Апелляционное постановление № 22-2138/2020 22-3/2021 от 25 января 2021 г.

Судья Лобанова И.В. Дело №22-3/2021 (22-2138/2020)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Вологда 26 января 2021 года

Вологодский областной суд в составе:

председательствующего Феклушина В.Г.

при секретаре Солодягиной В.А.

с участием прокурора Сухановской А.В.

адвоката Левичева Д.В.

рассмотрел в судебном заседании 26 января 2021 года апелляционную жалобу осужденного ФИО1 на приговор Кадуйского районного суда Вологодской области от 28 сентября 2020 года, которым ФИО1, родившийся <ДАТА> в <адрес>, несудимый,

осужден по ст.264.1 УК РФ к 400 часам обязательных работ с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 2 года.

Принято решение по вещественным доказательствам.

Заслушав доклад судьи областного суда Феклушина В.Г., объяснения адвоката Левичева Д.В. по доводам жалобы, мнение прокурора Сухановской А.В. полагавшей, что приговор следует оставить без изменения, суд

установил:

ФИО1 признан виновным в управлении автомобилем, лицом, находящимся в состоянии опьянения, подвергнутым административному наказанию за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, при обстоятельствах установленных судом.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит приговор отменить. Считает его незаконным и необоснованным, поскольку принят с существенными нарушениями уголовно - процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных уголовно-процессуальным кодексом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения, что в свою очередь, согласно ст.389.17 УПК РФ, является основаниям для его отмены или изменения судом апелляционной инстанции. Полагает, что изначально суд первой инстанции не обеспечил участникам судопроизводства состязательности сторон, занял позицию стороны обвинения, лишив сторону защиты и его возможности предоставления суду первой инстанции доказательств по уголовному делу, которые бы могли повлиять на исход дела. Отмечает, что заявленные им и стороной защиты ходатайства о назначении по делу ряда судебных экспертиз, ходатайства об истребовании доказательств по делу были оставлены судом первой инстанции без удовлетворения, равно как и ходатайство о проведении по делу следственного эксперимента. Указывает, что он после отказа судом первой инстанции удовлетворить ходатайства о назначении экспертиз, желая установить истину по делу, исследовать все обстоятельства происшествия, предоставить доказательства, которые могли бы повлиять на исход дела, обратился к эксперту ИП К.С., передав ему для изучения две видеозаписи, содержание которых опровергает доказательства стороны обвинения. Поясняет, что результат работы эксперта в виде экспертного заключения №293/20 от 24 сентября 2020 года был предоставлен в суд. Ходатайство о вызове указанного эксперта в суд судом первой инстанции оставлено без удовлетворения. Отмечает, что в нарушении ст.123 ч.3 Конституции РФ, ст.15 ч.3, ст.16 ч.2 УПК РФ, п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 июня 2015 года №29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве», Европейской конвенции от 4 ноября 1950 года «О защите прав человека и основных свобод» суд первой инстанции лишил его и защитника возможности предоставить доказательства невиновности в инкриминируемом ему деянии. Полагает, что результат судебных экспертиз, о назначении которых как на стадии досудебного расследования уголовного дела, так и в процессе рассмотрения дела в суде, ходатайствовали он и его защитник, поставили бы под сомнение все доказательства стороны обвинения. Отмечает, что представленными стороной обвинения доказательствами по настоящему делу, его вина в совершении инкриминируемого ему деяния, не подтверждена, не подтверждено объективными средствами доказывания даже наличие самого деяния. Описывает события установленные материалами и фактическими обстоятельствами дела, согласно которому он на принадлежащей ему автомашине ... приехал в гости к А.Н., они помылись в бане, разговаривали, спиртные напитки он не употреблял. Потом они по просьбе А.Н. поехали в бар «...». Машину он поставил неподалеку от бара «...». Он в баре спиртные напитки не употреблял, пил лимонад. В баре он встретил своего знакомого Б.А., который предложил ему выпить. Он сказал, что он за рулем и что ему надо на работу вечером, пояснил, что пьет лимонад. Он впоследствии решил употребить алкоголь, перегнать свой автомобиль и в нем с Б.А. употребить чачи. Он и Б.А. сели в машину, достали чачу, он (ФИО2) отогнал машину от бара и запарковал в кустах, остановил автомобиль, вынул ключ из замка зажигания, поставил на передачу, больше ехать никуда не собирались. Далее, он, не являясь водителем, выпил чачи, которую ему передал Б.А. и вернул бутылку Б.А.. Спустя 10-15 секунд подъехали сотрудники ППС. Б.А. забрал бутылку чачи с собой и ушел. Отмечает, что указанные обстоятельства подтверждаются видеозаписями камер наружного наблюдения, которые находятся на здании бара «Пивко». Эти видеозаписи исследовались экспертом К.С., заключение которого суд первой инстанции посчитал недопустимым доказательством по делу и отказался вызвать и допросить указанного эксперта в суд. Полагает, что все представленные стороной обвинения доказательства вызывают сомнения. Считает, что в нарушение ст.87 УПК РФ, доказательства стороны обвинения не были проверены прокурором и судом, в том числе, путем сопоставления с другими доказательствами, которые имеются в уголовном деле. По мнению автора жалобы, не произведена судом первой инстанции в нарушение ст.88 УПК РФ и надлежащая оценка доказательств. Просит судебную коллегию по уголовным делам обратить внимание на указанные не устраненные судом первой инстанции противоречия. Отмечает, что показания М.Д. и З.Д. рознятся во всем, являются противоречивыми. Указывает, что свидетель М.Д., допрошенный в судебном заседании 3 марта 2020 года, пояснил, что полицейская машина была оснащена СГУ «...». Отмечает, что из официальных источников информации следует, в Российской Федерации производством сигнального оборудования для спецавтотранспорта занимается организация ООО «...». Основными СГУ, которыми оснащаются автомобили полиции, являются СГУ «...», «...», «...», «...». СГУ «...» не существует, и в приложенном к настоящим пояснениям прайс-листе указанной организации, не имеется. Ссылается на показания свидетеля М.Д. в судебном заседании, согласно которым, на вопрос защитника о том, какой звуковой сигнал подавался, ответил, что звуковой сигнал ... был примерно 2 секунды. Отмечает, что З.Д. в своих показаниях суду пояснил, что он поехал на патрульной машине в его сторону, за рулем был он, включил звуковой спец.сигнал, видеорегистратор был выключен. Указывает, что чуть ранее в свободном рассказе суду З.Д. пояснил, что в 7 часов 05 минут или 7 часов 10 минут автомобиль «...» начал движение, он включил спец.сигнал, подъехал к автомобилю. Указывает, что на вопросы Л.Д., свидетель М.Д., пояснил, что видеорегистратор не работал по причине неисправности проводки. Считает, что непроверенным в этой связи остался вопрос об исправности звукового сигнала полицейского автомобиля ... и видеорегистратора, установленного в нем, соответствующее ходатайство оставлено без удовлетворения, что нарушает принцип осуществления судопроизводства на основе состязательности сторон. Отмечает, что в материалы дела был приложен электронный носитель (Флэшка) с записью с места происшествия, на которой один из сотрудников, показывая рукой, сообщает на его (ФИО1) просьбу ознакомить его с записью видеорегистратора полицейского автомобиля, что запись есть, но не знакомит его (ФИО1) с ее содержанием. Судом первой инстанции содержание указанной записи оставлено без правовой оценки, однако, указанная запись была исследована в судебном заседании. Ссылается на п.6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года №55 «О судебном приговоре», согласно которому в описательно-мотивировочной части приговора надлежит дать оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого. При этом излагаются доказательства, на которых основаны выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, и приводятся мотивы, по которым те или иные доказательства отвергнуты судом. Считает, что показания З.Д. и М.Д. противоречивы. Просит судебную коллегию дать правовую оценку следующим показаниям свидетелей М.Д. и З.Д., а также принять во внимание неустранимые судом первой инстанции противоречия в них, а равно расхождение показаний М.Д. и З.Д. с другими доказательствами по делу. Отмечает, что свидетель З.Д. в судебном заседании 3 марта 2020 года пояснил, что по факту происшедшего им был написан подробный рапорт. Однако в рапорте ничего о применении специальных сигналов не указано, равно как и об ином применении СГУ иных специальных средств. Указывает, что свидетель М.Д. в судебном заседании утверждал, что звуковой сигнал «...» был примерно 2 секунды, их было один или два, в рапорте надо указывать, если применялись звуковые сигналы. Свидетель З.Д. в судебном заседании пояснил, что он применил звуковой сигнал два раза по секунде. Сигнал подал, когда автомобиль «...» стала подъезжать к нему. Он нажал пару раз спец.сигнал, фары автомобиля были включены. Когда автомобиль «... ...» проехал 15 метров, он применил два звуковых сигнала длительностью по 1 секунде. Сигналы были громкие, слышно примерно в 100 м. Если была камера, то записала бы звуковой сигнал. Считает, что все вышеизложенные показания З.Д. и М.Д. опровергаются предоставленными стороной обвинения видеозаписями. Отмечает, что на видеозаписи видно, что автомобиль «...» останавливается в 07 час. 10 мин. 46 сек., стоит неподвижно, фары автомашины не работают, в 07 час. 10 мин. 57 сек. к автомашине «...» подъехал полицейский автомобиль ..., сотрудник полиции вышел из машины в 07 час. 11 мин. 03 сек. На этой видеозаписи видно, что никакие световые сигналы автомашины ... не включены, равно как и ближний свет фар. Поясняет, что на видеозаписи, предоставленной стороной обвинения, видно, что его автомобиль – «...» начинает движение по времени в 07 час. 10 мин. 25 сек., при этом камера фиксирует происходящее отчетливо со звуком до 07 час. 14 мин. 59 сек., и на этой записи при ее просмотре и внимательном прослушивании звуковые сигналы полицейского автомобиля не зафиксированы. Полагает, что если и предположить, что сотрудниками полиции был применен звуковой сигнал, то его нужно было подавать надлежащим образом: то есть указывать – «водитель транспортного средства «...», остановитесь». Такие сигналы не подавались, равно как и иные. Отмечает, что никаких звуковых сигналов не слышал допрошенный в судебном заседании 3 марта 2020 г. свидетель А.А. По времени прибытия экипажа ППС М.Д. и З.Д. к стоящему неподвижно транспортному средству «...», показания также рознятся. З.Д. указывает, что через 2 секунды подъехали к машине, М.Д. указывает, что прошло 3 - 5 секунд. Однако на видеозаписи зафиксирован иной временной промежуток с момента остановки транспортного средства «...» и до приезда полицейского автомобиля .... Отмечает, что на видеозаписи видно, что автомобиль «...» останавливается в 07 час. 10 мин. 46 сек., стоит неподвижно, фары автомашины не работают, в 07 час. 10 мин. 57 сек. к автомашине «...» подъехал полицейский автомобиль ..., сотрудник полиции вышел из машины в 07 час. 11 мин. 03 сек. Поясняет, что указанные выше показания свидетелей противоречивы и опровергаются иными надлежащими доказательствами, имеющимися в деле (видеозаписями). Противоречия в показаниях свидетелей, а, следовательно, и все неустранимые сомнения по настоящему делу возможно было устранить путем проведения экспертиз и следственного эксперимента, однако, как на стадии дознания по уголовному делу, так и в судебном процессе в удовлетворении соответствующих ходатайств было немотивированно отказано. Обращает внимание, что в рапорте от 28 июля 2019 года сержант полиции З.Д. не указывает, что когда они подошли, он (ФИО1) управлял машиной. В рапорте З.Д. указывает, что на водительском месте находился он (ФИО1) Находился, но не управлял. З.Д. не указывает, что были применены специальные звуковые сигналы полицейского автомобиля .... Тем не менее, в одном показания М.Д. и З.Д. схожи и он в этой части с ними согласен. Просит судебную коллегию дать правовую оценку следующим показаниям свидетелей стороны обвинения. На вопросы защитника Левичева Д.В. свидетель З.Д. ответил, что его напарник подошел к нему (ФИО2), а потом он. ФИО2 «...» была не заведена, когда он подошел. М.Д. также суду указал, что когда он подбежал к машине «Лада Калина», двигатель был заглушен. На записи камеры наружного наблюдения видно, что автомашина «...» останавливается и впоследствии стоит неподвижно. Считает, что судом первой инстанции при постановлении оспариваемого приговора в нарушение ст.87 УПК РФ не проверены доказательства стороны обвинения на предмет сопоставления с другим доказательством стороны обвинения, а также на предмет сопоставления их друг с другом и другими доказательствами, имеющимися в материалах уголовного дела. Очевидно, что показания М.Д. и З.Д. опровергаются видеозаписями, предоставленными стороной обвинения. Указывает о несогласии с выводом суда первой инстанции о том, что якобы показания свидетеля Б.А. направлены на защиту его (ФИО1) с целью помочь избежать ответственности, поскольку они являются знакомыми. М.Д. и З.Д. также являются знакомыми, но их противоречивые показания судом первой инстанции положены в основу оспариваемого приговора. Указывает, что в материалах дела имеется запись файл “№...”, которая не опровергает показания Б.А., но опровергает показания М.Д. и З.Д.. На видеозаписи видно, что сотрудник полиции подходит к машине «Лада Калина», на записи запечатлен он (ФИО1), не управляющий машиной, и что в личинке замка зажигания у автомашины ключа нет, машина не заведена. Запись случайно заснял свидетель Б.А.. Отмечает, что судом первой инстанции содержание указанной записи оставлено без правовой оценки, однако, указанная запись была исследована в судебном заседании. Ссылается на п.6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года №55 «О судебном приговоре», в котором сказано, что в описательно-мотивировочной части приговора, исходя из положений ст.305 ч.1 п.3, 4, ст.307 п.2 УПК РФ, надлежит дать оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого. При этом излагаются доказательства, на которых основаны выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, и приводятся мотивы, по которым те или иные доказательства отвергнуты судом. Полагает, что вывод суда первой инстанции о том, что он (ФИО1) управлял в состоянии опьянения машиной, не состоятелен. Отмечает, что на 5 странице протокола судебного заседания от 3 марта 2020 года секретарем судебного заседания суда первой инстанции неверно зафиксирован ответ свидетеля З.Д. На его вопрос свидетель З.Д. пояснил, что права ему (ФИО2) не были разъяснены. Таким образом, ему сотрудниками полиции, которые прибыли к стоящему транспортному средству, какие-либо процессуальные и иные права не разъяснялись. Замечания на протокол судебного заседания не подавались, так как судом велось аудио протоколирование. Отмечает, что имеются сомнения по поводу проведенных 25 и 27 ноября 2019 года проверок показаний на месте со свидетелями М.Д. и З.Д.. Во-первых, они произведены 25 и 27 ноября 2019 года, когда обстановка на месте происшествия существенно изменилась (опала листва с деревьев). Во-вторых, в ходе указанных проверок не было установлено, на каком расстоянии находился автомобиль ... от его автомашины. Считает, что указанными протоколами невозможно установить, мог ли он видеть автомобиль ..., а водитель и пассажир ... могли ли видеть его. Полагает, что указанные протоколы никоим образом не уточняют показания свидетелей М.Д. и З.Д., не устраняют наличие противоречий в их показаниях, и соответственно, не подтверждают его вину в инкриминируемом ему деянии. Отмечает, что судом в нарушение требований ст.75 УПК РФ положены в основу приговора объяснения, которые он давал сотрудникам полиции, врачу Ш.Н., в том числе в части того, что толкал машину, в части, что 27 июля 2019 года в 23 часа 00 минут последний раз употребил алкоголь. Полагает, что указанные объяснения являются недопустимыми доказательствами по делу, так как они не отвечают требованиям ст.75 УПК РФ и даны в отсутствие защитника. В качестве показаний указанные объяснения использовать недопустимо, тем более, что он не подтвердил их в суде. Отмечает, что иные доказательства стороны обвинения также противоречивы и вызывают сомнения. Допрошенная в судебном заседании суда первой инстанции Ш.Е. пояснила, что производила осмотр места происшествия. Четко, спустя продолжительное время, помнит, гос.номер машины, цвет, наименование, помнит, что стекла передние и лобовое не тонированы, а про остальные стекла не помнит. На вопрос защитника в судебном заседании пояснила, что производился визуальный осмотр транспортного средства, осматривала заднее сиденье транспортного средства, заглянула в салон, открыв дверь машины, багажник машины не осматривала. Однако данные показания расходятся с содержанием составленного 28 июля 2019 года Ш.Е. протокола осмотра места происшествия с приложением фототаблицы. В содержании указанного протокола вообще не указывается о том, что Ш.Е. осматривала салон машины, заднее сиденье, а из содержания фототаблицы видно, что автомобиль передней частью повернут к густой растительности в виде кустарников, деревьев с густой листвой, которые очень сильно загораживают обзор и в ширину и в высоту превышают само транспортное средство и закрывают обзор лицам, находящимся в транспортном средстве и вне его. Считает, что если Ш.Е.., заглядывала в салон, она должна была отразить это в протоколе осмотра места происшествия, хотя по факту это был бы уже досмотр транспортного средства и должен был составляться иной протокол. Просит суд к показаниям Ш.Е. отнестись критично, так как они расходятся с содержанием протокола осмотра места происшествия. Отмечает, что допрошенный в судебном заседании суда первой инстанции в качестве свидетеля инспектор ДПС Л.И. подтвердил, что Ш.Е. была в составе оперативной группы, видел, как Ш.Е. заглядывала в салон его автомобиля. При осмотре места происшествия использовался фотоаппарат, понятные не присутствовали, о чем указано в протоколе осмотра места происшествия. При этом, допрошенный 3 марта 2020 года в судебном заседании суда первой инстанции свидетель Г.С., старший инспектор ДПС, указал, что дознаватель в присутствии понятых осмотрела автомобиль «...». При этом согласно содержанию протокола осмотра места происшествия, осмотр места происшествия производился без понятых. Отмечает, что такие разногласия не были устранены. Считает, что рапорт старшего инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по <адрес> старшего лейтенанта полиции Г.С. также не может служить доказательством его вины в инкриминируемом ему деянии. Из рапорта не следует, что машина под его управлением была остановлена сотрудниками полиции. На записи камеры видеонаблюдения видно, что сотрудники ППС транспортное средство не останавливали, а подъехали к стоящему транспортному средству «...». Таким образом, судом первой инстанции при постановлении оспариваемого приговора в нарушение ст.87 УПК РФ не проверено доказательство стороны обвинения (рапорт) на предмет сопоставления с другим доказательством стороны обвинения, а также на предмет сопоставления их другими доказательствами. Отмечает, что в рапорте указано, что он был отстранен от управления транспортным средством, однако, фактически никто его от управления не отстранял, так как когда прибыли сотрудники ОГИБДД, он находился на улице. Следовательно, и протокол №... от 28 июля 2019 года об отстранении от управления его транспортным средством является недопустимым доказательством, так как его никто от управления транспортным средством не отстранял. Оснований освидетельствовать его на состояние алкогольного опьянения не имелось, так как он водителем не являлся, о чем неоднократно говорил сотрудникам полиции. Оснований для направления на медицинское освидетельствование не имелось, так как он водителем не являлся. В действительности, он, остановив транспортное средство, заглушив двигатель, достав ключ из замка зажигания, обездвижив транспортное средство, поставив его на передачу, уже не являлся водителем. Он не прикасался к рычагам управления транспортного средства, не управлял им. Он, употребляя в незаведенном транспортном средстве алкоголь, не являлся водителем. Действующим законодательством распивать алкоголь в транспортном средстве, которое не используется по своему прямому назначению, не запрещено. Отмечает, что указанный довод подтверждается многочисленной судебной практикой. Полагает, что в нарушение требований п.8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года №55 «О судебном приговоре» суд в описательно - мотивировочной части приговора ограничился только перечислением доказательств стороны обвинения, не раскрывая их основное содержание, и в нарушение ст.87 УПК РФ, оставив указанные доказательства без надлежащей проверки на предмет их сопоставления друг с другом. Отмечает, что в соответствии со ст.73 УПК РФ при производстве по уголовному делу в суде подлежат доказыванию, в частности, событие преступления, виновность подсудимого в совершении преступления, форма его вины и мотивы преступления. Согласно ст.49 ч.3 Конституции РФ, неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого. Ст.14 УПК РФ устанавливает, что бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения. Все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого. Указывает, что в силу принципа презумпции невиновности обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, а все неустранимые сомнения в доказанности обвинения, в том числе отдельных его составляющих толкуются в пользу подсудимого. Отмечает, что явное нарушение судом первой инстанции его прав на предоставление и истребование доказательств по делу свидетельствует об утрате председательствующим объективности и беспристрастности при рассмотрении уголовного дела, что привело к нарушению судом первой инстанции базового принципа судебного разбирательства - состязательности сторон. Учитывая приведенные выше нарушения судом первой инстанции норм уголовно - процессуального закона, принимая во внимание противоречия в показаниях свидетелей стороны обвинения, их неустранимый характер, как на стадии дознания, так и в процессе рассмотрения судом настоящего дела, считает, что имеются неустранимые сомнения в его виновности в совершении инкриминируемого ему деяния.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденного прокурор Кадуйского района просит оставить ее без удовлетворения.

Проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно показаниям осужденного ФИО1 данным в судебном заседании, 28 июля 2019 года А.Н. пригласил его к себе в баню. Он в 21 час 30 минут выехал из города в <адрес>. По пути в <адрес> заехал в магазин и купил лимонада. В 22 часа приехал к А.Н. в <адрес>. Сходили с А.Н. в баню, посидели, потом решили прогуляться и поехали с А.Н. на поляну в <адрес>, А.Н. там выпивал. Потом было решено съездить в бар «Пивко». Они приехали в бар «Пивко», и он встретился с Б.А. и А.А., с которыми сидел в баре, пил весь вечер лимонад. Когда бар закрылся, то Б.А. уговаривал его выпить за день ВМФ. Он решил отогнать машину от бара «...», так как там зачастую происходят драки, нашел место для стоянки в зеленой зоне, сел за руль машины, а Б.А. на пассажирское сидение. Он завел машину, дал Б.А. бутылку с чачей. Пока ехали до места остановки, Б.А. выпил чачи. Когда приехали к месту остановки, то он заглушил двигатель, поставил машину на передачу, достал ключ из замка зажигания. Б.А. сразу передал ему чачу, он выпил и отдал ему бутылку. Б.А. хотел его сфотографировать и в этот момент подошли сотрудники ППС, которых Б.А. стал снимать на видео. Все остальное есть на видеозаписи. Он употребил алкоголь, когда заглушил машину. До этого употреблял только безалкогольные напитки. В баре «...» и на улице употреблял лимонад. Когда он двигался на своем автомобиле с Б.А., то сотрудников полиции не видел, звуковых и других специальных сигналов не слышал, не видел, как сотрудники полиции подъехали на автомобиле .... Когда они остановились на месте парковки, то он открыл дверь машины и хотел покурить. Вокруг парковочного кармана находились деревья и кусты. Через эти деревья и кусты не было ничего видно. Когда подъехал к месту парковки, то заглушил двигатель машины, поставил автомобиль на передачу, вынул ключи из замка зажигания. Собирался ехать домой на такси, а свою машину оставить в этом месте. Он неоднократно говорил сотрудникам полиции, что не управлял транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, исполнял законные требования сотрудников ОГИБДД. Управлял автомобилем в трезвом состоянии. Медицинское освидетельствование он прошел добровольно в машине патрульно-постовой службы и БУЗ «...», от него не отказывался. Шаткой походки, потери координации и плохой речи у него не было.

