Приговор № 1-241/2017 от 31 августа 2017 г. по делу № 1-241/2017

Дело <№> Стр.<№>


ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

<Дата>

г.Архангельск

Ломоносовский районный суд г. Архангельска в составе

председательствующего Шарапова Е.Г.

при секретаре Коршуновой О.В.,

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора города Архангельска Хамзиной С.Т.,

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Коломийца А.В.,

потерпевшей и гражданского истца Потерпевший №1,

представителя потерпевшего – адвоката Аншукова Д.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, родившегося <Дата> в ..., гражданина Российской Федерации, с полным средним образованием, состоящего в браке, имеющего двух несовершеннолетних детей, индивидуального предпринимателя, зарегистрированного и проживающего по адресу: ..., ранее не судимого, находящегося под обязательством о явке,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, управляя автомобилем, допустил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, при следующих обстоятельствах.

<Дата> ФИО1, являясь участником дорожного движения - водителем, управляя технически исправным автопоездом в составе автомобиля тягача <***>», государственный регистрационный знак <№>, с полуприцепом <***>, государственный регистрационный знак <№>, следуя на нем по проезжей части ..., будучи заранее предупрежденным:

- соответствующими дорожными знаками 5.19.1 и 5.19.2 «Пешеходный переход», установленными Приложением №1 к Правилам дорожного движения РФ, утвержденным Постановлением Совета Министров Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090 (в редакции Постановления Правительства РФ от 10 сентября 2016 г. N 904), далее - ПДД РФ,

- дорожной разметкой 1.14.1 – «зебра» - обозначающей пешеходный переход, установленной Приложением №2 к ПДД РФ,

о приближении к нерегулируемому пешеходному переходу, расположенному в районе пересечения ..., по причине преступной небрежности осуществлял движение со скоростью не менее 62,2 км/ч, то есть с превышением максимально допустимой скорости движения на данном участке дороги.

Таким образом, ФИО1 нарушил:

- п. 10.1 (абзац 1) ПДД РФ, обязывающий водителя вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения,

- п. 10.2 ПДД РФ, устанавливающий, что в населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч.

При этом, он не уступил дорогу пешеходу Ч.Н.А., пересекающему проезжую часть ... справа налево по ходу движения ФИО1 в зоне действия указанного нерегулируемого пешеходного перехода и имеющего преимущество в движении, нарушив требования п. 14.1 ПДД РФ, предписывающего водителю транспортного средства, приближающегося к нерегулируемому пешеходному переходу, уступить дорогу пешеходам, переходящим дорогу или вступившим на проезжую часть для осуществления перехода, и допустил на него наезд, в результате которого потерпевшему были причинены телесные повреждения, от которых он скончался в больнице:

- тупая сочетанная травма тела, проявившаяся в наличии телесных повреждений:

- тупая травма головы: ушибленная рана левого отдела лобно-теменной области на фоне ссадины, кровоподтек век левого глаза, ушиб правой височной доли;

- тупая травма груди: перелом диафиза левой ключицы, переломы средних отрезков 1-10 левых ребер с повреждениями костными отломками пристеночной плевры и левого легкого, переломы передних отрезков 2-5 левых ребер с повреждением пристеночной плевры, левосторонний гемопневмоторакс (1500 мл.);

- тупая травма таза: переломы верхней и нижней ветвей левой лобковой кости;

- в области верхних конечностей: кровоподтек тыльной поверхности левой кисти;

- в области нижних конечностей: кровоизлияния в ткани задней поверхности обеих голеней.

Указанная тупая сочетанная травма тела по квалифицирующему признаку вреда, опасного для жизни человека, оценивается как тяжкий вред здоровью и состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти Ч.Н.А

Кроме того, своими действиями ФИО1 нарушил требования п. 1.3 и 1.5 ПДД РФ, обязывающих участников дорожного движения знать и соблюдать относящиеся к ним требования ПДД РФ, …, знаков…, и действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

При соблюдении Правил дорожного движения РФ, необходимой внимательности и предусмотрительности, имея достаточный жизненный опыт и водительский стаж, ФИО1 мог и должен был предвидеть наступление указанных последствий и не допустить их.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину не признал и пояснил, что действительно при вышеописанных обстоятельствах совершил наезд на пешехода, однако технической возможности остановиться он не имел. По мнению подсудимого потерпевший умер от гипогликемической комы в результате врачебной ошибки при оказании медицинской помощи, а не от телесных повреждений, которые были причинены в результате столкновения с автопоездом.

В дальнейшем при допросе ФИО1 показал, что знает о наличии в указанном месте пешеходного перехода, поскольку на протяжении нескольких лет часто ездит по .... В день ДТП он двигался на технически исправном автопоезде <***> по ... в г. Архангельске. Приближаясь к пешеходному переходу, он убрал ногу с педали газа, в результате чего автопоезд снизил скорость до разрешенной – 50-55 км/ч, более скорости он не снижал. Поскольку видимость в тот день была хорошая, он увидел потерпевшего сразу же, как тот повернул на ... и направился по обочине дороги в сторону пешеходного перехода. Не смотря на то, что потерпевший двигался по обочине дороги в сторону пешеходного перехода, никаких признаков того, что тот начнет переходить улицу, ФИО1 не заметил. Когда ФИО1 до пешеходного перехода оставалось двигаться около 20 метров, потерпевший повернул с обочины и начал переходить улицу по пешеходному переходу. Увидев это, ФИО1 начал экстренно тормозить и предпринял маневр влево, чтобы объехать его, однако избежать столкновения не смог и допустил наезд на пешехода. По мнению подсудимого технической возможности избежать наезда на пешехода у него не было.

После окончания предоставления сторонами доказательств по делу ФИО1 вину в инкриминированном ему преступлении признал в полном объеме, пояснив, что раскаивается в содеянном.

Вина в совершении указанного преступления полностью подтверждается следующими доказательствами.

Из показаний допрошенной в судебном заседании потерпевшей Потерпевший №1 и оглашенных в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний потерпевшего Потерпевший №2 следует, что их отец Ч.Н.А <Дата> года рождения проживал на ... тракт в г. Архангельске, откуда часто ходил пешком на дачу в <***> через нерегулируемый пешеходный переход в районе перекрестка ... и .... <Дата> днем потерпевшие узнали, что их отца сбила машина, и он скончался в больнице.

Кроме того, рассказывая об обстоятельствах проведения следственного эксперимента, Потерпевший №1 сообщила, что статист воспроизвел темп и скорость походки её отца, с которой тот, с учетом его возраста, ходил.

Свидетель П.И.Н., показания которого были исследованы в судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, на стадии предварительного следствия сообщил, что <Дата> около <Дата> на своем автомобиле он двигался по ... в направлении ... в г.Архангельске. Подъехав к нерегулируемому пешеходному переходу, расположенному на ... недалеко от ..., он увидел, что на нем, причем преимущественно на полосе встречного движения, стоит грузовой автомобиль <***> с прицепом, а справа от него в районе задних колес лежит мужчина, которого, как он понял, сбил указанный автомобиль. Когда П.И.Н вышел из автомобиля и спросил у водителя автомобиля <***> обстоятельства произошедшего, тот ответил, что не заметил пешехода, начавшего переходить дорогу на пешеходном переходе, и сбил его (т.1 л.д.102).

Из показаний свидетеля Свидетель №2., данных на предварительном следствии, следует, что <Дата> он на автомобиле ГАЗель под управлением Свидетель №1 двигался по ... в г. Архангельске. Перед ними на расстоянии 10-15 метров ехал автопоезд «Сканиа» с полуприцепом. Как ему казалось, скорость автопоезда составляла порядка 40-50 км/ч, но на спидометр ГАЗели он не смотрел. Когда они приближались к нерегулируемому пешеходному переходу в районе пересечения ... и ... он увидел, что на пешеходный переход вышел пожилой человек и медленно стал двигаться через проезжую часть. Не доезжая метров 15-20 до пешеходного перехода, автопоезд стал тормозить и маневрировать, выехав на полосу встречного движения, однако избежать столкновения с пешеходом не смог и совершил наезд на него правой стороной.

В судебном заседании свидетель Свидетель №2 показал, что видел, как пешеход идет по обочине дороги к пешеходному переходу, а дорожные знаки, обозначающие переход, он видел отчетливо за 150-200 метров до него.

При этом Свидетель №2 свои показания в судебном заседании частично изменил, сообщив, что возраст пешехода он рассмотреть не мог, а походка последнего была «обычной».

Допрошенный в судебном заседании водитель автомобиля ГАЗель Свидетель №1 показал, что он двигался за рулем автомобиля ГАЗель со скоростью 60 км/ч, которую определял по спидометру. Перед ним с такой же скоростью ехал автопоезд <***> с полуприцепом. Не доезжая 30-40 метров до пешеходного перехода, расположенного вблизи перекрестка ... и ... в г. Архангельске, автопоезд начал экстренно тормозить. Свидетель №1 также остановил свой автомобиль, выйдя из которого, увидел, что автопоезд сбил пешехода.

Согласно заключению эксперта <№> от <Дата>, в результате ДТП пострадавшему Ч.Н.А была причинена тупая сочетанная травма тела, проявившаяся в наличии телесных повреждений:

- тупая травма головы: ушибленная рана левого отдела лобно-теменной области на фоне ссадины, кровоподтек век левого глаза, ушиб правой височной доли;

- тупая травма груди: перелом диафиза левой ключицы, переломы средних отрезков 1-10 левых ребер с повреждениями костными отломками пристеночной плевры и левого легкого, переломы передних отрезков 2-5 левых ребер с повреждением пристеночной плевры, левосторонний гемопневмоторакс (1500 мл.);

- тупая травма таза: переломы верхней и нижней ветвей левой лобковой кости;

- в области верхних конечностей: кровоподтек тыльной поверхности левой кисти;

- в области нижних конечностей: кровоизлияния в ткани задней поверхности обеих голеней.

Указанная тупая сочетанная травма тела по квалифицирующему признаку вреда, опасного для жизни человека, оценивается как тяжкий вред здоровью и состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти Ч.Н.А (т.1л.д.153-161).

Допрошенный в судебном заседании врач судебно-медицинский эксперт Е.И.Т показал, что выводы о телесных повреждениях и причине смерти, сделанные им в экспертном заключении, соответствуют действительности. Совокупность телесных повреждений, обнаруженных у Ч.Н.А, соответствует травмам, полученным при ДТП. Сомнений в правильности оказанной потерпевшему медицинской помощи у него не имеется.

Заключением эксперта <№> от <Дата> установлено, что с учетом зафиксированных на месте происшествия следов торможения скорость движения автопоезда <***> в момент применения водителем торможения составляла не менее 62,2 км/ч. В рассматриваемой дорожной ситуации водитель автопоезда <***> должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 (абз. 1), п. 10.2 и 14.1 ПДД РФ. При заданных и принятых исходных данных у водителя имелась техническая возможность предотвратить наезд на пешехода путем торможения, как при фактической, так и при максимально допустимой скорости движения. Следовательно, в случае своевременного выполнения требований п. 14.1 ПДД РФ наезд автопоезда <***> на пешехода исключался (т.1 л.д.137-139).

Эксперт-автотехник Н.С.А в судебном заседании подтвердил выводы, сделанные им в заключении эксперта. Автопоезд <***> находился в исправном состоянии, является современной техникой, в связи с чем эффективность и скорость его торможения лучше, чем в применяемых для расчетов методиках, а потому минимальная скорость, с которой он двигался перед столкновением, составляла 62,2 км/ч. Примененный при проведении экспертизы табличный показатель скорости пешехода в возрасте старше 70 лет при движении спокойным шагом в осенне-зимний период соответствовал результатам следственного эксперимента и составил 2,9 км/ч. Показания тахографа, как средства непрерывной фиксации скорости транспортного средства, не могут использоваться в качестве единственного средства для установления такой скорости в конкретный момент времени.

Просмотренной в судебном заседании видеозаписью регистратора зафиксировано рассматриваемое дорожно-транспортное происшествие (т.1 л.д.123).

Из протокола осмотра места совершения административного правонарушения и приложений к нему следует, что <Дата> в районе перекрестка ... и ... в г. Архангельске на нерегулируемом пешеходном переходе, обозначенном дорожной разметкой 1.14.1 «зебра» и дорожными знаками 5.19.1 и 5.19.2 «пешеходный переход», установленными с обеих сторон проезжей части, автопоездом в составе тягача <***>, государственный регистрационный знак <№>, с полуприцепом <***>», государственный регистрационный знак <***>, под управлением ФИО1, допущен наезд на пешехода Ч.Н.А Ширина проезжей части составляет 7,9 метра, ширина зоны пешеходного перехода – 5,8 метра. Длина следов торможения автопоезда – 34 метра. Место наезда на пешехода, указанное ФИО1, находится в 2,8 метрах от правого края проезжей части. У автомобиля <***> обнаружены механические повреждения в передней правой части. Погода пасмурная, а состояние дорожного покрытия – мерзлый асфальт (т.1 л.д.12-26).

Из справки о погодных условиях следует, что по данным метеостанции Архангельск в период с <Дата><Дата> осадков не наблюдалось, температура воздуха колебалась от -8,4 до -6,3 градусов Цельсия, ветер восточный 1-5 м/с.

Протоколом следственного эксперимента с участием потерпевшей Потерпевший №1 установлен темп движения, в котором обычно передвигался её отец применительно к темпу «спокойный шаг» (т.1 л.д.115-117).

Стороной защиты в судебном заседании приобщен акт автотехнического исследования, а также допрошен специалист П.В.Е, выполнивший указанное исследование, который не согласился с выводами автотехнической судебной экспертизы, произведенной экспертом Н.С.А., сообщив, что скорость, с который двигался автопоезд под управлением ФИО1, составляла менее 62,2 км/ч, а рассчитанная в соответствии с показаниями тахографа – 56 км/ч, при этом технической возможности остановиться он не имел.

Анализируя вышеизложенные доказательства, суд находит вину подсудимого в совершении данного преступления доказанной.

Потерпевшие Потерпевший №2 и Потерпевший №1 последовательно сообщали о маршруте движения потерпевшего до дачного участка через нерегулируемый пешеходный переход на ... в г. Архангельске, его возрасте и соответствующем темпе движения.

Очевидцы дорожно-транспортного происшествия Свидетель №1 и Свидетель №2, а также свидетель П.И.Н, подъехавший на место ДТП сразу же после него, на всех этапах уголовного судопроизводства подробно и последовательно описывали известные им обстоятельства дорожно-транспортного происшествия и события, происходившие после него. При этом П.И.Н в ходе допроса указал, что ФИО1 лично пояснил ему, что сбил пешехода, так как не заметил его.

Суд принимает за основу показания свидетеля Свидетель №2 в части возраста, темпа и скорости ходьбы потерпевшего, данные им на предварительном следствии, и, соответственно, отвергает измененные им в судебном заседании в этой части показания, поскольку никаких мотивов, обосновывающих факт изменения им показаний, Свидетель №2 в судебном заседании не привел. Показания, данные им на предварительном следствии в указанной выше части в полной мере согласуются с фактическими данными о возрасте потерпевшего пешехода, показаниями потерпевших и результатами следственного эксперимента.

Допрошенный в судебном заседании эксперт-автотехник Н.С.А подтвердил выводы, сделанные им по результатам проведения экспертизы, о превышении ФИО1 максимально разрешенной скорости и наличии технической возможности предотвратить наезд на пешехода.

Судебно-медицинский эксперт Е.И.Т сообщил о причине смерти потерпевшего и обнаруженных у того телесных повреждениях.

Установленный заключением судебно-медицинского эксперта характер, локализация и механизм образования обнаруженных у потерпевшего телесных повреждений полностью соответствует обстоятельствам, при которых они были ему причинены, и опровергают версию подсудимого относительно нахождения потерпевшего в момент столкновения с автопоездом в состоянии гипогликемической комы, приведшей в совокупности с ненадлежащим оказанием медицинской помощи по мнению ФИО1 к смерти потерпевшего.

При таких обстоятельствах, каких-либо оснований не доверять показаниям потерпевших и всех вышеперечисленных свидетелей и экспертов, у суда не имеется, а, учитывая, что такие показания получены в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, суд признает их допустимыми и достоверными и принимает за основу.

Причин для оговора ФИО1 со стороны потерпевших, свидетелей и экспертов в судебном заседании не установлено и объективных данных в подтверждение этому сторонами суду не представлено.

Суд признает недостоверными показания ФИО1 относительно отсутствия у него технической возможности остановиться, о скорости, с которой он двигался непосредственно перед столкновением, а также несостоятельными все его доводы о неверности выводов, сделанных экспертом Н.С.А. при производстве экспертизы на основании по мнению подсудимого недостоверных сведений о скорости и темпе ходьбы потерпевшего, а также неправильном применении норм законодательства и методик при производстве экспертных расчетов.

Указанные показания и доводы ФИО1 полностью опровергаются заключением автотехнической судебной экспертизы <№> от <Дата>, показаниями эксперта Н.С.А., а также показаниями самого ФИО1, который в судебном заседании пояснил, что видел, как пешеход шел по обочине дороги, пытаясь угадать, свернет последний на пешеходный переход или нет, однако никаких мер, направленных на снижение скорости дабы избежать возможности причинения им вреда, в нарушение действующих норм ПДД РФ не принял.

Заключение автотехнической судебной экспертизы является допустимым доказательством, соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, предъявляемым к заключению эксперта, так как содержит в себе, в том числе, сведения о времени и месте, основаниях производства экспертизы, назначившем ее должностном лице, данные эксперта с указанием образования, специальности и стажа работы, поставленные вопросы и выводы по ним, перечень представленных материалов, использованной литературе и методических рекомендациях, а также сведения о разъяснении эксперту прав, обязанностей и ответственности.

Судом не принимается в качестве доказательства не соответствующий требованиям допустимости акт автотехнического исследования, дополнения к нему и, как производные от последних, показания специалиста П.С.Е

Перед началом производства исследования специалисту П.С.Е не были разъяснены права, обязанности и ответственность, предусмотренные ст. 58 УПК РФ. Полнота и достоверность представленных специалисту исходных данных и материалов вызывает у суда сомнение, поскольку сведения об источнике их происхождения неизвестны. Наличие приложенного к акту исследования свидетельства на право производства автотехнических экспертиз за <№>, датированное <Дата>, при отсутствии сведений о прохождении П.В.Е повышения квалификации с учетом прошедшего с момента выдачи свидетельства времени и наличия существенных изменений, внесенных в используемое для производства такого вида экспертиз и исследований законодательство и методические рекомендации, вызывает у суда сомнение в компетентности П.В.Е., как специалиста, и, как следствие, в достоверности сделанных им выводах и данных им показаниях, являющихся в полном объеме производными от акта исследования.

ФИО2 Е о правильности применения им показаний тахографа для установления точной скорости транспортного средства в момент ДТП суд также находит несостоятельными.

Данный довод специалиста опровергается показаниями эксперта ФИО3 о том, что результаты, зафиксированные тахографом, не являющимся высокоточным прибором для измерения скорости в конкретный момент времени, в данном случае не могут быть использованы в качестве единственного источника для определения скорости транспортного средства.

Кроме того, сведений о проведении компетентными государственными органами на момент совершения ДТП надлежащей калибровки тахографа на тягаче <***>, подтвержденной соответствующим документом, стороной защиты не представлено, а как следует из показаний ФИО1 на момент ДТП калибровку тахограф не проходил.

В судебном заседании установлено, что нерегулируемый пешеходный переход, где имело место ДТП, оборудован предусмотренными п.п. 5.19.1 и 5.19.2 ПДД РФ знаками, а также разметкой «зебра».

ФИО1 в судебном заседании пояснил, что видимость в день ДТП была хорошая, а потерпевшего он заметил задолго до того, как тот повернул к пешеходному переходу и начал переходить проезжую часть. При этом ему были достоверно известны масса, габариты и, с учетом последних показателей, тормозной путь управляемого им автопоезда.

Указанные обстоятельства подтверждаются справкой о погодных условиях, свидетельствующей об отсутствии атмосферных осадков и хорошей видимости в день ДТП.

Осмотром места административного правонарушения установлено, что каких-либо объектов, препятствующих водителю своевременно заметить двигающегося по обочине дороги к пешеходному переходу потерпевшего и, как следствие, заранее предпринять необходимые для предотвращения причинения вреда меры, на обочине не имеется.

Расстояние, составляющее немногим менее 34 метров, которое преодолел потерпевший от перекрестка ... и ... до пешеходного перехода, с учетом его возраста и темпа ходьбы прямо свидетельствует о наличии у ФИО1 достаточного времени для принятия необходимых мер реагирования.

Являясь участником дорожного движения, ФИО1 в силу требований п. 1.3 ПДД РФ обязан знать и соблюдать требования названных Правил, а также во исполнение требований п. 1.5 ПДД РФ действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В соответствии с п.10.2 ПДД РФ в населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, а пунктом 10.1 ПДД РФ, на водителя возлагается обязанность вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. При этом скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований ПДД РФ. При возникновении опасности для движения, которую он в состоянии обнаружить, водитель обязан принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Вместе с тем указанные требования Правил дорожного движения подсудимым ФИО1 были нарушены, поскольку при выборе скоростного режима в населенном пункте он превысил установленную для движения скорость, вовремя не принял возможные меры к снижению скорости, что привело к дорожно-транспортному происшествию и находится в прямой причинно-следственной связи с наступившими в результате такого происшествия последствиями в виде смерти потерпевшего.

С учетом изложенного, суд квалифицирует действия ФИО1 по ч. 3 ст. 264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

За содеянное ФИО1 подлежит наказанию, при назначении которого суд, руководствуясь требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, данные о его личности, обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

Подсудимым Валиевым совершено преступление по неосторожности против безопасности движения, которое в соответствии с ч. 3 ст. 15 УК РФ относится к категории средней тяжести.

ФИО1 не судим (т.1 л.д.207), на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит (т.1 л.д.208-209), имеет постоянное место жительства и работы, по месту работы характеризуется положительно, как трудолюбивый и ответственный работник, женат, воспитывает двух дочерей.

В судебном заседании ФИО1 пояснил, что предложил потерпевшим компенсировать моральный вред в размере по 250 000 рублей каждому, однако потерпевшие от получения компенсации отказались, заявив, что поддерживают заявленный ими гражданский иск, в связи с чем суд признает указанные действия Валиева смягчающим наказание обстоятельством, как добровольное возмещение морального вреда, причиненного в результате преступления.

На месте происшествия ФИО1 обратился к очевидцам с просьбой вызвать скорую помощь, оказывал посильную первую медицинскую помощь, чем способствовал оказанию потерпевшему медицинской помощи непосредственно после совершения преступления, что также является обстоятельством, смягчающим наказание.

Участие ФИО1 в осмотре места происшествия суд расценивает как активное способствование расследованию преступления, а данное им до возбуждения уголовного дела в день дорожно-транспортного происшествия объяснение по существу произошедших событий – как явку с повинной, которые также признает смягчающими наказание обстоятельствами (т.1 л.д.12-29, 48).

Кроме указанных выше суд признает обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимому, наличие у него несовершеннолетних детей, принесение извинений потерпевшим, полное признание вины и раскаяние в содеянном в судебном заседании.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого, суд не усматривает.

С учетом всех вышеуказанных обстоятельств, характера и категории тяжести совершенного преступления, являющегося неумышленным и направленного против безопасности движения, последствиями которого явилась смерть человека, данных о личности подсудимого, суд приходит к выводу о том, что исправление подсудимого ФИО1 и достижение целей наказания, установленных ст. 43 УК РФ, без изоляции от общества невозможно, в связи с чем суд приходит к выводу о необходимости назначения ему наказания в виде реального лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами.

Принимая во внимание тяжесть, социальную значимость и характер совершенного ФИО1 преступления, суд не находит оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ и изменения его категории, равно как и для применения к подсудимому положений ст.ст. 53.1, 64 и 73 УК РФ.

При определении размера наказания Валиеву суд учитывает наличие совокупности смягчающих обстоятельств, возраст подсудимого, его семейное положение, состояние здоровья его и членов семьи, а также требования ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Учитывая, что Валиевым совершено неумышленное преступление, относящееся к категории средней тяжести, при этом ранее он реальное лишение свободы в исправительных колониях не отбывал, на основании п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ, местом отбывания наказания ФИО1 надлежит определить колонию-поселение. Меру процессуального принуждения – обязательство о явке, надлежит отменить после вступления приговора в законную силу.

Вещественные доказательства по делу – компакт-диск с видеозаписью и копию диска тахографа – необходимо хранить при деле.

Потерпевший Потерпевший №2 предъявил к ФИО1 требование об имущественной компенсации морального вреда в размере 1 000 000 (один миллион) рублей и расходов на погребение в размере 51 200 рублей, подтвердив последние копиями документов.

Потерпевшая Потерпевший №1 предъявила к ФИО1 требование об имущественной компенсации морального вреда в размере 1 000 000 (один миллион) рублей.

Разрешая гражданский иск потерпевших о компенсации морального вреда, суд исходит из того, что в соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Подсудимый ФИО1 в результате совершенного им преступления причинил Потерпевший №2 и Потерпевший №1 нравственные страдания.

При разрешении иска о компенсации морального вреда, суд руководствуется положениями ст. ст. 151, 1099, 1100 и 1101 Гражданского Кодекса Российской Федерации, и при определении размера компенсации морального вреда учитывает характер причиненных потерпевшим нравственных страданий, связанных с их индивидуальными особенностями, степень вины подсудимого, его материальное и семейное положение, состояние здоровья его и членов его семьи, а также требования разумности и справедливости, и находит размер компенсации морального вреда, заявленный потерпевшими, завышенным и подлежащим уменьшению до 650 000 рублей в пользу каждого из них.

В силу ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Поскольку в судебном заседании установлено, что расходы, связанные с погребением погибшего и проведением похорон, в размере 51 200 рублей явились результатом преступных действий ФИО1, исковые требования потерпевшего Потерпевший №2 о взыскании с подсудимого указанной суммы подлежат удовлетворению в полном объеме.

Кроме того, представителем потерпевшего Потерпевший №2 заявлено требование о выплате процессуальных издержек, связанных с оплатой расходов представителя из средств федерального бюджета в размере 60 000 рублей.

В силу ч. 3 ст. 42 УПК РФ, потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением, а также расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя.

На основании ч. 1 ст. 132 УПК РФ суд считает необходимым возместить потерпевшему Потерпевший №2 за счет средств федерального бюджета расходы, связанные с вознаграждением представителю в размере 60 000 рублей, которые находит разумными и соразмерными проделанной работе.

В соответствии с п. 1.1 ч. 2 ст. 131, ст. 132 УПК РФ суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, относятся к процессуальным издержкам и взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

В связи с тем, что В.А.В о своей имущественной несостоятельности не заявлял, находится в трудоспособном возрасте, суд не усматривает оснований для его полного или частичного освобождения от уплаты вышеуказанных процессуальных издержек в размере 60 000 рублей и считает необходимым взыскать их в полном объеме с В.А.В в федеральный бюджет.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 2 года с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 2 года.

Местом отбытия наказания в виде лишения свободы определить колонию-поселение.

Обязать ФИО1 самостоятельно проследовать в колонию-поселение в соответствии с ч.ч. 1 и 2 ст. 75.1 УИК РФ.

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять со дня его прибытия в колонию-поселение, с зачетом в срок наказания времени его следования к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием, врученным территориальным органом уголовно-исполнительной системы, из расчета один день за один день.

Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами исполнять самостоятельно.

Взыскать с ФИО1 в пользу Потерпевший №2 650 000 (шестьсот пятьдесят тысяч) рублей в качестве компенсации морального вреда, причиненного преступлением, и 51 200 рублей в качестве компенсации расходов на погребение погибшего и проведения похорон.

Взыскать с ФИО1 в пользу Потерпевший №1 650 000 (шестьсот пятьдесят тысяч) рублей в качестве компенсации морального вреда, причиненного преступлением.

Возместить потерпевшему Потерпевший №2 расходы, связанные с оплатой услуг представителя, в размере 60 000 (шестьдесят тысяч) рублей за счет средств федерального бюджета.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки – суммы, выплаченные потерпевшему Потерпевший №2 из федерального бюджета на оплату услуг представителя, в размере 60 000 (шестьдесят тысяч) рублей 00 копеек.

Меру процессуального принуждения ФИО1 в виде обязательства о явке после вступления приговора в законную силу – отменить.

Вещественные доказательства – компакт-диск и копию диска тахографа – хранить при деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Архангельском областном суде через Ломоносовский районный суд г. Архангельска в течение 10 суток со дня провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный в тот же срок вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Осужденный также вправе ходатайствовать об апелляционном рассмотрении дела с участием защитника, о чем должен подать в суд, постановивший приговор, соответствующее заявление в срок, установленный для подачи возражений на апелляционные жалобы (представление).

Председательствующий Е.Г. Шарапов