Апелляционное определение № 22-13/2026 22-3450/2025 от 29 января 2026 г.

Председательствующий: Бучаков С.А. Дело № 22-3450/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Омск 30 января 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Омского областного суда в составе председательствующего судьи Бондаренко А.А.,

судей Погребной Н.В., Груманцевой Н. М.,

при секретаре судебного заседания Елчиевой С.З.,

с участием прокурора Опаленко А.С.,

осужденных ФИО1, ФИО2,

защитников – адвокатов ПА.овой А.В., ФИО3,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденной ФИО2 (с дополнениями), ее адвоката ПА.овой А.В., осужденного ФИО1 (с дополнениями) на приговор Центрального районного суда г. Омска от <...>, которым

ФИО1, <...>

осужден по двум преступлениям, предусмотренным ст. 30 ч. 3, ст. 228.1 ч. 4 п.п. «а, г» УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к наказанию в виде 5 лет 6 месяцев лишения свободы за каждое, по ст. 30 ч. 3, ст. 228.1 ч. 4 п. «а» УК РФ с применением ст. 64 УК РФ в виде 5 лет 4 месяцев лишения свободы, по ст. 30 ч. 3, ст. 228.1 ч. 4 п.п. «а, г» УК РФ с применением ст. 64 УК РФ в виде 6 лет лишения свободы; по п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ в виде 6 лет 6 месяцев лишения свободы, по ст. 30 ч. 3, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ в виде 7 лет лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначено ФИО1 наказание в виде 7 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима,

ФИО2, <...>

<...>

осуждена: по ст. 30 ч. 3, ст. 228.1 ч. 5 УК РФ к наказанию в виде 7 лет лишения свободы. В соответствии с ч. 5 ст. 74 УК РФ отменено условное осуждение по приговору Центрального районного суда г. Омска от <...>, на основании ст. 70 УК РФ к назначенному наказанию по ст. 30 ч. 3, ст. 228.1 ч. 5 УК РФ частично присоединено неотбытое наказание по приговору Центрального районного суда г. Омска от <...> и назначено 7 лет 1 месяц лишения свободы; по трем преступлениям, предусмотренным ст. 30 ч. 3, ст. 228.1 ч. 4 п.п. «а, г» УК РФ в виде 6 лет лишения свободы за каждое; по ст. 30 ч. 3, ст. 228.1 ч. 4 п. «а» УК РФ в виде 5 лет 10 месяцев лишения свободы; по п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ в виде 10 лет лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний назначено ФИО2 наказание в виде 10 лет 1 месяца лишения свободы.

В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний, назначенных по правилам ч. 3 ст. 69 и ст. 70 УК РФ, окончательно назначено наказание в виде 10 лет 2 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу, взят под стражу в зале суда. Мера пресечения ФИО2 в виде заключения под стражу оставлена прежней. Постановлено содержать ФИО1 и ФИО2 до вступления приговора в законную силу в ФКУ СИЗО № <...> УФСИН России по Омской области.

Срок отбывания наказания ФИО1 и ФИО2 исчислен с момента вступления приговора в законную силу.

Зачтено в соответствии с ч. 3.2 ст. 72 УК РФ в срок наказания время содержания ФИО1 под стражей с <...> по <...> включительно, с <...> до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания, а также в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ время нахождения ФИО1 под домашним арестом с <...> по <...> включительно из расчета два дня под домашним арестом за один день лишения свободы.

Зачтено в соответствии с ч. 3.2 ст. 72 УК РФ в срок наказания время содержания ФИО2 под стражей с <...> по <...> включительно, с <...> до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы, а также в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ время нахождения под домашним арестом с <...> по <...> включительно из расчета два дня под домашним арестом за один день лишения свободы.

Также, ФИО1 и ФИО2 признаны невиновными по преступлению, предусмотренному ч. 2 ст. 210 УК РФ и оправданы на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

По делу также разрешены вопросы по процессуальным издержкам, определена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Погребной Н.В., выступления осужденных ФИО1, ФИО2, их адвокатов ПА.овой А.В., ФИО3, поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Опаленко А.С., полагавшей приговор оставить без изменений, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Согласно приговору ФИО1 и ФИО2 признаны виновными и осуждены за то, что трижды совершили покушение на незаконный сбыт наркотических средств с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», организованной группой, в крупном размере, одно покушение на незаконный сбыт наркотических средств с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», организованной группой, в значительном размере, одно покушение на незаконный сбыт наркотических средств с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере и незаконный сбыт наркотических средств с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», организованной группой, в значительном размере.

Преступления были совершены осужденными в <...> году в г. Омске при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании осужденный ФИО1 вину в совершении преступлений не признал, осужденная ФИО2 вину признала частично.

В апелляционной жалобе адвокат ПА.ова А.В. в интересах осужденной ФИО2 считает, что судебное решение не соответствует требованиям законодательства и является необоснованно суровым в отношении назначенного наказания. В частности, касательно эпизода со сбытом наркотиков ФИО, последовательно утверждает, что данный факт нельзя расценивать как оконченное преступление, предусмотренное п. "а" ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

Обращает внимание, что из показаний самой ФИО2 следует, что при задержании она сообщала сотрудникам правоохранительных органов о том, что делала тайники с наркотиками в <...>. Однако материалы дела не содержат информации о том, были ли отправлены фотографии этих тайников "куратору" на тот момент. ФИО2 также не подтверждала факт передачи координат тайников кому-либо. Напротив, она утверждала, что никому, кроме сотрудников полиции, не сообщала о местонахождении тайников. Сами фотографии были найдены в галерее телефона, а не в переписке с "куратором", что не доказывает передачу информации о местоположении наркотиков. Согласно показаниям оперативного сотрудника ФИО, у него была информация о тайниках, сделанных ФИО2 в <...>, однако источник этой информации не был раскрыт. Этот факт подтвердил и сотрудник ФИО, который сообщил о получении информации о тайниках и о том, что ФИО планировал забрать один из них. Основываясь на этой информации, была организована слежка за ФИО и за местом, где он должен был забрать наркотик. По мнению защиты, все это указывает на то, что процесс сбыта контролировался оперативными сотрудниками и не может считаться оконченным преступлением.

Кроме того, защитник отмечает, что суд не учел в качестве смягчающих наказание обстоятельств неудовлетворительное состояние здоровья близких родственников ФИО2, в частности, ее отца, о чем она заявляла в суде. Однако, суд учел состояние здоровья ФИО1, супруга ФИО2, как смягчающее обстоятельство для него, но не учел его как смягчающее обстоятельство для ФИО2, что кажется непоследовательным.

Относительно назначенного наказания, защита подчеркивает, что первоначально она просила суд применить к ФИО2 ст. 82 УК РФ, учитывая наличие у нее малолетних детей, требующих материнской заботы. Вместе с тем, суд отклонил эту просьбу, назначив суровое наказание, и уделил мало внимания взаимоотношениям ФИО2 с детьми и возможности отсрочки наказания.

На основании изложенного, просит приговор изменить, квалифицировать действия ФИО2 в части сбыта наркотических средств ФИО по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, признать смягчающими обстоятельствами неудовлетворительное состояние здоровья близких родственников ФИО2, снизить ей размер наказания и применить положения ст. 82 К РФ.

В своей апелляционной жалобе и дополнениях к ней, осужденная ФИО2 выражает несогласие с законностью и обоснованностью вынесенного приговора. Она оспаривает квалификацию действий, связанных со сбытом наркотических веществ ФИО, приводя аргументы, аналогичные доводам, представленным её защитником, а также ссылается на свидетельские показания, не положенные в основу приговора по ее делу. Считает, что её действия по данному факту следует квалифицировать по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

Также утверждает, что суд не принял во внимание важные смягчающие обстоятельства, такие как неудовлетворительное состояние здоровья её близких родственников, в частности отца и супруга ФИО1, а также её активное участие в раскрытии нескольких преступлений, совершённых другими лицами.

Кроме того, учитывая наличие смягчающих обстоятельств, она не согласна с выводом суда об отсутствии оснований для применения ст. 64 УК РФ при назначении наказания. Подчеркивает, что активно способствовала раскрытию других преступлений, предоставив информацию с мобильного телефона, изъятого при личном досмотре. Она также отмечает, что отказ в применении ст. 82 УК РФ негативно повлияет на её малолетних детей, которые будут лишены заботы и воспитания сразу двух родителей, поскольку её супруг ФИО1 также приговорён к лишению свободы.

Просит изменить приговор, переквалифицировать её действия в части сбыта наркотиков ФИО с п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ на ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, признать смягчающими обстоятельствами неудовлетворительное здоровье родственников и активное содействие раскрытию других преступлений, применить ст. 64 УК РФ, снизить ей размер наказания и применить положения ст. 82 УК РФ.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с принятым решением. Считает, что у суда имелись все основания, с учетом применения положений ст. 64 УК РФ, о назначении ему более мягкого вида наказания. Кроме того, считает, что судом не принято во внимание, что он является участником СВО, а также не учтено неудовлетворительное состояние здоровья ФИО2, являющейся его супругой. Просит приговор изменить, признать в качестве смягчающего наказание обстоятельства неудовлетворительное состояние здоровья его супруги ФИО2, изменить в соответствии со ст. 15 УК РФ категорию преступлений на менее тяжкую, и с учетом применения положений ст. 64 УК РФ, назначить более мягкое наказание.

В своих дополнениях к апелляционным жалобам, осужденные ФИО1 и ФИО2 указывают на получение ими обвинительного заключения в виде нечитаемого цифрового файла. По их утверждению, это свидетельствует о возможной недостоверной информации со стороны следствия, что является нарушением законодательства и права на защиту. Они считают это достаточным основанием для отмены приговора и возвращения дела прокурору, согласно ст. 237 УПК РФ.

Кроме того, осужденные выражают сомнения в достоверности показаний свидетеля ФИО и протокола досмотра при задержании ФИО Они настаивают на исключении этих материалов из перечня доказательств.

Также оба излагают версию о том, что незаконным сбытом занималась только ФИО2, а ФИО1 в этом участия не принимал и не догадывался.

На апелляционные жалобы осужденной ФИО2 и ее адвоката ПА.овой А.В. государственным обвинителем ФИО поданы возражения, в которых он просит оставить их без удовлетворения, приговор – без изменений.

Проверив материалы дела, выслушав участников судебного заседания, обсудив доводы апелляционных жалоб, поданных возражений, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

Согласно положениям ч. 2 ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями процессуальных норм и основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии с ч. 1 ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Таких нарушений закона, повлиявших на исход данного дела по доводам, приведенным в апелляционных жалобам осужденных и адвоката ПА.овой А.В., не установлено.

Как следует из материалов уголовного дела, все обстоятельства, подлежащие доказыванию по делу, судом установлены, уголовное дело рассмотрено судом в пределах предъявленного осужденным обвинения, с соблюдением принципов состязательности сторон и презумпции невиновности.

Обвинительный приговор в отношении ФИО1 и ФИО2 отвечает требованиям ст. ст. 303, 304, 307 - 309 УПК РФ, в нем указаны обстоятельства преступных деяний, установленные судом, проанализированы доказательства, на основании которых суд пришел к выводу о виновности осужденных в инкриминированных им преступлениях.

В качестве допустимых доказательств виновности осужденных ФИО1 и ФИО2 в совершении преступлений суд обоснованно привел в приговоре, в частности: признательные показания самой ФИО2 в судебном заседании в той части, в которой они не противоречат установленным судом фактическим обстоятельствам, в том числе и об участии ФИО1 в совершении указанных преступлений, в которых последняя пояснила, что она работала курьером-закладчиком и делала закладки, в том числе в <...>, а одну из закладок сделала незадолго до своего задержания, обнаруженное наркотическое средство, как при первом задержании, так и при втором, было предназначено для сбыта; показания свидетелей ФИО, принимавшей участие в качестве понятой, об обстоятельствах проведения <...> личного досмотра ФИО2 (т. 13 л.д. 212-213); свидетеля ФИО, принимавшего участие в качестве понятого, об обстоятельствах проведения <...> осмотра транспортного средства, в котором было обнаружено наркотическое средство (т. 13 л.д. 214-2015); показания свидетелей ФИО, ФИО, ФИО – сотрудников полиции, пояснивших о поступлении оперативной информации о причастности ФИО1 и ФИО2 к незаконному обороту наркотических средств, а также указавших о проведении в отношении осужденных оперативно-розыскных мероприятий, в том числе об обстоятельствах задержания осужденных, их личного досмотра, в ходе которого обнаружены наркотические средства, у ФИО2 сотовый телефон с фотографиями мест тайников-закладок с координатами, одна из фотографий закладок является идентичной фотографии, которая была обнаружена в телефоне ФИО (т. 12 л.д. 87-91, т. 21 л.д. 37-39, л.д. 224-227, т. 22 л.д. 130-134, т. 13 л.д. 21-49, 145-150, т. 21 л.д. 129-204); показаниями осужденного ФИО о причастности ФИО1 и ФИО2 к совершенным преступлениям.

Таким, образом, изучение материалов уголовного дела показало, что обстоятельства, подлежащие доказыванию в силу ст. 73 УПК РФ, судом установлены правильно, при этом выводы суда не содержат предположений, неустранимых противоречий и основаны исключительно на исследованных материалах дела, которые оценены судом в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 88 УПК РФ.

Судебная коллегия находит изложенные в приговоре мотивы оценки доказательств убедительными. По материалам уголовного дела не установлено каких-либо обстоятельств, по которым допустимость и достоверность представленных стороной обвинения доказательств вызывали бы у судебной коллегии оправданные сомнения. Какие-либо противоречия в доказательствах, требующие их толкования в пользу осужденных, отсутствуют.

Оснований не доверять показаниям указанных выше лиц у суда не имелось, поскольку они последовательны, непротиворечивы, дополняют друг друга. Оснований для оговора свидетелями осужденных судом не установлено.

Изложенные показания согласуются с иными доказательствами по делу, содержащими объективные сведения о времени, месте, способе, обстоятельствах совершения преступлений, в их числе: протоколы личного досмотра ФИО1, ФИО2, осмотра места происшествия, осмотра предметов, в том числе сотового телефона, принадлежащего осужденной ФИО2, на котором обнаружены фотографии с изображением тайников-закладок, справки об исследовании и заключения химических судебных экспертиз.

Судом первой инстанции объективно установлено, что каждый осужденный осуществлял непосредственные действия, направленные на незаконный сбыт наркотических средств, которые не были доведены ими до конца (за исключением сбыта наркотических средств ФИО) по обстоятельствам, независящим от их воли, а именно в связи с их задержанием и изъятием наркотических средств из незаконного оборота. При совершении преступлений оба осужденных действовали умышленно, осознавая противоправный характер своих действий, преследуя цель сбыта наркотических средств неопределённому кругу лиц. Кроме соответствующих показаний осужденной ФИО2, о наличии у них умысла на сбыт наркотических средств свидетельствует характер вышеописанных действий осужденных, значительное количество наркотических средств, их размещение в расфасованном виде в удобной для реализации упаковке, наличие соответствующе переписки, свидетельствующей о предназначении изъятого наркотического средства именно для сбыта.

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах осужденной ФИО2 и ее адвоката ПА.овой А.В., относительно необоснованности квалификации действий ФИО2 по п. "а" ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, как оконченного преступления, судебная коллегия находит несостоятельными.

Вопреки утверждениям защиты, совокупность собранных по делу доказательств, включая показания самой ФИО2 о создании тайников с наркотиками в <...> с целью последующей передачи координат "куратору" для сбыта, показания свидетелей, а также факт обнаружения фотографий тайников в телефоне осужденной, свидетельствует о наличии умысла на сбыт наркотических средств и совершении всех необходимых для этого действий.

Из показаний свидетеля ФИО следует, что в УНК УМВД России по Омской области приходила оперативная информация о причастности ФИО1 и ФИО2 к незаконному обороту наркотических средств, которая подтвердилась, и в ходе задержания последних у них было обнаружены и изъяты наркотические средства.

Свидетели ФИО, ФИО подтвердили факт обнаружения и изъятия у осужденных <...> наркотических средств.

Из исследованных судом письменных доказательств, таких как протоколы личного досмотра ФИО1, ФИО2 от <...> и от <...>, осмотра транспортных средств, следует, что при задержании осужденных при них, а также в их автомобиле были обнаружены вещества. Протоколами осмотров мест происшествия из тайников-закладок, координаты которых были обнаружены в сотовом телефоне ФИО2, были изъяты свертки с порошкообразным веществами.

Согласно проведенным по делу судебно-химическим исследованиям изъятые у ФИО1, ФИО2 в их автомобилях и из тайников-закладок вещества являются наркотическими средствами.

Из протокола личного досмотра ФИО следует, что у последнего было обнаружено наркотическое средство, которое он, согласно приговору Калачинского городского суда от <...> забрал из тайника-закладки, координаты которой были указаны в сотовом телефоне ФИО2

О приобретении ФИО именно того наркотического средства, которое осужденные поместили в тайник-закладку в <...> области, свидетельствуют исследованные судом доказательства, в том числе протоколы осмотров сотовых телефонов осужденного ФИО и осужденной ФИО2, в которых обнаружены аналогичные фотографии тайника-закладки с координатами, у ФИО2 эти фотографии были отправлены куратору, а у ФИО – получены им от продавца магазина <...> Сама ФИО2 также подтвердила в судебном заседании, что часть тайников-закладок сделала в <...> области.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального законодательства при проведении комплекса оперативно-розыскных мероприятий в отношении ФИО, а том числе провокации в действиях сотрудников полиции, суд обоснованно не усмотрел.

ФИО получил информацию о тайнике-закладки от продавца интернет-магазина «<...> Сами сотрудники полиции только располагали информацией о возможном месте нахождения закладки. Поэтому их действия по задержанию ФИО после того момента, как он что-то подобрал, соответствуют требованиям к оперативно-розыскному мероприятию, предъявляемым Федеральный закон от <...> № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности».

Проведенные по настоящему уголовному делу экспертизы проведены в соответствии с требованиями закона компетентными и квалифицированными экспертами на основе утвержденных методик, полны, ясны и обоснованы, содержащиеся в заключениях выводы мотивированы.

Полученная в результате проведенных с соблюдением требований Федерального закона от <...> № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» оперативно-розыскных мероприятий информация предоставлена следственному органу в порядке, установленном ст. 11 указанного Федерального закона и правилами Инструкции «О порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности дознавателю, органу дознания, следователю, прокурору или в суд» от <...>.

Использованные в процессе доказывания результаты оперативно-розыскной деятельности, в силу ст. 89 УПК РФ, отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам уголовно-процессуальным законом, и подтверждают обстоятельства совершенных осужденными преступлений.

Кроме того, судебная коллегия учитывает, что для квалификации действий как оконченного сбыта не требуется фактической передачи наркотического средства конечному потребителю. Достаточно установления факта совершения действий, направленных на передачу наркотика, с целью его дальнейшего распространения, что и было установлено в ходе судебного разбирательства.

Таким образом, доводы апелляционных жалоб не опровергают выводов суда первой инстанции о виновности ФИО2 и ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного п. "а" ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

Кроме того, следует отметить, что в деле отсутствуют объективные данные, которые давали бы основание полагать, что по настоящему уголовному делу имелась необходимость для искусственного создания доказательств обвинения, либо их фальсификации.

Судом дана надлежащая оценка характеру действий осужденных и направленности их умысла. Выводы суда носят непротиворечивый и достоверный характер, и соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела. Суд не допускал каких-либо предположительных суждений. Оснований для иной оценки доказательств, не имеется.

Всесторонний анализ и основанная на законе оценка исследованных в судебном заседании доказательств в их совокупности позволили суду первой инстанции правильно установить фактические обстоятельства дела и квалифицировать действия ФИО1 и ФИО2 по сбыту ФИО по п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, как незаконный сбыт наркотических средств организованной группой, с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в значительном размере; в отношении наркотических средств, изъятых <...> по ч. 3 ст. 30, ст. 228.1 ч. 5 УК РФ, как покушение на незаконный сбыт наркотических средств группой лиц по предварительному сговору, с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в особо крупном размере, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.

Квалифицирующие признаки содеянного нашли свое объективное подтверждение, выводы об этом содержатся в приговоре.

Следует отметить, что показания ФИО2 об обстоятельствах однократного получения ею всех изъятых наркотических средств, предназначенных для последующего их сбыта, при задержании ее и ФИО1 <...>, полностью согласуются с иными доказательствами по делу.

Вместе с тем, правильно установив фактические обстоятельства по делу, суд первой инстанции квалифицировал действия каждого осужденного, как совокупность трех преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 – п.п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, и одного преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 – п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

Однако, согласно действующему законодательству, преступные деяния, тождественные по своему характеру и содержанию, объединенные единым умыслом и направленные на достижение общей цели, подлежат квалификации как одно преступление.

В данном случае, из фабулы обвинения и последовательных признательных показаний ФИО2 в данной части, положенных в основу обвинительного приговора, которые объективно по делу ничем не опровергнуты, следует, что все свертки с наркотическим средством были получены осужденными, выполняющими свою роль, от сообщника до дня задержания одномоментно, после чего она и ФИО1 намеревались осуществить их сбыт посредством тайниковых закладок. Не позднее <...> осужденные сформировали три тайника-закладки, для остальных свертков с наркотиком, находившихся у осужденных при себе, а также в автомобиле ФИО1, определить места закладок они не успели по не зависящим от них обстоятельствам, так как их действия были обнаружены и пресечены сотрудниками правоохранительных органов.

Изложенные обстоятельства свидетельствуют о наличии у ФИО1 и ФИО2 единого умысла, направленного на сбыт всего количества наркотического средства, изъятых у осужденных, как в ходе личного досмотра и осмотра автомобиля, так и в ходе осмотров трех мест происшествия, в связи с чем их действия не образуют совокупности преступлений и подлежат квалификации как одно продолжаемое преступление.

При таких данных, судебная коллегия считает, что действия осужденных в отношении наркотических средств, размещенных в тайники по координатам <...> размещенного в тайнике у <...> в г. Омске <...> а также изъятых у осужденных и в автомобиле <...><...> связанные с покушением на незаконный сбыт наркотических средств организованной группой, с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в крупном размере, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам, подлежат квалификации по ч. 3 ст. 30 – п.п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, и не требуют дополнительной квалификации по совокупности преступлений.

К версии осужденных ФИО2 и ФИО1, что незаконным сбытом занималась только ФИО2, а ФИО1 в этом участия не принимал и не догадывался, суд верно отнесся критически и расценил её как способ избежать ФИО1 уголовной ответственности за содеянное, поскольку она опровергается исследованными судом доказательствами.

Как при первом, так и при втором задержании часть наркотических средств была обнаружена у ФИО1 В обоих случаях задержания ФИО1 и ФИО2 находились вместе. В автомобиле, которым управлял ФИО1, также были обнаружены наркотические средства, которые размещались в местах, которые всегда находятся в поле зрения водителя, поэтому о существовании наркотических средств в своем автомобиле ФИО1 просто не мог не знать. По второму задержанию ФИО1, переписка с куратором наркомагазина проходила от имени самого осужденного, и при осмотре его телефона были обнаружены фотографии, на которых ФИО1 выполнял указания куратора по изображению жестов, подтверждающих, что именно он осуществляет закладки с наркотическими средствами.

В остальной части приговор соответствует требованиям ст.ст. 302, 307 и 308 УПК РФ.

Из материалов уголовного дела, в том числе протокола судебного заседания, следует, что председательствующий судья, сохраняя объективность и беспристрастность, обеспечил равноправие сторон, принял предусмотренные законом меры по реализации сторонами принципа состязательности и создал все необходимые условия для всестороннего и полного рассмотрения уголовного дела. Все ходатайства сторон были рассмотрены с принятием соответствующих решений. Оснований сомневаться в их правильности у судебной коллегии не имеется. Необоснованных отказов в удовлетворении ходатайств участников процесса не было. Возражений против окончания судебного следствия в объеме представленных доказательств от участников процесса не поступило. Нарушения права на защиту осужденных не допущено.

Доводы осужденных ФИО1 и ФИО2 о получении обвинительного заключения в виде нечитаемого цифрового файла, как основание для отмены приговора и возвращения дела прокурору, признаются судебной коллегией несостоятельными.

В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие факт получения обвинительного заключения в нечитаемом формате. Более того, в протоколах ознакомления обвиняемых с материалами дела содержатся их личные подписи, удостоверяющие факт получения ими полного комплекта документов, в том числе и обвинительного заключения. Никаких замечаний по поводу качества или читаемости указанного документа в протоколах не содержится. При этом в материалах дела имеются расписки осужденных об их отказе в получении копии обвинительного заключения на бумажном носителе (том 73 л.д. 210, 211). Кроме того, по ходатайству ФИО2 и на основании поручения Центрального районного суда г. Омска от <...> (том 183 л.д. 114) должностным лицом ОРОПД СНОН, О и ПЛ СЧ по РОПД СУ УМВД России по Омской области для вручения ФИО2 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Омской области <...> направлена электронная копия обвинительного заключения по данному уголовному делу (том 183 л.д. 200).

Утверждение осужденных о нарушении их права на защиту в связи с предполагаемой недостоверной информацией со стороны следствия, содержащейся в нечитаемом обвинительном заключении, также не находит своего подтверждения. В судебном заседании обвиняемые имели возможность ознакомиться со всеми доказательствами по делу, задавать вопросы свидетелям и экспертам, представлять свои доводы и возражения.

Ссылка на ст. 237 УПК РФ, как на основание для возвращения дела прокурору, не является обоснованной. Данная статья предусматривает возврат дела прокурору в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность рассмотрения дела судом. Однако, в данном случае таких нарушений судом не установлено.

Таким образом, судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения апелляционных жалоб в части отмены приговора и возвращения дела прокурору на основании доводов о получении нечитаемого обвинительного заключения.

Доводы осужденных об исключении из перечня доказательств показаний свидетеля ФИО и протокола досмотра при задержании ФИО отклоняются, поскольку данные материалы не положены в основу приговора. Суд первой инстанции основывал свои выводы на совокупности иных, достаточных и допустимых, доказательств, представленных стороной обвинения и исследованных в ходе судебного разбирательства.

Доводы жалобы осужденной, ссылающейся на свидетельские показания, не положенные в основу приговора по ее делу, не могут быть приняты во внимание. Сам факт наличия показаний в материалах уголовного дела, не использованных при вынесении приговора в отношении конкретного лица, автоматически не свидетельствует об их релевантности или допустимости в качестве доказательств по делу осужденной.

Дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, нарушений права осужденных на защиту в ходе судебного заседания не допущено. Как следует из протокола судебного заседания, суд создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Все ходатайства сторон разрешены в установленном законом порядке, все версии проверены, доказательства исследованы и получили оценку.

В связи с переквалификацией действий осужденных приговор подлежит изменению и в части назначенного наказания, в т.ч. итогового.

Наказание ФИО1 за совершение преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 4 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30 – ч. 5 ст. 228.1 УК РФ, а также ФИО2 за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 – ч. 5 ст. 228.1 УК РФ, назначено в соответствии со ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ с учетом характера и степени общественной опасности преступлений, относящихся к категории особо тяжких, обстоятельств их совершения, данных о личности осужденных, которые характеризуются удовлетворительно, на учетах в психодиспансере и наркодиспансере не состоят, ФИО1 ранее не судим, степень социальной обустроенности обоих, сведения об их семейном положении, совокупности смягчающих обстоятельств, отсутствия отягчающих обстоятельств, а также влияния назначенного наказания на их исправление и на условия жизни их семей.

Несмотря на доводы жалоб, каких-либо иных обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, достоверные сведения о которых имеются в материалах дела, но не учтенных судом, не установлено.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1 согласно ст. 61 УК РФ суд верно признал: наличие на иждивении малолетних детей, участие в боевых действиях в зоне СВО, а также неудовлетворительное состояние здоровья у виновного, в т.ч. полученные в ходе боевых действий травмы.

Приведенную совокупность смягчающих наказание обстоятельств, в том числе участие в зоне СВО, суд признал исключительной, существенно снижающей степень общественной опасности совершенных преступлений, в связи с чем правомерно счел возможным применить к ФИО1 положения ст. 64 УК РФ по всем преступлениям и назначить наказание ниже низшего предела, в связи с чем по соединенному преступлению, предусмотренному ч. 3 ст. 30 – п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, судебная коллегия также полагает возможным назначить наказание с применением положений ст. 64 УК РФ.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2 а соответствии со ст. 61 УК РФ суд обоснованно учел: признание вины, раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, выразившееся в даче признательных показаний, а также в предоставлении доступа к своим сотовым телефонам, которые имеют большое доказательственное значение по делу, наличие на иждивении малолетних детей, неудовлетворительное состояние её здоровья. Кроме того, судебная коллегия учитывает, что благодаря информации, содержащейся в телефоне ФИО2, удалось установить личность приобретателя наркотического средства (ФИО), в отношении которого вынесен приговор, в связи с чем, соглашаясь с позицией адвоката, суд апелляционной инстанции полагает возможным приведенную выше совокупность смягчающих наказание обстоятельств, в том числе сведения о личности ФИО2, ее возрасте и состоянии здоровья, признать исключительной, существенно снижающей степень общественной опасности совершенного преступления, и применить к ФИО2 положения ст. 64 УК РФ по преступлению, предусмотренному п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

Непризнание смягчающим обстоятельством состояния здоровья отца ФИО2 не является основанием для отмены или изменения приговора, поскольку судом были учтены иные смягчающие наказание обстоятельства, что нашло отражение в мотивировочной части приговора.

То обстоятельство, что состояние здоровья ФИО1 было учтено как смягчающее обстоятельство для него, а также аналогично состояние здоровья ФИО2 для нее, но не учтенные друг у друга как неудовлетворительное состояние здоровья близких родственников, не свидетельствует о непоследовательности суда, поскольку обстоятельства, связанные с личностью одного осужденного, не могут автоматически являться смягчающими для другого.

Учитывая вышеизложенное, а также конкретные обстоятельства дела, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что цели наказания, предусмотренные уголовным законом, могут быть достигнуты только при назначении осужденным наказания в виде лишения свободы по всем преступлениям, без назначения дополнительных наказаний по ст. 228.1 УК РФ, с учетом требований ч. 1 ст. 62 УК РФ у ФИО2, требований ч. 3 ст. 66 УК РФ у обоих осужденных, за исключением оконченного преступления в отношении ФИО

Поскольку с учетом требований ч. 1 ст. 62 и ч. 3 ст. 66 УК РФ максимально возможный размер для ФИО2 по ч. 3 ст. 30, ст. 228.1 ч. 4, ч. 3 ст. 30, ст. 228.1 ч. 5 УК РФ меньше минимального размера санкции статьи, при наличии смягчающих наказание обстоятельств, то суд обоснованно назначил наказание по преступлению, предусмотренному ч. 3 ст. 30 – ч. 5 ст. 228.1 УК РФ, ниже санкции статьи, с чем соглашается суд апелляционной инстанции, и полагает возможным назначить ФИО2 наказание за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 – п.п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, по тем же правилам, т.е. ниже санкции статьи.

Оснований для применения в отношении обоих осужденных положений ст. 73 УК РФ, а также для изменения категории преступлений на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, с учетом фактических обстоятельств преступлений, а также личности виновных суд обоснованно не нашел. Не усматривает таких оснований и судебная коллегия.

Доводы защиты и осужденной ФИО2 о необходимости применения к последней ст. 82 УК РФ и предоставления отсрочки отбывания наказания в связи с наличием малолетних детей были тщательно исследованы судом первой инстанции. Суд обоснованно отказал в применении данной нормы, мотивировав свое решение конкретными обстоятельствами дела, характером и степенью общественной опасности совершенных преступлений, а также данными о личности осужденной, продолжившей заниматься преступной деятельностью, несмотря на её пресечение в <...> года и осуждение по другому делу.

Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с данными выводами суда первой инстанции.

Доводы жалобы осужденного ФИО1 о том, что суд первой инстанции не принял во внимание его участие в СВО, не могут служить безусловным основанием для назначения более мягкого наказания, поскольку данное обстоятельство было известно суду первой инстанции и учтено при вынесении приговора.

Вид исправительного учреждения, в котором ФИО1 надлежит отбывать наказание, – исправительная колония строгого режима, ФИО2 – исправительная колония общего режима, назначен на основании ст. 58 УК РФ верно.

Каких-либо нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих иные изменения или отмену приговора, судом при рассмотрении дела не допущено, в связи с чем в остальной части приговор надлежит оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденных и адвоката без удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Центрального районного суда г. Омска от <...> в отношении ФИО1, ФИО2 изменить:

действия ФИО1 и ФИО2 переквалифицировать с ч. 3 ст. 30 – п.п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (3 преступления); ч. 3 ст. 30 – п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ на ч. 3 ст. 30 – п.п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, по которой назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы с применением ст. 64 УК РФ сроком на 6 лет, ФИО2 сроком на 6 лет.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний за совершение преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 – п.п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1, п. «а» ч. 4 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30 – ч. 5 ст. 228.1 УК РФ, окончательно назначить ФИО1 наказание в виде 7 лет 4 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Назначить ФИО2 по п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ наказание в виде лишения свободы с применением ст. 64 УК РФ сроком на 6 лет 6 месяцев.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний за совершение преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 – п.п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, назначить ФИО2 наказание в виде 6 лет 10 месяцев лишения свободы.

В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний, назначенных по правилам ч. 3 ст. 69 и ст. 70 УК РФ, окончательно назначить ФИО2 наказание в виде 7 лет 3 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Апелляционное определение может быть обжаловано через суд постановивший приговор в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденными, содержащимися под стражей в тот же срок со дня вручения им копии судебного решения, вступившего в законную силу.

Осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: