Решение № 12-96/2025 от 21 октября 2025 г. по делу № 12-96/2025

Дело № 12-96/2025 УИД 47MS0066-01-2025-000033-07


РЕШЕНИЕ

г. Приозерск Ленинградской области ДД.ММ.ГГГГ

Судья Приозерского городского суда <адрес> Шварова А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № <адрес> ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ, по делу об административном правонарушении № в отношении ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, <данные изъяты>, зарегистрированного по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, привлекаемого к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ,

УСТАНОВИЛ:

Постановлением мирового судьи судебного участка № <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 КоАП РФ, и ему назначено административное наказание в виде штрафа в размере 45 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на 1 год 6 месяцев.

Согласно ч. 1 ст. 30.3 КоАП РФ жалоба на постановление по делу об административном правонарушении может быть подана в течение десяти суток со дня вручения или получения копии постановления.

Копия постановления мирового судьи судебного участка № <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ была получена ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ когда.

Жалоба на постановление мирового судьи направлена в суд ДД.ММ.ГГГГ, то есть до вступления оспариваемого постановления в законную силу, в связи с чем вопрос о восстановлении срока на подачу жалобы по делу об административном правонарушении судом не рассматривается, поскольку указанный срок ФИО1 не пропущен.

В жалобе ФИО1 просит отменить вышеуказанное постановление, а производство по делу прекратить, так как на момент отстранения от управления транспортным средством автомобилем не управлял, признаки опьянения отсутствовали, пройти освидетельствование на состояние опьянения не предлагали, от прохождения медицинского освидетельствования не отказывался, последствия отказа от прохождения медицинского освидетельствования не разъяснялись. Кроме того, права, предусмотренные ч. 1 ст. 25.1 КоАП РФ, ст. 51 Конституции Российской Федерации, ему не разъяснялись, протокол об административном правонарушении составлялся в его отсутствие, копии процессуальных документов не вручались, о дате, времени и месте судебного заседания не все защитники были извещены, данные обстоятельства по мнению ФИО1 повлекли за собой нарушение его права на защиту.

Лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, ФИО1 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения жалобы извещен надлежащим образом, сведений об уважительности неявки не представил. Вместе с тем в ходе рассмотрения дела пояснял, что доводы жалобы поддерживает, обратил внимание на то, что в протоколе об отстранении от управления транспортными средствами указано, что последнее было передано ФИО5, что не соответствуют действительности, поскольку после составления процессуальных документов он (ФИО1) самостоятельно уехал на данном транспортном средстве, что, по его мнению, свидетельствует об отсутствии у него опьянения. Также он (ФИО1) сообщал инспектору ДПС о том, что принимает лекарственные препараты, в связи с чем он интересовался у инспектора ДПС, что будет в случае отказа от прохождения освидетельствования, но что инспектор ДПС пояснил ему, что так будет проще, при этом последствия отказа не были ему разъяснены.

При указанных обстоятельствах, с учетом соблюдения требования ч. 2 ст. 25.1 КоАП РФ, полагаю возможным рассмотреть жалобу в отсутствие лица, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, поскольку его неявка в судебное заседание не исключает дальнейшее производство по делу, в том числе и вынесение решения по имеющимся материалам дела.

Защитник ФИО1 –Мельников Д.А. в судебное заседание явился, доводы жалобы поддержал, пояснил, что от прохождения медицинского освидетельствования ФИО1 не отказывался, его отказ был мотивирован тем, что инспектор ДПС советовал отказаться от прохождения медицинского освидетельствования, указав об отсутствии серьезных последствий такого отказа, тем самым не разъяснил последствия отказа от прохождения медицинского освидетельствования. В ходе составления процессуальных документов было ограничено право ФИО1 на осуществление телефонных переговоров, в том числе с юристом для оказания ему квалифицированной юридической помощи, что повлекло за собой нарушение его права на защиту. Также полагает, что протокол об отстранении от управления транспортными средствами является недопустимым доказательством, поскольку последний содержит в себе недостоверные сведения о передаче транспортного средства ФИО5, который в судебном заседании пояснил, что транспортное средство ему не передавалось. Видеозапись с видеорегистратора «Дозор 77» также является недопустимым доказательством, поскольку не является непрерывной. Кроме того, в тексте обжалуемого постановления имеются противоречия относительно того, в совершении какого административного правонарушения мировым судьей установлена вина ФИО1 Учитывая данные обстоятельства, просит отменить вышеуказанное постановление, а производство по делу прекратить.

В ходе рассмотрения дела в качестве свидетеля был допрошен ФИО5, который пояснил, что в январе 2025 года ему (ФИО5) позвонил ФИО1, с которым он (ФИО5) знаком на протяжении длительного времени, и попросил его (ФИО5) переслать фотографию водительского удостоверения на телефон, что и было им сделано. Вопросы относительно того, для чего ФИО1 нужны данные его (ФИО5) водительского удостоверения, он (ФИО5) у ФИО1 не выяснял, поскольку последний пояснил что объяснит причину позже. Через некоторое время ему стало известно, что данные его (ФИО5) водительского удостоверения были внесены в протокол об отстранении от управления транспортными средствами, составленным в отношении ФИО1 Вместе с тем транспортное средство ему (ФИО5) не передавалось.

Явившийся в судебное заседание и допрошенный в качестве свидетеля по делу об административном правонарушении инспектор ДПС 1 взвода 2 роты ОБ № ДПС ГИБДД ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области ФИО6 в ходе рассмотрения дела об административном правонарушении показал, что с ФИО1 знаком в связи с осуществлением своей профессиональной деятельности, личных неприязненных отношений к ФИО1 не испытывает. По существу дела об административном правонарушении свидетель показал, что ДД.ММ.ГГГГ им был остановлен автомобиль Хундай, с целью проверки документов водителя. В ходе общения с ФИО1, последний сообщил, что принимает какие-то лекарственные препараты, при этом при проверке документов, водитель начал нервничать, потеть, трястись, что им было расценено как поведение, не соответствующее обстановке. Поскольку у водителя имелись признаки опьянения, последний был отстранен от управления транспортными средствами. После чего водителю было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения на месте, и поскольку в материалах дела отсутствует акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, то ФИО1 пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения отказался, и ему было предложено пройти медицинское освидетельствование, от прохождения которого ФИО1 также отказался. При этом в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения основания для направления им не подчеркнуты, поскольку напротив основания им проставлена иная отметка (галочка). Все процессуальные действия фиксировались посредством применения видеозаписи с видеорегистратора «Дозор 77». При направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения на ФИО1 никакое давление не оказывалось. Обязанность разъяснять последствия отказа от прохождения освидетельствования у инспектора ДПС отсутствует, поскольку водитель обязан знать правила дорожного движения и ответственность за их нарушения. При составлении процессуальных документов, каких-либо замечаний от ФИО1 не поступало. После отстранения ФИО1 от управления транспортными средствами, транспортное средство было передано иному лицу, что было отражено в протоколе об отстранении от управления транспортными средствами, ФИО1 после отстранения от управления транспортными средствами последними не управлял.

Исследовав представленные материалы дела об административном правонарушении, доводы жалобы, считаю, что постановление мирового судьи является законным, обоснованным, оснований для его отмены по доводам жалобы не имеется ввиду следующего.

Оспариваемым постановлением мирового судьи установлено, что ФИО1, являясь водителем транспортного средства марки «Хундай Солярис» с государственным регистрационным знаком <***>, ДД.ММ.ГГГГ в 12 часов 45 минут, по адресу: <адрес> не выполнил законное требование уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, чем нарушил п.2.3.2 Правил дорожного движения РФ.

Доводы ФИО1 о том, что он не управлял транспортным средством, а также об отсутствии у него (ФИО1) признаков опьянения, проверены мировым судьей, и полностью опровергнуты совокупностью исследованных доказательств, которые подробно изложены в оспариваемом постановлении, а именно: показаниями инспектора ОБ ДПС № ГИБДД ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и <адрес> ФИО6, допрошенного мировым судьей в судебном заседании, находившегося в составе экипажа, который остановил транспортное средство под управлением ФИО1; протоколом об отстранении от управления транспортным средством 1<адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО7 управлял транспортным средством марки <данные изъяты>» с государственным регистрационным знаком № ДД.ММ.ГГГГ в 12 часов 30 минут по адресу: <адрес>, а/д Сортавала, 64 км+300 м, после чего в том же месте ДД.ММ.ГГГГ в 12 час 45 минут был отстранен от управления данным транспортным средством инспектором ДПС 2 взвода роты 2 ОБ ДПС № ГИБДД ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области ФИО6 в связи с наличием достаточных оснований полагать, что ФИО1 находится в состоянии опьянения, при наличии у последнего признака опьянения: поведение, не соответствующее обстановке.

В соответствии с ч. 1 ст. 27.12 КоАП РФ лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, а также лица, совершившие административные правонарушения, предусмотренные частями 2 и 3 статьи 11.8, частью 1 статьи 11.8.1, частью 1 статьи 12.3, частью 2 статьи 12.5, частями 1, 2 и 4 статьи 12.7 настоящего Кодекса, подлежат отстранению от управления транспортным средством до устранения причины отстранения.

Доводы стороны защиты об отсутствии у ФИО1 признаков опьянения, и, как следствие, отсутствие оснований для отстранения последнего от управления транспортными средствами, опровергаются исследованными судом доказательствами, в том числе показаниями инспектора ОБ ДПС № 2 ГИБДД ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области ФИО6, допрошенного мировым судьей в качестве свидетеля на основании ст. 25.6 КоАП РФ, показания которого отвечают требованиям ст. 26.2 КоАП РФ, и были оценены мировым судьей в совокупности с другими доказательствами по делу и обоснованно приняты в качестве надлежащего доказательства по делу, в ходе рассмотрения жалобы судом также был допрошен инспектор ДПС ОБ ДПС № ГИБДД ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области ФИО6 который пояснил, что в ходе проверки документов, водитель начал нервничать, потеть, трястись, что им было расценено как поведение, не соответствующее обстановке. Кроме того, должностные лица, уполномоченные на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, наделены правом определять наличие либо отсутствие у водителей признаков опьянения, а мнение ФИО1 об отсутствии у него каких-либо внешних признаков опьянения не свидетельствует о незаконности требования сотрудника ГИБДД, у которого, в свою очередь, возникли основания полагать, что у водителя имеется признак опьянения (поведение, не соответствующее обстановке), зафиксированный уполномоченным должностным лицом в процессуальных документах.

При этом указание ФИО1 на наличие у него заболевания «рассеянный склероз», в связи с чем ФИО1 принимает лекарственные препараты путем введения инъекций, что по мнению последнего, явилось причиной определения инспектором ГИБДД признака опьянения поведение, не соответствующее обстановке, не свидетельствует о наличии оснований для отказа выполнения водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Оснований не доверять показаниям свидетеля ФИО6, являющегося ДПС 2 взвода роты 2 ОБ ДПС № ГИБДД ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и <адрес> данным в ходе рассмотрения дела мировым судьей, а также в суде апелляционной инстанции у суда не имеется, поскольку заинтересованности сотрудника ГИБДД в исходе дела судом не установлено, при этом само по себе составление сотрудниками полиции в связи с исполнением служебных обязанностей процессуальных документов, не свидетельствует об их заинтересованности.

К показаниям свидетеля ФИО5 о том, что транспортное средство после отстранения ФИО1 от управления транспортными средствами ему (ФИО5) не передавалось, суд относится критически, поскольку последние направлены на поддержание выбранного ФИО1 способа защиты во избежание ответственности за совершенное административное правонарушение, кроме того, данные показания опровергаются представленными письменными доказательствами, а именно протоколом об отстранении ФИО1 от управления транспортными средствами, содержащего сведения о передачи транспортного средства ФИО5, а также показаниями инспектора ДПС 2 взвода роты 2 ОБ ДПС № ГИБДД ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области ФИО6, который пояснил, что транспортное средство было передано лицу, указанному в протоколе, в связи с чем довод стороны защиты о том, что транспортное средство не передавалось ФИО5, в ходе рассмотрения жалобы своего подтверждения не нашел.

Протокол об отстранении от управления транспортными средствами, вопреки мнению защитника, по форме и содержанию также соответствует требованиям ст. 27.12 КоАП РФ, составлен с применением видеозаписи, с участием ФИО1, с указанием времени и места остановки, оснований для отстранения от управления транспортным средством, ФИО1 с протоколом был ознакомлен, каких-либо процессуальных нарушений или возражений со стороны лиц, присутствующих при совершении данных процессуальных действий, или со стороны ФИО1, при составлении указанного протокола не зафиксировано, таким образом, протокол об отстранении от управления транспортными средствами соответствуют фактическим обстоятельствам дела и также является допустимым доказательством.

Согласно ч. 6 ст. 27.1 КоАП РФ освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и оформление его результатов, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществляются в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Указанный порядок установлен Постановлением Правительства РФ от 21 октября 2022 года N 1882 "О порядке освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения" (вместе с "Правилами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения").

В соответствии с п.п. «а» п. 8 данного Порядка направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения подлежит водитель транспортного средства при отказе от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Из протокола о направлении на медицинское освидетельствование 1<адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, составленного инспектором ДПС 2 взвода роты 2 ОБ ДПС № ГИБДД ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области ФИО6, следует, что ФИО1 в 12 часов 45 минут был направлен на прохождение медицинского освидетельствования в связи с отказом от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, при этом ФИО7 от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения отказался, о чем собственноручно поставил подпись в указанном протоколе, в связи с чем доводы ФИО1 о том, что от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения последний не отказывался, его согласие пройти освидетельствование не спрашивали, в ходе рассмотрения дела подтверждения не нашли. Доводы стороны защиты о том, что в данном протоколе не указаны основания для направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, опровергаются материалами дела и показаниями инспектора ДПС 2 взвода роты 2 ОБ ДПС № ГИБДД ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области ФИО6, из которых следует, что основанием для направления ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения явился отказ последнего от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, и именно напротив данного основания имеется отметка в виде «галочки», при этом в случае, если основание не подчеркнуто, а отмечено иным способом, не свидетельствует о допущенных нарушениях при составлении процессуальных документов и не влечет за собой признание данного протокола недопустимым доказательством.

Протокол о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, а также порядок направления на данное освидетельствование соответствуют требованиям Правил направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения лиц, совершивших административные правонарушения, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23 января 2015 года N 37, и Правилам, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 21 октября 2022 года N 1882, а также соответствуют требованиям ст. 27.12.1 КоАП РФ.

Довод ФИО1 о невручении копий процессуальных документов, какими-либо объективными доказательствами не подтверждаются, напротив, опровергаются материалами дела об административном правонарушении, из которых усматривается, что ФИО1 в процессуальных документах поставлена собственноручная подпись в графе "копию получил".

Согласно ч. 3 ст. 28.2 КоАП РФ при составлении протокола об административном правонарушении физическому лицу или законному представителю юридического лица, в отношении которых возбуждено дело об административном правонарушении, а также иным участникам производства по делу разъясняются их права и обязанности, предусмотренные КоАП РФ, о чем делается запись в протоколе.

Согласно протоколу об административном правонарушении 1<адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, составленного в отношении ФИО1, ему были разъяснены права, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ и ст. 51 Конституции Российской Федерации, о чем свидетельствует подпись ФИО1 в протоколе, а также подтверждается видеозаписью с видеорегистратора «Дозор 77». При ознакомлении с протоколом об административном правонарушении ФИО1 каких-либо замечаний не имел, в том числе и не указывал о желании воспользоваться помощью защитника.

В этой связи доводы жалобы о том, что протокол об административном правонарушении был составлен в отсутствие ФИО1, о не разъяснении последнему прав, и в ограничении последнего права воспользоваться помощью защитника для оказания юридической помощи, опровергаются сведениями самого протокола об административном правонарушении, а также исследованной в ходе судебного заседания видеозаписью с видеорегистратора «Дозор 77».

Доводы ФИО1 о том, что ему не разъяснились последствия отказа от прохождения медицинского освидетельствования, не свидетельствуют о наличии оснований для освобождения от выполнения законного требования должностного лица. Будучи водителем транспортного средства, ФИО1 должен знать требования п. 2.3.2 ПДД Российской Федерации, возлагающие на водителя обязанность выполнять требование о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения. При этом, вопреки мнению защитника, из имеющихся в деле доказательств не следует, что ФИО1 был введен сотрудниками ГИБДД в заблуждение относительно отсутствия правовых последствий отказа от выполнения законного требования о прохождении медицинского освидетельствования.

При применении мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении велась видеозапись, которая удостоверила факт совершения процессуальных действий и их результаты.

Пунктом 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года N 20 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" разъяснено, что при оценке видеозаписи на предмет ее достоверности и допустимости необходимо учитывать ее непрерывность, полноту (обеспечивающую в том числе визуальную идентификацию объектов и участников проводимых процессуальных действий, аудиофиксацию речи) и последовательность, а также соотносимость с местом и временем совершения административного правонарушения, отраженными в иных собранных по делу доказательствах.

При этом наличие нескольких видеофайлов не свидетельствует о том, что данная видеозапись не является непрерывной, поскольку каждый файл с видеозаписью, имеющейся на диске, содержит полные данные о каждом процессуальном действии проводимом с применением видеозаписи. Представленная видеозапись обеспечивает, в том числе визуальную идентификацию объектов и участников проводимых процессуальных действий, аудиофиксацию речи и последовательность, а также соотносимость с местом и временем совершения административного правонарушения, отраженными в иных собранных по делу доказательствах.

С учетом изложенного, видеозапись, представленная в материалы дела, вопреки мнению защитника, является допустимым доказательством по делу, оснований полагать, что данная видеозапись получена с нарушением закона, не имеется.

Протокол об административном правонарушении составлен в соответствии с требованиями ст. 28.2 КоАП РФ, в нем содержатся все сведения, необходимые для рассмотрения дела.

В соответствии с требованиями ст. 24.1 КоАП РФ при рассмотрении дела об административном правонарушении на основании полного и всестороннего анализа собранных по делу доказательств установлены все юридически значимые обстоятельства его совершения, предусмотренные статьей 26.1 КоАП РФ.

Вывод мирового судьи о виновности ФИО1 в совершении указанного административного правонарушения основан на доказательствах, которым была дана оценка на предмет допустимости, достоверности, достаточности в соответствии с требованиями статьи 26.11 КоАП РФ. Оснований для переоценки доказательств, надлежащим образом оценённых мировым судьёй, не усматривается.

Содеянное ФИО1 правильно квалифицировано мировым судьей по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, как невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, если такие действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния.

При этом наличие в тексте обжалуемого постановления указания на установление вины ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, не свидетельствует о наличии оснований для отмены обжалуемого постановления, поскольку фактически мировой судья на основании представленных материалов пришел к выводу о доказанности вины ФИО1 в том, что он являясь водителем, не выполнил законное требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, если такие действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния, т.е. в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Каких-либо неустранимых сомнений по делу, которые в соответствии со ст. 1.5 КоАП РФ должны быть истолкованы в пользу ФИО1 не имеется.

При назначении наказания мировым судьей учтены данные о личности ФИО1, характер совершенного им административного правонарушения, а также обстоятельства, смягчающие и отягчающие административную ответственность.

При этом, данные о том, что ФИО1, является <данные изъяты> группы и самозанятым, и его деятельность тесно связана с управлением транспортным средством, в связи с чем в случае назначения наказания, связанного с лишением права управления транспортными средствами, будет лишен возможности осуществлять трудовую деятельность, суд не принимает во внимание, поскольку сведений о том, что ФИО1 относится к категории лиц, в отношении которых лишение специального права в виде управления транспортными средствами не может применяться, не имеется, что в свою очередь не исключает возможность назначения административного наказания в виде лишения права управления транспортным средством. Кроме того, ФИО1 совершено административное правонарушение в сфере безопасности дорожного движения, а невыполнение законного требования сотрудника полиции демонстрирует пренебрежительное отношение к установленным государством Правилам в области дорожного движения Российской Федерации.

Административное наказание в виде административного штрафа с лишением права управления транспортным средством назначено ФИО1 в соответствии с требованиями ст.ст. 3.1, 3.5, 3.8 и 4.1 КоАП РФ и в пределах санкции части 1 статьи 12.26 КоАП РФ.

Порядок и срок давности привлечения к административной ответственности не нарушены.

Доводы жалобы о том, что не все защитники, указанные в доверенности, были извещены о времени и месте судебного заседания, являются несостоятельными по следующим основаниям.

Согласно тексту имеющейся в материалах дела доверенности (л.д. 22-23), ФИО1 уполномочил ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, представлять его интересы в судах общей юрисдикции, у мировых судей со всеми правами, предоставленными лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении. Из приведенного текста доверенности вывода о необходимости присутствия в любом судебном заседании всех указанных лиц не следует, участие в судебном заседании любого из указанных лиц права на защиту ФИО1 не нарушает.

Как усматривается из материалов дела, ФИО1, будучи надлежащим образом извещенный о дате, времени и месте рассмотрения дела об административном правонарушении, в судебное заседание не явился, от защитника ФИО12 поступило ходатайство, из которого следует, что защитник просил провести судебное заседание в его отсутствие (л.д. 29-30).

Кроме того, лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, самостоятельно предпринимает меры для приглашения защитника к участию в деле. Не извещение всех защитников, указанных в доверенности, отмены судебного решения не влечет.

Нарушений норм процессуального закона при производстве по делу об административном правонарушении допущено не было, нормы материального права применены правильно.

Обстоятельств, которые в силу пунктов 2 - 4 части 2 статьи 30.17 КоАП РФ могли повлечь изменение либо отмену обжалуемых судебных актов, не установлено.

В связи с тем, что ФИО1 бесспорных и убедительных доводов, с достоверностью объективно свидетельствующих о незаконности и необоснованности вынесенного ДД.ММ.ГГГГ мировым судьёй постановления о назначении административного наказания, представлено не было, а судом подобных оснований не установлено, законных оснований для удовлетворения жалобы лица, в отношении которого вынесено постановление по делу, не усматривается.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 30.6, 30.7 КоАП РФ, суд

РЕШИЛ:

Постановление мирового судьи судебного участка № <адрес> ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ по делу об административном правонарушении № по ч.1 ст. 12.26 КоАП РФ отношении ФИО1 – оставить без изменения, жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Решение вступает в законную силу немедленно после вынесения.

Решение может быть обжаловано в Третий кассационный суд общей юрисдикции в порядке ст.ст. 30.12-30.14 КоАП РФ.

Судья