Апелляционное определение № 22-1139/2025 от 4 декабря 2025 г.

Дело №22-1139/2025 Докладчик Проскуряков Е.В.

65RS0001-01-2024-007628-12 Судья Гуркун О.Ю. №1-85/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Южно-Сахалинск 05 декабря 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Сахалинского областного суда

в составе: председательствующего – судьи Терлецкой Ю.М.,

судей Метельской Е.В., Проскурякова Е.В.,

при помощнике судьи – Уразове И.В.,

с участием: прокурора – Куликовой М.В.,

осуждённого – ФИО1,

защитника – адвоката Фризюк И.М.,

представителя потерпевшего – адвоката Ганиева Р.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело с апелляционной жалобой представителя потерпевшего Ф.И.О.8 – адвоката Ганиева Р.И., апелляционным представлением первого заместителя прокурора <адрес> Усова Л.Е. на приговор Южно-Сахалинского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым:

ФИО2 О.31, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин Российской Федерации, зарегистрированный по адресу: <адрес>, проживающий по адресу: <адрес>, несудимый:

осуждён и приговорён к наказанию:

- по ч. 3 ст. 159 УК РФ (по эпизоду в отношении Ф.И.О.9) в виде лишения свободы на срок 1 год 6 месяцев,

- по ч. 3 ст. 159 УК РФ (по эпизоду в отношении Ф.И.О.10) в виде лишения свободы на срок 1 год 6 месяцев,

- по ч. 3 ст. 30 ч. 3 ст. 159 УК РФ (по эпизоду в отношении Ф.И.О.11) в виде лишения свободы на срок 1 год,

- по ч. 3 ст. 30 ч. 3 ст. 159 УК РФ (по эпизоду в отношении Ф.И.О.12) в виде лишения свободы на срок 1 год,

- по ч. 3 ст. 30 ч. 3 ст. 159 УК РФ (по эпизоду в отношении Ф.И.О.32 в виде лишения свободы на срок 1 год,

- по ч. 4 ст. 159 УК РФ (по эпизоду в отношении Ф.И.О.8) в виде лишения свободы на срок 4 года;

на основании положений ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения наказаний, окончательно назначено ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 5 лет;

в соответствии с положениями ст. 73 УК РФ назначенное ФИО1 наказание постановлено считать условным с испытательным сроком 3 года с возложением обязанностей, изложенных в резолютивной части приговора;

меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО1 постановлено оставить без изменения до вступления приговора в законную силу, после чего отменить;

разрешены вопросы о вещественных доказательствах и процессуальных издержках.

Изложив обстоятельства дела, изучив содержание приговора, апелляционных жалобы и представления, выслушав выступления сторон, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Судом первой инстанции ФИО1 признан виновным и осуждён за совершение:

- двух мошенничеств, то есть хищений чужого имущества путём обмана и злоупотребления доверием, с использованием своего служебного положения;

- трёх покушений на мошенничество, то есть хищений чужого имущества путём обмана и злоупотребления доверием, с использованием своего служебного положения, при этом преступления не были доведены до конца по независящим от него обстоятельствам;

- мошенничества, то есть хищения чужого имущества путём обмана и злоупотребления доверием, с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере.

Обстоятельства совершённых преступлений подробно приведены в приговоре.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшего Ф.И.О.8 – адвокат Ганиев Р.И. не согласился с приговором в связи с его несправедливостью и мягкостью наказания.

В обоснование своей позиции автор жалобы приводит следующие доводы:

- судом не учтено мнение потерпевшего при назначении наказания, который просил назначить ФИО1 наказание в виде 8 лет реального лишения свободы с отбыванием в колонии общего режима;

- суд при назначении ФИО1 наказания не в полной мере выполнил требования статей 6, 60 УК РФ, а именно не оценил повышенную степень общественной опасности содеянного ФИО1, который в определённый промежуток времени совершил мошенничество в отношении нескольких потерпевших;

- судом необоснованно учтено полное возмещение ущерба потерпевшему Ф.И.О.8, так как похищенное у него недвижимое имущество на сумму 646 000 000 рублей подсудимый добровольно не возмещал и мер к этому не предпринимал, данное имущество потерпевшему было возвращено в ходе гражданского судопроизводства об истребовании имущества из незаконного владения, также подсудимый всячески препятствовал этому, в связи с чем полагает об отсутствии раскаяния в содеянном и добровольного возмещения ущерба, а также считает, что от действий ФИО1 могут пострадать другие предприниматели и, находясь на свободе, ФИО1 продолжит заниматься преступной деятельностью;

- суд не учёл, что ФИО1 вину в совершении преступления не признавал длительное время и вынужден был признаться только в ходе своих прений после окончания судебного следствия, в содеянном фактически не раскаялся, извинения непосредственно потерпевшему не принёс, а всего лишь ограничился формальным обращением с извинением в адрес представителя потерпевшего;

- судом не учтены объективные обстоятельства совершённых подсудимым деяний, а также неверно определён объём смягчающих обстоятельств, который бы мог позволить суду назначить несоответствующее содеянному наказание, что привело к необоснованному назначению наказания с применением ст. 73 УК РФ;

- суд необоснованно лишь частично удовлетворил исковые требования потерпевшего, неверно определил размер причинённого морального вреда потерпевшему, так как последний перенёс глубокие нравственные страдания, связанные с причинением ему имущественного вреда на многомиллионную сумму, что могло повлечь утрату его предпринимательской деятельности как известного предпринимателя, его повседневными переживаниями в связи с утратой собственности и страха потери его многолетнего бизнеса;

- суд не принял во внимание то, что ФИО1 отрицал совершение им хищения путём мошеннических действий и только под давлением собранных в ходе предварительного и судебного следствия доказательств признал себя виновным, но не с использованием служебного положения, показания, свидетельствующие о его раскаянии, он не давал, пытался ввести суд в заблуждение;

- суд при назначении наказания фактически не учёл характер и степень общественной опасности ФИО1, обстоятельства дела, лишь формально сославшись на эти обстоятельства в приговоре и назначил наказание не соразмерное общественной опасности содеянного, не соответствующее личности виновного и закреплённым в уголовном законодательстве Российской Федерации принципам гуманизма, справедливости, не отвечающее целям наказания.

Учитывая изложенное, представитель потерпевшего Ф.И.О.8 – адвокат Ганиев Р.И. просит приговор изменить, назначить ФИО1 наказание в виде реального лишения свободы с отбыванием в колонии общего режима, а также взыскать с ФИО1 компенсацию за причинение морального вреда в соответствии с заявленными требованиями потерпевшего Ф.И.О.8

В возражениях на апелляционную жалобу защитник осуждённого ФИО1 – адвокат Фризюк И.М., не соглашаясь с апелляционной жалобой представителя потерпевшего Ф.И.О.8 – адвоката Ганиева Р.И., просит оставить приговор без изменения, а апелляционную жалобу представителя потерпевшего – без удовлетворения.

В апелляционном представлении первый заместитель прокурора <адрес> Усов Л.Е., не согласившись с приговором, находит его незаконным и подлежащим изменению.

В обоснование своей позиции автор представления приводит следующие доводы:

- цитируя приговор суда первой инстанции, считает, что суд не принял во внимание, что ФИО1 осуждён за совершение тяжких преступлений;

- судом необоснованно учтено полное возмещение ущерба потерпевшему, поскольку похищенное у Ф.И.О.8 недвижимое имущество на сумму 646 000 000 рублей подсудимый не возмещал и мер к этому не предпринимал, а наоборот всячески препятствовал этому, а имущество возвращено потерпевшему в результате рассмотрения гражданский дел и своевременного наложения ареста на похищенное имущество;

- ФИО1 в ходе рассмотрения дела выбрал позицию фактически непризнания вины вплоть до выступления прокурора в прениях, после чего он поменял позицию на признание вины и возместил 100 000 рублей, что не свидетельствует о его раскаянии;

- сама по себе признательная позиция не может являться безусловным основанием для применения условного осуждения, поскольку, признавая вину в совершении раскрытого преступления, виновное лицо никак не нивелирует общественную опасность совершённого им уголовно-наказуемого деликта;

- применение условного осуждения, которое по своей природе даже не считается отбыванием наказания, к ФИО1 не отвечает целям уголовного наказания, определённым в ст. 43 УК РФ.

Учитывая изложенное, первый заместитель прокурора <адрес> Усов Л.Е. просит приговор изменить, исключить указание на применение положений ст. 73 УК РФ об условном осуждении, постановить отбывать назначенное наказание в виде лишения свободы сроком 5 лет в исправительной колонии общего режима.

В возражениях на апелляционное представление защитник осуждённого ФИО1 – адвокат Фризюк И.М., не соглашаясь с апелляционным представлением первого заместителя прокурора <адрес> Усова Л.Е., просит оставить приговор без изменения, а апелляционное представление – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, выслушав участников процесса, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Обстоятельства, подлежавшие в силу ст. 73 УПК РФ доказыванию по делу, установлены судом правильно и подробно изложены в приговоре.

Суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу о виновности ФИО1 в инкриминируемых ему преступлениях на основании совокупности исследованных в ходе судебного заседания и приведённых в приговоре доказательств, а именно показаний: потерпевших Ф.И.О.9, Ф.И.О.11, Ф.И.О.10, Ф.И.О.12, Ф.И.О.33.В., Ф.И.О.8, свидетелей Ф.И.О.15, Ф.И.О.16, Ф.И.О.17, Ф.И.О.18, Ф.И.О.19, Ф.И.О.20, Ф.И.О.21, Ф.И.О.22, Ф.И.О.23, Ф.И.О.24, Ф.И.О.25, Ф.И.О.26, Ф.И.О.27, Ф.И.О.28, Ф.И.О.29, а также фактических сведений, зафиксированных в протоколах следственных действий, результатах ОРМ и иных документальных доказательствах, приведённых в приговоре.

Перечисленные доказательства всесторонне, полно и объективно исследованы в судебном заседании, достаточно полно изложены в описательно-мотивировочной части приговора, и в их повторении нет необходимости.

Суд оценил и проанализировал исследованные в суде доказательства, представленные сторонами, в их совокупности. Все приведённые в приговоре доказательства суд в соответствии с требованиями статей 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности – их достаточности для правильного разрешения дела, и пришёл к обоснованному выводу о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемых преступлений.

Каких-либо нарушений при оценке доказательств судом не допущено.

Органами предварительного следствия при расследовании и судом при рассмотрении дела каких-либо существенных нарушений закона, влекущих отмену приговора или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного приговора, допущено не было. Дело расследовано и рассмотрено всесторонне, полно и объективно.

Таким образом, все необходимые требования уголовно-процессуального закона, строгое соблюдение которых обеспечивает правильное и объективное рассмотрение дела, судом первой инстанции по данному уголовному делу были выполнены.

Приговор составлен в соответствии с требованиями статей 307, 308 УПК РФ, приведённые доказательства соответствуют протоколу судебного заседания, смысл показаний допрошенных в суде лиц отражён в приговоре в соответствии с их показаниями, изложенными в протоколе судебного заседания. Оценка показаниям допрошенных в суде лиц, материалам дела, исследованным в судебном заседании доказательствам дана полно и объективно.

Судом правильно установлены и описаны в приговоре фактические обстоятельства дела, а также правильно квалифицированы действия ФИО1:

- по ч. 3 ст. 159 УК РФ (по эпизоду в отношении Ф.И.О.9) – как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём обмана и злоупотребления доверием, совершённое лицом с использованием своего служебного положения;

- по ч. 3 ст. 30 ч. 3 ст. 159 УК РФ (по эпизоду в отношении Ф.И.О.11) – как покушение на мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём обмана и злоупотребления доверием, совершённое лицом с использованием своего служебного положения, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от виновного лица обстоятельствам;

- по ч. 3 ст. 159 УК РФ (по эпизоду в отношении Ф.И.О.10) – как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём обмана и злоупотребления доверием, совершённое лицом с использованием своего служебного положения;

- по ч. 3 ст. 30 ч. 3 ст. 159 УК РФ (по эпизоду в отношении Ф.И.О.12) – как покушение на мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём обмана и злоупотребления доверием, совершённое лицом с использованием своего служебного положения, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от виновного лица обстоятельствам;

- по ч. 3 ст. 30 ч. 3 ст. 159 УК РФ (по эпизоду в отношении Ф.И.О.34.) – как покушение на мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём обмана и злоупотребления доверием, совершённое лицом с использованием своего служебного положения, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от виновного лица обстоятельствам;

- по ч. 4 ст. 159 УК РФ (по эпизоду в отношении Ф.И.О.8) – как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём обмана и злоупотребления доверием, совершённое лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере.

Выводы суда о квалификации действий осуждённого мотивированны в приговоре надлежащим образом. Оснований не согласиться с ними судебная коллегия не усматривает.

В том числе судом правильно установлено наличие квалифицирующего признака «лицом с использованием своего служебного положения» при совершении каждого из преступлений, поскольку:

- ФИО1, занимал должность юриста в коммерческой организации ООО «<данные изъяты> и согласно должностной инструкции (Том 1 л.д. 179-182), а также регламентам холдинга (Том 1 л.д. 163-172), с которыми он был ознакомлен и действие которых распространялось на него, был наделён организационно-распорядительными полномочиями и правом подписи организационно-распорядительных документов;

- в связи с занимаемой должностью юриста в ООО «<данные изъяты> ФИО1 в целях исполнения своих должностных обязанностей были выданы доверенности от ООО «<данные изъяты>», от ООО «<данные изъяты> и от ИП Ф.И.О.8, расширявшие его организационно-распорядительные полномочия как юриста ООО «<данные изъяты>» и позволявшие принимать решения и совершать юридически значимые действия, имеющие юридическое значение либо влекущие определённые юридические последствия;

- ФИО1 в силу занимаемой должности юриста ООО «<данные изъяты>» имел доступ к документам и внутренним реестрам исковой работы ООО «<данные изъяты> ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», ИП Ф.И.О.8, входящих в единый холдинг компаний, к служебной переписке между сотрудниками названных и иных компаний, входящих в холдинг, что следует как из его собственных показаний, так и из показаний Ф.И.О.19, Ф.И.О.23, Ф.И.О.8, Ф.И.О.17, Ф.И.О.18, Ф.И.О.24;

- ФИО1 использовал свои организационно-распорядительные полномочия юриста ООО <данные изъяты>», вытекающие из его должностной инструкции, регламентов холдинга и выданных ему доверенностей, для совершения каждого из преступлений, при этом выполнение объективной стороны преступлений без использования им своего служебного положения было бы невозможным.

При назначении наказания ФИО1 суд, вопреки доводам жалобы и представления, в соответствии с требованиями статей 6, 43, 60 УК РФ в полной мере учёл характер и степень общественной опасности совершённых преступлений, способ совершения, данные о личности виновного, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на его исправление, а также влияние наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

В том числе судом должным образом были учтены обстоятельства совершения преступлений, а также наступившие последствия, выразившиеся в причинении имущественного ущерба в виде финансовых потерь потерпевшим Ф.И.О.9, Ф.И.О.10, Ф.И.О.12, а также выразившихся в причинении имущественного ущерба в виде утраты Ф.И.О.8 права собственности на коммерческое недвижимое имущество общей стоимостью 646 000 000 рублей, что не повлекло прекращение осуществления Ф.И.О.8 коммерческой деятельности с использованием данного имущества и фактически свелось к документальному переходу права, которое по результатам судебного разбирательства ДД.ММ.ГГГГ было ему возвращено.

Вместе с тем суд неверно определил и учёл круг смягчающих наказание обстоятельств.

Так при установлении смягчающих наказание обстоятельств суд без достаточных к тому оснований признал в качестве такового по всем эпизодам преступлений – «возмещение имущественного ущерба».

Однако из фактически установленных обстоятельств следует, что по эпизодам в отношении Ф.И.О.11 и Ф.И.О.35 а также по эпизоду в отношении Ф.И.О.8 не имело места «возмещение ущерба», причинённого потерпевшим.

Так похищенное у Ф.И.О.8 недвижимое имущество было возвращено на основании решения Южно-Сахалинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, а не в результате добровольных действий ФИО1

А по эпизодам покушения на хищение имущества Ф.И.О.11 и Ф.И.О.36. имущественный ущерб причинён не был, поскольку данные преступления не были доведены до конца по не зависящим от ФИО1 обстоятельствам, что следует как из фактически установленных обстоятельств дела, так и из показаний названных потерпевших.

Учитывая изложенное, судебная коллегия считает необходимым приговор изменить в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела и признать добровольное возмещение имущественного ущерба, причинённого в результате преступления, смягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, только за преступления, предусмотренные ч. 3 ст. 159 УК РФ (по эпизоду в отношении Ф.И.О.9), ч. 3 ст. 159 УК РФ (по эпизоду в отношении Ф.И.О.10), ч. 3 ст. 30 ч. 3 ст. 159 УК РФ (по эпизоду в отношении Ф.И.О.12).

Остальные смягчающие наказания, указанные в приговоре, суд в соответствии с положениями ст. 61 УК РФ установил правильно, а именно:

- наличие на иждивении малолетнего ребёнка (п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ) по всем преступлениям;

- добровольная компенсация морального вреда, причинённого преступлением (п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ) по факту хищения имущества Ф.И.О.8;

- признание вины, раскаяние в содеянном, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребёнка, состояние здоровья подсудимого, принесение извинений потерпевшим (ч. 2 ст. 61 УК РФ) по всем преступлениям.

Относительно доводов жалобы и представления о необоснованном признании в качестве смягчающего наказание обстоятельства признания вины, раскаяния в содеянном, принесения извинений потерпевшему Ф.И.О.8 судебная коллегия признаёт их несостоятельными по следующим причинам.

Так факт признания вины и раскаяния в содеянном ФИО1, вопреки доводам жалобы и представления, имел место и подтверждается протоколом судебного заседания, при этом момент признания вины и раскаяния в данном случае не имеют существенного значения, поскольку не умаляют достижения осуждённым осознания противоправности содеянного и готовности понести наказание за преступления, что свидетельствуют о готовности осуждённого встать на путь исправления. Кроме того, признание вины и раскаяние в содеянном не ограничилось лишь словами ФИО1 в судебном заседании, а нашло своё отражение в конкретных действиях, а именно в добровольном возмещении имущественного ущерба потерпевшим Ф.И.О.9, Ф.И.О.10 и Ф.И.О.12, а также в добровольной компенсации морального вреда потерпевшему Ф.И.О.8

Также имело место принесение извинений потерпевшему Ф.И.О.8, что подтверждается протоколом судебного заседания. Тот факт, что извинения были принесены не непосредственно Ф.И.О.8, который в соответствующий момент в судебном заседании не присутствовал, а его представителю, не исключает возможности признания соответствующего факта смягчающим наказание обстоятельством, поскольку представитель потерпевшего в силу положений ст. 45 УПК РФ наделён теми же правами, что и потерпевший, следовательно уполномочен принимать извинения.

Объективных оснований для признания иных обстоятельств в качестве смягчающих, судебная коллегия не усматривает.

Также суд обоснованно не усмотрел в действиях ФИО1 обстоятельств, отягчающих наказание осуждённого, предусмотренных ст. 63 УК РФ.

Кроме того, суд правильно не усмотрел оснований для применения положений, закреплённых в главах 11, 12, 13 УК РФ, равно как и норм, отражённых в ст. 64, ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Выводы суда о необходимости назначения ФИО1 основного наказания в виде лишения свободы с применением положений ст. 73 УК РФ, судебная коллегия считает верными, поскольку они основаны на совокупности данных о степени общественной опасности совершённых преступлений, обстоятельств их совершения, а также наступивших последствий, сведений о личности ФИО1, о влиянии наказания на исправление последнего и на условия жизни его семьи.

При этом таковое отвечает целям наказания, в связи с чем судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что только определённое ФИО1 в приговоре наказание позволит восстановить социальную справедливость, а также достичь исправления осуждённого и предупредит совершение им новых преступлений.

Решение суда об условном наказании ФИО1 судебная коллегия вопреки доводам жалобы и представления признаёт правильным, поскольку данные о личности осуждённого, которые носят исключительно положительный характер и не свидетельствуют о его устойчивой криминальной направленности, о его положительном посткриминальном поведении, выразившемся в добровольном возмещении ущерба потерпевшим Ф.И.О.9, Ф.И.О.10, Ф.И.О.12, а также в добровольной компенсации морального вреда потерпевшему Ф.И.О.8, тот факт, что он впервые привлекается к уголовной ответственности за преступления, направленные против собственности, совершённые без применения насилия, дают основание полагать возможность его исправления, предупреждения совершения им новых преступлений, а также восстановления социальной справедливости без реального отбывания им наказания в виде лишения свободы.

Вместе с тем, в связи с исключением смягчающего наказание обстоятельства в виде возмещения имущественного ущерба по эпизодам в отношении Ф.И.О.11, Ф.И.О.37., Ф.И.О.8, судебная коллегия считает необходимым исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на учёт судом полного возмещения ущерба при решении вопроса о применении положений ст. 73 УК РФ.

Размеры наказания в виде лишения свободы за преступления, предусмотренные ч. 3 ст. 159 УК РФ (по эпизоду в отношении Ф.И.О.9), ч. 3 ст. 159 УК РФ (по эпизоду в отношении Ф.И.О.10), ч. 3 ст. 30 ч. 3 ст. 159 УК РФ (по эпизоду в отношении Ф.И.О.12), с учётом стадии каждого из них, наличия в действиях осуждённого смягчающих, а также отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, определены судом в соответствии с требованиями уголовного закона, с соблюдением требований ч. 1 ст. 62 УК РФ, а для неоконченных преступлений также с соблюдением требований ч. 3 ст. 66 УК РФ, при этом соразмерны содеянному.

В связи с исключением смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, в виде «возмещения имущественного ущерба» по эпизодам в отношении Ф.И.О.11, ФИО3, судебная коллегия считает необходимым также исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на применение положений ч. 1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания за соответствующие преступления, поскольку иных смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных пунктами «и», «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, судом первой инстанции по соответствующим преступлениям установлено не было.

Оснований для аналогичного исключения по эпизоду в отношении Ф.И.О.8 судебная коллегия не усматривает, поскольку по нему судом обоснованно было установлено наличие смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, в виде добровольной компенсации морального вреда, причинённого преступлением, которое позволило применить положения ч. 1 ст. 62 УК РФ при назначении ФИО1 наказания за соответствующее преступление.

Относительно размеров наказания за преступления, предусмотренные ч. 3 ст. 30 ч. 3 ст. 159 УК РФ (по эпизоду в отношении Ф.И.О.11), ч. 3 ст. 30 ч. 3 ст. 159 УК РФ (по эпизоду в отношении ФИО3), ч. 4 ст. 159 УК РФ (по эпизоду в отношении Ф.И.О.8), то оснований для их усиления и ухудшения положения осуждённого в связи с исключением по соответствующим эпизодам смягчающего наказание обстоятельства в виде «возмещения имущественного ущерба», а также исключения ссылок о применении положений ч. 1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания за преступления, предусмотренные 3 ст. 30 ч. 3 ст. 159 УК РФ (по эпизоду в отношении Ф.И.О.11), ч. 3 ст. 30 ч. 3 ст. 159 УК РФ (по эпизоду в отношении ФИО3), у судебной коллегии не имеется по причине отсутствия апелляционного повода, поскольку апелляционные жалоба и представления не содержат требований об их усилении, при этом доводы о мягкости наказания касаются лишь обоснованности применения положений ст. 73 УК РФ, которые судебной коллегий признаны несостоятельными.

Доводы защиты о том, что суд не принял во внимание мнение потерпевшего при назначении наказания, а также изменчивую позицию осуждённого в ходе судебного разбирательства, судебная коллегия признаёт несостоятельными, поскольку в соответствии с положениями ст. 60 УК РФ, мнение потерпевшего, равно как и способы осуществления осуждённым своего права на защиту, не выходящие за рамки уголовно-процессуального законодательства, не входят в перечень обстоятельств, подлежащих учёту при определении размера и вида наказания, а также возможности применения положений ст. 73 УК РФ.

Определяя размер и вид окончательного наказания, суд первой инстанции правильно применил положения частей 1, 3 ст. 69 УК РФ, сначала назначив наказание отдельно за каждое совершённое преступление, а потом наказание по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний, поскольку ФИО1 совершил несколько преступлений, три из которых оконченные тяжкие.

Вопросы о мере пресечения, о судьбе вещественных доказательств судом разрешены в соответствии с требованиями закона, а также в описательно-мотивировочной части приговора судом в соответствии с требованиями п. 10 ч. 1 ст. 299 УПК РФ разрешён вопрос о судьбе гражданского иска потерпевшего Ф.И.О.8, который оставлен без удовлетворения.

При этом вопреки требованиям п. 1 ч. 1 ст. 309 УПК РФ, согласно которым резолютивная часть приговора должна содержать решение по предъявленному гражданскому иску, суд первой инстанции соответствующее решение в резолютивной части не отразил, что судебная коллегия считает необходимым исправить дополнив резолютивную часть соответствующим указанием.

Относительно доводов жалобы о необоснованности отказа в удовлетворении исковых требований Ф.И.О.8 о взыскании компенсации морального вреда, причинённого преступлением, в сумме, превышающей добровольно выплаченную ФИО1, то судебная коллегия признаёт их несостоятельными по следующим основаниям.

Из разъяснений, изложенных в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2020 N 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу» следует, что по смыслу положений п. 1 ст. 151 ГК РФ гражданский иск о компенсации морального вреда (физических или нравственных страданий) может быть предъявлен по уголовному делу, когда такой вред причинён потерпевшему преступными действиями, нарушающими его личные неимущественные права (например, права на неприкосновенность жилища, частной жизни, личную и семейную тайну, авторские и смежные права) либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности и др.). Исходя из положений ч. 1 ст. 44 УПК РФ и статей 151, 1099 ГК РФ в их взаимосвязи гражданский иск о компенсации морального вреда подлежит рассмотрению судом и в случаях, когда в результате преступления, посягающего на чужое имущество или другие материальные блага, вред причиняется также личным неимущественным правам либо принадлежащим потерпевшему нематериальным благам (например, при разбое, краже с незаконным проникновением в жилище, мошенничестве, совершённом с использованием персональных данных лица без его согласия).

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» гражданин, потерпевший от преступления против собственности, например, при совершении кражи, мошенничества, присвоения или растраты имущества, причинения имущественного ущерба путём обмана или злоупотребления доверием и др., вправе предъявить требование о компенсации морального вреда, если ему причинены физические или нравственные страдания вследствие нарушения личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага (п. 1 ст. 151, ст. 1099 ГК РФ и ч. 1 ст. 44 УПК РФ). В указанных случаях потерпевший вправе требовать компенсации морального вреда, в том числе путём предъявления самостоятельного иска в порядке гражданского судопроизводства.

Из разъяснений, изложенных в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует, что факт причинения морального вреда потерпевшему от преступления, в том числе преступления против собственности, не нуждается в доказывании, если судом на основе исследования фактических обстоятельств дела установлено, что это преступление нарушает личные неимущественные права потерпевшего либо посягает на принадлежащие ему нематериальные блага.

Поскольку, как верно отмечено судом первой инстанции в приговоре, доказательств причинения Ф.И.О.8 в результате преступления нравственных страданий, компенсация которых могла бы быть оценена на сумму превышающую 100 000 рублей, добровольно выплаченную ФИО1, суду представлены не были, равно как не были представлены доказательства причинения преступлением физических страданий, или доказательств того, что в результате преступления, посягающего на чужое имущество, вред был причинён также личным неимущественным правам Ф.И.О.8, либо принадлежащим ему нематериальным благам, то оснований для удовлетворения его требований о принудительном взыскании с ФИО1 компенсации морального вреда в размере 400 000 рублей суд обоснованно не усмотрел и таких оснований не усматривает судебная коллегия.

Каких-либо иных нарушений уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона, влекущих иные изменения или безусловную отмену приговора, в том числе, по доводам апелляционных жалобы и представления, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.13, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Апелляционное представление первого заместителя прокурора <адрес> Усова Л.Е. и апелляционную жалобу представителя потерпевшего Ф.И.О.8 – адвоката Ганиева Р.И. – удовлетворить частично.

Приговор Южно-Сахалинского городского суда ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 О.38 – изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на признание возмещения имущественного ущерба в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, по всем эпизодам преступлений;

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на применение положений ч. 1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания за преступления, предусмотренные ч. 3 ст. 30 ч. 3 ст. 159 УК РФ (по эпизоду в отношении Ф.И.О.11), ч. 3 ст. 30 ч. 3 ст. 159 УК РФ (по эпизоду в отношении Ф.И.О.39.);

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на учёт судом полного возмещения ущерба при решении вопроса о применении положений ст. 73 УК РФ;

- считать признанным добровольное возмещение имущественного ущерба, причинённого в результате преступления, смягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, за преступления, предусмотренные ч. 3 ст. 159 УК РФ (по эпизоду в отношении Ф.И.О.9), ч. 3 ст. 159 УК РФ (по эпизоду в отношении Ф.И.О.10), ч. 3 ст. 30 ч. 3 ст. 159 УК РФ (по эпизоду в отношении Ф.И.О.12);

- дополнить резолютивную часть приговора указанием об отказе в удовлетворении гражданского иска Ф.И.О.8

В остальной части этот же приговор в отношении ФИО1 оставить – без изменения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ в Девятый кассационный суд общей юрисдикции. Кассационные жалоба, представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, могут быть поданы через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора.

Осуждённый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Ю.М. Терлецкая

Судьи Е.В. Метельская

Е.В. Проскуряков