Апелляционное постановление № 22-918/2025 от 24 ноября 2025 г. по делу № 1-575/2025

Судья Котков А.А. Дело № 22-918/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Петропавловск-Камчатский 25 ноября 2025 года

Камчатский краевой суд в составе:

председательствующего Ивакина А.Ю.,

с участием прокурора Кузнецова В.Н., защитника Аскерова Т.Б., при секретаре Тесленко М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобе защитника Аскерова Т.Б., представлению государственного обвинителя Силоч А.П. на приговор Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 29 сентября 2025 года,

УСТАНОВИЛ:

приговором Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 29 сентября 2025 года

ФИО14, <данные изъяты>, судимый:

23 ноября 2022 года Тигильским районным судом Камчатского края по ч.1 ст.134 УК РФ к 2 годам ограничения свободы, наказание отбыто 5 декабря 2024 года,

содержавшийся под стражей с 15 мая по 29 августа 2024 года и находившийся под домашним арестом с 30 августа по 23 октября 2024 года,

по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.167 УК РФ, оправдан в связи с непричастностью к совершению преступления.

Признано за ФИО14 право на реабилитацию и возмещение имущественного и морального вреда на основании ст.133-136 УПК РФ, в части необоснованного уголовного преследования по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.167 УК РФ.

Этим же приговором ФИО14 признан виновным и осуждён за совершение преступления, предусмотренного п.«а», «б», «в» ч.2 ст.158 УК РФ, к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года.

На основании ст.73 УК РФ, назначенное наказание постановлено считать условным, с испытательным сроком 2 года.

В соответствии с ч.5 ст.73 УК РФ в период испытательного срока возложено на ФИО14 исполнение обязанностей: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением и исправлением осуждённых; являться в специализированный государственный орган для регистрации в день, установленный сотрудником этого органа.

Решены вопросы по мере пресечения, вещественным доказательствам.

Постановлено выделить из уголовного дела № (следственный №) материалы по факту уничтожения и повреждения имущества ФИО и направить их руководителю СО по <адрес> СУ СК России по <адрес> для производства предварительного расследования и установления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

Приговором суда ФИО14 признан виновным и осуждён за кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершённую группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в хранилище, с причинением значительного ущерба гражданину.

Преступление совершено в пгт.Палана Тигильского района Камчатского края в период и при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В апелляционной жалобе защитник Аскеров Т.Б. не соглашается с приговором в части осуждения ФИО14 за совершение кражи, поскольку выводы суда об этом не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Перечисляет доказательства, изложенные в приговоре, о доказанности вины ФИО14. Приводит, что показания потерпевшего, осмотр похищенных запчастей с участием потерпевшего свидетельствуют лишь о факте совершения кражи двигателя и глушителя снегохода и опознание их в гараже ФИО1 При этом, суд привёл в приговоре только показания ФИО1, которые тот дал в ходе предварительного расследования, а его показания в судебных заседаниях не принял во внимание, что свидетельствует об избирательности суда. Вместе с тем, ФИО1 показал, что не видел ФИО14 с ФИО2 около гаража. ФИО2 подтвердил, что когда пришёл ФИО1, ФИО14 уже ушёл. ФИО2 изначально указал одну дату и день недели совершения преступления, а после указал иную дату. Также ФИО2 давал неточные показания о том, что двигатель принесли вместе с ФИО14, но тот ушёл к моменту прибытия ФИО1 к гаражу. Относится критически к показаниям несовершеннолетнего ФИО2. Суд не выяснил о причинах противоречий в показаниях ФИО2 на предварительном следствии и в суде. По его мнению, не получили должной оценки показания ФИО, которые в ночь и на следующий день инкриминируемого деяния находились с ФИО14 на смене и праздновали с ним день его рождения. Высказывается о том, что ФИО14 себя оговорил под воздействием сотрудников полиции, при этом он понимал, что не мог совершить преступление в ночь своего дежурства. Обращает внимание на мотив преступления ФИО14, указанный судом – необходимость в запасных частях снегохода, в то время как у него снегоход другой марки, краденые запасные части от двигателя снегохода не подошли бы к его снегоходу. Также подвергает сомнению возможность снять двигатель со снегохода с помощью отвёртки и двух ключей в тёмное время суток за 20-30 минут, при том, что ранее ФИО2 этого никогда не делал. Обращает внимание на противоречия в показаниях ФИО2 о наличии у него инструментов с собой при совершении преступления. Приводит, что специалист ФИО3 в Тигильском районном суде показал, что ему при хорошем освещении необходимо больше времени для того, чтобы снять двигатель со снегохода. Находит наличие противоречий в показаниях ФИО2 и ФИО14 о перемещении двигателя из гаража ФИО4 к гаражу ФИО1. ФИО1 показал в судебном заседании, что ФИО14 не видел. ФИО5, вопреки показаниям ФИО14, показал, что не видел последнего при разборе двигателя. Приводит, что суд не оценил запись разговора ФИО2 и ФИО6 о том, что ФИО2 совершил хищение один. Также суд проигнорировал нахождение дома ФИО14 после десяти часов вечера, которое подтвердили ФИО6 и его супруга, проживающие с ними вместе. Высказывается о том, что мать ФИО1 – ФИО7, показала, что, слов её сына, на него оказывалось давление сотрудниками полиции при даче им показаний. Указывает, что из характеризующих данных в отношении ФИО2 следует, что тот лжец, а также он не предупреждался об уголовной ответственности, поскольку являлся несовершеннолетним. Высказывается о том, что суд, оправдывая ФИО14 в части совершения поджога, не принял во внимание первоначальные признательные показания ФИО14 и его явку с повинной, полученные с соблюдением процессуальных норм и с участием адвоката, при этом, указав, что «данное доказательство (помимо прочих) не является доказательством совершения именно подсудимым этого деяния, и не является теми фактическими данными, которые могут свидетельствовать о совершении ФИО14 инкриминируемого ему преступления». Однако, при таких же аналогичных обстоятельствах, принял в качестве доказательств вины ФИО14 в хищении имущества ФИО4, эти первоначальные показания ФИО14, данные с тем же адвокатом, и в то же время. По его мнению, суд избирательно отнёсся к показаниям ФИО6 и ФИО8, которые пояснили, что в момент поджога он был дома, но отверг их показания относительно его нахождения дома с 1 на 2 апреля 2024 года. Просит приговор суда отменить, ФИО14 – оправдать.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Силоч А.П., ссылаясь на положения ст.74, 297, 305, 307 УПК РФ, текст обвинительного заключения, текст приговора суда, находит, что приговор суда в части оправдания ФИО14 в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.167 УК РФ, не соответствует требованиям УПК РФ. Приводит, что изменение ФИО14 своих показаний, данных в ходе предварительного расследования, не подтверждает недопустимость доказательств, а свидетельствует о способе, направленном на избежание от ответственности за поджог. Указывает, что доводы ФИО14 о неправомерных действиях сотрудников полиции, выразившиеся в оказании на него физического и психологического давления с целью получения признательных показаний, написания явки с повинной, являлись предметом проверки, проведённой Олюторским межрайонным СО СУ СК России по Камчатскому краю в порядке ст.144, 145 УПК РФ. По результатам процессуальной проверки 2 ноября 2024 года доводы, явившиеся поводом к её организации, подтверждения не нашли, вследствие чего в возбуждении уголовного дела по ст.285, 286, 302 УК РФ отказано. Решение об отказе в возбуждении уголовного дела надзирающим прокурором признано законным. Право на оспаривание установленных следственным органом ходе проверки обстоятельств ФИО14 в порядке ст.124, 125 УПК РФ не реализовывалось. Отмечает, что ФИО14 написал явку с повинной относительно поджога гаража после его задержания за совершение кражи с ФИО2. Будучи задержанным сотрудниками полиции он признался в совершении кражи совместно с ФИО2, и, в дальнейшем, испытывая чувство обиды, решил совершить поджог гаража, которым тот пользовался. Находит, что судом не дана оценка тому обстоятельству, что поджог гаража произошёл спустя непродолжительное время после задержания и допроса ФИО2, который сообщил о причастности ФИО14 к краже. Данные в присутствии защитника ФИО14 показания на досудебной стадии в полном объёме согласуются с заключением эксперта от 13 июля 2024 года №, положенного органом следствия в основу обвинения. Приводит, что ни ФИО14, ни его защитник не возражали против проведения следственных действий, каких-либо заявлений в связи с невозможностью участия ФИО14 в их проведении по состоянию здоровья или вследствие иных причин, не сделали, замечаний по поводу содержаний протоколов или порядка проведения данных следственных действий от ФИО14 и защитника не поступало. Указывает, что мотивы, по которым суд положил в основу приговора доказательства стороны защиты (заключение эксперта № об отсутствии на представленных на исследование объектов следов нефтепродуктов, легковоспламеняющихся жидкостей и горюче-смазочных материалов, показания ФИО1 о пустых канистрах в его гараже и нахождении в них бензина только в виде остатка, о наличии в гараже печного отопления и электропроводки, об обязательном им закрытии гаража на замок при уходе из него, отсутствии следов взлома на запорном устройстве после пожара) и опроверг доказательства, представленные стороной обвинения, приговор не содержит. Относится критически к показаниям свидетелей ФИО6 и ФИО8 ввиду наличия родственных связей с ФИО14. При этом, согласно показаниям ФИО8, она 14 мая 2024 года в 22 часа 30 минут легла спать и проснулась уже в период пожара. Высказывается, что показания ФИО3 и ФИО9 о том, что ФИО14 в ночь с 14 на 15 мая 2024 года играл с ними в сети «Интернет» в онлайн игру, не подтверждают доводы защиты о невозможности совершения поджога гаража, так как игра осуществлялась с использованием сотового телефона, в связи с чем, играть в неё ФИО14 мог как по месту жительства, так и в любом другом месте. Исходя из расположения гаража и места жительства ФИО14, находит, что у последнего имелось достаточное количество времени для того, чтобы вернуться домой после совершения поджога, а также учитывая, что поджог совершён в ночное время, вернуться незамеченным. Указывает, что в нарушение требований ч.3.1, ч.3.4 ст.72 УК РФ судом не зачтено время содержания ФИО14 под стражей в период с 15 мая по 29 августа 2024 года, а также под домашним арестом в период с 30 августа по 23 октября 2024 года. Просит приговор отменить. Материалы уголовного дела направить в суд первой инстанции для рассмотрения по существу иным составом.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника Аскерова Т.Б. государственный обвинитель ФИО10, не соглашаясь с доводами жалобы, просит оставить её без удовлетворения.

