Апелляционное постановление № 22-3380/2019 от 1 августа 2019 г. по делу № 22-3380/2019

Судья Косолапова В.Г. Дело № 22-3380/2019


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

02 августа 2019 года г.Новосибирск

Новосибирский областной суд

в с о с т а в е :

председательствующего судьи Тишиной И.В.,

при секретаре Хрульковой Д.А.,

с участием:

прокурора прокуратуры Новосибирской области Бабенко К.В.,

осужденного ФИО1,

защитника – адвоката Колотова Е.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и защитника-адвоката Колотова В.Е. на приговор Карасукского районного суда Новосибирской области от 17 мая 2019 года, по которому

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, ранее не судимый,

осужден по ч.2 ст.258 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 года с лишением права заниматься охотой на срок 2 года.

В соответствии со ст.73 УК РФ назначенное ФИО1 наказание постановлено считать условным с испытательным сроком 1 год 10 месяцев.

На основании ч.5 ст.73 УК РФ на ФИО1 возложены обязанности в период испытательного срока ежемесячно являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного, не изменять постоянное место жительства без предварительного уведомления данного органа.

Гражданский иск представителя гражданского истца С. удовлетворен. С ФИО1 в пользу Российской Федерации в лице Министерства природных ресурсов и экологии Новосибирской области взыскано 720000 рублей.

Приговором решены вопросы о мере пресечения и судьбе вещественных доказательств.

у с т а н о в и л :

По приговору суда ФИО1 признан виновным и осужден за незаконную охоту, совершенную с причинением крупного ущерба, с применением механического транспортного средства, группой лиц по предварительному сговору.

Преступления совершено ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>. Обстоятельства совершенного преступления подробно изложены в приговоре.

В судебном заседании осужденный ФИО1 виновным себя не признал.

В совместной апелляционной жалобе осужденный ФИО1 и адвокат Колотов Е.В., не соглашаясь с приговором суда, просят его отменить в виду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, ФИО1 оправдать в связи с отсутствием события преступления, признать за ним право на реабилитацию.

В обоснование своих доводов авторы жалобы ссылаются на недоказанность вины ФИО1 в инкриминируемом ему деянии, постановлении приговора на предположениях. Как указывают авторы жалобы, в предъявленном обвинении дознавателем искажена диспозиция статьи 258 УК РФ, суд также квалифицировал действия ФИО1 неверно, установив, что транспортное средство применялось группой лиц, что свидетельствует о нарушении п.4 ч.1 ст.299 УПК РФ. При этом, по мнению авторов жалобы, приговор суда подлежит отмене и в связи с нарушением п.9 ч.1 ст.299 УПК РФ, поскольку судом не определен вид исправительного учреждения.

Авторы жалобы считают недоказанным совершение преступления ФИО1 в группе лиц по предварительному сговору с неустановленными лицами. Более того, об обратном свидетельствует детализация телефонных соединений, подтверждающая показания ФИО1 о том, что он общался ДД.ММ.ГГГГ с П2, К7, С3, М1. Об этом также указывает местонахождение абонентов на территории <адрес>. Не дано судом оценки и показаниям свидетеля П., указавшего, что красный снегоход находился на значительном расстоянии от двух других. Суд сослался на показания свидетелей П1, К1, Т1, К2, однако не установил, какого размера были следы снегоходов, которые видели свидетели. При этом стороной защиты в судебном заседании была предоставлена справка, согласно которой визуально на снегу определить ширину гусеницы снегохода невозможно.

Указывает сторона защиты и осужденный и на то, что при расследовании дела не было достоверно установлено, какое количество животных было убито и пол этих животных. Ссылаясь на показания свидетеля Ц., пояснявшей, что невозможно определить точное количество животных, которым принадлежали внутренности, конечности и головы и определить причину гибели животных, осужденный с защитником приходят к выводу о предположительном характере предъявленного обвинения. Вследствие этого суд установил материальный ущерб в размере 720000 рублей, основываясь на сведениях, отраженных в обвинительном акте и не дал им оценку в нарушение п.4 ч.1 ст.73 УК РФ.

Более того, по мнению авторов жалобы, следует отнестись критически к показаниям представителя потерпевшего С., поскольку суд ограничился при оценке его показаний лишь возможностью видеть дробь на шкуре убитого животного, однако не учел, что показания данного свидетеля противоречат показаниям свидетеля Т1, Т. и П1. Также суд необоснованно посчитал недостоверными показания свидетелей П2, К7, С3, М1 в силу наличия между ними и ФИО1 приятельских отношений, в то время как в деле отсутствуют доказательства, опровергающие их показания, свидетели П2, С3, М1 не ссылались на приятельские отношения. Более того, детализация телефонных соединений указывает на нахождение данных свидетелей совместно с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждает его невиновность.

Указывают авторы жалобы также на то обстоятельство, что принятие решения по материалу проверки поручено начальнику ГД С1 ДД.ММ.ГГГГ, однако она вынесла постановление о возбуждении уголовного дела ДД.ММ.ГГГГ, которое в связи с этим является незаконным и необоснованным, а, следовательно, ею необоснованно давались поручения на проведение следственных и оперативно-розыскных действий. Более того, поводом для возбуждения дела послужил протокол принятия устного заявления от Г. от ДД.ММ.ГГГГ, однако на заявлении и в материалах дела отсутствуют сведения о регистрации данного заявления в КУСП ОП «Баганское», что, как считают осужденный и его защитник, дает основания полагать, что заявление было принято уже после возбуждения дела.

Протоколы осмотров мест происшествия от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ следует признать недопустимыми, поскольку в протоколе в т.1 на л.д.95 отсутствуют сведения о разъяснении ФИО1 прав, а именно положений ст.51 Конституции РФ, внесенные в протокол сведения искажены, что подтверждается рапортом следователя (т.1 л.д.69), допросом свидетеля К. (т.1 л.д.158, 159), допросом свидетеля В. (т.1 л.д.160,161). В ходе осмотра изъятого снегохода «<данные изъяты>» (т.1 л.д.55-60) упаковка не производилась, сведения об упаковке отсутствуют в протоколе, в протоколе осмотра отсутствуют подписи ФИО1, факт отказа от подписи в нарушение ст.167 УПК РФ должным образом не зафиксирован, поскольку ФИО1 делал замечания относительно изъятия снегохода.

Не принято во внимание судом и оказание психологического воздействия на ФИО1 Вывод суда об отсутствии доказательств того, что ФИО1 пробыл в отделе полиции более трех часов, противоречит материалам уголовного дела, а именно протоколу смотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому следователь проводит изъятие вещей у ФИО1 в период времени с 23 часов 30 минут ДД.ММ.ГГГГ до 00 часов 10 минут ДД.ММ.ГГГГ. Также нахождение ФИО1 в полиции более суток и наличие у него травмы подтверждают и показания свидетелей М., У., К6, Д1. Вопреки указанию в приговоре суда, стороной защиты на действия сотрудников полиции по проведению следственных действий и допущенных нарушениях поданы две жалобы на имя прокурора <адрес>, которые оставлены без рассмотрения. По окончании ознакомления с материалами уголовного дела заявлено ходатайство об устранении допущенных нарушений. В суде по допущенным нарушениям три раза заявлялось ходатайство о признании доказательств недопустимыми. Все жалобы и ходатайства приобщены к делу, однако оценка им при вынесении приговора не дана.

Авторы жалобы полагают также необходимым признать недопустимым доказательством заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку оно противоречит выводам экспертиз № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ. Из исследовательской части данного заключения невозможно сделать вывод о том, что следы транспортного средства могли быть оставлены гусеницей снегохода марки «<данные изъяты>», принадлежащего ФИО1 Указывают авторы жалобы на нарушение принципов уголовного судопроизводства, а именно состязательности сторон и равноправия сторон. В удовлетворении ходатайства стороны защиты о проведении повторной судебной экспертизы дознавателем и судом отказано.

Не установлены и не устранены обстоятельства поступления на баллистическую экспертизу объектов и сроки ее проведения, поскольку она, как указано, была проведена в период с 09 часов 15 минут ДД.ММ.ГГГГ до 18 часов 55 минут ДД.ММ.ГГГГ, в описательной части указано, что предметы поступили после проведения физико-химической экспертизы. Вместе с тем, как указано в физико-химической экспертизе, она проводилась в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

В протоколе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ указано, что осмотр проводился по сообщению от оперативного дежурного, однако фактически он проводился на основании поручения дознавателя. Кроме того, в данном протоколе имеются существенные противоречия в протоколе по содержанию обнаруженных и изъятых вещественных доказательств. Протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ содержит сведения о размерах гильз и пыжей, однако сведения о применении измерительных приборов отсутствуют. Более того, при ознакомлении с вещественными доказательствами установлено, что осмотренные предметы упакованы экспертами ДД.ММ.ГГГГ, целостность упаковки не нарушена, что свидетельствует, по мнению защиты, о формальном проведении данного следственного действия. Постановление о разрешении проведения ОРМ «Наведение справок» является точной копией ходатайства, в связи с чем у стороны защиты есть сомнения в том, выносилось ли такое постановление и насколько оно законно. Более того, ответ из ПАО «<данные изъяты>» на имя дознавателя К7 датирован раньше вынесенного постановления суда.

Как полагают авторы жалобы, выводы суда противоречат п.1,2 ч.1 ст.73 УПК РФ, приговор вынесен с нарушением ст.297 УПК РФ и в соответствии с ч.2 ст.389.15 УПК РФ подлежит отмене. Вывод суда о виновности ФИО1 сделан без достаточных на то правовых оснований, положенные в основу приговора показания ряда свидетелей в действительности не подтверждают наличие в его действиях объективной стороны преступления. Опираясь на положения ст.ст.6,14 УПК РФ, осужденный ФИО1 и его адвокат выражают несогласие с оценкой судом показаний ФИО1 как способа защиты. Уголовное преследование ФИО1 по данному делу не имеет законных оснований и противоречит ст.ст.5,6,8 УПК РФ.

Указывают авторы жалобы в обоснование своих доводов на положения ст.ст.14, 302 УПК РФ, полагают, что виновность ФИО1 не нашла своего подтверждения ни в ходе дознания, ни в судебном заседании, в связи с чем он подлежит оправданию в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

В судебном заседании осужденный ФИО1 и адвокат Колотов Е.В. доводы апелляционной жалобы поддержали, просили приговор отменить.

Прокурор Бабенко К.В. возражал против доводов апелляционной жалобы, просил приговор изменить в части квалификации действий ФИО1 и вид и размера наказания назначенного осужденному.

Изучив материалы дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены приговора, полагая, что он подлежит изменению на основании следующего.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным судом, являются правильными и основанными на исследованных в судебном заседании и подробно изложенных в приговоре доказательствах.

Доказательства, приведенные в приговоре, как каждое в отдельности, так и их совокупность были проверены и исследованы в ходе судебного следствия, суд дал им надлежащую оценку и привел мотивы, по которым признал их достоверными, соответствующими установленным фактическим обстоятельствам дела, а также указал мотивы, почему он принимает одни доказательства и отвергает другие.

В соответствии с требованиями закона каждое из доказательств оценено с точки зрения относимости, допустимости и достоверности. При этом допустимость приведенных в приговоре в обоснование выводов суда о виновности осужденного ФИО1 доказательств сомнений не вызывает, поскольку они собраны по делу с соблюдением требований ст. ст. 74, 86 УПК Российской Федерации.

Доводы апелляционной жалобы о непричастности ФИО1 к совершению преступления, о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела и постановке незаконного и необоснованного приговора в отношении осужденного ФИО1 суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

Виновность осужденного ФИО1 установлена исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами, в том числе:

- показаниями представителя потерпевшего С., свидетелей П., Г., П1 и К1, К2 из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ в период запрета охоты П. недалеко от села <данные изъяты> в степи увидел три снегохода, один красного цвета, на которых находились три человека, двое из которых были в маскхалатах. П. позвонил Г., Г. сообщил об этом государственному инспектору по охране животного мира С., на место были направлены егеря П1 и К1, которые изучая следы снегоходов, увидели, как они уехали в сторону <данные изъяты>, в том числе снегоход красного цвета поехал по реке <данные изъяты>, у водителя имелось ружье в чехле, проехав по следам снегоходов П1 обнаружил останки четырех косуль, убитых дробовым зарядом, были вызваны сотрудники полиции, на следующий день С. и сотрудник полиции Т1 установили следы забоя косуль, установив, что их было четыре и наличие следов косуль, дробовых зарядов, гильз и пыжей вдоль следов снегоходов;

- показаниями свидетелей К3, К4, К5 из которых следует, что ФИО1 попросил помочь отбуксировать снегоход красного цвета, на котором перевернулся, когда они притянули снегоход увидели на проезжей части автомобиль «<данные изъяты>» с прицепом и сотрудников полиции;

- показаниями свидетелей К6, В., Д., Б. из которых следует, что ФИО1 перевернулся на снегоходе, и вместе со снегоходом был доставлен в отдел полиции по подозрению в незаконной охоте, у ФИО1 была изъята радиостанция, при этом ФИО1 высказал желание показать место, где спрятал ружье, они выехали на участок местности, где имелись следы снегоходов, изъяли ружье в чехле, от ружья исходил запах пороха, в ходе беседы с ФИО1 с целью выяснения обстоятельств дела в служебном кабинете, ему разъяснялась ст.51 Конституции РФ, угроз в его адрес со стороны сотрудников полиции не высказывалось, между тем он пояснял, что стрелял по косулям, но не мог убить, так как со снегохода стрелять неудобно;

- показаниями свидетелей Т., Т1, М., У., С1, С2, П2, А., из которых следует, что в ходе осмотров мест происшествия не доезжая 5 км. до <адрес> были изъяты останки четырех косуль, обнаружены следы снегоходов шириной 50 и 38 см., у Г. было принято заявление, после в отделе полиции у ФИО1 были изъяты обувь, одежда и телефон. Также был доставлен красный снегоход ФИО1, на котором не крутилась гусеница, произведен его осмотр. На следующий день был проведен осмотр места происшествия, в ходе которого были установлены места отстрела косуль и изъяты гильзы и пыжи, а также были зафиксированы следы волочения туш и места раздела животных. Ввиду травмы руки ФИО1 оказывалась медицинская помощь. Следователь Т. проводила осмотр места происшествия и другие проверочные мероприятия, дознаватель С1 возбудила уголовное дело. Следственные действия проводились сотрудниками полиции на основании ее поручения.;

-показаниями свидетеля Ц., согласно которым она проводила осмотр изъятых останков косуль, в результате которого установила, что имеются внутренние органы четырех косуль, в изъятых шкурах имелись отверстия, половую принадлежность косуль установила по головам и половым органам, на двух шкурах имелись половые признаки самок, третья голова также принадлежала самке;

-показаниями свидетеля Н., согласно которым ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 участвовал в соревнованиях по стендовой стрельбе, у него имеется полуавтоматическое ружье МР;

-показаниями свидетеля Б., согласно которым при осмотре ФИО1 в отделе полиции был установлен ушиб пальца, ввиду чего она ввела ФИО1 внутримышечно анальгин, жалоб ФИО1 не высказывал;

-показаниями свидетеля Р., согласно которым ФИО1 пользовался снегоходом <данные изъяты>.

Вина осужденного ФИО1 также подтверждается заявлением Г. от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в 4, 5 км. Юго-восточнее <адрес> было обнаружено 4 сбоя внутренностей и 3 шкуры косули; расчетом, согласно которому ущерб составил 720000 рублей; протоколами осмотра места происшествия, согласно которым: осмотрен лесной колок, на котором обнаружены внутренности четырех животных, а также семь копыт и три шкуры с головами, вокруг колка обнаружен след, предположительно снегохода, идущий со стороны автодороги «<данные изъяты>», в 100 м. южнее обнаружен след снегохода с шириной гусеницы 38 см., также идущий со стороны указанной автодороги; также осмотрен участок местности в 4 км. на северо-запад от <адрес>, где в лесном колке обнаружено место разделки четырех косуль, след волочения и капли вещества, похожего на кровь, в 150 метрах обнаружены следы косуль и дробовых зарядов, изъяты пыжи, гильзы от охотничьего оружия; ДД.ММ.ГГГГ осмотрены шкуры косуль, на которых имеются множественные круглые отверстия; также по указанию ФИО1 на участке местности в 1 км. от <адрес> под снегом обнаружено охотничье ружье марки МР-155 12*76, №, в чехле; протоколом осмотра места происшествия, согласно которому во дворе отдела полиции осмотрен красный снегоход «<данные изъяты>» с сошедшей с катков гусеницей шириной 38 см.; согласно протоколу осмотра места происшествия в кабинете отдела полиции у ФИО1 изъята радиостанция «<данные изъяты>»; справкой инспектора ОЛРР <адрес>, согласно которой ФИО1 имеет в пользовании 2 единицы гладкоствольного оружия, в том числе охотничье ружье марки МР-155 №; протоколом осмотра информации операторов сотовой связи, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и свидетелями П2, С3 и К7 имелись соединения; актом паталогоанатомического осмотра, согласно которому из осмотренных частей животных, три шкуры с головами принадлежат самкам; заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого пять гильз, изъятых в ходе осмотра места происшествия стреляны в ружье 12 калибра МР-155 №; заключениями экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которых следы транспортных средств, обнаруженные на месте происшествия пригодны для сравнительного исследования по общегрупповым признакам; заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого след транспортного средства, обнаруженный на месте происшествия мог быть оставлен гусеницей снегохода марки «<данные изъяты>»; протоколом обыска в жилище ФИО1, в ходе которого изъяты, в том числе, патроны 12 калибра; очными ставками между ФИО1 и свидетелями, и другими доказательствами.

Показания представителя потерпевшего и свидетелей в той их части, в которой они признаны достоверными и положены в основу приговора, об обстоятельствах совершенного преступления проверены судом первой инстанции в судебном заседании в совокупности с другими исследованными судом доказательствами, суд обоснованно признал их достоверными, поскольку показания указанных лиц в целом последовательны, подробны, и существенных противоречий, вопреки доводам апелляционной жалобы не содержат, согласуются и объективно подтверждаются другими доказательствами, перечисленными выше, исследованными судом, показаниям указанных лиц в приговоре дана надлежащая оценка.

Каких-либо оснований не доверять показаниям представителя потерпевшего и свидетелей обвинения судом первой инстанции не установлено, не усматривает их и суд апелляционной инстанции, так как не имеется объективных сведений о наличии у указанных лиц оснований для оговора ФИО1, данные показания ничем объективно не опровергнуты.

Суд в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ оценил показания свидетелей обвинения, данных, как в ходе дознания, так и в судебном заседании, как в отдельности, так и в их совокупности с другими доказательствами и правильно пришел к выводу о том, что их показания могут быть положены в основу обвинительного приговора, поскольку они являются достоверными.

Вопреки доводам жалобы показания свидетелей защиты К7, П2, М1 и С3, о том, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 забрал у К7 снегоход после ремонта, а ДД.ММ.ГГГГ катался на снегоходе, на трассе <данные изъяты>, куда подъехали П2, С3 и М1, у ФИО1 были проблемы с ружьем, у него были гильзы только светлого цвета, два темных снегохода пересекали трассу. Когда задержали ФИО1, сотрудники полиции требовали у того сознаться в преступлении, не опровергают вину ФИО1 в совершении преступления, поскольку вина его подтверждена совокупностью доказательств, на которых суд основал свое решение, согласно которым именно из ружья ФИО1 стреляны гильзы, изъятые с мест отстрела косуль, вдоль следов снегохода с шириной гусеницы 38 см.

Как видно из приговора, суд не ограничился только указанием на доказательства, но и дал им надлежащую оценку, мотивировав свои выводы о предпочтении одних доказательств перед другими.

Выводы суда о достоверности доказательств, положенных в основу приговора, являются мотивированными и обоснованными.

Из приведенных выше доказательств, вопреки доводам апелляционной жалобы, видно, что версия о непричастности ФИО1 к совершению данного преступления, судом первой инстанции тщательно проверена и обоснованно отвергнута, суд апелляционной инстанции оснований сомневаться в выводах суда не находит.

Таблица, представленная стороной защиты о применяемости гусениц на снегоходах, в том, числе шириной 38 см. не только на снегоходе «<данные изъяты>», которым управлял ФИО1 не влечет признание недопустимыми протоколов осмотра места происшествия, в ходе которого зафиксированы следы снегохода шириной 38 см. и заключения эксперта, согласно которому не исключено образование следов, зафиксированных на месте происшествия таким типом снегохода, какой был изъят у ФИО1, поскольку согласно пояснениям сотрудников полиции проводивших осмотр, ими использовались измерительные приборы, а заключение эксперта носит не категоричный, а вероятностный характер.

Ссылка авторов жалобы на зафиксированное детализацией телефонных соединений место нахождения ФИО1, не свидетельствует о невиновности осужденного и о том, что он в день совершения преступления лишь отстреливал неисправное ружье и катался на снегоходе совместно со свидетелями П2, К7, С3 и М1. Как не свидетельствуют о его невиновности и показания свидетеля П., что красный снегоход и два других снегохода ехали по разные стороны дороги, которые вопреки указанию в жалобе судом в приговоре приведены.

Доводы жалобы в той их части, что причина смерти косуль не установлена, материалами дела не подтверждаются, поскольку именно из показаний свидетеля Ц. и протокола осмотра места происшествия усматривается, что в шкурах имелись отверстия от 2 до 4 мм диаметром, туши были именно разделаны, а рядом с местами убоя были изъяты гильзы и пыжи от огнестрельного охотничьего оружия. Предположений в части определения половой принадлежности косуль судом не допущено, поскольку свидетель Ц. поясняла, что как самку третью особь она определила по голове, оснований не доверять показаниям свидетеля в указанной части у суда не имелось, поскольку свидетель имеет соответствующее образование и является специалистом в области ветеринарии, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Оснований не доверять показаниям представителя потерпевшего С. вопреки мнению стороны защиты у суда не имелось, поскольку его показания о насильственной смерти животных, наличии отверстий в их шкурах, а также наличии на месте убийства следов снегоходов и гильз от патронов, в полной мере подтверждаются доказательствами приведенными судом в обоснование виновности ФИО1 в совершенном преступлении. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что какой-либо личной заинтересованности С. в оговоре ФИО1 в совершении им незаконной охоты в судебном заседании судов первой и апелляционной инстанции не установлено.

Убеждение авторов жалобы в том, что начальник ГД С1, получившая материал от следователя Т. ДД.ММ.ГГГГ не могла возбудить уголовное дело ДД.ММ.ГГГГ и осуществлять по нему следственные действия, являются необоснованными.

Как усматривается из материалов дела (т.1 л.д.1), уголовное дело было возбуждено начальником ГД ОП «Баганское» МО России «Карасукский» С1 ДД.ММ.ГГГГ на основании заявления Г., что не противоречит требованиям уголовно-процессуального закона, в связи с чем все действия, произведенные дознавателем С1 после возбуждения уголовного дела, в том числе и приобщения к материалам дела материала проверки, поступившего ей по подследственности от следователя Т. и поручения, данные сотрудникам полиции о производстве следственных действий, сделаны в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Отсутствие на заявлении Г. сведений о регистрации в книгу учета сообщений о преступлениях, не влечет признание дела возбужденным не законно, поскольку поводы и основания для этого имелись. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что согласно материалам дела (т.1 л.д.31) ДД.ММ.ГГГГ в отдел полиции поступало и сообщение С. об обнаружении сбоя и шкуры косули, о чем оперативным дежурным был составлен рапорт, в соответствии со ст.143 УПК РФ. При этом, в материалах уголовного дела имеется рапорт оперуполномоченного М. с резолюцией руководителя, датированные именно ДД.ММ.ГГГГ, в котором имеется ссылка на номер уголовного дела №, которое было возбуждено ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, полагать, что ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело по факту незаконной охоты не возбуждалось, оснований не имеется. Как не имеется оснований сомневаться в законности постановлений о продлении срока дознания, вынесенных прокурорами Баганского и Карасукского района в соответствии со своими полномочиями по надзору за ходом дознания, с учетом места производства дознания и совершения преступления.

Вопреки доводам жалобы судьба принадлежащего ФИО1 ружья, а также изъятых с мест отстрела косуль гильз отслежена судом с момента их изъятия и до направления на физико-химическую и баллистическую экспертизы. Данных о том, что после изъятия ружья с ним производились какие-либо манипуляции, направленные на искусственное создание доказательств виновности осужденного, не установлено. Как следует из протокола осмотра места происшествия участка местности, по поводу изъятия ружья оперуполномоченным К6 составлен протокол осуществлена фотосъемка, как и оперуполномоченным Т1, которым все семь гильз сфотографированы и упакованы. Согласно сопроводительному письму начальника Экспертно-криминалистического центра ГУ МВД РФ по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д.153), после проведения физико-химической экспертизы вещественные доказательства передавались для проведения баллистической экспертизы. Согласно фототаблицы, имеющейся в заключении эксперта №, ружье ФИО1 поступило на исследование в чехле обмотанном нитями, концы которых скреплены биркой с подписями присутствующих. Факт совпадения дат, в которые проводились экспертизы № и №, вопреки убеждению авторов жалобы не влечет признания их недопустимыми доказательствами, поскольку, из заключения эксперта физико-химической экспертизы усматривается, что исследование ружей проводилось им на первоначальном этапе экспертизы, а далее исследовались тампоны с содержимым каналов стволов.

При этом, данных о том, что кто-либо мог подобрать гильзы с трассы, где по пояснениям ФИО1 он производил выстрелы либо подобрать рассыпавшиеся при его падении со снегохода гильзы, материалами дела и показаниями допрошенных лиц также не установлено. Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что в соответствии с Правилами охоты, производство выстрелов из ружья в районе охотничьих угодий и нахождение с ружьем на указанной территории вне охотничьего сезона, который на ДД.ММ.ГГГГ был закрыт запрещено.

Версия ФИО1 о его незаконном удержании и об оказании на него давления сотрудниками полиции проверялась в судебном заседании путем допроса сотрудников отдела полиции и исследования содержания протоколов процессуальных и следственных действий, и не нашла своего подтверждения.

Нельзя согласиться с обоснованностью доводов осужденного и его защитника об односторонности судебного разбирательства.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, способных путем ограничения прав участников судопроизводства повлиять на правильность принятого судом решения, в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства по делу не допущено.

Из протокола судебного заседания видно, что председательствующий судья создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Сторона обвинения и сторона защиты активно пользовались правами, предоставленными им законом, в том числе исследуя представляемые доказательства, участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Основанные на законе мнения и возражения сторон судом принимались во внимание.

Вопреки доводам жалобы все заявленные сторонами ходатайства, перечисленные осужденным и его защитником в жалобе, были разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и в зависимости от значения их для правильного разрешения дела, с принятием по ним должных решений. Решения суда по этим ходатайствам сомнений в своей законности и обоснованности не вызывают.

Исходя из смысла закона неудовлетворенность той либо иной стороны по делу принятым судом решением по вопросам, возникающим в ходе разбирательства дела, не является поводом для уличения судьи в утрате объективности и беспристрастности.

Наличие квалифицирующего признака «группой лиц по предварительному сговору», также нашло свое подтверждение в судебном заседании, о чем свидетельствуют исследованные доказательства, согласно которым свидетели П1 и К1 поясняли о том, что преследуемые ими лица, передвигались на нескольких снегоходах совместно, один из снегоходов был красного цвета, на месте происшествия обнаружены следы разных снегоходов, а также не все, изъятые с места происшествия гильзы выпущены из ружья, принадлежащего ФИО1, преступный результат наступил от одновременных совместных умышленных действий всех лиц, участвующих в охоте, что свидетельствует о выполнении каждым из них объективной стороны преступления. Таким образом, указанные доказательства свидетельствуют о том, что осужденный и неустановленные лица, действовали согласованно, что указывает на их предварительную договоренность о незаконной охоте. Вопреки убеждения авторов жалобы о неконкретности обвинения, судом ввиду изложенных оснований, верно установлен предварительный сговор именно на незаконную охоту.

Совокупность доказательств, собранных по делу и положенных в основу обвинительного приговора, является достаточной для обоснованного вывода суда о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден.

Доводы апелляционной жалобы осужденного ФИО1 и защитника сводятся к переоценке доказательств, которые были исследованы судом, и им дана надлежащая оценка в приговоре.

Правовая оценка действий ФИО1 по ч.2 ст.258 УК РФ, как совершение незаконной охоты группой лиц по предварительному сговору с причинением крупного ущерба, с применением механического транспортного средств судом дана правильно.

В целом действиям осужденного ФИО1 дана надлежащая юридическая оценка, которая соответствует фактическим обстоятельствам и материалам уголовного дела.

Между тем, из обстоятельств, установленных судом, усматривается, что ФИО1 совершил преступление ДД.ММ.ГГГГ. При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями ст. 9 УК РФ об определении преступности и наказуемости деяния уголовным законом, действовавшим во время совершения преступного деяния, считает необходимым переквалифицировать действия ФИО1 с ч.2 ст.258 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 157-ФЗ) на ч. 2 ст.258 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 420-ФЗ), так как примененная судом новая редакция Уголовного закона ухудшала положение осужденного в части категории преступления и возможности назначения ему более сурового наказания.

С учетом переквалификации действий ФИО1, суд апелляционной инстанции полагает необходимым, с учетом требований ст.15 УК РФ, ст.56 УК РФ, того факта, что ФИО1 преступление небольшой тяжести совершено впервые, отягчающих по делу обстоятельств не установлено, назначить ему с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, имеющихся в деле данных о личности ФИО1, смягчающих обстоятельств – отсутствие судимости, наличие на иждивении малолетних детей, и влияния назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи, наказание в виде штрафа.

При этом, приговор суда подлежит отмене в части гражданского иска.

Согласно протоколу судебного заседания, суд первой инстанции, разъяснив права гражданского истца и гражданского ответчика соответственно представителю потерпевшего С. и подсудимому ФИО1, исковое заявление Министерства природных ресурсов и экологии Новосибирской области о взыскании с П2, С3, ФИО1 и К7 720000 рублей солидарно фактически не огласил его и не исследовал, отношение к иску представителя потерпевшего именно в отношении ответчика ФИО1 не устанавливал, мнение ФИО1 к заявленному гражданскому иску в нарушение положений ст. 54 УПК РФ также не выяснялось.

Таким образом, вопрос о разрешении данного гражданского иска фактически предметом рассмотрения в судебном заседании не являлся.

При этом судом в резолютивной части приговора указано, что удовлетворен иск С., тогда, как иск С. не подавался, а был подписан временно исполняющим обязанности министра Министерства природных ресурсов и экологии Новосибирской области Д. от имени Министерства.

Ввиду нарушений, допущенных судом при разрешении гражданского иска, суд апелляционной инстанции находит необходимым приговор суда в этой части отменить, гражданский иск направить на новое рассмотрение в Карасукский районный суд Новосибирской области в порядке гражданского судопроизводства.

Оснований к отмене приговора, о чем поставлен вопрос в жалобах, или его изменения в остальной части, не имеется. Поэтому жалоба осужденного и его защитника удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л :

Приговор Карасукского районного суда Новосибирской области от 17 мая 2019 года в отношении ФИО1 изменить: переквалифицировать действия ФИО1 с ч.2 ст.258 УК РФ (в редакции Федерального закона от 27.06.2018 № 157-ФЗ) на ч.2 ст.258 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07.12.2011 № 420-ФЗ), по которой назначить ему наказание в виде штрафа в размере 140000 (сто сорок тысяч) рублей.

Приговор в части взыскания с ФИО1 в пользу Российской Федерации в лице Министерства природных ресурсов и экологии Новосибирской области 720000 рублей отменить, гражданский иск Министерства природных ресурсов и экологии Новосибирской области передать на новое рассмотрение в Карасукский районный суд Новосибирской области в порядке гражданского судопроизводства.

В остальном указанный приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного ФИО1 и защитника-адвоката Колотова Е.В. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий судья