Апелляционное определение № 33-7519/2025 от 22 декабря 2025 г.

ВОРОНЕЖСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

Дело № 33-7519/2025

Дело № 2-659/2025

УИД 36MS0107-01-2025-001528-26

Строка № 2.212


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Воронеж 23.12.2025

Судебная коллегия по гражданским делам Воронежского областного суда в составе:

председательствующего

ФИО1,

судей

ФИО2, Сорокина Д.А.,

при секретаре Побокиной М.Д.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в помещении Воронежского областного суда по докладу судьи Сорокина Д.А. гражданское дело № 2-659/2025 по иску ФИО3 к ФИО4 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением,

по апелляционной жалобе ФИО3 на решение Россошанского районного суда Воронежской области от 15.10.2025,

(судья районного суда Рогачев Д.Ю.),

УСТАНОВИЛА:

ФИО3 обратился к ФИО4 с требованиями взыскать в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, 500 000 рублей, судебные расходы на представителя в размере 28 000 рублей (л.д. 5-7).

Указал, что приговором мирового судьи судебного участка №2 в Россошанском судебном районе Воронежской области от 27.05.2025 по уголовному делу №1-7/2025, вступившим в законную силу 29.07.2025 ответчик признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 112 УК РФ с назначением наказания в виде ограничения свободы сроком на 10 месяцев. Апелляционным постановлением Россошанского районного суда Воронежской области от 29.07.2025, приговор мирового судьи в части разрешения гражданского иска потерпевшего ФИО3 отменен, гражданский иск направлен на новое рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства. Ответчик совершил умышленное преступление небольшой тяжести при следующих обстоятельствах: 11.10.2023 около 09 час. 30 мин. на участке местности, прилегающем к частному домовладению, расположенному по адресу: <адрес>, между ФИО3 и ФИО4, на почве возникших личных неприязненных отношений, произошла ссора. В ходе данной ссоры, испытывая личную неприязнь к ФИО3, ФИО4 в указанное время, в указанном месте, умышленно, осознавая преступный характер своих действий, желая достижения преступных целей, с целью причинения телесных повреждений ФИО3, нанес последнему не менее одного удара своей правой рукой в левую область головы, после чего ФИО3 присел на свое колено, и ФИО4 нанес ему еще не менее одного удара коленом своей левой ноги в область нижней челюсти. Своими действиями ФИО4 причинил ФИО3 физическую боль и телесные повреждения в виде <данные изъяты>. Согласно заключению эксперта от 27.03.2024 № 135 повреждение в виде <данные изъяты> квалифицируется как причинившее вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья на срок свыше трех недель от момента причинения травмы. Повреждение в виде <данные изъяты> квалифицируется как причинившее легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья на срок не свыше трех недель (до 21 дня включительно) от момента причинения травмы. Повреждения в виде <данные изъяты> расцениваются как в совокупности, так и каждое в отдельности, как не причинившие вреда здоровью человека. В результате преступных действий ФИО4 истцу был причинен моральный вред, выразившийся в причинении его здоровью вреда средней тяжести, что повлекло за собой длительное лечение, которое до настоящего времени не окончено, так как после травмы челюсти возникла необходимость в последующем лечении зубов, из-за случившегося истец испытывал сильную боль от полученной травмы, плохо спал по ночам, его до сих пор беспокоят травмы. Кроме того, до настоящего времени ФИО4 извинений не попросил и не попытался каким-либо образом загладить причиненный вред.

Решением Россошанского районного суда Воронежской области от 15.10.2025 исковые требования удовлетворены частично, с ФИО4 в пользу ФИО3 взыскана компенсация морального вреда в размере 100000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 20000 руб. (л.д. 132, 133-138).

В апелляционной жалобе ФИО3 просит решение суда изменить, увеличив размер компенсации морального вреда, причиненного преступлением до 500000 руб., расходы на оплату услуг представителя – до 28000 руб. В обоснование доводов жалобы указывает, что ссылка суда на совершение ответчиком преступления в результате противоправного поведения истца является необоснованной, поскольку из показаний допрошенных свидетелей Р.М.Н., С.Ю.А., Н.Р.П. не видно, в чем оно заключалось, что явилось поводом для совершения преступления, кто являлся инициатором конфликта; рапорт начальника смены ДЧ ОМВД России по Россошанскому району от 11.10.2023, определение УУП ОУУП и ПДН ОМВД России по Россошанскому району о возбуждении дела об административном правонарушении и наличие административного расследования не могут свидетельствовать о нанесении ответчику каких-либо ударов; показания свидетеля С.О.В., пояснившей, что истец наносил удары ответчику по руке, опровергаются показаниями истца в качестве потерпевшего, положенными в основу приговора. При определении размера компенсации морального вреда, суд не учел поведение потерпевшего: как после совершения преступления, так и в суде он извинений не принес, добровольно моральный вред не компенсировал; суд не учел, что истец является инвалидом 3 группы, нанесение ударов, в том числе по голове, отрицательно повлияли на общее физическое состояние истца. При взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя, судом не соблюден принцип разумности (л.д. 146-147).

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ответчик ФИО4 возражал против доводов апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте слушания дела извещены надлежащим образом, о причинах неявки не сообщили, каких-либо доказательств наличия уважительных причин неявки в судебное заседание не представили.

С учетом мнения участвующих в деле лиц и в соответствии с требованиями статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, рассмотрев дело в соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в жалобе, заслушав явившихся лиц, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (часть 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (часть 2).

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» даны разъяснения о том, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Как следует из части 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

На основании положений статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Согласно пункту 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Пункт 30 вышеуказанного постановления предусматривает, что при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости. В связи с этим, сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания, устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

В силу частей 2, 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица. Вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем, исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, приговором мирового судьи судебного участка № 2 в Россошанском судебном районе Воронежской области от 27.05.2025 ФИО4 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 112 Уголовного кодекса Российской Федерации, и ему назначено наказание в виде ограничения свободы на срок 10 месяцев. Гражданский иск потерпевшего о компенсации морального вреда удовлетворен частично в размере 120000 рублей (л.д. 20-25).

Апелляционным постановлением Россошанского районного суда Воронежской области от 29.07.2025 приговор мирового судьи в части разрешения гражданского иска потерпевшего ФИО3 отменен, гражданский иск направлен на новое рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства. В остальной части приговор оставлен без изменения, а апелляционная жалоба ФИО3 без удовлетворения (л.д. 30-37).

Приговором мирового судьи установлено, что 11.10.2023 около 09 час. 30 мин. на участке местности, прилегающем к частному домовладению, расположенному по адресу: <адрес>, между ФИО3 и ФИО4, на почве возникших личных неприязненных отношений, произошла ссора. В ходе данной ссоры, испытывая личную неприязнь к ФИО3, ФИО4 в указанное время, в указанном месте, умышленно, осознавая преступный характер своих действий, желая достижения преступных целей, с целью причинения телесных повреждений ФИО3, нанес последнему не менее одного удара своей правой рукой в левую область головы, после чего ФИО3 присел на свое колено, и ФИО4 нанес ему еще не менее одного удара коленом своей левой ноги в область нижней челюсти. Своими действиями ФИО4 причинил ФИО3 физическую боль и телесные повреждения в виде <данные изъяты>.

Таким образом, вышеуказанным приговором суда установлена вина ответчика ФИО4 в причинении истцу вреда здоровью средней тяжести.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы №135 от 27.03.2024, потерпевшему ФИО3 причинены следующие повреждения: <данные изъяты>. При этом повреждение в виде <данные изъяты> квалифицируется как причинившее вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья на срок свыше трех недель от момента причинения травмы. Повреждение в виде <данные изъяты> квалифицируется как причинившее легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья на срок не свыше трех недель (до 21 дня включительно) от момента причинения травмы. Повреждения в виде <данные изъяты> расцениваются как в совокупности, так и каждое в отдельности, как не причинившие вреда здоровью человека (л.д. 8-14).

Как следует из сведений, указанных в заключении судебно-медицинской экспертизы №135 от 27.03.2024, после совершения преступных действий ФИО3 самостоятельно обращался за медицинской помощью в травматологическое отделение БУЗ ВО «Россошанская РБ», где проходил лечение в условиях дневного стационара с 11.10.2023 по 17.10.2023, консультирован стоматологом, затем выписан на амбулаторное лечение с основным заболеванием «<данные изъяты> (медицинская карта стационарного больного №2345). Из медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №14379 БУЗ ВО «Россошанская РБ», следует, что 24.10.2023 ФИО3 обратился с жалобами на <данные изъяты>. Лечение: <данные изъяты>.

В судебном заседании суда первой инстанции представитель истца пояснил, что после полученных травм истец был вынужден обратиться за оказанием медицинской помощи к травматологу и стоматологу, не мог полноценно питаться, осуществлять трудовую деятельность. В результате неправомерных действий ответчика истец испытывал как физические, так и нравственные страдания, в связи с изменением внешнего облика.

Согласно справке с места работы от 29.09.2025, ФИО4 работает в ГБПОУ ВО «РКММП» в должности водитель автомобиля с 27.11.2024 по настоящее время (л.д. 67). Общая сумма дохода ФИО4 за восемь месяцев 2025 составила 259586,20 рублей, что подтверждается справкой 2-НДФЛ (л.д. 68). По месту работы ФИО4 зарекомендовал себя с положительной стороны, грамотным и ответственным работником. В течение работы в организации ФИО4 не было совершено ни одного дорожно-транспортного происшествия. В нарушениях трудовой дисциплины замечен не был. В отношениях с коллегами вежлив, спокоен, дружелюбен, корректен. Выговоров и взысканий не имеет (л.д. 69).

Из материалов дела следует, что до совершения противоправных действий в отношении ФИО3 ответчик не привлекался к уголовной и административной ответственности (л.д. 116, 117), на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит (л.д. 17), по месту жительства характеризуется положительно (л.д. 16 оборот).

Оценивая доводы ответчика о противоправном поведении самого потерпевшего, суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

Стороной ответчика в подтверждение этих доводов представлены следующие доказательства.

Согласно рапорту начальника смены ДЧ ОМВД России по Россошанскому району от 11.10.2023, от медицинской сестры БУЗ ВО «Россошанская РБ» 11.10.2023 в 18 час. 21 мин. поступило сообщение, что в приемное отделение обратился ФИО4 с предварительным диагнозом <данные изъяты> и ФИО3 с предварительным диагнозом <данные изъяты> (л.д. 113).

Определением УУП ОУУП и ПДН ОМВД России по Россошанскому району по указанному факту возбуждено дело об административном правонарушении и проведении административного расследования, в связи с наличием в действиях ФИО3 признаков административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 КоАП РФ (л.д. 114).

18.09.2025, прокуратурой Воронежской области ФИО4 дан ответ, согласно которому в действиях ФИО5 усмотрены признаки административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 КоАП РФ. По данному факту в целях привлечения его к административной ответственности проводится административное расследование, которое не завершено. В связи с допущенными нарушениями при производстве административного расследования в адрес начальника ОМВД межрайонной прокуратурой 13.08.2025 внесено представление, которое рассмотрено и удовлетворено. Приняты меры, направленные на завершение расследования и вынесение законного окончательного решения (л.д. 96-97).

Административное расследование было прекращено 11.10.2025 по истечении срока привлечения ФИО6 к административной ответственности ввиду того, что не представилось возможным установить место нахождения истца (л.д. 168).

В материалах уголовного дела №1-7/2025 имеется протокол допроса свидетеля Р.М.Н., который был очевидцем словесной ссоры между ФИО4 и ФИО3 Свидетель показал, что ФИО3 вел себя агрессивно и размахивал руками. ФИО4 сел в свой автомобиль марки «Рено Сандеро» госномер № и попытался выехать. В это время ФИО3 нанес несколько ударов рукой по автомобилю ФИО4 (л.д. 115).

Допрошенный в судебном заседании свидетель С.Ю.А., суду пояснила, что истец ФИО3 проживает рядом с учебным заведением, в котором она работает, и он постоянно скандалил с поставщиками продукции и студентами училища. Поставщики товаров привозили продукцию в учебное заведение, а ФИО3 не нравилось, что автомобили проезжают рядом с его домом и паркуются, также он постоянно ругался со студентами из-за того, что они парковали автомобили рядом с его домом. О произошедшем между ФИО4 и ФИО3 конфликте ей стало известно со слов коллег.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Н.Р.П., суду пояснила, что она знакома с ответчиком ФИО4, работала бухгалтером в ГБПОУ «РХМТ», а он работал в указанной организации водителем. В октябре 2024 она уводилась с указанной организации. ФИО3 известен ей тем, что между ними часто возникали конфликты по поводу парковки её автомобиля рядом с учебным заведением. В эти минуты он был агрессивен, позволял себе нецензурные выражения в её адрес. При этом она ПДД РФ не нарушала, парковалась на территории учебного заведения. Поставщики товаров, часто жаловались на ФИО3, говорили, что он ведет себя агрессивно, препятствует парковке автомобиля. Произошедший между ФИО4 и ФИО3 конфликт она лично не видела, в это время она находилась на втором этаже учебного заведения, однако она слышала, как они ругались. После произошедшего ФИО3 своего поведения не изменил, продолжал всячески препятствовать проезду транспортных средств к зданию учебного заведения, вкапывал в землю покрышки.

Допрошенный в судебном заседании свидетель С.О.В., суду пояснила, что она знакома с ответчиком ФИО4, т.к. ранее они вместе работали в одной организации ГБПОУ «РХМТ» она охранником, а ответчик водителем. ФИО3 она знает, он проживает рядом с ГБПОУ «РХМТ». Известен он тем, что постоянно ругался с водителями автомобилей, подъезжающими к зданию техникума, поставщиками канцелярских товаров, преподавателями, студентами. Произошедший между ФИО4 и ФИО3 конфликт она видела лично из окон первого этажа ГБПОУ «РХМТ». 11.10.2023 ФИО4 на автомобиле подъехал к зданию ГБПОУ «РХМТ», а ФИО3 выбежал и стал на него ругаться, затем ФИО3 несколько раз ударил кулаком по автомобилю ФИО4 ФИО4 вышел из автомобиля и стал с ним разговаривать, однако ФИО3 ударил его по руке, на что ФИО4 ударил его в ответ.

Оценивая показания данных свидетелей, суд первой инстанции, не нашел оснований им не доверять.

С учетом изложенного, анализируя обстоятельства совершенного преступления, суд первой инстанции пришел к выводу о противоправности поведения потерпевшего, явившейся поводом для преступления.

Разрешая требования о компенсации морального вреда, суд первой инстанции, исходя из установленных по делу обстоятельств, пришел к выводу, что факт причинения вреда здоровью истца неправомерными действиями ответчика, а также причинно-следственная связь между данными действиями и наступившими последствиями нашли подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции, принимая во внимание характер физических и нравственных страданий, причиненных истцу неправомерными действиями ответчика, степень вины ответчика, степень тяжести причиненных телесных повреждений, возраст истца, его состояние здоровья, характер и степень переживаний, имущественное и семейное положение ответчика, не установив обстоятельств, дающих основание для освобождения ФИО4 от ответственности за причиненный вред, учитывая требования разумности и справедливости, взыскал с ФИО4 в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, не находя правовых оснований для взыскания компенсации морального вреда в заявленном истцом размере 500 000 рублей.

Судом отмечено, что определенный размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции РФ), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

При разрешении требований истца о взыскании расходов по оплате услуг представителя в размере 28 000 рублей, из которых: составление искового заявления – 8 000 рублей, участие представителя в судебном заседании 30.09.2025 – 10 000 рублей, участие представителя в судебном заседании 15.10.2025 – 10000 рублей, судом установлены следующие обстоятельства.

Интересы истца по настоящему гражданскому делу представлял адвокат Скуратов К.Н., действующий на основании ордера №374 от 30.09.2025 (л.д. 61).

Адвокатом Скуратовым К.Н. доверителю оказаны следующие юридические услуги: составление искового заявления – 8 000 рублей, представительство в судебном заседании от 30.09.2025 – 10 000 рублей, представительство в судебном заседании от 15.10.2025 – 10 000 рублей.

В подтверждение понесенных расходов истцом представлены: квитанция к приходному кассовому ордеру №106 от 15.05.2025 на сумму 8000 рублей (л.д. 118), квитанция к приходному кассовому ордеру №456 от 30.09.2025 на сумму 10000 рублей, квитанция к приходному кассовому ордеру №472 от 15.10.2025 на сумму 10000 рублей (л.д. 118, 119).

Разрешая требование истца о взыскании расходов на представителя, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 98, 100 ГПК РФ, разъяснениями, содержащимися в пунктах 10, 11, 12, 13, 14, 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», исходя из принципа разумности размера подлежащих отнесению на ответчика судебных расходов, суд первой инстанции снизил их размер до 20 000 рублей, из которых 6 000 рублей - составление искового заявления, 14000 рублей за участие представителя в двух заседаниях (по 7000 р. за каждое).

Судебная коллегия соглашается с обоснованностью выводов суда первой инстанции, поскольку они основаны на совокупном исследовании имеющихся в деле доказательств, не противоречат действующему законодательству, подробно аргументированы в оспариваемом судебном решении.

В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ч. 1).

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ч. 3).

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (ч. 1).

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (ч. 2).

В соответствии с ч.1 ст. 196 ГПК РФ при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

В мотивировочной части решения суда должны быть указаны фактические и иные обстоятельства дела, установленные судом, выводы суда, вытекающие из установленных им обстоятельств дела, доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле, законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии решения, и мотивы, по которым суд не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле (ч. 4 ст. 198 ГПК РФ).

При рассмотрении настоящего дела судом первой инстанции приведенные выше нормы процессуального права соблюдены.

Доводы истца о наличии у него инвалидности 3 группы не подтверждены относимыми и допустимыми доказательствами по делу, поскольку в материалы гражданского дела справка об инвалидности истцом не представлялась.

Доводы апелляционной жалобы истца о том, что взысканный судом размер компенсации морального вреда занижен, и определен без учета всех обстоятельств, имеющих значение для дела, что суд не учел поведение ответчика после совершения преступления, который не извинился и добровольно моральный вред не компенсировал, не в полной мере оценил длительность неблагоприятных воздействий причиненных травм, их количество, тот факт, что ФИО4 наносил удары в жизненно важный орган - голову, о том, что суд неправомерно пришел к выводу о противоправном поведении потерпевшего, спровоцировавшего конфликт, судебной коллегией отклоняются, поскольку повторяют правовую позицию истца, высказанную при рассмотрении дела в суде первой инстанции, не влияют на обоснованность и законность судебного решения, не опровергают выводов суда.

Суд первой инстанции, проанализировав собранные по делу доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ установил, что конфликт между истцом и ответчиком, в результате которого ответчик причинил истцу средней тяжести вред здоровью, произошел, в том числе, ввиду умышленных действия самого потерпевшего, который, как следует из собранных по делу и проанализированных судом первой инстанции доказательств, перекрыл своим автомобилем ответчику выезд с места, где был припаркован автомобиль ФИО4, кричал на ответчика, выражаясь, в том числе, нецензурной бранью, наносил удары по автомобилю ответчика, нанес удар в область кисти левой руки ответчика, которая ранее была травмирована (<данные изъяты> - л.д. 89), в момент конфликта ФИО4 ходил с повязкой на этой руке. В частности, данные обстоятельства подтверждаются свидетельскими показаниями Р.М.Н. (л.д. 115), показаниями свидетеля С.О.В., которые являлись непосредственными свидетелями происшедшего конфликта и не заинтересованы в исходе дела.

Доводы истца о том, что показания названных свидетелей опровергаются его показаниями в качестве потерпевшего (л.д. 60-62), поскольку были положены в основу обвинительного приговора суда, а также доводы истца о том, что при рассмотрении уголовного дела суд не установил в качестве смягчающего обстоятельства противоправное поведение потерпевшего, основаны на ошибочном толковании положений ч.4 ст. 61 ГПК РФ, поскольку в силу данной нормы вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого он вынесен, по вопросам имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом, то есть речь в данной норме идет о действиях осужденного, а не потерпевшего. Как разъяснено в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" в силу части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом.

В связи с этим, при рассмотрении гражданского дела о гражданско-правовых последствиях действий подсудимого суд не лишен возможности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон, что и было сделано судом первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца по делу.

Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. Компенсация морального вреда должна возместить потерпевшему понесенные им физические и нравственные страдания. Исходя из конкретных обстоятельств настоящего дела, судом указанные условия соблюдены.

Размер компенсации морального вреда в сумме 100000 рублей определен судом в соответствии с вышеприведенными нормами, исходя из характера и степени физических и нравственных страданий истца, причиненных неправомерными действиями ответчика, индивидуальных особенностей истца, его возраста, состояния здоровья, характера и степени его переживаний, степени вины причинителя вреда и обстоятельств причинения вреда, имущественного и семейного положения ответчика, требований разумности и справедливости, которые в данном случае судом первой инстанции учтены в полной мере. Совокупность объема и характера причиненных истцу нравственных страданий позволяют установить размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца в сумме 100 000 рублей, поэтому суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для взыскания компенсации морального вреда в большей сумме.

Определенный размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции РФ), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

При таких обстоятельствах судебная коллегия полагает, что судом первой инстанции были исследованы все юридически значимые по делу обстоятельства и дана надлежащая оценка собранным по делу доказательствам. Все собранные по делу доказательства оценены судом первой инстанции по правилам ст. ст. 12, 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, результаты оценки доказательств отражены в решении, в котором приведены мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, определяя размер судебных издержек, подлежащих взысканию с ответчика в пользу истца по делу, суд первой инстанции верно руководствовался положениями статей 98, 100 ГПК РФ, разъяснениями, содержащимися в пунктах 10, 11, 12, 13, 14, 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», принял во внимание объем защищаемого права, категорию спора, уровень его сложности, затраченное представителем истца время на рассмотрение дела, признал обоснованными понесенные истцом расходы на составление искового заявления, участие представителя истца в двух судебных заседаниях 30.09.2025, 15.10.2025, при этом снизил их размер до 20 000 рублей, из которых 6 000 рублей - составление искового заявления, 7000 рублей за участие в каждом судебном заседании (длительность 30.09.2025 - 45 минут, 15.10.2025 - 1 ч. 15мин.- л.д. 121-122, 128-131), то есть всего за два заседания 14 000 рублей.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, аналогичны позиции стороны истца, изложенной в суде первой инстанции, были предметом исследования и оценки суда первой инстанции, необоснованность их отражена в судебном акте с изложением соответствующих мотивов, доводы апелляционной жалобы не содержат обстоятельств, нуждающихся в дополнительной проверке, нарушений норм материального права и норм процессуального права, влекущих отмену решения, по делу не установлено.

Руководствуясь частью 1 статьи 327.1, статьями 328 - 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Россошанского районного суда Воронежской области от 15.10.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО3 без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи коллегии:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 30.12.2025