Приговор № 1-52/2024 от 22 апреля 2024 г. по делу № 1-52/2024

№ 1-52/2024 УИД: 51RS0006-01-2024-000593-56


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

город Мончегорск 23 апреля 2024 года

Мончегорский городской суд Мурманской области в составе председательствующего судьи Большаковой Т.А.,

при секретаре судебного заседания Дейченковой М.А.,

с участием государственных обвинителей Блескиной Д.И., Ботвенко Е.И.,

защитника – адвоката Крайнюченко В.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, ...., несудимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, при следующих обстоятельствах.

В период с 6 часов 00 минут <дд.мм.гггг> по 6 часов 6 минут <дд.мм.гггг> ФИО1, находясь по месту жительства в <адрес>, в ходе конфликта с С.А.А., возникшего на почве личных неприязненных отношений, действуя умышленно, используя в качестве оружия нож хозяйственно-бытового назначения, нанес С.А.А. этим ножом один удар в область живота, причинив ему физическую боль и телесное повреждение в виде проникающего колото-резаного ранения передней брюшной стенки со сквозным повреждением правой доли печени, осложнившегося гемоперитонеумом (скопление крови в брюшной полости), которое по признаку опасности для жизни человека оценивается как причинившее тяжкий вред здоровью.

В судебном заседании ФИО1 свою вину в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, признал частично, указав, что действовал неумышленно, оборонялся.

Вместе с тем, виновность ФИО1 в совершении вменяемого ему преступления подтверждается совокупностью исследованных в ходе судебного следствия доказательств.

Из показаний подсудимого ФИО1, данных в судебном заседании, в ходе предварительного расследования, оглашенных в порядке ст. 276 УПК РФ (т. 1 л.д. 64-67, 68-71, 114-117, 138-139), следует, что вечером <дд.мм.гггг> к нему в гости пришел С.В.В. Они расположились в большой комнате квартиры, за журнальным столиком, распивали водку, общались. Он сидел на диване, С.А.А. рядом на стуле. В какой-то момент между ним и С.А.А. возник словесный конфликт, в процессе которого С.А.А. его ударил рукой по лицу, отчего он упал, но быстро поднялся и сел на то же место, физической боли от удара не ощутил. Они успокоились, продолжили общаться, распивать спиртное. Затем между ними снова произошел спор, в ходе которого они стали общаться на повышенных тонах. С.А.А. привстал и немного наклонился в его сторону, занеся руку над своей головой, продолжал кричать, что-то доказывать. При этом в руках у С.А.А. ничего не было, угроз в его (ФИО1) адрес он не высказывал. Разозлившись на С.А.А. за такое поведение, он решил причинить С.А.А. телесные повреждения. Он взял со столика, за которым они сидели, кухонный нож и нанес им один удар в верхнюю часть живота С.А.А., который от удара закричал, сказав, что ему больно. Он увидел кровь в области живота С.А.А., принес ему рулон туалетной бумаги, чтобы тот приложил бумагу к ране. С.А.А. снял кофту желтого цвета, в которой он находился до этого. Они еще немного посидели, после чего С.А.А. ушел домой, оставив свою кофту у него дома.

В протоколе осмотра места происшествия (т. 1 л.д. 53-57) <адрес> зафиксировано обнаружение и изъятие кофты желтого цвета, трех ножей, каждый из которых в соответствии с заключением эксперта №.... не является холодным оружием (т. 1 л.д. 76-79).

Ножи, кофта осмотрены следователем (т. 1 л.д. 98-102, 123-124, 108-112), отображено наличие прореза на кофте в области проекции живота, характерного для повреждения, оставленного острым предметом (ножом), вокруг которого имеются пятна крови человека. Присутствующие при осмотрах С.А.А. и ФИО1, оба указали на один и тот же нож с деревянной рукоятью темно-коричневого цвета и клинком длиной 100 мм, шириной 14 мм, которым подозреваемый нанес удар в область живота потерпевшему, и на клинке которого обнаружены пятна крови человека, а также на то, что кофта принадлежит С.А.А., кровь на ней образовалась после нанесения ему удара ножом ФИО1 Предметы признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественного доказательства (т. 1 л.д. 128).

Из показаний свидетеля К.А.О., данных в ходе предварительного расследования, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ (т.1 л.д. 49-50), следует, что он проживает совместно со С.А.А. <дд.мм.гггг> в вечернее время он находился дома, ближе к ночи в квартиру вернулся С.А.А. Когда тот стал переодеваться, он увидел у него в области живота рану со следами крови. Из беседы со С.А.А. он понял, что того ударил ножом знакомый, к которому он ходил распивать спиртное, проживающий в <адрес> Он периодически в ходе общения предлагал вызвать «скорую помощь», но С.А.А. отказывался. Ближе к утру <дд.мм.гггг> С.А.А. стало хуже, и он отвез его на такси в больницу. .... ....

В дежурную часть ОМВД России «Мончегорский» <дд.мм.гггг> в 6 часов 47 минут из ГОАУЗ «Мончегорская центральная районная больница» поступило сообщение об обращении за медицинской помощью С.А.А., которому поставлен диагноз: проникающая колото-резанная рана передней брюшной полости (т. 1 л.д. 16).

Потерпевший С.А.А., показания которого, данные в ходе предварительного расследования, оглашены в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ (т. 1 л.д. 103-106, 114-117), показал, <дд.мм.гггг> во второй половине дня он пришел в гости к знакомому – ФИО1, проживающему в <адрес>, распивали водку. Кроме него и ФИО1 в квартире никого не было. На нем была надета кофта желтого цвета. Сидели в комнате за журнальным столиком, ФИО1 на диване, он же на стуле. В какой-то момент между ними произошла словесная ссора, оба встали со своих мест. Он нанес ФИО1 удар рукой в лицо, от которого тот пошатнулся и упал на пол, быстро встал и сел на диван. Конфликт между ними прекратился. Они продолжили распивать спиртное, общались. Со временем разговор вновь перешел на повышенные тона, он привстал, что-то объясняя ФИО1 В этот момент тот взял со стола кухонный нож и нанес им один удар ему (С.А.А.) в область живота. Он вскрикнул, т.к. испытал острую физическую боль. ФИО1 вытащил нож и бросил его обратно на стол. Он увидел у себя на животе кровоточащую рану и наливающуюся кровью кофту. Он снял кофту, поскольку она была в крови, стал прикладывать к ране туалетную бумагу, которую принес ФИО1 Потом ему стало хуже, и он ушел домой. Дома находился его знакомый К.А.О., которому он не сказал, кто причинил ему телесное повреждение, но в ходе разговора тот понял, что это сделал ФИО1 Утром <дд.мм.гггг> К.А.О. отвез его в больницу. ФИО1 перед ним извинился за содеянное, тот его простил.

В соответствии с заключением эксперта №.... (т. 1 л.д. 85-88) у С.А.А. имелось телесное повреждение в виде проникающего колото-резаного ранения передней брюшной стенки со сквозным повреждением правой доли печени, осложнившегося гемоперитонеумом (скопление крови в брюшной полости), которое образовалось незадолго до обращения за медицинской помощью <дд.мм.гггг> от однократного ударного травматического воздействия острого предмета, обладающего колюще-режущими свойствами, на основании квалифицирующего признака вреда, опасного для жизни человека, оценивается, как причинившее тяжкий вред здоровью.

Вышеперечисленные в настоящем приговоре доказательства суд признает относимыми и достоверными, поскольку они непротиворечивы, последовательны и полностью согласуются между собой, оснований не доверять им у суда не имеется, содержат сведения, относящиеся к предмету доказывания. Эти же доказательства являются допустимыми, поскольку получены без нарушений требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, предъявляемых к доказательствам, а в своей совокупности эти доказательства суд признает достаточными для разрешения настоящего уголовного дела по существу.

Анализируя совокупность доказательств, исследованных в ходе судебного разбирательства, суд приходит к следующим выводам.

Суд принимает за основу приговора показания подсудимого ФИО1, которые он давал в ходе предварительного расследования уголовного дела, оглашенные в судебном заседании в порядке ст. 276 УПК РФ. Эти показания даны в присутствии защитника, после разъяснения ФИО1, прав, предусмотренных ст. ст. 46, 47 УПК РФ, а также положений п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ, ст. 51 Конституции РФ. Данные показания ФИО1 логичны, последовательны на протяжении всего периода производства предварительного расследования, не изменялись в ходе проведения различных следственных действий, в том числе при очной ставке с потерпевшим, при их проверке на месте, в ходе которой подозреваемый лично продемонстрировал механизм нанесения ножевого ранения С.А.А. Кроме того, они в полной мере согласуются с иными, приведенными в приговоре доказательствами, в частности показаниями потерпевшего С.А.А. В связи с указанным суд признает их допустимым доказательством, полученным в соответствии с требованиями УПК РФ.

К показаниям подсудимого ФИО1 в судебном заседании относительно отсутствия у него умысла на причинение вреда здоровью С.А.А., а также об оборонительном характере своих действий, суд относится критически, расценивает их как линию защиты, обусловленную желанием снизить степень свой ответственности за содеянное.

Приведенные в приговоре показания потерпевшего С.А.А. в полной мере согласуются с оглашенными показаниями подсудимого об обстоятельствах совершенного преступления. Эти показания подтверждаются показаниями свидетеля К.А.О., который лично видел ножевое ранение у потерпевшего, пришедшего из гостей от ФИО1 Показания данных лиц логически дополняются иными доказательствами, имеющимися в материалах дела, исследованными в судебном заседании, в том числе протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого в квартире ФИО1 был изъят нож со следами крови, являющийся орудием преступления; одежда потерпевшего с прорезом в области проекции живота, характерным для повреждения, оставленного ножом; протоколом осмотра ножа, одежды потерпевшего; заключениями экспертов, согласно которым у С.А.А. имелось колото-резаное ранение передней брюшной стенки со сквозным повреждением правой доли печени, опасное для его жизни, повлекшее причинение тяжкого вреда здоровью, что согласуется с показаниями подсудимого и потерпевшего о локализации и характере причиненного телесного повреждения, а нож, изъятый в ходе осмотра места происшествия, является кухонным ножом хозяйственно-бытового назначения.

Учитывая вышеуказанное, суд, оценивая исследованные доказательства в их совокупности, приходит к выводу о полной доказанности виновности подсудимого в совершении вменяемого ему преступления и квалифицирует его действия по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия.Об умышленном характере действий подсудимого свидетельствуют его собственные показания, оглашенные в судебном заседании, о механизме нанесения удара ножом в область живота потерпевшего, подтвержденные в ходе проверки их на месте, в ходе очной ставки с потерпевшим, выбранное им орудие преступления – нож, предмет, обладающий большой травмирующей поверхностью, область нанесения телесных повреждений, живот, где расположены жизненно важные органы человека. То, что подсудимый ФИО1 действовал осознанно и целенаправленно, нанес удар с умыслом на причинение вреда здоровью потерпевшего, подтверждает и тот факт, что удар был нанесен с силой, достаточной для причинения проникающего колото-резаного ранения передней брюшной стенки со сквозным повреждением правой доли печени, осложнившегося гемоперитонеумом.

Суд отвергает доводы защитника Крайнюченко В.Н. о необходимости квалификации действий ФИО1 по ч. 1 ст. 114 УК РФ, поскольку анализ исследованных по делу доказательств позволяет сделать вывод как об отсутствии со стороны С.А.А. посягательства, опасного для жизни и здоровья ФИО1, так и угрозы такого посягательства.

Суд учитывает, что для квалификации действий ФИО1 по данной норме УК РФ необходимо установить, имело ли место состояние необходимой обороны. Основанием для вывода о необходимой обороне является наличие реальной угрозы жизни и здоровью посягающего в момент применения подсудимым насилия.

Так, из показаний и подсудимого, и потерпевшего следует, что между ними произошел взаимный словесный конфликт на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, в ходе которого С.А.А. действительно нанес удар ФИО1 При этом каких-либо предметов в руках у С.А.В. не было, угроз убийством или причинения тяжкого вреда он в адрес ФИО1 не высказывал. Затем конфликт был исчерпан, подсудимый и потерпевший продолжили общение, распитие спиртных напитков.

Суд отвергает доводы подсудимого ФИО1, изложенные им в ходе судебного разбирательства, о том, что он защищался от С.А.А., поскольку они непоследовательны, противоречат как его собственным многочисленным показаниям, данным на стадии предварительного расследования, оглашенным в судебном заседании, так и показаниям потерпевшего. Так, подсудимый в судебном заседании указал, что удар нанес С.А.А., обороняясь, поскольку предположил, что тот может нанести удар, при этом никаких предметов в руках у потерпевшего не было, угроз убийством или причинением тяжкого вреда здоровью тот не высказывал, реальных действий, свидетельствующих о намерении применить насилие в отношении ФИО1, не совершал. Более того, подсудимый указал, что в ходе ссоры С.А.А. использовал ненормативную лексику, но он (ФИО1) его выражения «пропускал мимо ушей», не воспринимал серьезно.

Оценивая в совокупности приведенные в приговоре доказательства, а именно степень и характер угрожавшей ФИО1 опасности, заключения экспертов, а также физические возможности отражения этой опасности, суд приходит к выводу, что удар ножом в область живота потерпевшего ФИО1 нанес не в процессе самообороны, а в процессе совместного распития спиртного, на почве личных неприязненных отношений, поскольку со стороны С.А.А. отсутствовало не только посягательство, опасное для ФИО1, но и какая-либо угроза такого посягательства, никаких насильственных действий, реально угрожающих его жизни и здоровью, со стороны С.А.А. не имелось.

В связи с указанным суд отвергает доводы защитника Крайнюченко В.Н. о том, что ФИО1 защищался, однако не оценил степень опасности и превысил пределы необходимой обороны, поскольку ФИО1 действовал умышленно и нанес удар ножом, не находясь в состоянии необходимой обороны.

В ходе судебного разбирательства представленными стороной государственного обвинения доказательствами установлено и доказано, что ФИО1 действовал умышленно, с целью причинения вреда здоровью потерпевшего, нанося удар ножом, то есть предметом, используемым в качестве оружия, обладающим высокими поражающими свойствами, в область расположения жизненно важных органов человека. В результате указанных действий потерпевшему было причинено ранение передней брюшной стенки со сквозным повреждением правой доли печени, осложнившегося гемоперитонеумом, квалифицированное, как причинившее тяжкий вред здоровью. В момент совершения вменяемого подсудимому преступления каких-либо противоправных действий со стороны потерпевшего не имелось.

Назначая наказание, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимому ФИО1, в соответствии с п.п. «и», «к» ч. 1 и ч. 2 ст. 61 УК РФ суд признает активное способствование расследованию преступления, выразившееся в даче подробных показаний об обстоятельствах совершенного преступления, механизме нанесения телесных повреждений потерпевшему, указание на орудие преступления в ходе проведения следственных действий, оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, которое заключилось в принятии мер к остановке кровотечения, а также признание им своей вины, принесение извинений потерпевшему, которые тем приняты, состояние здоровья, ...., а также поведение потерпевшего, явившегося активным участником обоюдного конфликта.

Суд не признает обстоятельством, смягчающим наказание подсудимому, противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом для совершения преступления, то есть предусмотренное п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ. По смыслу закона противоправным поведением признаются действия, нарушающие нормы права и одновременно чье-либо субъективное право. Из доказательств, исследованных в судебном заседании, установлено, что непосредственно перед совершением преступления между подсудимым и потерпевшим произошла ссора на почве внезапно возникших неприязненных отношений. При этом из показаний и ФИО1, и С.А.А. следует, что каких-либо аморальных и противоправных действий в отношении подсудимого, побудивших его совершить преступление, в той мере, в какой это могло быть признано обстоятельством, смягчающим наказание в соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ, потерпевший не совершал. В частности, судом не может быть в качестве противоправного поведения потерпевшего, явившегося поводом для совершения преступления, нанесенный С.А.А. удар ФИО1, поскольку, как указал сам подсудимый, на этом возникший конфликт был исчерпан, они продолжили спокойно общаться и распивать спиртные напитки, требований покинуть квартиру он С.А.А. не высказывал, то есть установлено и доказано, что этот поступок потерпевшего, отсроченный во времени, не явился поводом для преступления. Поведение потерпевшего, в частности его участие в конфликте, судом учтено в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, судом не установлено. Суд не учитывает в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения, поскольку взаимосвязь указанного состояния с совершением преступления в ходе судебного разбирательства не установлена.

При определении вида наказания суд учитывает, что санкцией ч. 2 ст. 111 УК РФ предусмотрен единственный безальтернативный вид основного наказания в виде лишения свободы на определенный срок, при этом каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного преступления, поведением подсудимого до и после его совершения, либо других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, не установлено, в связи с чем оснований для применения положений ст. 64 УК РФ при назначении наказания суд не усматривает.

Принимая во внимание, что ФИО1 привлекался к административной ответственности, в том числе за нарушение общественного порядка, при этом назначенные ему административные наказания не исполнены в течение длительного времени, что свидетельствует о его пренебрежительном отношении к нормам закона, ...., по месту жительства характеризуется отрицательно, суд полагает невозможным его исправление без реального отбывания наказания, в связи с чем положения ст. 73 УК РФ применению не подлежат.

При определении размера наказания суд учитывает, что ФИО1 на момент совершения преступления не судим, совокупность обстоятельств, смягчающих наказание, а также требования ч. 1 ст. 62 УК РФ, поскольку по делу установлено наличие обстоятельств, смягчающих наказание, предусмотренных п. п. «и», «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ и отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание.

Принимая во внимание способ совершения преступления, степень реализации преступных намерений, умышленность преступных действий, характер наступивших последствий, а также фактические обстоятельства преступления, не свидетельствующие о меньшей степени общественной опасности преступления, оснований для предусмотренного ч. 6 ст. 15 УК РФ изменения подсудимому категории преступления на менее тяжкую, суд не усматривает.

Вместе с тем, принимая во внимание совокупность обстоятельств, смягчающих наказание, установленных по настоящему делу, суд считает возможным дополнительный вид наказания не назначать.

В силу ст. 58 ч. 1 п. «б» УК РФ отбывание наказания ФИО1 подлежит назначению в исправительной колонии общего режима.

Учитывая вывод о необходимости назначения подсудимому наказания в виде реального лишения свободы, суд считает необходимым в целях обеспечения исполнения приговора суда, в соответствии со ст. ст. 97, 108, 255 УПК РФ, изменить в отношении ФИО1 избранную меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу до вступления приговора суда в законную силу.

Судьбу вещественных доказательств суд разрешает в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

Процессуальные издержки, связанные с оплатой труда защитника на стадии предварительного расследования, судебного разбирательства в соответствии с ч. 4 ст. 132 УПК РФ взысканию с осужденного не подлежат, поскольку подсудимый отказался от защитника, но отказ не был удовлетворен, и защитник участвовал в уголовном деле по назначению следователя, суда.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 303, 304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 1 год 6 месяцев с отбыванием назначенного наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания ФИО1 исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Меру пресечения в отношении ФИО1 в целях исполнения приговора изменить с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу на период до вступления приговора в законную силу.

Взять ФИО1 под стражу из зала суда.

Зачесть ФИО1 в срок отбытия наказания время его содержания под стражей с <дд.мм.гггг> до дня вступления приговора в законную силу по правилам, предусмотренным п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы.

Вещественные доказательства:

....

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Мончегорский городской суд Мурманской области в течение 15 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, а также пригласить защитника для участия в рассмотрении апелляционной жалобы судом апелляционной инстанции.

Председательствующий судья Большакова Т.А.