Апелляционное постановление № 10-2/2020 от 14 апреля 2020 г. по делу № 10-2/2020

Дело № 10-2/2020 №

Мировой судья Разяпов М.И.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ФИО12 Нижегородской области 15 апреля 2020 года

Саровский городской суд Нижегородской области в составе: председательствующего судьи Саровского городского суда Нижегородской области Николаева А.А.,

с участием частного обвинителя (потерпевшего) – Ф.Д.В.,

защитника оправданного ФИО1, в лице: адвоката Козлова А.В., представившего удостоверение № и ордер № от ****,

при секретаре Пантюхиной Е.И.,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании в помещении Саровского городского суда Нижегородской области (расположенного по адресу: <...>, зал. № 215) материалы уголовного дела частного обвинения в отношении

ФИО1, **** года рождения, уроженца ..., ..., русского, гражданина <данные изъяты>, имеющего высшее образование, женатого, на иждивении несовершеннолетних детей не имеющего, зарегистрированного и проживающего по адресу: ..., работающего <данные изъяты> военнообязанного, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, и апелляционные жалобы частного обвинителя (потерпевшего) – Ф.Д.В. на: постановление мирового судьи судебного участка № 2 Саровского судебного района Нижегородской области от 19 декабря 2019 года, в соответствии с которым было отказано в удовлетворении ходатайства потерпевшего (частного обвинителя) о назначении психофизиологической экспертизы с использованием полиграфа; постановление мирового судьи судебного участка № 2 Саровского судебного района Нижегородской области от 16 января 2019 года, в соответствии с которым было отказано в удовлетворении ходатайства потерпевшего (частного обвинителя) об исключении доказательств по уголовному делу, и апелляционную жалобу частного обвинителя (потерпевшего) – Ф.Д.В. на приговор мирового судьи судебного участка № 2 Саровского судебного района Нижегородской области от 23 января 2020 года,

У С Т А Н О В И Л :

Приговором мирового судьи судебного участка № 2 Саровского судебного района Нижегородской области от 23 января 2020 года ФИО1 был оправдан по предъявленному ему обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

На указанный приговор частным обвинителем (потерпевшим) – Ф.Д.В. была подана апелляционная жалоба.

Кроме того, частным обвинителем (потерпевшим) – Ф.Д.В. были поданы апелляционные жалобы: на постановление мирового судьи судебного участка № 2 Саровского судебного района Нижегородской области от 19 декабря 2019 года, в соответствии с которым было отказано в удовлетворении ходатайства потерпевшего (частного обвинителя) о назначении психофизиологической экспертизы с использованием полиграфа и на постановление мирового судьи судебного участка № 2 Саровского судебного района Нижегородской области от 16 января 2019 года, в соответствии с которым было отказано в удовлетворении ходатайства частного обвинителя (потерпевшего) об исключении доказательств по уголовному делу.

Свою жалобу частный обвинитель (потерпевший) – Ф.Д.В., на приговор мирового судьи, мотивировала тем, что с данным приговором суда он не согласен, так как он не соответствует требованиям законности, обоснованности и справедливости, как того требует статья 297 УПК РФ.

Приводя в своей жалобе обстоятельства дела, частный обвинитель (потерпевший) – Ф.Д.В. указывает на тот факт, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции. В результате чего, автор жалобы считает, что в данном случае приговор вынесен на основе ложных показаний подсудимого ФИО1 и лжесвидетельских показаний Ю.В.И. и З.И.В.. Указывая в своей жалобе, в чем конкретно показания подсудимого ФИО1, являются ложными, автор жалобы указывает на тот факт, что находясь в дружеских отношениях подсудимый ФИО1, также склонил свидетелей Ю.В.И. и З.И.В. к даче ложных показаний в суде.

Кроме того, по мнению автора жалобы, сам факт написания им заявления о возбуждении уголовного дела по обвинению ФИО1 в клевете свидетельствует о его уверенности в ложности заявления ФИО1. Если предположить, что это не так, то в таком случае это могло бы свидетельствовать о его уверенности, что ФИО1 не имеет никаких средств или возможностей подтвердить свое обвинение (то есть уверенность в отсутствии свидетелей). Совершенно абсурдно предполагать, что в случае действительного предложения им взятки ФИО1 при свидетелях он бы написал заявление в УВД и мировой суд о клевете. В результате чего, частный обвинитель (потерпевший) – Ф.Д.В. считает, что в деле представлены совершенно противоречивые показания двух сторон.

Ссылаясь в жалобе на положения п. 3 ст. 389.16 УПК РФ, автор жалобы ссылается на тот факт, что в приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие.

Так, по его мнению, мировой судья безосновательно, не давая никаких пояснений, отверг его показания, а также показания свидетелей, как со стороны обвинения, так и со стороны защиты, об отсутствии возможности у ФИО1 вмешиваться в деятельность хозяйствующих субъектов по оказанию ритуальных услуг, а следовательно о бессмысленности каких-либо взяток. При этом, как указывает автор жалобы, мировой судья без всяких пояснений не принимает ответы на запросы со стороны Администрации г. ФИО12 и прокуратуры, в которых указано на отсутствие каких-либо жалоб.

Далее, оценивая субъективную сторону преступления, мировой судья учитывает показания подсудимого о том, что он обвинил его во взятке в эмоционально взволнованном состоянии, а не умышленно. При этом мировой судья, не обосновывая, указывает, что критически относится к его доводам о том, что ФИО1 умышленно ложно обвинил его в предложении взятки. Кроме того, в деле имеются и другие доказательства того, что в момент произнесения обвинения со стороны ФИО1, его речь была спокойной, его монолог никто не прерывал, он спокойно высказывал и утверждал все, что желал. Об этом, по мнению автора жалобы, свидетельствуют СД - диск с аудиозаписью заседания, в ходе которого было произнесено обвинение его во взятке и транскрибация этой аудиозаписи, однако мировой судья безосновательно отклонил их.

Кроме того, частный обвинитель (потерпевший) – Ф.Д.В. считает, что выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании. Так, оценивая письменный ответ директора МКУ «Специализированная служба по вопросам похоронного дела» (далее МКУ) с приложениями, мировой судья указывает, что «вышеперечисленные письма содержат в основном доводы МУП «КБУ» и ООО «Скарабей» о наличии претензий к МКУ и его директору ФИО1» однако, по мнению автора апелляционной жалобы, анализ данных документов показывает, что в них содержится рабочая переписка по вопросам финансово-хозяйственной деятельности: запрос на выдачу пропусков для автотранспорта; просьба о предоставлении помещения; обращение ФИО1 в адрес третьих организаций об уборке транспорта и т.д.. Единственной жалобой была жалоба ООО «Скарабей» 2019 г. на воспрепятствование хозяйственной деятельности со стороны ФИО1 в попечительский совет, на заседании которого по рассмотрению данной жалобы, ФИО1 и обвинил его публично в предложении взятки. Далее, мировой судья указывает, что показания ФИО1, свидетелей Ю.В.И. и З.И.В. являются последовательными и заслуживающими доверия, однако по мнению автора жалобы очевидно, что показания ФИО1 являются непоследовательными и меняются несколько раз, и в силу целого ряда доказательств очевидно, что показания ФИО1, свидетелей Ю.В.И. и З.И.В. вряд ли являются надежными заслуживают доверия.

В объяснениях в УВД ФИО1 указывает, что Ф.Д.В. якобы предложил ему вознаграждение за невмешательства в дела КБУ. Однако ФИО1 не указывает ни размера такого вознаграждения, ни наличия свидетелей данного разговора, что было бы крайне логично заявить именно в объяснениях, поскольку наличие свидетелей в корне изменило бы ситуацию. Кроме того, поскольку проверка в УВД по заявлению о совершении преступления носит полный характер, то такие вопросы не могли быть, не заданы ФИО1. Следовательно, никаких свидетелей не было. Но видимо, идея выдумать свидетелей «предложения взятки» пришла стороне защиты гораздо позднее. И защитник подсудимого заявил о наличии еще двух свидетелей (З.И.В. и Ю.В.И.) и ходатайствовал о вызове их в суд только на пятом судебном заседании, после опроса всех свидетелей. И впоследствии данные лица заявили, что якобы были свидетелями разговора между ФИО1 и им. При допросе свидетелей выяснено, что они находятся в длительных приятельских отношениях с ФИО1, а кроме того Ю.В.И. подрабатывает на кладбище, директором которого является ФИО1. Кроме того, никаких подробностей якобы той встречи: дата, погода на улице; в какой одежде он был; что было в руках, на голове и т. д. они не помнят. Так, свидетель З.И.В. не помнит, даже в какое время позднее работал в подчинении обвиняемого ФИО1 в МКУ «Специализированная служба по вопросам похоронного дела» вплоть до года работы, как и точное название организации, зато утверждает про якобы встречу после январских праздников 2011 года. Это, по мнению автора жалобы, свидетельствует о том, что вряд ли показания данных лиц заслуживают доверия. Более того, ближе к концу судебного процесса, при допросе подсудимого, ФИО1 заявил, что размер якобы предложенной взятки составил - 10 %, хотя до этого ни разу не указывал на размер. Это указывает на непоследовательность показаний ФИО1.

При этом, из жалобы следует, что свидетель Т.А.В. показывал, что именно он был изначальным инициатором встречи ФИО1 с ним. Также он указал, что впоследствии неоднократно встречался с ФИО1, З.И.В. и Ю.В.И., поскольку все они дружили, однако никто из них никогда не говорил ни о ссоре между ним и ФИО1, ни о предложении взятки, хотя очевидно, что если бы такое произошло, то данное событие нельзя было бы считать рядовым. Это так же подтверждает, что показания ФИО1, З.И.В. и Ю.В.И. вряд ли заслуживают доверия. И более того, это подтверждает, что показания ФИО1 о том, что инициатором встречи якобы был Ф.Д.В., так же являются ложными и не заслуживающими доверия.

Кроме того, из жалобы следует, что в приговоре мирового судьи указано, о том, что по месту работы ФИО1 характеризуется положительно, однако в характеристике, выданной Администрацией г. ФИО12, указано, что он привлекался к дисциплинарной ответственности, а это по мнению автора жалобы, свидетельствует не только о неверных выводах судьи, но и о неблагонадежности ФИО1.

Также, по мнению автора жалобы, мировой судья не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на его выводы. При оценке доказательств мировой судья, не учел, что в данных обстоятельствах, как в теории, так и на практике, для подтверждения ложного характера обвинения его в предложении взятки у него существует возможность представить только доказательства абсурдности обвинения его в предложении взятки, а также дополнительные и косвенные доказательства ложности обвинения со стороны ФИО1. Следовательно, не принятие мировым судьей во внимание данных доказательств означает абсолютное лишение его возможности защитить свое честное имя и деловую репутацию, которым нанесен урон.

По мнению автора жалобы, любому разумному человеку, безусловно, понятно, что при указанных обстоятельствах (а именно, речь идет об отказе ФИО1 назвать точную дату и время встречи) у него абсолютно отсутствует даже теоретическая возможность предоставить прямые доказательства ложности обвинения во взятке.

Так, если бы ФИО1 указал точные данные, касающиеся даты и времени, то теоретически и практически можно было бы представить, например, показания свидетелей, что он находился в это время в другом месте, или же могла бы быть найдена видеозапись, на которой было бы видно, что в указанное время его не было на месте встречи, указанном ФИО1 и т. д..

Поскольку из объяснений ФИО1 в УВД следует, что встреча якобы состоялась «в начале 2011 г.», следовательно, ему нужно было бы представить беспрерывную видеозапись о его местонахождении длительностью примерно 6 месяцев или более, или показания свидетелей за такой же период, что является нереальным, неразумным и даже абсурдным.

Вместе с тем, как указывает автор жалобы, мировой судья отклонил все его возможные доводы о ложности и абсурдном характере обвинения, так же как и его ходатайство о назначении психофизиологической экспертизы с использованием полиграфа, как не имеющие правового значения. В результате чего, автор жалобы – Ф.Д.В., считает, что он был лишен конституционного права на судебную защиту, предусмотренного в п. 1 ст. 46 Конституции РФ.

Кроме того, по мнению автора жалобы, положения УПК касающиеся оценки доказательств, ни в коем случае не должны рассматриваться в данных обстоятельствах (когда абсолютно отсутствует возможность прямых доказательств) как позволяющие отклонить или не принимать во внимание доказательства абсурдности и косвенные доказательства - поскольку согласно ст. 18 Конституции РФ именно права человека определяют смысл, содержание и применение законов, в том числе УПК, то есть толкование и применение положений УПК способом, лишающим возможности защитить свои права, является неконституционным, нарушает его конституционные права.

Также, частный обвинитель (потерпевший) – Ф.Д.В. считает, что мировым судьей допущено существенное нарушение уголовно-процессуального закона, поскольку приговор основан на недостаточных (не относимых, недостоверных и недопустимых доказательствах), что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона. Речь идет о показаниях свидетелей защиты Ю.В.И. и З.И.В., а также письменных доказательствах - ответа ФИО1 на запрос суда о предоставлении копий жалоб МУП КБУ в адрес директора МКУ с приложениями на 142 листах. Не смотря на то, что им было заявлено обоснованное ходатайство об исключении данных доказательств, мировой судья отказал в удовлетворении ходатайства и дал неверную оценку данным доказательствам. По его мнению, свидетели защиты Ю.В.И. и З.И.В. предоставили суду показания, что были свидетелями его конфликта с обвиняемым ФИО1 в конце января - начале февраля 2011 года, где с их слов он заявлял, что: - «10% не такие уж плохие деньги». Дату и время свидетели не знают, что такое - «10% не такие уж плохие деньги» не знают, а получили информацию от обвиняемого, конкретно слово «взятка» не слышали. Никаких подробностей якобы той встречи: дата, погода на улице, в какой одежде он был, что было в руках, на голове и т. д. не помнят. При этом, как указывает – Ф.Д.В. - со своей стороны он заявил, что со свидетелем З.И.В., он несколько раз пересекался ранее в совместных компаниях, а свидетеля Ю.В.И. в первый раз увидел на судебном заседании. Никакой встречи, при которой присутствовали бы, данные свидетели у него не было. У него была встреча наедине с обвиняемым в марте 2011 года по просьбе обвиняемого ФИО1, переданной ему ранее свидетелем Т.А.В., в помещении школы № 11 в марте 2011 года после 14.03.2011 года в обеденный перерыв рабочего дня. Также на заседании выяснено, что свидетели З.И.В., Ю.В.И. и обвиняемый ФИО1 находятся в приятельских отношениях и состояли в одном военно-патриотическом клубе, а З.И.В. помимо этого являлся и подчиненным обвиняемого ФИО1. В результате чего, автор жалобы считает, что даже если предположить, что показания Ю.В.И. и З.И.В. не являются ложными, то они в любом случае не могут рассматриваться как относимые, допустимые и достоверные доказательства и должны быть исключены. Если сведения не соответствуют определенным требованиям, то они могут рассматриваться лишь как сведения, которые не стали доказательствами в силу того, что они не соответствуют предъявленным требованиям. В связи с чем, он считает, что данные показания свидетелей не являются относимыми, так как свидетели не могут указать точную дату якобы той встречи. То есть не ясно, когда это было, относятся ли их показания к предполагаемым событиям или нет. В связи с тем, что свидетельские показания не соответствуют требованиям относительности, у него нет способа доказать и отсутствует возможность опровергнуть показания свидетелей, и он лишен полноценных прав защиты. Также данные показания не соответствуют требованиям допустимости, так свидетели якобы той встречи слышали про какие-то «10%», но к чему это относилось, они не слышали. Что было предметом обсуждения тоже не знают. Конкретно не указывают, что они слышали слово «взятка» и их показания основаны на предположении, догадках и сведениях, поступившим от обвиняемого. То есть, о чем якобы шла речь, они сами не слышали, могут только предполагать. Доказательства, которые строятся на догадках и мнении других лиц, не являются допустимыми.

По мнению автора жалобы, требованиям достоверности показания не соответствуют ввиду их ложного характера и его утверждения об отсутствии факта той якобы встречи, косвенно подтвердить которую он лишен возможности ввиду отказа от прохождения психофизиологической экспертизы с использованием полиграфа. Таким образом, данные показания свидетелей не соответствуют требованиям относимости, допустимости и достоверности на основании ч.1 ст. 88 УПК РФ и не являются достаточными.

Относительно письменных доказательств, полученных по запросу мирового судьи, автор жалобы также указывает, что в данных материалах отсутствуют какие-либо жалобы Ф.Д.В. или МУП КБУ в адрес МКУ, а содержатся какие-то материалы финансово-хозяйственной деятельности МКУ, которые не имеют никакого отношения к конфликту и не могут служить подтверждением негативных отношений между ФИО1 и им. Поэтому они являются неотносимыми доказательствами.

Кроме того, по мнению автора жалобы, мировой судья неправильно применил уголовный закон. Так, мировой судья, при квалификации преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ допустил серьезные ошибки, исключая при этом преступность деяния. Оценивая объективную сторону деяния ФИО1, мировой судья указывает, что фраза с обвинением Ф.Д.В. во взятке была не утверждением, а субъективно-оценочным мнением ФИО1, что по мнению автора жалобы является в корне неверным. Обвинение со стороны ФИО1 звучало следующим образом: «Наше знакомство началось, когда мне господин Ф.Д.В. взятку предложил. На что я ему сказал: «Дорогой, извини, я такими вещами заниматься не буду». Как указывает, Ф.Д.В., в данном случае очевидно, что ФИО1 утверждает, а не предполагает и не ссылается на какой-то источник. Таким образом, это утверждение, а не субъективная оценка и мнение, как указывает мировой судья.

По мнению частного обвинителя (потерпевшего) – Ф.Д.В., мировой судья, не приняв ни одного из представленных стороной обвинения доказательств, в то же время не дал никакой основанной на законе мотивации относительно того, по каким признакам эти доказательства судом отвергнуты и не приняты во внимание как таковые. Мировой судья, основываясь при постановлении оправдательного приговора, придал неоправданно решающее значение доказательствам, представленным стороной защиты, при этом не учел требования уголовно-процессуального закона, в соответствии с которыми проверка доказательств, производится судом путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство. Каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела. При этом ни одно из доказательств не может быть признано заранее установленным.

Свою апелляционную жалобы на постановление мирового судьи судебного участка № 2 Саровского судебного района Нижегородской области от 19 декабря 2019 года, в соответствии с которым было отказано в удовлетворении ходатайства потерпевшего (частного обвинителя) о назначении психофизиологической экспертизы с использованием полиграфа, частный обвинитель (потерпевший) - Ф.Д.В. мотивировал тем, что он не согласен с постановлением мирового судьи, поскольку оно является необоснованным и неправомерным.

Полагает, что требования ст. 195 УПК РФ им были выполнены, поскольку в ходатайстве обоснована необходимость назначения данной экспертизы, наименование экспертного учреждения, в котором должна быть произведена судебная экспертиза, вопросы, которые должны быть поставлены перед экспертом. Кроме того, в постановлении мирового судьи об отказе в удовлетворении ходатайства прослеживается непоследовательность и противоречие: с одной стороны, мировой судья указывает, что заключение психофизиологической экспертизы не отнесено к числу доказательств по уголовному делу, а с другой стороны, предъявляет к нему требования ст. 195 УПК РФ.

Ходатайство о назначении психофизиологической экспертизы с использование полиграфа было заявлено им с целью устранения возникших противоречий по рассматриваемому судом делу, а именно для выявления ложного характера показаний свидетелей З.И.В. и Ю.В.И. по событиям, якобы произошедшим в январе - феврале 2011 года.

При этом, автор жалобы указывает на тот факт, что для него крайне важно было данное ходатайство, так как экспертиза с использованием полиграфа является для него практически единственным средством доказать ложность обвинений ФИО1 в его адрес в предложении взятки и защитить свои конституционные и процессуальные права, а также честное имя.

Таким образом, частный обвинитель (потерпевший) – Ф.Д.В., считает, что в удовлетворении ходатайств было отказано без достаточных к тому оснований.

Мотивирую свою апелляционную жалобу на постановление мирового судьи судебного участка № 2 Саровского судебного района Нижегородской области от 16 января 2019 года, в соответствии с которым было отказано в удовлетворении ходатайства потерпевшего (частного обвинителя) об исключении доказательств по уголовному делу, частный обвинитель (потерпевший) - Ф.Д.В. указал, что также не согласен с постановлением мирового судьи, поскольку отклоняя его мотивированное ходатайство, мировой судья указал, что его ходатайство якобы является необоснованным, и что в рамках судебного следствия по делу каких-либо фундаментальных нарушений процессуального законодательства не имеется.

Так автор жалобы указывает, что ходатайства об исключении свидетельских показаний и письменных доказательств из материалов дела как недопустимых и неотносимых были заявлены им в связи с тем, что свидетельские показания не соответствуют требованиям относимости, допустимости и достоверности, в результате чего, у него нет способа доказать свою правоту, и отсутствует возможность опровергнуть показания свидетелей, в результате чего, он лишен полноценного права на защиту.

Что касается письменных доказательств, то они не имеют никакого отношения к конфликту, не могут служить подтверждением негативных отношений между ФИО1 и им, и никак не свидетельствуют о наличии постоянных (начиная с 2011 г.) претензий к МКУ и его директору ФИО1, поэтому они являются неотносимыми доказательствами.

В результате чего, частный обвинитель (потерпевший) – Ф.Д.В.,В. просит суд апелляционной инстанции постановление мирового судьи по данным ходатайствам отменить, и исключить показания свидетелей Ю.В.И. и З.И.В. из материалов дела как неотносимые, недопустимые и недостоверные доказательства, а также исключить письменное доказательство - ответ ФИО1 на запрос суда о предоставлении копий жалоб МУП КБУ в адрес директора МКУ с приложениями на 142 листах из материалов дела как неотносимое доказательство.

На основании всего выше изложенного, частный обвинитель (потерпевший) – Ф.Д.В., просит приговор мирового судьи судебного участка № 2 Саровского судебного района Нижегородской области ФИО2 от 23 января 2020 года по делу № 1-27/2019 отменить и вынести новое судебное решение.

Срок апелляционного обжалования указанного приговора суда, в соответствии с требованиями ст. 389.4 УПК РФ, не пропущен.

При рассмотрении дела судом апелляционной инстанции частный обвинитель (потерпевший) – Ф.Д.В., доводы своих апелляционных жалоб поддержал в полном объеме и просил их удовлетворить.

Защитник оправданного ФИО1 – адвокат Козлов А.В., просил апелляционные жалобы оставить без удовлетворения, а приговор мирового судьи без изменения.

Изучив доводы апелляционных жалоб, заслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Из представленных материалов дела, и в ходе судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции, установлено, что мировым судьей было верно установлено, что 23 августа 2019 года в период с 15 часов 00 минут до 16 часов 00 минут, в помещении кабинета № 423, расположенного в здании администрации г. Сарова Нижегородской области, расположенном по адресу: <...> «а», в ходе заседания попечительского (наблюдательного) совета по вопросам похоронного дела в городе Сарове, на котором присутствовали Ф.Д.В., ФИО1, Л.С.И., Ш.В.А., К.П.В., С.В.С., Ж.Л.Н., сидевшие за одним столом, ФИО1 произнес фразу следующего содержания: «Наше знакомство началось, когда мне господин Ф.Д.В. взятку предложил. На что я ему сказал: «Дорогой, извини, я такими вещами заниматься не буду»», которая Ф.Д.В. была воспринята как клеветническая и оскорбительная.

Приведенные выше обстоятельства были установлены судом первой инстанции путем полного и всестороннего исследования доказательств, представленных сторонами, как обвинения, так и защиты, с соблюдением принципа состязательности сторон.

Так, в ходе рассмотрения дела по существу в суде первой инстанции частный обвинитель (потерпевший) – Ф.Д.В., поддерживал предъявленное ФИО1 обвинение по ч. 1 ст. 128.1 УК РФ в полном объёме, указывая в суде первой инстанции, что 23 августа 2019 года, в период с 15 часов 00 минут до 16 часов 00 минут, на заседании наблюдательного совета по вопросам похоронного дела в городе Сарове, проходившем по адресу: <...> «а», в кабинете 423 Департамента городского хозяйства Администрации г. ФИО12 директор МКУ «Специализированная служба по вопросам похоронного дела» ФИО1 распространил заведомо ложные сведения в отношении Ф.Д.В., а именно, что 10 лет назад Ф.Д.В. якобы предлагал ФИО1 взятку, то есть ФИО1 публично заведомо ложно обвинил Ф.Д.В. в совершении уголовного преступления. ФИО1 достоверно известно, что распространенная им информация является ложной, это подтверждается, в частности, тем фактом, что ФИО1 не обращался с соответствующими заявлениями в правоохранительные органы. Указанные сведения ФИО1 распространил в связи с имеющимся между ними конфликтом, осознавая противоправность своих действий. Распространенные заведомо ложные сведения порочат честь и достоинство Ф.Д.В., подрывают его репутацию как предпринимателя, как в глазах администрации, так и перед потенциальными клиентами.

Также в суде первой инстанции Ф.Д.В. пояснял, что с 1996 года был работником МУП «КБУ», с 2005 года он был заместителем директора по экономике, один из видов деятельности МУП «КБУ» было ритуальное направление, это порядка 3 - 5 % от общего объема выручки предприятия. В районе с 15 по 30 ноября 2018 г. МУП «КБУ» ликвидировано. Примерно с 10 по 12 марта 2011 года, точную дату он не помнит, Ф.Д.В. по просьбе своего друга – Т.А. встречался с ФИО1, встреча происходила в 11-й школе г. Сарова, в заднем помещении – пристройке, без свидетелей, обсуждались вопросы архивов МУП «КБУ». Встречались во время обеденного перерыва, после чего разошлись. В ходе данной встречи денежные средства со стороны Ф.Д.В. ФИО1 не предлагались. В середине июля 2019 г. Ф.Д.В. в качестве директора ООО «Скарабей», которое занимается благоустройством мест захоронений и установкой сооружений, написал заявления в Думу и Попечительский совет по вопросам похоронного дела г. ФИО12 по поводу претензий к работе городского кладбища. Заседание попечительского совета по рассмотрению указанного заявления было проведено 23.08.2019 г.. На заседании присутствовали: председатель - заместитель главы Администрации Л.С.И., его подчиненные, член совета Ш.В.А., представитель от инвалидов ФИО3, от соцзащиты работник, Ф.Д.В. и представитель предприятия ФИО4. Заседание проходило в здании городской администрации по пр. Ленина, д. 20 «а», г. ФИО12, в 423-м кабинете. Началось заседание в 15 часов 00 мин. На заседании обсуждались претензии от ООО «Скарабей», первая претензия была по поводу пропусков на кладбище. Обсудив данную претензию, перешли к тому, что помещение на территории кладбища используется не по назначению и есть преференции некоторым организациям. После чего, начался разговор на повышенных тонах между Л.С.И., Ш.В.А., ФИО1 и Ф.Д.В.. В ходе данного разговора Ф.Д.В. заявил о наличии данных о том, что директор МКУ ФИО1 в нарушение закона предоставляет интересы и заключал договора от имени других хозяйствующих субъектов, хотя не имел на это право. После чего, ФИО1 сказал дословно: - «и вообще наше знакомство началось с того, когда господин Ф. в 2011 году мне взятку предложил», сказано это было абсолютно спокойно, что видно по аудиозаписи. На заседании все сидели за столом, Ф.Д.В. сидел напротив ФИО1, по диагонали. Указанную фразу ФИО1 сказал сидя, но обращался ко всем, после этого, начался небольшой шум такой, что «давайте не будем разбрасываться громкими словами», в итоге остановились, продолжили совещание. С указанной фразой ФИО1 Ф.Д.В. не согласен и удивлен, что так может быть. В ходе указанного заседания Ф.Д.В. самостоятельно вел аудиозапись, которую представил суду, на свой собственный телефон марки «iPhone 5S». После этого, в течение недели Ф.Д.В. написал заявление в УВД о привлечении ФИО1 к ответственности за клевету, полиция вынесла решение, что это не их подведомственность, после чего, он написал заявление в суд. Просил привлечь ФИО1 к уголовной ответственности за совершение им преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ.

Оправданный ФИО1 свою вину в совершении инкриминируемого ему преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, в суде первой инстанции не признал и пояснял следующе. 31 декабря 2010 года он был назначен на должность директора МКУ «Специализированная служба по вопросам похоронного дела», до него директором была К.О.А., которая в беседе поясняла, что ее вынудили уволиться, а именно постоянные жалобы, претензии со стороны МУП «КБУ», у них был конфликт, причины конфликта ему неизвестны. Когда он возглавил МКУ «Специализированная служба по вопросам похоронного дела», к нему обратился знакомый приятель - Т.А., сказал, что с ним хочет встретиться Ф.Д., который на тот момент был заместителем директора МУП «КБУ». Дату точно не помнит, но это был примерно январь - февраль 2011 г.. Он против встречи не возражал. Далее, точный день не помнит, в вечернее время ему позвонил Ф.Д.В., предложил встретиться. ФИО1 ему сказал «подходи, я как раз сейчас нахожусь в школе № 11, где находится ВПК «Мужество», так как по совместительству он являлся на тот момент педагогом дополнительного образования в «Центр внешкольной работы» и проводил там тренировки. Ориентировочно с 18 часов 00 минут до 19 часов 00 минут, подошел Ф.Д.В.. Он находился в комнате учебного класса, прямо по входу. Ф.Д.В. стал рассказывать ему, что 80 процентов всего финансирования, которое есть у КБУ – это как раз деятельность кладбищ, не только продажа и установка могильных сооружений, но и осуществление ритуальных услуг, похорон. При этом, пояснил, что было бы не плохо, если они бы подружились. Когда он спросил ФИО5, в чем это заключается, то им было озвучено «за определенный процент – десять процентов вы будете закрывать глаза на наши действия на территории кладбища». На что ФИО1 сказал, что он такими вещами не занимается, и будет делать все по закону, а условия будут одинаковы для всех. Тогда Ф.Д.В. уже начал угрожать в том плане, что с ФИО1 будет тоже самое, что и с К.О.А.. ФИО1 не выдержал и стал выталкивать его, материться в его адрес. Вытолкал в середину, в проход, далее вбежали ФИО6 с Зубовым, которые находились в соседней комнате, разняли их, и Ф.Д.В. вышел. На этом как бы конфликт закончился и потом длительное время они не пересекались. На момент того разговора, Ф.Д.В. представился, что он представляет интересы МУП «КБУ», он занимается экономикой и эти вопросы решает он, то есть он приходил не как физическое лицо. И потом на протяжении всех 10 лет от МУП «КБУ» систематически было в адрес МКУ «Специализированная служба по вопросам похоронного дела» и претензии о проведении каких-то проверок, жалобы. Вплоть до последнего момента МУП «КБУ» так и осуществляло деятельность по содержанию общественного кладбища, они заключали муниципальный контракт. Доходило до того, что они заключают контракт и не выполняют его условия, идут жалобы от жителей города, что условия не выполняются. Они вынуждены были их штрафовать, и расторгать с ними договор потому, что они не выполняли свои обязанности. Потом МУП «КБУ» было ликвидировано и на его базе, как он понимает, возникло предприятие «Скарабей», это конец 2018 г. - начало 2019 г.. Тут же начались какие-то претензии по поводу того, что им представляется помещение, в том числе для складирования песка, щебня, а другим данные помещение предоставляется. На что им было сказано, что все находятся в одинаковых условиях, и ко всем требования одинаковые. Тогда вопросы хозяйствующей деятельности МКУ «Специализированная служба по вопросам похоронного дела» и требования со стороны «Скарабей» о предвзятом к ним отношении были вынесены на попечительский совет. На попечительский совет ФИО1 пришел уже «на нервах», это было в здании Администрации г. ФИО12 в августе 2019 г., дату точно он не помнит. В порыве злости он вспомнил Ф.Д.В. вот эту их встречу 2011 года, где он предлагал ФИО1 взятку, на что тот ответил отказом. Данное заседание попечительского совета было собрано в связи с жалобой Ф.Д.В. на действия директора МКУ «Специализированная служба по вопросам похоронного дела». Насколько он помнит, жалоба поступила сначала в городскую Думу, потом она была передана на рассмотрение в Попечительский совет по рассмотрению вопросов похоронного дела. Заседание проводилось 23.08.2019 г. в здании Администрации г. Сарова, в кабинете Л.С.И. по адресу: <...> «а», кабинет на 4 этаже. Заседание началось в 15 часов 00 минут, на нем присутствовали члены попечительского совета - Л., Ш., ФИО1, представитель общества инвалидов, фамилию не помнит, ФИО7 – из социальной поддержки, и 2 приглашенных – Ф.Д.В. и К.. Все присутствующие сидели за столом. ФИО1 и Ф.Д.В. сидели друг напротив друга, по диагонали. В ходе обсуждения все разговаривали достаточно эмоционально и ФИО1 сказал Ф.Д.В. дословно: - «в 2011 году ты мне предлагал взятку». Эта фраза была обращена к Ф.Д.В. лично, сказана на эмоциях, но у него не было цели опорочить Ф.Д.В., так получилось, что рядом присутствовали еще другие, ФИО1 этим как бы напомнил Ф.Д.В. их знакомство, при каких обстоятельствах оно произошло. Произносил указанную фразу ФИО1 сидя, и ни на кого не смотрел. Под произнесенным словом «взятка» ФИО1 подразумевал предложение денег за его незаконные бездействия, в частности, чтобы он «закрывал глаза» на деятельность МУП «КБУ» и не предъявлял им претензий, препятствовал деятельности других ритуальных компаний. На указанную фразу ФИО1, Ф.Д.В. ответил, что «это серьезное обвинение», Л.С.И. тут же пресек это, сказал «давайте успокоимся», то есть действительно все было на эмоциях. При этом в ходе совещания аудиофиксация не велась и Ф.Д.В. не предупреждал, что будет записывать аудио, но представленная им аудиозапись сделана именно с того заседания.

Допрошенный в суде первой инстанции свидетель Л.С.И. показал. что с 05.05.2011 года он занимает должность заместителя главы администрации г. Сарова – директора Департамента городского хозяйства Администрации г. Сарова. Также он является председателем Попечительского совета по вопросам похоронного дела г. ФИО12, на заседаниях которого заслушивается руководители по вопросам похоронного дела, какие жалобы поступали. В июле или августе 2019 г. в попечительский совет поступило обращение от ООО «Скарабей» на действия ФИО1 по поводу воспрепятствования проведению работ по благоустройству захоронений на территории кладбищ. В августе 2019 г., дату точно он не помнит, проведено заседание попечительского совета для рассмотрения указанного обращения, на нем присутствовали ФИО8, представители соцзащиты и общества инвалидов, но точно вспомнить не может. В процессе заседания постоянно были какие-то взаимные претензии, обвинения, перепалки, где-то был диалог, где-то кто-то на повышенных тонах говорил, но точно уже не помнит. Также он не помнит о том, озвучивались ли какие-либо сведения о противоправных действиях. Но по итогу обсуждения они пришли к разрешению поставленных вопросов, оформлен письменный протокол заседания. От ФИО1 в адрес департамента сообщений о предложении ему взяток не поступало.

Из показаний допрошенного в суде первой инстанции свидетеля Ш.В.А. следует, что с 13.09.2019 г. она занимает должность начальника сектора благоустройства и автотранспорта Управления инженерной инфраструктуры и охраны окружающей среды Департамента городского хозяйства Администрации г. Сарова. Также она является секретарем Попечительского совета по вопросам похоронного дела г. ФИО12. Ф.Д.В. направил в попечительский совет через городскую думу заявление, что ФИО1 препятствует в деятельности ООО «Скарабей» и предвзято к ним относится. В июле или августе 2019 года, дату точно не помнит, по рассмотрению указанного заявления Ф.Д.В. проводилось заседание попечительского совета. На заседании присутствовали Л.С.И. в качестве председателя, она в качестве секретаря, из соцзащиты - ФИО9, представитель из общества инвалидов, фамилию не помнит, Ф.Д.В. со своим мастером и ФИО1. Заседание проходило в кабинете № 423 Департамента городского хозяйства Администрации <...> «а», г. ФИО12. В кабинете все сидели за столом. В ходе заседания между Ф.Д.В. и ФИО1 начался диалог или перепалка, они стали выдвигать обвинения в адрес друг друга по разным поводам, и ФИО1 сказал, что Ф.Д.В. когда-то предлагал ему взятку. На это Ф.Д.В. оскорбился, сказал, что такого не было и стал тоже обвинять ФИО1 в других вещах, что ФИО1 предвзято относится к их организации, препятствует проезду автотранспорта на территорию кладбища. Потом Л.С.И. эту недружескую перепалку пресек. Считает, что ФИО1 высказал указанное обвинение в адрес Ф.Д.В. на эмоциях, ее мнение о деловой репутации Ф.Д.В. не изменилось.

Допрошенный в суде первой инстанции свидетель К.П.В. показывал, что он занимает должность директора ООО «СтройСервис», с Ф.Д.В. находится в приятельских отношениях. В середине августа 2019 г., дату точно не помнит, он в качестве руководителя указанной организации по приглашению Ф.Д.В. был на заседании попечительского совета в администрации г. Сарова, проходившего в кабинете у директора ДГХ. Там обсуждались вопросы по работе МКУ «Специализированная служба по вопросам похоронного дела», на заседании присутствовали: директор ДГХ - ФИО10, заместитель - ФИО8, директор службы похоронного дела - ФИО1, Ф.Д.В., он, женщина (имя не знает), ФИО3, все сидели за столом. Сначала выступал Ф.Д.В., потом уже пошел диалог, разговор в свободной форме, в ходе которого ФИО1 дословно сказал Ф.Д.В. следующее: «Вы мне в 2011 году предлагали взятку. Только я так не работаю. Я не взял». При этом ФИО3 высказался, что такими словами на публичных совещаниях нельзя бросаться, это очень серьезное оскорбление. Ф.Д.В. также ответил, что серьезное обвинение. К.П.В. воспринял указанные слова ФИО1 как публичную ложь, при этом считает, что ФИО1 сказал указанные слова лично Ф.Д.В..

Допрошенный в суде первой инстанции свидетель О.С.К. показал, что он занимал должность руководителя МУП «КБУ» с 2006 года до его ликвидации в ноябре 2018 г., Ф.Д.В. работал там заместителем директора по экономике и финансам вплоть до ликвидации организации. Репутация Ф.Д.В. была хорошая, пользовался уважением. Обращений антикоррупционного характера относительно Ф.Д.В. не поступало, а если бы поступили, то он был бы немедленно уволен, так как на предприятии во исполнение антикоррупционного закона было утверждено положение, с которым были ознакомлены все сотрудники, кроме того, соответствующие обязанности были включены в должностные обязанности и рабочие инструкции. Зарплата Ф.Д.В. не зависела от выручки услуг МУП «КБУ», так как состояла из оклада. МУП «КБУ» также занималось ритуальной деятельностью, но ни Ф.Д.В., ни ФИО1 не сообщали информацию о противоправных действиях относительно друг друга, претензий со стороны МУП «КБУ» в адрес МКУ «Специализированная служба по вопросам похоронного дела» не было.

Из показаний свидетеля С.В.С. следует, что он занимает должность председателя правления Саровского городского общества инвалидов Всероссийского общества инвалидов с 14.02.2019 г.. В связи с занимаемой должностью в августе 2019 года, дату точно не помнит, он присутствовал на заседании попечительского совета по похоронным делам. Заседание проходило в здании администрации г. ФИО12, в кабинете Л.С.И., номер кабинета не знает, присутствовали: он, ФИО10, ФИО8, женщина из соцзащиты (фамилию не помнит), молодой человек (фамилию не помнит), представитель ООО «Скарабей» и вместе с ним пришел молодой человек и ФИО1, все сидели в кабинете вокруг стола для совещания, обсуждалось заявление ООО «Скарабей» о том, что им чинят препятствия по осуществлению предпринимательской деятельности на территории городского кладбища. В ходе заседания был диалог на повышенных тонах, взаимные обвинения, перепалка, но он в разговор особо не вникал и слово «взятка» не слышал.

Допрошенная в суде первой инстанции свидетель Ж.Л.Н. показала, что она занимает должность заместителя директора ГКУ НО «УСЗН г. ФИО12». Также она входит в состав попечительского совета по похоронному делу, заседание которого проходило кажется 23.08.2019 г. в здании администрации г. Сарова, присутствовали: ФИО1, Л., Ш. - она секретарь, и от общества инвалидов представитель, от ООО «Скарабей» - Ф.Д.В.. Обсуждали заявление Ф.Д.В. о деятельности кладбища, она сильно не вникала, конкретно что-то плохого она не запомнила, никаких склок она не помнит, все прошло в рабочем порядке.

Из показаний свидетеля Т.А.В. следует, что он знает Ф.Д.В. с детства, отношения дружеские. ФИО1 знает с 1996 или 1997 года, отношения приятельские. Знает также и Ю.В.И. с З.И.В. Насколько ему известно, отношения между ФИО1 и Ю.В.И. с З.И.В. приятельские, а Ю.В.И. подрабатывает на кладбище. Он знал, что в 2011 году между ФИО1 и Ф.Д.В. были какие-то разногласия, поэтому по своей личной инициативе организовал их встречу, так как не хотел, чтобы два его товарища были в ссоре. В частности, с согласия ФИО1 и Ф.Д.В., он передал обоим их номера телефонов, чтобы они смогли договориться о встрече и поговорить. Подробности этой встречи ему неизвестны, но он знает, что они ни о чем не договорились.

Допрошенный в суде первой инстанции свидетель С.А.П. показал, что он является индивидуальным предпринимателем и директором Саровской похоронной службы «Ритуал сервис». Ему известно, что МКУ «Специализированная служба по вопросам похоронного дела» образовано в 2010 году после обращения С.А.П. и его компаньона Б.С.В. в антимонопольный комитет по Нижегородской области в связи с воспрепятствованием в осуществлении деятельности со стороны МУП «КБУ», которое было их конкурентом. Потом МУП «КБУ» покинуло территорию городского кладбища, забрав с собой свое имущество, директор МКУ «Специализированная служба по вопросам похоронного дела» ФИО1 поставил все организации в равные условия, прекратил взимать денеги за въезд на кладбище, как при МУП «КБУ», следит за порядком на кладбище. ФИО1 не вмешивался в хозяйственную деятельность возглавляемой С.А.П. организации, также ему неизвестны случаи незаконной коммерческой деятельности ФИО1 на территории городского кладбища.

Из показаний свидетеля И.О.Л. следует, что она занимает должность заведующей кладбищем в МКУ «Специализированная служба по вопросам похоронного дела». Она работает в данной организации с момента ее образования, сначала директором была К.О.А., но она вынуждена была уйти, поскольку ее морально «прессовали» со стороны организации «Ангел» и МУП «КБУ» путем направления заявлений и писем с жалобами на нее. Потом директором стал ФИО1 и начались положительные изменения, он навел порядок, установил равные условия для всех, а раньше при МУП «КБУ», насколько ей известно, брали деньги за въезд на кладбище и за похоронные места. Ей неизвестно о фактах получении дисциплинарных взысканий ФИО1, знает его только с положительной стороны.

Из показаний свидетеля Ю.В.И. следует, что он знает ФИО1 с 2010 года, когда привел своего сына к нему в клуб. Ранее он видел Ф.Д.В., это было в начале 2011 года, дату точно не помнит, вечером. Это было в коридоре в патриотическом клубе «Мужество», расположенном в 11-й школе на ул. П. Морозова в г. ФИО12, где у него занимался сын. ФИО1 и Ф.Д.В. разговаривали, и ФИО1 громко сказал, что «все будет по закону» и попросил ФИО1 выйти, а потом уже начал орать, попросил его удалиться или он его сейчас ударит. Ф.Д.В. ответил ему, что «десять процентов это не такие и плохие деньги». Именно после этого ФИО1 уже начал орать. Тогда Ю.В.И. вмешался и встал между ними, попросил Ф.Д.В. покинуть помещение. Это также видел ФИО11 - инструктор в клубе «Мужество». Позже Ю.В.И. спросил у ФИО1 о том, что это было и кто это такой? ФИО1 сказал ему, что это был Ф.Д.В. из КБУ, предлагал взятку.

Из показаний свидетеля З.И.В. следует, что он знает ФИО1 около 20 лет, являются коллегами по патриотическому клубу, ранее также работал в МКУ «Специализированная служба по вопросам похоронного дела»; также знает и Ф.Д.В., с которым ранее виделись в общих компаниях. В начале 2011 года, дату точно не помнит, он был очевидцем конфликта между ФИО1 и Ф.Д.В.. Это было в патриотическом клубе «Мужество», расположенном в 11-й школе г. Сарова, он и Ю.В.И. слышали разговор между ними, находясь в соседнем помещении, как он понял, Ф.Д.В. предлагал взятку, так как говорил о деньгах, и слышал слова ФИО1, который говорил, что «Все будет по закону. Я не потерплю». Ф.Д.В. говорил, что «десять процентов это хорошие деньги». И еще какие-то слова с матом, возможно это говорил ФИО1, услышав все это, он и Ю.В.И. выбежали, он увидел, что ФИО1 выгонял Ф.Д.В., и Ю.В.И. вмешался, чтобы не было рукоприкладства, он оттолкнул Ф.Д.В. и просил его удалиться.

Также судом первой инстанции в качестве доказательства по делу исследовались:

- заявление Ф.Д.В. в порядке частного обвинения мировому судье судебного участка № 2 Саровского судебного района Нижегородской области в котором он просит о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ;

- письменное объяснение ФИО1, от 28.08.2019 года, полученное в рамках проведения проверки по заявлению Ф.Д.В.;

- письменный ответ директора МКУ «Специализированная служба по вопросам похоронного дела» (далее – МКУ) от 27.10.2019 г. в адрес мирового судьи судебного участка № 2 Саровского судебного района Нижегородской области с приложениями на 142 листах, которым направлены копии жалоб руководства МУП «КБУ» и ООО «Скарабей» в отношении директора МКУ «Специализированная служба по вопросам похоронного дела» в период времени с 2011 года по настоящее время, а также копии писем в рамках переписки МКУ с МУП «КБУ», администрацией г. Сарова, МУ МВД России по ЗАТО г. ФИО12, прокуратурой ЗАТО г. ФИО12 и УФАС по Нижегородской области. Данные документы содержат в основном доводы МУП «КБУ» и ООО «Скарабей» о наличии претензий к МКУ и его директору ФИО1 в рамках осуществляемой деятельности по оказанию ритуальных услуг на территории общественного кладбища г. Сарова Нижегородской области, а также доводы МКУ о наличии претензий к МУП «КБУ» в рамках исполнения муниципальных контрактов на оказание услуг по содержанию общественного кладбища г. Сарова Нижегородской области. В том числе обращение директора ООО «Скарабей» Ф.Д.В. в адрес Думы г. Сарова и Попечительского совета по вопросам похоронного дела в г. Сарове от 17.07.2019 г. содержит доводы о воспрепятствовании в осуществлении на территории общественного кладбища г. Сарова деятельности ритуального характера со стороны МКУ, соответственно в письме администрации г. Сарова в адрес директора МКУ от 13.08.2019 г. ФИО1 уведомляется о поступлении указанного обращения ООО «Скарабей», в связи с чем ему предложено представить письменные объяснения и принять 15.08.2019 г. в 14 часов 00 минут участие в проведении проверки на территории кладбища;

- ответы администрации г. Сарова от 28.10.2019 г. и от 18.10.2019 г. согласно которым письменные обращения ФИО1 по фактам каких либо предложений ему взяток в администрацию г. Сарова в 2011 году не поступали, обращения (жалобы) МУП «КБУ» на действия или бездействия директора МКУ «Специализированная служба по вопросам похоронного дела» за период с 2013 года по настоящее время в Департамент городского хозяйства администрации г. Сарова и за период с 2011 года по настоящее время в администрацию г. Сарова не поступали;

- копия ответа администрации г. Сарова в адрес директора ООО «Скарабей» Ф.Д.В. от 25.09.2019 г., которым сообщается, что в 2016 году по жалобе Ч.Г.С. проведена проверка в отношении директора МКУ «Специализированная служба по вопросам похоронного дела» ФИО1, по результатам которой к ФИО1 применено дисциплинарное взыскание;

- ответ прокуратуры ЗАТО г. ФИО12 от 18.11.2019 г. на запрос мирового судьи судебного участка № 2 Саровского судебного района Нижегородской области, согласно которому в книге учета сообщений о преступлениях прокуратуры ЗАТО г. ФИО12 за 2011 год обращения ФИО1 по фактам каких-либо предложений ему взяток не зарегистрированы; в учетах прокуратуры ЗАТО г. ФИО12 за период с 2011 года по настоящее время сведений о жалобах МУП «КБУ» на действия или бездействие директора МКУ «Специализированная служба по вопросам похоронного дела» ФИО1 не содержится;

- транскрибация звукозаписи заседания Попечительского совета по вопросам похоронного дела г. ФИО12 от 23.08.2019 г.. На 9-й странице транскрибации изложена фраза ФИО1: «Сейчас скажу сколько. 15 предприятий 73 строительной бригады и еще выдавали разрешения 176 физическим лицам. Это вот только за этот период. Из всех у нас только один товарищ не доволен. Я скажу почему не доволен. Потому, что у нас этот конфликт уже 10 лет длится. Как я директором стал наше знакомство началось. Когда мне господин Ф.Д.В. мне взятку предложил. На что я ему сказал дорогой извини я такими вещами заниматься не», после которой приведены ответные реплики Л.С.И.: «Стоп, стоп» и Ф.Д.В.: «Вот это очень серьезное заявление»;

- СД-диск, содержащий аудиофайл под названием «запись попечительский совет», на котором зафиксирована осуществленная Ф.Д.В. аудиозапись заседания Попечительского совета по вопросам похоронного дела г. ФИО12 от 23.08.2019 г., которая была частично прослушана в судебном заседании суда первой инстанции. На 30 минуте данной аудиозаписи зафиксирована фраза ФИО1: «Сейчас скажу сколько. Пятнадцать предприятий, семьдесят три строительных бригады и еще выдавали разрешения ста семидесяти шести физическим лицам. Это вот только за этот период. Из всех у нас только один товарищ недоволен. А я скажу, почему недоволен. Потому, что у нас этот конфликт уже десять лет длится, как я директором стал. Наше знакомство началось, когда мне господин Ф.Д.В. взятку предложил. На что я ему сказал: «Дорогой, извини, я такими вещами заниматься не буду», после которой зафиксированы ответные реплики Л.С.И.: «Стоп, стоп» и Ф.Д.В.: «Вот это очень серьезное заявление»;

- характеристика с места жительства на ФИО1;

- информация из МУ МВД по ЗАТО г. ФИО12 Нижегородской области о привлечении ФИО1 к административной ответственности;

- справки ФГБУЗ КБ № 50 ФМБА России о наличии или отсутствии у ФИО1 хронических заболеваний, а также со сведениями о том, состоит или не состоит ФИО1 на диспансерном наблюдении в ПНД ФГБУЗ КБ № 50 ФМБА России;

- копии почетных грамот, выданных на имя ФИО1;

- копии характеристик ФИО1 по месту работы в МКУ «Специализированная служба по вопросам похоронного дела».

Суд апелляционной инстанции считает, что мировой судья правильно оценил каждое из приведенных выше доказательств, как относящееся к предмету доказывания, достоверное и допустимое, указанные выше показания носят последовательный, непротиворечивый характер, в части описаний событий происходивших на протяжении определенного промежутка времени между ФИО1 и Ф.Д.В., дополняют друг друга, согласуются между собой и иными доказательствами по делу. В своей совокупности данные доказательства правомерно признаны мировым судьей доказательствами, имеющими взаимную связь и достаточными для принятия решения, что обвинение ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, не нашло своего подтверждения в ходе судебного разбирательства по делу.

В соответствии с диспозицией ч. 1 ст. 128.1 УК РФ клевета есть распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию. При этом, виновный должен осознавать распространение заведомо ложных, сообщаемых им сведений, а так же то, что распространяемые им сведения порочат честь, достоинство и репутацию другого лица, и желает предать их огласке.

Наряду с этим, состав преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ предусматривает, что сообщаемые сведения должны быть заведомо ложными, то есть лицу, их сообщающему, должно быть достоверно известно о лживости сведений, не предусматривая сомнения или сложившегося убеждения в их правоте.

Так, суд апелляционной инстанции считает, что мировой судья правильно пришел к выводу о том, что стороной обвинения не предоставлено доказательств, о том, что 23 августа 2019 года в период с 15 часов 00 минут до 16 часов 00 минут, в ходе заседания попечительского (наблюдательного) совета по вопросам похоронного дела в городе Сарове, состоявшегося в помещении кабинета № 423, расположенного в здании администрации г. Сарова Нижегородской области, расположенном по адресу: <...> «а», ФИО1 допустил распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство Ф.Д.В. или подрывающих ее репутацию. Высказанные ФИО1 в адрес Ф.Д.В. слова и выражения, являются субъективно-оценочным мнением ФИО1 и носят общий характер и не содержат утверждения о каком-либо определенном и конкретном факте, который можно было проверить на предмет его соответствию действительности. Кроме того, стороной обвинения не приведено убедительных доказательств того, с какой целью ФИО1 сделал соответствующее высказывание.

Таким образом, суд первой инстанции верно пришел к убеждению, что ФИО1 не преследовал цели распространения каких-либо заведомо ложных сведений, порочащих честь, достоинство и репутацию другого лица.

