Приговор № 1-98/2019 от 26 августа 2019 г. по делу № 1-98/2019

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 августа 2019 года пос. Ленинский

Ленинский районный суд Тульской области в составе:

председательствующего судьи Никишина С.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарями Даник Е.Н. и Ушаковой Л.А.,

с участием государственных обвинителей – прокурора отдела по надзору за исполнением законодательства о противодействии коррупции ФИО2 и старшего помощника прокурора Ленинского района Тульской области Баранова В.В.,

подсудимого ФИО4,

защитников - адвоката Понкратова О.А., представившего удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ и адвоката Асташкина Р.Ю., представившего удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>, с <данные изъяты>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.5 ст.290 УК РФ,

установил:

ФИО4 являясь должностным лицом, лично получил взятку в виде денег, в крупном размере, за совершение действий в пользу взяткодателя, входящих в его служебные полномочия, а его должностное положение способствовало этим действиям связанного с общим покровительством по службе.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах:

ФИО4 приказом ВРИО директора государственного учреждения Тульской области <данные изъяты> №-л от 15.01.2018 г. назначен на должность главного специалиста общеадминистративного отдела государственного учреждения Тульской области <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно должностной инструкции главного специалиста общеадминистративного отдела государственного учреждения Тульской области <данные изъяты>», утвержденной 15.01.2018 г. Врио директора государственного учреждения <адрес><данные изъяты>, ФИО4 обязан:

-осуществлять контроль за освоением средств, выделяемых на медицинское оборудование в пределах годовых объемов финансирования, предусмотренных Законом Тульской области «О бюджете Тульской области», долгосрочными целевыми программами и за счет других источников финансирования в части исполнения государственными учреждениями здравоохранения государственных контрактов и договоров;

-организовывать технический надзор за состоянием медицинского оборудования в учреждениях здравоохранения Тульской области;

-участвовать в промежуточных, рабочих и государственных комиссиях по приемке и вводе в эксплуатацию медицинского оборудования в учреждениях здравоохранения Тульской области;

-контролировать выполнения условий государственных контрактов и договоров на поставку медицинского оборудования здравоохранения;

-создавать комиссию по приемке поставленного товара, выполненной работы или оказанной услуги, результатов отдельного этапа исполнения контракта.

Приказом министра здравоохранения Тульской области №-лс от ДД.ММ.ГГГГ на ФИО4 возложено исполнение обязанностей директора Государственного учреждения <адрес><данные изъяты> на период вакансии с 03.05.2018 г. с предоставлением права первой подписи.

В обязанности ФИО4 в соответствии с Уставом государственного учреждения Тульской области <данные изъяты> утвержденного приказом министра здравоохранения Тульской области №-осн от ДД.ММ.ГГГГ входило:

-распоряжение имуществом Учреждения в соответствии с законодательством Российской Федерации, Тульской области и настоящим Уставом;

-определение структуры и штатной численности Учреждения по согласованию с Учредителем;

-в установленном законодательством Российской Федерации порядке осуществление приема на работу и увольнение работников Учреждения, утверждение должностных инструкций;

-издание приказов и дача указаний, обязательных для всех работников Учреждения;

-решение вопросов оплаты труда работников Учреждения в соответствии с законодательством Российской Федерации и Тульской области;

-право первой подписи;

-осуществление контроля финансово-хозяйственной деятельности.

Приказом министра здравоохранения Тульской области №-лс от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО4 снято исполнение обязанностей директора государственного учреждения Тульской области <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ

Приказом ВРИО директора государственного учреждения Тульской области <данные изъяты> №-л от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 уволен с должности главного специалиста общеадминистративного отдела с ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, ФИО4 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, занимая должность главного специалиста общеадминистративного отдела и исполняя обязанности директора государственного учреждения Тульской области <данные изъяты> был наделен в установленном законом порядке распорядительными, контрольными, надзорными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости, то есть являлся представителем власти, а также выполнял организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции, то есть являлся должностным лицом.

В период времени, предшествующий ДД.ММ.ГГГГ, более точные дата и время следствием не установлены, ФИО4 познакомился с ФИО1, являющимся генеральным директором <данные изъяты>, который совместно со своей женой ФИО1, являющейся <данные изъяты> осуществляли деятельность по поставке в учреждения здравоохранения Тульской области изделий медицинского назначения, комплектующих к ним и расходных материалов.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, более точные дата и время следствием не установлены, ФИО1, осознавая, что у ФИО4, в связи с назначением его на должность главного специалиста общеадминистративного отдела государственного учреждения Тульской области <данные изъяты> имеются полномочия по осуществлению контроля за деятельностью учреждений здравоохранения Тульской области в сфере закупки медицинской техники и изделий медицинского назначения, обратился к последнему с просьбой оказать содействие по вопросу использования ГУЗ «<данные изъяты>» медицинского оборудования открытого типа, ранее поставленного ИП ФИО1 и иными организациями, вместо медицинского оборудования закрытого типа, имевшегося в указанном лечебном учреждении.

В указанный период времени у ФИО4, являющегося должностным лицом и представителем власти, находящегося на территории г. Тулы, более точное место следствием не установлено, достоверно осведомленного о том, что <данные изъяты> в лице генерального директора ФИО1 и <данные изъяты> ФИО1, осуществляют деятельностью по поставке в учреждения здравоохранения <адрес> изделий медицинского назначения, комплектующих к ним и расходных материалов, возник корыстный преступный умысел на ежемесячное систематическое получение лично взятки от ФИО1 в виде денег, в крупном размере, за покровительство указанной предпринимательской деятельности, выражающееся в совершении действий по созданию благоприятных условий для распространения в медицинских учреждениях Тульской области медицинского оборудования, поставляемого <данные изъяты> и <данные изъяты> ФИО1, участия в аукционах, проводимых указанными медицинскими учреждениями, по вопросам поставки расходных материалов для медицинского оборудования, а также предоставлении министру здравоохранения Тульской области положительной характеристики ФИО1 для решения в пользу последнего вопросов по поставке медицинского оборудования.

В период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, находясь на территории г. Тулы, более точные дата, время и место следствием не установлены, реализуя свой корыстный преступный умысел, на ежемесячное систематическое получение лично взятки от ФИО1 в виде денег, в крупном размере, ФИО4, являясь должностным лицом и представителем власти, действуя умышленно, с целью личного незаконного обогащения, вопреки интересам службы, из корыстных побуждений, осознавая общественную опасность и противоправность своих действий, предвидя наступление общественно-опасных последствий в виде существенного нарушения общественных отношений, обеспечивающих защиту авторитета учреждений здравоохранения, деформируя правосознание граждан, создавая у них представление о возможности удовлетворения личных и коллективных интересов путем подкупа должностных лиц, а также свободную конкуренцию предпринимательской деятельности в сфере распространения медицинского оборудования и комплектующих к нему в учреждения здравоохранения Тульской области, и желая их наступления, в нарушении ст.9 Федерального закона «О противодействии коррупции» № 273-ФЗ от 25.12.2008 г., в ходе личной встречи сообщил ФИО1 о том, что, используя свое служебное положение и авторитет занимаемой должности, окажет покровительство предпринимательской деятельности <данные изъяты> в лице генерального директора ФИО1 и <данные изъяты> ФИО1, выражающееся в совершении действий по созданию благоприятных условий для распространения в медицинских учреждениях <адрес> медицинского оборудования, поставляемого ООО «ТРТК» и ИП ФИО1, участия в аукционах, проводимых указанными медицинскими учреждениями, по вопросам поставки расходных материалов для медицинского оборудования, а также предоставлении министру здравоохранения Тульской области положительной характеристики ФИО1 для решения вопросов по поставке медицинского оборудования в пользу последнего.

ФИО1, желающий создания благоприятных условий для развития его и ФИО1 предпринимательской деятельности, согласился с предложением ФИО4, договорившись с последним о передаче тому взятки в виде денег, в размере 20 тысяч рублей ежемесячно, путем перечисления данных денежных средств на подконтрольную ФИО4 банковскую карту.

Реализуя свой корыстный преступный умысел, ФИО4 в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, находясь на территории г. Тулы, более точные дата, время и место следствием не установлены, сообщил ФИО1 номер банковской карты ФИО6 (№), являющейся родственницей ФИО4, не осведомленной о его и ФИО1 преступных намерениях, прикрепленной к ее банковскому счету №, открытому в Тульском отделении <данные изъяты> №, по адресу: <адрес>, для перечисления на нее взятки в виде денег, в размере 20 тысяч рублей ежемесячно для дальнейшей их передачи ФИО4

В свою очередь, ФИО1 в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, находясь на территории г. Тулы, более точные дата, время и место следствием не установлены, дал указание своей супруге ФИО1, не осведомленной о его и ФИО4 преступных намерениях, перечислять со своей банковской карты, прикрепленной к банковскому счету №, открытому в Тульском отделении <данные изъяты>» №, по адресу: <адрес> денежные средства в размере 20 тысяч рублей ежемесячно на банковскую карту ФИО6 №.

После достижения указанной выше договоренности, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4, совершил ряд действий, направленных на создание благоприятных условий для распространения в медицинских учреждениях <адрес> медицинского оборудования, поставляемого <данные изъяты> и <данные изъяты> ФИО1, участия последних в аукционах, проводимых указанными медицинскими учреждениями, по вопросам поставки расходных материалов для медицинского оборудования, а также предоставлении министру здравоохранения <адрес> положительной характеристики ФИО1 для решения в пользу последнего вопросов по поставке медицинского оборудования. Так, в указанный период времени, ФИО4, находясь совместно с ФИО1 в помещении ГУЗ «<данные изъяты>», по адресу: <адрес>, потребовал от главного врача данного учреждения ФИО3 подписать дополнительное соглашение с ФИО1 на пролонгацию договора безвозмездного пользования медицинским биохимическим анализатором <данные изъяты>

ФИО3, осознавая, что у ФИО4 в связи с занимаемыми им должностями в государственном учреждении <адрес><данные изъяты> имеются обширные полномочия по осуществлению контроля за деятельностью учреждений здравоохранения <адрес> в сфере капитального ремонта, строительства, энергосбережения, транспорта, медицинской технике и изделий медицинского назначения, был вынужден согласиться с указанным требованием ФИО4

Также, в указанный период времени, ФИО4, находясь совместно с ФИО1 в помещении ГУЗ «<данные изъяты>», по адресу: <адрес>, выявил не функционирующий медицинский биохимический анализатор <данные изъяты>, после чего организовал его перемещение в ГУЗ <данные изъяты>» для дальнейшего ремонта ФИО1 и поставки последним и ФИО1 расходных материалов, необходимых для обеспечения работы данного медицинского оборудования.

