Апелляционное постановление № 22-1760/2025 от 10 сентября 2025 г. по делу № 1-115/2025

Судья Корбачев Д.В. Дело № 22-1760/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

11 сентября 2025 года город Саратов

Саратовский областной суд в составе председательствующего судьи судебной коллегии по уголовным делам Спирякина П.А.,

при секретаре Зеленцовой В.Ю.,

с участием прокурора Даниловой О.Г.,

защитника - адвоката Тарасенко А.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Склемина А.А. на постановление Фрунзенского районного суда г. Саратова от 1 июля 2025 года, которым

уголовное дело в отношении Е., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 158, ч. 2 ст. 314.1, ч. 2 ст. 314.1, ч. 2 ст. 314.1, ч. 1 ст. 119 УК РФ, возвращено прокурору Фрунзенского района г. Саратова на основании п.1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Заслушав выступление прокурора Данилову О.Г., поддержавшей доводы апелляционного представления, мнение защитника - адвоката Тарасенко А.С., полагавшего постановление суда законным, обоснованным и мотивированным, суд апелляционной инстанции

установил:

органами предварительного расследования Е. обвиняется в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 158, ч. 2 ст. 314.1, ч. 2 ст. 314.1, ч. 2 ст. 314.1, ч. 1 ст. 119 УК РФ.

Уголовное дело в отношении Е. поступило для рассмотрения в Фрунзенский районный суд г. Саратова и постановлением суда от 1 июля 2025 года возвращено прокурору Фрунзенского района г. Саратова для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Склемин А.А. полагает, что решение о возвращении уголовного дела прокурору вынесено преждевременно, без полной и всесторонней оценки материалов уголовного дела. Ссылаясь на Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17 декабря 2024 года № 39 и на то обстоятельство, что на стадии предварительного расследования по части эпизодов проводилась психиатрическая экспертиза обвиняемого, указывает, что в ходе рассмотрения уголовного дела судом не имелось препятствий для назначения и проведения дополнительной психиатрической экспертизы по иным эпизодам. Кроме этого, отмечает, что судом сделан преждевременный вывод о нарушении прав потерпевшего, которое вызвано не извещением его об окончании предварительного расследования, поскольку из материалов уголовного дела следует, что потерпевший не желал принимать участие в его производстве, о нарушении своих прав в судебном заседании не заявлял, данное обстоятельство могло быть выяснено у потерпевшего путем его вызова и допроса в суде. Технические ошибки в заключении эксперта № 1022 о стоимости похищенного имущества, по мнению государственного обвинителя, также не могут являться существенными, препятствующими вынесению итогового решения по делу, и могли быть устранены путем допроса эксперта. Таким образом, полагает, что указанные в постановлении суда нарушения могли быть устранены на стадии судебного следствия. Просит постановление суда отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, выслушав участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с ч. 4 ст. 7 УПК РФ определения суда, постановления судьи должны быть законными, обоснованными и мотивированными. Такими признаются судебные акты, постановленные в соответствии с требованиями УПК РФ, основанные на правильном применении уголовного закона и согласующиеся с исследованными доказательствами.

При вынесении обжалуемого постановления указанные требования закона судом первой инстанции не соблюдены, в силу чего постановление суда о возвращении уголовного дела подлежит отмене.

Так, основаниями для возвращения прокурору уголовного дела в отношении Е., как видно из текста постановления, послужили выявленные судом нарушения, допущенные органами следствия, а именно: не проведение судебно-психиатрической экспертизы в отношении обвиняемого по всем эпизодам вмененных ему преступлений, а также не направление следователем в нарушение ч. 2 ст. 215 УПК РФ в адрес потерпевшего уведомления об окончании предварительного следствия, что, по мнению суда первой инстанции, лишило его возможности лично либо через своего представителя реализовать свои права, предусмотренные ст. ст. 216 и 217 УПК РФ. При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что обвинительное заключение по делу не соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, что в силу п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ исключает возможность рассмотрения уголовного дела по существу на основании представленного обвинительного заключения.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ суд вправе возвратить уголовное дело прокурору в случаях, когда в досудебном производстве допущены существенные неустранимые в судебном производстве нарушения уголовно-процессуального закона, которые исключают возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления.

По смыслу указанной нормы закона, возвращение дела прокурору в случае нарушения требований УПК РФ при составлении обвинительного заключения может иметь место, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, нарушенных на досудебных стадиях, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства.

Между тем, указанные судом первой инстанции основания для возвращения уголовного дела прокурору являются несостоятельными.

В силу п. 3 ч. 1 ст. 196 УПК РФ назначение и производство судебной экспертизы обязательно, если необходимо установить психическое или физическое состояние подозреваемого, обвиняемого, когда возникает сомнение в его вменяемости или способности самостоятельно защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве, в том числе его нуждаемость в лечении в стационарных условиях.

Как следует из материалов уголовного дела, Е. находился на длительном диспансерном наблюдении у врача психиатра с диагнозом «Отдаленные последствия перенесенных ЧМТ со стойким астено-невротическим синдромом», а также неоднократно проходил лечение в психиатрической больнице с диагнозом «Психические и поведенческие расстройства в результате употребления алкоголя», в связи с чем, суд первой инстанции пришел к выводу, что назначение и производство судебно-психиатрической экспертизы в отношении Е. по всем вмененным ему преступлениям обязательно.

Вместе с тем, не проведение судебно-психиатрической экспертизы с целью установления психического состояния обвиняемого не является неустранимым обстоятельством и не может расцениваться в качестве препятствия для рассмотрения уголовного дела по существу и постановления приговора или вынесения иного судебного решения.

В случае наличия сомнений в психическом состоянии обвиняемого суд первой инстанции в соответствии с положениями ст. 283 УПК РФ вправе по ходатайству сторон или по собственной инициативе назначить проведение соответствующей экспертизы. Проведение амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы не требует значительных временных затрат. Кроме того, амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза № 178 от 28 февраля 2025 года содержит выводы о психическом состоянии обвиняемого по настоящее время (момент окончания проведения экспертизы).

Кроме того, суд апелляционной инстанции находит необоснованным вывод суда первой инстанции о наличии существенных нарушений прав потерпевшего по данному уголовному делу.

В соответствии с ч. 2 ст. 42 УПК РФ и разъяснениями, содержащимися в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 июня 2010 года № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», потерпевший в целях реализации предоставленных ему уголовно-процессуальным законом полномочий вправе получать копии постановлений о возбуждении уголовного дела, признании его потерпевшим, о принятии дела к производству и о производстве следствия следственной группой, о привлечении лица в качестве обвиняемого, об отказе в избрании в отношении обвиняемого меры пресечения в виде заключения под стражу, о прекращении уголовного дела, о приостановлении производства по уголовному делу, о направлении уголовного дела по подследственности, а также копии решений судов первой, апелляционной, кассационной и надзорной инстанций, в том числе о направлении уголовного дела по подсудности, о назначении предварительного слушания, судебного заседания, а также копии иных процессуальных документов, затрагивающих его интересы. Кроме того, потерпевший вправе давать показания в любой момент производства по делу, а следователь согласно ч. 1 ст. 11 УПК РФ обязан обеспечить потерпевшему возможность реализации его прав.

Как предусмотрено ч. 2 ст. 215 УПК РФ, ч. 1 ст. 216 УПК РФ, перед составлением обвинительного заключения следователь уведомляет об окончании следственных действий участников по делу, в том числе потерпевшего и гражданского истца, после чего по ходатайству потерпевшего, гражданского истца и их представителей следователь знакомит этих лиц с материалами уголовного дела полностью или частично, за исключением документов, указанных в части второй статьи 317.4 настоящего Кодекса. Гражданский истец или его представитель знакомятся с материалами уголовного дела в той части, которая относится к гражданскому иску.

Из материалов уголовного дела следует, что 4 января 2025 года по заявлению Потерпевший №1 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ, по подозрению в совершении которого задержан Е. Постановлением следователя от 4 января 2025 года Потерпевший №1 признан потерпевшим, 3 февраля 2025 года проведен его допрос, 18 марта 2025 года – дополнительный допрос.

Также в отношении Е. возбуждены уголовные дела по признакам составов преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 119, ч. 2 ст. 314.1, ч. 2 ст. 314.1, ч. 2 ст. 314.1 УК РФ, которые объединены в одно производство с вышеуказанным уголовным делом.

19 марта 2025 следователем вынесено постановление о переквалификации преступления с ч. 1 ст. 158 УК РФ на п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

23 мая 2025 года Е. предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 158, ч. 1 ст. 119, ч. 2 ст. 314.1, ч. 2 ст. 314.1, ч. 2 ст. 314.1 УК РФ, составлено обвинительное заключение, которое утверждено прокурором 29 мая 2025 года, после чего уголовное дело направлено в суд.

Согласно протоколу допроса потерпевшего Потерпевший №1, с установленной результатами судебной экспертизы суммой причиненного ему ущерба он согласен, данный ущерб считает для себя значительным.

В материалы уголовного дела потерпевшим Потерпевший №1 представлено заявление с просьбой не знакомить его с экспертизами по уголовному делу, не вызывать для проведения следственных действий и не знакомить с материалами уголовного дела.

В дальнейшем потерпевший Потерпевший №1 с какими-либо заявлениями и ходатайствами, в том числе о получении копий процессуальных документов, ознакомлении с материалами уголовного дела, проведении дополнительных следственных действий, к следователю не обращался, о наличии препятствий в реализации его прав не заявлял.

Пленум Верховного Суда РФ в п. 10 Постановления от 17 декабря 2024 года № 39 «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору» разъяснил, что, если по уголовному делу суд установит, что лицо, которому преступлением причинен вред, не было признано потерпевшим либо потерпевший был лишен возможности реализовать в ходе предварительного расследования свои процессуальные права, и с учетом конкретных обстоятельств дела, выяснив мнение этого лица, придет к выводу о том, что нарушенные права могут быть восстановлены в судебном разбирательстве, то суд устраняет выявленные нарушения без возвращения уголовного дела прокурору.

Ненаправление следователем в адрес Потерпевший №1 уведомления об окончании предварительного следствия при наличии вышеприведенного волеизъявления последнего не свидетельствует о нарушении следователем прав потерпевшего.

Кроме того, данный вопрос может быть выяснен посредством вызова и допроса потерпевшего в судебном заседании.

Таким образом, соглашаясь с доводами апелляционного представления, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии предусмотренных ст. 237 УПК РФ оснований для возвращения уголовного дела в отношении Е. прокурору, обвинительное заключение соответствует положениям ст. 220 УПК РФ, каких-либо нарушений исключающих возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения не установлено.

При указанных обстоятельствах постановление суда не может быть признано законным и обоснованным и подлежит отмене с передачей уголовного дела на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в суд первой инстанции в ином составе суда.

Суд апелляционной инстанции полагает необходимым сохранить ранее избранную в отношении Е. меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, не усматривая оснований для ее отмены или изменения.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Фрунзенского районного суда г. Саратова от 1 июля 2025 года, которым уголовное дело в отношении Е. возвращено прокурору Фрунзенского района г. Саратова для устранения препятствий его рассмотрения судом, отменить, уголовное дело передать на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в суд первой инстанции в ином составе суда.

Меру пресечения в отношении Е. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с главой 47.1 УПК РФ в течение шести месяцев со дня его оглашения. В случае подачи кассационных жалобы, представления, лица, указанные в ст. 401.2 УПК РФ, вправе ходатайствовать об участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Судья П.А. Спирякин