Доказательств иного, а также подрыва деловой репутации потерпевшего, умаления его чести и достоинства, действиями подсудимого, выразившихся в высказываниях в ходе заседания совета, не суду первой инстанции, не суду апелляционной инстанции, не представлено. Показания Ф.Д.В. в этой части ничем не подтверждены.

Подтверждений того, что ФИО1 распространил какие-либо заведомо ложные сведения, порочащие честь и достоинство другого лица или подрывающие его репутацию, другим лицам стороной обвинения как суду первой инстанции, так и суду апелляционной инстанции предъявлено не было. Указание Ф.Д.В. на высказывания ФИО1 об Ф.Д.В. не может свидетельствовать о совершении им преступления, и должно быть подтверждено совокупностью доказательств. В судебном заседании суда первой инстанции и в суде апелляционной инстанции Ф.Д.В. не подтвердил факта распространения заведомо ложных сведений об нем. Доказательств, подтверждающих данный факт, в деле не имеется.

Таким образом, доказательств виновности ФИО1 в совершении указанного преступления стороной обвинения как суду первой инстанции так и суду апелляционной инстанции представлено не было, показания, данные частным обвинителем, исследованные письменные доказательства, не выявляют умысла подсудимого на распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию другого лица.

Заведомость означает, что виновный знает, что сведения изначально ложные, вымышленные, не соответствующие действительности.

Если же лицо добросовестно заблуждалось относительно характера распространяемых сведений, считало их истинными или хотя бы сомневалось в этом, то ответственность за клевету по причине отсутствия такого признака, как заведомая ложность, исключается.

Таким образом, мировым судьей верно сделан вывод о том, что не установлен прямой умысел на распространение заведомо ложных сведений ФИО1 в отношении Ф.Д.В..

С данным выводом суда первой инстанции соглашается и суд апелляционной инстанции.

Иных доказательств для исследования, как суду первой инстанции, так и суду апелляционной инстанции сторонами представлено не было.

В связи с изложенным, исследовав представленные сторонами доказательства, мировой судья верно пришел к выводу, что действия ФИО1 не содержат состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ.

С данным выводом суда первой инстанции соглашается и суд апелляционной инстанции.

В результате чего суд апелляционной инстанции соглашается с выводом мирового судьи о том, что при указанных обстоятельствах ФИО1 должен быть оправдана в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Доводы апелляционной жалобы частного обвинителя (потерпевшего) – Ф.Д.В. о том, что выводы суда первой инстанции, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, о том что мировым судьей были допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона и о том, что мировой судья неправильно применил уголовный закон, - суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, так как они опровергаются имеющимися в материалах дела сведениями и не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции.

Относительно доводов потерпевшего (частного обвинителя) – Ф.Д.В., о том, что мировым судьей необоснованно и незаконно было отказано в удовлетворении его ходатайства о назначении и проведении по уголовному делу психофизиологической экспертизы с использованием полиграфа в отношении потерпевшего (частного обвинителя) – Ф.Д.В., обвиняемого ФИО1, свидетелей – З.И.В. и Ю.В.И., суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Психофизиологическое исследование (экспертиза) (проверка на полиграфе) уголовно-процессуальным законодательством РФ не предусмотрено и не относится к числу перечисленных в ст. 74 УПК РФ источников доказательств. Результаты опроса с использованием полиграфа не могут быть признаны допустимым доказательством по уголовному делу, так как сводится к даче специалистом-полиграфологом оценки показаний лиц, в отношении которых проводится исследование, тогда как оценка доказательств, в том числе и показаний допрошенных по делу лиц является исключительной компетенцией суда.

Таким образом, с учетом всего вышеизложенного, суд апелляционной инстанции считает, что мировым судьей верно вопреки доводом апелляционной жалобы, было отказано в удовлетворении ходатайства потерпевшего (частного обвинителя) Ф.Д.В., о назначении и проведении по уголовному делу психофизиологической экспертизы с использованием полиграфа в отношении потерпевшего (частного обвинителя) – Ф.Д.В., обвиняемого ФИО1, свидетелей – З.И.В. и Ю.В.И.. С данными выводами суда первой инстанции соглашается и суд апелляционной инстанции. Таким образом, апелляционная жалоба частного обвинителя (потерпевшего) – Ф.Д.В. на постановление мирового судьи судебного участка № 2 Саровского судебного района Нижегородской области от 19 декабря 2019 года, в соответствии с которым было отказано в удовлетворении ходатайства потерпевшего (частного обвинителя) о назначении психофизиологической экспертизы с использованием полиграфа, удовлетворению не подлежат.

Что касается доводов апелляционной жалобы частного обвинителя (потерпевшего) – Ф.Д.В. о том, что мировым судьей незаконно и необоснованно было отказано в удовлетворении его ходатайства об исключении доказательств по уголовному делу, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Отказывая частному обвинителю (потерпевшему) – Ф.Д.В. в удовлетворении данного ходатайства мировой судья, верно указал на тот факт, что данное ходатайство, является необоснованным и каких-либо фундаментальных нарушений норм уголовно-процессуального законодательства РФ, которые могли бы послужить основанием для признания доказательств недопустимыми, не имеется. С данными выводами суда первой инстанции соглашается и суд апелляционной инстанции. Таким образом, апелляционная жалоба частного обвинителя (потерпевшего) – ФИО5 на постановление мирового судьи судебного участка № 2 Саровского судебного района Нижегородской области от 16 января 2019 года, в соответствии с которым было отказано в удовлетворении ходатайства потерпевшего (частного обвинителя) об исключении доказательств по уголовному делу, и само ходатайство частного обвинителя (потерпевшего) – Ф.Д.В. об исключении доказательств по уголовному делу как недопустимых, - удовлетворению не подлежат.

Что касается иных доводов апелляционных жалоб частного обвинителя (потерпевшего) – Ф.Д.В., суд апелляционной инстанции также считает их несостоятельными и не подлежащими удовлетворению, поскольку все они фактически сводятся Ф.Д.В. к призыву суда пересматривающего дело переоценить исследованные доказательства на основании его субъективного видения и восприятия произошедшей ситуации и его собственного толкования действующих норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства, что в свою очередь не является основанием для отмены или изменения приговора мирового судьи и привлечения ФИО1 к уголовной ответственности.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих за собой отмену или изменение приговора мирового судьи, судом апелляционной инстанции не установлено. Судебное заседание в мировом суде было проведено с соблюдением всех принципов судопроизводства, в том числе состязательности и равноправия сторон.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает, что приговор мирового судьи судебного участка № 2 Саровского судебного района Нижегородской области от 23 января 2020 года в отношении ФИО1 подлежит оставлению без изменения, а апелляционные жалобы частного обвинителя (потерпевшего) – Ф.Д.В. на: приговор мирового судьи судебного участка № 2 Саровского судебного района Нижегородской области от 23 января 2020 года; постановление мирового судьи судебного участка № 2 Саровского судебного района Нижегородской области от 19 декабря 2019 года, в соответствии с которым было отказано в удовлетворении ходатайства потерпевшего (частного обвинителя) о назначении психофизиологической экспертизы с использованием полиграфа и на постановление мирового судьи судебного участка № 2 Саровского судебного района Нижегородской области от 16 января 2019 года, в соответствии с которым было отказано в удовлетворении ходатайства потерпевшего (частного обвинителя) об исключении доказательств по уголовному делу, - оставлению без удовлетворения.

На основании изложенного и, руководствуясь ст. ст. 389.1, 389.9, 389.13-389.20, 389.26, 389.28, 389.33, 389.35 УПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор мирового судьи судебного участка № 2 Саровского судебного района Нижегородской области от 23 января 2020 года в отношении ФИО1, - оставить без изменения, а апелляционные жалобы частного обвинителя (потерпевшего) – Ф.Д.В., - без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу немедленно, но может быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке, установленном главами 47.1 и 48.1 УПК РФ.

Судья Саровского городского суда ... А.А. Николаев

...

...

...