Апелляционное постановление № 10-13/2019 от 9 сентября 2019 г. по делу № 10-13/2019

№ 10-13/2019

Мировой судья Кис В.Ф.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10 сентября 2019 г.

г. Оленегорск

Оленегорский городской суд Мурманской области в составе

председательствующего судьи Патрушева А.В.,

при секретаре судебного заседания Морозовой Т.Н.,

с участием государственного обвинителя помощника прокурора г. Оленегорска Рыбинского А.И.,

защитника адвоката Орловой А.Э.,

рассмотрев апелляционную жалобу адвоката Орловой А.Э. и апелляционное представление государственного обвинителя прокурора г. Оленегорска Суворова А.В. на приговор мирового судьи судебного участка № 1 Оленегорского судебного района Мурманской области от 03.07.2019, которым

ФИО1, <данные изъяты>, ранее судимый:

- 21.12.2016 мировым судьей судебного участка № 1 Оленегорского судебного района Мурманской области по ст. 264.1 УК РФ к обязательным работам на срок 300 часов с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года. Основное наказание отбыто в полном объеме, срок исполнения дополнительного наказания 09.01.2020,

признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, и ему назначено наказание в виде 1 года исправительных работ с удержанием из заработной платы осужденного 10% в доход государства с отбыванием исправительных работ по основному месту работы осужденного.

Дополнительное наказание по приговору мирового судьи судебного участка № 1 Оленегорского судебного района Мурманской области от 21.12.2016 в виде штрафа – исполнять самостоятельно.

Взыскать с осужденного ФИО1 в доход государства процессуальные издержки в размере 5 940 рублей в счет возмещения расходов по выплате вознаграждения адвокату Батыровой О.В., 9 900 рублей в счет возмещения расходов по выплате вознаграждения адвокату Орловой А.Э., участвовавших по назначению в качестве защитника по уголовному делу.

Изложив содержание обжалуемого приговора, существо апелляционной жалобы и апелляционного представления, выслушав осужденного ФИО1, защитника адвоката Орлову А.Э., поддержавшей доводы апелляционной жалобы, помощника прокурора г. Оленегорска Рыбинского А.И., поддержавшего доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

установил:

Приговором мирового судьи судебного участка № 1 Оленегорского судебного района Мурманской области от 03.07.2019 ФИО1 признан виновным в совершении кражи, то есть тайном хищении чужого имущества, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе защитник адвокат Орлова А.Э. указывает, что при вынесении приговора нарушены нормы процессуального права, а именно, в основу приговора положены недопустимые доказательства: протоколы осмотра места происшествия от 08.03.2019 и от 19.03.2019. Так, осмотр места происшествия от 08.03.2019 в кафе «Лаванда» был произведен в отсутствие понятых, но при этом не была произведена техническая фиксация хода и результатов следственного действия, что является нарушением требований ст. 170 УПК РФ. В протоколе осмотра места происшествия от 08.03.2019 местом происшествия является служебный кабинет дознавателя № 204, при этом потерпевшая выдала находящуюся при ней сумку, которая была изъята. В связи с чем фактически была произведена выемка сумки без вынесения в нарушение ст.ст. 182, 183 УПК РФ постановления о производстве выемки, без составления соответствующего протокола. Такое же процессуальное нарушение допущено по протоколу осмотра места происшествия от 19.03.2019, при котором местом происшествия является служебный кабинет № 401, в ходе осмотра ФИО1 предъявляет мобильный телефон, который изъят оперуполномоченным. Вместе с тем, постановление о выемке и соответствующий протокол следственного действия в нарушение ст.ст. 182, 183 УПК РФ не составлены. Кроме того, указывает, что оперуполномоченным Х.Я. осмотр места происшествия произведен после возбуждения уголовного дела 18.03.2019 без какого-либо поручения дознавателя в порядке ч. 3 ст. 41 УПК РФ.

Приводит доводы стороны обвинения о рассмотрении дела не в особом порядке, как ходатайствовал подсудимый, а в общем порядке ввиду необходимости установления причиненного ФИО1 ущерба в результате совершения преступления. Однако, фактически размер причиненного преступлением ущерба не был установлен ни в ходе дознания, ни в ходе рассмотрения уголовного дела мировым судьей. Считает, что представленная суду справка о стоимости телефона и чехла с учетом износа не может являться доказательством фактической стоимости похищенных предметов, поскольку не является заключением специалиста или эксперта, а указывает на предполагаемую стоимость похищенных вещей. Также указывает на не установление в ходе дознания и на судебном следствии наличия конкретной суммы денежных средств в сумке потерпевшей на момент преступления. Сумма похищенных денежных средств была установлена органом предварительного расследования со слов потерпевшей.

Считает, что в связи с указанным обвинительный акт не соответствует требованиям закона, что является существенным и исключает возможность постановления судом приговора, поскольку не устранимо в судебном заседании.

Указывает, что в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ уголовное дело подлежит возврату прокурору для устранения недостатков.

Кроме того, полагает назначенное ФИО1 наказание не соответствующим тяжести совершенного преступления, степени его общественной опасности, личности осужденного, без учета в полной мере смягчающих вину обстоятельств. Не смотря на представленные документы о семейном и материальном положении подсудимого, сведения о хроническом заболевании, судом без какого-либо обоснования не рассмотрен вопрос о назначении ему наказания в виде ограничения свободы.

Просит учесть, что взыскивая с ФИО1 процессуальные издержки в виде расходов на выплату вознаграждения адвокатам в доход государства судом не учтено, что ФИО1 ходатайствовал о рассмотрении его дела в особом порядке. Рассмотрение дела в общем порядке, а также увеличение количества судодней происходило вне зависимости от его воли.

Просит признать недопустимыми доказательствами, как полученными с нарушением закона, протоколы осмотра места происшествия от 08.03.2019 (л.д.7-10, 11-13), от 19.03.2019 (л.д. 39-45), а также справку о стоимости мобильного телефона и чехла, приобщенную к материалам дела стороной обвинения 02.07.2019; отменить приговор мирового судьи в отношении ФИО1; уголовное дело возвратить на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В апелляционном представлении государственный обвинитель указывает, что приговор мирового судьи является незаконным и подлежит изменению вследствие неправильного применения уголовного закона, а также нарушений требований уголовно-процессуального закона. А именно, мировой судья во вводной части приговора неправильно указал срок исполнения дополнительного наказания по приговору от 21.12.2016, конец срока исполнения которого 10.01.2020, тогда как мировым судьей указано 09.01.2020. Кроме того, в резолютивной части приговора мировой судья постановил исполнять самостоятельно дополнительный вид наказания по приговору от 21.12.2016, тогда как наказание за совершенное преступление суду надлежало назначить по правилам ст. 70 УК РФ путем присоединения к назначенному наказанию неотбытой части дополнительного наказания в виде права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Просит приговор изменить, во вводной части приговора указать на окончание отбывания дополнительного наказания по приговору от 21.12.2016 – 10.01.2020. В резолютивной части приговора указать, что на основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров путем присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору от 21.12.2016, окончательно назначить наказание в виде 1 года исправительных работ с удержанием из заработной платы осужденного 10% в доход государства с отбыванием исправительных работ по основному месту работы осужденного, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 6 месяцев 7 дней.

На апелляционную жалобу защитника Орловой А.Э. и апелляционное представление от осужденного ФИО1 поступили возражения, в которых он не поддерживает доводы апелляционной жалобы защитника и доводы апелляционного представления. Просит приговор оставить без изменений, апелляционную жалобу и апелляционное представление – без удовлетворения, провести судебное заседание без его участия.

В судебном заседании защитник адвокат Орлова А.Э. и государственный обвинитель старший помощник прокурора г. Оленегорска Рыбинский А.И. поддержали доводы апелляционной жалобы и апелляционного представления по изложенным в них основаниям.

В судебном заседании осужденный ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы защитника, пояснил, что в заявлении неправильно выразился, что не поддерживает доводы жалобы защитника, просит приговор отменить.

Защитник адвокат Орлова А.Э. полагала, что доводы апелляционного представления являются обоснованными.

Потерпевшая С.Н. о дате и времени рассмотрения дела извещалась надлежащим образом, в судебное заседание не прибыла, что не является препятствием для рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и апелляционного представления, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В производстве мирового судьи судебного участка № 1 Оленегорского судебного района Мурманской области находилось уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст. 297 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии с п. 2 ст. 389.15, ст. 389.16, 389.17 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации основаниями отмены приговора судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных настоящим Кодексом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

По настоящему делу такие нарушения имеются.

В соответствии с положениями ст. 73 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации при производстве по уголовному делу подлежит доказыванию событие преступления, а именно время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления.

В соответствии со ст. 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления бесспорно доказана.

Согласно ст. 307 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, описательно-мотивировочная часть приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, а также доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

В соответствии со ст. 389.16 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании.

Исходя из требований уголовно-процессуального закона, при постановлении приговора должны получить оценку все рассмотренные в судебном заседании доказательства, как подтверждающие выводы суда по вопросам, разрешенным при постановлении приговора, так и противоречащие этим выводам. Ссылаясь в приговоре на показания допрошенных по делу лиц, заключение эксперта, протоколы следственных и судебных действий и иные документы, подтверждающие, по мнению суда, те или иные фактические обстоятельства, необходимо раскрыть их содержание.

Согласно п. 4 ч. 1 ст. 73 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию характер и размер вреда, причиненного преступлением.

Как указано в п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2002.№ 29 (в ред. от 24.05.2016 г.) «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», определяя размер похищенного имущества, следует исходить из его фактической стоимости на момент совершения преступления. При отсутствии сведений о цене стоимость похищенного имущества может быть установлена на основании заключения экспертов.

По мнению суда апелляционной инстанции, приведенные выше требования уголовно-процессуального закона и Пленума Верховного Суда Российской Федерации при рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО1 мировым судьей не выполнены.

Так, к числу доказательств, свидетельствующих о виновности осужденного в краже, мировым судьей отнесены показания потерпевшей С.Н. и справка о размере причиненного ущерба, а также протоколы осмотров места происшествия.

Как следует из протокола судебного заседания, потерпевшая С.Н. при допросе не была предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, подписка о предупреждении потерпевшей об уголовной ответственности в материалах дела отсутствует (л.д. 188), в связи с чем полученное доказательство нельзя признать допустимым и, следовательно, показания потерпевшей, данные в судебном заседании, не подлежат оценке с точки зрения их достоверности или ложности. Кроме этого, в протоколе судебного заседания отсутствуют сведения о предупреждении свидетеля об уголовной ответственности (л.д. 186), однако в деле имеется подписка свидетеля (л.д. 154), в которой содержатся сведения только о предупреждении об уголовной ответственности Т.Е., при этом указанная подписка мировым судьей не подписана.

Как следует из протокола судебного заседания, государственный обвинитель отказался от подержания ходатайства подсудимого о рассмотрении дела в особом порядке, мотивируя тем, что необходимо исследовать (установить) сумму причиненного ущерба (л.д. 150). В последующем в подтверждении суммы ущерба государственным обвинителем была предоставлена справка о стоимости телефона и чехла (л.д. 162), в ходе судебного разбирательства стороной защиты заявлялось ходатайство о признании справки недопустимым доказательством, однако, в приговоре мировой судья вывода о допустимости указанного доказательства не сделал, лишь сослался на справку, как на доказательство причинённого ущерба, с чем суд апелляционной инстанции согласится не может, т.к., определяя стоимость похищенного, суд должен руководствоваться п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2002 № 29 (в ред. от 16.05.2017) «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», согласно которому при отсутствии сведений о цене стоимость похищенного имущества может быть установлена на основании заключения экспертов.

В этой связи суд апелляционной инстанции не может признать справку о стоимости телефона и чехла (л.д. 162) относимым и допустимым доказательством, т.к. стороной обвинения не в суде первой инстанции, не в ходе апелляционного рассмотрения дела не представлено сведений о том, что данная организация, а также лицо, подписавшее справку, наделены полномочиями по оценке имущества. В представленной справке указаны только название телефона без его идентификационных признаков, хотя телефон был изъят и осмотрен, что не позволяет суду апелляционной инстанции сделать вывод о стоимости телефона. Кроме этого, в материалах уголовного дела содержится выписка с сайта о стоимости нового чехла с оценкой в 650 рублей (л.д. 32), в то время как в представленной справке указана сумма 650 рублей – как чехла бывшего в употреблении (л.д. 162). В материалах дела имеется аналогичная справка о стоимости телефона (л.д. 18), в которой также не содержатся какие-либо сведения, позволяющие суду принять её в качестве допустимого и относимого доказательства. Кроме этого, оценка проведена без предъявления телефона и чехла, которые на момент рассмотрения дела находились у потерпевшей.

Кроме того, в постановленном приговоре отсутствуют ссылки на то, из каких критериев исходил мировой судья при наличии отмеченных выше доказательств, вменяя ФИО1 хищение указанного в приговоре имущества.

Учитывая требования ст. 14 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту обвиняемого, лежит на стороне обвинения, а все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом, толкуются в пользу обвиняемого, принимая во внимание, что выводы мирового судьи о совершении ФИО1 кражи телефона стоимостью, образующей состав уголовного преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, не подтверждены доказательствами.

Таким образом, при исследовании и оценке доказательств мировым судьей нарушен уголовно-процессуальный закон, причиненный ущерб обоснован недостоверными доказательствами, не подтвержден объективными данными, что повлияло на правильность установления фактических обстоятельств дела и привело к судебной ошибке.

Кроме этого, в ходе судебного разбирательства сторона защиты просила признать недопустимыми доказательствами, как полученными с нарушением закона, протоколы осмотра места происшествия от 08.03.2019 (л.д. 7-10, 11-13), от 19.03.2019 (л.д. 39-45). Также просила уголовное дело возвратить на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом. Однако, при разрешении данного ходатайства мировой судья ни в протокольной форме, ни отдельным процессуальным документом мотивированного постановления не вынес, ограничившись лишь указанием на то, что в ходатайствах отказано (л.д. 185, 192).

В соответствии с требованиями ч. 4 ст. 7 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным. В связи с чем вывод мирового судьи об отказе в удовлетворении ходатайства стороны защиты не соответствует требованиям указанной нормы закона, поскольку в его обоснование мировой судья каких-либо мотивов не привел.

В приговоре мировой судья выводов о законности произведенных осмотров места происшествия и доказательств, полученных на основе данных протоколов не привел, а только перечислил их в качестве доказательств.

В протоколе судебного заседания государственным обвинителем заявлялось ходатайство об изменении порядка исследования доказательств, однако, мировой судья без выяснения мнения сторон принял решение о продолжении исследования письменных доказательств. По ходатайству государственного обвинителя об оглашении показаний потерпевшей мировой судья без выяснения мнения сторон принял решение об отложении судебного разбирательства, т.е. ходатайство государственного обвинителя фактический не разрешил (л.д. 187).

Также в приговоре мировой судья не мотивировал свои выводы относительно вида и размера назначенного наказания.

В соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона при наличии противоречий в исследованных доказательствах полностью либо в части суд обязан устранить возникшие сомнения и противоречия, а при постановлении приговора – сделать соответствующие выводы, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств он принимает одни доказательства и отвергает другие. Также суд обязан создать условия сторонам для исполнения своих процессуальных обязанностей и реализации прав. Невыполнение этих требований является фундаментальным нарушением уголовно-процессуального закона, поскольку объективно сопряжено с лишением участников судопроизводства права на справедливое судебное разбирательство, и тем самым предопределяет невозможность констатировать законность постановленного судебного решения.

Указанные нарушения требований уголовно-процессуального закона, касающиеся проверки и оценки доказательств, соблюдения процедуры судопроизводства, могли повлиять на правильность выводов суда и принятого по делу решения, суд признает их существенными, в связи с чем приговор мирового судьи в отношении ФИО1 подлежит отмене с направлением уголовного дела на новое судебное разбирательство со стадии назначения судебного заседания.

При новом рассмотрении уголовного дела мировому судье необходимо учесть поданное защитником ходатайство об исключении доказательств и возвращении уголовного дела прокурору, всесторонне, полно и объективно исследовать представленные сторонами доказательства в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с учетом доводов апелляционного представления и апелляционной жалобы дать им надлежащую оценку и принять по делу законное, обоснованное и справедливое решение.

Ввиду отмены приговора по процессуальным основаниям, все иные доводы апелляционной жалобы осужденного и адвоката, а также апелляционного представления прокурора подлежат оценке при новом рассмотрении уголовного дела мировым судьей.

При решении вопроса о мере пресечения в отношении ФИО1, суд апелляционной инстанции принимает во внимание характер и степень общественной опасности инкриминируемого ему преступления, данные о личности, и, не усматривает оснований для отмены либо изменения меры пресечения, считает необходимым оставить меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, ч. 2 ст. 389.33 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

постановил:

Приговор мирового судьи судебного участка № 1 Оленегорского судебного района Мурманской области от 3 июля 2019 г. в отношении ФИО1 – отменить.

Уголовное дело направить на новое судебное разбирательство мировому судье судебного участка № 2 Оленегорского судебного района Мурманской области.

Меру пресечения в отношении ФИО1 – подписку о невыезде и надлежащем поведении – оставить без изменения.

Постановление суда апелляционной инстанции вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в Мурманский областной суд в порядке, установленном главами 47.1 и 48.1 УПК РФ.

Мотивированное апелляционное постановление в соответствии с ч. 2 ст. 389.33 УПК РФ вынесено 13 сентября 2019 г.

Председательствующий А.В. Патрушев