Несмотря на непризнание вины осужденным ФИО1, его вина в совершении преступления при обстоятельствах указанных в приговоре подтверждена собранными по делу доказательствами, которые полно изложены в приговоре и правильно оценены судом в их совокупности.

Так свидетель З.Д. суду показал, что нес службу с 17 часов 27 июля 2019 года до 7 часов 28 июля 2019 года со стажером М.Д.. По указанию начальника они стояли с 06 часов до 06 часов 50 минут 28 июля 2019 года около <адрес> у бара «...», где постоянно находятся граждане в состоянии опьянения, ругаются, часто происходят драки, они пресекали преступления и правонарушения. Неоднократно проезжая, они заметили автомобиль «...» государственный регистрационный знак №..., серебристого цвета, около которого была группа молодых граждан, которые находились рядом, общались, махали руками и в руках держали спиртное. Они решили вести наблюдение за этим автомобилем. Примерно в 06 часов 50 минут они отъехали к дому №... по <адрес> и вели наблюдение за автомобилем «...», автомобиль хорошо просматривался. В 7 часов 05 минут или 7 часов 10 минут автомобиль «...» начал движение, он включил спец.сигнал, подъехал к автомобилю, ФИО1 попытался свернуть к дому №... по <адрес>, автомобиль «...» остановился. Его напарник подбежал к автомобилю «...», а потом подошел он. ФИО1 сидел за рулем, начали выяснять обстоятельства дела, он попросил представиться, водитель показал водительское удостоверение, он передал информацию оперативному дежурному, так как у водителя имелись признаки алкогольного опьянения, и тот управлял транспортным средством. От водителя он почувствовал запах алкоголя изо рта, была шаткая походка. Они дождались сотрудников оГИБДД. Им был написан подробный рапорт и передан сотрудникам оГИБДД. ФИО1 неоднократно видел, что он садился в автомобиль и выходил из него. Когда остановили автомобиль, то там находился водитель с пассажиром. Перед тем как машина начала движение, он не видел, кто садился в машину и сколько людей в нее садились. Они стояли у <адрес>, там есть небольшой переулок, они увидели, что машина тронулась в их направлении в сторону <адрес> стекла у машины были затонированы. ФИО2 находился за рулем. Другой человек сидел на переднем пассажирском сидении. К машине ФИО2 они подошли через 2 секунды. Дверь у машины ФИО2 была приоткрыта. У ФИО2 и его друга в руках ничего не было, в машине бутылок и стаканов не видел. Малахов сказал, что не управлял транспортным средством, а толкал машину, так как боялся, что ее могут разбить, так как ходят пьяные. Полицейский автомобиль был оснащен спец.сигналами и световыми приборами, все работало. Видеорегистратор был выключен, не знает, почему и до этого был выключен. Он применил звуковой сигнал два раза по секунде. Сигнал подал, когда автомобиль «...» стал подъезжать к нему. Он нажал пару раз спец.сигнал, фары автомобиля были включены. Сигналы были громкие, слышно примерно в 100 м. ФИО2 был одет в шорты светлого цвета и кофту темного цвета с рисунком и капюшоном. ФИО2 выходил из бара с бутылкой пива.

Согласно показаниям свидетеля М.Д. в июле у пив бара около 6 часов утра стояла машина «...», рядом с ней ходили молодые люди. Один молодой человек был одет в светлые шорты и темно-синюю кофту с капюшоном, в руках было пиво. Один человек постоянно подходил к машине, открывал двери и садился. Бутылки у молодых людей были без этикеток. Они обратили внимание, что один из них водитель, который находился в состоянии опьянения. Они решили спрятаться, чтобы их было не видно, уехали к детском садику «...» и ждали водителя, который поедет, чтобы остановить. Через 10 минут автомобиль «...» двинулся в их сторону, З.Д. выехал ему на встречу, подал два или один звуковой сигнал, водитель «...» свернул в левую сторону, это происходило какие-то секунды. Он выскочил из машины, в машине находились два человека. Один был водитель в светлых шортах и кофте с капюшоном. Он представился, попросил предъявить документы, тот сказал, что машину катили, а не ехали. К нему подошел З.Д., они сообщили в дежурную часть. ФИО2 начала движение перед закрытием пив бара в седьмом часу, точное время не помнит. Расстояние от машины «...» до них было примерно 100 м. ФИО2 «...» двигалась в сторону <адрес>, она проехала 20-30 м. ФИО2 «...» остановилась, так как водитель увидел их машину. Прошло 3-5 секунд, когда они подъехали к машине «...». Все происходило быстро. С лобового стекла видно, что кто-то сидел в машине. У машины стекла не были тонированы. В машине был молодой человек на пассажирском сидении, кроме водителя. Он не видел бутылок и стаканов у водителя и пассажира. Через 20-30 минут подъехали сотрудники оГИБДД. ФИО1 находился в поле зрения, спиртные напитки не употреблял. Когда он подбежал к машине «...», двигатель был заглушен. Полицейская машина была оснащена СГУ «...». Видеорегистратор не работал по причине неисправности проводки. Водитель автомобиля был в состоянии опьянения, возбужденный, когда тот вышел из машины, он почувствовал запах алкоголя.

Из показаний свидетеля Г.С. следует, что 28 июля 2019 года он находился дома, спал после смены. В начале восьмого часа от оперативного дежурного на телефон поступило сообщение, что на <адрес> сотрудники ППС остановили машину «...», государственный регистрационный знак №..., под управлением ФИО1, у которого имеются признаки опьянения. Он прибыл в дежурную часть, дождался Л.И., они получили служебное транспортное средство и выехали на место. Когда прибыли на место, там была машина «...», ФИО1 и два сотрудника ППСП. У ФИО1 имелись признаки опьянения, сотрудники ППСП предоставили рапорт, ФИО2 был приглашен в служебную машину, где ему было разъяснено, что ведется аудио-видеозапись, разъяснены все права и обязанности, что будет проведена процедура без участия понятых. ФИО1 был разъяснен порядок использования прибора «...», он согласился пройти освидетельствование. С помощью прибора было установлено состояние опьянения, показания прибора составили ... мг/л. ФИО1 не мог пояснить, согласен он с этим результатом или нет. ФИО1 был направлен на медицинское освидетельствование для установления состояния опьянения. Освидетельствование проводил в БУЗ ВО «...» Ш.Н., где алкогольное опьянение было подтверждено. ФИО1 задавался вопрос, когда он последний раз употреблял алкоголь, он ответил на вопрос. Потом приехали на место, вызвали дознавателя, ФИО1 написал собственноручное объяснение, где написал, что толкал транспортное средство и указал, когда последний раз употреблял алкоголь. ФИО1 было разъяснено, что предусмотрена уголовная ответственность. Передние стекла у автомобиля «...» не тонированы.

Свидетель Л.И. показал, что летом 2019 года его вызвали на работу, так как остановили водителя, находящегося в состояния алкогольного опьянения. Сотрудники ППС пояснили, что остановили водителя автомобиля «...», и предоставили рапорт о том, что ФИО1 управлял с признаками алкогольного опьянения. ФИО1 отстранили от управления транспортным средством, проверили его по информационной базе данных. ФИО1 отправили на медицинское освидетельствование, доставлен был в больницу, было установлено состояние алкогольного опьянения. На место правонарушения была вызвана оперативная группа. От ФИО1 был запах алкоголя. Сотрудники ППС двигались со двора по <адрес>, а на встречу двигался на автомобиле ФИО1 Впереди стекла на автомобиле не были тонированы.

Из оглашенных показаний свидетеля Л.И., данных на предварительном следствии, следует, что 28 июля 2019 года в утренние часы от оперативного дежурного ОМВД России по <адрес> поступило сообщение об остановке сотрудниками ППСП у <адрес> автомашины ..., государственный регистрационный знак №..., у водителя которой имеются признаки алкогольного опьянения: запах алкоголя изо рта. Совместно со старшим инспектором ДПС Г.С. на служебном автомобиле выехали по адресу, где находился наряд ППСП на служебном автомобиле ..., легковой автомобиль «...» и водитель ФИО1 Сотрудники ППСП предоставили рапорт. ФИО2 был приглашен в патрульный автомобиль ГИБДД и предупрежден, что в салоне автомобиля ведется аудио-видеозапись. В связи с тем, что у ФИО2 имелись признаки алкогольного опьянения (запах алкоголя изо рта) от управления транспортным средством он был отстранен, о чем составлен протокол. ФИО2 было разъяснено, что освидетельствование будет проводиться без участия понятых, с применением средств видеофиксации, разъяснены его права и обязанности. Далее ФИО2 было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения при помощи служебного прибора алкотектор «...» №.... Он продемонстрировал ФИО2 прибор, предъявил свидетельство о поверке, разъяснил порядок проведения освидетельствования. ФИО2 пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения при помощи алкотектора согласился. Показания прибора составили ... мг/л, т.е. у ФИО2 установлено состояние алкогольного опьянения. ФИО1 был задан вопрос, согласен он или нет с результатом освидетельствования. ФИО1 однозначно ответить на данный вопрос не мог. ФИО1 был направлен в БУЗ ВО «...» для прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения. Пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения ФИО1 согласился. Освидетельствование ФИО2 проводил врач Ш.Н. По результатам медицинского освидетельствования у ФИО2 установлено состояние опьянения. (т.1 л.д.67-70),

Согласно показаниям специалиста Ш.Н. 28 июля находился на дежурстве в БУЗ ВО «...». Утром в 09 часов или 09 часов 20 минут сотрудниками ДПС для прохождения освидетельствования с признаками алкогольного опьянения был доставлен ФИО1, при осмотре у которого был запах алкоголя изо рта, некоординированные движения, нарушение речи. Перед прохождением освидетельствования он предложил подписать добровольное согласие на прохождение освидетельствования, но ФИО1 отказался подписывать согласие, а от процедуры прохождения освидетельствования не отказался. Было проведено освидетельствование на состояние алкогольного опьянения. До 10 часов освидетельствование ФИО1 было проведено. Он увидел нарушение в походке у ФИО1, провел ряд проб. Есть вопрос в листе освидетельствования, когда последний раз употреблял алкоголь. Со слов ФИО1 это было 27 июля 2019 года в 23 часа. ФИО1 сказал, что его задержали незаконно, и он только толкал машину. Был произведен забор воздуха на наличие алкоголя в выдыхаемом воздухе, результат составил 0,80 мг/л, а повторный забор показал - 0,76 мг/л. При показателе больше 0,16 мг/л устанавливается алкогольное опьянение. По результатам освидетельствования алкогольное опьянение было установлено. У ФИО1 состояние наркотического опьянения не установлено. Первый показатель при заборе выдыхаемого воздуха составил 0,82-0,83 мг/л. Запах алкоголя достаточно был свежий, предположительно употребление алкоголя было в течение нескольких часов.

Свидетель Ш.Е. суду показала, что работает в должности дознавателя. 28 июля 2019 года с 8 часов она находилась на дежурстве в составе следственно-оперативной группы ОМВД России по <адрес>. От оперативного дежурного ОМВД России по <адрес> поступило указание, что необходимо выехать по адресу: <адрес>, так как задержан водитель, в действиях которого усматриваются признаки преступления, предусмотренного ст.264.1 УК РФ. Она выехала на место, указанное оперативным дежурным по адресу: <адрес>. В данном месте находился автомобиль «...», гос. номер №..., рядом находился водитель транспортного средства ФИО1, также находились сотрудники ДПС. В присутствии водителя ФИО1 ею был осмотрен и изъят автомобиль. При общении с водителем от него исходил запах алкоголя изо рта. При осмотре транспортного средства – «...» ею не было обнаружено емкостей с жидкостями. По окончанию осмотра протокол осмотра был предъявлен ФИО1, после ознакомления с протоколом осмотра ФИО1 поставил свои подписи, осмотр проводился без участия понятых на основании ст.170 ч.1.1 УПК РФ с использованием средств фотофиксации. ФИО5 в ходе разговора пояснил, что был незаконно остановлен сотрудниками ППС, так как автомобилем он не управлял, а только толкал его. По окончанию осмотра автомобиль был изъят на стоянку расположенную возле здания ОМВД России по <адрес>. Осмотр места происшествия проводился с 10 часов 50 минут до 11 часов 20 минут. Несмотря на то, что у ФИО1 были признаки алкогольного опьянения, он вел себя адекватно, все понимал, отвечал на поставленные вопросы. Предъявляла ФИО1 протокол осмотра места происшествия, ознакомившись с ним, он расписался. При визуальном осмотре автомобиля ФИО2 никаких предметов обнаружено не было. Они обычно фиксируют положение автомобиля относительно окружающих объектов, указывают место осмотра, тщательно подходят к осмотру повреждений автомобиля, визуально осматривают салон. ФИО1 ничего не выдавал, ни на какие предметы не указывал, ни на что не акцентировал внимание. Переднее и лобовое стекло у автомобиля были без тонировки. Она проводила визуальный осмотр транспортного средства, осматривала заднее сидение автомобиля, заглянула в салон, открыв дверь машины. Карманы, чехлы и двери у автомобиля, а также багажник не осматривала.

Из показаний свидетеля А.Н.. следует, что ФИО1 приехал к нему в деревню, они договорились сходить в баню. Он употребил пиво. ФИО1 ничего не пил, кроме колодезной воды. Спиртных напитков ФИО1 не употреблял, так как был за рулем. После бани попросил ФИО1 увезти его на поляну, чтобы посидеть со знакомыми у костра. ФИО1 отвез его туда. ФИО1 был с ним, но не употреблял спиртные напитки. Они там долго пробыли. Ближе к утру позвонил знакомый и позвал в Кадуй. Он попросил ФИО1 отвезти его в <адрес>. Он употреблял в дороге в машине ФИО1 спиртные напитки, а ФИО2 не пил. Они подъехали к бару и разошлись с ФИО2. Машину ФИО1 оставил около бара. Он зашел в бар, а ФИО1 следом заходил. Он купил пиво и на улице стоял. В баре ФИО2 не видел. ФИО1 общался с одними друзьями, а он был с другой компанией.

Согласно оглашенным показаниям свидетеля А.Н., данным им на следствии, к нему в гости в <адрес> приехал ФИО6 на принадлежащей ему автомашине «...» гос. номер №.... Они помылись в бане, потом сидели разговаривали. В ту ночь он употреблял крепкие спиртные напитки, употреблял ли Малахов спиртное, не видел. При нем Малахов спиртное не пил. Потом уговорил ФИО2 поехать в бар «...». В бар приехали в районе 5 часов утра. Машину ФИО2 поставил неподалеку от бара «...». Приобретал ли ФИО2 в баре спиртное, пояснить не может. Он (А.Н.) в основном был на улице, общался с незнакомой девушкой, поспорил с ней, она утверждала, что сотрудники полиции уехали, а он сказал ей, что сотрудник полиции в форменном обмундировании стоит за ТЦ «...», они с девушкой поспорили на ... рублей и пошли в направлении ТЦ «...», где находился сотрудник полиции, который потом отошел за торговый центр и его было не видно. Далее он пошел на аллею на <адрес>. Автомашины ФИО2 у бара он не увидел. Через некоторое время позвонил ФИО2 на сотовый телефон, тот сообщил, что его тормознули сотрудники ППСП возле торгового центра «...». Он пошел к ТЦ «...», там увидел, что автомобиль ФИО2 стоит передней частью к лесополосе, рядом стояла машина ППСП. ФИО2 ходил между своей машиной и машиной ППСП, при этом вел видеосьемку, спрашивал у сотрудников полиции причину остановки транспортного средства. Постояв немного, он ушел ночевать к своему знакомому. (т.1 л.д.110-112)

Свидетель А.А. суду показал, что в июле 2019 года находился на вечере встречи одноклассников в ресторане «...». К нему присоединился Б.А. и они познакомились с девушками. Потом они пошли в бар «...», сидели за столиком он, три девушки и А.. Через некоторое время к ним за столик сели ФИО2 и А.Н.. Он проводил весь вечер с девушкой. Под утро с девушкой пошли на аллею, пообщались, потом позвонил Б.А., спросил, где они и когда по домам. Б.А. сказал, что они разговаривают с полицией. Он пошел туда, увидел, что стоит машина, ходит ФИО2 и Б.А.. Стоит полиция. Он посмотрел, вызвал такси девушке, сам тоже пошел или поехал домой. Не помнит, употребляли ли ФИО2 и А.Н. спиртные напитки.

Согласно показаниям свидетеля Р.О., данных на предварительном следствии, 27 июля 2019 года поздно вечером она пришла в бар «...», где употребляла спиртные напитки. События той ночи помнит смутно, так как находилась в состоянии алкогольного опьянения. ФИО2 знает как жителя <адрес>, лично с ним не знакома. Употреблял ли в ФИО1 спиртные напитки, не знает. Помнит, что спорила на улице у бара с каким-то молодым человеком, что сотрудники полиции уехали, так как видела уезжающий автомобиль ..., что ходила к ТЦ «...» и видела в том месте сотрудника полиции в форменном обмундировании. (т.1 л.д.168-170)

Из оглашенных показаний данных на следствии свидетелем Б.Н. следует, что она состоит в должности управляющей бара «...», расположенного по адресу <адрес>. В их баре осуществляется розничная продажа пива, винно-пивных напитков, а также лимонада и кваса. В их баре пиво, лимонады, квас продаются на розлив, их они разливают в пластиковую тару объемом от одного литра до полтора. С 18 часов 27 июля 2019 года до 6 часов 28 июля 2019 года она совместно с З.Л. и Л.А. находилась на рабочем месте в баре. ФИО2 знает в лицо, он, как правило, покупает пиво немецкое светлое нефильтрованное. Приобретал или нет ФИО1 спиртные напитки 27 июля 2019 года – 28 июля 2019 года, в частности пиво, пояснить не может, т.к. не помнит. (т.1 л.д.113-115)

Свидетель Л.А. на следствии пояснил, что с 18 часов 27 июля 2019 года до 6 часов 28 июля 2019 года совместно с З.Л. и Б.Н.. находился на рабочем месте в баре, расположенном по адресу <адрес>. В баре осуществляется розничная продажа пива, вино-пивных напитков, а также лимонада и кваса. В баре пиво, лимонады, квас продаются как в таре производителя, так и на розлив. Алкогольные и неалкогольные напитки они разливают в пластиковую тару объемом от одного литра до полтора. ФИО6 знает в лицо. В баре ФИО2 покупает пиво немецкое светлое нефильтрованное. Приобретал или нет ФИО1 спиртные напитки 27 июля 2019 года – 28 июля 2019 года, в частности пиво, пояснить не может, т.к. не помнит, и не помнит, продавал или нет в ту смену ФИО1 алкоголь. (т.1 л.д.119-121)

Согласно оглашенным показаниям, данным на следствии свидетелем З.Л., она работает в баре «...». ФИО2 ей не знаком. Приобретал или нет ФИО1 спиртные напитки 27 июля 2019 года-28 июля 2019 года, в частности пиво, пояснить не может. (т.1 л.д. 171-173)

Из протокола осмотра предметов следует, что при осмотре файла №... установлено, что в верхнем правом углу имеется дата 2019-07-28, время 07:00:00 САМ 01. При просмотре указанного файла установлено, что от автомашины серого цвета, стоящей на стоянке за магазином «...» в направлении бара «...» идет ФИО1, он одет в толстовку темного цвета с капюшоном, шорты светлого цвета. На груди толстовки имеется крупный значок буквы «R» белого цвета. В это время у бара посетители отсутствуют. ФИО1 проходит мимо входа бара «...» и пропадает из поля зрения камеры. Возвращается, стоит у крыльца, пьет из банки, далее идет к направлению автомобиля ... цвета, через некоторое время снова идет к бару «...», ходит вдоль здания. Далее слышен женский голос: «Ну что мы едем на берег, наплевать на этих ментов, они уехали». В 07:07:42 ФИО2 проходит мимо крыльца бара «...», идет к направлению автомобиля ... цвета. 07:08:11 на указанном автомобиле мигнули фары. ФИО1 снова подходит к крыльцу бара «...», оглядывается, разворачивается и пропадает из виду. В 07:10:03 мигнули фары автомобиля светлого цвета. В это время вдоль бара «...» идет молодой мужчина, одетый в темную куртку и темные джинсы, в руках у него пластиковая бутылка. Он идет в направлении автомобиля светлого цвета, открывает переднюю пассажирскую дверь, 07:10:25 садится и автомобиль тут же начинает движение. Запись заканчивается временем 07:14:59.

При осмотре файла ... установлено, что в верхнем правом углу имеется дата 2019-07-28, время 07:00:00 САМ 05. Видна площадка, ходит молодежь. В 07:01:10 проезжает служебный автомобиль ППСП и скрывается из поля зрения камер. 07:09:41 ФИО2 идет к служебному крыльцу, разворачивается, идет обратно. В 07:10:29 движется автомашина ... ... цвета в направлении ТЦ «...», <адрес>, съезжает на грунтовую дорогу и заворачивает влево, за ТЦ «...» и останавливается в 07:10:45. В 07:10:53 с правой стороны показывается служебный автомобиль ППСП, он сворачивает к автомашине ... ... цвета и останавливается. С левой водительской двери выходит сотрудник в 07:11:03. Запись заканчивается временем 07:14:58.

При осмотре файла ... установлено, что в верхнем правом углу имеется дата 2019-07-28, время 05:55:00 САМ 07. Камера установлена в помещении бара «...». При осмотре установлено, что в баре на скамейках за столами сидят молодые люди, в т.ч. ФИО1 На столе стоят жестяные банки, пластиковые бутылки. ФИО1 пьет из пластиковой бутылки. К столику, за которым сидит ФИО1, подходят, отходят люди. Запись заканчивается временем 05:59:00.

При просмотре файла ... установлено, что в нижней части экрана с левой стороны имеется дата 2019-07-28, время 08:14:56. Камера видеонаблюдения установлена в салоне патрульного автомобиля ГИБДД. Инспектор ДПС Л.И. находится на водительском сидении, ФИО1 на переднем пассажирском сидении. Л.И. поясняет ФИО1, что в отношении него составлен протокол об отстранении от управления транспортным средством, согласно которого ФИО1 управлял автомобилем ... государственный регистрационный знак №... с признаками опьянения, запах алкоголя изо рта, понятые не участвуют, ведется видеозапись. Л.И. разъясняет ФИО1 его права и предлагает в протоколе отстранения от управления ТС поставить подпись. ФИО2 поясняет, что с этим категорически не согласен, поэтому расписываться не собирается. Л.И. на камеру показывает протокол отстранения от управления транспортным средством. Г.С., находящийся рядом с патрульной автомашиной, спрашивает: «От подписи вы отказываетесь?». ФИО1 отвечает, что водителем не был, поэтому не согласен, и расписываться не будет. Л.И. вносит соответствующие записи. Л.И. передает ФИО1 копию протокола об отстранении от управления ТС. Инспектор ДПС Л.И. предлагает ФИО1 пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения при помощи служебного алкотектора ... №..., предъявляет свидетельство о поверке данного аппарата сроком действия до 06.02.2020г. ФИО1 соглашается пройти освидетельствование на состояние опьянения при помощи алкотектора «...» №.... Запись заканчивается временем 08:19:55.

При просмотре файла ... установлено, что в нижней части экрана с левой стороны имеется дата 2019-07-28, время 08:19:55. Камера видеонаблюдения установлена в салоне патрульного автомобиля ГИБДД. Инспектор ДПС Л.И. находится на водительском сидении, ФИО1 на переднем пассажирском сидении. Л.И. поясняет, какова погрешность приговора «...». Л.И. поясняет, что пока разговаривали, выключился алкотестер «...». Л.И.. заново вносит в прибор необходимые данные. В 08:26:00 ФИО1 выходит из машины, в 08:26:54 ФИО1 возвращается в патрульный автомобиль. Л.И. на камеру показывает алкотестер, поясняет, что идет проверка воздуха. Далее ФИО1 выдыхает изо рта воздух в трубку прибора, идет звуковой сигнал, прибор анализирует информацию. ФИО8 объявляет и показывает на приборе результат – 0,637 мг/л – установлено состояние алкогольного опьянения. Л.И. на камеру показывает показания алкотестера, распечатывает чек алкотестера. ФИО2 поясняет, что расписываться в чеке не будет, так как он не водитель, а пешеход, в связи с этим не согласен. Запись заканчивается временем 08:29:53.

При просмотре файла ... установлено, что в нижней части экрана с левой стороны имеется дата 2019-07-28, время 08:29:54. Камера видеонаблюдения установлена в салоне патрульного автомобиля ГИБДД. Инспектор ДПС Л.И. находится на водительском сидении, ФИО1 на переднем пассажирском сидении. Л.И. спрашивает, будет ли он расписываться в чеке алкотектора. ФИО2 отвечает, что нет не буду. Л.И. поясняет, что составляет акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и ФИО1 надо будет написать, согласен он или не согласен с результатом. Л.И. заполняет документ. ФИО2 поясняет, что не управлял транспортным средством, а толкал свою машину за переднюю стойку, друг сзади толкал, а их задержали сотрудники ППСП. Запись заканчивается временем 08:34:52.

В данном протоколе осмотра предметов имеются сведения о просмотре иных файлов. (т.1 л.д.78-85)

В акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения ФИО1 от 28 июля 2019 года указано, что освидетельствование проведено в 8 часов 29 минут с применением технического средства измерения алкотектор «...», заводской номер прибора 004848, дата последней поверки прибора 07.02.2019г. Показания прибора 0,637 мг/л. Результат освидетельствования – установлено состояние алкогольного опьянения. (т.1 л.д.6)

Согласно акту медицинского освидетельствования на состояние опьянения №31 от 28 июля 2019 года ФИО1, дата и точное время начала медицинского освидетельствования 28.07.19г. 09:21. Сведения о последнем употреблении алкоголя, лекарственных средств, наркотических средств и психотропных веществ (со слов освидетельствуемого) 23:00 27.07.2019 употреблял алкоголь. Медицинское заключение, дата его вынесения: 28.07.2019г., установлено состояние опьянения. (т.1 л.д.11)

Постановлением судьи Кадуйского районного суда Вологодской области от 18 мая 2017 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.26 Кодекса РФ об административных правонарушениях и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на 1 год 6 месяцев. (т.1 л.д.25-27)

Из справки инспектора по ИАЗ оГИБДД ОМВД России по <адрес> Б.М. следует, что водительское удостоверение у ФИО1 изымалось в связи с лишением права управления транспортным средством (постановление суда 5-113/2017), возвращено по окончанию срока лишения 19.06.2019 года. (т.1 л.29)

Вина ФИО1 подтверждается также рапортом старшего инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по Кадуйскому району от 28 июля 2019 года; рапортом полицейского-водителя ППСП ОМВД России по Кадуйскому району от 28 июля 2019 года; протоколом 35 ВО №310562 от 28 июля 2019 года об отстранении от управления транспортным средством; протоколом 35 СО № 075303 о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от 28 июля 2019 года; протоколом осмотра места происшествия от 28 июля 2019 года с фототаблицей; справкой начальника ОГИБДД ОМВД России по Кадуйскому району майора полиции Н.Р. от 30 июля 2019 года; протоколом осмотра предметов от 27 августа 2019 года с фототаблицей; протоколами проверки показаний на месте свидетелей З.Д. и М.Д. с фототаблицами.

Совокупность исследованных судом доказательств, является достаточной для того, чтобы сделать вывод о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления. Фактические обстоятельства дела судом установлены правильно, квалификация действий ФИО1 по ст.264.1 УК РФ является верной. Оснований для того, чтобы давать иную оценку исследованным и проверенным судом первой инстанции доказательствам и тем фактическим обстоятельствам, которыми суд руководствовался при принятии решения о виновности ФИО1, суд апелляционной инстанции не находит. Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, по делу отсутствуют.

Оснований для признания недопустимыми доказательствами протоколов проверок показаний на месте свидетелей М.Д. и З.Д., протокола об отстранении от управления транспортным средством, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Доводы осужденного о том, что он не управлял автомашиной после выпитого спиртного, были предметом рассмотрения суда первой инстанции, и обоснованно признаны не нашедшими своего подтверждения, поскольку опровергаются совокупностью всех допустимых, проверенных судом доказательств. Суд первой инстанции мотивировал в этой части свой вывод, не согласиться с которым суд апелляционной инстанции оснований не находит.

Из представленных материалов усматривается, что все ходатайства, заявленные в судебном заседании, разрешены судом в соответствии с требованиями закона. Несогласие осужденного с результатами рассмотрения заявленных ходатайств не может свидетельствовать о нарушении принципа состязательности сторон и необъективности суда. Утверждение о том, что суд занял позицию стороны обвинения, является личным мнением автора апелляционной жалобы, объективными данными не подтверждено.

Замечаний в части ответа свидетеля З.Д. на вопрос ФИО1 на протокол судебного заседания осужденным не подавалось. В то же время, суд первой инстанции посчитав, что в апелляционной жалобе осужденного ФИО1 содержится замечание на протокол судебного заседания, принял решение удостоверить правильность замечаний осужденного ФИО1 на протокол судебного заседания от 3 марта 2020 года, внести в протокол судебного заседания дополнения (страница 5 абзац 1 протокола судебного заседания) – «На вопрос подсудимого ФИО1 свидетель З.Д. ответил: «Права не разъяснил».

В соответствии со ст.6 УК РФ наказание, применяемое к лицу, совершившему преступление, должно быть справедливым.

В ст.60 ч.3 УК РФ установлено, что при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного.

По настоящему делу приведенные требования закона выполнены.

Из приговора усматривается, что решая вопрос о назначении ФИО1 наказания, суд учел характер и степень общественной опасности содеянного, данные о его личности, обстоятельство смягчающее наказание – наличие малолетнего ребенка. Отягчающих обстоятельств судом не установлено.

Суд апелляционной инстанции полагает, что назначенное ФИО1 наказание нельзя признать несправедливым вследствие чрезмерной суровости. Суд первой инстанции не усмотрел оснований для назначения ФИО1 наказания с применением ст.64, ст.53.1 УК РФ, о чем мотивировал в приговоре, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства РФ, влекущих отмену или изменение приговора, допущено не было. Дело рассмотрено судом всесторонне, полно и объективно.

Руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

постановил:

приговор Кадуйского районного суда Вологодской области от 28 сентября 2020 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий