Решение № 2-1814/2018 2-1814/2018~М-1723/2018 М-1723/2018 от 20 ноября 2018 г. по делу № 2-1814/2018

Дело № 2-1814/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 ноября 2018 года г. Орск

Советский районный суд г. Орска Оренбургской области в составе:

председательствующего судьи Федоровой А.В.,

при секретаре Корнелюк Е.Ю.,

с участием заместителя прокурора Советского района г. Орска Каипова Р.Р., истца ФИО1, ее представителя ФИО2, представителя ответчика общества с ограниченной ответственностью «Аптеки Саффарм» ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Аптеки Саффарм» о восстановлении на работе, оплате вынужденного прогула, компенсации морального вреда

установил:

ФИО1 обратилась в суд с вышеназванным иском, указав, что она с 18 декабря 2017 года работала в должности ** в аптеке ООО «Аптеки Саффарм», находящейся по адресу: <адрес>. Приказом от 11 сентября 2018 года она была уволена по соглашению сторон в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. Считает свое увольнение незаконным, поскольку работодателем на нее оказывалось психологическое давление. Им применялся шантаж, запугивание ее с целью уволить ее по статье Трудового кодекса Российской Федерации, позорящей ее как работника. Увольнению по соглашению сторон предшествовала ее «травля», унижение со стороны работодателя, начиная с 26 июля 2018 года.

Просит суд восстановить ее на работе в аптеке ООО «Аптеки Саффарм», находящейся по адресу: <адрес>, в должности **. Взыскать с ответчика в ее пользу средний заработок за время вынужденного прогула с 11 сентября 2018 года по настоящее время, и по день восстановления на работе. Взыскать с ответчика в ее пользу компенсацию морального вреда в сумме 100 000 руб.

Истец ФИО1 в судебном заседании требования поддержала по основаниям, изложенным в иске, просила удовлетворить. Указала, что заключению соглашения о расторжении трудового договора предшествовали действия работодателя по принуждению ее уволиться. Это началось 26 июля 2018 года, когда ее обвинили в том, что она не следит за сотрудниками аптеки, вследствие чего они вовремя не приходят на работу. Вместе с тем, она не знала, что исполняет обязанности ** аптекой и должна отвечать за других сотрудников. Затем работодатель организовал проверку, по результатам которой были выявлены нарушения в работе аптеки. Считает, что указанные нарушения были допущены не по ее вине, поскольку, пока она была в отпуске, работали два других сотрудника, за действия которых она отвечать не должна. В своих объяснительных она писала, что фактически работает одна, как **, и при этом должна еще и обучать новых сотрудников. При проведении ревизии в аптеке была обнаружена недостача. От нее вновь потребовали объяснение как от материально ответственного лица. В связи с ухудшением состояния здоровья она ушла на больничный, а по выходу на работу ее к исполнению должностных обязанностей не допустили, объяснив это тем, что ведется проверка по факту выявленной в аптеке недостачи. Поскольку сотрудники аптеки относились к ней пренебрежительно, холодно, начальник отдела кадров разговаривала с ней на повышенных тонах, она поняла, что они хотят ее уволить. Кроме того, из разговора с директором ФИО4 она поняла, что недостача, обнаруженная в аптеке в результате ревизии, составляет 77 000 руб., и в случае, если она не уволится по собственному желанию, ее заставят выплачивать данную сумму. В связи с этим у нее не было другого выхода, кроме как уволиться.

Представитель истца ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании поддержала исковые требования. Дополнительно пояснила, что после заключения между истцом и ответчиком соглашения о расторжении трудового договора у ФИО1 действительно не было претензий к работодателю. Вместе с тем, пытаясь впоследствии трудоустроиться, она (истец) отправила анкеты потенциальным работодателям, но они не перезвонили ей и не дали согласия на заключение трудового договора. Из телефонного разговора истцу стало известно, что с последних двух мест ее работы поступили отрицательные отзывы работодателей. В связи с этим ФИО1 обратилась в суд с данным иском. Также считала, что по вине ответчика ФИО1, имея специальное образование **, вынуждена стоять на учете в Центре занятости, как безработная.

Представитель ответчика ООО «Аптеки Саффарм» ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании в удовлетворении исковых требований ФИО1 просила отказать. Не отрицала, что инициатором заключения соглашения о расторжении с истцом трудового договора выступил работодатель, что не запрещено законом. ФИО1 выдвинула свои условия, на которых она была согласна расторгнуть трудовой договор, а именно, выплату ей дополнительного выходного пособия в размере 40 000 руб. Все полагающиеся истцу при увольнении денежные средства были выплачены ей в день увольнения, процедура увольнения, предусмотренная трудовым законодательством, была работодателем соблюдена. Представитель ответчика отрицала факт оказания работодателем давления на истца. Освобождение ФИО1 от совмещения обязанностей ** и ** аптечным пунктом объяснила тем, что по результатам проверки работы аптеки по <адрес> было выявлено множество нарушений со стороны истца как должностных обязанностей ** так и должностных обязанностей ** аптекой. В своих объяснениях ФИО1 пояснила, что не справляется сразу со всеми обязанностями по двум должностям. В связи с этим она была освобождена от исполнения обязанностей ** аптекой. О том, что ФИО1 совмещает обязанности ** и ** аптекой с января 2018 года, ей было известно, как и о производимой ей в связи с этим доплате. Об этом свидетельствует факт наличия подписи истца в должностной инструкции ** аптекой, а также то, что она в своих объяснительных и заявлениях на имя руководства сама именовала себя исполняющей обязанности ** аптекой.

Представитель ответчика ООО «Аптеки Саффарм» ФИО4, действующий на основании Устава, в предыдущем судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований. Указал, что во время работы истца в аптеке между ними были рабочие отношения, имелись разногласия по рабочим вопросам, которые своевременно урегулировались. Пояснил, что 10 сентября 2018 года он договорился о встрече с ФИО1 После двухчасовой беседы, в которой принимала участие и представитель истца ФИО2, они решили подписать соглашение о расторжении трудового договора на условиях, которые были выдвинуты истцом и ее представителем. При этом соглашение несколько раз переоформлялось по просьбе истца, пока не была достигнута договоренность по всем его пунктам. Считает, что подписание соглашения истцом было добровольным, осознанным. Давление работодателем на нее не оказывалось. После подписания соглашения на вопрос, есть ли у истца претензии к работодателю, ФИО1 ответила отрицательно, о чем имеется аудиозапись.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, выслушав заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования ФИО1 удовлетворению не подлежат, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 20 Трудового кодекса Российской Федерации сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель. Работник – физическое лицо, вступившее в трудовые отношения с работодателем. Работодатель – физическое лицо либо юридическое лицо (организация), вступившее в трудовые отношения с работником. В случаях, предусмотренных федеральными законами, в качестве работодателя может выступать иной субъект, наделенный правом заключать трудовые договоры.

В соответствии со ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Согласно ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами. При этом работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров.

В силу ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор – соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя. Сторонами трудового договора являются работодатель и работник.

Одним из оснований прекращения трудового договора в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации является соглашение сторон.

Трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора (ст. 78 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела следует, что приказом от 18 декабря 2017 года № ФИО1 была принята на работу в ООО «Аптеки Саффарм» на должность **. Между ней и ООО «Аптеки Саффарм» 18 декабря 2017 года был заключен трудовой договор.

Приказом от 10 сентября 2018 года № ФИО1 была уволена с 11 сентября 2018 года на основании п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации по соглашению сторон.

По условиям соглашения, заключенного между ООО «Аптеки Саффарм» в лице директора ФИО4 (Работодатель) и ФИО1 (Работник), последним днем работы ФИО1 являлось 11 сентября 2018 года. Работодатель принял на себя обязательство в последний рабочий день Работника выплатить ему выходное пособие в размере 40 000 руб., заработную плату за август 2018 года, сентябрь 2018 года, оплату больничного листа за период с 24 августа 2018 года по 07 сентября 2018 года, компенсацию за прохождение медицинского осмотра в сумме 2 433 руб., компенсацию за неиспользованный отпуск. Согласно п. 4 Соглашения оно не может быть расторгнуто в одностороннем порядке. Оговорено, что стороны претензий друг к другу не имеют.

Соглашение подписано директором ООО «Аптеки Саффарм» ФИО4 и ФИО1, что не оспаривалось сторонами.

Из представленного суду реестра денежных средств с результатами зачислений видно, что 11 сентября 2018 года ООО «Аптеки Саффарм» перечислило ФИО1 40 000 руб. – выходное пособие; 7 394,37 руб. – заработная плата за сентябрь, оплата больничного листа, компенсация за неиспользованный отпуск; 2 433 руб. – компенсация за медосмотр; 6 555,5 руб. – заработная плата за август 2018 года; 5 337,48 руб. – премия за товарооборот. Истцом факт получения указанных сумм не оспаривался.

Истцом 11 сентября 2018 года было написано заявление на имя директора ООО «Аптеки Саффарм», в котором она просила выслать ей две справки формы 2-НДФЛ, расчетные листы по заработной плате за август и сентябрь 2018 года, трудовую книжку, а также составить характеристику на нее для трудоустройства.

Согласно представленным в материалы дела описи вложения в ценное письмо и обратному уведомлению запрашиваемые истцом документы 11 сентября 2018 года были направлены ей и 17 сентября 2018 года получены ФИО1 Характеристика для предъявления по месту требования дана истцу 21 сентября 2018 года.

Оспаривая увольнение по соглашению сторон, ФИО1 указала, что данное соглашение было заключено ею под давлением и принуждением со стороны работодателя.

При этом ФИО1 сослалась на то обстоятельство, что она была безо всяких причин отстранена от работы по выходу с больничного 08 сентября 2018 года.

В материалы дела представлен приказ от 31 августа 2018 года №, об отстранении ** ФИО1 от работы с сохранением среднего заработка на время расследования причин недостачи в аптечном подразделении по адресу: <адрес>, выявленной в результате ревизии, проведенной в период с 25 августа 2018 года по 26 августа 2018 года.

Вместе с тем, ФИО1 не отрицала, что 08 сентября 2018 года она находилась на рабочем месте весь день. Указанное подтверждается представленной истцом в материалы дела видеозаписью.

Кроме того, согласно пояснениям представителя ответчика, подтвержденным представленным в материалы дела приказом от 08 сентября 2018 года №, приказ от 31 августа 2018 года об отстранении ФИО1 от работы был отменен, поскольку был подписан заместителем директора ООО «Аптеки Саффарм» С.А.М. с превышением должностных полномочий. ** ФИО1 была допущена 08 сентября 2018 года к выполнению трудовых обязанностей.

Согласно выписке из табеля учета рабочего времени ООО «Апетки Саффарм» за сентябрь 2018 года и расчетного листка о выплате истцу заработной платы за сентябрь 2018 года ФИО1 работала 08 сентября и 09 сентября 2018 года по 10,5 часов, за что ей начислена и выплачена заработная плата.

Доводы ФИО1 о том, что она не знала, что обязана отвечать за действия других сотрудников аптечного подразделения, поскольку не исполняла обязанности ** аптечным пунктом, опровергаются материалами дела.

Согласно представленной ответчиком копии должностной инструкции ** Аптечным подразделением ООО «Аптеки Саффарм» ФИО1 была ознакомлена с данной должностной инструкцией 20 февраля 2018 года, о чем свидетельствует ее подпись на каждой странице.

Кроме того, в своих объяснительных и заявлениях, поданных на имя руководства организации, ФИО1 указывала, что является исполняющей обязанности ** аптекой.

Освобождение ФИО1 от совмещения обязанностей ** и ** аптечным пунктом согласно пояснениям представителя ответчика было связано с тем, что по результатам проверки работы аптеки по <адрес> было выявлено множество нарушений со стороны истца как должностных обязанностей **, так и должностных обязанностей ** аптекой. В своих объяснениях ФИО1 пояснила, что не справляется с обязанностями по двум должностям. В связи с этим она была освобождена от исполнения обязанностей ** аптекой.

Довод истца о том, что проведенная в августе 2018 года в аптечном подразделении на <адрес> ревизия была запланирована с целью ее последующего увольнения, не нашел подтверждения в ходе рассмотрения дела. Как видно из приказа от 22 августа 2018 года № о проведении инвентаризации товарно-материальных ценностей, она являлась плановой. Проведение плановых инвентаризаций в аптеке предусмотрено Договором о полной коллективной материальной ответственности от 17 января 2018 года, подписанным, в том числе ФИО1

Необходимо отметить, что по результатам проведенной ревизии ФИО1 не была привлечена к дисциплинарной ответственности, к ней не были применены финансовые санкции. Результаты ревизии истцом не обжаловались.

К доводу ФИО1 о том, что отказ администратора аптечного подразделения А.Л.М. 10 сентября 2018 года принять у нее больничный лист для передачи руководству ООО «Аптеки Саффарм» был произведен с целью принуждения истца к увольнению, суд относится критически. Истцом не представлено доказательств того, что на администратора А.Л.М. возложена обязанность принимать и передавать больничные листы и иные документы работников подразделения руководству. Также не представлено доказательств того, что ФИО1 не могла направить больничный лист руководителю ООО «Аптеки Саффарм» заказным письмом или передать иным способом.

Исследовав представленную истцом в судебном заседании аудиозапись разговора ФИО1, ее представителя ФИО2 и директора ООО «Аптеки Саффарм» ФИО4 от 10 сентября 2018 года, суд не находит оснований полагать, что соглашение о расторжении трудового договора было заключено истцом под давлением работодателя. Из записи слышно, что беседа имела нейтральный характер, со стороны работодателя не было высказано угроз, оскорблений, общение происходило корректно. Инициатором заключения соглашения выступил ФИО4, однако представителем истца предлагались условия, на которых ФИО1 согласна была заключить соглашение, оговаривалась сумма выплат, которую она желает получить от работодателя. Истец не возражала против заключения соглашения о расторжении трудового договора.

Отсутствие претензий к работодателю со стороны ФИО1 подтверждается и аудиозаписью, представленной ответчиком, на которой зафиксирован разговор между истцом и ответчиком после заключения соглашения о расторжении трудового договора.

Добровольный характер заключения ФИО1 соглашения о расторжении трудового договора подтверждается также совокупностью действий истца после увольнения, а именно: прекращением осуществления трудовых обязанностей, получением выплат, полагающихся ей при увольнении в соответствии с соглашением от 10 сентября 2018 года, обращением в день увольнения с заявлением к работодателю о направлении ей по почте трудовой книжки, справок формы 2-НДФЛ, а также составлении и направлении характеристики для последующего трудоустройства.

Суд считает необходимым указать, что при рассмотрении дела ФИО1 также не отрицался факт отсутствия у нее претензий к работодателю после заключения соглашения о расторжении трудового договора. Представителем истца ФИО2 были даны пояснения, которые не были опровергнуты истцом, о том, что обращение в суд с настоящим иском было вызвано тем, что ФИО1 до настоящего времени не трудоустроена.

Между тем, указанные обстоятельства не могут служить основанием для признания незаконным увольнения по соглашению сторон, расторжение которого в одностороннем порядке по смыслу трудового законодательства недопустимо.

Исследовав и оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований о восстановлении на работе, оплате вынужденного прогула, поскольку между сторонами была достигнута договоренность о расторжении трудового договора с соблюдением требований трудового законодательства и на основании взаимного волеизъявления, в связи с чем ФИО1 была правомерно уволена по п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. Допустимых и достаточных доказательств, подтверждающих доводы истца о том, что прекращение между сторонами трудовых отношений с ее стороны носило вынужденный характер, с учетом последовательности совершенных ею после увольнения действий, не представлено.

Поскольку нарушений трудового законодательства со стороны работодателя в судебном заседании не установлено, оснований для компенсации истцу морального вреда не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Аптеки Саффарм» о восстановлении на работе, оплате вынужденного прогула и компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Советский районный суд г.Орска в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья подпись А.В. Федорова

Решение в окончательной форме изготовлено 26 ноября 2018 года