В указанный период времени, ФИО4, находясь на рабочем месте в помещении государственного учреждения <адрес><данные изъяты>, по адресу: <адрес>, в ходе телефонного разговора с ФИО5, состоящего в должности заместителя главного врача ГУЗ <данные изъяты>» <адрес>, потребовал от последнего направлять в дальнейшем все технические задания, подготовленные сотрудниками указанного выше учреждения для проведения аукционов по закупке расходных материалов для медицинских биохимических анализаторов, на электронную почту ФИО1 и корректировать данные технические задания с учетом пожеланий последнего.

ФИО5, осознавая, что у ФИО4 в связи с занимаемыми им должностями в государственном учреждении <адрес><данные изъяты> имеются обширные полномочия по осуществлению контроля за деятельностью учреждений здравоохранения <адрес> в сфере капитального ремонта, строительства, энергосбережения, транспорта, медицинской технике и изделий медицинского назначения, был вынужден согласиться с указанным требованием ФИО4, после чего неоднократно посредством электронной почты направлял технические задания ФИО1 для согласования.

В указанный период времени, ФИО4, находясь в городе Туле, более точное место следствием не установлено, в ходе встречи с главным врачом ГУЗ «<данные изъяты>» ФИО11, неосведомленной о его и ФИО1 преступных намерениях, потребовал от последней использовать при эксплуатации медицинского оборудования, находящегося в данном медицинском учреждении, расходные материалы, поставляемые исключительно ФИО1

В указанный период времени, ФИО4, находясь в министерстве здравоохранения <адрес>, по адресу: <адрес>, в ходе неоднократных обращений к министру здравоохранения ФИО13, неосведомленному о преступных намерениях ФИО4 и ФИО1, сообщал ФИО13 информацию, положительно характеризующую ФИО1, как добросовестного поставщика медицинского оборудования и расходных материалов к нему на территории г. Тулы и Тульской области, с целью создания положительного имиджа последнего и исключения сотрудничества по указанным выше вопросам с иными поставщиками.

За указанное выше покровительство, выражающееся в виде действий, направленных на создание благоприятных условий для распространения в медицинских учреждениях <адрес> медицинского оборудования, поставляемого <данные изъяты> и <данные изъяты> ФИО1, участия в аукционах, проводимых указанными медицинскими учреждениями, по вопросам поставки расходных материалов для медицинского оборудования, а также предоставлении министру здравоохранения Тульской области положительной характеристики ФИО1 для решения в пользу последнего вопросов по поставке медицинского оборудования, ФИО1, не осведомленная о преступных намерениях ФИО4 и ФИО1, действуя по указанию последнего, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ осуществила переводы денежных средств в сумме 20 000 рублей на общую сумму 160 тысяч рублей, а также ДД.ММ.ГГГГ осуществила перевод денежных средств в размере 25 тысяч рублей, при помощи программы <данные изъяты>, установленной в ее мобильном телефоне, со счета № банковской карты, находящейся в ее пользовании, на счет № банковской карты, находящейся в пользовании ФИО6, в общей сумме 185 тысяч рублей.

Таким образом, ФИО4 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, являясь должностным лицом и представителем власти, действуя умышлено, с целью личного незаконного обогащения, вопреки интересам службы, из корыстных побуждений, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде существенного нарушения общественных отношений, обеспечивающих защиту авторитета учреждений здравоохранения, деформируя правосознание граждан, создавая у них представление о возможности удовлетворения личных и коллективных интересов путем подкупа должностных лиц, а также свободную конкуренцию предпринимательской деятельности в сфере распространения медицинского оборудования и комплектующих к нему в учреждения здравоохранения Тульской области, и желая их наступления, в нарушении ст.9 Федерального закона «О противодействии коррупции»№ 273-ФЗ от 25.12.2008, оказывая покровительство предпринимательской деятельности <данные изъяты> и <данные изъяты> ФИО1, выражающееся в совершении действий по созданию благоприятных условий для распространения в медицинских учреждениях <адрес> медицинского оборудования, поставляемого <данные изъяты>» и <данные изъяты> ФИО1, участия в аукционах, проводимых указанными медицинскими учреждениями, по вопросам поставки расходных материалов для медицинского оборудования, а также предоставлении министру здравоохранения Тульской области положительной характеристики ФИО1 для решения вопросов по поставке медицинского оборудования в пользу последнего, получил от ФИО1 взятку в виде денег на общую сумму 185 тысяч рублей, то есть в крупном размере.

Подсудимый ФИО4 свою вину в предъявленном ему обвинении не признал и показал, что от ФИО1 получал денежные средства за совершение действий, которые фактически не совершал, чем ввёл в заблуждение последнего, злоупотребив его доверием и похитил у ФИО1 денежные средства в значительном размере.

Показания данные им в ходе предварительного расследования подтверждает, признаёт свою вину в том, что у него действительно возник умысел на хищение денежных средств у ФИО1 путём злоупотребления доверием последнего, но считает необходимым свои показания уточнить в части квалификации его действий, так как реально его действия (бездействия) были направлены на получение денежных средств ФИО1 и создание у последнего видимости его (ФИО4) участия в деятельности ФИО1, в связи с чем полагает необходимым квалифицировать его действия по ч. 3 ст. 159 УК РФ, вину в совершении данного преступления признаёт в полном объёме.

Обвинение в части общего покровительства и созданию благоприятных условий для распространения в медицинских учреждениях <адрес> медицинского оборудования, поставляемого Генеральным директором <данные изъяты> ФИО1 и <данные изъяты> ФИО1, участия в аукционах, проводимых медицинскими учреждениями по вопросам поставки расходных материалов для медицинского оборудования, предоставлению министру здравоохранения Тульской области положительной характеристики ФИО1 для решения в пользу последнего вопросов по поставке медицинского оборудования, является надуманным и противоречит материалам уголовного дела.

Никакого требования главному врачу ГУЗ «<данные изъяты>» ФИО3 на подписание дополнительного соглашения для пролонгации договора безвозмездного пользования № от ДД.ММ.ГГГГ не выдвигалось, так как аппарат <данные изъяты>» согласно выше указанного договора был принят больницей в безвозмездное пользование на три года и ФИО3 с ФИО1 мог расторгнуть договор в любой момент, когда больнице аппарат «<данные изъяты>» будет не нужен.

Так же считает надуманным обвинение и в части того, что находясь совместно с ФИО1 в помещении ГУЗ «<данные изъяты>» организовал перемещение в ГУЗ «<данные изъяты>» ранее выявленного не работающего медицинского биохимического анализатора «<данные изъяты>» для дальнейшего ремонта ФИО1 и поставки последним вместе с ИП ФИО1 расходных материалов, необходимых для обеспечения работы данного медицинского оборудования.

В телефонном разговоре с заместителем главного врача ГУЗ «<данные изъяты>» <адрес> не требовал от последнего направлять на электронную почту ФИО1 все технические задания, подготовленные сотрудниками выше указанного учреждения для проведения аукционов по закупке расходных материалов для медицинских биохимических анализаторов и корректировать данные технические задания с учётом пожеланий ФИО1

Также он не предлагал главному врачу ГУЗ «<данные изъяты>» ФИО11 «перепрошить», то есть внести изменения в программное обеспечение в используемый учреждением биохимический анализатор «<данные изъяты>», под реагентику анализатора «<данные изъяты>», либо забрать из ГУЗ «<данные изъяты>» анализатор «<данные изъяты>».

Не признание своей вины подсудимым ФИО4, суд расценивает, как реализацию своего права на защиту от предъявленного ему обвинения, а его показания данные им в суде в части описаний своих деяний и направленности умысла, - как желание уменьшить свою роль в инкриминируемом ему преступлении и избежать ответственности.

По ходатайству стороны обвинения, в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ были оглашены показания подсудимого ФИО4, данные им в ходе предварительного расследования в качестве обвиняемого из которых следует, что сущность предъявленного обвинения ему разъяснена и понятна, вину в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ, признает полностью, а показания данные им в качестве подозреваемого подтверждает (т.4 л.д. 117-120).

Из протокола явки с повинной следует, что ДД.ММ.ГГГГ, в 15:45 часов, ФИО4 осознав содеянное, добровольно сообщил о совершённом им преступлении, так как в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ получил от ФИО1 денежные средства в размере 228 500 тысяч рублей за решение проблемных вопросов и лоббирования интересов ФИО1 в Министерстве здравоохранения в Тульской области и в медицинских учреждениях г. Тулы и Тульской области. Денежные средства ФИО1 безналичным способом в размере 20 000 рублей ежемесячно переводил на банковскую карту его тещи – ФИО6, которая при личной встрече отдавала ему деньги. (т.2 л.д. 43-44).

В тот же день, после задержания в порядке стст. 91 и 92 УПК РФ, в период с 17:10 до 18:47 часов, ФИО4 с участием защитника, был допрошен в качестве подозреваемого. Ему было объявлено, что подозревается в получении взятки в виде денег, за действия в пользу взяткодателя, а также за общее покровительство в крупном размере. ФИО4 показал, что сущность подозрения, в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.5 ст. 290 УК РФ ему понятна, свою вину признаёт полностью, раскаивается в содеянном и готов сотрудничать со следствием. Занимая должность главного специалиста общеадминистративного отдела Государственного учреждения <адрес><данные изъяты> он поддерживал хорошие отношения со всеми поставщиками медицинского оборудования, среди которых был и ФИО1, с которым знаком примерно с 2015 года. ФИО1 предложил ему ежемесячное денежное вознаграждение в сумме 20 тысяч рублей за содействие и посильную помощь по вопросам, связанным с лабораториями в учреждениях здравоохранения <адрес>. Он согласился, и они определились, что ФИО1 будет перечислять денежные средства на банковский счет его тещи, - ФИО6 После этого жена ФИО1 – ФИО1 ежемесячно перечисляла денежные средства со своего банковского счета на банковский счет ФИО6 В сентябре-октябре 2018 года он звонил в ГУЗ «<данные изъяты>» <адрес> сотруднику ФИО5, отвечающему за государственные закупки и просил последнего «прислушаться» к ФИО1, который будет звонить ФИО5 жалобе ФИО1 он ездил с проверкой в ГУЗ «<данные изъяты>» летом 2018 года, так как главный врач данной больницы убрал его анализатор и установил анализаторы другого поставщика. По поводу данной жалобы его к себе вызывал министр здравоохранения <адрес>, которому он пояснил, что данная жалоба является обоснованной. В ходе проверки из ГУ ТО «<данные изъяты>» он вместе с ФИО1 заходил к главному врачу данной больницы и разъяснял последнему, что необходимо подписать с ФИО1 дополнительное соглашение на пролонгирование основного договора, так как не подписание данного договора является незаконным. Его покровительство ФИО1 состояло в том, что главные врачи больниц <адрес> и <адрес> знали, что он «поддерживает» ФИО1 В долг денежные средства ФИО1 или его родственники у него или его родственников никогда не брали, его теща у ФИО1 ни на каких должностях никогда не работала, денежные средства ФИО1 ему платил вышеуказанным способом именно за то, чтобы он ему оказывал общее покровительство. Летом 2018 года он ездил вместе с ФИО1 в ГУЗ «<данные изъяты>», где проверяли биохимический анализатор, который хотели списать. По договоренности с ФИО1, последний хотел забрать биохимический анализатор из ГУЗ «<данные изъяты>», затем отремонтировать его, после чего данный анализатор, установить в ГУЗ «<данные изъяты><адрес> и поставлять на него реагенты. В его задачу входило знакомить ФИО1 с главными врачами больниц, чтобы тот с ними договаривался по поводу установок своих анализаторов (т.4 л.д. 105-108).

В ходе предварительного расследования, ФИО4 изменил своё отношение к предъявленному ему обвинению и при допросе его в качестве обвиняемого ДД.ММ.ГГГГ показал, что сущность предъявленного обвинения ему понятна, вину признает частично, так как действительно ежемесячно от ФИО1 получал по 20 тысяч рублей, а всего получил на общую сумму 120 тысяч рублей. При этом не оказывал общее покровительство ФИО1 и не совершал каких-либо действий в интересах ФИО1, а поэтому и не признаёт, что от ФИО1 получал взятку в сумме 185 тысяч рублей. Не отрицает того, что ФИО1 просил его оказывать ему покровительство и поддерживать его (ФИО1) интересы от лица министерства (т.4 л.д.172-174).

Отвечая на вопросы, подсудимый ФИО4 показал, что явку с повинной писал собственноручно и добровольно сообщил о совершённом им преступлении, на него не оказывалось никакого давления со стороны оперативных сотрудников, задержавших его.

Следственные действия с участием ФИО4 проводились в присутствии защитника. После проведения каждого следственного действия протоколы подписывались его участниками, каких-либо замечаний и дополнений от них не поступало. Из самих протоколов видно, что ФИО4 разъяснялись его права, в том числе и право не давать показания и у суда нет оснований полагать, что подсудимый в ходе следствия оговорил себя в результате незаконных методов ведения следствия.

Признавая показания подсудимого ФИО4 данные им в ходе предварительного расследования допустимыми доказательствами по делу и оценивая их как достоверные, суд исходит из того, что протокол явки с повинной составлен в соответствии с требованиями ст. 142 УПК РФ, а показания носят последовательный характер, согласуются с показаниями свидетелей обвинения, а также письменными доказательствами.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО1 показал, что он является генеральным директором <данные изъяты>», основной вид деятельности, это работа с лабораториями лечебных учреждений, поставка расходных материалов и оборудования для них, ранее иногда поставлял медицинское оборудование. С ФИО4 знаком с 2014 года, может его охарактеризовать как очень качественного инженера по медицинской технике. После того, как ФИО4 перешел работать в Министерство здравоохранения Тульской области, они стали общаться чаще, в основном это были консультации по различным вопросам, в том числе и в рамках 44 ФЗ. Официальных трудовых отношений у него как Генерального директора с ФИО4 не было. После того как ФИО4 возглавил <данные изъяты>, последний мог повлиять на утверждение технических заданий на закупку реагентов и расходных материалов и между ними до определенного момента было обоюдное сотрудничество. Он иногда консультировал ФИО4 по поводу различных технических заданий, а последний помогал ему «вытащить» из технического задания «закрывашку», которую там обычно ставят, чтобы убрать с аукциона конкурентов. Убрать «закрывашку» без помощи ФИО4 было очень проблематично. В свою очередь он тоже обращался к ФИО4 за помощью. В <данные изъяты> находилось оборудование, которое безвозмездно поставила <данные изъяты> «ФИО1» и вместо него главным врачом с нарушением определенных норм было установлено другое оборудование. Само по себе это не вызывало никаких претензий, но когда была объявлена закупка реагентов на новое оборудование, то стоимость этих реагентов превышала стоимость такого же количества реагентов на такое же количество исследований примерно в два раза. Главный врач <данные изъяты> ФИО3 не услышал его доводов, и предложил забрать то оборудование, которое он (ФИО1) ранее по договору безвозмездного пользования подарил <данные изъяты>. В связи с этим по поводу деятельности ФИО3, им были написаны две жалобы, одна в Министерство здравоохранения <адрес>, а вторая - в контрольный комитет. Осознавая, что «толку» от его жалоб не будет, он попросил ФИО4 помочь ему решить этот вопрос, то есть каким-то образом воздействовать на Главного врача <данные изъяты> ФИО3, чтобы больница продолжила работу именно на его аппарате, а он (ФИО1) мог продолжать поставлять для него реагенты. ФИО4 откликнулся на его просьбу и сказал, что с решением этого вопроса будут определённые сложности, а поэтому нужно будет компенсировать некоторые моменты и хотел бы видеть 20 тысяч рублей в месяц на своем расчетном счете. Он согласился, после чего ФИО4 донёс до министра <адрес> и его заместителя информацию о том, что ФИО3 использует в работе аппарат, стоимость реагентов которых превышает стоимость реагентов для аппарата, который он поставил в больницу, после чего в <данные изъяты> была назначена проверка. ФИО4 в составе этой проверки ездил туда сам, после определённых воздействий ФИО4 на Главного врача, было заключено дополнительное соглашение на продолжение использования подаренного ФИО1 больнице аппарата. Министром здравоохрания <адрес> через ФИО4 и самим ФИО4, неоднократно давалась команда ввести в эксплуатацию его прибор. После заключения дополнительного соглашения, когда все же совместными усилиями и ФИО4 и сотрудников министерства здравоохранения, Главный врач согласился перенести его прибор из старого помещения в лабораторию, он приезжал в <данные изъяты>, чтобы этот прибор запустить в работу, но прибор ему так и не предоставили. За ту помощь которую ему оказывал ФИО4, денежные средства переводились на расчётный счёт его тёщи. В общей сложности с апреля по ноябрь 2018 года на банковскую карту тёщи ФИО4, его (ФИО1) жена перевела где-то 200 тысяч рублей, ежемесячно переводя по 20 тысяч рублей. Кроме истории с <данные изъяты>, ФИО4 ему помогал с информацией о готовящихся торгах, заранее вместе смотрели где они могут участвовать, а где нет. Также было распоряжение ФИО4 о запрете без экономического анализа дарить приборы. Он делал экономический анализ, который ФИО4 оценивал и несмотря на то, что экономический анализ был сделан честно, а прибор просто был необходим больнице, без поддержки ФИО4 установить его туда было невозможно, он имеет ввиду <данные изъяты>. В своих расчетах он ставил проведенные торги, а контрагенты могли делать это на базе коммерческих предложений. Сегодня одни коммерческие предложения, а завтра они в три раза выше, и этим чиновники очень легко пользовались, а поэтому в определенный момент могли сказать, что существуют какие-то другие приборы, которые по коммерческим предложениям более выгодные. Также были вариации, когда он не мог участвовать в торгах, в связи с тем, что техническое задание составлено таким образом, что показания, которые были указаны в техническом задании не являлись ключевыми и не имели никакого значения, но из-за них он не мог участвовать в этих торгах, тогда ФИО4 их «убирал» и он принимал участие в этих торгах. Также ФИО4 звонил заместителю Главного врача <данные изъяты>» <адрес> ФИО5 и организовал им встречу, на которой он предложил оборудование и реагенты, которые будут стоить дешевле. ФИО5 сказал, что рассмотрит это предложение, а через некоторое время на электронную почту сбрасывал ему проекты технических заданий, это огромное количество торгов. Он отмечал в них характеристики, которые надо было убрать, чтобы его компания могла участвовать в этих торгах. Он с ФИО4 ездил в <данные изъяты>, где проводил полную диагностику биохимического анализатора «<данные изъяты>», для того чтобы определить стоимость ремонта и возможность вывода его в эксплуатацию. После того как <данные изъяты> от этого прибора отказалась, прибор был перемещён для нужд «<данные изъяты>» <адрес>. Поставку расходных материалов для биохимического анализатора «<данные изъяты>» осуществляло несколько компаний, в том числе и его.

Отвечая на вопросы пояснил, что он чувствовал помощь, то есть покравительство ФИО4 не только при разрешении вопроса по <данные изъяты>, также он её чувствовал и касаемо работы с другими больницами, поскольку было иное отношение руководства больниц до их договоренности с ФИО4 и после нее. Он выигрывал аукционы, к которым имел отношение ФИО4, так как благодаря последнему имел определённый доступ к определенным торгам и к больницам, даже если он не участвовал по ним в торгах или участвовал, но не в тех аспектах в которых хотелось бы ему. Он потребовал от ФИО4 вернуть все деньги, которые ранее были перечислены на банковскую карту его тёщи, так как он раскаялся в том, что он делал до этого. ФИО4 в феврале 2019 года перевёл ему 50 тысяч рублей.

В ходе предварительного расследования, на очной ставке с ФИО4, свидетель ФИО1 подтвердил свои показания и показал, что в <данные изъяты> на балансе находилось три биохимических анализатора: «<данные изъяты>», «<данные изъяты>», «<данные изъяты>»». Анализатор «<данные изъяты>» был установлен им от ИП «ФИО1». Приборы были исправны, однако главный врач установил у себя еще два анализатора китайского производства «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», после чего сотрудники больницы анализатор «<данные изъяты>» не использовали. Вплоть до 2018 года он собственными силами пытался убедить главного врача вернуть биохимические анализаторы «<данные изъяты>», «<данные изъяты>», «<данные изъяты>» в работу, но ему не удалось. В марте 2018 года, он обратился с просьбой о помощи к ФИО4, у которого были обширные полномочия по контролю за учреждениями здравоохранения <адрес> по приобретению ими медицинского оборудования и расходных материалов к нему, а также по ремонту данного оборудования и обслуживанию. ФИО4 согласился ему помочь, и пояснил, что за оказываемую помощь, он (ФИО1) должен будет платить ему ежемесячно 20 тысяч рублей, которые будет переводить на банковскую карту его тёщи (ФИО6) Он согласился с требованиями ФИО4, так как для себя не видел другого выхода. Он позвонил своей супруге и сказал, что им надо «сажать ФИО4 на зарплату» и пояснил, что ей необходимо перечислять ФИО4 (на карту его тещи) по 20 тысяч рублей ежемесячно. ФИО4 оказал ему помощь в решении его проблем и вместе с ним ездил в <данные изъяты>, говорил главному врачу, что тот должен убрать анализаторы «<данные изъяты>» и продолжить работу с ним (ФИО1) путем подписания дополнительного соглашения. ФИО4 при решении данного вопроса даже министру здравоохранения <адрес> говорил, что он (ФИО1) прав в своих рассуждениях и анализаторы «<данные изъяты>» надо убирать. Он с ФИО4 очень много общался по различным вопросам и за оказанную помощь он заплатил ФИО4 в общей сложности 185 000 рублей (т.4 л.д. 157-161).

Протокол очной ставки отвечает требованиям ст. 192 УПК РФ, признаётся судом допустимым доказательством, поскольку свидетель ФИО1 не отрицал достоверность своих показаний об обстоятельствах совершения преступления, данных им в ходе предварительного следствия по уголовному делу.

Свидетель ФИО1 в суде показала, что подсудимый ей знаком, ранее его несколько раз видела в офисе у мужа. Она работает бухгалтером и по указанию мужа в период с апреля по ноябрь 2018 года перечисляла деньги в сумме 20 тысяч рублей для ФИО4 на банковскую карту его тёщи. ФИО4 у них в фирмах никогда не работал. Она знала, что ФИО4 является хорошим инженером и муж к нему обращался за помощью по некоторым вопросам. Всегда она переводила деньги в сумме 20 тысяч рублей, а в августе перевела на карту тёщи ФИО4 25 тысяч рублей. В феврале 2019 года с карты тещи ФИО4 поступили деньги в сумме 50 тысяч рублей.

По ходатайству стороны обвинения в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ были оглашены показания свидетеля ФИО1 данные ею в ходе предварительного расследования, из которых следует, что она является индивидуальным предпринимателем – ИП «ФИО1», а её муж ФИО1 является Генеральным директором <данные изъяты>» и занимается поставкой медицинского оборудования, расходных материалов и техническим обслуживанием медицинского оборудования. Во всех учреждениях основной деятельностью занимается ее муж, она исполняет обязанности бухгалтера и в деловых встречах не участвует. Первый раз увидела и услышала про ФИО4 примерно год назад, когда он пришел в офис к ее мужу. ФИО4 неоднократно выполнял отдельные поручения ее мужа по ремонту оборудования в медицинских учреждениях Тульской области. В зависимости от сложности работы, они ему оплачивали его деятельность. Оплачивала она со своей банковской карты путем перевода через мобильный банк на банковскую карту ФИО4 Примерно весной 2018 года, ей позвонил муж и сказал, что ФИО4 надо «сажать на зарплату», а поэтому она будет должна переводить по 20 тысяч рублей ежемесячно на банковскую карту тещи ФИО4 (т.3 л.д. 97-100).

Свидетель ФИО6 в суде показала, что подсудимый доводится ей зятем, которому по его просьбе она передала свою банковскую карту, на которую приходит её пенсия. Он пояснил, что на её карту будут приходить деньги. На протяжении 6 месяцев, ежемесячно в начале, или в конце, поступали деньги в сумме 20 тысяч рублей. Иногда она снимала эти деньги и передавала их ФИО4, а иногда он сам снимал деньги с её карты. Она не спрашивала ФИО4, что за деньги поступают на её карту, а сам ФИО4, ей об этом не говорил.

По ходатайству стороны обвинения в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ были оглашены показания свидетеля ФИО6 данные ею в ходе предварительного расследования, из которых следует, что примерно год назад, к ней обратился ФИО4, который по работе связан с медициной, и сказал, что на её банковскую карту будут поступать денежные средства, которые предназначены для него. От кого именно будут поступать денежные средства и почему именно на ее банковскую карту, ФИО4 не пояснял. После данного разговора на её банковскую карту стали поступать денежные средства, в сумме 20 тысяч рублей. После того как ей поступали денежные средства, она звонила ФИО4 и говорила, что деньги поступили. Иногда она сама снимала деньги и при личной встрече передавала ФИО4, а иногда просто отдавала последнему банковскую карту, и деньги ФИО4 снимал сам.

Показания свидетелей обвинения ФИО1 и ФИО6 данные ими в суде, не содержат существенных противоречий с показаниями, данными ими на следствии, а лишь уточняют и дополняют их. С учётом того, что ФИО1 и ФИО6 в суде подтвердили свои показания, данные ими на следствии, а нарушений уголовно-процессуального закона при их получении допущено не было, незначительные противоречия в показаниях объяснили тем, что прошло много времени и некоторые обстоятельства дела они забыли, суд протоколы допросов ФИО1 и ФИО6 признаёт допустимыми доказательствами, а показания, как в суде, так и в ходе предварительного расследования – достоверными.

Показания свидетеля ФИО1 в той части, что по устному указанию своего мужа (ФИО1) она переводила деньги ФИО6, подтверждаются исследованными в судебном заседании выписками по счетам из которых следует, что ФИО1 со своего банковского счёта № в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на банковский счёт № ФИО6 перевела в общей сумме 185 тысяч рублей.

Показания ФИО6 в той части, что она снимала деньги и при встрече с ФИО4 передавала эти деньги или свою банковскую карту последнему, подтверждает выписка с банковского счёта № ФИО6 из которой следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, после прихода денежных средств именно в размере 20 тысяч рублей, через несколько дней производился расход наличными, именно в сумме 20 тысяч рублей, а ДД.ММ.ГГГГ с банковского счёта № ФИО6 был сделан перевод денежных средств именно в сумме 20 тысяч рублей на банковский счёт № ФИО4 (т. л.д. 188-260).

Согласно приговора от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> районного суда <адрес>, вступившего в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.4 ст. 291 УК РФ, то есть в том, что дал взятку ФИО4, в крупном размере в период, когда последний занимал должности в соответствии с которыми выполнял организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в ГУ ТО «<данные изъяты>», то есть был должностным лицом, суд, руководствуясь ст. 90 УПК РФ, считает, что подсудимому ФИО4 обосновано вменено, что последний являясь должностным лицом лично получил взятку в виде денег.

Квалифицирующий признак «в крупном размере» также нашёл в ходе судебного разбирательства своё подтверждение, поскольку полученная подсудимым взятка в виде денег в размере 185 тысяч рублей, превышает 150 тысяч рублей.

Главный врач ГУЗ «<данные изъяты>» ФИО3 допрошенный в качестве свидетеля в суде показал, что знаком с предпринимателем ФИО1, который является поставщиком реагентов для биохимического анализатора «<данные изъяты>», поставленный в их больницу его женой – ФИО1 по договору безвозмездного пользования. Данный аппарат очень часто ломался, ремонтом занимался сам ФИО1 Предпринимались попытки вернуть ФИО1 аппарат «<данные изъяты>», писали письма, звонили, но ФИО1 не отвечал. Больница приобрела ещё один биохимический анализатор «<данные изъяты>», который в отличие от аппарата «<данные изъяты>» работал бесперебойно. Аппарат «<данные изъяты>» был более новым и экономически более выгодным. В октябре 2017 года была подана заявка на участие в аукционе для приобретения реагентов для аппарата «<данные изъяты>», однако из-за обращений в ФАС предпринимателя ФИО1, аукцион состоялся только в феврале 2018 года, и больница долгое время находилась без реагентов. В ФАС с жалобами ФИО1 обращался по поводу условий к техническим заданиям, добиваясь таким образом, чтобы больница работала на биохимическом анализаторе «<данные изъяты>». Весной 2018 года в больнице была проведена проверка, поводом к которой послужили жалобы ФИО1 в различные инстанции, о том что медицинское учреждение работает нерационально. Проверка проводилась контрольным комитетом, в составе которой был ФИО4, возглавлявший тогда <данные изъяты>. В ходе проведения проверки, каких-либо нарушений выявлено не было, но было «рекомендовано» продолжить работу на аппарате «<данные изъяты>», несмотря на то, что медицинскому учреждению выгоднее было работать на биохимическом анализаторе «<данные изъяты>». Для работы на аппарате «<данные изъяты>», больнице пришлось бы нести дополнительные затраты на ремонт самого аппарата и приобретение к нему реактивов. ФИО1, настаивал на дополнительном соглашении к договору. Юристы больницы пытались включить в дополнительное соглашение пункт из которого следовало бы, что в случае отсутствия надобности в его (ФИО1) аппарате, договор прекращается в одностороннем порядке. Однако, с этим ФИО1 не был согласен и позже к нему после проверки приехали ФИО4 и ФИО1, которые настояли на том, чтобы он подписал договор в той форме, которая бы устраивала ФИО1 Сам договор был составлен от имени ФИО1, доверенности от ФИО1 у ФИО1 не было, но ФИО4 и ФИО1 требовали подписать договор сию минуту.

По ходатайству стороны защиты в судебном заседании были оглашены показания свидетеля ФИО3 данные им в ходе предварительного расследования (т.3 л.д. 82-85) из которых следует, что знает ФИО1 как контрагента, который взаимодействует с ГУЗ «<данные изъяты>». Охарактеризовать ФИО1 может как не ответственного контрагента, потому что мог поставить медицинское оборудование или реагенты к нему не в полном объеме в установленный срок, или несвоевременно осуществлял обслуживание оборудования и его ремонт, которое им же и поставлялось. Примерно в 2014 году, по договору о безвозмездном пользовании с ИП ФИО1 (жена ФИО1) в ГУЗ «<данные изъяты> был установлен аппарат «<данные изъяты>». ФИО1 никогда сама не приезжала, от ее имени был только составлен договор. По данному договору с ними работал ФИО1 Примерно в 2016 году аппарат «<данные изъяты>» часто стал ломаться, а так как ФИО1 несвоевременно осуществлял его ремонт, то ему стали поступать жалобы из лаборатории о плохой работе аппарата. В период с февраля по март 2018 года в адрес ИП ФИО1 направлялись письма о расторжении договора и передачи анализатора в связи с отсутствием необходимости его использования. Примерно в августе 2017 года в больницу по договору пожертвования и по договору о безвозмездном пользовании поступили два аппарата «<данные изъяты>», которые работали на реагентах поставленные с данными анализаторами в стартовом комплекте. С декабря 2017 года анализатор «<данные изъяты>» больницей не использовался, а после переезда лаборатории на новый адрес, аппарат «<данные изъяты>» остался на хранении по старому адресу местонахождения лаборатории. ФИО1 выражал свое несогласие с возращением ему анализатора «<данные изъяты>», препятствовал заключению контрактов на поставку реагентов для анализаторов «<данные изъяты>» путем подачи жалоб в ФАС и контрольный комитет. В октябре 2017 года планировалось проведение аукциона на покупку расходных материалов для анализаторов «<данные изъяты>», но из-за жалоб ФИО1 данный аукцион состоялся только в феврале 2018 года, таким образом, больница длительное время была без реагентов. ФАС и контрольный комитет никаких нарушений в действиях больницы по отказу от аппарата ФИО1 и проведению закупки реагентов на аппарат «<данные изъяты>» не выявили. Ему знаком ФИО4, который некоторое время исполнял обязанности директора Государственного учреждения <адрес> «Центр технического надзора и эксплуатации зданий и сооружений учреждений здравоохранения» (далее Учреждение). У данного Учреждения достаточно обширные полномочия по осуществлению контроля за учреждениями здравоохранения <адрес>. Он не подчиняется напрямую данному Учреждению, но они отвечают за контроль медицинского оборудования в больнице, служебного транспорта, противопожарной безопасности, охраной труда, техническим состоянием зданий и сооружений больниц и т.д. По жалобе ФИО1 контрольным комитетом проводилась проверка, в состав которой входил ФИО4 Примерно в августе-сентябре 2018 года, к нему в кабинет пришёл ФИО4 с ФИО1, что его удивило, так как ранее сотрудники данного Учреждения никогда с кем-либо из контрагентов к нему не приходили. В ходе беседы, состоявшейся в его кабинете, ФИО4 стал высказывать просьбы заключить дополнительное соглашения с ФИО1 и пояснял, что больнице будет экономически выгодным использовать именно аппарат ФИО1, однако у его сотрудников, непосредственно работающих на данных аппаратах, была иная точка зрения. Он пояснил ФИО4, что дополнительное соглашения он может подписать с внесением в него пункта, согласно которого больница может расторгнуть договор с ФИО1 в любой момент, когда больнице аппарат ФИО1 будет не нужен. ФИО1 был категорически против внесения данного пункта в дополнительное соглашение к основному договору, а также настаивал, что в дополнительном соглашении должен быть включен пункт, согласно которого аппарат «<данные изъяты>» принимается больницей в безвозмездное пользование на три года. ФИО4 ему пояснил, что данный пункт, на котором настаивал ФИО1 целесообразен и необходимо подписать сразу, пока они находятся в больнице. Вместе с тем, его юрист акцентировал внимание на том, что договор заключен с ФИО1, а у ФИО1 нет доверенности на подписание дополнительного соглашения. ФИО1 возразил и сказал, что он муж ФИО1 и уполномочен подписывать данные документы. Так как ФИО4 настаивал на том, что дополнительное соглашение должно быть подписано незамедлительно, в его присутствии, с целью избежание конфликтной ситуации с контролирующим Учреждением, он подписал данное дополнительное соглашение. После этого ФИО1 так и не приехала отремонтировать свой аппарат, соответственно они на нем не работают. Это был единственный случай, когда к нему приезжал кто-либо из подведомственных учреждений Министерству здравоохранения <адрес> совместно с контрагентом и поддерживал интересы последнего. По какой причине ФИО4 настаивал на том, что надо взаимодействовать только с ФИО1, не знает, но в ходе указанной беседы ФИО4 ему «рекомендовал» в ходе дальнейшей работы ориентироваться на контрагента ФИО1

Отвечая на вопросы участников процесса, свидетель ФИО3 показал, что аппарат «<данные изъяты>» 2013 года выпуска, а аппарат «<данные изъяты>» - 2017 года. По техническим характеристикам аппарат «<данные изъяты> 200» полностью покрывает потребности медицинского учреждения.

Свидетель ФИО7 в суде показал, что состоит в должности заместителя главного врача ГУЗ «<данные изъяты>» и в его обязанности входит общее обеспечение хозяйственной деятельностью медицинских процессов, отоплением, водоснабжением, канализацией. Непосредственным его руководителем является директор ГУ ТО «<данные изъяты>» ФИО4 Ему известно, что ФИО1 бесплатно поставил больнице биохимический анализатор, который они не хотели забирать в другое здание при переезде. Юристы написали ФИО1 письмо, чтобы он забрал свой аппарат. В 2018 году к ним приехала проверка вместе с ФИО4, с ним был, и ФИО1 Проверка прошла нормально, а потом он получил странный акт, что аппарат «<данные изъяты>» хранится чуть ли не под открытым небом, в неохраняемом здании, без света и воды. После этого акта он сделал видеосъемку, и отправил в министерство здравоохранения, что в помещении, где находился аппарат есть отопление, вода и свет. Находясь в кабинете главного врача, где были ФИО4, ФИО1 юрист больницы и ещё какой-то мужчина, слышал разговор в ходе которого обсуждался вопрос о продлении договора с ФИО1, то есть работы его аппарата в больнице, несмотря на то, что была сложность с реагентами к нему, покупать их было дорого, так как аппарат закрытой системы. После этого никаких проверок больше не было.

По ходатайству стороны защиты в судебном заседании были оглашены показания свидетеля ФИО7, данные им в ходе предварительного расследования (т.3 л.д. 110-112) из которых следует, что переданный безвозмездно ИП ФИО1 анализатор «<данные изъяты>» фактически больницей не использовался с декабря 2017 года, так как после переезда лаборатории на новый адрес, тот остался на хранении по старому адресу местонахождения лаборатории. С февраля по март 2018 года в адрес ИП «ФИО1» направлялись письма о расторжении договора и передачи анализатора в связи с отсутствием необходимости его использования. ФИО1 различными способами выражал свое несогласие с возращением ему анализаторов, препятствовал путем подачи жалоб в ФАС и контрольный комитет, заключению контрактов на поставку реагентов для анализаторов «<данные изъяты>». Примерно в августе-сентябре 2018 года, он присутствовал в кабинете главного врача ГУЗ «ФИО16 <данные изъяты>» ФИО3, где представитель министерства здравоохранения <адрес> ФИО4 являясь и.о. директора ГУ ТО <данные изъяты>» в ультимативной форме потребовал от ФИО3 подписать дополнительное соглашение с ИП ФИО1 на пролонгацию договора безвозмездного пользования анализатором «<данные изъяты> На слова главного врача ФИО3 оставить данное дополнительное соглашение для рассмотрения, ФИО4 сказал, что это не приемлемо, он (ФИО4) должен приехать в Тулу с подписанным соглашением. После этого ФИО4, ФИО1 и главный врач ФИО3 пошли в лабораторию, где ФИО4 дал указание убрать анализаторы «<данные изъяты>» и поставить анализаторы «<данные изъяты>».

Показания свидетелей обвинения ФИО3 и ФИО7 данные ими в суде, не содержат существенных противоречий с показаниями, данными ими на следствии, а лишь уточняют и дополняют их. С учётом того, что ФИО3 и ФИО7 в суде подтвердили свои показания, данные ими на следствии, а нарушений уголовно-процессуального закона при их получении допущено не было, незначительные противоречия в показаниях объяснили тем, что прошло много времени и некоторые обстоятельства дела они забыли, суд протоколы допросов ФИО3 и ФИО7 признаёт допустимыми доказательствами, а показания, как в суде, так и в ходе предварительного расследования – достоверными.

Заведующая клинико-диагностической лаборатории ГУЗ «<данные изъяты> ФИО8 допрошенная в качестве свидетеля в судебном заседании показала, что по договору безвозмездного пользования ИП «ФИО1» больнице был поставлен биохимический анализатор «<данные изъяты>», с которым часто стали возникать проблемы, то есть периодически ломался. Причины поломки аппарата «<данные изъяты>» были разные, ремонтом аппарата занимался ФИО1, но ждать этого ремонта приходилось месяцами. В начале 2017 года руководство больницы рассмотрело коммерческие предложения и по договору дарения больница приобрела биохимический анализатор «<данные изъяты>», потому что работать на нём из-за стоимости реактивов выгоднее. После этого от предпринимателя ФИО1 периодически стали поступать телефонные звонки, в которых он напоминал, что необходимо объявить аукцион на закупку реагентов для биохимического анализатора «<данные изъяты>». Она пояснила ФИО1, что больница не планирует больше использовать биохимический анализатор «<данные изъяты>», а поэтому и не планирует для него закупать реагенты. Несмотря на это, ФИО1 настаивал, чтобы больница участвовала в проведении аукциона по закупки реагентов для биохимического анализатора «<данные изъяты>». По электронной почте, заказными письмами направили ИП «ФИО1» уведомления о расторжении договора, а ФИО1 об этом говорили в телефонном разговоре. Участие в аукционе больница так и не приняла, и тогда в больнице начались проверки по жалобе ФИО1 со стороны контрольного комитета. Лично ей звонила <данные изъяты>, подчиненная ФИО4, которая спрашивала почему больница не работает на аппарате «<данные изъяты>». В сентябре 2018 года к ним в больницу приезжал директор ГУ ТО <данные изъяты>» ФИО4 вместе с ФИО1 В ходе проверки было осмотрено помещение лаборатории, где стоял биохимический анализатор «<данные изъяты>», и прозвучало распоряжение ФИО4 убрать биохимический анализатор «<данные изъяты>» и до конца недели поставить аппарат «<данные изъяты>» и работать на нём. На момент проверки, аппарате «<данные изъяты>» находился в неисправном состоянии. Сам по себе аппарат «<данные изъяты>» является закрытым аппаратом, то есть к нему подходят реактивы только одного поставщика, которым является ФИО1 Из-за того, что больница перестала пользоваться аппаратом «<данные изъяты>», ФИО1 пытался вмешаться в процесс закупок реактивов, подавал жалобу в ФАС, которая была отклонена. Когда ожидали решения ФАСа, ФИО1 высказывал свое недовольство, говорил, что всё равно он им не даст работать на другом оборудовании, он еще не все карты выложил. Ей известно, что главным врачом больницы было подписано дополнительное соглашение с ФИО1 на использование в работе биохимического анализатора «<данные изъяты>», несмотря на то, что у них не было реактивов для этого аппарата.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля заместитель главного врача по хозяйственным вопросам ГУЗ «<данные изъяты><адрес> ФИО5 показал, что примерно в августе 2018 года заведующая лабораторией принесла ему служебную записку о необходимости закупки химических реактивов для гематологического анализатора марки «<данные изъяты>».В последствии был сформирован проект контракта, техническое задание, обоснование максимальной и минимальной цены. Исполнитель ФИО9 сформировал данную заявку в региональной информационной системе <адрес> Госзаказа и отправил её в <данные изъяты>, который осуществлял проверку документов. Впоследствии заявка вернулась на доработку. Через некоторое время ему позвонил и.о. директора <данные изъяты> ФИО4 и дал ему рекомендацию встретиться с ФИО1, который занимается поставкой изделий медицинского назначения. Он встретился с ФИО1, последний рассказал о своей продукции, о том, что поставляет. Он попросил ФИО9 направить на электронную почту ФИО1 техническое задание, что он и сделал. Через некоторое время от ФИО1 получили откорректированное техническое задание. В связи с тем, что ни он, ни ФИО9 не являются специалистами в области реагентов, он обратился к заведующей лабораторией с просьбой изучить данный вопрос. Изучив данное техническое задание заведующая лабораторией сказала, что указанные корректировки нельзя вносить в техническое задание, так как это может сказаться на качестве работы самого аппарата и отразиться на качестве анализов. Было принято решение не вносить указанные ФИО1 корректировки, после чего ещё раз сформировали заявку на закупку и отправили ее в региональную информационную систему Тульской области на согласование в <данные изъяты>. После чего, она прошла согласование, но потребность была удовлетворена не на год, а на три месяца. Позже ему пришли служебные записки от заведующей лабораторией о необходимости размещения еще трех аукционов на химические реактивы. Проекты технических заданий он снова отправил на электронную почту ФИО1 Позже от ФИО1 получил корректировки в технические задания, которые снова показал заведующей лабораторией. По одному аукциону корректировки ФИО1 были приняты, а по двум остальным корректировки вносить не стали. Опубликовали все три аукциона. Первый аукцион выиграла какая-то Московская фирма, остальные аукционы выиграли другие фирмы, но не ФИО1 Изменяя техническое задание ФИО1 тем самым либо сужал, либо расширял, либо изменял круг поставщиков.

Начальник отдела правого регулирования и государственного заказа ГУЗ «<данные изъяты>» ФИО9 допрошенный в качестве свидетеля показал, что до ДД.ММ.ГГГГ находился в подчинении у ФИО5, который являлся заместителем главного врача по хозяйственным вопросам и руководителем всей контрактной службой ГУЗ «<данные изъяты>». В его обязанности входило подготовка аукционной документации на поставку расходных материалов для лаборатории ГУЗ «<данные изъяты>». В июле 2018 года им была направлена в рабочую группу Министерства здравоохранения закупка № на реактивы «<данные изъяты>». После этого ФИО5 его проинформировал, что данную закупку необходимо будет приостановить, чтобы внести в эту табличку какие-либо изменения. От ФИО5 ему известно, что от предпринимателя ФИО1 ему на электронную почту пришло техническое задание, а поэтому внести изменения в таблицу с учётом данных указанных в техническом задании ФИО1, требует директор ГУ ТО «<данные изъяты> ФИО4 Он пояснил, что сам вносить изменения в таблицу, не имеет права, так как все служебные записки подписаны, и все, что в таблице есть, он должен опубликовать, а поэтому все изменения должны быть согласованы с Главврачом и главной медсестрой. Он не присутствовал при разговоре ФИО5 и Главврача больницы, но знает, что было принято решение не вносить изменения в таблицу, чтобы не ломать структуру. Если бы внеслись изменения с учётом данных указанных в техническом задании ФИО1, последний мог бы принять участие в аукционе. ФИО4 как руководитель ГУ ТО <данные изъяты> своим волевым решением мог не пропустить данную закупку, и «добить руководство ГУЗ «<данные изъяты>», чтобы они внесли изменения в техническое задание, для того, чтобы аукцион опубликовался именно с его (ФИО4) пожеланиями, либо больница осталась бы без реактивов. В 2017-2018 гг. проводились аукционы по закупкам на химические реактивы. При опубликовании аукциона, приходили запросы от ФИО1 с целью убрать какую-то позицию, чтобы она ограничивала конкуренцию, и он мог со своим техническим заданием принять участие в аукционе. Главная сестра и заведующая лабораторией отвечали, что внесение изменений в техническое задание при проведении данного аукциона, не представляется целесообразным. После чего данные закупки блокировались. Именно по инициативе ФИО1 руководство больницы «не вылезало» из ФАС, где главная сестра и заведующая лабораторией отстаивала конкретные технические задания для аукциона. Кроме ФИО1 в ФАС больше никто из поставщиков не обращался.

Допрошенная в качестве свидетеля главный врач ГУЗ <данные изъяты> ФИО10 в судебном заседании показала, что в занимаемой должности она состоит последние 7 лет. Оборудование, которое находится в больнице наизусть назвать не может, со стороны учреждений здравоохранения области какие-либо предложения о поставке иного оборудования ей не поступало. В 2018 году из ГУЗ «<данные изъяты>» в их больницу поступил биохимический анализатор в неисправном состоянии, который планировали использовать на запчасти, потому что аппарат «<данные изъяты>», на котором работает больница 2006 года выпуска. Денег на ремонт неисправного аппарата она не давала, закупку для него реагентов не проводили, аппаратом, который забрали из ГУЗ «<данные изъяты>» до настоящего времени не пользуются. ФИО4 она знает из-за запоминающейся фамилии и ей известно, что он занимался медицинским оборудованием. У неё с ним никаких взаимодействий не было, каких-либо рекомендаций по аппарату он ей не давал, свою помощь не предлагал. ФИО1 знает, как поставщика, который им поставлял «расходники». К ней ФИО4 с просьбами или требованиями о взаимодействии с ФИО1 не обращался.

Главный врач ГУЗ «<данные изъяты>» ФИО11 допрошенная в качестве свидетеля показала, что она знакома с ФИО4, который был главным специалистом по медицинскому оборудованию, также утверждал заявки на закупку медицинского оборудования и реагентов к нему. Закупка реагентов проводится на конкурсной основе, путем размещения заявок на электронной площадке, потом проводится конкурс и у тех поставщиков, которые предложили меньшую цену, закупаются реактивы. С ФИО1 она не знакома, но знает, что он является поставщиком медицинского оборудования, который «ведет» себя некорректно. В апреле и в июне 2018 года больница подала заявку на участие в аукционе для покупки реагентики, но несмотря на регламент, заявка их больницы долго не утверждалась ФИО4 Она встречалась с ФИО4, пояснила, что реагенты заканчиваются и что работать больше будет не на чем и просила подписать заявки для участия в аукционе. ФИО4 предложил использовать другую реагентику, в частности которая используется для анализатора «<данные изъяты>». В больнице используется биохимический анализатор «<данные изъяты>», который является закрытой системой, и для того чтобы использовать реагентику для анализатора «<данные изъяты>», то необходимо будет «перепрошивать» анализатор «<данные изъяты>». Она пыталась выяснить у ФИО4 о тех специалистах, которые будут «перепрошивать» анализатор «<данные изъяты>», дадут ли они гарантию после этого, что аппарат будет работать, так как в их больнице был случай, когда необходимую реагентику для биохимического анализатора, заменили другой реагентикой, аппарат сломался. ФИО4 таких гарантий ей не дал, после чего предложил взять из перинатального центра биохимический анализатор аппарат <данные изъяты>», который уже «перепрошит» под реагентику аппарата «<данные изъяты>». Для того, чтобы данный аппарат забрать из перинатального центра, необходимы определённые нормативные документы по его передаче, которые должны инициировать Министерство здравоохранения. Аппарат «<данные изъяты>» был намного дороже в обслуживании чем аппарат «<данные изъяты>», который практически не ломается, не требует какой-то специальной замены составляющих комплектующих, а в аппарате «<данные изъяты>» постоянно сгорают какие-то элементы, которые каждый квартал надо закупать, а это примерно 100 000 рублей в квартал. Анализатор «<данные изъяты> на котором работает больница, не вызывает каких-либо нареканий, и выдаёт качественные результаты. Весной 2019 года она узнала о задержании ФИО4 и что он вместе с поставщиком ФИО1 находится под следствием.

По ходатайству стороны обвинения, при согласии сторон, в судебном заседании были оглашены показания свидетелей

- ФИО12 которая в ходе предварительного расследования показала, что она как начальник технического отдела ГУЗ «<данные изъяты>» часто взаимодействует с ГУ ТО «<данные изъяты>», который находится при министерстве здравоохранения <адрес>. У сотрудников данного центра очень обширные полномочия в отношении учреждений здравоохранения <адрес>. В августе 2018 года в больницу приехал директор центра ФИО4 с предпринимателем ФИО1 проверять медицинское оборудование, установленное в лаборатории. С ФИО1 она ранее знакома не была и его ранее никогда не видела. ФИО1 вел себя очень вызывающе, делал замечания всем сотрудникам больницы, повышал на сотрудников больницы голос. Она была шокирована поведением ФИО1, так как никто ранее из сотрудников Министерства здравоохранения не позволял себе подобного поведения, а на тот момент она думала, что ФИО1 сотрудник Министерства здравоохранения. Она ему сделала замечание, поинтересовалась его должностью и только тогда узнала, что он предприниматель. Ранее к ним никто из Министерства здравоохранения с предпринимателями не приезжал, по какой причине ФИО4 приехал с ФИО1 и позволял тому себя вести вызывающим образом, пояснить не может. Осмотрев оборудование, они уехали. В конце августа 2018 года, ФИО4 снова приехал с ФИО1 и инженером, который проводил диагностику их оборудования. С какой целью опять приезжал ФИО1, не знает, и спрашивать у ФИО4 не стала. После указанной диагностики ФИО4 и ФИО1 узнали, что в лаборатории есть биохимический анализатор «<данные изъяты>», который требовал ремонта. Руководство больницы обратилось в Министерство здравоохранения, чтобы у них данный анализатор забрали, так как у больницы не было денежных средств на его ремонт. В сентябре 2018 года к ним в больницу поступило письмо за подписью ФИО4 о передаче данного анализатора в ГУЗ «<данные изъяты>». После чего они подготовили документы на передачу анализатора и его передали в указанное медицинское учреждение (т.3 л.д. 125-137);

- Министра здравоохранения <адрес> ФИО13, который показал, что ему ФИО4 представили, как хорошего специалиста, разбирающегося в медицинском оборудовании, а поэтому он поручил последнему проанализировать всю медицинскую технику, установленную в медицинских учреждениях <адрес>, которая в тот момент находилась в «плачевном состоянии». Также ФИО4 было дано указание обеспечить ремонт медицинского оборудования государственным учреждением, чтобы экономить денежные средства. ФИО4 очень ответственно подошел к решению данных вопросов, проявил себя действительно как хороший специалист, после чего взял его на работу в ГУ ТО «<данные изъяты>), чтобы ФИО4 продолжил заниматься медицинским оборудованием. В лабораториях больниц <адрес> была сложная ситуация с биохимическими анализаторами. Больницы принимали в дар от предпринимателей, либо покупали по минимальной цене биохимические анализаторы, тем самым привязывали себя к «расходке», которую может поставить только тот предприниматель, который предоставил анализатор. В 2018 году, в министерство поступило обращение от предпринимателя ФИО1, что его биохимические анализаторы вытесняют из ГУЗ «<данные изъяты>» и используют более дорогостоящую технику. Проверять доводы заявителя он отправил ФИО4 с контрольным комитетом. По результатам проверки, ФИО4 ему доложил, что доводы ФИО1 подтвердились, и «расходка» на анализаторы ФИО1 примерно на 10-15 % ниже, чем на то оборудование, которое использовали сотрудники данной больницы. После этого разговора он согласился, что в больнице должен остаться анализатор ФИО1 Также ФИО4 ему стал докладывать, что ФИО1 сам борется с предпринимателями, которые завышают цены на медицинское оборудование, описывал того как самого «адекватного» предпринимателя, с которым можно взаимодействовать. Он спрашивал ФИО4, имеет ли он отношение к предпринимательской деятельности ФИО1, но ФИО4 его уверял, что коммерческого интереса у него никакого нет. Летом 2018 года ему стала поступать информация от главных врачей больниц в <адрес> и <адрес>, что ФИО4, поддерживает ФИО1 После этого он сказал ФИО4 чтобы до конца лета ФИО1 «не было», и сообщил всем главным врачам, что он (ФИО13) никаких преференций ФИО1 не создает. ФИО4 несколько раз докладывал, что анализаторы ФИО1 потихоньку из лабораторий убирают. Примерно в марте 2019 года, он прочитал в сети «Интернет», что правоохранительные органы задержали ФИО4 и ФИО1 за то, что последний передавал ФИО4 взятку за покровительство. Для него данная информация не стала неожиданностью, так как из поступков ФИО4 он для себя давно сделал вывод, что ФИО4 «продвигал» интересы ФИО1, хоть сам это отрицал. (т.3 л.д. 160-163).

Показания свидетелей ФИО12 и ФИО13 в ходе предварительного расследования отвечают требованиям стст. 189 и 190 УПК РФ, признаются судом допустимым доказательством, поскольку записывались со слов свидетелей, ими же были прочитаны лично, о чём в протоколах имеются соответствующие записи, замечаний по содержанию протокола от ФИО12 и ФИО13 не поступило. Показания свидетелей последовательны, не противоречивы и согласуются с показаниями других свидетелей обвинения по фактическим обстоятельствам дела.

В судебном заседании прослушаны аудиозаписи оперативно-технического мероприятия, из которых следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ подсудимый ФИО4, свидетели ФИО1 и ФИО1 между собой вели телефонные разговоры, в которых содержится информация:

- в аудиофайле под № зафиксирован телефонный разговор супругов ФИО1 в ходе которого ФИО1 сообщает ФИО1, что ФИО4 назначили на должность директора ГУ ТО <данные изъяты>, что эта должность фактически заместителя министра и объясняет ФИО1, что у ФИО4 теперь под контролем закупки всего оборудования, всех строек по всему здравоохранению в <адрес>. Отвечая на вопрос ФИО1: «А что по нашему вопросу, по <данные изъяты>?», ФИО1 ответил, что ФИО4 его звонок скинул и прислал СМС «Я директор».;

- в аудиофайле под № зафиксирован телефонный разговор супругов ФИО1 в ходе которого ФИО1 просит позвонить ФИО4, чтобы последний сообщил номер карты своей тёщи и даёт указание своей супруге сбросить на эту карту 3,5 тысячи рублей;

- в аудиофайле под № зафиксирован телефонный разговор супругов ФИО1 в ходе которого ФИО1 сообщает ФИО1, что ФИО4 встречался с Министром здравоохранения, которому сообщил, что ФИО4 знал о его (ФИО1) жалобе, поддержал эту жалобу и министр сказал работать с ним (ФИО14). Далее ФИО1 сказал супруге, что «Серёгу (ФИО4) надо сейчас сажать уже на зарплату по большому счёту и хотя бы 20-30 в месяц ему платить. Видишь, вопросы решает какие серьёзные. Решили бы мы этот вопрос?»;

- в аудиофайле под № зафиксирован телефонный разговор ФИО4 с ФИО14 в ходе которого ФИО4 передаёт ФИО1 свой разговор с Министром сложившийся между ними по поводу ФИО1, который написал жалобу, по поводу того, что его аппарат убирают из больницы. ФИО4 предлагает Министру во всём разобраться и написать письмо главврачу, чтоб последний убрал все аппараты из больницы, кроме ФИО1 На вопрос Министра к ФИО4 поддерживает ли он ФИО1, ФИО4 не стал отрицать, что поддерживает ФИО1;

- в аудиофайле под № зафиксирован телефонный разговор ФИО4 с ФИО14 в ходе которого ФИО4 передаёт ФИО1 свой разговор с Министром сложившийся по поводу <данные изъяты> главврача, которому был поставлен срок до которого необходимо было установить аппарат ФИО1, а он этого не выполнил. После этого Министр в присутствии ФИО4 позвонил главврачу и потребовал от последнего работать на том, на чём ему сказали, и до конца недели убрать все аппараты;

- в аудиофайле под № зафиксирован телефонный разговор ФИО4 с ФИО14 в ходе которого ФИО4 обсуждает с ФИО1 дополнительное соглашение по поводу дальнейшего использования биохимического анализатора «<данные изъяты>», который ФИО1 ранее по договору безвозмездного пользования передал в <данные изъяты> ( т.4 л.д. 1-89).

Нарушений требований уголовно-процессуального закона, а также положений ФЗ от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» при проведении ОРМ «Прослушивание телефонных разговоров», «Снятие информации с технических каналов связи» регламентирующий порядок составления процессуальных документов, изъятие предметов (документов) по делу не допущено, а обстоятельства дела свидетельствуют о наличии у ФИО4 умысла на незаконное получение денежных средств от ФИО1, сформировавшегося независимо от деятельности сотрудников правоохранительных органов.

Изложенные обстоятельства позволяют суду признать осмотренные и приобщённые в качестве вещественных доказательств CD-R диск с аудиозаписями телефонных разговоров ФИО1, ФИО1, ФИО4 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; детализацию абонентских номеров «№», «№»; выписки движения денежных средств по счетам: №, №, № относимыми и допустимыми доказательствами по делу (т. л.д. 90-91).

В судебном заседании стороной защиты не было представлено достоверных доказательств, позволяющих усомниться в достоверности показаний свидетелей обвинения ФИО1, ФИО6, ФИО1, ФИО3, ФИО7, ФИО8, ФИО5, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13

Оснований не доверять показаниям свидетелей обвинения об известных им обстоятельствах, судом не установлено, так как не имеется объективных данных о наличии у них оснований для оговора подсудимого ФИО4 или умышленного искажения фактических обстоятельств, свидетелями которых они стали.

Утверждение ФИО4, что его действия по отношению к ФИО1 содержат лишь мошеннический характер, судом признаются надуманными, так как опровергаются аудиозаписями, которые были прослушаны в судебном заседании, из которых следует, что подсудимый при личных встречах с Министром здравоохранения <адрес> представлял ФИО1 как добропорядочного поставщика медицинского оборудования, который пишет обоснованные жалобы в Министерство здравоохранения и контрольный комитет и прежде чем их написать с ним, то есть с ФИО4 советовался.

Из оглашённых показаний Министра здравоохранения <адрес> ФИО13 следует, что ФИО4 ему докладывал о ФИО1, который сам борется с предпринимателями, которые завышают цены на медицинское оборудование, описывал его как самого «адекватного» предпринимателя, с которым можно взаимодействовать, убеждая при этом, что у самого него (ФИО4) коммерческого интереса от работы с ФИО1 нет. Летом 2018 года ему стала поступать информация от главных врачей больниц <адрес> и <адрес>, что ФИО4, поддерживает ФИО1, а поэтому когда узнал, что правоохранительные органы задержали ФИО4 и ФИО1 за то, что последний передавал ФИО4 взятку за покровительство, его это не удивило.

Доводы подсудимого ФИО4, что ни каких конкретных действий в пользу ФИО1 не совершал, покровительства ему не оказывал, судом признаются несостоятельными.

Общее покровительство по смыслу уголовного закона предполагает необоснованное создание различных благоприятных условий взяткодателю.

Из показаний свидетеля (взяткодателя) ФИО1, чьи показания судом признаны достоверными, следует, что последний чувствовал общее покровительство ФИО4 не только при распространении медицинского оборудования в медицинских учреждениях <адрес>, но и касаемо проводимых аукционов, даже если он не участвовал по ним или участвовал, но не в тех аспектах в которых хотелось бы ему, так как благодаря ФИО4, имел определённый доступ к определенным торгам и к больницам.

Свидетель ФИО5 в суде показал, что именно по просьбе и.о. директора технического надзора ФИО4 он направлял перед проведением аукциона проекты технических заданий ФИО1, который внося изменения в техническое задание, тем самым изменял круг поставщиков, чтобы самому принять участие в аукционе.

Свидетели ФИО3, ФИО8, ФИО7 также в суде подтвердили, что требования об использовании биохимического анализатора «<данные изъяты>», который ФИО1 ранее по договору безвозмездного пользования передал в <данные изъяты>, исходили от ФИО4

Свидетель ФИО11 в суде подтвердила, что её заявка на приобретение реагентов была подана вовремя, но несмотря на регламент, длительное время не рассматривалась, так как не могла пройти согласование с ФИО4, который при встрече ей предложил «перепрошить» биохимический анализатор, для того чтобы на нём можно было использовать реагенты другой фирмы.

Из выше изложенного следует, что подсудимый ФИО4 в силу своего служебного положения мог влиять и влиял на необоснованное создание различных благоприятных условий взяткодателю (свидетелю ФИО1), формируя у последнего осознания необходимости продолжения передачи ему денежных средств и действия подсудимого свидетельствуют о том, что изначально умысел ФИО4 был направлен на ежемесячное получение от ФИО1 денежных средств в размере 20 тысяч рублей и охватывались единым умыслом получение взятки.

По ходатайству стороны защиты в судебном заседании был допрошен в качестве свидетеля защиты ФИО15, который в судебном заседании показал, что он знаком с ФИО1, который ранее в <адрес> был представителем фирмы «<данные изъяты>». Он работал в головном офисе фирмы «Диакон», и продвигал в регионах всю продукцию компании. Это была биохимическая продукция, различные реагенты для лабораторных исследований, а ФИО1 работал на лабораторном рынке региона, то есть поставлял реагенты к лабораторным анализаторам, которую закупал в их компании. Кроме ФИО1 были и другие поставщики фирмы «<данные изъяты>», так как много «игроков», которые участвуют на этом рынке. Несколько раз вместе с ФИО1 участвовал в аукционах, в частности на поставку реагентики для ГУЗ «<данные изъяты>», с которой потом заключили договор. В тех медучреждениях, где нет их продукции, он как представитель фирмы <данные изъяты>», не принимает участие в аукционах. С ФИО4 знаком и пару раз с ним встречался.

Показания свидетеля ФИО15 подтверждают лишь тот факт, что свидетель ФИО1 в <адрес> был представителем фирмы «<данные изъяты>» и поставлял реагенты к лабораторным анализаторам, которую сам закупал в компании «<данные изъяты>», и не опровергают и не ставят под сомнение показания свидетеля ФИО1, признанные судом достоверными.

Доводы стороны защиты со ссылкой на п. 5.1 договора № безвозмездного пользования от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д. 195), дополнительного соглашения к договору (т.2 л.д. 199), что по их мнению договор является бессрочным, а поэтому у ФИО4 не было необходимости в интересах ФИО1 оказывать какого-либо давления на Главного врача <данные изъяты> ФИО3, а также то что в инкриминируемый период <данные изъяты>» и ИП «ФИО1» не выиграли ни одного аукциона на поставку реагентов и медицинских препаратов в учреждения здравоохранения <адрес>, не имеют правового значения для рассмотрения дела по существу.

Давая правовую оценку действиям подсудимого, суд исходит из установленных приведёнными выше доказательствами обстоятельств дела, которые в своей совокупности, с точки зрения достаточности, позволяют суду сделать вывод о подтверждении вины подсудимого ФИО4 в предъявленном ему обвинении, и квалифицирует его действия по п. «в» ч.5 ст. 290 УК РФ, - так как являясь должностным лицом, лично получил взятку в виде денег, в крупном размере, за совершение действий в пользу взяткодателя, входящих в его служебные полномочия, а его должностное положение способствовало этим действиям связанного с общим покровительством по службе.

Подсудимый ФИО4 по месту проживания характеризуется положительно (т.4 л.д.218), на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит (т.4 л.д. 219-220), состоит на воинском учёте (т.4 л.д.210), состоит в зарегистрированном браке (т. 4 л.д. 211, 262).

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО4 суд, признает на основании пп. «г», «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ наличие у виновного двух малолетних детей (т.4 л.д.260-261), явку с повинной (т.2 л.д.43-44), активное способствование расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию соучастника преступления (т.4 л.д. 105-108), а в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ состояние его здоровья, и признание своей вины в ходе предварительного расследования.

С учётом фактических обстоятельств совершённого ФИО4 преступления, предусмотренного п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ относящегося к категории особо тяжких преступлений и степени его общественной опасности, оснований для применения к нему положений ч. 6 ст. 15 УК РФ и изменения категории преступления, суд не находит.

Санкция статьи, по которой осуждается ФИО4 предусматривает альтернативный вид наказания, однако с учётом характера и степени общественной опасности, и личности подсудимого, суд приходит к выводу, что наказание в виде штрафа, не обеспечит достижений целей применения наказания, изложенных в ст. 43 УК РФ, а также в целях исправления подсудимого и предупреждения совершения им новых преступлений.

Оценив изложенные обстоятельства, данные о личности подсудимого, отсутствие оснований для освобождения ФИО4 от наказания, суд находит возможным исправление и перевоспитание подсудимого только в условиях, связанных с изоляцией от общества, и назначает ему наказание, связанное с лишением свободы.

Смягчающие обстоятельства в совокупности с положительными характеризующими данными о личности подсудимого, позволяет суду назначить ФИО4 основное наказание в виде лишения свободы с применением ст. 64 УК РФ, то есть ниже низшего предела, предусмотренного санкцией ч.5 ст. 290 УК РФ.

Учитывая характер совершённого ФИО4 преступления, степени его общественной опасности, суд не усматривает оснований для назначения последнему наказания по п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ с применением положений, предусмотренных ст. 73 УК РФ, то есть условного осуждения.

Суд, назначает ФИО4 вид исправительного учреждения в соответствии с п. «в» ч.1 ст. 58 УК РФ - исправительную колонию строгого режима, поскольку подсудимый ранее не отбывал лишение свободы, но при этом осуждается к реальному лишению свободы, за совершение особо тяжкого преступления.

Поскольку нормы уголовного закона, по которым квалифицированы действия подсудимого, в своих санкциях содержат дополнительные наказания в виде штрафа и лишения права занимать определённые должности или заниматься определённой деятельностью, с учётом характера и степени общественной опасности совершённого преступления, обстоятельств дела и данных о личности ФИО4 суд в соответствии со ст. 47 УК РФ признаёт невозможным сохранения за последним права занимать определённые должности на государственной службе и в муниципальных учреждениях.

С учётом имущественного положения ФИО4, суд считает целесообразным применять к нему дополнительное наказание в виде штрафа в размере пятикратной суммы взятки, полагая его соразмерным, за соответствующее преступление.

Судьбу вещественных доказательств суд разрешает в соответствии с требованиями стст. 81-82 УПК РФ.

Обеспечивая баланс процессуальных прав и обязанностей сторон, суд приходит к выводу, что отмена обеспечительных мер в виде снятия ареста наложенного в ходе предварительного расследования на автомобиль марки <данные изъяты> с регистрационным знаком № регион VIN: №, стоимостью 1 653 тысяч рублей и автомобиль марки <данные изъяты> с регистрационным знаком № регион VIN: №, стоимостью 265 тысяч рублей, принадлежащие подсудимому ФИО4, позволит последнему произвести отчуждение данного имущества третьим лицам, что затруднит исполнение приговора в части дополнительного наказания в виде штрафа.

Руководствуясь ст.ст.303, 304, 307-309 УПК РФ, суд

приговорил:

признать ФИО4 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ и с применением ст. 64 УК РФ назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 05 (пять) лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере пятикратной суммы взятки – 925 000 (девятьсот двадцать пять) тысяч рублей, с лишением в соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ права занимать должности на государственной службе и в муниципальных учреждениях, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий, сроком на 5 лет.

Для обеспечения исполнения приговора, меру пресечения ФИО4 изменить на содержание под стражей, взяв его под стражу в зале суда, и до вступления приговора в законную силу содержать в учреждении ФКУ СИЗО№ УФСИН РФ по <адрес>.

Срок наказания исчислять с 27 августа 2019 года.

Время нахождения ФИО4 под домашним арестом в период с 19 марта 2019 года по 26 августа 2019 года включительно, на основании ч.3.4 ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 3 июля 2018 г. №186-ФЗ) из расчёта два дня содержания под домашним арестом за один день лишения свободы засчитать в срок лишения свободы.

Время содержания ФИО4 под стражей со дня вынесения приговора до вступления его в законную силу засчитать в срок лишения свободы в соответствии с п. «а» ч.3.1 ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 3 июля 2018 г. №186-ФЗ) из расчёта один день содержания под стражей за один день лишения свободы.

По вступлению приговора в законную силу вещественные доказательства:

- CD-R диск с аудиозаписями телефонных разговоров ФИО1 и ФИО4; детализация абонентского номера №; детализация абонентского номера №; выписки движения денежных средств по счетам: №, №, №, - хранить в материалах уголовного дела.

Штраф необходимо оплатить в срок до 30 (тридцати) дней со дня вступления приговора в законную силу и предоставить сведения об уплате судебного штрафа в суд.

Реквизиты администратора платежа:

Получатель - Управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Туле (для УФК по Тульской области (следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по Тульской области) ИНН <***>; КПП 710601001; л/с <***>; р/с <***> в Отделение Тула; БИК 047003001; ОКТМО 70701000; КБК 417 1 16 21010 01 6000 140 «Денежные взыскания (штрафы) и иные суммы, взыскиваемые с лиц, виновных в совершении преступлений и возмещение ущерба имуществу, зачисляемых в федеральный бюджет».

Наказание в виде штрафа на основании ч. 2 ст. 71 УК РФ исполнять самостоятельно.

Принятые меры обеспечения виде наложения ареста на автомобиль марки <данные изъяты> с регистрационным знаком № регион VIN: №, стоимостью 1 653 тысяч рублей и автомобиль марки <данные изъяты> с регистрационным знаком № регион VIN: №, стоимостью 265 тысяч рублей, принадлежащие подсудимому ФИО4, - сохранить до исполнения приговора в части дополнительного наказания в виде штрафа.

Приговор в апелляционном порядке может быть обжалован в течение десяти суток со дня его провозглашения, а осужденным, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, в судебную коллегию по уголовным делам Тульского областного суда путём подачи апелляционной жалобы или представления через Ленинский районный суд Тульской области.

Осужденный вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чём ему необходимо указать в подаваемой апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесённые другими участниками уголовного процесса.

Председательствующий /подпись/

СПРАВКА

Апелляционным определением <данные изъяты> областного суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор Ленинского районного суда <адрес> от 27 августа 2019 года в отношении ФИО4 изменен:

исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание о признании в качестве смягчающих наказание обстоятельств: «активное способствование расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию соучастника преступления», «состояние здоровья»,

исключить из приговора ссылку на применение положений ст. 64 УК РФ,

усилить назначенное ФИО4 основное наказание по п. «в» ч.5 ст. 290 УК РФ до 7 лет лишения свободы;

засчитать в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время содержания осужденного под стражей с 19 по 21 марта 2019 года из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы, исключив указанный период из времени нахождения под домашним арестом;

в остальном этот же приговор оставить без изменения, апелляционное представление без удовлетворения.

Приговор вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГ г.

Подлинный приговор находится в уголовном деле

№ (№)

в Ленинском районном суде Тульской области

Судья:

Секретарь: