Решение № 21-31/2026 от 12 февраля 2026 г. по делу № 21-31/2026

Судья Дробышева О.А. Дело №


РЕШЕНИЕ

по делу об административном правонарушении

<адрес> ДД.ММ.ГГГГ

Судья Севастопольского городского суда Землюков Д.С., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на решение Гагаринского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, постановление старшего инспектора ОБ ДПС Госавтоинспекции УМВД России по <адрес> ФИО2 № от ДД.ММ.ГГГГ по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1.1 ст. 12.14 КоАП РФ в отношении ФИО1,

установил:

постановлением должностного лица от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 привлечен к административной ответственности по ч. 1.1 ст.12.14 КоАП РФ с назначением наказания в виде штрафа в размере 500 рублей.

На данное постановление должностного лица ФИО1 подал жалобу в суд первой инстанции.

Решением Гагаринского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ обжалуемое постановление оставлено без изменения, жалоба - без удовлетворения.

Не согласившись с указанным решением суда, ФИО1 обратился в Севастопольский городской суд с жалобой, в которой просит постановление должностного лица и решение суда первой инстанции отменить как незаконные и необоснованные, вынесенные с нарушением норм законодательства, производство по делу прекратить за отсутствием в его действиях состава вмененного административного правонарушения.

Указывает, что все неустранимые сомнения, установленные в ходе рассмотрения дела судом, истолкованы против его интересов, а наличие фактов, подтверждающих обоснованность выраженных сомнений, не приняты во внимание.

Так, из материалов дела не понятно, на основании каких данных инспектор принимал решение о наличии в его действиях несоответствия требованиям п.п. 8.1. и 8.5 ПДД РФ, в них отсутствуют сведения, как именно определено фактическое положение его автомобиля на проезжей части в момент совершения манёвра.

Вместе с тем, с учетом фактических обстоятельств ДТП и материалов дела выводы должностного лица обоснованными признать нельзя.

Анализируя положения абзаца 1 п. 8.5 ПДД РФ, отмечает, что ключевым моментом данного пункта является понятие - «крайнее положение» на проезжей части, при этом, он, как водитель, перед поворотом налево занял положение, которое, по его мнению, вполне соответствовало понятию «соответствующее крайнее левое положение» на своей полосе движения, с учётом обстановки на месте происшествия, однако инспектор каких-либо действий по установлению положения его автомобиля на проезжей части, с учетом ширины полосы движения и габаритов его автомобиля, не производил.

При этом его доводы об отсутствии необходимых действий со стороны сотрудников ГАИ при установлении всех обстоятельств происшествия, имеющих значение для объективного рассмотрения дела, судом проигнорированы, оценка тому факту, что необходимые действия должностным лицом проведены не были, судом не дана.

Считает, что доводы суда о том, что схема места ДТП подтверждает его виновность во вменяемом правонарушении, поскольку составлена уполномоченным лицом и подписана сторонами без замечаний, никак не может подменить собой то обстоятельства, что указание им на совершение манёвра поворота налево с левой половины проезжей части, а не с правой, как об этом утверждает второй участник ДТП и не может свидетельствовать о его виновности в правонарушении, поскольку именно его показания соответствуют обстановке на месте происшествия, зафиксированной видеозаписью с камеры наблюдения.

Кроме того, по его мнению, анализ видеозаписи и фотоснимков с места ДТП, фиксирующие, в том числе и повреждения на обоих транспортных средствах, позволяет сделать вывод, что водитель автомобиля МЕРСЕДЕС нарушил требования п.9.10 ПДД РФ о поддержании дистанции до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения.

Однако инспектор ГАИ при установлении обстоятельств ДТП данный факт был проигнорирован, а суд, игнорируя требования о выяснении всех обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, ошибочно посчитал, что доводы его жалобы о нарушении водителем автомобиля МЕРСЕДЕС требований п.9.10 ПДД РФ не могут повлечь удовлетворение жалобы, так как это означало бы выход за рамки установленного в ст.26.1 КоАП РФ предмета доказывания по делу об административном правонарушении.

Представитель ФИО1 адвокат Зантария В.А. доводы жалобы поддержал.

Предствитель потерпевшего ФИО3 адвокат Яковлев Д.Ю. просил решение суда первой инстанции оставить без изменения.

Остальные участники и заинтересованые лица в судебное заседание не явились, извещены своевременно надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили, в связи с чем полагаю возможным рассмотреть жалобу в их отсутствие.

Изучив доводы жалобы, исследовав материалы административного дела в полном объеме в соответствии с ч. 3 ст. 30.6 КоАП РФ, прихожу к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1.1 ст. 12.14 КоАП РФ административным правонарушением признается невыполнение требования Правил дорожного движения, за исключением установленных случаев, перед поворотом направо, налево или разворотом заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении.

С объективной стороны данное правонарушение выражается в невыполнении требования п. 8.5 ПДД РФ, обязывающего водителя перед поворотом направо, налево или разворотом заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение.

В соответствии с п. 8.1 ПДД РФ перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Как следует из постановления должностного лица, ДД.ММ.ГГГГ в 10-40 ч. по адресу: <адрес>, корп.А, водитель ФИО1 управлял транспортным средством Renault, государственный регистрационный знак <***>, при повороте налево не занял соответствующее крайнее левое положение на проезжей части дороги при осуществлении маневра, при этом создал опасность в движении автомобиля Мерседес, государственный регистрационный знак <***>, совершив столкновение с ним, чем совершил нарушение п.8.1, 8.5 КоАП РФ, ответственность за которое предусмотрена ч.1.1 ст. 12.14 КоАП РФ.

По факту данного нарушения требований п.п. 8.1, 8.5 ПДД РФ должностным лицом в соответствии с ч. 1 ст. 28.6 КоАП РФ вынесено постановление о назначении ФИО1 административного наказания, которое отвечает требованиям ст. 29.10 КоАП РФ.

Поскольку ФИО1 оспаривал событие административного правонарушения, в соответствии с ч. 2 ст. 28.6 КоАП РФ инспектором ДПС составлен протокол об административном правонарушении, который соответствует требованиям ст. 28.2 КоАП РФ, сведения, необходимые для правильного разрешения дела в протоколе отражены.

Вопреки доводам жалобы факт совершения административного правонарушения, предусмотренного ч. 1.1 ст. 12.14 КоАП РФ и виновность привлекаемого лица в его совершении подтверждены совокупностью имеющихся в деле доказательств, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывают, а именно: постановлением по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ, схемой места ДТП, протоколом <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, письменными объяснениями водителей ФИО1, ФИО4, фототаблицей, видео-фиксацией правонарушения.

Проверив собранные доказательства и дав им надлежащую оценку по правилам ст. 26.11 КоАП РФ, должностное лицо и суд правильно установили обстоятельства дела и обоснованно пришли к выводу о доказанности вины ФИО1 в нарушении п.п.8.1, 8.5 ПДД РФ и совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1.1 ст. 12.14 КоАП РФ.

Не согласиться с данным выводом должностного лица и суда оснований не имеется.

Доводы жалобы привлекаемого лица об отсутствии в его деянии состава административного правонарушения несостоятельны, поскольку опровергаются совокупностью собранных по делу доказательств.

На фотоматериалах, видео-фиксации зафиксированы обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, которые согласуются с показаниями потерпевшего. Характер и локализация повреждений транспортных средств, их местоположение после столкновения подтверждают, что ФИО1 перед поворотом налево заблаговременно не занял соответствующее крайнее левое положение на проезжей части дороги.

Необходимо также учитывать, что отступление от п. 8.5 ПДД РФ возможно только если транспортное средство из-за своих габаритов или по другим причинам не может выполнить поворот с соблюдением требований названного пункта. Однако транспортное средство, которым управлял ФИО1, не обладает какими-либо уникальными габаритами, не позволяющими водителю выполнить маневр с соблюдением требований п. 8.5 ПДД РФ. Каких-либо иных объективных причин для отступления от требований п. 8.5 ПДД РФ у него не имелось.

Следует отметить, что предметом рассмотрения настоящего дела об административном правонарушении является не причинно-следственная связь между поведением водителей - участников ДТП и наступившими последствиями, а оценка действий привлекаемого лица в конкретной дорожной ситуации на предмет соблюдения им требований п.п. 8.1, 8.5, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность.

Доводы в жалобе привлекаемого лица о том, что автомобиль второго участника ДТП двигался позади его автомобиля и в нарушение требований п.9.10 ПДД РФ о поддержании дистанции до движущегося впереди транспортного средства, не свидетельствует о соблюдении инкриминируемых пунктов ПДД РФ ФИО1

Ссылка на то, что при рассмотрении дела не дана должная оценка действиям второго участника ДТП на предмет соблюдения им Правил дорожного движения, не является основанием к отмене состоявшихся решений. Вопросы о наличии в действиях участника дорожно-транспортного происшествия, в отношении которого не ведется производство по данному делу, признаков нарушений Правил дорожного движения, равно как и вопросы о причинах дорожно-транспортного происшествия, об обстоятельствах его совершения, о степени виновности участников дорожно-транспортного происшествия, применительно к вопросам возмещения вреда, подлежат самостоятельному установлению в рамках соответствующего вида судопроизводства, и в предмет доказывания в рамках рассмотрения дела об административном правонарушении не входят.

Разрешение вопроса о том, чьи действия привели к столкновению автомобилей, не относится к компетенции судьи, рассматривающего дело об административном правонарушении.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции, проверяя дело, пришел к обоснованному выводу о правомерности признания ФИО1 виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1.1 ст. 12.14 КоАП РФ. Все имеющиеся в деле доказательства судом исследованы и надлежаще оценены, решение суда мотивировано, оснований к его отмене, в том числе, по доводам жалобы не имеется.

Доводы жалобы ФИО1 о том, что не определено фактическое положение его автомобиля на проезжей части в момент совершения маневра, с учетом ширины полосы движения и габаритов автомобиля, обоснованно не приняты судом во внимание, поскольку КоАП РФ не предусматривает определенных правил по составлению данных документов, при этом в схеме достоверно и полно отражены сведения, имеющие значение для разрешения дела, расположение транспортных средств после столкновения, и данная схема была оценена судом в совокупности с иными доказательствами по делу.

Доводы в жалобе привлекаемого лица о нарушении прав собственников автомобилей ФИО5 и ФИО6, как потерпевших, на участие в рассмотрении дела об административном правонарушении в связи с их неизвещением сотрудником ДПС о месте, дате и времени рассмотрения дела, являются безосновательными.

Сведения о владельцах транспортных средств указаны в справке ГАИ об участниках ДТП, участниками произошедшего дорожно-транспортного происшествия они не являлись, при этом физическое или юридическое лицо, которым административным правонарушением причинен имущественный вред, не лишены права в ином порядке судопроизводства устанавливать виновность лиц в качестве основания для привлечения этих лиц к гражданской ответственности и взыскания имущественного и (или) морального вреда в пользу потерпевших от административного правонарушения.

Между тем при рассмотрении судом жалобы привлекаемого лица ФИО5 и ФИО6 привлечены к участию в производстве по делу в качестве потерпевших, представитель потерпевшего ФИО6 – Яковлев Д.Ю. участвовал лично в судебном заседании при рассмотрении судом жалобы на постановление по делу, ФИО5, надлежаще извещенный, в судебное заседание не явился, то есть права потерпевших, предоставленные ст. 25.2 КоАП РФ, реализованы.

Несогласие заявителя с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием норм Правил не свидетельствует о том, что должностным лицом Госавтоинспекции или судьей городского суда допущены нарушения норм материального права и предусмотренные законом процессуальные требования.

Постановление о привлечении к административной ответственности вынесено с соблюдением срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ для данной категории дел.

Административное наказание назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 3.1, 3.5, 4.1 КоАП РФ, в пределах санкции ч. 1.1 ст. 12.14 КоаП РФ, является справедливым и соразмерным содеянному.

Нарушений норм материального и процессуального права не допущено, правовых оснований для отмены или изменения решения судьи, не усматривается.

С учетом изложенного, руководствуясь статьями 30.7 - 30.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, суд

решил:

решение Гагаринского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, постановление старшего инспектора ОБ ДПС Госавтоинспекции УМВД России по <адрес> ФИО2 № от ДД.ММ.ГГГГ по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1.1 ст. 12.14 КоАП РФ в отношении ФИО1, оставить без изменения, его жалобу - без удовлетворения.

Судья Д.С.Землюков