Апелляционное определение № 33-5220/2025 от 8 декабря 2025 г.

БЕЛГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

31RS0020-01-2025-003326-70 33-5220/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Белгород 9 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Белгородского областного суда в составе:

председательствующего Переверзевой Ю.А.,

судей Нессоновой С.В., Фурмановой Л.Г.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Дорошковой А.А.,

с участием прокурора Чекановой Е.Н.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО9 к обществу с ограниченной ответственностью «СК Техноград» об установлении факта трудовых отношений, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе общества с ограниченной ответственностью «СК Техноград»

на решение Старооскольского городского суда Белгородской области от 03.09.2025.

Заслушав доклад судьи Нессоновой С.В., объяснения представителя ответчика общества с ограниченной ответственностью «СК Техноград» ФИО10, истца ФИО9, ее представителя ФИО11, заключение прокурора, судебная коллегия

установила:

ФИО9 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «СК Техноград» (далее ООО «СК Техноград») об установлении факта трудовых отношений, компенсации морального вреда, ссылаясь на то, что что с октября 2021 по апрель 2024 ее супруг – ФИО1 осуществлял трудовую деятельность у ответчика, однако их отношения с работодателем оформлены не были.

03.04.2024 при осуществлении трудовых обязанностей (выполнение работ по реконструкции нежилого здания в жилое) ФИО1 упал на перекрытия 1-го этажа, ударился головой о бетонное основание, был госпитализирован в ОГБУЗ «Старооскольская окружная больница Святителя Луки Крымского», где был поставлен диагноз «Открытый перелом средней трети голени, перелом свода и основания черепа, субдуральная гематома». В результате полученных травм супруг истца 25.04.2024 скончался в лечебном учреждении.

Истец полагала, что ООО «СК Техноград» является недобросовестным работодателем, который не только надлежащим образом не оформил отношения с ФИО1, но и не обеспечил последнему безопасные условия труда, что привело к несчастному случаю с летальным исходом. С учетом поданного в порядке ст.39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заявления, просила установить факт наличия в период с 08.02.2023 по 03.04.2024 трудовых отношений между ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершим 25.04.2024, и ООО «СК Техноград», взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей.

В судебном заседании первой инстанции сторона ответчика просила в удовлетворении требований отказать, сослалась на то, что ФИО1 ни в трудовых ни в гражданско-правовых отношения с ООО «СК Техноград» не состоял. В период с 2023 по 2024 последний как субподрядчик привлекался на некоторые объекты ООО «СК Техноград» для выполнения определенного объема сантехнических работ. 21.02.2023 между МКУ «УКС» Старооскольского городского округа был заключен муниципальный контракт №17 по выполнению капитального ремонта на объекте МБУДО «Детская школа искусств №3» по адресу: <...>. В мае 2023 на указанном объекте были увеличены объемы по сантехническим работам, в связи с чем для выполнения дополнительной работы по прокладке (замене) труб водоснабжения, канализации и отопления был привлечен субподрядчик ФИО1. Работы проводились им в период с мая по июнь 2023 года, за выполненные работы произведена оплата наличными денежными средствами в полном объеме. В период с июля 2023 по февраль 2024 ФИО1 никаких работ на объектах ООО «СК Техноград» не производил.

5.02.2024 между МКУ «УКС» Губкинского городского округа и ООО «СК Техноград» был заключен муниципальный контракт на выполнение работ по капитальному ремонту МАДОУ «Детский сад комбинированного вида №21 «Ивушка». Для выполнения демонтажа трубопровода водоснабжения в некоторых помещениях детского сада также был привлечен ФИО1, который осуществлял работы в течение 4-5 дней в начале марта 2024 года, за что ему была произведена оплата в полном объеме.

С конца марта 2024 года ФИО1 привлекался к выполнению сантехнических работ (прокладка трубопроводов водопровода, канализации и отопления) на объекте АО «СОАТЭ». За выполненную работу ему были переданы денежные средства в сумме 40000 рублей. ФИО1 на некоторых объектах ООО «СК Техноград» в разные периоды времени выполнял определенный объем работ и вид сантехнических работ, в период с июля 2023 по февраль 2024, а также в середине марта 2024 ФИО1 никаких работ у ответчика не производил.

Волеизъявление на трудоустройство в ООО «СК Техноград» не проявлял, заявление о приеме на работу не писал, не знакомился с локальными актами организации, Положение об оплате труда, об обработке и защите персональных данных в организации, Правилами внутреннего трудового распорядка, не расписывался в журнале регистрации вводного инструктажа, на него не оформлялись карточки СИЗ, режим работы его никто не контролировал. Допуск на объекты получал не для выполнения трудовой функции определенной по должности сантехника, а для осуществления определенного объема сантехнических работ, определенный в рамках договора подряда. Со слов ФИО1, он являлся пенсионером. Оформление трудовых или гражданско-правовых отношений в организации могли повлиять на его пенсионные выплаты, ввиду того, что как работающий пенсионер, он мог утратить право на индексацию размера пенсии. Кроме того, своими действиями по получению пенсии неработающего пенсионера, ФИО1 подтверждал отсутствие факта его трудоустройства и наличия трудовых отношений с каким-либо работодателем.

Решением Старооскольского городского суда Белгородской области от 03.09.2025 иск удовлетворен в части. Установлен факт трудовых отношений между ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершим 25.04.2024, и ООО «СК Техноград» в должности слесаря-сантехника в период с 14.07.2023 по 03.04.2024. С ООО «СК Техноград» в пользу ФИО9 взыскана компенсация морального вреда в размере 600000 рублей. В удовлетворении остальной части требований отказано. Также с ответчика в доход бюджета Старооскольского городского округа Белгородской области взыскана государственная пошлина в размере 6000 рублей.

В апелляционной жалобе ответчик ООО «СК Техноград» в лице директора ФИО12, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит решение суда первой инстанции отменить, принять новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

Истец в возражениях считает решение суда первой инстанции законным, обоснованным и не подлежащим отмене.

Третьим лицом ООО «Техноград» представлен отзыв на апелляционную жалобу ответчика, в котором считает доводы жалобы ответчика обоснованными и подлежащими удовлетворению.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель ООО «СК Техноград» ФИО10 поддержала доводы апелляционной жалобы ответчика.

Истец ФИО9, ее представитель ФИО11 в судебном заседании апелляционной инстанции возражали против доводов апелляционной жалобы.

В заключении прокурор Чеканова Е.Н. считает решение суда первой инстанции законным и обоснованным.

В судебное заседание представители третьих лиц ОСФР России по Белгородской области, ООО «Техноград», будучи извещенными своевременно и надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, не явились.

Судебная коллегия на основании статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников судебного разбирательства.

Проверив законность и обоснованность судебного решения по правилам ч.1 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, изучив доводы апелляционной жалобы, возражений, выслушав лиц, участвующих в деле, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

Статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации определяет трудовые отношения как отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации, конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора.

В соответствии со статьей 56 Трудового кодекса Российской Федерации под трудовым договором понимается соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В соответствии с частью 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами. Один экземпляр трудового договора передается работнику, другой хранится у работодателя. Получение работником экземпляра трудового договора должно подтверждаться подписью работника на экземпляре трудового договора, хранящемся у работодателя.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 2 от 17.03.2004 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Согласно ст. 68 Трудового кодекса Российской Федерации прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям", в пунктах 20 и 21, содержатся разъяснения о том, что отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части 3 статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации) (пункт 20 названного постановления).

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам, исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации, необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 N 15).

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, заключаемого в письменной форме. Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Цель указанной нормы - устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе оформить в письменной форме с ним трудовой договор может быть расценено как злоупотребление правом со стороны работодателя на заключение трудового договора вопреки намерению работника заключить трудовой договор.

Таким образом, по смыслу статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

Следовательно, суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 21.02.2023 между ООО «СК Техноград» и МКУ «УКС» был заключен муниципальный контракт на выполнение работ по объекту МБУ ДО «Детская музыкальная школа №3».

14.07.2023 между АО «СОАТЭ» и ООО «СК Техноград» заключен договор №172р на выполнение комплекса строительно-монтажных работ по реконструкции нежилого двухэтажного здания под многоквартирный дом, расположенный по адресу: <...>, строение №2.

Согласно приказу директора ООО «СК Техноград» №1/АТЭ от 14.07.2023 «О назначении ответственных лиц на объекте» представителем, выполняющим работы, подлежащие освидетельствованию, назначен производитель работ ФИО2, который также назначен ответственным за соблюдение правил по охране труда и пожарной безопасности на объекте.

3.04.2024 при производстве ФИО1 работ последний упал на перекрытие 1-го этажа, в связи с чем был доставлен в ОГБУЗ «Старооскольская окружная больница Святителя Луки Крымского» с диагнозом: «Открытый перелом средней трети голени, перелом свода и основания черепа, субдуральная гематома», где 25.04.2024 скончался.

3.05.2024 следственным отделом по г. Старый Оскол следственного управления Следственного комитета РФ по Белгородской области было возбуждено уголовное дело № <данные изъяты> по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ, по факту нарушения правил безопасности при ведении иных работ, на территории объекта АО «СОАТЭ», повлекших по неосторожности смерть работника ООО «СК Техноград» ФИО1.

Постановлением от 15.03.2025 прекращено названное уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО3 ФИО2, ФИО4, по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием в их действиях состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ.

Из постановления от 15.03.2025 следует, что согласно выводам, изложенным в заключении комплексной судебной экспертизы соблюдения правил безопасности и иных требований охраны труда при проведении работ от 2.12.2024, установлены нарушения, допущенные директором ООО «СК Техноград» ФИО3, который, являясь контролирующим лицом обеспечения охраны труда, не обеспечил должным образом контроль за соблюдением правил техники безопасности при производстве работ ФИО1 при реконструкции нежилого двухэтажного здания под многоквартирный жилой дом, не провел обучение и проверку знаний правил охраны труда и безопасности труда, не обеспечил безопасность работников при производстве работ, допустил работников, не прошедших подготовку по охране труда и стажировку на рабочем месте, допустил работника, не прошедшего обучение безопасным методам и приемам выполнения работ, без прохождения первичного инструктажа по охране труда; не обеспечил надлежащего осуществления контроля за выполнением работниками требований охраны труда.

ФИО2– производителем работ допущены нарушения требований правил безопасности и требований охраны труда, который, являясь ответственным лицом за обеспечение безопасного производства работ и обеспечений требований охраны труда и пожарной безопасности на строительном объекте, не обеспечил должным образом безопасное производство и обеспечение требований охраны труда работ, надлежащий контроль работ за выполнением работниками требований охраны труда, организации и проведению инструктажей по охране труда, обеспечения выдачи работникам специальной одежды (каска), специальной обуви и других СИЗ, соблюдения графиков проведения периодических медицинских осмотров, своевременному выявлению нарушений требований правил, инструкций и норм охраны труда и незамедлительному их устранению на строительной площадке.

Главным инженером ООО «СК Техноград» ФИО4 допущены нарушения требований правил безопасности и требований охраны труда, выразившиеся в том, что последняя, имея общую ответственность за обеспечение безопасного производства работ и обеспечение требований охраны труда и пожарной безопасности в ООО «СК Техноград», а также, имея ответственность за информирование работников об их трудовых правах, включая право на безопасные условия и охрану труда в ООО «СК Техноград», не обеспечила должным образом безопасное производство работ и обеспечение требований охраны труда.

ФИО1, привлеченным к выполнению сантехнических работ, были допущены нарушения, выразившиеся в осуществлении сантехнических работ без прохождения предварительного и повторного медицинского осмотра, без прохождения предварительного и повторного медицинского осмотра, без прохождения вводного инструктажа по охране труда, а также пожарной безопасности, без прохождения первичного инструктажа на рабочем месте и обучения безопасным методам и приемам выполнения работ, без обучения и проверки знаний по охране труда, а также без использования спецодежды (каски).

Из показаний свидетеля ФИО5, работающего в ООО «СК Техноград», допрошенного при проведении расследования в рамках уголовного дела № <данные изъяты>, следует, что 14.07.2023 ООО «СК Техноград» и АО «СОАТЭ» заключили договор №172р на осуществление работ по реконструкции нежилого здания в жилое, расположенное по адресу: <...>. На указанном объекте они вместе с ФИО6 выполняли отделочные работы примерно с марта 2024. Главным по контролю за техникой безопасности и осуществлением работ на данном объекте был производитель работ ООО «СК Техноград» ФИО2 Ранее в указанной организации на протяжении около 2 лет слесарем-сантехником работал ФИО1, который на объекте совместно с ФИО7 выполнял работы по прокладке труб и сантехники.

Аналогичные показания в части осуществления ФИО1 трудовой деятельности в ООО СК «Техноград» при проведении расследования по уголовному делу были даны ФИО6, работающим в ООО «СК Техноград».

В судебном заседании первой инстанции были допрошены свидетели ФИО7, ФИО8, ФИО2.

Так, свидетель ФИО7 пояснил, что на протяжении 4-х лет осуществляет свою трудовую деятельность в ООО «Техноград» в должности сантехника. Вместе с ним с октября 2021 или 2022 года работал ФИО1 в должности слесаря-сантехника. Директором указанной организации является ФИО3. С октября 2023 года они совместно с ФИО1 выполняли работы на объекте АО «СОАТЭ», монтировали канализацию, прокладывали трубы, выполняли сантехнические работы на объекте. Главным по осуществлению работ на объекте АО «СОАТЭ» был ФИО2. ФИО1 ежедневно совместно с ним с 8 часов утра и до 17 часов вечера находился на рабочем месте, у них была пятидневная рабочая неделя, но иногда, по приказу работали и в субботу, был обеденный перерыв с 12 до 12-45. Он совместно со своим напарником (ФИО1) смонтировали канализацию 28 квартир, потом им на помощь пришли еще двое сантехников. 03.04.2024 с ФИО1 произошел несчастный случай, он пошел пластиковым отводом, который должен был взять в подвале и назад, для продолжения выполнения работ, не вернулся.

Свидетель ФИО8 пояснил, что в ООО «СК Техноград» он никогда не работал, а работает в ООО «Техноград». Два года назад познакомился с ФИО1, когда последний выполнял работы на МБУ ДО «Детская музыкальная школа №3». Ему сказали, что он хороший сантехник и он позвал его для выполнения работ на объекте АО «СОАТЭ». ФИО1 не работал постоянно на работе, у него не было определенного графика работы, он мог работать недели две – три, а потом не появляться на объекте. На объекте АО «СОАТЭ» ФИО1 он видел в течение месяца, при этом также указал, что постоянно сам он там не находился. Какие отношения у него были с руководством и на каком основании работал ФИО1 в ООО «СК Техноград» он пояснить не смог. Ведомости и график учета рабочего времени в ООО «СК Техноград» вел ФИО2.

Свидетель ФИО2 пояснил, что он работал производителем работ в ООО «СК Техноград» по трудовому соглашению неофициально (если были работы, то его вызывали для их выполнения), заявление о принятии его на работу он не писал, направление на медицинское освидетельствование ООО «СК Техноград» ему не выдавалось, приказ о приеме на работу не издавался. Он отвечал за то, чтобы на объекте был порядок, работники чтобы приходили на работу и уходили с работы своевременно. График работы был установлен с 9 до 17 часов, перерыв с 13 до 14. ФИО8 являлся начальником участка и контролировал ФИО2 С зимы 2023 и по апрель 2024 ФИО1 выполнял работы в ООО «СК Техноград» по сантехнике и водопроводу на объекте по договору, заключенному между ООО «СК Техноград» и АО «СО АТЭ», работал в спецодежде. К выполнению указанных работ ФИО1 был допущен с ведома ФИО2. У ФИО1 был свободный график работы, работал он с прогулами. В неделю мог работать 3-4 дня, ссылался на головные боли и не выходил на работу.

В судебном заседании также исследовался журнал регистрации инструктажа на рабочем месте ООО «СК Техноград», начатый с 17.03.2023, из которого усматривается, что ФИО8, как производитель работ, проводил инструктаж работникам ООО «СК Техноград».

Разрешая требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями Трудового кодекса Российской Федерации, на основании оценки совокупности доказательств, произведенной в порядке ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о подтверждении фактически сложившихся между ответчиком и ФИО1 трудовых отношений с выполнением последним трудовых обязанностей слесаря-сантехника в период с 14.07.2023 по 3.04.2024. При этом исходил из того, что наличие заключенного 14.07.2023 между АО «СОАТЭ» и ООО «СК Техноград» договора №172р на выполнение комплекса строительно-монтажных работ по реконструкции нежилого двухэтажного здания под многоквартирный дом, расположенный по адресу: <...>, строение №2, с учетом показаний свидетелей, которые указывали о том, что после выполненных работ на музыкальной школе №3, ФИО1 выполнял работы на объекте АО «СОАТЭ», а также представленный стороной ответчика договор подряда от 14.07.2023, заключенный между ООО «СК Техноград» и ФИО2, свидетельствующий о том, что последний был уполномоченным лицом ООО СК «Техноград», который, как он указал в своих показаниях, и допускал к работе ФИО1, дают суду основания установить период трудовых отношений между ООО СК «Техноград» и ФИО1 с 14.07.2023 по 03.04.2024.

Судебная коллегия полагает выводы суда первой инстанции о доказанности факта трудовых отношений между ФИО1 и ООО СК «Техноград» правомерными, основанными на верной оценке представленных в материалы дела доказательств, осуществленной по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и на верном применении норм материального права, с учетом распределения бремени доказывания, по данной категории дел.

Доводы апелляционной жалобы ответчика об отсутствии доказательств, подтверждающих наличие между ФИО1 и ООО СК «Техноград» трудовых отношений, по мотиву привлечения его в качестве субподрядчика на некоторые объекты ООО «СК Техноград» для выполнения определенного объема сантехнических работ, неподчинения режиму труда и отдыха, несогласования размера заработной платы, отсутствия волеизъявления ФИО1 на трудоустройство в ООО «СК Техноград» (заявление о приеме на работу не писал, не знакомился с локальными актами организации, Положением об оплате труда, Правилами внутреннего трудового распорядка, не расписывался в журнале регистрации вводного инструктажа) направлены на переоценку установленных судом обстоятельств и исследованных в ходе рассмотрения дела доказательств, оснований для чего судебная коллегия не усматривает.

Отсутствие документального оформления трудовых отношений свидетельствует лишь о допущенных нарушениях закона со стороны ответчика по надлежащему оформлению отношений с ФИО1, что не лишает права доказывать наличие трудовых отношений между указанными лицами иными доказательствами, которые были представлены суду.

При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание презумпцию наличия трудовых правоотношений, установленный факт допуска ФИО1 к выполнению работ по должности слесаря-сантехника в период с 14.07.2023 по 03.04.2024 и отсутствие доказательств, опровергающих наличие трудовых отношений в указанный период, судебная коллегия находит вывод суда о признании сложившихся между указанными сторонами отношений трудовыми верным и основанным на исследованных судом доказательствах.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В абзаце 2 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 Трудового кодекса Российской Федерации). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.

В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ (абзац 3 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33).

Учитывая, что несчастный случай с ФИО1 произошел в ООО «СК Техноград», а также учитывая выводы комплексной судебной экспертизы соблюдения правил и иных требований охраны труда при ведении работ, назначенной в рамках расследования уголовного дела № <данные изъяты>, суд правильно пришел к выводу о взыскании суммы компенсации морального вреда с ответчика.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца, суд первой инстанции учитывал обстоятельства, при которых произошел несчастный случай на производстве, тот факт, что падение ФИО1 произошло в результате его собственных неосторожных действий, требования разумности и справедливости. Принял во внимание, что в результате несчастного случая, для истца произошла невосполнимая потеря близкого, любимого человека. Внезапная смерть супруга причинила истцу сильную душевную боль, тяжелые нравственные страдания. Она на протяжении длительного времени испытывает глубокие моральные и нравственные страдания, до настоящего времени находится в состоянии эмоционального расстройства, препятствующего социальному функционированию и адаптации к новым жизненным обстоятельствам.

Судебная коллегия считает, что размер компенсации морального вреда по данному делу с учетом фактических обстоятельств, перечисленных в законе требований, характера пережитых истцом физических и нравственных страданий, обстоятельств, связанных с гибелью ее супруга, а также принципов разумности и справедливости, определен судом верно.

Оснований для изменения размера компенсации морального вреда судебная коллегия не усматривает.

Доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку исследованных судом первой инстанции доказательств и основаны на субъективном толкований норм права, не содержат новых обстоятельств, которые опровергали бы выводы судебного решения, а потому не могут служить основанием для его отмены либо изменения.

При рассмотрении спора, судом правильно установлены обстоятельства, имеющие значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованы и оценены в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, сделаны правильные выводы, соответствующие фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основанные на правильном применении норм материального и процессуального права.

Руководствуясь ст.ст.328-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Старооскольского городского суда Белгородской области от 03.09.2025 по гражданскому делу по иску ФИО9 (паспорт <данные изъяты>) к Обществу с ограниченной ответственностью «СК Техноград» (ИНН <***>) об установлении факта трудовых отношений, компенсации морального вреда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы (представления) через Старооскольский городской суд Белгородской области.

мотивированное апелляционное определение изготовлено 25.12.2025

Председательствующий

Судьи