Апелляционное определение № 22-538/2026 от 15 февраля 2026 г.

Судья Тузков С.П. Дело № 22-538/2026


Апелляционное определение

г. Нижний Новгород «16» февраля 2026 года

Суд апелляционной инстанции Нижегородского областного суда в составе председательствующего судьи Митягиной И.Ю.,

судей Карнавского И.А., Лебедевой С.В.,

при секретаре судебного заседания Антонове К.М.,

с участием прокурора апелляционного отдела Нижегородской областной прокуратуры Лимоновой Н.А.,

потерпевшей (гражданского истца)—ФИО1,

осужденного ФИО2,

защитника осужденного ФИО2—адвоката Канаева Г.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу осужденного ФИО2 (с дополнением к ней) на приговор Ленинского районного суда г. Н.Новгорода от 19.12.2025 г., которым:

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ,

осужден по п. «в» ч.2 ст. 238 УК РФ и назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 (два) года.

Назначенное ФИО2 наказание в виде лишения свободы на основании ст.73 УК РФ считать условным с испытательным сроком 1(один) год 6 (шесть) месяцев.

На основании ч.5 ст.73 УК РФ на ФИО2 возложены следующие обязанности: встать на учет и периодически являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного по месту жительства; не менять постоянное место жительства без уведомления указанного специализированного государственного органа.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении сохранена до вступления приговора в законную силу. После вступления приговора в законную силу меру пресечения отменить.

Гражданский иск потерпевшей ФИО38. удовлетворен частично. Взыскано с ООО ГК «Облгазэнергомонтаж» ( ИНН: №, ОГРН: №) в пользу ФИО37 (паспорт № №) в счет возмещения морального вреда 2000000 (два миллиона) руб.

Судьба вещественных доказательств решена.

установил:

ФИО2 признан виновным и осужден за выполнение работ и оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, повлекших по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено 24.11.2022 г. на территории Ленинского района г. Н.Новгорода при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.

Вину в совершении преступления ФИО2 не признал, в судебном заседании показал, что все работы в квартире ФИО28 по изменению высоты расположения газовой колонки и монтажу выводящего патрубка с газовой колонки в канал (дымоход) в ванной комнате он выполнил согласно заявке с соблюдением действующих технических норм, при этом получил участок разгона от колонки до дымохода, который должен быть менее 300 мм. Другие работы в квартире ФИО28 он не выполнял и в заявке других работ не имелось, поэтому виновным себя в предъявленном преступлении и в наступлении смерти несовершеннолетнего ФИО7 не считает. С заявленным гражданским иском не согласен и просил его отклонить.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 просит приговор Ленинского районного суда г.Н.Новгорода от 19.12.2025 г. отменить. Указывает, что приговор вынесен с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, которые повлияли на вынесение законного и обоснованного судебного решения. Выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам. Его вина в совершении вмененного ему преступления не доказана в ходе судебного разбирательства, обвинение не обосновано.

В дополнениях к апелляционной жалобе осужденного, последний вместе со своим защитником просят оспариваемый приговор отменить, оправдать ФИО2 в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. В обоснование своих доводов указывают, что судом не приняты во внимание показания свидетелей Свидетель №5, Свидетель №3, которые показали, что газовая колонка в ночное время не работала, следовательно колонка не могла выделять угарный газ. Суд основал свои выводы на предположении о наличии причинно-следственной связи между установкой дымохода и смертью потерпевшего, произошедшей спустя почти полтора года. Суд не дал оценки тому факту, что в период с 24.11.2022 г. (дата установки) по 11.03.2024 г. (дата происшествия) ни одного случая отравления или жалоб на ухудшение самочувствия не зафиксировано. Суд проигнорировал заключение ООО «Технология муниципального сервиса» от 09.01.2023 г., согласно которому спустя полтора месяца после установки оборудования техническое диагностирование внутридомового газового оборудования подтвердило отсутствие каких-либо проблем с дымоходами, вентиляционными каналами, загазованностью помещений и целостностью строительных конструкций. Не исследовал и не дал оценки актам периодической проверки дымовых и вентиляционных каналов за ноябрь 2023 и февраль 2024 года, согласно которым дымовые и вентиляционные каналы в квартирах 1-22 признаны пригодными для эксплуатации, тяга имеется. Судебная строительно-техническая экспертиза не установила конкретный механизм проникновения угарного газа из квартиры № 16 в санузел квартиры № 20.

Материалы дела содержат обстоятельства, устраняющие причинно-следственную связь, так газовая колонка в момент происшествия не работала, что подтверждается показаниями Свидетель №5 на очной ставке с ФИО2, пояснениями специалиста ФИО12 Между установкой оборудования и смертью потерпевшего имелся временной промежуток 1 год 3 мес. 15 дн., что свидетельствует о наличии иных причин произошедшего.

Независимые проверки газового оборудования (январь 2023 г., ноябрь 2023 г., февр. 2024 г.) подтверждали отсутствие каких-либо проблем с газовым оборудованием, дымоходами и вентиляционными каналами. Конкретный механизм проникновения угарного газа в квартиру потерпевшей не установлен, а проведенный эксперимент с дымовой шашкой не является корректным исследованием.

Органами расследования не исследовалась возможность образования угарного газа в квартире потерпевшей из-за ее собственного неисправного газового оборудования, чтоб порождает неустранимые сомнения.

Состав вмененного ФИО2 преступления в части субъективной стороны характеризуется наличием прямого умысла, однако, материалы дела не содержат доказательств этого. Изложенное подтверждается показаниями главного инженера Свидетель №15, директора ООО АБ «КСК» Свидетель №2

Все действия ФИО2 контролировались по телефону ФИО14Н., что подтверждается показаниями свидетелей Свидетель №3, Свидетель №5 Достоверных доказательств того, что именно ФИО2 подключил газ к колонке по делу не имеется. Изложенное свидетельствует о том, что субъективная сторона преступления по делу не была установлена.

Положенная в основу приговора строительно-техническая экспертиза содержит многочисленные нарушения, в том числе, в части того, что в основу исследования был положен некорректный эксперимент с дымовой шашкой. В удовлетворении ходатайства стороны защиты о проведении дополнительной экспертизы было отказано. Сама экспертиза была проведена через шесть месяцев после произошедшего, когда изменились условия ее проведения и эксперты не смогли воспроизвести аналогичные условия, в связи с чем, экспертиза носила предположительный характер. Экспертиза не провела газоаналитического моделирования, а также не ответила на ключевой вопрос о наличии смертельных концентрации угарного газа с учетом фактических обстоятельств по делу.

Показания ФИО2 были неверно оценены судом, который, в том числе не подключал колонку к газу, а выполненные им работы согласовывал с главным инженером организации. ФИО2 подключил колонку к дымоходу, что подтверждается показаниями свидетелей Свидетель №14, ФИО8, Свидетель №10, т.е. выполнил правильное подключение, исключающее возможность образования угарного газа в квартире потерпевшей. Отсутствие опасности выполненного ФИО2 подключения подтверждено ООО «Технология муниципального сервиса», которое провело необходимую диагностику и подтвердило исправность системы.

Ввиду того, что ФИО2 не подключал газ к колонке, то соответствующую ответственность должно нести лицо, выполнившее эти работы. Изложенное подтверждается детализацией звонков Свидетель №3, который звонил ему после выполненных работ для консультации по вопросу подключения газа. Соответствующие показания ФИО28 являются недостоверными, поскольку это исключает возможность привлечения их к уголовной ответственности.

На стадии расследования следователь необоснованно отказала в проведении дополнительной строительно-технической экспертизы. На стадии судебного следствия суд не устранил данное нарушение.

Судом были допущены нарушения на стадии рассмотрения дела по существу, так по делу отсутствует аудиозапись судебного заседания от 22.01.2025 г., согласно акту она была утеряна, что нарушает права стороны защиты. А 17.02.2025 г. председательствующий по делу допустил высказывания, свидетельствующие о предрешенном исходе дела, заявляя о «правильном расположении дымохода». При допросе свидетелей по делу суд также выходил за пределы своих полномочий, задавая участникам судебного разбирательства наводящие вопросы. При таких обстоятельствах по делу усматриваются основания для отмены приговора Ленинского районного суда г.Н.Новгорода от 19.12.2025 г. и вынесении по делу оправдательного приговора.

В возражениях потерпевшей ФИО1 на жалобу стороны защиты последняя находит оспариваемый приговор законным и обоснованным, а жалобу стороны защиты не подлежащей удовлетворению.

В суде апелляционной инстанции осужденный ФИО2 и адвокат ФИО9 поддержали доводы апелляционной жалобы (с дополнением осужденного, просили оспариваемый приговор отменить, оправдать ФИО2 в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Участвующая в суде апелляционной инстанции прокурор Лимонова Н.А., а также потерпевшая ФИО1 просили в удовлетворении апелляционной жалобы (с дополнением) стороны защиты отказать, состоявшийся в отношении ФИО2 приговор оставить без изменения.

Проверив представленные материалы, доводы апелляционной жалобы (с дополнением), заслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему:

Суд апелляционной инстанции не усматривает нарушений уголовно-процессуального закона, допущенных при производстве по делу, которые ставили бы под сомнение законность возбуждения, расследования дела, передачу его на стадию судопроизводства и в дальнейшем - саму процедуру судебного разбирательства.

Повод и основание возбуждения уголовного дела соответствуют указанным в ст. 140 УПК РФ. Расследование уголовного дела проведено в рамках установленной законом процедуры, с соблюдением прав всех участников уголовного судопроизводства, в сроки, установленные уголовно-процессуальным законом. Обвинительное заключение отвечает требованиям ст. 220 УПК РФ и утверждено надлежащим лицом, не имеет таких недостатков, которые исключали бы возможность отправления на его основе судопроизводства по делу и постановления приговора.

Данных о том, что предварительное следствие и судебное разбирательство проводилось предвзято либо с обвинительным уклоном, что суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, в материалах уголовного дела не содержится.

Предварительное расследование проведено в достаточном объёме, а уголовное дело рассмотрено судом полно, всесторонне и объективно с соблюдением принципа презумпции невиновности. Обстоятельств, свидетельствующих о необъективности или предвзятости суда при рассмотрении уголовного дела в целом, исследовании доказательств, либо искажении существа представленных доказательств, равно как данных о том, что суд необоснованно, в нарушение принципа состязательности, отказал кому-либо из участников процесса в исследовании и оценке доказательств, которые этот участник представил или об исследовании которых ходатайствовал, несмотря на то, что их исследование могло повлиять на принятие решения по существу дела, не установлено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы (с дополнением) стороны защиты постановленный судом приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к его содержанию. В нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку с приведением ее мотивов, аргументированы выводы, относящиеся к вопросу квалификации преступления, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к делу.

Выводы суда о виновности ФИО2 в совершении инкриминируемого ему преступления являются обоснованными и подтверждаются совокупностью всесторонне исследованных в судебном заседании доказательств, в частности: показаниями потерпевшей ФИО1, которая показала, что проживает в кв. 20 <адрес> по <адрес> г.Н.Новгорода с самого рождения, какого-либо переустройства, перепланировки жилого помещения не проводилось, в данной квартире также проживают ее близкие. На кухне квартиры установлена газовая плита и колонка, неисправностей при их эксплуатации не имелось. 10.03.2024 г. вечером ее несовершеннолетний сын пошел мыться в ванную, где позднее был обнаружен без признаков жизни. Ранее ее близким также становилось плохо после пребывания в ванной комнате, в том числе ее дочери, но она думала, что это вызвано иными причинами. В ночь с 10 на 11 марта 2024 года другие её родственники во время пребывания в квартире, где скончался её сын, на свое самочувствие не жаловались и ухудшения состояния здоровья не почувствовали.

Приведенные показания потерпевшей ФИО1 соответствуют показаниям свидетеля Свидетель №1 (т.1 л.д. 143-146)

Из показаний свидетеля Свидетель №3 следует, что он с женой и сыном проживает в кв. №16 в <адрес>. В данной квартире каких-либо перепланировок, переустановок на кухне и в ванной комнате, они не проводили, все газовое оборудование в квартире было установлено прежними хозяевами квартиры, в том числе и в ванной комнате уже находилась газовая колонка, которую после данного трагического случая они переустановили в кухню. 22.11.2022 г. к ним в квартиру приходили сотрудники обслуживающей дымоходы организации ООО АБ «КСК», которые составили акт о якобы имеющемся нарушении: «дымоход используется не по назначению». После этого им был отключен газ в квартире. На следующий день жена заключила договор на обслуживание ВКГО и в этот же день к ним приходил слесарь специализированной организации, который осмотрел газовую колонку. 24.11.2022 г. к ним пришел другой слесарь (ФИО2), который, осмотрев колонку, сказал, что с ней все в порядке. Тогда он показал ему акт от 22.11.2022 г., где было указано, что дымоход не используется по назначению. Для прояснения ситуации он созвонился с руководителем ООО АБ «КСК» ФИО14, который разговаривал с ФИО2, после чего тот сказал, что понял, что необходимо сделать. После этого ФИО2 установил колонку на 15-20 см. ниже прежнего места, а также подсоединил выход дымоходной трубы с колонки к отверстию, расположенному непосредственно в ванной комнате, а ранее использованный дымоход, подключенный в кухне, демонтировал. После установки колонки ему хотелось побыстрее запустить ее, он позвонил Свидетель №2, сообщил об окончании работ, а также отправил тому фотографии с выполненными работами. Свидетель №2 сказал, что все сделано правильно. На просьбу подключить ему газовую колонку, Свидетель №2 сказал, что это возможно через несколько дней. ФИО2 сказал, что он уполномочен для проведения таких работ и может подключить газовую колонку самостоятельно, после чего ФИО2 снял заглушки с газовой трубы и специальным металлическим шлангом подключил газовую колонку к подающему газопроводу, затем проверил места соединения на предмет утечки газа, и сразу же проверили газовую колонку, она работала. О выполненной работе был составлен акт сдачи-приемки оказанных услуг, за оказанные услуги им насчитали по акту около 7000 руб., но они платили ФИО2 еще за что-то, что именно он не помнит, всего отдали за работу около 9000 руб. В этот же день они мылись в ванной, горячая вода подавалась через газовую колонку. Вечером, в ночь с 10 на ДД.ММ.ГГГГ он и все его члены семьи находились дома, вечером супруга ходила мыться в ванную, горячую воду получали от газовой колонки, но после 21:00 ч. уже никто не мылся, поскольку в это время они ложатся спать. После трагического случая со смертью ребенка у соседей из <адрес>, к ним домой приходила сотрудница газораспределяющей организации – Свидетель №11, с ней был Свидетель №2, которые выявили то, что дымоотводящая труба от газовой колонки в ванной комнате выведена в вентиляционный канал, о чем был составлен соответствующий акт. (т.1 л.д. 151-154)

Свидетель Свидетель №5 дала показания, аналогичные показаниям свидетеля Свидетель №3 (т.1 л.д. 158-161, т.2 л.д. 22-25, т.2 л.д. 86-88, т.4 л.д. 80-84).

Из показаний свидетеля ФИО11 следует, что по ноябрь 2023 года он работал директором ООО Агентство Безопасности «КСК», которое занималось обслуживанием, проверкой на соответствие требованиям, прочисткой, ремонтом и восстановлением дымоходов. 22.11.2022 г. мастером их организации проводилось плановое обследование вентканалов в <адрес> г.Н.Новгорода, где в квартире № 16 данного дома было установлено, что газовая колонка располагается в ванной комнате, что является нарушением требований по использованию газового оборудования, а газоотводящая труба была установлена в кухне в дымоход, где находился прочистной карман и вентканал. Так же, в ванной комнате было выявлено три отверстия, то есть прочистной карман, вентканал и дымоход, что побудило сомнение у проверяющего специалиста. По результатам проверки проверяющим был составлен акт, на основании которого квартира была отключена от газоснабжения. На следующий день ему позвонил собственник квартиры №16 <адрес> с жалобами по поводу отключения газа. Для прояснения вопроса он получил из ДУК Ленинского района г.Н.Новгорода сведения о том, что в квартире №16 <адрес> газифицирующим помещением является кухня и выход из колонки должен быть смонтирован в дымоход на кухне. Он не давал разрешения жильцам данной квартиры на подключение газовой колонки к подающему газопроводу. После отключения газоснабжения в квартире №16 было необходимо перенести газовое оборудование – газовую колонку в кухню. После трагического случая он заходил в обе квартиры: в кв. 16 и в кв. 20. В квартире №20 газовая колонка находилась согласно установленным требованиям в помещении кухни. В кв. 16 газовая колонка была смонтирована в ванной комнате, что категорически запрещено, а дымоход от колонки был заведен в вентиляционный канал в ванной комнате. В ходе расследования настоящего уголовного дела он участвовал в следственном эксперименте, в ходе которого в ванной комнате квартиры № 16 зажигалась дымовая шашка, а он и другие участники находясь в ванной комнате кв. 20 в вентиляционном окне видели проходящий дым. Это он может объяснить тем, что от всех квартир вентиляционные каналы вверху на крыше соединялись в едином пространстве – так называемым «боров», откуда при обратной тяге отработанные газы могли попадать через вентиляционную решетку в ванное помещение квартиры №20, так как отверстие вентиляции в квартире на последнем этаже дома, располагается на расстоянии 20 см. от самого борова. 11.03.2024 г. он также участвовал в осмотре места происшествия в кв. 20, в ходе которого следователем было зафиксировано, что в вентиляционном канале в ванной, где умер мальчик, имелась тяга в обратном направлении, как при закрытых, так и при открытых окнах. По какой причине была тяга в обратном направлении, он не знает, причин много, и возможно задувание ветра, и то, что газовая колонка в квартире №16 данного дома была подключена в нарушении технических требований к вентиляционный каналу в ванной комнате. (т.1 л.д. 186-188, л.д. 232-235, т.2 л.д. 26-29, т.1 л.д.90-93).

Из показаний свидетеля Свидетель №8 следует, что в ноябре 2022 года он проводил плановую проверку дымоходов и вентканалов в <адрес> г.Н.Новгорода, в план проверки входили все квартиры жилого дома, об этом в подъездах вывешивалось объявление. В этот день им была проверена квартира №16 данного дома, где он увидел, что газовая колонка расположена в помещении ванной комнаты, а дымоход от колонки выходил через стену в кухню и входил в канал на кухне. При этом на кухне и в ванной комнате в стенах было по три отверстия: два отверстия располагались один под другим, нижнее отверстие походило на карман чистки, а третье отверстие немного в стороне. Наличие и в кухне и в ванной комнате отверстий по 3 штуки, дали ему повод усомниться в правильности вывода дымохода от колонки на кухню. Увиденное он зафиксировал в акте проверки, где указал, что «дымоход не используется по назначению». (т. 1 л.д. 229-231).

Допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель №14 показал, что с июня 2024 года он является директором новой созданной организации ООО «ОблГазЭнергоМонтаж». Ранее, с мая 2015 года он состоял в должности директора ООО ГК «ОблГазЭнергоМонтаж», которое занималось обслуживанием внутридомового и квартирного газового оборудования на основании заключенных договоров с собственниками жилья, и он как директор организовывал деятельность и руководил организацией. В ноябре 2022 года в компанию поступила заявка о переносе дымохода от жительницы квартиры №16 д. № по <адрес> г.Н.Новгорода, которой был отключено газоснабжение. На место выезжали слесарь Свидетель №10, который произвел замеры и провел подготовку необходимого материала и деталей, выполнял монтажные работы в квартире заказчика слесарь монтажник ФИО2, который представлял именно их организацию. ФИО2 провел работы по переустановке газовой колонки и присоединил колонку к новому дымоходу, расположенного рядом с газовой колонкой в ванной комнате, до этого дымоход выходил в кухню. При проведении переустановки колонка была отключена от газоснабжения, пуск газа и подключение газовой колонки к газопроводу они не делали, поскольку эти работы должны выполняться специализированной газовой службой. (т. 2 л.д. 31-35).

Показания свидетеля Свидетель №14 соответствуют показаниям свидетеля Свидетель №15 (т.2 л.д. 81-85).

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №11 она, будучи начальником службы внутридомового газового оборудования Автозаводского ремонтно-эксплуатационного подразделения ООО «Газпром газораспределение Нижний Новгород», принимала участие в обследовании после произошедшей гибели ребенка она принимала участие в комиссионном осмотре газового оборудования дома, так в кв. 20 тяга в вентканалах имелась, фактов выявления угарного газа в квартире 20 не обнаружено, гофрированный отвод от колонки повреждений не имел, они образовались уже поле его демонтажа. При обследовании кв. 16 данного дома было выявлено нарушение - газовая колонка располагалась в санузле, газоотводящая труба колонки была подключена в неустановленное отверстие санузла, то есть достоверной информации о том, что это дымоход или вентканал не было. В соответствии с планами технической документации <адрес> г. Н.Новгорода газовое оборудование, то есть газовая колонка и газовая плита должны находится в помещении кухни каждой квартиры данного дома, соответственно и дымоходы располагаются в помещении кухни данного дома. В случае предположения появления угарного газа от газовой колонки в помещении кухни, расположенной в квартире № 20, то отравление либо симптомы недомогания почувствовали бы и другие жители квартиры. Так как погибший находился в отдельном помещении, можно утверждать, что угарный газ туда поступал через вентканал. Причинами возникновения обратной тяги могут послужить нарушения правил эксплуатации газового оборудования, несанкционированное самовольное подключение газового оборудования, установка оборудования с нарушением требований завода изготовителя, разрушение вентканалов и дымоходов, обледенение оголовка, пользование газовым оборудованием при закрытых окнах, неблагоприятные погодные условия, например, очень жаркие дни либо сильные порывы ветра. (т. 2 л.д. 7-11).

Из показаний свидетеля Свидетель №12 следует, что он являлся владельцем квартиры №16 <адрес> до семьи ФИО28. Газовая колонка в квартире была расположена в ванной, от отводная труба от нее шла в дымоход на кухне. В ванной комнате имелся канал с двумя отверстиями, одно из них – сам вентканал для отвода воздуха, а второе отверстие – это карман чистки этого вентканала, который необходим был для удаления засора, поскольку его квартира на втором этаже была тупиковой, на первом этаже располагались торговые помещения, а не жилая квартира. Об этом он может сказать с уверенностью, поскольку проверяющих по пожарной безопасности – ВДПО, интересовал лишь дымоход, который находился на кухне, куда и был выведен дымоход от газовой колонки. А в ванной комнате располагался вентиляционный канал, он не прямой, а выходит в общую систему вентиляции, поэтому его использовать как дымоход запрещено.

В соответствии с показаниями свидетеля Свидетель №13, работающего заместителем главного инженера в ДУК <адрес> г.Н.Новгорода, работы по проверке дымоходов и вентиляционных каналов по газовому оборудованию проводились по договору подрядной организацией ООО АБ «КСК». Осенью 2022 года по результатам выявленных нарушении при использовании газового оборудования представителем ООО АБ «КСК» было принято решение об отключении газа до устранения нарушений. Сведений об исправлении выявленных нарушении не поступали. Согласно техническому паспорту многоквартирного <адрес> г. Н.Новгорода плиты и проточные водонагреватели должны быть установлены в помещении кухонь. (т. 2 л.д. 18-21).

Судом первой инстанции по ходатайству стороны защиты в качестве специалиста был допрошен ФИО12, обладающий специальными познаниями в сфере инженерных систем и устройств зданий, в том числе по вопросам теплоснабжения, вентиляции и микроклимату зданий. Из показаний специалиста следует, что строгой регламентации к устройству вентиляционных каналов нет, а дымоходы разрешается делать только из керамического кирпича и в нижней части канала должен быть люк прочистки (карман чистки). Присоединять газовую колонку в вентиляционный канал категорически запрещено. Относительно схемы по квартирам №№16, 20 в <адрес> г.Н.Новгорода, пояснил, что для каждой квартиры определены обособленные (отдельные) вентиляционные каналы и дымоходы, и вентканалы и дымоходы в данном доме в общую шахту не соединены. Так же вентканалы и дымоходы в <адрес> г.Н.Новгорода выходят прямо на крышу и общим боровом не объединены. Выходит, что слесарь монтажник ФИО2 в кв. 16 газовую колонку присоединил в дымоходную трубы, а не в вентиляционный канал. Если в квартире установлена газовая колонка с открытым пламенем горения, то при исправно работающем газовом оборудовании вредных продуктов сгорания не имеется, так как выделяется только окись углерода и водяной пар. В случае использования газовой колонки с неисправностями, при работе выделяется угарный газ, так как происходит неполное сгорание газа в связи с нарушением соотношения газа и воздуха. Визуально неполное сгорание можно определить наличием рыжего пламени из горелки и образование нагара. Неработающая газовая колонка угарного газа не выделяет. Проведенный эксперимент с дымовой шашкой, когда дым от шашки через канал в <адрес> поступал и был виден в канале в <адрес> г.Н.Новгорода, он объяснил единственной причиной – естественным разрушением дымоходного канала, а не наличием общей шахты между каналами.

В судебном заседании была также допрошена эксперт ФИО13, которая показала, что на основании постановления следователя СО по Ленинскому району СУ СК по <адрес> она проводила техническую экспертизу по установлению причины проникновения и скопления угарного газа в ванной комнате квартиры №20 д.14 по <адрес> г.Н.Новгорода. Она подтвердила свои экспертные выводы. Указывает, что вероятной технической причиной проникновения и скопления угарного газа в ванной комнате квартиры №20 явилось проникновение продуктов сгорания от газовой колонки квартиры №16, через вентиляционную шахту ванных комнат квартир №№16,20, в ванную комнату квартиры №20. Продукты сгорания топлива не в полной мере отводились в атмосферу через вентиляционную шахту ванной, часть из них попадала в помещение ванной квартиры №20. Самого плана расположения вентиляции по данному дому 14 по <адрес> г.Н.Новгорода не имеется, но все каналы, расположенные в ванных комнатах квартир 16,18,20 – являются вентиляционными каналами, и карманов чистки там не должно быть, возможно жильцы самостоятельно делали данные карманы. С уверенностью может сказать, что угарный газ из дымоходов на кухне из квартир 16,18,20 не имеет возможности попасть в вентиляционный канал, расположенный в ванной комнате кв. 20, поскольку они обособленные. Обследование дымохода и вентканала на кухне в кв. 20 показало, что данные каналы обособленные, чистые, без разрушений и через них просматривается атмосфера (небо). В квартире 16 дымоход и вентканал на кухне находятся в рабочем состоянии, чистые. При обследовании вентиляционного канала в ванной комнате в квартире 16 было установлено, что небо на просвет не видно. Таким образом, имеется прямая причинно-следственная связь между произошедшим трагическим событием и отступлениями от требований нормативно-технической документации, связанные с размещением газового оборудования, имеющиеся в квартире №16 многоквартирного жилого дома.

Вина ФИО2 также подтверждается письменными материалами дела, в том числе: - протоколом осмотра места происшествия от 11.03.2024 г., в ходе которого была осмотрена квартира №20 дома №14 по ул. Адм.Нахимова г.Н.Новгорода (т. 1 л.д. 62-71); - протоколом осмотра места происшествия от 11.03.2024 г., в ходе которого было проведено аэродинамическое испытание отводных каналов (т. 1 л.д. 73-102); -протоколами осмотра места происшествия от 23.09.2024 г. (т. 1 л.д. 103-111, 112-119, 120-127); - протоколом осмотра предметов от 11.03.2024 г. (т. 4 л.д. 19-20); - заключением эксперта №258 от 27.03.2024 г., согласно которому смерть ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ г. рождения, наступила от острого отравления монооксидом (окисью) углерода (угарным газом). (т. 2 л.д. 93-106); - заключением эксперта №СТЭ0202/01 от 04.10.2024 г., согласно которому техническое состояние вентиляционных и дымоходного каналов кв. 20 д. 14 по <адрес> г.Н.Новгорода соответствовало требованиям нормативно-технической документации в части безопасной эксплуатации. Вероятной технической причиной проникновения и скопления угарного газа в ванной комнате квартиры №20 явилось проникновение продуктов сгорания от газовой колонки квартиры №16, через вентиляционную шахту ванных комнат квартир №№16,20, в ванную комнату квартиры №20. Продукты сгорания топлива не в полной мере отводились в атмосферу через вентиляционную шахту ванной, часть из них попадала в помещение ванной квартиры №20. В причинно-следственной связи с произошедшим событием находится отступление от требований нормативно-технической документации, связанные с размещением газового оборудования, имеющиеся в квартире №16 многоквартирного жилого дома, указанные в исследовании данного заключения (т. 2 л.д. 114-155); - письменным договором на техническое обслуживание ВКГО/ВДГО от 23.11.2022 г. (т. 1 л.д. 162); - договором о возмездном оказании услуг от 24.11.2022 г. (т. 1 л.д. 164); - актом первичного обследования от 25.11.2022 г., согласно которому в кв. 16 д. 14 по <адрес> г.Н.Новгорода дымоходы отвечают техническим условиям и могут быть допущены к эксплуатации, газифицированным помещением является помещение кухни (т. 1 л.д. 189-190, т. 2 л.д. 178); - договором подряда № от 14.09.2022 г., согласно которому ООО ГК «ОблГазЭнергоМонтаж» и ФИО2 заключили договор, в том числе о выполнении на территории клиента работ по монтажу/демонтажу газового оборудования без пуско-наладочных работ (т. 3 л.д. 44-45); - должностной инструкцией монтажника теплотехнических систем и бытового оборудования, утвержденной директором ООО ГК «ОблГазЭнергоМонтаж» Свидетель №14 01.07.2021 г. (т. 3 л.д. 46-49, т. 3 л.д. 230-232); - уставом ООО ГК «ОблГазЭнергоМонтаж» (т. 3 л.д. 233-245); - актом о результатах внеплановой проверки дымовых и вентиляционных каналов по заявке жильца, проживающего по адресу: г.Н.Новгород, <адрес> от 22.11.2022 г. (т. 2 л.д. 173); - заявкой Битрикс-24, согласно которой ООО ГК «ОблГазЭнергоМонтаж» 23.11.2022 г. принята заявка от Свидетель №5 на техническое обслуживание жилища (т. 3 л.д. 246-248); - заявкой Битрикс-24, согласно которой принята заявка от Свидетель №5 на перемонтаж газовой колонки в жилище, назначен ответственный ФИО2. (т. 3 л.д. 249-250, т. 4 л.д. 1).

Достоверность исследованных доказательств, их относимость к уголовному делу была проверена судом в соответствии со ст.ст. 87 и 244 УПК РФ путем сопоставления с другими доказательствами, имеющимися в деле, а также путем установления их источников, получения доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое. Как следует из протокола судебного заседания, стороны активно пользовались своими правами на представление доказательств и участие в их исследовании.

Вопреки доводам жалобы, проверка и оценка всех исследованных судом доказательств проведены в соответствии с положениями ст.ст. 87, 88 УПК РФ о соблюдении предъявляемых к доказательствам по уголовному делу требованиям относимости, допустимости, достоверности и достаточности. Данная судом оценка доказательствам позволяет объективно оценить правомерность тех обстоятельств, исходя из которых суд при постановлении приговора принял одни доказательства и отверг другие.

Доказательств, которые бы безусловно опровергали доказательства, положенные в основу приговора, или обусловливали необходимость истолкования сомнений в доказанности обвинения в пользу осужденного ФИО2 в материалах дела не содержится.

Содержание показаний допрошенных по делу лиц и иных доказательств изложено в приговоре объективно, в соответствии с материалами дела и протоколом судебного заседания. Противоречивых доказательств, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда и которым суд не дал бы оценки, в деле не имеется, все противоречия в показаниях допрошенных лиц судом были выявлены и устранены путем оглашения ранее данных ими показаний, сопоставления содержащихся в них сведений между собой и с другими доказательствами по уголовному делу. В основу приговора положены только допустимые доказательства, непосредственно исследованные судом в судебных заседаниях, что подтверждается, в том числе, протоколом судебных заседаний. Каких-либо доказательств, которые бы свидетельствовали о недопустимости положенных в основу приговора доказательств или опровергали их по существу, порождая неустранимые сомнения в доказанности обвинения, в судебном заседании не было выявлено, не представлены они и стороной защиты, в том числе при последующем обжаловании принятых по делу решений.

По делу проверены доводы стороны защиты, в том числе и те, на которых акцентирует внимание сторона защиты, они отвергнуты с приведением соответствующих мотивов. Избирательного подхода к представлению сторонами доказательств и их оценке, игнорирования доводов стороны защиты и непринятия должных мер к их проверке в целях всестороннего и объективного разбирательства из материалов дела не усматривается.

Каких-либо обстоятельств, не получивших судебной оценки, а также сведений, способных поставить ранее сделанные выводы под обоснованное сомнение, в апелляционной жалобе и в выступлениях осужденного и его защитника в суде апелляционной инстанции не приведено.

Собственное толкование стороной защиты добытых по делу доказательств является безусловно субъективным, противоречащим всей совокупности исследованных судом доказательств, и на правильные выводы суда о виновности ФИО2 в инкриминированном ему преступлении повлиять не может. Никаких новых оснований, которые не были предметом проверки судов первой инстанции, но влекли за собой исключение доказательств из разбирательства по мотиву их недопустимости, в жалобах осужденного не содержится.

При этом следует также отметить, что нарушений закона при исследовании и оценке доказательств, которые могли бы повлиять на правильность установления фактических обстоятельств дела, судом не допущено.

Приговор постановлен с учетом непосредственно исследованных в судебном заседании доказательств, которым дана надлежащая оценка в соответствии со ст.ст.17, 87, 88 УПК РФ.

Действия осужденного ФИО2 верно квалифицированы по п. «в» ч. 2 ст. 238 УК РФ – как выполнение работ и оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, повлекших по неосторожности смерть человека, выводы суда в этой части мотивированы, признаки вмененного осужденному преступления получили объективное подтверждение.

В связи с чем, суд апелляционной инстанции не находит оснований для иной правовой оценки содеянного осужденным, как и для освобождения последнего от уголовной ответственности.

Суд апелляционной инстанции находит доказанным факт того, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, будучи монтажником теплотехнических систем и бытового оборудования ООО ГК «ОблГазЭнергоМонтаж», действуя на основании договора на техническое обслуживание внутриквартирного газового оборудования/внутридомового газового оборудования по адресу предоставления услуги: г. Н.Новгород, <адрес>, договора о возмездном оказании услуг по переустановке газовой колонки с заменой дымохода, в нарушение должностной инструкции монтажника теплотехнических систем и бытового оборудования, провел монтажные работы по переустановке газовой колонки работы, по установке дымоотводящей трубы проточного газового водонагревателя (газовой колонки) в отверстие, расположенное в ванной комнате <адрес> г.Н.Новгорода, являющееся вентиляционным каналом ванных комнат квартир №№16, 20 жилого дома, и не являющееся дымоходом (дымовым каналом) и не предусмотренное для отвода продуктов сгорания, а также самостоятельно произвел пуско-наладочные работы проточного газового водонагревателя (газовой колонки) в указанной квартире, что создало реальную опасную для жизни и здоровья жильцов <адрес> г.Н.Новгорода, а также повлекло отравление угарным газом и смерть несовершеннолетнего ФИО7.

Между отступлением монтажником теплотехнических систем и бытового оборудования ООО ГК «ОблГазЭнергоМонтаж» ФИО2 от требований нормативно-технической документации, связанных в размещением газового оборудования, имеющегося в <адрес> г.Н.Новгород, оказанием им услуг и выполнением работ, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, нарушением им должностной инструкции монтажника теплотехнических систем и бытового оборудования, требований п.п. 5.9.2.2, 5.10.1.15 ГОСТ Р 58095.0-2018, Г. 5 приложения Г СП 42-101-2003, Г.19 приложения Г СП 42-101-2003, ч. 1 ст. 7 Закона РФ № 2300-1 от 07.02.1992 «О защите прав потребителей», Правил пользования газом в части обеспечения безопасности при использовании и содержании внутридомового и внутриквартирного газового оборудования при предоставлении коммунальной услуги по газоснабжению, утвержденных Постановлением Правительства от 14.05.2013 г. №410 «О мерах по обеспечению безопасности при использовании и содержании внутридомового и внутриквартирного газового оборудования», приказа министерства регионального развития РФ № 239 от 26.06.2009 «Об утверждении порядка содержания и ремонта внутридомового газового оборудования в РФ», проникновением и скоплением угарного газа в ванной комнате <адрес> г.Н.Новгорода и смертью несовершеннолетнего ФИО3 имеется прямая причинно-следственная связь.

Указанные последствия явились результатом действий осуждённого, допустившего выполнение работ и оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей.

В приговоре приведены и иные доказательства, подтверждающие виновность осуждённого в совершении инкриминируемого преступления.

Приведенные в приговоре доказательства в своей совокупности, по мнению суда апелляционной инстанции, полностью опровергают доводы апелляционных жалоб стороны защиты о недоказанности вины осуждённого в инкриминируемом преступлении.

Судебная коллегия приходит к выводу о том, что, вопреки доводам кассационной жалобы, суд правильно установил в соответствии с доказательствами, надлежащим образом исследованными в судебном заседании и получившими надлежащую оценку суда первой инстанции, наличие причинно-следственной связи между действиями ФИО2 и наступившими последствиями в виде смерти несовершеннолетнего ФИО7 не согласиться с которыми основания отсутствуют.

При этом в силу разъяснений, содержащихся в п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда России от 25.06.2019 г. N 18 "О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 238 УК РФ", деяния, перечисленные в ст. 238 УК РФ, характеризуются умышленной формой вины. Если в результате оказания услуг, не отвечающих требованиям безопасности, причиняются по неосторожности тяжкий вред здоровью либо смерть, то в целом такое преступление признается совершенным умышленно (ст. 27 УК РФ).

Все доказательства, на которых основаны выводы суда, приведены в приговоре и получили надлежащую оценку суда в соответствии с требованиями УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности - достаточности для разрешения дела. Суд в приговоре указал, по каким основаниям он принял одни доказательства и отверг другие.

При этом судом апелляционной инстанции не установлено каких-либо данных, свидетельствующих об исследовании судом первой инстанции недопустимых доказательств, ошибочном исключении из разбирательства по делу допустимых доказательств или об отказе сторонам в исследовании доказательств, которые могли бы иметь существенное значение для правильного решения дела.

Обстоятельств, которые могли бы повлиять на объективность показаний свидетелей обвинения, как и обстоятельств, которые свидетельствовали бы об их заинтересованности в исходе дела и давали бы основания полагать, что они оговаривают осуждённого, по делу не установлено.

Доводы апелляционной жалобы (с дополнением) о недостоверности доказательства заключения эксперта №СТЭ0202/01 от 04.10.2024 г., ввиду неполного исследовании экспертом данных, имеющих значение для разрешения поставленных вопросов, по мнению суда апелляционной инстанции являются необоснованными.

Ставить под сомнение выводы экспертизы №СТЭ0202/01 от 04.10.2024 г. у суда также не было оснований, поскольку исследования проведены экспертом, обладающим специальными познаниями и достаточным опытом работы, предупрежденными об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложных заключений. Нарушений закона и прав осужденного при назначении и производстве экспертизы не допущено. Заключение эксперта соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, Федерального закона от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ", приведенные в них выводы научно обоснованы, противоречий не содержат, согласуются с другими доказательствами по делу.

Выводы эксперта не противоречивы, мотивированы, научно обоснованы, в том числе нормативными документами, включающими в себя и объективно подтверждены исследованными в судебном заседании доказательствами, а также самим экспертом при его допросе в суде.

Оснований полагать о наличии у эксперта личной заинтересованности в исходе уголовного дела и в необоснованности выводов у суда первой инстанции не имелось, не усматривается таковых и судом апелляционной инстанции.

Выводы экспертизы также соответствуют показаниям специалиста ФИО12, который подтвердил наличие запрета на подключение газовой колонки к системе вентиляции дома, а не к дымоходу.

Изложенные в апелляционных жалобах доводы о допущенных как органами расследования, так и судом нарушениях, связанных с непроведением повторной судебно-строительной технической экспертизы сводятся к несогласию с заключением эксперта, что соответствует позиции стороны защиты, и не является основанием для исключения из числа доказательств указанной экспертизы и назначения повторной судебной экспертизы.

Из анализа экспертного заключения следует, что его выводы основаны на анализе технической документации дома, включающей расположение вентиляционных каналов и дымоходов, а также на результатах аэродинамического испытания отводных каналов.

При этом отношения, возникшие между потребителями и исполнителями услуг в рамках заключенного 24.11.2022 г. между ООО ГК «ОблГазЭнергоМонтаж» в лице директора Свидетель №14, именуемого как «исполнитель» и Свидетель №5, именуемой как «заказчик», были урегулированы заключенным договором о возмездном оказании услуг по переустановке газовой колонки с заменой дымохода по адресу предоставления услуги: г.Н.Новгород, <адрес>. Согласно п. 4.1 вышеуказанного договора, стороны несут ответственность за неисполнение (ненадлежащее исполнение) своих обязанностей по договору в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно акту сдачи-приемки от 24.11.2022 г. представитель ООО ГК «ОблГазЭнергоМонтаж» ФИО2 оказал в полном объеме услуги, указанные в договоре от 24.11.2022 г., а Свидетель №5 приняла указанные услуги.

Таким образом, ФИО2, как исполнитель, являясь уполномоченным работником ООО ГК «ОблГазЭнергоМонтаж» и тем самым субъектом данного преступления, оказал Свидетель №5 и иным проживающим по указанному адресу лицам, как потребителям, услугу, которая по своему качеству не отвечает требованиям Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», является опасной для жизни и здоровья человека.

Оценив собранные доказательства в совокупности, суд пришел к верному выводу о наличии у осужденного прямого умысла по выполнению работ и оказанию услуг, не отвечающих требованиям безопасности.

Факт нахождения погибшего ФИО7 внутри закрытого помещения ванной, непосредственно перед наступлением его смерти от вдыхания продуктов сгорания газа достоверно установлен материалами дела, в том числе показаниями свидетелей, протоколом осмотра места происшествия от 11.03.2024 г.

Вопреки доводам жалоб, совокупность положенных в основу приговора доказательств, в том числе заключение экспертизы №СТЭ0202/01 от 04.10.2024 г., свидетельствует о наличии причинно-следственной связи между действиями ФИО2 в совершении которых он признан виновным, и наступлением по неосторожности смерти несовершеннолетнего ФИО7

Изложенная в апелляционной жалобе (с дополнением) стороны защиты позиция относительно наличия иных причин отравления угарным газом погибшего по существу сводится к переоценке доказательств об обстоятельствах, установленных и исследованных судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

При этом суд обоснованно и с приведением достаточных мотивов критически отнесся к позиции осужденного о том, что выполненное им подключение газовой колонки было выполнено им по указанию ФИО14, в дымоход, без подключения колонки к газовой магистрали, расценив ее как избранный им способ защиты.

Как следует из последовательных показаний свидетелей Свидетель №3, Свидетель №5 после отключения газа в их квартире к ним приехал мастер, который перенес газовую колонку чуть ниже относительно прежнего положения, а также подключил вывод дымохода к одному из каналов в ванной комнате. В ходе работ мастер общался по телефону с ФИО14 завершению работ мастер также подключил колонку к газу, в связи с чем, они смогли помыться в этот же день. Уже после трагического случая со смертью ребенка у соседей из квартиры №20, к ним домой приходила сотрудница газораспределяющей организации – Свидетель №11 и Свидетель №2, которые выявили факт подключения дымоотводящей трубы от газовой колонки в вентиляционный канал.

При этом показания осужденного ФИО2 о том, что газовую колонку к газу в квартире ФИО28 он не подключал суд первой инстанции обоснованно расценил как способ защиты осужденного от предъявленного ему обвинения.

Тот факт, что Свидетель №2 общался по телефону с ФИО2 по вопросу устранения выявленных нарушений, которые повлекли необходимость отключения квартиры ФИО28 от газоснабжения не свидетельствует о непричастности осужденного к совершенному преступлению, поскольку в соответствии с его должностной инструкцией именно он, будучи монтажником теплотехнических систем и бытового оборудования, должен знать виды основных деталей теплотехнических систем, соединений труб и креплений трубопроводов; назначение, устройство и особенности монтажа внутренних систем центрального отопления, водоснабжения, канализации, газоснабжения и водостоков; требования, предъявляемые к качеству выполняемых работ; правила по охране труда в строительстве. Согласно разделу 2 должностной инструкции, монтажник теплотехнических систем и бытового оборудования выполняет следующие должностные обязанности: установка и замена бытового оборудования (плита, водонагреватели, котлы, вентиляторы и т.д.) без проведения пуско-наладочных работ; монтаж отдельных частей системы дымоудаления (трубы дымохода, площадки, гильзы, переходы). Согласно разделу 4 должностной инструкции, монтажник теплотехнических систем и бытового оборудования несет ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение своих должностных обязанностей – в пределах, определенных действующим трудовым законодательством РФ; за правонарушения, совершенные в процессе осуществления своей деятельности – в пределах, определенных действующим трудовым, административным, уголовным и гражданским законодательством РФ.

Таким образом, лично ФИО2 принимал решение о подключении газовой колонки к конкретному каналу и при сомнении в его предназначении, исходя из его должностных инструкции, имел право запросить необходимую документацию для осуществления своей деятельности, в том числе, имел возможность ознакомиться с проектной и иной документацией, касающейся деятельности монтажника теплотехнических сетей и бытового оборудования.

Кроме того, исходя из показаний ФИО14 на очной ставке с ФИО2 тот указал, что по техническому плану дома и проекту именно кухня являлась газифицируемым помещением. Поэтому монтировать газовую колонку и делать дымоотводящую трубу от газовой колонки в вентиляционный канал в ванной комнате квартиры запрещается по установленным техническим требованиям, так как дымоход должен быть от начало до конца обособленным, не соединяться с другими каналами, а вентиляционные каналы могут соединяться в шахтах, или на чердачном помещении жилого дама в общем борове. По этим основаниям он не давал никаких разрешений по вопросу использования вентиляционного канала в ванной комнате в квартире ФИО28 в качестве дымохода. И не давал разрешений для подключения газовой колонки в квартире ФИО28 к газоснабжению.

Вопреки доводам защиты, факты безаварийного использования газового оборудования с момента проведенных ФИО2 работ до произошедшей гибели несовершеннолетнего, не свидетельствуют о верном выполнении осуждённым работ по переносу и монтажу колонки с газовым выводом и подключения его к газу, поскольку из показаний потерпевшей ФИО1 следует, что и до гибели ее сына бывали случаи, когда членам ее семьи становилось плохо после пребывания в ванной комнате, но она относила это к иным причинам, не связанным с газоснабжением дома. Кроме того, из показаний Свидетель №11, ФИО14 следует, что эффект обратной тяги мог быть вызван ветровым подпором (возникновение зависит от времени года, температуры снаружи, погодных условий, силы и направления ветра, высоты трубы, её формы и размеры, температура проходящих по трубе продуктов сгорания и т.п.), что объясняет тот факт, что с момента присоединения проточного газового водонагревателя, его выходной трубы в вентиляционный канал, до наступления летального исхода с ФИО7, прошло более 15 месяцев.

Иные доводы, заявленные в апелляционной жалобе (с дополнением) и в суде апелляционной инстанции о невиновности осуждённого в совершении инкриминируемого ему преступления, основаны на произвольном, избирательном толковании тех или иных доказательств, аналогичны доводам, изложенным при формировании позиции защиты в ходе судебного разбирательства, которые судом первой инстанции были тщательно проверены и мотивированно опровергнуты. Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции в указанной части у суда апелляционной инстанции не имеется.

Вопреки доводам стороны защиты, предварительное расследование по уголовному делу проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с достаточной полнотой и объективно. Материалы дела не содержат каких-либо данных, свидетельствующих о фальсификации доказательств, а также сокрытии, изъятии из уголовного дела доказательств, подтверждающих невиновность осужденного.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона в ходе судебного разбирательства по делу судом первой инстанции допущено не было. Как видно из протоколов судебного заседания, в ходе судебного разбирательства в соответствии с требованиями ст. 15, 244, 274 УПК РФ обеспечено равенство прав сторон, которым суд первой инстанции, сохраняя объективность и беспристрастие, в условиях состязательного процесса создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.

Вопреки доводам осужденного и его защитника, представленные сторонами доказательства исследованы судом, заявленные участниками судебного разбирательства ходатайства разрешены в установленном законом порядке, с надлежащей оценкой приведенных аргументов стороны защиты, как в судебном заседании, так и в приговоре.

Со стороны председательствующего по делу не проявлялись предвзятость, необъективность или иная заинтересованность в исходе дела, им были созданы необходимые условия для выполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Отсутствие аудиопротокола за один из дней судебного разбирательства, при наличии его бумажной версии, в условиях личного присутствия осужденного и его защитника на судебном заседании в указанный день, не свидетельствуют о наличии нарушения, влекущего необходимость отмены оспариваемого приговора.

Нарушений прав участников процесса на участие в допросе свидетелей и экспертов судом не допущено. В судебном заседании стороны имели реальную возможность задать допрашиваемым лицам интересующие их вопросы и получить на них ответы.

Вопреки доводам стороны защиты, судом первой инстанции исследованы все представленные стороной защиты доказательства, получившие надлежащую оценку в приговоре.

Довод стороны защиты о том, что из показаний Свидетель №5, Свидетель №3 следует, что вечером в день гибели подростка они после 21:00 ч. не пользовались газовой колонкой опровергается фактическим материалами дела, согласно которым смерть несовершеннолетнего ФИО7 наступила от отравления монооксидом (окисью) углерода (угарным газом), образованным от газовой колонки квартиры №16, через вентиляционную шахту ванных комнат квартир №№16,20, в ванную комнату квартиры №20, что установлено заключением эксперта №СТЭ0202/01 от 04.10.2024 г. Кроме того, из пояснений потерпевшей в судебном заседании апелляционной инстанции следует, что в указанный день газовая колонка в квартире ФИО28 работала и после 21:00 ч.

Неверное указание суда первой инстанции времени смерти потерпевшего является очевидной технической ошибкой, которая не влияет на оценку и доказанность действий ФИО2, поскольку вмененные ему действия, от которых наступила смерть несовершеннолетнего, были совершены им 24.11.2022 г.

Вопреки доводам стороны защиты о неоднократной проверке газового оборудования в квартире ФИО28, не свидетельствует о том, что смерть ФИО7 произошла от иных причин и действий, поскольку из показаний допрошенных по делу свидетелей, в том числе, свидетеля Свидетель №11 для формирования явления обратной тяги требуется ряд условий, которые в данном случае совпали, при этом очевидной причиной произошедшего стало подключение вывода газовой колонки к вентиляционной шахте, а не дымоходу.

Изложенное соответствует протоколу осмотра квартиры ФИО28 от 23.09.2024 г., согласно которым в ванной комнате на просвет отверстий в стене неба не видно, чего не должно быть в дымоходах, которые не сообщаются с иными каналами (вентиляционными) (т. 1 л.д. 120-127).

Нарушений в установке и использовании газового оборудования в квартире потерпевшей не имелось, в связи с чем, доводы стороны защиты о возможном отравлении ФИО7 в собственной квартире, где кроме него в указанный период находились другие члены семьи, не основаны на материалах дела.

Показания допрошенного по ходатайству стороны защиты в качестве специалиста ФИО12 выводы суда о виновности ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст.238 УК РФ не опровергают, а напротив свидетельствуют о запрете на подключение газового водонагревателя к системе вентиляции дома, что фактически было сделано осуждённым.

Постановленный по уголовному делу приговор отвечает требованиям уголовно-процессуального закона. В приговоре суд дал оценку всем исследованным доказательствам, в том числе показаниям свидетелей со стороны защиты, а также озвученным в ходе судебного разбирательства доводам стороны защиты о недопустимости ряда доказательств.

Из описательно-мотивировочной части приговора следует, что судом установлены и подробно описаны все обстоятельства, подлежащие доказыванию по данной категории преступлений. При описании преступного деяния суд, вопреки доводам стороны защиты, указал нормативно-правовые акты, требованиям которых не отвечают оказанные осуждённым услуги по техническому обслуживанию внутридомового газового оборудования.

Вопреки доводам стороны защиты, в приговоре в соответствии с требованиями п. 2 ст. 307 УПК РФ отражено содержание всех доказательств, на которых основаны выводы суда в отношении осуждённого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства. Искажений сути показаний допрошенных лиц, содержания письменных доказательств в приговоре не допущено. Позиция стороны защиты изложена в приговоре полно, с приведением подробных выводов, ее опровергающих. Оснований для утверждения о том, что какие-либо доводы стороны защиты остались без оценки суда, не имеется.

При назначении осуждённому наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, которое отнесено к категории тяжких, данные о его личности, смягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Смягчающими наказание ФИО2 обстоятельствами суд в соответствии с п. «г» ч.1 ст.61 УК РФ обоснованно признал наличие на иждивении осужденного малолетнего ребенка.

В соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ суд признал состояние здоровья подсудимого, состояние здоровья его близких родственников, а так же малолетнего сына, имеющего отклонения по здоровью, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка; положительно характеризующие данные с места работы и жительства.

Иных обстоятельств, не учтенных судом и отнесенных ст.61 УК РФ к смягчающим наказание, в апелляционной жалобе (с дополнением) стороны защиты не названо и в материалах уголовного дела не имеется.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО2, в соответствии со ст.63 УК РФ судом не установлено.

Оценив в совокупности все указанные выше обстоятельства, суд пришел к выводу о необходимости назначения осужденному наказания за совершенное преступление в виде лишения свободы.

Принятое судом решение о необходимости назначения ФИО2 наказания в виде лишения свободы с применением положений ст. 73 УК РФ и установлением испытательного срока, а также возложением обязанностей, предусмотренных ч.5 ст.73 УК РФ, мотивировано, отвечает всем требованиям уголовного закона, в том числе о применении уголовного наказания в целях восстановления социальной справедливости и в целях исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного осужденным преступления, их ролью и поведением во время или после совершения инкриминированного деяния, существенно уменьшающих степень его общественной опасности, которые могли бы послужить основанием для применения при назначении наказания требований ст.64 УК РФ, суд апелляционной инстанции не усматривает.

С учетом фактических обстоятельств дела, судом обоснованно не установлено по делу и оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ и изменения категории совершенного осужденными преступления на менее тяжкую.

Принятое судом решение в части вещественных доказательств по уголовному делу соответствует требованиям ч.3 ст.81 УПК РФ.

Гражданский иск потерпевшей удовлетворен с учетом соблюдения требований разумности, справедливости и соразмерности. Размер компенсации морального вреда чрезмерным не является.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих изменение либо отмену судебного решения, судом допущено не было, в связи с чем приговор подлежит оставлению без изменения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Ленинского районного суда г. Н.Новгорода от 19.12.2025 г. в отношении ФИО2 - оставить без изменения, апелляционную жалобу (с дополнением) осужденного ФИО2 и его защитника – адвоката ФИО9 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу с момента его провозглашения, может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, установленном гл. 47.1 УПК РФ. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи: