Апелляционное постановление № 22К-1645/2025 от 12 августа 2025 г. по делу № 3/2-125/2025

Судья Гриценко Д.В. Дело №22-1645


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Воронеж 13 августа 2025 года

Судья Воронежского областного суда Матвеев А.Н.,

при секретаре Коренькове Д.А.,

с участием прокурора Капранчикова М.Н.,

обвиняемых ФИО7, ФИО8, участвовавших в судебном заседании посредством использования систем видео-конференц-связи,

защитников-адвокатов Струкова И.В., Чуприна В.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционным жалобам адвокатов Лефи Г.Г., Чуприна В.В. на постановление Ленинского районного суда г. Воронежа от 26 июля 2025 года о продлении срока содержания под стражей обвиняемым ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ г.р., на 2 месяца, а всего до 2 месяцев 27 суток, то есть по 27 сентября 2025 года включительно.

Доложив содержание обжалуемого судебного решения, существо апелляционных жалоб, заслушав выступления адвокатов Струкова И.В., Чуприна В.В., обвиняемых ФИО7, ФИО8, поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Капранчикова М.Н., возражавшего против удовлетворения апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции

установил:

29 мая 2025 года следственной частью по расследованию организованной преступной деятельности Главного следственного управления ГУ МВД России по Воронежской области возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, по факту хищения бюджетных денежных средств из бюджета Российской Федерации, регионального и местного бюджетов на общую сумму 37652407 рублей 42 копейки, распорядителем которых являлось Управление строительной политики Воронежской области.

15 июля 2025 года руководителем следственного органа - заместителем начальника ГСУ ГУ МВД России по Воронежской области - начальником СЧ по РОПД ФИО10 срок предварительного следствия по уголовному делу продлен до 4 месяцев, то есть по 29 сентября 2025 года включительно.

1 июля 2025 года ФИО7, ФИО8 задержаны в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ.

3 июля 2025 года в отношении ФИО7, ФИО8 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 27 суток, то есть до 27 июля 2025 года включительно (с учетом апелляционных постановлений от 10.07.2025 года).

8 июля 2025 года ФИО8 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

9 июля 2025 года ФИО7 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

25 июля 2025 года в Ленинский районный суд г. Воронежа поступили ходатайства следователя СЧ по РОПД ГСУ ГУ МВД России по Воронежской области ФИО11, согласованные с руководителем следственного органа - заместителем начальника ГСУ ГУ МВД России по Воронежской области - начальником СЧ по РОПД ФИО10, о продлении срока содержания обвиняемых ФИО7, ФИО8 под стражей на 2 месяца, а всего до 2 месяцев 27 суток, то есть до 29 сентября 2025 года включительно.

Обжалуемым постановлением суда ходатайства следователя удовлетворены.

В апелляционной жалобе, поданной в защиту интересов обвиняемого ФИО7, адвокат Лефи Г.Г. считает постановление незаконным и необоснованным, просит его отменить, избрать в отношении ФИО7 меру пресечения в виде домашнего ареста. Указывает, что органом предварительного расследования не представлено в суд оснований, которые бы позволили достоверно полагать о том, что находясь под иной мерой пресечения, в том числе под домашним арестом, обвиняемый ФИО7 сможет воспрепятствовать предварительному расследованию, оказать воздействие на свидетелей по уголовному делу, в том числе из числа его подчиненных. Возможность избрания меры пресечения в виде домашнего ареста обвиняемому ФИО7 была озвучена стороной защиты и обоснована тем, что данная мера пресечения исключает возможность самовольного передвижения обвиняемого вне квартиры по месту проживания, исключает встречи или общение каким-либо способом с участниками уголовного судопроизводства, позволяет осуществлять объективный контроль за обвиняемым посредством электронного носимого устройства. Возможность нахождения под указанной мерой пресечения подтверждена защитой посредством предоставления согласия супруги обвиняемого, действующей в отношении малолетних детей, об отбытии домашнего ареста в жилом помещении, в котором проживает ФИО7 и члены его семьи. При этом вопрос об избрании в отношении ФИО7 меры пресечения в виде домашнего ареста судом не задавался, на обсуждение сторон не ставился и отношение у сторон судом не выяснялось. Считает, что районный суд не дал надлежащей оценки тому, что следователь, возбуждая перед судом ходатайство о продлении меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО7, указывает абсолютно те же основания, которые он ранее представлял при избрании указанной меры пресечения. Указывает, что уголовное дело возбуждено 29 мая 2025 года, то есть разумный срок предварительного следствия, установленный законом согласно ч. 1 ст. 162 УПК РФ, истек. По делу изъяты вещественные доказательства, в отношении которых орган предварительного следствия до настоящего времени не назначил проведение судебных экспертиз. Подозреваемые и обвиняемые подробно допрошены органом предварительного следствия, дали согласие на дачу показаний. Установлен круг лиц, подлежащих допросу в качестве свидетелей, равно как и установлены лица, подозреваемые в совершении преступления. За длительный срок расследования к участию в деле не привлечен потерпевший. Продление срока предварительного расследования, со слов следователя вызвано исключительно проверкой имеющихся в деле доказательств, в том числе, посредством осмотров и проведения судебных экспертиз. Считает, что районным судом не дана оценка, как вышеизложенным обстоятельствам, так и личности обвиняемого, который ранее к уголовной или административной ответственности не привлекался, имеет высшее образование, длительное время трудоустроен, положительно характеризуется работодателем, имеет постоянное место жительства, страдает рядом хронических заболеваний, воспитывает двоих малолетних детей, осуществляет уход за престарелой матерью – пенсионером по старости. Сам обвиняемый, как и его супруга и малолетний сын, страдают рядом хронических заболеваний. Супруга ФИО7 – ФИО16 в настоящее время не работает, так как осуществляет уход за ребенком, вследствие чего лишена возможности содержать семью и выйти на работу. Отмечает, что преступление, в котором обвиняется ФИО7 относится к преступлениям, совершенным против собственности. Обстоятельствами совершения является исполнение договорных отношений в рамках контракта № 64749462 от 26 мая 2022 года. Администрация городского округа город Воронеж, работником которой является ФИО7, в соответствии с Уставом Городского округа город Воронеж (ст. 44) является юридическим лицом, которое имеет собственные средства, предусмотренные бюджетом города для содержания и организации работы администрации городского округа, и (ст. 48) в лице структурных подразделений реализует следующие исполнительно-распорядительные полномочия по управлению муниципальной собственностью города, решение вопросов создания, приобретения, использования, аренды объектов муниципальной собственности; принятие решений об отчуждении объектов муниципальной собственности в соответствии с порядком и условиями, кроме того осуществление закупок товаров, работ, услуг для обеспечения муниципальных нужд. Второй стороной вышеуказанного контракта выступает ПАО «Россети Центр» – «Воронежэнерго» – коммерческая организация, предпринимательская деятельность которой направлена на получение прибыли и ведение экономической деятельности. Равно как и другие юридические лица, перечисленные в постановлении, участвовавшие в создании собственности для Администрации городского округа город Воронеж в виде изготовления и возведения объектов городской среды. Исходя из правовой позиции, изложенной в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2016 № 48 «О практике применения судами законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности» часть 1.1 статьи 108 УПК РФ устанавливает запрет на применение меры пресечения в виде заключения под стражу, при отсутствии обстоятельств, указанных в пунктах 1-4 части 1 статьи 108 УПК РФ, в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных частями 1 - 4 статьи 159, статьями 159.1 - 159.3, 159.5, 159.6, 160, 165 и 201 УК РФ, - при условии, что эти преступления совершены индивидуальным предпринимателем в связи с осуществлением им предпринимательской деятельности и (или) управлением принадлежащим ему имуществом, используемым в целях предпринимательской деятельности, либо если эти преступления совершены членом органа управления коммерческой организации в связи с осуществлением им полномочий по управлению организацией либо в связи с осуществлением коммерческой организацией предпринимательской или иной экономической деятельности. В связи с этим суду по каждому поступившему ходатайству следователя, дознавателя о применении меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных частями 1 - 4 статьи 159 УК РФ, являющегося индивидуальным предпринимателем или членом органа управления коммерческой организации, следует проверять, приведены ли в постановлении о возбуждении ходатайства и содержатся ли в приложенных к постановлению материалах конкретные сведения, подтверждающие вывод о том, что инкриминируемое ему преступление совершено не в связи с осуществлением им предпринимательской деятельности и (или) управлением принадлежащим ему имуществом, используемым в целях предпринимательской деятельности, либо не в связи с осуществлением им полномочий по управлению этой организацией или не в связи с осуществлением коммерческой организацией предпринимательской или иной экономической деятельности. При отсутствии указанных сведений такое ходатайство удовлетворению не подлежит. Аналогичная позиция, содержится и в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 № 41 (ред. от 27.05.2025) «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий». Находит мнение районного суда, о том, что ФИО7 состоит на муниципальной службе и положения закона в ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ к нему не применимы – необоснованным, в силу того, что в инкриминируемой ситуации, как следует из предъявленного обвинения, ФИО7 не являлся руководящим лицом, и распорядителем бюджетных средств, а выступал в качестве работника Администрации городского округа, на которого возлагались исключительно функции контроля исполнения контракта, направленного на создание новой собственности Администрации. Исходя из требований ст. 46 (части 1 и 2) и 50 (часть 3) Конституции РФ, п. 5 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, ст. 2 Протокола № 7 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод мотивировка решения правоприменительного органа во всяком случае должна основываться на рассмотрении конкретных обстоятельств, нашедших отражение в материалах дела и дополнительно представленных сторонами материалах, а также на нормах материального и процессуального права, поскольку иначе не может быть обеспечено объективное и справедливое разрешение уголовного дела. Не опровергнутые же доводы против обвинительных судебных решений могут толковаться только в пользу обвиняемого. Отказ от рассмотрения и оценки обоснованности доводов защиты в жалобах на судебные решения в этом случае создает преимущества для стороны обвинения, искажает содержание ее обязанности по доказыванию обвинения и опровержению сомнений в виновности лица, позволяя игнорировать подтверждающие эти сомнения данные. Считает, что выводы суда первой инстанции построены на немотивированной позиции органа предварительного расследования, что прямо противоречит требованиям ст. 14 УПК РФ, и Конституции РФ. Принцип презумпции невиновности определяет правовой статус подозреваемого и обвиняемого не только в уголовном процессе, но и во всех общественных отношениях, в которых он выступает в качестве одного из субъектов.

В первоначальной апелляционной жалобе адвокат Чуприн В.В. в защиту интересов обвиняемого ФИО8 считает постановление незаконным и необоснованным, просит его отменить, в удовлетворении ходатайства о продлении срока содержания обвиняемого ФИО8 под стражей отказать, освободив обвиняемого ФИО8 из-под стражи. Указывает, что согласно ч. 8 ст. 109 УПК РФ ходатайство о продлении срока содержания под стражей должно быть представлено в суд по месту производства предварительного расследования либо месту содержания обвиняемого под стражей не позднее чем за 7 суток до его истечения. Однако, ходатайство следователя ФИО11 поступило в Ленинский районный суд г. Воронежа 25 июля 2025 года, то есть с нарушением сроков, предусмотренных ч. 8 ст.109 УПК РФ – за 2 дня до истечения срока содержания ФИО8 под стражей. Считает, что суд должен был отреагировать на данное процессуальное нарушение путем вынесения частного постановления в порядке ч. 4 ст. 29 УПК РФ, однако не сделал этого. Причина попустительства при таком существенном нарушении в том, что судья в нарушение требований ч. 3 ст. 15 УПК РФ действовал исключительно в интересах обвинения. Указывает, что судебное заседание по рассмотрению ходатайства следователя было назначено на 26 июля 2025 года, что в условиях нарушения следователем требований ч. 8 ст. 109 УПК РФ заведомо исключало возможность соблюдения судом требований ч. 4 ст. 231 УПК РФ, согласно которой стороны должны быть извещены о месте, дате и времени судебного заседания не менее чем за 5 суток до его начала. В связи с изложенным, по настоящему уголовному делу отсутствовали основания для замены избранного ФИО8 защитника Чуприна В.В. в порядке ч.3 ст.50 УПК РФ, поскольку предусмотренный этой нормой закона пятисуточный процессуальный срок на момент проведения судебного заседания 26 июля 2025 года не истек. Считает, что судья лишил обвиняемого ФИО8 права воспользоваться помощью избранного защитника - ФИО17, а также лишил ФИО8 возможности свободного выбора защитника – права пригласить другого адвоката по соглашению, по заявке КИС АР в судебном заседании участвовал адвокат по назначению Харчевников В.В., от помощи которого ФИО8 отказался, как в ходе расследования, так и в судебном заседании 26 июля 2025 года. При таких обстоятельствах отклонение судьей Гриценко Д.В. заявления обвиняемого ФИО8 об отказе от адвоката по назначению ФИО18 не было мотивировано злоупотреблением правом на защиту со стороны обвиняемого ФИО8 по причине заведомого отсутствия оснований для этого. Соответственно, исключалась возможность законного участия адвоката Харчевникова В.В. в судебном заседании в качестве назначенного защитника вместо защитника по соглашению. Уточняет, что в материалах дела отсутствуют сведения о надлежащем извещении защитника Чуприна В.В. о дате, времени и месте судебного заседания в Ленинском районном суде <адрес>, назначенного на выходной день ДД.ММ.ГГГГ. По факту защитник Чуприн В.В. 23 июля 2025 года был извещен о судебном заседании Центрального районного суда г. Воронежа, назначенном на 14.00 часов 28 июля 2025 года, в связи с чем был вынужден ходатайствовать перед Ленинским районным судом г. Курска об отложении судебного заседания, также назначенного на 28 июля 2025 года. Поскольку судебное заседание 26 июля 2025 года проведено в «пожарном» порядке в выходной день, в произвольно выбранном суде, в отсутствие избранного ФИО8 защитника, не извещенного в установленном законом порядке и в нарушение требований ч.4 ст.231 УПК РФ, то это лишило ФИО8 возможности в полной мере реализовать свое право на защиту и повлияло на принятое решение. Указывает, что в соответствии с требованиями ч.8 ст.109 УПК РФ и п.27 Постановления Пленума ВС РФ от 19.12.2013 г. № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога» ходатайство следственного органа о продлении срока содержания ФИО8 под стражей должен рассматривать Центральный районный суд г. Воронежа, либо Советский районный суд г. Воронежа. Согласно ст.47 Конституции РФ, ч.3 ст.8 УПК РФ никто не может быть лишен права на рассмотрение дела тем судом, к подсудности которого оно отнесено законом. Изначально следователь ФИО11 22.07.2025г. (также с нарушением 7-суточного срока, поскольку срок стражи ФИО8 был избран по 27 июля 2025 года) направил ходатайство в порядке ст.109 УПК РФ в Центральный районный суд г. Воронежа. Однако, после того, как Центральный районный суд г. Воронежа возвратил ходатайство без рассмотрения, следователь произвольно и на свое усмотрение обратился за 2 суток до истечения срока стражи с ходатайством в Ленинский районный суд г. Воронежа. КС РФ указывает, что ст.108 и 109 УПК не содержат положений, допускающих их произвольное применение при определении территориальной подсудности. Согласно судебной практики, рассмотрение материала в порядке ст. 109 УПК РФ с нарушением территориальной подсудности является существенным нарушением уголовно-процессуального закона и влечет отмену принятого решения. Судья не должен принимать на себя функции обвинения, поскольку согласно требований ч.3 ст.15 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования и не должен выступать на стороне обвинения. Судья должен осуществлять исключительно функцию отправления правосудия и не должен быть ангажированным правоохранительными органами, не должен подменять органы и лиц, осуществляющих уголовное преследование. Судебное разбирательство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, суд обязан создать необходимые условия для осуществления сторонами предоставленных им прав, в том числе по представлению доказательств, на основании которых суд постановляет приговор или иное итоговое решение по делу, а также для исполнения ими своих процессуальных обязанностей. Считает, что суд, нарушая требования ч.3 ст.15, ст.244 УПК РФ занял ярко выраженную обвинительную, карательную позицию, полностью возложил на себя функцию следственного органа и не обеспечил объективное и справедливое рассмотрение ходатайства следователя, поскольку действовал исключительно в интересах обвинения, нарушая право на защиту, в том числе воспрепятствовал обвиняемому ФИО8 в защищаться избранным адвокатом, не предоставил возможности обвиняемому ознакомиться с материалами дела, при том, что в нарушение требований ч.3 ст.47 УПК РФ ФИО8 не был готов к судебному заседанию и не имел достаточного времени и возможности для подготовки к защите. Согласно разъяснений, содержащихся в п.6 Постановления Пленума ВС РФ от 19.12.2013 г. N41 (ред. от 27.05.2025) «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» при рассмотрении ходатайства следователя об избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу суду надлежит учитывать также обстоятельства, указанные в ч.1 ст.99 УПК РФ, в том числе сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства. Однако, суд не указал доводы стороны защиты, в то время как ФИО8: ранее не судим, является гражданином РФ, имеет постоянное место жительства и привязан к нему, поскольку имеет устойчивые семейно-родственные связи - является главой многодетной семьи, на его иждивении трое детей: 6, 11 и 14 лет, двое из которых малолетние, а также престарелый недвижимый отец инвалид 1 группы ФИО21 С.И., за которым ФИО8 до своего задержания осуществлял уход /патронаж/, оказывал помощь находящимся на пенсии родителям - ФИО21 С.И., ФИО21 Л.С., а также матери его супруги - ФИО21 Г.; оказывал благотворительную помощь бойцам и семьям участников специальной военной операции, многократно принимал участие в иной благотворительной деятельности: имеет Благодарность от Женсовета Воронежской ФИО2, Благодарственное письмо Общественной благотворительной организации «Многодетная семья» <адрес>, Благодарность Общественной благотворительной организации «Многодетная семья» <адрес>, Благодарственное письмо от Местной религиозной организации ФИО2 Приход храма во имя ФИО1 пгт Сомово <адрес> религиозной организации «Воронежская ФИО2 Церкви (Московский Патриархат)», Похвальную грамоту от детского сада №, обвиняется в ненасильственном преступлении, исключительно положительно характеризуется по месту жительства и регистрации, имеет множество благодарностей и наград. Считает, что суд первой инстанции при наличии положительных сведений о личности ФИО8 не привел конкретных оснований, по которым в отношении обвиняемого не может быть избрана иная, менее суровая мера пресечения. Требования УПК РФ, вышеуказанные разъяснения ВС РФ, данные о личности ФИО8 свидетельствуют об отсутствии оснований применять к нему исключительную меру пресечения в виде содержания под стражей. Указывает, что вопреки позиции суда первой инстанции, в ходе производства по уголовному делу не установлено обстоятельств, указанных в ч.1 ст.97, ч.1 ст.108 УПК РФ, которые могли бы обосновать применение к ФИО8 исключительной меры пресечения. Вопреки требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ и решениям высших судебных инстанций, постановление суда первой инстанции не является мотивированным: в нем не содержится мотивов, которые могли бы объяснить, почему судом приняты за основу предположения следственного органа о возможности ФИО8 воздействовать на свидетелей при том, что эти утверждения не обоснованы какой-либо аргументацией и носят надуманный характер, не являются реальными, не подтверждаются достоверными сведениями и доказательствами. Считает, что постановление носит коллективный характер, поскольку было вынесено в отношении двоих обвиняемых. Судом не обеспечено индивидуального исследования обстоятельств, имеющих значение для принятия законного и обоснованного решения, в отношении каждого обвиняемого и не изложено мотивов продления срока их содержания в СИЗО, при этом суд ограничился общими формулировками о возможном давлении на свидетелей. При этом существенно различаются обстоятельства, касающиеся личности обвиняемых, включая семейное положение и иные факторы, позволяющие индивидуализировать выводы о наличии оснований для продления срока содержания под стражей по каждому из обвиняемых. Вынесение коллективных решений о продлении срока содержания под стражей без оценки личной ситуации каждого из обвиняемых противоречит судебной практике, в том числе прецедентной практике ЕСПЧ.

В дополнительной апелляционной жалобе адвокат Чуприн В.В. обращает внимание суда на то, что в судебном заседании обвиняемый ФИО8 явно и недвусмысленно заявил отвод конкретному адвокату по назначению Харчевникову В.В. Ранее следователю ФИО11 также поступило заявление ФИО8 об отказе в участии адвоката Харчевникова В.В. в его защите. В нарушение требований ч.2 ст.256 УПК РФ судья в ходе судебного заседания 26 июля 2025 года рассмотрел заявленный отвод без удаления в совещательную комнату, что подтверждает протокол судебного заседания и аудиопротокол от 26 июля 2025 года. Допущенное нарушение требований ч.2 ст.256 УПК РФ является существенным. Указывает, что в нарушение требований ст.232 УПК, ч.4 ст.231 УПК РФ судом не дано распоряжение о вызове защитника ФИО8 – адвоката Чуприна В.В., в связи с чем из суда на мобильный телефон защитника Чуприна В.В. не было сделано ни одного вызова, никаких телефонограмм не оформлялось и таковые отсутствуют в материалах дела. В суде следователь ФИО11 сообщил об уведомлении защитника посредством «вотсап» и о направлении им соответствующего извещения по почте. Однако, во-первых, судья в нарушение требовании ст.232 УПК РФ переложил обязанность о вызове защитника на следственный орган, что не предусмотрено УПК РФ, во-вторых, поскольку почтовые отправления не доставляются мгновенно, по г. Воронежу они доставляются в течение 1-2 дней, а с учетом того, что 26 июля 2025 года является выходным днем, отправление не могло быть доставлено защитнику до начала судебного заседания. Поскольку на дату 31 июля 2025 года никакого уведомления от следователя ФИО11 защитнику Чуприну В.В. не поступало, то следовательно, следователь ФИО11 дал суду недостоверные показания - на самом деле следователь не направлял никакого уведомления, а соврал суду в интересах скорейшего рассмотрения его запоздалого ходатайства без избранного обвиняемым ФИО8 защитника. В-третьих, прием сообщений по системе обмена сообщениями «WhatsApp» возможен только в период подключения к международной сети Интернет и при нахождении телефона в зоне действия Wi-Fi. Поскольку мобильный телефон защитника Чуприна В.В. не был подключен к международной сети Интернет, то получение извещения от следователя посредством такого вида связи обеспечено быть не могло и не было доставлено защитнику, в чем имел возможность убедиться судья, в случае своей непредвзятости, при этом способ извещения по «WhatsApp» не предусмотрен УПК РФ. Полагает, что суд уклонился от выполнения требований ст.232, ч.4 ст.231 УПК РФ, проигнорировал факт надлежащего извещения защитника Чуприна В.В. о дате, времени и месте судебного заседания в Ленинском районном суде г. Воронежа, назначенного на выходной день 26 июля 2025 года, что лишило ФИО8 возможности в полной мере реализовать свое право на защиту и повлияло на принятое решение. Указывает, что суд первой инстанции в судебном заседании в отношении обвиняемого ФИО8 исследовал только три свидетельства о рождении детей. Другие документы, положительно характеризующие ФИО8, поступили в суд внепроцессуально, после судебного заседания для придания видимости состязательности и не были исследованы в суде, что подтверждает протокол судебного заседания и аудиопротокол от 26 июля 2025 года. Таким образом, суд не учел имевшиеся у стороны защиты сведения о личности, положительно характеризующие обвиняемого ФИО8, которые не были представлены суду ввиду нарушения требований ч. 8 ст. 109, ч. 4 ст. 231 УПК РФ и проведения заседания в пожарном порядке. При этом, помимо доводов стороны защиты, изложенных в п.2 апелляционной жалобы от 28 июля 2025 года, необходимо указать заключение специалиста от 26.07.2025 г. – психологическое обследование в отношении ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р. и в отношении ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р., полученное защитником в ходе сбора сведений и доказательств, необходимых для оказания юридической помощи обвиняемому ФИО8 в соответствии с ч.3 ст.86, ч.1 ст.53 УПК РФ, а также ч.3 ст.6 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», согласно выводам которого установлено, что длительное вынужденное отсутствие отца ФИО8 в семье, негативно сказывается на психическом здоровье и психологическом состоянии подэкспертных: ФИО9, ФИО3, так как он является абсолютно для них значимым лицом. В данной ситуации, сложно предугадать последствия психологической травмы в будущем. Следует учитывать то обстоятельство, что в силу действующего законодательства, любое решение суда в гражданском или уголовном процессе должно быть направлено на создание максимально благоприятных условий для жизни и здоровья в отношении ФИО5: ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и в отношении ФИО6: ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Считает что нахождение ранее не судимого, многодетного отца ФИО8 в следственном изоляторе крайне негативно отражается на психическом здоровье и психологическом состоянии его малолетних дочерей.

Проверив представленный материал, исследовав доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для их удовлетворения в силу следующих обстоятельств.

Как следует из представленного материала, на момент поступления 25 июля 2025 года в Ленинский районный суд г. Воронежа ходатайства следователя о продлении срока содержания ФИО8 под стражей, его защиту осуществлял по соглашению адвокат Чуприн В.В. Данный защитник был извещен 23 июля 2025 года следователем ФИО11 о том, что на 14-00 28 июля 2025 года назначено судебное заседание по рассмотрению вышеуказанного ходатайства в Центральном районном суде г. Воронежа, в связи с чем адвокат Чуприн В.В. был вынужден ходатайствовать перед Ленинским районным судом г. Курска об отложении судебного заседания, ранее назначенного на 28 июля 2025 года. О дате и месте проведения судебного заседания для решения вопроса о продлении срока содержания под стражей его подзащитному, назначенного на 26 июля 2025 года в Ленинском районном суде г. Воронежа, адвокат Чуприн В.В. следователем извещен не был. Имеющееся в представленном материале и подписанное следователем извещение от 25.07.2025 года адвоката Чуприна В.В. о судебном заседании, назначенном на 26 июля 2025 года в Ленинском районном суде г. Воронежа, не свидетельствует о надлежащем извещении адвоката Чуприна В.В., поскольку отсутствуют сведения о способе направления данного извещения и получении его адвокатом Чуприным В.В.

При таких обстоятельствах извещение адвоката Чуприна В.В. о переносе судебного заседания на26 июля 2025 года в Ленинском районном суде г. Воронежа, нельзя признать надлежащим, в силу чего отсутствуют основания считать причину неявки адвоката Чуприна В.В. в суд в указанное время, неуважительной.

Принимая во внимание вышеизложенное, а также учитывая, что обвиняемый ФИО8 отказался от назначенного судом защитника - адвоката Харчевникова В.В., настаивая на участии в судебном заседании адвоката Чуприна В.В., суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что право ФИО8 на защиту при рассмотрении районным судом приведенного выше ходатайства следователя, было нарушено.

Поэтому постановление Ленинского районного суда г. Воронежа от 26 июля 2025 года о продлении срока содержания под стражей ФИО7 и ФИО8 подлежит отмене.

С учетом того, что в суде апелляционной инстанции защиту ФИО8 осуществляет адвокат по соглашению Чуприн В.В., который в полной мере привел данному суду свои суждения о необоснованности ходатайства следователя о продлении срока содержания ФИО8 под стражей, вышеуказанное процессуальное нарушение устранимо в суде апелляционной инстанции.

Поэтому суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции, считает возможным рассмотреть названное ходатайство следователя по существу без передачи материала в суд первой инстанции.

В соответствии с ч. 1 ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ.

В соответствии с ч. 2 ст. 109 УПК РФ срок содержания под стражей может быть продлен судьей районного суда в случае невозможности закончить предварительное следствие в установленный срок при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения, на срок до 6 месяцев.

Эти и другие требования уголовно-процессуального закона, регламентирующие условия и порядок продления срока содержания под стражей, по настоящему делу не нарушены.

Утверждения защитника о нарушении подсудности рассмотрения ходатайства следователя, суд апелляционной инстанции находит необоснованными. Согласно абз.2 п. 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, запрета определенных действий, домашнего ареста и залога», решение о продлении срока содержания под стражей принимает суд по месту производства предварительного расследования или по месту содержания обвиняемого под стражей. В случаях, когда предварительное расследование по уголовному делу производится следственным органом, занимающим в системе следственных органов положение вышестоящего по отношению к следственным органам районного уровня (ч.6 ст.152 УПК РФ), ходатайство об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу либо о продлении срока содержания под стражей рассматривает районный суд, гарнизонный суд по месту нахождения следственного органа, в производстве которого находится уголовное дело. Вопреки доводам защиты, ходатайство следователя рассмотрено Ленинским районным судом г. Воронежа с соблюдением правил подсудности, поскольку в данном случае в порядке ч.6 ст.152 УПК РФ уголовное дело в вышестоящий следственный орган не передавалось, а преступление совершено на территории Ленинского районного суда <адрес> по адресу: <адрес>.

Вопреки доводам апелляционных жалоб и суждений стороны защиты в суде апелляционной инстанции, имеются основания для продления срока содержания ФИО7 и ФИО8 под стражей. Так, предварительное расследование не окончено по объективным причинам, указанным в ходатайстве следователя, в связи с необходимостью проведения значительного объема следственных действий, в том числе 16 назначенных судебных экспертиз. Срок следствия продлен до 4 месяцев, то есть по 29 сентября 2025 года включительно. При этом, ФИО7 и ФИО8, инкриминируется совершение умышленного тяжкого преступления в составе группы лиц по предварительному сговору, с использованием своего служебного положения, связанного с хищением имущества на сумму свыше 37 млн. рублей, за которое уголовным законом предусмотрено безальтернативное наказание в виде лишения свободы на длительный срок. Кроме того, ФИО7 и ФИО8 знакомы с иными участниками производства по делу, в том числе, находящимися в их непосредственном подчинении. Поэтому сохраняются достаточные основания полагать, что находясь на свободе и предвидя возможность реального наказания, обвиняемые могут оказать давление на участников уголовного судопроизводства, уничтожить и сфальсифицировать доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу. При этом обстоятельства, в связи с которыми в отношении обвиняемых ФИО7 и ФИО8 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, в отношении каждого, не изменились. Оснований для изменения или отмены меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО7 и ФИО8, с учетом вышеуказанных обстоятельств, не имеется. Обстоятельств, препятствующих содержанию ФИО7, ФИО8 под стражей, в том числе связанных с состоянием здоровья обвиняемых, не установлено.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, ФИО7 и ФИО8 не относятся к числу лиц, указанных в ч.1.1 ст.108 УПК РФ.

Наличие у обвиняемого ФИО8 малолетних детей и положительных характеристик по месту работы и жительства само по себе не является основанием для отказа в удовлетворении ходатайства следователя, поскольку указанные обстоятельства не исключают возможности совершения действий, направленных на воспрепятствование производства по делу.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, районный суд дал оценку действиям следователя, выразившимся в поступлении в суд ходатайства о продлении срока содержания под стражей в нарушение предусмотренного законом семидневного срока, путем вынесения частного постановления в адрес начальника главного следственного управления ГУ МВД Росси по Воронежской области, обратив внимание последнего на нарушение сроков предоставления в суд ходатайств о продлении срока содержания обвиняемых под стражей и недопущения подобного впредь.

При таких данных имеются основания для удовлетворения вышеуказанного ходатайства следователя и продления срока содержания ФИО7 и ФИО8 под стражей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Ленинского районного суда г. Воронежа от 26 июля 2025 года о продлении срока содержания под стражей обвиняемого ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ г.р., отменить.

Продлить срок содержания под стражей обвиняемого ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на 2 месяца 00 суток, а всего до 2 месяцев 27 суток, то есть по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

Продлить срок содержания под стражей обвиняемого ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на 2 месяца 00 суток, а всего до 2 месяцев 27 суток, то есть по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

Апелляционные жалобы оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции.

Копия апелляционного постановления направляется администрации места содержания под стражей для вручения обвиняемым ФИО7, ФИО8, содержащимся под стражей, в течение 3 суток со дня поступления копии апелляционного постановления в суд, вынесший обжалованное постановление.

Обвиняемые ФИО7, ФИО8 вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении материала судом кассационной инстанции.

Судья А.Н. Матвеев