Апелляционное постановление № 10-4029/2018 от 24 августа 2018 г. по делу № 1-63/2018

Дело №10-4029/2018

Судья Хасанова Д.Р.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Челябинск 24 августа 2018 года

Челябинский областной суд в составе: председательствующего судьи Терещенко О.Н.,

при секретаре Ушаковой П.Е.,

с участием прокурора Тарасовой Н.П.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Устьянцева Е.А. на приговор Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 28 мая 2018 года, которым

Добрынин Александр Эдуардович, родившийся ***года в г. ***, судимый:

1) 11 мая 1994 года Челябинским областным судом по п. «а, б» ч. 2 (в приговоре указано ч. 20) ст. 146 УК РСФСР, ст. 15 и п.п. «а, е» ст. 102 УК РСФСР к лишению свободы на срок 09 лет; освобожден 31 мая 1999 года Указом Президента РФ «О помиловании» условно с испытательным сроком 03 года;

2) 11 июля 2001 года Ленинским районным судом г. Магнитогорска Челябинской области (с учетом изменений от 24 сентября 2001 года, от 03 декабря 2004 года, от 15 августа 2007 года) по п. «в» ч. 3 ст. 162 УК РФ, с применением ст.ст. 74, 70 УК РФ ( приговор от 11 мая 1994 года) к лишению свободы на срок 13 лет И месяцев; освобожден 31 мая 2013 года условно-досрочно на 01 год 08 месяцев;

3) 06 февраля 2017 года тем же судом по ч.З ст. 30, п. «г» ч.2 ст. 158 УК РФ к лишению свободы на срок 01 год 10 месяцев, условно с испытательным сроком 03 года; постановлением того же суда от 03 октября 2017 года условное осуждение отменено, с направлением отбывания наказания в исправительную колонию строгого режима,

- осужден по ч.1 ст. 314.1 УК РФ к лишению свободы на срок 05 месяцев;

в соответствии со ст.70 УК РФ по совокупности приговоров, путем частичного присоединения неотбытой части наказания по приговору Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 06 февраля 2017 года, окончательно назначено наказание 01 год 05 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислен с 28 мая 2018 года. Зачтено в срок отбытия наказания времени содержания под стражей с 11 октября 2017 года до 28 мая 2018 года.

Доложив дело, заслушав мнение прокурора Тарасовой Н.П., полагавшей приговор подлежащим изменению

УСТАНОВИЛ:

Добрынин А.Э. признан виновным в том, что он являясь лицом, в отношении которого установлен административный надзор самовольно оставил место жительства в целях уклонения от административного надзора.

Преступление совершено в период с ноября 2015 года по 03 октября 2017 года на территории Ленинского района г. Магнитогорска Челябинской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Устьянцев Е.А. просит внести в приговор изменения в соответствии с нормами уголовного и уголовно-процессуального законодательства. Считает, что приговор не отвечает требованиям ст.297 УПК РФ. Ссылаясь на п. 20 Постановления Пленума ВС РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», отмечает, что всякое изменение обвинения в суде должно быть обосновано в описательно-мотивировочной части приговора. Однако суд, квалифицируя действия Добрынина А.Э. по ч. 1 ст. 314.1 УК РФ, немотивированно исключил из предъявленного обвинения признак «оставление поднадзорным лицом

места пребывания», а также не указал вид рецидива, с учетом непогашенных судимостей, в том числе за особо тяжкие преступления; не верно зачел в срок отбытия наказания период с 11 октября 2017 года по 28 мая 2018 года, поскольку неотбытая часть наказания по приговору Ленинского районного суда г. Магнитогорска от 06 февраля 2017 года была частично присоединена на основании ст. 70 УК РФ. Полагает, что в связи с допущенными нарушениями закона наказание, назначенное Добрынину А.Э., не отвечает общеуголовным принципам, предусмотренным ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ.

Выслушав мнение прокурора, обсудив доводы апелляционного представления, проверив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Виновность Добрынина А.Э. в уклонении от административного надзора, подтверждается показаниями свидетеля *** (инспектор направления по осуществлению административного надзора), свидетелей *** (показания этих лиц были оглашены в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ) ( л.д. 32-33, 35-36, 37-39, 40-41, 42-43).

Из показаний этих лиц следовало, что в отношении Добрынина А.Э. установлен административный надзор, и что последний должен являться в ОВД для регистрации, однако он этого не делал. Согласно материалам дела Добрынин А.Э. с ноября 2015 года без уважительных причин не прибывал по указанному им месту жительства для регистрации в ОВД, о перемене места жительства не уведомил, был задержан только 03 октября 2017 года.

Факт нахождения Добрынина А.Э. под административным надзором подтвержден решением Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 24 декабря 2013 года (л.д. 18-19). Из данного решения следует, что в отношении Добрынина А.Э. был установлен административный надзор на срок погашения судимости и установлено ограничение: обязательная явка один раз в месяц в органы внутренних дел по месту жительства для регистрации.

Об установлении над ним административного надзора и о наличии уголовной ответственности за нарушение условий его отбывания Добрынин А.Э. был предупрежден в письменном виде (л.д. 23, 24).

Осужденный не отрицал того, что он покинул свое постоянное место жительство и не исполнял обязанности по явке в органы внутренних дел, указав, что не делал этого из-за своей лени.

Действия ФИО1 верно квалифицированы по ч.1 ст.314.1 УК РФ как самовольное оставление поднадзорным лицом места жительства, совершенное в целях уклонения от административного надзора.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционного представления, касающегося не указания судом при квалификации действий ФИО1 признака «самовольное оставление поднадзорным лицом места пребывания», по следующим основаниям.

Так. в соответствии с п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 24 мая 2016 года N 21 «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 314.1 УК РФ, место жительства или пребывания лица, в отношении которого установлен и осуществляется административный надзор, является одним из признаков объективной стороны преступления, указанного в ч.1 ст. 314.1 УК РФ. При установлении этого признака следует исходить из положений ст. 2 Закона Российской Федерации от 25 июня 1993 года N 5242-1 "О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации", согласно которым место жительства - это жилой дом, квартира, комната, жилое помещение специализированного жилищного фонда (служебное жилое помещение, жилое помещение в общежитии, жилое помещение маневренного фонда, жилое помещение в доме системы социального обслуживания граждан и другие) либо иное жилое помещение, в которых лицо имеет право проживать в качестве собственника, по договору найма (поднайма), договору найма специализированного жилого помещения либо на иных основаниях, предусмотренных законодательством Российской Федерации; место пребывания -гостиница, санаторий, дом отдыха, пансионат, медицинская организация или другое подобное учреждение, в том числе социальный приют, реабилитационное учреждение, а также не являющееся местом жительства жилое помещение, в которых лицо вправе проживать временно.

В соответствии с ч. 6 ст. 173.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее - УИК РФ) адрес места жительства или пребывания, по которому лицо должно прибыть, указывается в предписании, вручаемом ему администрацией исправительного учреждения при освобождении из мест лишения свободы.

Под самовольным оставлением поднадзорным лицом места жительства или пребывания следует понимать его непроживание (непребывание) по месту жительства или пребывания и (или) его выезд

за установленные судом пределы территории без разрешения органа внутренних дел, выданного в соответствии с ч. 3 ст. 12 Федерального закона об административном надзоре, совершенные с предусмотренной ч. 1 ст. 314.1 УК РФ целью.

Согласно справки об освобождении от 31 мая 2013 года, Добрынин А.Э. следует к месту жительства по адресу: г. Магнитогорск, ***(л.д. 10).

Согласно паспортным данным, Добрынин А.Э. 08 июля 2013 года зарегистрирован в г. Магнитогорске по ул. ***.

Из показаний осужденного ФИО1, свидетелей ***., *** следует, что осужденный до ноября 2015 года проживал по месту регистрации в благоустроенной квартире, соблюдал административные ограничения. С конца октября 2015 года покинул место жительства, а затем осенью 2016 года выехал за пределы города, перестал ходить на регистрацию.

Суд правильно квалифицировал действия ФИО1 как самовольное оставление поднадзорным лицом места жительства, совершенное в целях уклонения от административного надзора, поскольку, как органами предварительного расследования, так и в судебном заседании достоверно установлено, что Добрынин А.Э. встал на учет именно по месту жительства, по решению Ленинского районного суда г. Магнитогорска от 24 декабря 2013 года. По территориальности был обязан являться на регистрацию в участковый пункт полиции ОП № 8 Ленинского района г. Магнитогорска. Осужденный в конце ноября 2015 года покинул место жительства, а затем с октября 2016 года выехал за пределы г. Магнитогорска без уведомления органа внутренних дел, с целью уклонения от административного надзора.

В период розыскных мероприятий хотя и было установлено, что Добрынин А.Э. временно проживал у ***, проходил короткий промежуток времени лечение в медучреждении, откуда был выписан в связи с нарушением режима, затем выехал на работу, однако орган, осуществляющий за ним административный надзор он в известность не ставил, надзор по местам его временного пребывания не устанавливался, поэтому признака объективной стороны преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 314.1 УК РФ, как самовольное оставление поднадзорным лицом места пребывания, не содержится в действиях ФИО1

Из описательной части обвинительного заключения, при описании преступного деяния, предусмотренного ч. 1 ст. 314. 1 УК РФ, в действиях ФИО1 объективная сторона преступления указана как самовольное оставление им места жительства в целях уклонения от административного надзора.

При таких данных, суд апелляционной инстанции не усматривает из описательно - мотивировочной части приговора изменения судом объема обвинения.

При назначении осужденному Добрынину А.Э. наказания суд руководствовался требованиями ст.ст. 6, 43, 60, ч. 5 ст. 62, ч. 2 ст. 68 УК РФ, учитывал характер и степень общественной опасности преступления, данные о личности виновного, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, наличие смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств.

Обстоятельствами, смягчающими наказание, суд признал: полное признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья осужденного, наличие тяжкого заболевания.

Обстоятельством, отягчающим наказание, обоснованно признано совершение умышленного преступления небольшой тяжести в условиях рецидива, в соответствии с ч. 1 ст. 18 УК РФ, что вопреки доводам государственного обвинителя не требует уточнения его вида.

С учетом всех значимых обстоятельств суд пришел к верному решению о назначении осужденному Добрынину А.Э. наказания в виде лишения свободы без применения положений ст. 64, ч. 3 ст. 68 и ст. 73 УК РФ.

Вид исправительной колонии определен судом верно, в соответствии со ст. 58 УК РФ.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции находит, что приговор подлежит изменению по основаниям, предусмотренным ст. 389.15 УПК РФ.

В силу ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, то есть постановленным в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства и основанным на правильном применении уголовного закона.

Засчитывая осужденному Добрынину А.Э. в срок отбытия наказания время его содержания под стражей с 11 октября 2017 года до 28 мая 2018 года по предыдущему приговору, суд первой инстанции

допустил нарушения уголовного и уголовно-процессуального законов, о чем обоснованно указано в апелляционном представлении.

Применяя правила ст. 70 УК РФ, при назначении наказания по совокупности приговоров к наказанию, назначенному по последнему приговору суда, частично или полностью присоединяется неотбытая часть наказания по предыдущему приговору суда.

Согласно ч.3 ст. 72 УК РФ время содержания лица под стражей до судебного разбирательства засчитывается в сроки лишения свободы.

Так, из материалов дела следует, что по настоящему уголовному делу Добрынин А.Э. не содержался под стражей, мера пресечения на период предварительного расследования ему не избиралась, он не задерживался в порядке ст.ст. 91-92 УПК РФ.

октября 2017 года Добрынин А.Э. был водворен в следственный изолятор в порядке исполнения приговора от 06 февраля 2017 года, для отбывания наказания.

Постановлением Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области, при отмене условного осуждения по приговору того же суда от 06 февраля 2017 года, в срок отбывания наказания было зачтено время его содержания под стражей по данному уголовному делу с 24 ноября 2016 года по 06 февраля 2017 года.

При таких обстоятельствах зачёт времени нахождения ФИО1 под стражей (отбытой части наказания в период с 11 октября 2017 года до 28 мая 2018 года) по первому уголовному делу повлек повторное исключение из назначенного наказания срока, который осужденным уже отбыт.

В связи с этим указание о зачете времени содержания под стражей подлежит исключению.

Иных нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы поставить под сомнение законность и обоснованность приговора, не допущено.

Руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ суд

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 28 мая 2018 года в отношении ФИО1

Александра Эдуардовича изменить: исключить указание о зачете в срок отбытия наказания времени содержания под стражей с 11 октября 2017 года до 28 мая 2018 года.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, доводы апелляционного представления государственного обвинителя Устьянцева Е.А. - без удовлетворения.

Судья