Заслушав выступления защитника, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, прокурора, настаивавшего в части на удовлетворении апелляционного представления, проверив представленные материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Расследование уголовного дела было осуществлено в рамках установленной законом процедуры, с соблюдением всех прав участников уголовного судопроизводства.

Обвинительное заключение соответствует требованиям ст.220 УПК РФ и не имеет недостатков, которые исключали бы возможность разрешения дела по существу и постановления приговора суда. В обвинительном заключении изложено существо предъявленного ФИО14 обвинения.

Судебное разбирательство проведено с соблюдением принципа состязательности сторон.

Позиция стороны защиты по делу доведена до сведения суда. Она получила объективную оценку в приговоре относительно совершения корыстного преступления, в котором, как это предусмотрено ст.307 УПК РФ, содержится описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины и мотива, сформулированы выводы о квалификации действий осуждённого, а также по другим вопросам, подлежащим разрешению при постановлении обвинительного приговора.

Вопреки доводам стороны защиты, суд правильно установил обстоятельства хищения ФИО14 совместно с лицом (уголовное дело, в отношении которого прекращено в связи с примирением сторон на основании ст.25 УПК РФ) имущества ФИО4.

В судебном заседании Зайцев виновным себя в совершении кражи не признал. Показал, что в ночь с 31 марта на 1 апреля 2024 года находился на рабочей смене и никуда не уходил. Не подтвердил свои признательные показания, заявил, что они были получены сотрудниками полиции в результате оказанного на него психологического и физического воздействия.

Несмотря на такую позицию, виновность ФИО14 в совершении кражи подтверждается его показаниями, данными им в ходе предварительного следствия и оглашёнными в судебном заседании, согласно которым 31 марта 2024 года он встретился с ФИО2 около д.2 по ул.Комсомольская в пгт.Палана, где, примерно в 23 часа 50 минут, ФИО2 предложил ему похитить двигатель со снегохода «Ямаха Викинг 540», стоящем в сарае на заброшенной даче рядом с домом их знакомого ФИО1. Он согласился на предложение ФИО2, так как ему тоже были нужны запчасти от снегохода. Кроме того, ФИО2 пообещал, что отдаст ему запасные части от своего снегохода. Примерно в 01 час 50 минут 1 апреля 2024 года, он встретился с ФИО2 около дома, который расположен рядом с заброшенной дачей. Они договорились, что он будет стоять на перекрёстке возле гаража и наблюдать за окружающей обстановкой. При появлении людей он своевременно должен был сообщить ФИО2 об этом путём осуществления телефонного звонка. ФИО2 в это время проникнет в гараж и снимет двигатель со снегохода. Примерно в 02 часа 00 минут он с ФИО2 пришёл на указанную дачу, где он встал на углу дачи и начал вести наблюдение за обстановкой. ФИО2 перелез через забор и направился к сараю, где стоял снегоход, после чего проник во внутрь гаража. Примерно через 20 минут ФИО2 позвал его, чтобы он помог вытащить двигатель из гаража. Подбежав к гаражу, он помог ФИО2 вытащить из гаража двигатель от снегохода, в комплекте с глушителем, после чего они отнесли двигатель в гараж ФИО1, располагавшемуся в 100 метрах от <адрес>. Когда ФИО1 спросил, откуда они взяли данный двигатель, ФИО2 ответил, что он приобрёл его за денежные средства. В последующем похищенный двигатель он с ФИО2 в гараже ФИО1 разобрали на запчасти, которые там и лежали, так как они не успели воспользоваться данными запчастями.

15 мая 2024 года Зайцев воспроизвёл свои и действия ФИО2 при совершении ими преступления в ходе проверки показаний на месте с участием защитника.

Кроме того вина ФИО14 подтверждается:

показаниями ФИО2, данными им в ходе судебного заседания, и оглашёнными его показаниями, полученными в ходе предварительного следствия, а также в судебном заседании Тигильского районного суда Камчатского края от 22 августа 2024 года, которые аналогичны показаниям ФИО14, воспроизведёнными им в ходе предварительного следствия;

оглашёнными показаниями потерпевшего ФИО4, согласно которым, у него имеется снегоход, который находился в сарае, расположенном на его дачном участке, по адресу: <адрес> В период с 14 до 15 часов 23 февраля 2024 года он находился на даче и заходил в сарай. На снегоходе все узлы и детали были на месте, включая двигатель и глушитель. Проверив сохранность своего имущества, он закрыл дверь сарая на замок и ушёл с дачи. На дачу он вернулся 19 апреля 2024 года. Подойдя к сараю, увидел, что его дверь приоткрыта, запорное устройство каких-либо повреждений не имело. Пройдя в сарай, обнаружил, что на снегоходе отсутствуют двигатель и глушитель. Кражей ему причинён значительный имущественный ущерб, так как доход его семьи составляет 49 000 рублей;

оглашёнными показаниями свидетеля ФИО1, данными им в ходе предварительного следствия, из которых следует, что спустя 1-2 дня после 30 или 31 марта 2024 года около 02-03 часов ночи ему на телефон позвонил ФИО2 и попросил подойти к своему гаражу. Около гаража он увидел ФИО2 и ФИО14, которые принесли двигатель от снегохода. Он спросил, откуда они принесли данный двигатель, на что ФИО2 ответил, что двигатель он приобрёл за денежные средства. После чего он открыл гараж и ФИО2 с ФИО14 занесли двигатель внутрь;

оглашёнными показаниями свидетеля ФИО5, согласно которым примерно в начале апреля 2024 года он прогуливался с ФИО11 по пгт.Палана недалеко от <адрес>, где встретил около гаражей ФИО14 и ФИО2, разбирающих двигатель от снегохода «Ямаха Викинг 540»;

протоколом проверки показаний на месте с участием ФИО2, согласно которому последний показал дом, расположенный по адресу: <адрес> во дворе которого находится сарай, из которого он 1 апреля 2024 года около 02 часов ночи совместно с ФИО14 совершили кражу двигателя со снегохода;

протоколом осмотра места происшествия с участием ФИО2, согласно которому осмотрено помещение гаража, расположенного в 100 метрах от <адрес>, в котором обнаружен разобранный двигатель со снегохода марки «Ямаха Викинг 540 III». ФИО2 заявил, что указанный двигатель он похитил вместе с ФИО14;

протоколом осмотра предметов, согласно которому с участием потерпевшего ФИО4 осмотрены изъятые комплектующие части двигателя со снегохода марки «Ямаха Викинг 540 III» и глушитель от него. При осмотре ФИО4 пояснил, что комплектующие части являются составными частями двигателя, похищенного с его снегохода.

Психическое состояние ФИО14 судом проверено полно, и он правомерно признан вменяемым.

Оценив, согласно положениям ч.1 ст.88 УПК РФ, обозначенные выше, а также иные приведённые в приговоре доказательства с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а собранные доказательства в совокупности – достаточности для постановления обвинительного приговора, суд обоснованно признал Зайцева виновным и квалифицировал содеянное им по п.«а», «б», «в» ч.2 ст.158 УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершённая группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в хранилище, с причинением значительного ущерба гражданину.

Из показаний ФИО2, следует, что кражу двигателя со снегохода «Ямаха Викинг 540» он совершил совместно с ФИО14.

Судом правильно установлено, что оснований не доверять показаниям ФИО2 не имеется, поскольку доказательств того, что он имеет к ФИО14 неприязненные отношения, показания даны им с целью оговора, суду представлено не было. Не появились они и в суде апелляционной инстанции.

Показания ФИО2, ФИО14, данные ими ходе предварительного следствия получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, согласуются между собой и другими доказательствами по делу, приведёнными в приговоре.

Согласно протоколу допроса ФИО14, показания он давал в присутствии защитника, жалоб на действия сотрудников правоохранительных органов в ходе допроса не высказывал.

Свои показания о совершении кражи двигателя со снегохода вместе с ФИО2, ФИО14 подтвердил при проверке его показаний на месте, которая была проведена также в присутствии защитника. Согласно протоколу следственного действия ФИО14 добровольно показал место, откуда была совершена кража, а также изложил способ совершения кражи. На это же место совершения преступления указал в своих показаниях, в том числе при проверке показаний на месте и ФИО2.

Доводы стороны защиты об отсутствии у ФИО14 мотива совершения преступления, являются несостоятельными, поскольку, как следует из показаний ФИО14, одной из причин совершения кражи явилось то, что ФИО2 сказал, что отдаст ему запасные части от снегохода, той же марки, что имеется у него (ФИО14).

В ходе производства по уголовному делу были проверены доводы ФИО14 о применённых к нему со стороны сотрудников полиции недозволенных методов расследования, из-за оказания на него психологического и физического воздействия с целью получения показаний. По результатам проверки изложенные ФИО14 факты не подтвердились, поэтому в отношении сотрудников полиции было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, о чём объективно указано судом в приговоре.

В силу таких обстоятельств, суд обоснованно включил в основу обвинительного приговора показания ФИО14, данные им в ходе предварительного следствия, о том, что кражу двигателя со снегохода ему предложил совершить ФИО2, на что он согласился. Во время совершения преступления, он наблюдал за окружающей обстановкой, ФИО2 в это время снимал двигатель. Далее, он помог ФИО2 вытащить двигатель с глушителем из гаража. Похищенное имущество отнесли в гараж к ФИО1.

При этом показания ФИО14 в деталях, имеющих отношение к краже, согласуются с показаниями ФИО2.

Судом правильно установлено, что показания ФИО2 и ФИО14 также согласуются с показаниями свидетеля ФИО1, данными им в ходе предварительного следствия, о том, что двигатель от снегохода в его гараж принесли ФИО14 и ФИО2.

Помимо того, в своих показаниях свидетель ФИО1 сообщил, что 19 марта 2024 года примерно в 23 часа, он на своём снегоходе марки «Ямаха Викинг 540», и ФИО2 на таком же снегоходе, возвращались из с.Лесная в пгт.Палана. По пути снегоход ФИО2 сломался и они поставили его около принадлежащего ему гаража, в 100 метрах от <адрес>. 20 марта 2024 года ФИО2 пришёл к нему в гараж, где разобрал сломанный снегоход и обнаружил, что на коленчатом вале пришли в негодность подшипники. Далее ФИО2 стал искать в пгт.Палана лиц, продающих запчасти, но нужной запчасти не нашёл. 30 или 31 марта 2024 года, он (ФИО1) вспомнил, что рядом с его домом расположена заброшенная дача, в гараже которой стоит снегоход, такой же как у ФИО2, о чём он сразу же рассказал последнему, добавив, что хозяин дачи ФИО4 на дачу не приходит. Спустя 1-2 дня, как уже обозначено выше, около 02-03 часов ночи ему на телефон позвонил ФИО2 и попросил подойти к своему гаражу. Подойдя к нему, он увидел ФИО2 вместе с ФИО14, которые принесли двигатель от снегохода. ФИО2 с ФИО14 занесли двигатель вовнутрь.

О неправомерных действиях сотрудников полиции при допросе ФИО1, матери ФИО1 стало известно со слов её сына. Вместе с тем, показания ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия, получены надлежащим образом. ФИО1 было разъяснено право не свидетельствовать против самого себя, он был предупреждён, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае его последующего отказа от этих показаний. Показания он давал добровольно, они им прочитаны, что подтверждается подписанным им протоколом допроса, замечаний после проведённого следственного действия от него не поступило.

В силу изложенного, изменение в последующем ФИО1 показаний, судом верно отнесено на достаточно длительный срок после имевших место событий, на вероятность ФИО1 оказать ФИО14 помощь избежать ответственности за содеянное, с учётом их знакомства.

Поскольку показания ФИО1, ФИО14 и ФИО2, полученные в ходе предварительного следствия согласуются между собой, суд обоснованно отверг показания последнего в судебном заседании Тигильского районного суда Камчатского края о том, что возможно ФИО14 уже ушёл в тот момент, когда к гаражу по его просьбе пришёл ФИО1.

Надлежащим образом судом оценены и отвернуты, исходя из совокупности, согласующихся между собой доказательств по делу, включая показания ФИО14, ФИО2, ФИО1, как несостоятельные показания свидетеля – механика СТО ФИО3 о невозможности быстрого снятия двигателя со снегохода, аудиозапись разговора с ФИО2, показания ФИО, отмечавших день рождения на даче, показания ФИО7 о том, что её сыном ФИО1 сотрудникам полиции даны неправдивые показания.

Не свидетельствуют о невиновности ФИО14 и показания свидетелей защиты ФИО о том, что ФИО14 с 21 часа 00 минут 31 марта 2024 года и до 09 часов 00 минут 1 апреля 2024 года находился на рабочем месте в котельной «Центральная», поскольку судом правильно установлено, что события, связанные с кражей двигателя со снегохода, произошли в период с 23 часов 00 минут 31 марта 2024 года по 23 часов 59 минут 2 апреля 2024 года. При этом, из их показаний следует, что ФИО14 совместно с ними находился на смене в период с 20:30 31 марта по 9:00 1 апреля 2025 года. ФИО указали на то, что они с ФИО14 работают на разных этажах. ФИО12 после того, как заступил на смену, 31 марта 2024 года, ФИО14 не видел. ФИО11 также показал, что отлучался, спускаясь в другое помещение. Из показаний ФИО следует, что они отмечали день рождения ФИО14 в период с 13 до 19 часов 1 апреля 2024 года. После этого ФИО14 отлучился, и до 22-22:30 находился у ФИО13 в гостях.

Способ снятия двигателя со снегохода, какие при этом использовались ФИО2 инструменты, на что обращено внимание защитника, не имеет значение для дела, так как из совокупности показаний ФИО явствует, что двигатель был снят со снегохода ФИО4, после чего он был перенесён в гараж ФИО1, где в последующем, согласно протоколу осмотра места происшествия от 14 мая 2024 года, он с участием ФИО2 и в присутствии ФИО1 был обнаружен в разобранном виде.

Все квалифицирующие признаки нашли своё подтверждение приведёнными в приговоре доказательствами.

Совершение кражи группой лиц по предварительному сговору явствует из предварительной договорённости ФИО2 и ФИО14 похитить имущество ФИО4. При этом соучастники заранее распределили роли, согласно которым ФИО14 должен был сообщить ФИО2 об обнаружении третьих лиц, пока последний снимает двигатель со снегохода.

Исходя из примечания 2 к ст.158 УК РФ, средней рыночной стоимости двигателя и глушителя, показаний потерпевшего о его и глушителя стоимости, получаемого им дохода, размер ущерба – 230 000 рублей, который является значительным для потерпевшего, судом определён верно.

Не вызывает у суда апелляционной инстанции обоснованность квалификации действий ФИО14 по признаку «с незаконным проникновением в хранилище», поскольку сарай, в котором находился снегоход использовался ФИО4 для хранения принадлежащего ему имущества.

Сделанное судом уточнение обвинения «с незаконного проникновения в помещение» на «незаконное проникновение в хранилище», как объективно отмечено судом, не ухудшает положение ФИО14, не нарушает его конституционные и процессуальные права.

Анализ приговора, касающийся совершения осуждённым квалифицированной кражи, свидетельствует о том, что обстоятельства, которые указаны в апелляционной жалобе были предметом рассмотрения суда первой инстанции. Приведённым доводам дана надлежащая оценка, они не содержат убедительных оснований для вывода суда о невиновности ФИО14.

Согласно ст.123 Конституции РФ судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон. Органы предварительного следствия представили суду доказательства, которые, по их мнению, подтверждали виновность ФИО14 в совершении преступления. Эти доказательства исследованы в судебном заседании, оценены судом, и суд пришёл к выводам, изложенным в приговоре.

Приведённые в апелляционной жалобе доводы по существу сводятся к переоценке доказательств, которые оценены судом по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст.17 УПК РФ. То обстоятельство, что данная судом оценка доказательств по делу не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований ст.88 УПК РФ при постановлении приговора и не является основанием для его отмены по доводам апелляционной жалобы.

Сведений о предвзятости или заинтересованности в исходе дела в отношении ФИО14 со стороны правоохранительных органов, свидетелей, ФИО2, суда материалы дела не содержат.

При назначении ФИО14 наказания суд руководствовался положениями ст.6, 60, 61 УК РФ, отталкиваясь от характера и степени общественной опасности преступления, личности виновного, признанного и приведённого судом в приговоре обстоятельства, смягчающего наказание (явка с повинной), отсутствия обстоятельств, отягчающих наказание, влияние назначенного наказания на исправление ФИО14 и условия его жизни.

Суд учёл цели наказания – восстановление социальной справедливости, исправление осуждённого, предупреждение совершение новых преступлений (ст.43 УК РФ).

Каких-либо исключительных обстоятельств, подлежащих обязательному учёту при назначении наказания и способных смягчить определённые судом вид и размер наказания, не усматривается.

Оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, а также для применения положений, предусмотренных ст.64 УК РФ, суд не нашёл, с чем соглашается и апелляционная инстанция.

Вопреки доводам апелляционного представления, вопросы, касающиеся зачёта в срок отбытия наказания в виде лишения свободы времени содержания под стражей и времени нахождения осуждённого под домашним арестом решаются в случае отмены условного осуждения.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену или изменение приговора о виновности ФИО14 в совершении преступления, предусмотренного п.«а», «б», «в» ч.2 ст.158 УК РФ, судом не допущено.

Между тем, суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим отмене по доводам апелляционного представления в части оправдания ФИО14 в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.167 УК РФ, ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела и существенного нарушения уголовно-процессуального закона на основании ст.389.16, 389.17 УПК РФ.

В соответствии со ст.305 УПК РФ в описательно-мотивировочной части оправдательного приговора излагаются существо предъявленного обвинения, обстоятельства уголовного дела, установленные судом, основания оправдания подсудимого и доказательства их подтверждающие, мотивы по которым суд отверг доказательства, представленные стороной обвинения. Не допускается включение в приговор формулировок, ставящих под сомнение невиновность оправданных.

Приговор в отношении ФИО14 касательно его оправдания по обвинению в умышленном уничтожении и повреждении чужого имущества, если эти деяния повлекли причинение значительного ущерба, совершённые путём поджога, нельзя признать законным и обоснованным, поскольку во время судебного разбирательства не были в полной мере проверены доказательства обвинения, собранные в процессе предварительного следствия, и оправдательный приговор основан на их необъективной оценке, а выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют обстоятельствам дела.

Фактически суд односторонне подошёл к оценке доказательств, рассмотрев каждое доказательство в отдельности, а не в совокупности, как это обязывает закон.

Оправдывая ФИО14 в совершении этого преступления, суд указал, что только показания подсудимого в ходе предварительного следствия являются относимыми доказательствами. Согласно данным показаниям ФИО14 поджог гараж ФИО1, облив пол гаража бензином из канистры, которая находилась в гараже. Он поджог фрагмент ткани, после чего положил его на облитый бензин, отчего он загорелся, прикрыл ворота гаража и отправился домой. Однако, эти показания ФИО14 не подтвердил, сообщив, что в ночь с 14 на 15 мая 2024 года он находился дома. Показания даны им в результате оказанного на его давления сотрудниками полиции.

Суд констатировал, что признательных показаний ФИО14 не достаточно для вывода о его виновности.

При этом, суд оставил без должной оценки то, что ФИО14 дал показания относительно поджога гаража одновременно с показаниями о краже двигателя снегохода, совершённой совместно с ФИО2. Как усматривается из дела, следственное действие было проведено в присутствии адвоката, по его завершении замечаний от стороны защиты не поступило. Доводы ФИО14 об оказании давления на него сотрудниками полиции, были проверены, после чего в отношении них вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. При этом, мотивом поджога гаража, согласно показаниям ФИО14, явилось наличие обиды на ФИО2, хранившего там свои вещи, и показавшего на него (ФИО14), как на соучастника совершения кражи имущества ФИО4.

Также, не дана судом оценка показаниям ФИО14 в совокупности с заключением эксперта от 13 июля 2024 года № касательно способа поджога гаража, согласно которому ФИО14 облил пол гаража бензином, то есть сделал это внутри данного помещения, после чего поджог фрагмент ткани, который бросил на облитый бензином на пол, отчего он загорелся. В заключении эксперта отражено, что очаг пожара находится в пределах внутреннего объёма помещения гаражного строения, вероятно на нижнем уровне, в зоне большого пятна, выгоревшего ЛКП в форме размытого факела на металлической обшивке. Непосредственно технической причиной возникновения пожара, вероятно было воспламенение деревянных конструкций и горючих материалов от источника открытого огня. Согласно п.1.2 исследовательской части заключения эксперта место возникновения пожара находится, вероятно, на нижнем уровне, ближе к левой стене, в зоне большого пятна, выгоревшего ЛКП на металлической обшивке (снаружи), на что указывают: наличие очагового конуса-большого конусообразного пятна выгорания лакокрасочного покрытия на металлическом профлисте (обшивке) левой стены с признаками локальности, в форме размытого факела вершиной вниз.

Тем самым из этих доказательств усматривается, что способ возгорания и его место, указанные в показаниях ФИО14 и обозначенные в заключении эксперта имеют совпадения.

Однако данному фактору оценка судом не дана. В то же время, в приговоре имеется ссылка на заключение эксперта №, поступившее от стороны защиты об отсутствии на представленных на исследование объектах следов нефтепродуктов, легковоспламеняющихся жидкостей и горюче-смазочных материалов. При этом, суд в приговоре не указал причины, по которым принял одни доказательства и отверг другие. Между тем, о наличии в гараже канистр, в которых находился бензин в остаточных количествах, дал показания потерпевший ФИО1. Также он сообщил, что печь, имеющаяся в гараже, не топилась с апреля, электрический щиток был исправен.

Согласно материалам дела ФИО14 проживает в непосредственной близости от сгоревшего гаража. Свидетель ФИО6 является дедушкой ФИО14, свидетель ФИО8 сожительствует с ФИО6, а свидетели ФИО – знакомые ФИО14, что может свидетельствовать об их заинтересованности в исходе дела, однако этим факторам, в соотношении с другими указанными выше доказательствами по делу, в приговоре не даны суждения.

Таким образом, суд первой инстанции нарушил требования, установленные ст.88 УПК РФ, касающиеся правил оценки доказательств, не учёл обстоятельства, которые могли существенно повлиять на его выводы относительно оправдания ФИО14.

В этой связи приговор в данной части не может быть признан законным, обоснованным и справедливым.

Допущенное судом нарушение уголовно-процессуального закона является существенным и неустранимым без направления уголовного дела на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда.

При новом рассмотрении дела по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.167 УК РФ, суду надлежит устранить допущенные нарушения, принять меры к объективному, всестороннему и полному исследованию доказательств по делу с учётом доводов, изложенных в апелляционном представлении, принять законное, обоснованное и справедливое решение.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, которая действовала в период судебного производства по делу, сохраняет своё действие.

Руководствуясь ст.389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 29 сентября 2025 года в отношении ФИО14 в части оправдания по ч.2 ст.167 УК РФ и признания за ним права на реабилитацию отменить, направив уголовное дело в этой части на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда со стадии судебного разбирательства.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, апелляционное представление удовлетворить частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора.

Осуждённый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий