Апелляционное постановление № 22-514/2025 от 24 марта 2025 г.

Дело № 22-514/2025 судья Кураксина Т.Н.


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Благовещенск 25 марта 2025 года

Амурский областной суд в составе:

председательствующего судьи Мельниченко Ю.В.,

при секретаре Баранец У.В.,

с участием: прокурора уголовно-судебного отдела прокуратуры Амурской области Свириденко Ю.П.,

осуждённого ФИО1,

защитника – адвоката Ликаниной Л.А., представившей удостоверение № 470 и ордер № 1218 от 25 марта 2025 года,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника – адвоката Ликаниной Л.А. на приговор Благовещенского городского суда Амурской области от 3 февраля 2025 года, которым

ФИО1, родившийся <дата> в <адрес> края, не судимый,

осужден по п. «б» ч. 2 ст. 173.1 УК РФ к наказанию виде штрафа в размере 350 000 рублей, с указанием реквизитов уплаты штрафа.

Этим же приговором по п. «б» ч. 2 ст. 173.1, ч.5 ст.69 УК РФ осужден ФИО2, приговор в отношении которого не обжалуется.

По делу решены вопросы о мере пресечения, судьбе вещественных доказательств.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, заслушав выступления осуждённого ФИО1, защитника – адвоката Ликанину Л.А., прокурора Свириденко Ю.П., суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 осужден за представление в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, данных, повлекшее внесение в единый государственный реестр юридических лиц сведений о подставных лицах, совершенное группой лиц по предварительному сговору.

Преступление совершено им в г. Благовещенске Амурской области в период времени с начала июля 2020 года по 24 июля 2020 года при обстоятельствах, подробно изложенных в описательной части приговора.

В апелляционной жалобе защитник - адвокат Ликанина Л.А. считает приговор незаконным и несправедливым, ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела и существенным нарушением уголовно-процессуального законодательства, указывает, что ФИО1 непричастен к совершению инкриминируемого ему деяния, поскольку исследованные судом и изложенные в приговоре доказательства не свидетельствуют о совершенном им преступлении; описывая фактические обстоятельства инкриминируемого преступления, считает, что каких-либо доказательств о подложности указанных документов стороной обвинения не представлено, ни решение учредителя в лице ФИО2, ни договор купли-продажи доли в уставном капитале, не оспорены заинтересованными лицами, не признаны недействительными по признаку их несоответствия закону; в судебном заседании нотариус подтвердила подлинность договора купли-продажи, подлинность проверялась и сотрудниками налогового органа, которые также подтвердили, что в случае выявления признаков подложности, регистрационные действия по смене собственника не были бы произведены; отсутствуют какие-либо доказательства участия ФИО1 в хозяйственной длительности ООО «Максимус», его заинтересованности, также нет доказательств, что ФИО1, наделен полномочиями действовать от имени данной организации; утверждает, что показания обвиняемого ФИО2 от 24 января 2023 года не обладают свойствами достоверности, допустимости, поскольку они были получены с нарушением закона, нарушением порядка предъявления обвинения, предусмотренного ч. 2 ст. 172 УПК РФ, он и его защитник не были извещены следователем о дне предъявления обвинения и разъяснений обвиняемому права самостоятельно пригласить защитника; ФИО2 неоднократно был допрошен по делу, в том числе, и в судебном следствии, и давал последовательные показания относительно того, что он оговорил ФИО1, что ФИО1 никакой роли в перерегистрации ООО «Максимус» не имел; обращает внимание, что показания ФИО2 относительно роли ФИО3 в перерегистрации ООО «Максимус» на имя Ф.И.О.10 следственным путем никак не проверялись; суд не дал никакой правовой оценки версии ФИО2 о причастности Ф.И.О.12 к деянию; считает, что суд должен был положить показания ФИО2, которые им были даны после прекращения досудебного соглашения; описывая показания Ф.И.О.10 от 30 июня 2022 года, полагает, что суд не мог принять в качестве доказательств его показания, поскольку он высказал свое отношении лишь к совершению преступления, предусмотренному ч. 1 ст. 173. 2 УК РФ; ссылаясь на положения ст. 100 УПК РФ, указывает, что у Ф.И.О.10 на 23 января 2023 года отсутствовал статус подозреваемого, поскольку ему не было предъявлено обвинение в установленный законом срок, судом не приняты во внимание положения Конституционного Суда РФ (Определение от 14.07.2011 № 16-П), уголовное дело в отношении Ф.И.О.10 и ФИО4 было возбуждено после смерти Ф.И.О.10 прекращение в отношении него уголовного дела считает недопустимым, так как отсутствовало заявление со стороны родственников Ф.И.О.10 о его реабилитации; обращает внимание, что в протоколе допроса Ф.И.О.10 от 30.06.2022 года запись «С моих слов записано верно, мною прочитано» выполнена не самим Ф.И.О.10, а иным лицом, при этом защита просила суд назначить по делу судебную почерковедческую экспертизу, однако судом было отказано; ОРМ «Наблюдение» не содержит доказательственной информации о том, что ФИО1 совершал какие-либо действия, составляющие объективную сторону либо диспозицию преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 173.1 УК РФ; показания ФИО2, как исполнителя инкриминируемого ему деяния в группе лиц с Ф.И.О.10, противоречивы в части участия в данном преступлении ФИО1; утверждает, что квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору» в деле отсутствует; также судом не дана оценка тому, что Ф.И.О.10 обвинение не было предъявлено, после возбуждения уголовного дела по п. «б» ч. 2 ст. 173.1 УК РФ он не был допрошен, ему, соответственно, не разъяснялись все предусмотренные Конституцией РФ и УПК РФ права; в приговоре отсутствует указание на то, какую роль, как соучастник, выполнял ФИО1, и что от него зависело в этой регистрации; утверждает, что в ходе допроса свидетель Ф.И.О.36 оказывал давление на председательствующего, что ставит под сомнение объективность принятого судом решения. Просит приговор Благовещенского городского суда Амурской области от 3 февраля 2025 года отменить, ФИО1 оправдать.

Выслушав участников процесса, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Обстоятельства, при которых ФИО1 совершил преступление, и которые в силу ст.73 УПК РФ подлежали доказыванию по делу, судом установлены правильно.

Вина осужденного ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления нашла свое подтверждение в ходе судебного разбирательства на основании совокупности доказательств, непосредственно исследованных в ходе судебного разбирательства и подробно изложенных в приговоре.

Допрошенный в качестве подсудимого ФИО1 свою вину по п. «б» ч. 2 ст. 173.1 УК РФ не признал, пояснив, что не понимает суть предъявленного ему обвинения.

Вместе с тем, несмотря на непризнание ФИО1 своей вины, его вина в совершении инкриминируемого ему преступления, за совершение которого он осужден, подтверждается исследованными в ходе судебного разбирательства и приведенными в приговоре доказательствами, в том числе:

- показаниями осужденного ФИО2 (в той части, в которой они признаны судом достоверными) (том № 7 л.д. 30-34, л.д. 56-61) о том, что в 2020 году в ходе разговора, состоявшегося между Ф.И.О.12 и ФИО1, последний сказал о том, что у него есть человек, на которого можно перерегистрировать коммерческую организацию, при этом он предложил Ф.И.О.12 провести указанные действия в отношении фирмы ООО «Максимус». 7 июля 2020 года он встретился с Ф.И.О.10, которого привез ФИО1 на своем автомобиле. Ф.И.О.10 вышел из машины, держа в руках денежные средства, которые ему передал ФИО1 После составления договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Максимус» Ф.И.О.10 наличной формой оплатил услуги правового и технического характера, а также государственную пошлину на общую сумму 10 000 рублей. Кроме того, в этот же день, 7 июля 2020 года, в период времени с 09 часов 00 минут до 17 часов 00 минут, нотариусом Свидетель №5 было составлено заявление о внесении изменений в ЕГРЮЛ, которое Ф.И.О.10, как новый участник общества, подписал, после чего, за оказание услуг правового и технического характера Ф.И.О.10 уплатил нотариусу денежные средства в сумме 800 рублей, переданные ему ФИО1 14 июля 2020 года МИ ФНС России № 1 по Амурской области принято решение о государственной регистрации внесения изменений в сведения о юридическом лице - ООО «Максимус», содержащиеся в ЕГРЮЛ, касаемые смены участников Общества. 14 июля 2020 года он и Ф.И.О.10 приехали к зданию нотариальной конторы нотариуса Свидетель №5 Ф.И.О.10 также привез ФИО1 В офисе нотариус нотариально удостоверила заявление Ф.И.О.10 о внесении изменений в ЕГРЮЛ. Далее, 17 июля 2020 года, в период времени с 09 часов 00 минут до 18 часов 00 минут, он и Ф.И.О.10 приехали к зданию Межрайонной инспекции ФНС России № 1 по Амурской области. ФИО1 приехал на автомобиле марки «Лексус», государственный регистрационный знак <номер> где он передал Ф.И.О.10 необходимые документы, проинструктировал его, куда идти и что говорить. После чего ФИО8 прошел в помещение указанного налогового органа, где представил специалисту налогового органа необходимые документы для государственной регистрации внесения изменений в сведения о юридическом лице ООО «Максимус», относительно смены руководителя постоянно действующего исполнительного органа. 24 июля 2020 года Межрайонной инспекцией ФНС России № 1 по Амурской области принято решение о государственной регистрации внесения изменений в сведения о юридическом лице - ООО «Максимус», содержащиеся в ЕГРЮЛ, относительно смены руководителя постоянно действующего исполнительного органа (том 9 л.д. 45-52, том 10 л.д. 29-56), (том 7 л.д. 30-34, л.д. 56-61);

- протоколом очной ставки между ФИО1 и ФИО2 от 19 января 2023 года, в ходе, которой ФИО2 подтвердил свои показания, данные им в ходе предварительного следствия 2 декабря 2022 года и 24 января 2023 года (том 7 л.д. 43-46);

- показаниями Ф.И.О.10 (лица, уголовное дело, в отношении которого прекращено в связи со смертью по п. 2 ч. 1 ст. 27, п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ), из которых следует, что в первых числах июля 2020 года, примерно с 1 по 6 числа, точную дату он не помнит, к нему обратился ФИО1 с предложением переоформить на него некую российскую организацию. За данные действия, он (ФИО5) пообещал ему (Ф.И.О.10 денежное вознаграждение в размере 30 000 рублей. Далее, ФИО1 сообщил, что заниматься переоформлением общества будет его знакомый, по совместительству предыдущий руководитель общества - ФИО4. Через некоторое время они поехали в офис нотариуса, который располагался по адресу: <адрес>. 7 июля 2020 года в период времени с 09 часов 00 минут по 18 часов 00 минут, точное время он не помнит, они вдвоем с ФИО4 зашли в нотариальную контору Свидетель №5 по адресу: <адрес>, где сообщили, что хотят оформить договор купли-продажи фирмы ООО «Максимус». Сам процесс переоформления ООО «Максимус» длился на протяжении около двух недель. За это время они посещали офис банка «АТБ», расположенный по адресу: <адрес>, где открывали расчетные счета на его имя. Все документы подготавливал ФИО4, в которых Ф.И.О.10 по его просьбе ставил свои подписи. Также еще несколько раз они с ФИО4 посещали нотариуса по вышеуказанному адресу, поскольку со слов ФИО4, периодически возникали проблемы с документами. Кроме того, они также ездили с ФИО4 в налоговую службу, которая располагается по адресу: <адрес>. В качестве номинального учредителя и руководителя ООО «Максимус» он числился до 19 февраля 2021 года. За регистрацию ООО «Максимус» он получил от ФИО1 ранее обещанное вознаграждение в размере 30 000 рублей. ФИО1 два раза передавал ему по 15 000 рублей, наличными денежными средствами. Передача денежных средств происходила по адресу: <адрес> (том 6 л.д.102-107);

- показаниями свидетеля Свидетель №5, согласно которым, 14 июля 2020 года по просьбе Ф.И.О.10, который представил ей документы, а именно паспорт и приказ вступлении в должность директора ООО «Максимус», она составила заявление о внесении изменений в сведения о юридическом лице (фактически о прекращении полномочий директора ООО «Максимус» ФИО2 и возложении полномочий директора указанного общества на Ф.И.О.10 (том 2 л.д. 230-233);

- показаниями свидетеля Свидетель №7 об обстоятельствах регистрации на его имя ООО «Мастер ДВ» совместно с ФИО2 (том 2 л.д. 247-250);

- показаниями свидетеля Свидетель №2, из которых следует, что когда он виделся с ФИО6, нередко в разговоре он упоминал о предпринимательской деятельности и легком заработке, связанном с перерегистрацией юридических лиц на людей, которые по документам будут значиться, как учредители и руководители фирм, но фактически заниматься предпринимательской деятельностью и осуществлять руководство фирмами не будут. Целью создания «фирм однодневок» является обналичивание денежных средств в крупном размере, за что в дальнейшем можно получать процент от прошедших по счетам денег. Также ему известно, что ФИО6 действовал совместно со своим братом Ф.И.О.12 и знакомым ФИО1, это он понял по их телефонным разговорам, ФИО6 неоднократно при нём звонил Ф.И.О.12 и рассказывал о том, как обстоят дела с приисканием подставных людей, на которых можно оформить Общество с ограниченной ответственностью или зарегистрировать ИП, а также с подготовкой документов, необходимых для переоформления фирм, открытием ИЛ, открытием валютных и расчетных счетов. Всеми счетами, открытыми подставными лицами - учредителями и директорами фирм, распоряжались ФИО6 и ФИО3, для этого ФИО6 просил фиктивных учредителей при открытии счетов заключать договоры дистанционного банковского обслуживания. После открытия таких счетов, владельцу выдается предмет, похожий на флеш-накопитель, позволяющий подключаться к любому компьютеру и дистанционно управлять счетами фирмы, также оформлялись электронно цифровые подписи, а на ФИО6 подставные лица оформляли генеральные доверенности на право распоряжаться имуществом юридического лица от своего имени. Также ему известно, что Ф.И.О.12 давал непосредственные указания ФИО6 по поводу осуществления незаконной деятельности, из телефонных разговоров он сделал вывод о том, что Ф.И.О.12 и ФИО1 являются кураторами ФИО6 (том 3 л.д. 1-4);

- показаниями свидетеля Свидетель №1, из которых следует, что в сентябре 2020 года Ф.И.О.10 обратился лично с заявлением и документами в Межрайонную инспекцию ФНС России № 1 по Амурской области об изменении сведений в ЕГРЮЛ не связанных с изменением учредительных документов, а фактически с внесением в реестр сведений о дополнительных видах деятельности ООО «Максимус», 2 октября 2020 года заместителем начальника Межрайонной инспекции ФНС России № 1 по Амурской области принято решение о государственной регистрации внесения изменений в сведения о юридическом лице – ООО «Максимус», содержащиеся в ЕГРЮЛ, не связанных с внесением изменений в учредительные документы, касаемые включения в реестр дополнительных видов деятельности общества (том 3 л.д. 8-10);

- показаниями свидетеля ФИО7 об обстоятельствах заключения договоров между Ф.И.О.10 и АО «АТБ» в августе 2020 года, а также открытии расчетного счета Ф.И.О.10 18 сентября 2020 года для осуществления финансово-хозяйственной деятельности ООО «Максимус» (том 3 л.д. 11-13);

- показаниями свидетеля Ф.И.О.11, из которых следует, что 7 июля 2020 года посредством электронной связи в налоговую службу от нотариуса Благовещенского нотариального округа Свидетель №5 поступило заявление формы Р14001 о внесении изменений в сведения о юридическом лице ООО «Максимус» Согласно заявлению, вносились изменения о прекращении участия в указанном обществе ФИО2 и внесении изменений о новом участнике – Ф.И.О.10 Согласно расписки в получении документов, представленных при государственной регистрации юридического лица, 17 июля 2020 года Ф.И.О.10 лично обратился в налоговый орган с заявлением формы Р14001 о внесении изменений в ЕГРЮЛ о нем, как о директоре данного общества. Прием заявления и временной прописки производила лично она. 24 июля 2020 года в ЕГРЮЛ внесена запись о Ф.И.О.10, как о директоре ООО «Максимус» (том 3 л.д. 14-16);

- показаниями свидетеля Свидетель №6, из которых следует, что летом 2020 года в ходе разговора с ФИО8 она узнала о том, что на него хотят открыть фирму, которая будет заниматься грузоперевозками, за то, что на него перерегистрируют фирму, ему обещали заплатить денежные средства. Так, в июле 2020 года к ним домой приехал незнакомый ей мужчина, на её вопрос Ф.И.О.10 пояснил, что его имя Максим, и он будет заниматься документами по оформлению Общества на его имя. Также ей стало известно, что причастен к указанной деятельности его знакомый Константин, с которым он периодически связывался по сотовому телефону. После того, как Ф.И.О.10 вызвали в полицию для дачи показаний по поводу фиктивного руководства фирмой, ей стало известно, что Константин и Максим, с которым он работал, его подставили. В дальнейшем в ходе общения она узнала, что фамилия Константина - ФИО5, а фамилия Максима – ФИО6 (том 3 л.д. 17-19);

- показаниями свидетеля Свидетель №3, из которых следует, что в период времени с 2019 по 2020 год Ф.И.О.12 и ФИО2 часто приходили к нему по домашнему адресу. Когда он с ФИО9 О.12 находились у него в квартире, периодически на сотовые телефоны Ф.И.О.12 и ФИО2 поступали от ФИО1 телефонные звонки, после чего они начинали что-то бурно обсуждать, брали его ноутбук и совершали определенные действия. После звонка ФИО10 О.12 обращался к ФИО2 и говорил о том, что сейчас подъедет ФИО5, после чего они совместно одевались и выходили на улицу, по прошествии некоторого времени они возвращались обратно (том 8 л.д. 130-132);

фактическими данными, изложенными в: протоколе очной ставки от 19 января 2023 года, протоколе выемки от 30 июня 2022 года, протоколе осмотра документов от 30 июня 2022 года, протоколе осмотра документов от 12 июля 2022 года, протоколе выемки от 25 мая 2022 года, протоколе осмотра документов от 31 мая 2022 года, протоколе дополнительного осмотра документов от 8 ноября 2022 года, протоколе выемки от 14 июля 2022 года, протоколе осмотра документов от 14 июля 2022 года, протоколе осмотра места происшествия от 22 июня 2022 года, протоколе осмотра места происшествия от 11 июля 2022 года, протоколе осмотра места происшествия от 11 июля 2022 года, протоколе осмотра документов от 13 июля 2022 года и протоколе дополнительного осмотра документов от 22 июля 2022 года, протоколе осмотра документов от 25 ноября 2022 года, протоколе осмотра документов от 3 июня 2023 года, протоколе осмотра документов от 4 июня 2023 года, протоколе осмотра документов от 21 февраля 2023 года, протоколе осмотра предметов документов от 24 октября 2022 года, протоколе осмотра места происшествия от 6 октября 2022 года, протоколе осмотра места происшествия от 6 октября 2022 года, выписке из ЕГРЮЛ ООО «Максимус» от 16.05.2022 года № ЮЭ9965-22-93395465, протоколе осмотра документов от 4 июля 2022 года, протоколе осмотра документов от 4 июля 2022 года, протоколе осмотра документов от 22 ноября 2022 года, протоколе осмотра документов от 14 ноября 2022 года, протоколе осмотра документов от 18 ноября 2022 года, протоколе осмотра документов от 15 ноября 2022 года, протоколе осмотра документов от 20 июля 2022 года, постановлением о прекращении уголовного дела в связи со смертью подозреваемого Ф.И.О.10 от 23 января 2023 года, а также вещественными доказательствами и иными доказательствами, приведенными и проанализированными в приговоре.

Вопреки доводам жалобы защитника, имеющиеся в деле доказательства надлежащим образом судом проанализированы. В приговоре указано, почему одни доказательства признаны достоверными, а другие отвергнуты. Мотивы принятых по этому вопросу решений в приговоре приведены, они полностью основаны на материалах дела и соответствуют им. Все принятые судом доказательства, показания свидетелей, протоколы следственных действий, документы и другие письменные доказательства соответствуют требованиям допустимости, все они были судом тщательно проверены и обоснованно положены в основу обвинительного приговора. Оснований не доверять им не имеется.

Суд первой инстанции дал надлежащую оценку показаниям осуждённого ФИО1 о его непричастности к предоставлению в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, данных, повлекшее внесение в единый государственный реестр юридических лиц сведений о подставном лице – Ф.И.О.10, а также показаниям осуждённого ФИО2 о том, что ФИО1 не принимал участие в предоставлении в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, данных, повлекшее внесение в единый государственный реестр юридических лиц сведений о подставном лице – Ф.И.О.10, ФИО1 в ходе предварительного следствия оговорил, предварительного сговора на совершение вышеуказанных действий между ним, ФИО10 О.10 не было, признав их не соответствующими фактическим обстоятельствам дела и опровергнутыми совокупностью доказательств, в частности, показаниями Ф.И.О.10, свидетелями Свидетель №6, Свидетель №2, Свидетель №3

Объективных оснований для признания показаний свидетелей Свидетель №5, Свидетель №7, Свидетель №2, Свидетель №1, Ф.И.О.35, Свидетель №6, Свидетель №3 недостоверными, не имеется. Каких-либо данных о заинтересованности со стороны указанных лиц при даче показаний в отношении осуждённого ФИО1, как и оснований для его оговора, равно как и существенных противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, которые могли бы поставить под сомнение их правдивость, не установлено, а некоторые незначительные расхождения в показаниях не влияют на общую оценку как допустимых доказательств, с достоверностью подтверждающих факт содеянного осуждённым. При этом, причины, вызвавшие незначительные расхождения, вызваны давностью произошедших событий, установлены судом и получили надлежащую оценку в приговоре.

Суд обоснованно признал достоверными показания Ф.И.О.10 от 30 июня 2022 года, данные им в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемого и оглашенные в судебном заседании, поскольку последние подтверждаются иными исследованными в ходе судебного следствия и приведенными в обжалуемом приговоре доказательствами. Указанные показания оценены судом, как подтверждающие виновность ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления в совокупности с другими представленными доказательствами. Нарушений уголовно-процессуального законодательства при допросе Ф.И.О.10 (лица, уголовное дело в отношении которого прекращено в связи со смертью) в качестве подозреваемого, влекущих признание его показаний недопустимым доказательством, судом не установлено, в связи с чем, доводы апелляционной жалобы защитника Ликаниной Л.А. о том, что последний в данном протоколе высказывал отношение к совершенному преступлению, предусмотренному по ч.1 ст. 173.2 УК РФ на незаконность приговора не влияют.

Утверждения в жалобе об оказании давления свидетелем Ф.И.О.13 на председательствующего судью в ходе его допроса в суде, противоречат материалам дела и не подтверждаются протоколом судебного заседания, вследствие чего признаются несостоятельными. Высказывание свидетелем своей позиции по уголовному делу, вопреки доводам защитника, не свидетельствует о давлении на суд и не предрешает судебное решение. Кроме того суд руководствуется положениями ст.8.1 УПК РФ

Анализ содержания показаний указанных лиц, подробно описавших и подтвердивших определенные обстоятельства, имеющие прямое и непосредственное отношение к преступной деятельности осуждённого ФИО1, не свидетельствует об их недопустимости или недостоверности. Как усматривается из приговора, показания вышеуказанных лиц, детально описавших известные им сведения, подверглись тщательной проверке и оценке, и лишь после сопоставления их с иными исследованными судом доказательствами, они на законном основании положены в основу приговора.

Вопреки доводам стороны защиты, роль осуждённого ФИО1 в инкриминируемом ему деянии подтверждается показаниями Ф.И.О.10 (лица, уголовное дело, в отношении которого прекращено в связи со смертью), а также осуждённого ФИО2 в части принятия их судом, о том, что денежные средства Ф.И.О.10 за внесение изменений в сведения о юридическом лице - ООО «Максимус» передавал лично ФИО1, он-же также привёз Ф.И.О.10 в офисе нотариуса, которая нотариально удостоверила заявление Ф.И.О.10 о внесении изменений в ЕГРЮЛ, когда ФИО9 О.10 приехали к зданию МИ ФНС России № 1 по Амурской области, ФИО1 приехал на автомобиле марки «Лексус», государственный регистрационный знак <***> рус, где передал Ф.И.О.10 необходимые документы, проинструктировал его, куда идти и что говорить. Кроме того, как следует из показаний осуждённого ФИО2, именно ФИО1 сказал о том, что у него есть человек, на которого можно перерегистрировать коммерческую организацию.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, судом установлены с приведением в приговоре мотивов принятого решения. Вопреки доводам жалобы, не устраненных существенных противоречий в содержании исследованных судом доказательств, которые бы порождали сомнения в виновности осуждённого ФИО1, и требовали толкования в его пользу, не установлено.

Вопреки доводам жалобы защитника, результаты ОРМ, проведенные по данному делу, получены в соответствии с требованиями действующего законодательства, с соблюдением правовых норм, регламентирующих ОРД, и свидетельствуют о наличии у ФИО1 умысла на совершение незаконных действий, который сформировался у него независимо от деятельности оперативных сотрудников. При использовании результатов оперативно-розыскных действий для формирования доказательств на стадии предварительного расследования существенных нарушений уголовно-процессуального законодательства допущено не было. Работники правоохранительных органов действовали законно, объем и характер их действий определялся задачами проводимого оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение». В материалах уголовного дела не содержится, и судом не было установлено данных о том, что у сотрудников правоохранительных органов имелась необходимость для искусственного создания доказательств обвинения.

Таким образом, в соответствии с требованиями ст.87, 88 УПК РФ, суд проверил и оценил с точки зрения относимости, допустимости и достоверности все представленные ему доказательства, проанализировал их в приговоре и указал основания, по которым он принимает одни доказательства и отвергает другие.

Согласно протоколу, судебное заседание проведено с соблюдением установленных требований, в условиях равноправия и состязательности сторон. Все заявленные сторонами ходатайства, в том числе о назначении судебной почерковедческой экспертизы, на что указано в апелляционной жалобе защитника рассмотрены в соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ, при этом из протокола судебного заседания не следует, что стороны были ограничены в праве заявлять ходатайства, в том числе, и об истребовании дополнительных доказательств.

В судебном заседании было обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастность, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.

По доводам стороны защиты о том, что протокол допроса ФИО2 от 24 января 2023 года не обладает свойствами допустимости и достоверности, о нарушении права ФИО2 на защиту, поскольку, по мнению автора жалобы, ему было предъявлено обвинение с нарушением требований ч.2 ст. 172 УПК РФ, суд апелляционной инстанции отмечает, что из представленных материалов дела следует, что порядок привлечения ФИО2 в качестве обвиняемого, а также порядок предъявления ему обвинения, установленный ст. ст. 171, 172 УПК РФ, вопреки доводам жалобы, следователем соблюден, обвиняемый и его защитник были заблаговременно извещены о дне предъявления обвинения, уведомление обвиняемому и его защитнику от 19 января 2023 года с исх. №15/б4 о дне предъявления ему обвинения – 24 января 2023 года в 10 часов 30 минут с разъяснением ему прав, предусмотренных ст. 172 УПК РФ, что он имеет право самостоятельно пригласить защитника, либо ходатайствовать об обеспечении участия защитника следователем, в порядке, установленном ст. 50 УПК РФ, о чем свидетельствуют собственноручные записи обвиняемого ФИО2 и его защитника - адвоката Ф.И.О.17

Между тем, оснований для исключения из числа допустимых доказательств протокола допроса ФИО2 от 24 января 2023 года, в связи с тем, что в уведомлении неверно указан год, не имеется, поскольку указанный год (2022), является технической опечаткой, и на незаконность уведомления о дне предъявления обвинения ФИО2 не влияет.

Таким образом, следователем соблюдены требования ч. 2 ст. 172 УПК РФ и не нарушены права обвиняемого, предусмотренные ч. 3 ст. 47 УПК РФ, в связи с чем доводы апелляционной жалобы в этой части являются несостоятельными и не могут быть приняты во внимание судом апелляционной инстанции.

Доводы апелляционной жалобы о том, что обвинение в течение 10 суток Ф.И.О.10 предъявлено не было, в связи с чем его показания, данные в ходе предварительного следствия от 30 июня 2022 года в качестве подозреваемого, являются недопустимым доказательством, суд апелляционной инстанции считает несостоятельными, поскольку доводы в данной части основаны на неверном толковании норм уголовно-процессуального права, при этом понятие «подозреваемый» должно толковаться в его конституционно-правовом, а не в придаваемом ему уголовно-процессуальным законом более узком смысле. Избранная в отношении Ф.И.О.10 мера пресечения действовала только в течение 10 суток, после чего отменена на основании ч. 1 ст. 100 УПК РФ, при этом не вынесение следователем постановления об отмене меры пресечения в данном случае не имеет правового значения, отмена меры пресечения без предъявления обвинения не влечет за собой изменение процессуального статуса подозреваемого.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, уголовное дело в отношении Ф.И.О.10 возбуждено уполномоченным на то должностным лицом в соответствии со ст. 146 УПК РФ при наличии повода и оснований, предусмотренных ст. 140 УПК РФ. Суд апелляционной инстанции отмечает, что проведение следователем тех или иных мероприятий в силу ч. 2 ст. 38 УПК РФ является прерогативой следователя, соответственно следователь в пределах своей компетенции самостоятельно принимает решения и направляет ход расследования.

Относительно доводов защитника, что после возбуждения уголовного дела по п. «б» ч. 2 ст. 173.1 УК РФ в отношении Ф.И.О.10, он не был допрошен следователем, ему не было предъявлено обвинение, ему не были разъяснены все предусмотренные Конституцией РФ и УПК РФ права, суд апелляционной инстанции отмечает, что в материалах уголовного дела имеется сведения о смерти Ф.И.О.10 6 октября 2022 года.

Между тем, доводы в части того, что уголовное дело было возбуждено в отношении Ф.И.О.10 после его смерти, при прекращении уголовного дела в отношении него заявление от родственников о его реабилитации отсутствует, также не могут быть признаны обоснованными.

Так, в материалах имеется уведомление представителя (консультанта отдела опеки и охраны здоровья) Администрации г. Благовещенска Ф.И.О.14 о том, что ей разъяснено право на реабилитацию Ф.И.О.10 (в материалах имеются сведения о том, что в ходе проведенных мероприятий близких родственников гражданина Ф.И.О.10 не установлено), и против прекращения уголовного преследования по основаниям, предусмотренным п.4 ч.1 ст.24 и п.2 ч.1 ст.27 УПК РФ она не возражает, полагая, что его привлечение к уголовной ответственности не нарушают его права и законные интересы, юридические последствия и основания прекращения уголовного преследования ей разъяснены и понятны.

При этом изложенные в апелляционной жалобе доводы о том, что имеющиеся в протоколе допроса подозреваемого Ф.И.О.10 запись «с моих слов записано верно, мною прочитано» подделана, не могут быть признаны обоснованными, поскольку протокол допроса составлен с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, с разъяснением его процессуальных прав. Правильность его составления удостоверена не только Ф.И.О.10, но и следователем и адвокатом. Оснований считать, что данный процессуальный документ сфальсифицирован, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Указание стороны защиты на незаконность использования в качестве доказательств по делу показаний ФИО2, данных им в ходе предварительного расследования в рамках заключенного досудебного соглашения, а равно еще невыделенного в соответствии с положением, предусмотренным ч. 1 ст. 317.4 УПК РФ, уголовного дела, а также ряда показаний ФИО2 в рамках уже выделенного уголовного дела, обусловлены стремлением истолковать нормы уголовно-процессуального закона в контексте избранной адвокатом Ликаниной Л.А. и её подзащитным ФИО1 позиции.

Вместе с тем обстоятельства заключения и расторжения с ФИО2 досудебного соглашения о сотрудничестве, обстоятельства относительно соблюдения положений ст. 154 УПК РФ органами следствия, не оказывают влияние на оценку достоверности его показаний в целом, а также на допустимость показаний ФИО2, как доказательств по делу, а также не препятствовали в реализации процессуальных прав иных соучастников преступлений, в том числе, и в возможности оспорить данные показания.

Ссылки стороны защиты о том, что ФИО1 не передавал денежное вознаграждение Ф.И.О.10 опровергаются показаниями осуждённого ФИО2, а также самого Ф.И.О.10 (лица, уголовное дело в отношении которого прекращено в связи со смертью), данными ими в ходе предварительного следствия, признанными судом достоверными.

Судом проверены заявления и версии в защиту осуждённого ФИО1 (об отсутствии доказательств участия ФИО1 в хозяйственной деятельности ООО «Максимус», его заинтересованности в деятельности этого общества, о том, что работником этого юридического лица ФИО5 также не являлся, в число исполнительных органов не входил, не являлся лицом, наделенным полномочиями действовать от имении ООО «Максимус», показания ФИО2 относительно роли ФИО3 о перерегистрации ООО «Максимус» на имя Ф.И.О.10), оценены и правильно указаны, как не влияющие на вывод о виновности осужденного.

Тот факт, что доказательств о подложности документов, а именно решения учредителя в лице ФИО2 стороной обвинения не представлено, договор купли-продажи доли в уставном капитале не оспорен заинтересованными лицами, не признаны недействительными по признаку их соответствия закону, допрошенная в судебном заседании нотариус Свидетель №5 подтвердила подлинность договора купли-продажи, факт удостоверения ею данного договора и направление в налоговый орган, с учетом исследования материалов дела в совокупности, не влияет на выводы суда о виновности ФИО1 в совершенном преступлении.

Что касается доводов защиты о недостоверности показаний ФИО2 по причине наличия у него судимости за аналогичное преступление, суд апелляционной инстанции отмечает, что возможное наличие у ФИО2 судимости само по себе, в отрыве от совокупности собранных по делу доказательств, не свидетельствует о какой-либо заинтересованности в исходе дела, вследствие чего не может рассматриваться как достаточное основание для оговора осуждённого ФИО1

Доводы стороны защиты о вынужденном характере показаний ФИО2 ввиду применения к нему недозволенных методов ведения следствия были предметом проверки органов расследования, по результатам которой приняты процессуальные решения от 22 октября 2024 года и 3 декабря 2024 года об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствие событий преступлений. Эти доводы были тщательно проверены и судом, выводы которого подробно приведены в приговоре, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции, не усматривающий оснований для повторного изложения выводов.

Ссылки в жалобе о том, что указания заместителя прокурора в постановлении о возврате уголовного дела на дополнительное расследование следствием от 7 февраля 2023 года не исполнены, являются несостоятельными, поскольку вышеуказанное постановление не влияет на выводы суда о виновности ФИО1 в совершенном преступлении, кроме того, обвинительное заключение по уголовному делу в отношении ФИО1 и ФИО2 было утверждено заместителем прокурора Амурской области Ф.И.О.15 29 июня 2023 года и уголовное дело было направлено в суд.

Не указание фамилии соучастника Ф.И.О.10 в описательно-мотивировочной части приговора не свидетельствует о незаконности судебного решения, поскольку по смыслу закона, если дело в отношении некоторых обвиняемых выделено в отдельное производство либо прекращено в связи со смертью, то в приговоре указывается, что преступление совершено подсудимым совместно с другим лицом, без упоминания его фамилии, но с указанием принятого в отношении него процессуального решения. Согласно постановлению от 23 января 2023 года уголовное преследование по ч.1 ст.173.2, п. «б» ч.2 ст. 173.1 УК РФ в отношении Ф.И.О.10 прекращено по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.27, п.4 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи со смертью подозреваемого.

Довод защитника в жалобе о том, что суд не дал никакой правовой оценки версии ФИО2 о причастности ФИО3 к деянию в соответствии со ст.252 УПК РФ в настоящем судебном заседании проверке не подлежит.

Обвинительное заключение по делу соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, в нём приведено существо предъявленного обвинения, место и время совершения инкриминированного деяния, способ, мотив, цель, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела. Предъявленное обвинение, в том числе в части времени совершения преступления является конкретным и позволяло осужденному заблаговременно выработать позицию защиты от этого обвинения.

Оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке, предусмотренном ст. 237 УПК РФ, суд обоснованно не усмотрел, постановив приговор на основе данного обвинительного заключения.

Принимая во внимание, что в ходе судебного разбирательства судом на основе исследованных по делу доказательств с достоверностью и достаточностью была установлена виновность ФИО1 в совершении инкриминируемого ему деяния, оснований для его оправдания, о чём просит в своей жалобе защитник, не имеется.

Вопреки доводу защитника об отсутствии умысла у ФИО1 на совершение преступления, суд верно пришел к выводу о том, что ФИО1, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору, осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий, в виде нарушения установленного порядка образования юридического лица, и желал их наступления, то есть действовал с прямым умыслом, представил в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц и индивидуальных предпринимателей – Межрайонную инспекцию ФНС России № 1 по Амурской области, данные, повлекшие внесение в Единый государственный реестр юридических лиц сведений о Ф.И.О.10, как о подставном лице.

Таким образом, суд первой инстанции дал верную правовую оценку действиям осуждённого ФИО1 и правильно квалифицировал его действия по п. «б» ч. 2 ст. 173.1 УК РФ, то есть представление в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, данных, повлекшее внесение в единый государственный реестр юридических лиц сведений о подставных лицах, совершенное группой лиц по предварительному сговору.

При этом, вопреки доводам стороны защиты, в действиях ФИО1 содержится квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору», поскольку его действия были объединены единым умыслом, сговор на совершение преступления состоялся до начала совершения им конкретных действий, направленных на выполнение объективной стороны преступления, его действия носили согласованный характер, направленный на достижение единой цели.

При назначении наказания осуждённому суд дифференцировал и индивидуализировал ответственность ФИО1, исходя из доказанных и установленных обстоятельств совершенного преступлении, данных о личности виновного, влияния назначенного наказания на исправление осуждённого и условия жизни его семьи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд признал положительную характеристику, наличие малолетнего ребенка у виновного, состояние его здоровья.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, судом не установлено.

Выводы суда о необходимости назначения осуждённому ФИО1 наказания в виде штрафа в приговоре убедительно мотивированы, и у суда апелляционной инстанции не имеется оснований с ними не согласиться. Размер штрафа определен судом с учетом тяжести совершенного преступления, имущественного положения осуждённого и его семьи, возможности получения заработной платы или иного дохода.

Установленные судом фактические обстоятельства, при которых ФИО1 совершено преступление, степень его общественной опасности исключают возможность применения в отношении него, положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, а также назначения наказания с применением ст. 64 УК РФ.

Суд убедительно мотивировал назначение ФИО1 вида и размера наказания, учел все имеющие значение обстоятельства.

В соответствии со ст. 81 УПК РФ определена судьба вещественных доказательств.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих изменение или отмену приговора по основаниям, предусмотренным ст. 389.15 УПК РФ, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь ст. ст.38913, 38920, 38928 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Благовещенского городского суда Амурской области от 3 февраля 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в шестимесячный срок в судебную коллегию по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции через суд, постановивший приговор, в порядке, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ; в случае пропуска срока или отказа в его восстановлении кассационные жалобы, представление на приговор подаются непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В соответствии с ч.5 ст.389.28 УПК РФ осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: Мельниченко Ю.В.