Приговор № 1-21/2017 от 28 февраля 2017 г. по делу № 1-21/2017

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

1 марта 2017 года г. Тула

Центральный районный суд в составе:

председательствующего Турчиной Т.Е.,

при секретаре Погореловой А.С.,

с участием государственного обвинителя помощника прокурора г. Тула Вергуш К.В.,

потерпевшего ФИО1,

несовершеннолетнего подсудимого ФИО2,

законного представителя несовершеннолетнего подсудимого ФИО2 – ФИО3,

защитника несовершеннолетнего подсудимого ФИО2 адвоката по соглашению Мушкина С.Н., предоставившего ордер № от 2.02.2017 года и удостоверение №, выданное 6.06.2011 года Управлением Минюста РФ по Тульской области,

педагога Т2 З.,

ФИО2, <данные изъяты>,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ,

установил:

несовершеннолетний ФИО2 совершил разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, с угрозой применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия, при следующих обстоятельствах.

6 ноября 2016 года, в период с 14 часов 00 минут до 15 часов 00 минут, ФИО2, находясь около сквера напротив П.» по адресу: <адрес>, увидел ранее незнакомого ему Г., в руках которого имелась прозрачная пластмассовая коробка с денежными средствами. В это время у ФИО2 возник преступный умысел, направленный на разбой, то есть нападение в целях хищения имущества Г. с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья и с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Реализуя свой преступный умысел, 6 ноября 2016 года, в период с 14часов 00 минут до 15 часов 00 минут, находясь около сквера напротив П., расположенного по адресу: <адрес>, из корыстных побуждений, ФИО2 для подавления воли Г. к сопротивлению, достал из правого наружного кармана, надетой на нем куртки, предмет, похожий на пистолет, и направил в сторону Г., демонстрируя, то есть, используя его в качестве оружия, и потребовал передать ему пластмассовую коробку с находящимися внутри ее денежными средствами, тем самым, создавая реальную опасность для его жизни и здоровья, то есть, угрожая Г. применением насилия, опасного для жизни и здоровья.

Г., осознавая, что он не сможет оказать сопротивление ФИО2, у которого находился предмет, похожий на пистолет, зашел вместе с последним в туалет, расположенный на первом этаже П., где, опасаясь угрозы применения насилия, опасного для жизни и здоровья, передал ему коробку с денежными средствами на общую сумму <данные изъяты>. После этого ФИО2 завладел указанными денежными средствами.

Сразу же после этого ФИО2, в вышеуказанные дату и время, в вышеуказанном месте, завладевший денежными средствами на общую <данные изъяты>, принадлежащими Г., удерживая их при себе, скрылся с места преступления, распорядившись похищенными денежными средствами по своему усмотрению, и, причинив Г. своими преступными действиями материальный ущерб на сумму <данные изъяты>.

В судебном заседании несовершеннолетний подсудимый ФИО2, не оспаривая факта открытого хищения у потерпевшего имущества, вину в совершении преступления признал частично.

Пояснил суду, что 6.11.2016 года, встретившись с несовершеннолетними К. и Д1, пошел с ними гулять. У ФИО4 был пневматический пистолет, который он – ФИО5 из-за интереса попросил оставить ему. Когда он пошел в П., то стал ждать ушедших от него К2 и Д2. После того, как те позвонили, и он к ним вышел, то увидел, что с К2 и Д2 стоит потерпевший, у которого был прозрачный ящик с деньгами.

Он попросил К2 и Д2 отойти, а сам стал разговаривать с Г.

В ходе разговора он предложил потерпевшему поделиться деньгами, на что тот не согласился. Затем точного разговора с Г. не помнит, но утверждал, что пистолет, который находился в правом кармане его пуховика и который торчал из него рукоятью, потерпевшему не демонстрировал, его не доставал, угроз никаких в адрес потерпевшего не высказывал.

Г. был напуган, сказал, что ему ничего не надо и попросил дать денег на дорогу, а остальные оставить себе – ФИО5.

После этого он взял у потерпевшего прозрачную коробку с деньгами и они вдвоем прошли в туалет в П., где Г. остался стоять у крана, а он прошел в дальний угол кабины туалета, вскрыл прозрачный ящик, достал оттуда деньги около <данные изъяты>. Затем они с потерпевшим пошли на улицу.

Дав Г. <данные изъяты>, он пошел к К2 и Д2, которым сказал, что похитил у потерпевшего деньги, и каждому из которым дал из этих денег сколько то, сколько не помнит.

Потом они с Д2 и К2 пошли в Б., по выходу из которого их задержали сотрудники полиции и доставили в отдел полиции. Там у него был изъят пневматический пистолет, металлические шарики, деньги.

Настаивал в судебном заседании, что К2 и Д2 не просил привести к нему потерпевшего. Видел ли потерпевший торчавший из его – ФИО5 кармана пуховика пистолет, не знает, но, полагает, что мог видеть если находился недалеко.

Понимает, что, забрав у потерпевшего деньги, совершил преступление. Раскаивается в этом, просит у Г. прощение. Ущерб возмещен.

Несмотря на частичное признание подсудимым своей вины, его виновность в совершении преступления подтверждается совокупностью собранных по делу доказательств, исследованных в судебном заседании.

Так, потерпевший Г. подтвердил в судебном заседании, что являлся волонтером благотворительного фонда «С2» и 6.11.2016 года, примерно в 14 часов, находился у Г2 с прозрачным пластиковым кейсом- коробкой для пожертвований, на котором имелись информация о пожертвованиях и фотография ребенка. В коробке находилось <данные изъяты>. При себе также у него имелись все необходимые документы и доверенность фонда.

К нему подошли двое молодых ребят, поинтересовавшиеся имеются ли на сбор денег документы и имеет ли он – Г. право на их сбор. Он им все предъявил. Они посмотрели документы, но попросили пройти к П. к старшекурснику, который с документами ознакомится.

Он - Г. пошел с ребятами к этому торговому центру. Во дворе, в сквере торгового центра, увидел подсудимого ФИО5, к которому они все подошли.

Затем ребята отошли, а он и подсудимый стали общаться про фонд. ФИО5 предлагал перейти в другой фонд «С3», предлагал больший процент от собранных денежных средств. Затем ФИО5 попросил передать ему коробку. Он – Г. отказался это сделать, на что тот сказал, что поговорит по- другому, и достал из кармана верхней одежды предмет, похожий на пистолет. Этот предмет, дулом, направил в его – Г. сторону и потребовал передать коробку с деньгами. Подсудимый просто продемонстрировал этот предмет, но он – Г. понял, что тот это сделал в подтверждение своих слов о том, что поговорит по – другому.

Он- Г. испугался за свою жизнь и здоровье, воспринял угрозу реально потому что не знал боевой или нет пистолет, и отдал ФИО5 коробку.

Тот сразу спрятал предмет, похожий на пистолет и сказал пойти в П.. Он пошел с ФИО5 в торговый центр, где в туалете подсудимый закрылся в кабинке и разломал коробку. Потом он – Г. попросил у ФИО5 денег на дорогу. Тот дал <данные изъяты>, и они, выйдя из торгового центра, расстались.

После произошедшего он позвонил сотруднику фонда, рассказал о случившемся, тот позвонил другому сотруднику, который вызвал сотрудников полиции. Вместе с сотрудниками полиции он ездил и искал подсудимого, смотрел запись видеокамер наблюдения с торгового центра. Потом сотрудникам полиции сообщили, что подсудимый задержан у Б., а его – Г. доставили в отдел полиции, где он опознал ФИО5 как того, кто похитил у него денежные средства.

Подтвердил, что в настоящее время вред, причиненный ему преступлением, возмещен полностью, компенсирован моральный вред. Претензий к подсудимому нет. Просил строго подсудимого не наказывать.

Несовершеннолетний свидетель К., допрошенный в присутствии законного представителя Д. и педагога З., пояснил суду, что дружит с подсудимым и часто с ним общается, поэтому 6.11.2016 года пошел погулять с ФИО5 к Г2. Там же познакомился с Д2. У него – К2 при себе был пневматический пистолет, который взял дома, чтобы похвалиться. ФИО5 попросил у него посмотреть пистолет и оставил потом себе. Куда убрал подсудимый пистолет, он не видел и вернуть его себе не просил.

Когда все вместе пошли в сторону площади, ему позвонил отец, поэтому он отошел от Д2 и ФИО5, а когда вернулся к ребятам, то подсудимый уже ушел. Д2 позвал его – К2 обратно к торговому центру.

Там стоял потерпевший, который был с прозрачной коробкой. Д2 спросил у потерпевшего документы, и поинтересовался на что тот собирает деньги, а также попросил пройти к П.. Потерпевший показал документы, и они пошли к этому торговому центру. Почему Д2 предложил потерпевшему пройти к П. не знает.

Придя в сквер на парковку П., встретились там с ФИО5, поговорили. Потом он – К2 снова стал по телефону разговаривать с отцом и в дальнейшем разговоре ребят не участвовал.

ФИО5 и потерпевший отошли в сторону, а он и Д2 остались в стороне. Он – К2 на подсудимого и потерпевшего не смотрел и их не видел, поэтому о том, что происходило далее, не знает. Больше потерпевшего не видел.

Через некоторое время к нему и Д2 вернулся ФИО5. Подсудимый дал ему и Д2 сколько то денег, сколько не помнит, и они втроем решили пойти в Б. через дорогу от П.. Потом ФИО5 и Д2 куда то ушли, он им позвонил, но те были недоступны, поэтому он ушел домой.

Несовершеннолетний свидетель Д1, допрошенный в присутствии законного представителя Д2 и педагога З., пояснил в судебном заседании, что дружит с ФИО5 и 6.11.2016 года, приблизительно 13 часов, встретился с ним у П., куда пришел и ранее ему неизвестный К2.

У торгового центра стоял потерпевший с прозрачной коробкой с деньгами, который собирал пожертвование. ФИО5 попросил его и К2 подойти к потерпевшему и позвать к П.. Зачем, причин подсудимый не говорил, а они не спрашивали.

Он и К2 подошли к потерпевшему, попросили пройти к П., тот согласился и пошел с ними. В сквере у торгового центра стоял подсудимый, который потом отошел с потерпевшим в сторону и о чем то с ним разговаривал. Потом ФИО5 и потерпевший отошли за машины и он - ФИО6 их практически не видел. При этом, видел у ФИО5 что - то торчащее из кармана, черного цвета. Доставал ли ФИО5 этот предмет – не видел. Только видел, как потерпевший отдал подсудимому прозрачную коробку и они пошли в П.. Перед входом в торговый центр кто то ФИО5 окликнул, тот обернулся и он – Д2 услышал 1 хлопок. Что за хлопок не знает. Потерпевший и подсудимый вошли в торговый центр, потом через некоторое время вышли, и ФИО5 подошел к нему и К2, дал каждому по <данные изъяты> без объяснения причин.

Потом он, подсудимый и К2 пошли в Б.. Когда он и подсудимый собирались уходить из кафе, их задержали сотрудники полиции. В отделе полиции у него, в присутствии родителей и понятых, изъяли деньги, переданные ему подсудимым, которые упаковали и опечатали. Составили акт, который он и мама читали.

Свидетель Ю., являющийся старшим участковым уполномоченным отдела полиции «Центральный» УМВД России по г. Тула, пояснил суду, что 6.11.2016 года, находясь на суточном дежурстве, получил сообщение от оперативного дежурного о том, что неизвестный гражданин отобрал ящик для пожертвований. Выехав по адресу, встретили потерпевшего, который пояснил, что двое ребят пригласили его пройти к скверу в П., где подвели его к третьему парню, с которым потерпевший отошел в сторону.

Этот третий стал интересоваться что он делает и зачем. Потерпевший объяснял, что собирает пожертвования. Тогда этот парень предложил пройти в П., на что потерпевший не согласился. И тот, сказав, что если потерпевший не хочет по - хорошему, то будет по- плохому, достал пистолет. Потом несколько раз выстрелил в сторону проходившей толпы, забрал ящик для пожертвований за пазуху, после чего заявитель и этот третий парень прошли в торговый центр, где последний разбил ящик, забрал деньги и убежал.

Он стал выяснять у потерпевшего о том, как выглядел этот парень. Затем с потерпевшим поехали его искать и на пересечении на <адрес> у входа в Б. был обнаружен ФИО5. Потерпевший сразу прямо указал на подсудимого. ФИО5 был в компании ребят. Потом всех доставили в отдел полиции, где опросили. ФИО5 добровольно выдал находившийся при нем пневматический пистолет и дал объяснения. Также при ФИО5 были денежные средства, которые он тоже добровольно выдал.

Кроме этого он, - Ю. составлял акт личного досмотра ФИО6, чей досмотр производился в присутствии матери.

Свидетель С., являющийся оперуполномоченным отдела полиции «Центральный» УМВД России по г. Тула пояснил суду, что находился 6.11.2016 года на дежурстве и в вечернее время по указанию оперативного дежурного, в присутствии понятых, произвел личный досмотр ФИО5, на что составил акт. Время, дата, указанные в акте, ход личного досмотра, отражены верно. Акт был оглашен присутствовавшим, и все его подписали. Замечаний ни от кого не поступало. В ходе досмотра были изъяты пневматический пистолет, телефон, деньги, которые он, упаковав и опечатав, передал в дежурную часть для приобщения к имеющемуся материалу.

Оперативный дежурный пояснил, что ФИО5 был доставлен как, возможно, причастный к совершению преступления.

Поскольку при подсудимом, возможно, находилось оружие, тот был малоразговорчив и на контакт не шел, на вид ему было более 18 лет, поэтому, в целях безопасности, его личный досмотр в соответствии с законодательством РФ был осуществлен сразу, в отсутствие законных представителей и адвоката.

Свидетель Т. подтвердил в судебном заседании, что 6.11.2016 года, проходя по <адрес>, был приглашен сотрудниками полиции принять участие в качестве представителя общественности в личном досмотре подсудимого. Он добровольно согласился, прошел в отдел полиции «Центральный» в кабинет на 2 или 3 этаже, где уже находились сотрудники полиции, ФИО5, второй представитель общественности. Ему разъяснили его права, обязанности. Затем сотрудник полиции досматривал ФИО5, доставал из кармана подсудимого и показывал деньги монетами около <данные изъяты> и денежными купюрами, в том числе, по <данные изъяты>, сколько не помнит; пневматический пистолет черного цвета; газовый баллон к пистолету. Все, что обнаружили и изъяли, упаковали и опечатали. Что пояснял ФИО5, не помнит. Но на это был составлен документ, в котором все и он сам расписались. Этот документ зачитали, все было правильно, замечаний ни от кого не было. Время, дата, указанные в протоколе личного досмотра подсудимого, отражены верно.

Настаивал, что все время в ходе личного досмотра ФИО5, он – Титов находился там же и никуда не отлучался. Другой представитель общественности также находился все время там.

Из показаний специалиста К1, данных в ходе предварительного следствия 27.12.2016 года (л.д. 140, том 1) и оглашенных судом в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, усматривается, что он работает старшим экспертом ЭКЦ УМВД России по Тульской области и его стаж работы в должности составляет 11 лет, имеет право самостоятельно производить баллистические экспертизы, стаж по специальности 6 лет.

Специалист пояснил, что представленные ему пистолет с маркировкой «№» является промышленно изготовленным 4, 5 –мм газобаллонным многозарядным пневматическим пистолетом модели «№», производства Тайвань, и к огнестрельному оружию не относится.

Кроме того, виновность несовершеннолетнего ФИО2 в совершении преступления подтверждена письменными доказательствами, а именно:

- протоколом осмотра места происшествия и фототаблицей к нему от 6.11.2016 года (л.д. 17-21, том 1), согласно которым было осмотрено помещение санузла, находящееся в 34 метрах от входа в П. по адресу <адрес>, где в правой части отгороженного отделения в пластиковом ведре серого цвета были обнаружены пластиковые полимерные прозрачные обломки, которые были изъяты и упакованы, опечатаны и скреплены пояснительными бирками с подписями понятых;

- протоколом личного досмотра от 6.11.2016 года (л.д. 27, том 1), из которого видно, что в кабинете № отдела полиции «Центральный» УМВД России по г. Тула, 6.11.2016 года, в период времени с 18 часов 45 минут до 19 часов 15 минут, в присутствии представителей общественности В. и Т. был произведен досмотр несовершеннолетнего ФИО2, который пояснил, что при нем находится пневматический пистолет со вставленным в него магазином с находящимися в нем металлическими шариками и газовым баллоном.

При досмотре ФИО2 в левом наружном кармане синей куртки была обнаружена россыпь металлических шариков, размером пример 2 мм в диаметре, каждый. В правом наружном кармане куртки обнаружены денежные средства достоинством <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты> на общую сумму <данные изъяты>, а также монеты по <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты> и <данные изъяты> на общую сумму <данные изъяты>. Сзади за поясом джинсовых брюк обнаружен предмет, визуально похожий на пистолет марки «ПМ» черного цвета, с затертостями и рукояткой из пластика коричневого цвета. В правом кармане джинсовых брюк обнаружен мобильный телефон марки «Е.». Обнаруженные предметы были изъяты, упакованы, опечатаны.

При этом, в ходе досмотра ФИО2 пояснил, что предмет, похожий на пистолет и металлические шарики ему передал знакомый по имени А., а денежные средства принадлежат лично ему;

-Актом добровольной выдачи от 6.11.2016 года (л.д. 25, том 1), из которого видно, что в период времени с 19 часов 00 минут до 19 часов 15 минут, в присутствии представителей общественности и законного представителя Д2 несовершеннолетний Д1 добровольно выдал денежные купюры достоинством по 100 рублей, каждая, на общую сумму <данные изъяты>. При этом, Д1 пояснил, что данные денежные средства ему передал знакомый по имени М3 6.11.2016 года, примерно в 14 часов 30 минут, по адресу: <адрес>;

- протоколами получения образцов для сравнительного исследования от 23.11.2016 года и 2.12.2016 года (л.д. 172, 174, том 1), из которых видно, что у ФИО2 были изъяты образец слюны и отпечатков пальцев рук и оттисков ладоней;

- протоколом осмотра предметов от 26.12.2016 года (л.д. 175-177, том 1), согласно которому были осмотрены предметы, изъятые в ходе личного досмотра ФИО2 6.11.2016 года, в ходе осмотра места происшествия 6.11.2016 года, и добровольно выданные Д1 6.11.2016 года, а именно: 12 фрагментов из полимерного материала сложной геометрической формы наибольшими размерами 226х106 мм до 205х250 мм; пистолет длиной 165 мм и высотой 128 мм, с маркировкой «№»; магазин, выполненный из металла черного цвета, притягивающегося магнитом, по форме близкой к параллелипипедной наибольшими размерами 122х22х37мм, внутри магазина размещен баллон бутылочной формы из металла серого цвета наибольшим диаметром 18 мм; телефон марки «Е.» наибольшими размерами 73х147х10 мм; металлические шарики диаметром 4,5 мм; билеты Банка России достоинством от <данные изъяты> до <данные изъяты> на общую сумму <данные изъяты>; монеты Банка России достоинством от <данные изъяты> до <данные изъяты> общей суммой <данные изъяты>; билеты Банка России достоинством <данные изъяты> на общую сумму <данные изъяты>.

Впоследствии, 26.12.2016 года, на основании постановления о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств, данные предметы были признаны таковыми (л.д. 178, том 1);

- заключением эксперта № от 21.12.2016 года (л.д. 157-167, том 1), согласно которому 3 следа ногтевых фаланг пальцев рук наибольшими размерами 13х18 мм, 14х21мм, 15х17мм и след ладони руки наибольшими размерами 30х32мм, обнаруженные на 3 фрагментах стекла из полимерного материала размерами 175х205мм, 120х210 мм, 115х27мм, изъятые в ходе осмотра места происшествия по адресу: <адрес>, П., оставлены ФИО2

На пистолете, представленном на экспертизу, обнаружен биологический ДНК- содержащий материал ФИО2

Как установлено судом и никем из участников уголовного судопроизводства не оспаривается, подсудимый ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, как на момент возбуждения в отношении него 6.11.2016 года уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ (л.д. 1-2, том 1), его личного досмотра 6.11.2016 года (л.д. 27, том 1), так и на момент настоящего судебного заседания, являлся и является несовершеннолетним.

Из постановления о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству от 6.11.2016 года прямо следует, что настоящее уголовное дело было возбуждено в отношении несовершеннолетнего подсудимого 6.11.2016 года в 17 часов 30 минут (л.д. 1-2, том 1), о чем последний был уведомлен (л.д.3, том 1), следовательно, исходя из взаимосвязи ст.ст. 46, 48, 51 УПК РФ, несовершеннолетний ФИО2, ставший подозреваемым, имел право на обязательное участие в уголовном судопроизводстве защитника и законного представителя.

Действительно, из показаний самого подсудимого, свидетелей С. и Т., протокола личного досмотра от 6.11.2016 года (л.д. 27, что 1) видно, что в ходе личного досмотра ФИО2 6.11.2016 года в период времени с 18 часов 45 минут до 19 часов 15 минут, то есть после возбуждения уголовного дела, его законные представитель, адвокат, педагог не присутствовали.

Вместе с тем, как объективно установлено в судебном заседании, данный досмотр несовершеннолетнего ФИО2 производился после его доставления, непосредственно в отделе полиции «Центральный» УМВД России по г. Тула, и вне рамок следственных действий по возбужденному уголовному делу.

Этот досмотр осуществлялся оперативным сотрудником отдела полиции «Центральный» УМВД России по г. Тула С. в полном соответствии со ст. 1; п. 10 ч. 1 ст. 12; п.п. 10, 16 ч. 1 ст. 13 Федерального закона от 7.02.2011 года № 3-ФЗ «О полиции» (с последующими изменениями и дополнениями), согласно которым: полиция предназначена для защиты жизни, здоровья, прав и свобод граждан Российской Федерации, иностранных граждан, лиц без гражданства, для противодействия преступности, охраны общественного порядка, собственности и для обеспечения общественной безопасности; сотрудники полиции обязаны осуществлять оперативно- розыскную деятельность не только в целях выявления, предупреждения, пресечения и раскрытия преступлений, но и обеспечения собственной безопасности; сотрудники полиции вправе проводить оперативно- розыскные мероприятия и производить при их осуществлении изъятие документов, предметов, материалов, а также вправе осуществлять личный досмотр граждан.

Причем, у сотрудников полиции имелись достаточные основания полагать, что при несовершеннолетнем ФИО2, в отношении которого поступило сообщение о совершении преступления, могут находиться предметы не только добытые преступным путем и запрещенные в гражданском обороте, но и предметы, используемые в качестве оружия. Об этом пояснил суду и свидетель С., утверждавший, что личный досмотр несовершеннолетнего подсудимого был осуществлен сразу, но без законных представителей и адвоката, поскольку при нем, возможно, находилось оружие и в целях безопасности.

Данные основания в ходе личного досмотра последнего полностью подтвердились, так как при ФИО2, действительно, среди прочего, были обнаружены и изъяты россыпь металлических шариков, а также предмет, визуально похожий на пистолет марки «ПМ».

При этом, суд считает значимым и то обстоятельство, что перед досмотром непосредственно сам ФИО2 также пояснял, что при нем находится пневматический пистолет со вставленным в него магазином с находящимися в нем металлическими шариками и газовым баллоном.

Сведений о том, что к моменту начала или в ходе личного досмотра ФИО2 прибыли его законный представитель, педагог, адвокат с ордером, и что эти лица не были допущены к последнему при проведении данного действия, суду никем представлено не было. Не ссылается на них и сторона защиты. К тому же, действующим уголовно – процессуальным законодательством РФ обязательное участие педагога, при проведении каких – либо действий с участием несовершеннолетнего, являющегося психически здоровым и достигшего возраста 17 лет, не предусмотрено.

Конституционные права несовершеннолетнего ФИО2 при его личном досмотре, в отсутствие законного представителя, адвоката и педагога, нарушены не были.

При изложенном доводы защитника со ссылкой на нормы УПК РФ о том, что протокол личного досмотра несовершеннолетнего ФИО5 не может быть признан допустимым доказательством и подлежит исключению из числа доказательств, равно как и все остальные производные доказательства, в частности, заключение эксперта № от 21 декабря 2016 года, сами по себе не свидетельствуют о том, что указанный личный досмотр несовершеннолетнего, произведенный в случаях, не терпящих отлагательств и в целях обеспечения безопасности жизни и здоровья граждан и сотрудников полиции, в том числе находящихся в здании отдела полиции «Центральный» УМВД России по г. Тула, был осуществлен с нарушением действующего законодательства.

При этом, суд также исходит и из того, что Федеральный закон «О полиции» не находится в противоречии со ст. 184 УПК РФ, предусматривающей возможность и основания проведения личного обыска гражданина.

Доводы же подсудимого о том, что в ходе его личного досмотра присутствовали только сотрудники полиции, а представители общественности пришли лишь после того, как изъятые у него предметы упаковали, объективно ничем не подтверждены и опровергаются не только самим актом личного досмотра подсудимого, показаниями свидетеля С., но и показаниями свидетеля Т., подтвердившего факт своего участия совместно с другим представителем общественности при проведении личного досмотра ФИО2, а также подтвердившего свое присутствие и присутствие второго представителя общественности в ходе всего личного досмотра. А поэтому указанные доводы несовершеннолетнего ФИО2 суд находит недостоверными.

Из оглашенного в судебном заседании протокола допроса несовершеннолетнего свидетеля К. от 15.12.2016 года (л.д. 88-92, том 1) усматривается, что следователь в порядке ч. 1 ст. 191 УПК РФ принял решение о допросе несовершеннолетнего свидетеля в присутствии его законного представителя Д., чьи подписи имеются в названном протоколе.

Вместе с тем, суд установил, что фактически данный допрос несовершеннолетнего К. осуществлялся в отсутствие его законного представителя, которая подписала протокол допроса спустя несколько дней по просьбе следователя.

Данный факт объективно подтвержден не только показаниями К2 и Д. в указанной части, но и показаниями самого следователя Г1, пояснившего суду, что он осуществлял допрос несовершеннолетнего в отсутствие его матери, находившейся за пределами г. Тула, и что Д. протокол допроса был подписан позже.

При изложенном, суд приходит к выводу о том, что вышеуказанный протокол допроса несовершеннолетнего К. является явно недопустимым в силу ст.ст. 75, 88 УПК РФ доказательством виновности ФИО2 в совершении инкриминируемого ему преступления, а потому подлежит исключению из числа таковых.

Кроме этого, суд установил, что в ходе предварительного следствия 6.11.2016 года и в рамках возбужденного в отношении ФИО2 уголовного дела, также был допрошен и несовершеннолетний свидетель Д1

Его допрос осуществлялся в соответствии с действующим законодательством, в присутствии законного представителя Д2, что никем из участников уголовного судопроизводства не оспаривается, однако, допрос осуществлялся в ночное время, а не в период с 18 часов 10 минут по 19 часов 30 минут, как это отражено в протоколе допроса (л.д. 71-77, том 1).

О том, что допрос был начат и окончен в период с 23 часов 00 минут до 1 часа 00 минут в судебном заседании пояснила законный представитель несовершеннолетнего свидетеля Д2, утверждавшая, что только после добровольной выдачи в отделе полиции «Центральный» ее сыном денежных средств, полученных от ФИО2, и около 21 часа, она и сын поехали к следователю в следственный отдел на <адрес>, где долго ожидали последнего, поэтому, когда их пригласили на допрос и она посмотрела на часы, было 23 часа 00 минут. Домой они вернулись сразу после допроса в 1 час 30 минут.

Как видно из акта добровольно выдачи Д1 денежных средств 6.11.2016 года, данное действие было произведено в период с 19 часов 00 минут до 19 часов 15 минут в кабинете № по адресу: <адрес>. Тот факт, что время, отраженное в акте, является достоверным, подтвердил и свидетель Ю., допрошенный судом и непосредственно составлявший данный акт.

Таким образом, осуществляя добровольную выдачу денежных средств, полученных от подсудимого, 6.11.2016 года в период времени с 19 часов 00 минут до 19 часов 15 минут по адресу <адрес> каб. №, несовершеннолетний свидетель Д1 и его законный представитель Д2, не могли одновременно находиться на допросе у следователя по адресу: <адрес>, где допрос осуществлялся согласно протоколу (л.д.71-77, том 1) в период времени с 18 часов 10 минут до 19 часов 30 минут.

При таких данных, суд не может отнести к числу доказательств виновности ФИО2 названный протокол допроса несовершеннолетнего Д1 в ходе предварительного расследования.

Установленные судом обстоятельства допросов несовершеннолетних свидетелей Д1 и К2, а также признание протокола допроса последнего недопустимым доказательством по настоящему уголовному делу, на квалификацию действий подсудимого никак не влияют, прав и законных интересов ФИО2, а также его права на защиту не нарушают.

При изложенных обстоятельствах, суд считает показания потерпевшего Г., данные в судебном заседании и в ходе предварительного следствия, несовершеннолетних свидетелей Д1, К., данные непосредственно суду, свидетелей Ю. и С.. в судебном заседании, а также исследованные судом письменные материалы дела, как достоверные, относимые, подтверждающие фактические обстоятельства дела, как в части, так и по существенным позициям, и собранные с соблюдением действующего уголовно - процессуального законодательства. Оснований для оговора потерпевшим и свидетелями подсудимого судом не установлено, равно как и их заинтересованность в исходе дела.

Не доверять выводам экспертов, имеющих высшее образование, экспертную специальность и большой стаж экспертной работы, чья заинтересованность в исходе дела судом не установлена, у суда также нет оснований.

Указание в постановлении о направлении сообщения по подследственности от 6.11.2016 года (л.д. 13, том 1) о том, что заявление Г. по факту нападения с целью хищения денежных средств под угрозой применения предмета, используемого в качестве оружия, поступило в отдел полиции «Центральный» УМВД России по г. Тула 29 ноября 2016 года, а также в постановлении о признании потерпевшим от 6.11.2016 года (л.д. 28-29, том 1) о том, что нападение несовершеннолетним ФИО2 на потерпевшего имело быть место 6 октября 2016 года, суд находит технической опиской, поскольку материалами уголовного дела, показаниями потерпевшего, подсудимого, свидетелей, объективно установлено, и никем из участников уголовного судопроизводства не оспаривается, что преступление было совершено именно 6 ноября 2016 года. Данная техническая описка никаким образом на квалификацию действий подсудимого не влияет, его прав на защиту не нарушает.

Потерпевший Г., чьи показания признаны судом относимыми, достоверными и допустимыми, утверждал суду, что после того, как он отказался передать подсудимому коробку с денежными средствами, тот, сказав, что поговорит по- другому, достал из кармана одежды предмет, похожий на пистолет, направил дулом этот предмет в его сторону, и потребовал передать коробку.

Тот факт, что свидетель К. пояснил в судебном заседании, что при нем ФИО5 предмет, похожий на пистолет не доставал, а свидетель Д1 пояснил, что предмета, похожего на пистолет у подсудимого не видел, сам по себе при всех установленных обстоятельствах совершенного ФИО2 преступления, не свидетельствует о том, что последний не демонстрировал потерпевшему данный предмет в целях завладения его имуществом.

Показания потерпевшего в данной части, акт личного досмотра ФИО2 6.11.2016 года (л.д. 27, том 1), в ходе которого у него был обнаружен и изъят пневматический пистолет с газовым баллоном и металлическим шариками, показания свидетеля К. и самого подсудимого о том, что ФИО2 взял у К. и оставил себе, принесенный последним, пневматический пистолет, объективно свидетельствуют о том, что данный предмет у подсудимого имелся и он его использовал в достижении своего умысла, направленного на хищение имущества Г.

Потерпевший Г. не только утверждал суду, что демонстрацию предмета, похожего на пистолет подсудимый осуществил в подтверждение своих слов, что поговорит по – другому после того, как Г. отказался передать коробку с деньгами, но утверждал и то, что он – Г. испугался за свою жизнь и здоровье, воспринял данную угрозу реально, поскольку не знал боевой пистолет или нет.

При таких обстоятельствах доводы стороны защиты о том, что непосредственных слов угроз причинения вреда жизни и здоровью потерпевшего, причинения ему телесных повреждений, подсудимый ФИО2 не высказывал, суд находит несостоятельными.

напротив, анализ всех собранных по делу доказательств, конкретные обстоятельства уголовного дела, позволяют суду установить, что ФИО2 совершил нападение на Г., создав реальную угрозу применения насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшего.

При этом, несовершеннолетний подсудимый, использовавший в качестве оружия предмет, похожий на пистолет, совершил угрозу применения такого насилия именно с целью хищения имущества Г., о чем свидетельствовали его целенаправленные действия, которые были очевидны для потерпевшего.

Такая угроза применения насилия сама по себе не носила неопределенный характер.

Предмет, используемый подсудимым в качестве оружия, не был явно для потерпевшего негодным или незаряженным. А тот факт, что подсудимый утверждал суду, что пневматический пистолет не был заряжен, так как газовый баллон к нему он приобрел только после того, как вышел из П., сам по себе не свидетельствует о том, что для потерпевшего это обстоятельство было очевидным и тот мог предположить о невозможности использования подсудимым данного предмета в качестве оружия.

Кроме этого, действия несовершеннолетнего ФИО2 не свидетельствовали и о том, что он не намеревался использовать в отношении потерпевшего предмет, похожий на пистолет.

Указанные выводы суда в полном объеме основаны на доказательствах, представленных обвинением и исследованных в судебном заседании.

Более того, суд считает значимым тот факт, что несовершеннолетний свидетель Д1, являющийся наряду с несовершеннолетним К. другом подсудимого, подтвердил суду, что именно ФИО2 попросил привести к нему потерпевшего, что он и К. сделали.

Совокупность этих установленных судом обстоятельств совершенного преступления, а также характер и последовательность действий ФИО2, который, увидев потерпевшего с прозрачной пластиковой коробкой с денежными средствами попросил К2 и Д2 привести к нему потерпевшего; и который только после отказа Г. передать ему эту коробку высказал слова о том, что поговорит по – другому и при этом продемонстрировал предмет, похожий на пистолет, направив его дуло в сторону Г., прямо свидетельствуют о том, что действия подсудимого были направлены на достижение единой корыстной цели – завладение имуществом потерпевшего, а умысел – на нападение в целях хищения его имущества, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья Г. и с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Показания несовершеннолетних К2 и Д2, утверждавших, что они не видели подсудимого и потерпевшего во время их разговора, а также не видели у ФИО5 предмета, похожего на пистолет; показания потерпевшего о том, что после высказанной угрозы и демонстрации предмета, похожего на пистолет, ФИО2 этот предмет убрал, указанные выводы суда не опровергают и на квалификацию действий несовершеннолетнего подсудимого ФИО2 не влияют.

С учетом позиции потерпевшего, подтвердившего, что в коробке для пожертвований, которую у него забрал подсудимый, находилось <данные изъяты>, суд приходит к выводу, что действиями несовершеннолетнего подсудимого потерпевшему был причинен материальный ущерб именно на указанную сумму.

Доводы несовершеннолетнего ФИО2, направленные на частичное признание им своей вины о том, что пистолет он не демонстрировал, применять его не собирался и им потерпевшему не угрожал и слова угроз в адрес потерпевшего не высказывал, а также о том, что не просил свидетелей К. и Д1 привести к нему потерпевшего, суд находит несостоятельными и оценивает их, как желание подсудимого ввести суд в заблуждение относительно обстоятельств совершенного преступления, своего умысла и, тем самым, смягчить свою участь и оправдать себя за совершение тяжкого преступления.

Согласно заключению комиссии экспертов № от 18.11.2016 года (л.д. 147-149, том 1), ФИО2 хроническим психическим расстройством здоровья, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдает в настоящее время и не страдал таковым в период совершения правонарушения. У него обнаруживаются акцентуированные черты характера.

ФИО2 может в настоящее время, а также мог в период совершения правонарушения осознавать фактический характер своих действий и руководить ими.

В принудительных мерах медицинского характера ФИО2 не нуждается.

Отставаний в психическом развитии, не связанных с психическим заболеванием, у него не выявлено. Каких- либо индивидуально – психологических особенностей его личности, которые могли бы оказать существенное влияние на его поведение, в момент инкриминируемого ему деяния, не выявлено.

Выводы экспертной комиссии врачей-психиатров не вызывают у суда сомнений в своей объективности и достоверности, поскольку нашли свое подтверждение в судебном заседании, поэтому в отношении инкриминируемого несовершеннолетнему подсудимому ФИО2 деяния его следует признать вменяемым и он должен нести ответственность за содеянное.

При установленных обстоятельствах, суд считает, что совокупность приведенных выше доказательств, исследованных судом и отнесенных к числу допустимых и достоверных, является достаточной для выводов о наличии вины подсудимого ФИО2 в предъявленном ему обвинении и квалифицирует его действия по ч.2 ст. 162 УК РФ, как разбой, то есть нападение в целях хищения имущества Г., совершенное с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшего, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Поскольку разбой является оконченным с момента нападения на потерпевшего, а такое нападение с применением предмета, используемого в качестве оружия, несовершеннолетним ФИО2 было совершено, то для квалификации действий подсудимого не имеет правового значения то обстоятельство, что коробку с денежными средствами ему передал сам потерпевший, и что денежные средства он достал из коробки непосредственно в санузле торгового центра, где достаточное количество людей, на что обращал внимание в судебных прениях защитник.

Характер действий подсудимого, преследовавшего цель хищения имущества потерпевшего, тот факт, что он в процессе нападения на Г. продемонстрировал предмет, похожий на пистолет, сказал что поговорит по – другому, и при этом потребовал у Г. передать ему деньги, после чего потерпевший, испугавшись за свои жизнь и здоровье и восприняв угрозу подсудимого реально, исполнил требование ФИО2, свидетельствуют о том, что действия несовершеннолетнего подсудимого окончательно образуют разбой, а поэтому суд не усматривает оснований для переквалификации его действий на иные составы преступлений, в том числе на ч. 1 ст. 161 УК РФ, на чем настаивал в судебных прениях защитник Мушкин С.Н.

Согласно <данные изъяты> (л.д. 15, том 2).

При назначении наказания несовершеннолетнему ФИО2 суд учитывает:

- характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося по категории к тяжким преступлениям;

- данные о личности несовершеннолетнего подсудимого, впервые привлекающегося к уголовной ответственности (л.д. 6, том 2), но привлекавшегося к административной ответственности (л.д. 7 том 2) студента, положительно характеризующегося по месту предыдущему месту обучения в Т3 (л.д. 12, том 2) и удовлетворительно по месту обучения в Т4 (л.д.17, том 2), а также положительно характеризующегося свидетелем Б1 в судебном заседании;

- условия жизни несовершеннолетнего подсудимого, имеющего все условия для проживания и обучения, и воспитываемого положительно характеризующимися отцом ФИО3 и матерью М., влияние на него старших по возрасту лиц (л.д. 11, том 2), а также уровень его психического развития (л.д. 147-149, том 1);

- наличие почетных грамот и дипломов за достижения в учебе и спорте (л.д. 24-36, том 2) и то, что семья несовершеннолетнего подсудимого является многодетной (л.д. 22 оборот, том 2).

Заместитель начальника ОУУПиДН – начальник ОДН ОП «Советский» УМВД России по г. Тула майор полиции С1 пояснила суду, что несовершеннолетний подсудимый попал в поле зрения отдела полиции в августе 2016 года после обращения с соответствующим заявлением В2 и К3. 2.09.2016 года он был привлечен к административной ответственности по ст. 6.1.1 КоАП РФ к штрафу. В течение рассмотрения административного материала несовершеннолетнему и его законным представителям разъяснялась ответственность за совершение различных правонарушений и преступлений. Он реагировал адекватно, задавал вопросы. Никакого негативного влияния на ФИО2 его родные и близкие, в частности отец, не оказывают. Он уважает отца.

Педагог З., являющаяся классным руководителем несовершеннолетнего подсудимого, охарактеризовала его как студента со средними способностями, вспыльчивым характером и бурной реакцией на замечания. Пояснила, что от преподавателей колледжа неоднократно поступали жалобы, связанные с нарушением подсудимым дисциплины. ФИО2 часто опаздывал на занятия без уважительных причин, в отношениях с одногрупниками и другими студентами нередко проявлял грубость.

При этом, такого, чтобы он не успевал по дисциплинам, не было. Несовершеннолетний проявлял интерес к спорту и сам явился инициатором для сдачи ГТО, но не успел это сделать. Его родители интересуются его успеваемостью.

Законный представитель несовершеннолетнего подсудимого ФИО2 – М4 также подтвердил суду, что у них в семье с сыном хорошие отношения, и никто на него негативно не влияет. Сын переживает по поводу случившегося, раскаивается, ущерб возмещен.

Кроме того, суд учитывает наличие обстоятельств смягчающих наказание несовершеннолетнего ФИО2, которые признает в действиях подсудимого, а именно: частичное признание им своей вины, раскаяние в содеянном, несовершеннолетний возраст, добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, причиненных в результате преступления (л.д. 42, том 1), а также отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления и конкретных данных о личности несовершеннолетнего подсудимого, влияния назначенного наказания на исправление виновного и условия жизни его семьи, суд не находит возможным его исправление и перевоспитание в условиях, не связанных с изоляцией от общества, и назначает ему наказание, связанное с лишением свободы, с учетом требований ч.ч. 6, 6.1 ст. 88 УК РФ.

Оснований для применения при назначении наказания несовершеннолетнему ФИО2 ст. ст. 64 и 73 УК РФ, суд не усматривает.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности суд также не усматривает оснований для освобождения несовершеннолетнего ФИО2 от наказания, применения к нему принудительных мер воспитательного воздействия в соответствии со ст. 92 УК РФ, а также, для изменения в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ категории преступления, совершенного несовершеннолетним ФИО2, на менее тяжкое.

С учетом совокупности смягчающих обстоятельств, и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, конкретных данных о личности подсудимого, суд считает возможным не назначать несовершеннолетнему подсудимому ФИО2 дополнительные наказания в виде штрафа и ограничения свободы.

Ввиду наличия в действиях подсудимого предусмотренного п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ смягчающего наказание обстоятельства в виде добровольного возмещения имущественного ущерба и морального вреда, причиненных в результате преступления, и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, суд при назначении наказания считает необходимым применить положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

При решении вопроса об определении вида исправительного учреждения, суд руководствуется ч. 6 ст. 88 УК РФ.

При разрешении судьбы вещественных доказательств, хранящихся в камере вещественных доказательств Центрального межрайонного следственного отдела по г. Тула СУ СК России по Тульской области, суд учитывает положения ст.ст. 81, 82 УПК РФ и то обстоятельство, что 12 фрагментов из полимерного материала никакой ценности не представляют, а потому по вступлении приговора в законную силу подлежат уничтожению; телефон, изъятый в ходе личного досмотра ФИО2 6.11.2016 года, принадлежит ему, следовательно, по вступлении приговора в законную силу должен быть возвращен последнему или его родным и близким; пневматический пистолет, магазин к нему, баллон бутылочной формы и металлические шарики диаметром 4,5 мм - по вступлении приговора в законную силу надлежит передать в ОМТ и ХО УМВД России по Тульской области, для принятия соответствующего решения в соответствии с действующим законодательством, регулирующим оборот оружия, его основных частей и боеприпасов.

Так как ущерб потерпевшему в настоящее время полностью возмещен, часть похищенных у Г. денежных средств ФИО2 оставил себе, часть передал К. и Д1, а при несовершеннолетнем подсудимом имелись и принадлежащие лично ему денежные средства, следовательно, обнаруженные и изъятые в ходе личного досмотра ФИО2 6.11.2016 года билеты Банка России достоинством от <данные изъяты> до <данные изъяты> на общую сумму <данные изъяты>; монеты Банка России достоинством от <данные изъяты> до <данные изъяты> общей суммой <данные изъяты>, а также добровольно выданные 6.11.2016 года несовершеннолетним Д1 билеты Банка России достоинством <данные изъяты> на общую сумму <данные изъяты>, которые хранятся в камере вещественных доказательств Центрального межрайонного следственного отдела по г. Тула СУ СК России по Тульской области, по вступлении приговора в законную силу подлежат возврату подсудимому или его родным и близким.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 303, 304, 307-309 УПК РФ, суд,

приговорил:

признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ, и назначить ему наказание, с применением ч.ч. 6, 6.1 ст. 88 УК РФ, в виде лишения свободы сроком на 2 (два) года, с отбыванием наказания в воспитательной колонии.

Меру пресечения ФИО2 до вступления приговора в законную силу оставить прежней - заключение под стражей, с содержанием в ФКУ СИЗО № 1 УФСИН России по Тульской области.

Срок наказания исчислять с 1 марта 2017 года. Засчитать в срок отбытия наказания ФИО2 время его содержания под стражей с 6 ноября 2016 года по 28 февраля 2017 года, включительно.

Содержать осужденного ФИО2 до вступления приговора в законную силу в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тульской области.

Вещественные доказательства, хранящиеся в камере вещественных доказательств Центрального межрайонного следственного отдела по г. Тула СУ СК России по Тульской области,:

-12 фрагментов из полимерного материала, по вступлении приговора в законную силу уничтожить, как не представляющие никакой ценности;

-телефон, билеты Банка России достоинством от <данные изъяты> до <данные изъяты> на общую сумму <данные изъяты>, монеты Банка России достоинством от <данные изъяты> до <данные изъяты> общей суммой <данные изъяты>, изъятые в ходе личного досмотра ФИО2 6.11.2016 года, а также добровольно выданные 6.11.2016 года Д1 билеты Банка России достоинством <данные изъяты> на общую сумму <данные изъяты>, по вступлении приговора в законную силу, вернуть ФИО2 или его родным и близким;

-пневматический пистолет, магазин к нему, баллон бутылочной формы и металлические шарики диаметром 4,5 мм, изъятые в ходе личного досмотра ФИО2 6.11.2016 года, по вступлении приговора в законную силу передать в ОМТ и ХО УМВД России по Тульской области, для принятия соответствующего решения в соответствии с действующим законодательством, регулирующим оборот оружия, его основных частей и боеприпасов.

Приговор суда может быть обжалован в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным ФИО2, содержащимися под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, в судебную коллегию по уголовным делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы или представления через Центральный районный суд г. Тулы.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный ФИО2 вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции с участием защитника.

Председательствующий Т.Е. Турчина

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Тульского областного суда от 17 мая 2017 года приговор Центрального районного суда города Тулы от 01.03.2017 года в отношении ФИО2 изменен. Его действия переквалифицированы с ч.2 ст.162 УК РФ на ч.1 ст.162 УК РФ по которой ему назначено наказание с применением ч.ч.6,6.1 ст.88 УК РФ в виде 1 года 8 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в воспитательной колонии.

В остальном приговор оставлен без изменения, а апелляционные жалобы без удовлетворения.