качестве обвиняемого ему, в нарушение ст.172 УПК РФ, никто не разъяснял право пригласить защитника самостоятельно.

ФИО1 обращался с жалобами на имя прокурора <адрес>, а также руководителя следственного отдела по <адрес> СУ СК РФ по <адрес>, на проведенные с ним следственные действия. Считает, что доказательства были получены с нарушениями требований УПК, являются недопустимыми и не могут быть положены в основу обвинения.

Ссылается на то, что в ходе судебного следствия стороной обвинения никаких доказательств в опровержение нарушений норм УПК при производстве допроса ФИО1 не приведено, а суд первой инстанции самостоятельно, в нарушение принципа состязательности сторон и презумпции невиновности сделал выводы о допустимости данных доказательств.

Полагает, что у суда первой инстанции имелись основания, в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, прекратить уголовное дело в отношении ФИО1, поскольку исследованными по уголовному делу доказательствами установлено, что на дату совершения вменяемого ФИО6 деяния в жилом помещении по адресу: <адрес>, Тамбовский МО, <адрес>, никто не проживал с октября 2023 года, и ФИО1 объективно не причинил никакого вреда в виде нарушения конституционного права на неприкосновенность жилища. Оценивая деяние с точки зрения малозначительности, суд первой инстанции, констатируя отсутствие какого-либо вреда, причинённого действиями ФИО1, тем не менее, признал действия ФИО1 общественно-опасными, при этом сославшись лишь на общие формулировки.

Просит суд приговор мирового судьи <адрес> по Тамбовскому окружному судебному участку от 22.10.2024 года по делу № отменить, производство прекратить на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, поскольку в уголовном деле не установлено ни одного негативного момента, позволяющего признать действия ФИО1 общественно-опасными, ссылаясь на судебную практику, согласно которой, признавая действия лиц, совершивших незаконное проникновение в жилище, общественно-опасным, должны учитываться ряд критериев: наличие преступных, противоправных либо аморальных мотивов и целей; способ проникновения в жилище (взламывание запирающих устройств), продолжительность нахождения в жилище; наличие прямого волеизъявления лица, проживающего в таком жилище, на отказ в предоставлении доступа в жилище; причинение какого-либо ущерба (помимо самого факта проникновения в жилище).

Письменных возражений на апелляционные жалобу от потерпевшей и государственного обвинителя не поступило.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии со ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

Согласно ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ, основаниями отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Фактические обстоятельства совершенного ФИО1 преступления установлены мировым судьей по результатам судебного разбирательства, проведенного в порядке, предусмотренном главами 35 - 38 УПК РФ.

Виновность ФИО1 подтверждена совокупностью собранных по делу и исследованных в судебном заседании доказательств, которым в приговоре дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, а также достаточности для правильного разрешения уголовного дела.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции обосновано положил в основу приговора показания ФИО1, данные в ходе предварительного следствия, поскольку показания ФИО1 в ходе предварительного следствия получены с участием защитника – адвоката Медведева Н.Д., что подтверждается ордером (т. 1 л.д. 52), подозреваемому ФИО1 следователем было предложено сообщить, кого именно он желает пригласить в качестве защитника или заявить ходатайство об обеспечении участия защитника следователем, ФИО1 просил назначить ему защитника за счет средств государства (т. 1 л.д.50), перед началом допроса ФИО1 были разъяснены процессуальные права, предусмотренные ст. 46, 49 УПК (т. 1 л.д. 64-67, 77-79), каких-либо замечаний, заявлений по окончании допроса ни от ФИО6, ни от его защитника не поступало.

Суд находит безосновательными и доводы жалобы о том, что допрос фактически не проводился, а тексты протоколов допроса были заранее подготовлены следователем, поскольку, как следует из протоколов допроса обвиняемого ФИО1 и допроса подозреваемого ФИО1 от 26.06.2024, ФИО1 на предварительном следствии допрашивался в обстановке, исключающей какое-либо незаконное воздействие на него, давал показания в присутствии защитника, полномочия которого удостоверены надлежащим образом, излагал обстоятельства происшедшего самостоятельно и добровольно, так как считал это нужным, указывал при допросах, что чувствует себя хорошо и желает дать показания, каких-либо замечаний не делал в протоколах. ФИО1, как этого требует ст. 166 УПК РФ, были разъяснены положения статьи 51 Конституции РФ и права, предусмотренные ст. ст. 46, 47 УПК РФ, в том числе и о том, что он не обязан давать показания, может отказаться давать показания, и, что при согласии дать показания они могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, что удостоверено подписями ФИО1 и его защитника. ФИО1 согласился дать показания, добровольно рассказал об обстоятельствах дела, что и отражено в протоколах его допросов, при этом содержащиеся в протоколах допроса сведения, в том числе о его личности, составе и месте проживания его семьи, учебе, работе, состоянии здоровья убеждают суд в том, что протоколы следователем составлены со слов обвиняемого.

Таким образом, каких-либо нарушений прав ФИО1 при его допросах на предварительном следствии не допущено, показания осужденного на предварительном следствии были получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона.

Каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о том, что защитник ненадлежащим образом исполнял свои обязанности по защите интересов ФИО1 или самоустранился от защиты своего подзащитного, не установлено. Заявление ФИО1 от 01.07.2024 об отказе от услуг защитника Медведева Н.Д. и замене на адвоката Герасимчука Д.В., с которым у него заключено соглашение, рассмотрено следователем незамедлительно в соответствии с уголовно-процессуальным законом, к участию в деле для защиты прав и законных интересов обвиняемого 01.07.2024 допущен адвокат ННО «ЮРИСТЪ» - Герасимчук Д.В.

В связи с чем доводы апелляционной жалобы о нарушении права ФИО1 на защиту в ходе предварительного следствия суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

Доказательства, положенные в основу приговора в отношении ФИО1 получены с соблюдением требований ст.ст. 74, 86 УПК РФ и сомнений в их достоверности не вызывают.

Из протоколов судебных заседаний следует, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. ст. 273 - 291 УПК РФ. Судебное разбирательство проведено с соблюдением принципов состязательности сторон и презумпции невиновности, нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение приговора, которые бы повлияли на исход дела не допущено. Стороне обвинения и защиты были предоставлены равные возможности для реализации своих прав, при этом ограничений прав участников уголовного судопроизводства, допущено не было. Все представленные сторонами суду доказательства исследованы, заявленные ходатайства разрешены в установленном законом порядке, в соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ и по ним приняты мотивированные решения.

Вопреки доводам жалобы, и как усматривается из протокола судебного заседания, оглашение показаний ФИО1, данных на досудебной стадии производства по делу, было осуществлено судом по ходатайству стороны обвинения, в связи с имеющимися в показаниях противоречиями, после выяснения мнений участников судебного разбирательства, то есть на основании п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, когда получение согласия всех участвующих в деле лиц не требуется.

Возникшие расхождения в показаниях были выяснены в ходе судебного разбирательства и оценены судом.

Всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, проверив доказательства, сопоставив их друг с другом, оценив собранные доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу об их достаточности для разрешения дела. Правила оценки доказательств, предусмотренные ст. 88 УПК РФ, судом соблюдены, все значимые фактические данные судом приняты во внимание.

На основании совокупности исследованных доказательств при разбирательстве по делу установлено, что ФИО1 ВА., достоверно зная, что Потерпевший №1 не приглашала его в свое жилище - <адрес> в <адрес> муниципального округа <адрес>, и не давала своего согласия на вход в указанное жилое помещение, незаконно проник в жилище Потерпевший №1, тем самым нарушил конституционные права потерпевшей Потерпевший №1 на неприкосновенность жилища, закрепленного в ст.25 Конституции РФ.

Обоснованность изложенных в приговоре выводов, сделанных судом первой инстанции, не вызывает сомнений у суда апелляционной инстанции, который также соглашается с приведенной в приговоре оценкой доказательств и подробным анализом обстоятельств совершения преступления.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии преступности деяния вследствие того, что в жилом помещении на период 18 января 2024 Потерпевший №1 не проживала и с точки зрения стороны защиты, действия ФИО1 объективно не причинили никакого вреда в виде нарушения конституционного права на неприкосновенность и не повлекли для потерпевшей негативных последствий, являются несостоятельными.

Диспозиция ч. 1 ст. 139 УК РФ, предусматривает наступление уголовной ответственности за незаконное проникновение в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица, т.е. закреплено конституционное право на неприкосновенность жилища гражданина (ст. 25 Конституции РФ), а именно уголовный закон выполняет охранительную функцию, юридически обеспечивая ограждение гражданина от вторжения в жилище (а тем самым и в частную жизнь) со стороны третьих лиц, при этом часть 1 статьи 139 УК РФ не связывает нарушение этого конституционного права гражданина с наступлением еще каких-либо вредных последствий.

В соответствии со ст. 25 Конституции РФ право на неприкосновенность жилища относится к основополагающим безусловным и неотъемлемым конституционным правам человека.

Из установленных обстоятельств следует, что ФИО1 без ведома и разрешения Потерпевший №1 вошел в квартиру, чем нарушил ее право на неприкосновенность жилища.

В соответствии с установленными фактическим обстоятельствами мировой судья квалифицировал действия осужденного по ч. 1 ст. 139 УК РФ - незаконное проникновение в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица.

Оснований для иной квалификации действий осужденного суд апелляционной инстанции не находит, совершенное ФИО1 преступления верно квалифицировано судом первой инстанции.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд необоснованно не усмотрел признаков малозначительности, судом не было принято во внимание, что в квартире потерпевшей Потерпевший №1 ФИО1 находились не более 1 минуты, далее прихожей не проходил, никаких вещей, предметов не трогал, а дальнейшее поведение ФИО1 свидетельствует о продолжении поиска лиц, проживающих в квартире, не состоятельны.

В соответствии с ч. 2 ст. 14 УК РФ не является преступлением действие (бездействие) хотя формально и содержащие признаки какого-либо деяния, предусмотренного уголовным законодательством, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности.

В соответствии с п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года №46 «О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях против конституционных прав и свобод человека и гражданина (ст. 137, 138, 138.1, 139, 144.1, 145, 145.1 УК РФ)» при незаконном проникновении в жилище умысел виновного должен быть направлен на нарушение прав проживающих в нем граждан на его неприкосновенность. При решении вопроса о наличии у лица такого умысла следует исходить из совокупности обстоятельств дела, в том числе, наличия и характера его взаимоотношений с проживающими в помещении, строении гражданами, способа проникновения и других.

В соответствии с Определением Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июля 2013 года N 1162-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО2 на нарушение его конституционных прав частью второй статьи 14 Уголовного кодекса Российской Федерации» при оценке степени общественной опасности необходимо учитывать мнение и значимость содеянного для потерпевшего, что является социальной ценностью и наряду с причиненным вредом учитывается при характере общественной опасности преступления (в соответствии с постановлением пленума Верховного суда Российской Федерации от 22.12.2015 № 58).

Вопреки доводам защиты, преступление, предусмотренное ст. 139 УК РФ, посягает на отношения, возникающие в особо регулируемой сфере - конституционных прав и свобод человека и гражданина, с учетом характера преступления и особой значимости, охраняемых законом отношений, выступающих объектом посягательства, в связи с чем они не могут быть признаны малозначительными.

Суд первой инстанции верно не усмотрел оснований для признания действий ФИО1 в соответствии ч. 2 ст. 14 УК РФ малозначительными, мировым судьей правильно применены положения статьи 25 Конституции РФ, устанавливающей неприкосновенность жилища. Никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании вынесенного в соответствии с ним судебного решения. Конституционный принцип неприкосновенности жилища является составной частью неприкосновенности прав личности. Защита прав личности, общественных отношений в данной сфере приоритетна для государственных органов. Состав данного преступления формальный, преступление считается оконченным с момента проникновения в жилище. Способ проникновения в жилище для квалификации рассматриваемого преступления значения не имеет. Он может быть открытым или тайным, совершенным в присутствии в жилище проживающих там лиц или других людей, так и в их отсутствие, а также без взлома замков и дверей. При доказанности факта проникновения в жилище без согласия проживающих в нем лиц, цель проникновения в жилище не имеет правового значения.

Обоснованность изложенных в приговоре выводов, сделанных судом первой инстанции, не вызывает сомнений у суда апелляционной инстанции, который также соглашается с приведенной в приговоре оценкой доказательств и подробным анализом обстоятельств совершения преступления.

Суд апелляционной инстанции так же не находит оснований для прекращения уголовного дела ввиду его малозначительности в соответствии с ч. 2 ст. 14, ч. 2 ст. 24 УК РФ, находя выводы суда первой инстанции в указанной части обоснованными.

При назначении наказания ФИО1 суд обоснованно руководствовался требованиями ст. 6, 43 и 60 УК РФ, и исходил из степени тяжести и общественной опасности совершенного преступления, данных о личности осужденного, наличия по делу смягчающих обстоятельств.

Свои выводы относительно отсутствия оснований для назначения наказания с применением ст. 64 УК РФ и изменения категории преступления, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, суд убедительно мотивировал в приговоре, с чем суд апелляционной инстанции полностью соглашается.

При определении ФИО1 вида и размера наказания суд учел данные о личности осужденного, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, влияние назначаемого наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, отсутствие отягчающих обстоятельств, смягчающие обстоятельства к которым отнес активное способствование раскрытию и расследованию преступления, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка, частичное признание вины, положительные характеристики.

Оснований полагать, что суд первой инстанции при назначении осужденному наказания не учел иные известные на момент вынесения решения смягчающие обстоятельства, не имеется.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, фактических обстоятельств дела, характера действий, совершенных осужденным, данных о его личности, мировой судья пришел к обоснованному выводу о том, что исправление ФИО1 Г. возможно в случае назначения наказания в виде штрафа и отсутствии оснований для применения положений ст. 64 УК РФ, приведя соответствующие мотивы такого решения, никаких оснований не соглашаться с которыми не имеется.

Размер штрафа определен с учетом тяжести совершенного преступления, имущественного положения осужденного и его семьи, а также возможности получения им заработной платы и иного дохода.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену или изменение приговора, по делу не установлено, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по изложенным в ней доводам, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 389.9, 389.13, 389.20, 389.28, УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор мирового судьи Амурской области по Тамбовскому окружному судебному участку от 22 октября 2024 года в отношении ФИО1 - оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника адвоката Герасимчука Д.В. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ в Девятый кассационный суд общей юрисдикции, в течение шести месяцев со дня его вступления в законную силу.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья Н.В.Губарь