Решение № 2-699/2017 2-699/2017~М-738/2017 М-738/2017 от 20 сентября 2017 г. по делу № 2-699/2017

Дело № 2-699/2017 <данные изъяты>


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Торжок 21 сентября 2017 года

Торжокский городской суд Тверской области в составе:

председательствующего судьи Голубевой О.Ю.,

при секретаре Раевой Е.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации и межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации «Торжокский» о компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации и межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации «Торжокский» и просит взыскать компенсацию причиненного ему морального вреда в размере 100 000 рублей.

В основании иска указывает, что постановлением Торжокского городского суда Тверской области от 29 июня 2017 года (дело №3/10-17/2017) удовлетворена его жалоба, поданная в порядке статьи 125 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации, на действия (бездействия) сотрудника УУП отдела УУП и ПДН МО МВД России «Торжокский» старшего лейтенанта полиции ФИО2

Указанным постановлением Торжокского городского суда действия (бездействия) старшего лейтенанта полиции ФИО2 были признаны незаконными; действия (бездействия) выразились в отказе возбуждения уголовного дела в отношении ФИО3 в совершении преступления.

Решение соответствующего должностного лица об отказе в возбуждении уголовного дела является актом, прекращающим проверочные мероприятия и дальнейшее движение материалов по сообщению о преступлении, тем самым препятствующим доступу к правосудию, в связи с чем оно должно приниматься компетентным должностным лицом как с точки зрения территории обслуживания и предмета проверки – подследственности, так и с точки зрения подведомственности, установленных статьями 151, 152 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации.

ФИО2 не был наделен правом принятия процессуального решения по его сообщению о преступлении; он обязан был принять решение о передаче сообщения по подследственности в соответствии со статьей 151 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации, что прямо предусмотрено пунктом 3 части 1 статьи 145 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации); однако указанные требования закона выполнены не были, что привело к принятию незаконного решения по вопросам, выходящим за компетенцию участкового уполномоченного полиции.

Таким образом, ФИО2 незаконно и необоснованно не уведомил его о направлении материала проверки по его сообщению о преступлении в другой орган дознания, чем были нарушены его законные права, а также конституционные права на защиту от преступления; ограничен доступ к правосудию.

Кроме того, ему были причинены физические страдания, а именно данные действия (бездействия) повлекли в отношении него незаконные действия процессуального характера (он был вынужден находиться в ИВС в г. Торжке в ненадлежащих условиях содержания, которые были признаны таковыми постановлением Торжокского городского суда от 26 июня 2017 года (дело №2-428/2017)); ненадлежащие условия содержания в ИВС, нервные переживания привели к тому, что его этапировали в ФКЛПУ «Областная больница УФСИН России по Тверской области», где он был вынужден проходить медикаментозное лечение.

За причиненные моральные и физические страдания просит взыскать компенсацию морального вреда в сумме 100 000 рублей.

Истец ФИО1, надлежаще извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в суд не вызывался.

Разрешая вопрос о личном участии в судебном заседании истца ФИО1, отбывающего наказание в виде лишения свободы, суд принимает во внимание обстоятельства дела и характер затрагиваемых прав истца, предмет доказывания по настоящему делу, а также особенности доказательственной базы, являющейся преимущественно документальной и находящейся в распоряжении ответной стороны, и находит, что гарантии права истца на судебную защиту могут быть реализованы, а цели правосудия достигнуты без личного участия осужденного в судебном заседании.

При этом истцу ФИО1 разъяснялось право изложить свою позицию относительно всех аспектов дела и довести ее до сведения суда путем допуска к участию в деле представителей, предоставления письменных объяснений, а также иными предусмотренными законом способами.

Кроме того, гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами не предусмотрена возможность этапирования лиц, отбывающих наказание в исправительных учреждениях, для обеспечения их права на личное участие в разбирательстве судами гражданских дел, по которым они являются истцами, ответчиками, третьими лицами или другими участниками процесса.

Не гарантировано такое право и Конвенцией о защите прав человека и основных свобод, поскольку статья 6 Конвенции гарантирует не право на личное присутствие в суде по гражданским делам, а более общее право эффективно представлять свое дело в суде и находиться в равном положении по отношению к противной стороне.

Заявителю, участнику гражданского судопроизводства должна быть предоставлена разумная возможность узнавать и комментировать доводы или доказательства, предоставленные другой стороной, и представлять свое дело в условиях, не ставящих его в невыгодное положение по отношению к своим оппонентам.

В настоящем гражданском споре ответная сторона волеизъявления на непосредственное участие в судебном разбирательства не выразила, фактически в судебном заседании не участвовала, каких-либо доказательств, в том числе письменных, опровергающих фактические обстоятельства, изложенные в исковом заявлении, суду не представила, что позволяет констатировать соблюдение равенства сторон в контексте гарантии «справедливого судебного разбирательства».

Более того, право на «публичное разбирательство» согласно пункту 1 статьи 6 Конвенции как включающее в себя право на «устное слушание» не является абсолютным. Устное слушание может и не быть необходимым в исключительных обстоятельствах дела, например, в случаях, когда оно не поднимает фактических или правовых вопросов, которые не могут быть надлежащим образом разрешены на основании материалов дела и письменных доводов сторон.

Таким образом, в случае участия осужденного к лишению свободы в качестве стороны в гражданском деле его право довести до суда свою позицию может быть реализовано и без личного участия в судебном разбирательстве (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 11 июля 2006 года № 351-О, от 16 ноября 2006 года № 538-О, от 21 февраля 2008 года № 94-О-О).

Положения статьи 155.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации также не содержат безусловной обязанности суда организовать участие лица, отбывающего наказание в виде лишения свободы, при рассмотрении гражданского дела посредством видеоконференц-связи.

При этом по смыслу закона суд может обеспечить посредством видеоконференц-связи личное участие в судебном заседании лица, отбывающего наказание, если из существа дела вытекает необходимость дачи им объяснений, которые не могут быть изложены письменно либо через представителя.

В исковом заявлении ФИО1 подробно изложил обстоятельства, на которых он основывает свои требования, представил необходимые, по мнению истца, письменные доказательства; обстоятельства, наличие которых исключает предоставление письменных объяснений либо доведение их до суда через представителя, судом не установлено, о наличии таковых истцом не заявлено; имеющихся в материалах дела доказательств достаточно для правильного рассмотрения и разрешения настоящего гражданского дела.

При таких обстоятельствах суд не усматривает оснований для рассмотрения спора с личным участием истца, в том числе по правилам статьи 155.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Представитель ответчика – Министерства финансов Российской Федерации, надлежаще извещенный о месте и времени судебного разбирательства, в суд не явился, об уважительности причин неявки не уведомил, просил рассмотреть дело в отсутствие представителя Министерства.

Из представленных суду письменных возражений следует, что истцом не представлены доказательства, подтверждающие совершение должностным лицом МО МВД России «Торжокский» незаконных, противоправных, виновных действий (бездействия) и причинение морального вреда.

Считает, что постановление Торжокского городского суда Тверской области от 29 июня 2017 года по делу № 3/10-17/2017 не подтверждает виновного причинения должностным лицом МО МВД России «Торжокский» морального вреда истцу, и не может явиться основанием для вывода о незаконности действий (бездействия) должностного лица МО МВД России «Торжокский», и не является достаточным основанием для удовлетворения заявленных ФИО1 требований о компенсации морального вреда.

Полагает, что выявленный Торжокским городским судом Тверской области в постановлении от 29 июня 2017 года по делу № 3/10-17/2017 факт нарушения должностным лицом МО МВД России «Торжокский» требований, предусмотренных статьями 145, 151, 152 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации, свидетельствует о нарушении должностным лицом МО МВД России «Торжокский» требований уголовно-процессуального законодательства, но не подтверждает виновного причинения должностным лицом МО МВД России «Торжокский» морального вреда истцу, а само по себе признание факта нарушения должностным лицом МО МВД России «Торжокский» требований уголовно-процессуального законодательства не является достаточным основанием для удовлетворения заявленных ФИО1 требований о компенсации морального вреда.

Кроме того, факт установления нарушений должностным лицом МО МВД России «Торжокский» требований, предусмотренных статьями 145, 151, 152 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации, сам по себе является способом компенсации морального вреда.

В нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ФИО1 не доказано наличие юридически значимой совокупности оснований для применения меры гражданско-правовой ответственности, предусмотренной статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, а именно: факт незаконного действия (бездействия), вина должностного лица МО МВД России «Торжокский», причинение морального вреда (наличие и степень нравственных и физических страданий), его размер, причинно-следственная связь между незаконными действиями (бездействием) должностного лица МО МВД России «Торжокский» и наступившими страданиями.

В соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающие на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной собственности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

При рассмотрении гражданских исков о возмещении морального вреда судом устанавливается: чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий; при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены; какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим; в какой сумме он оценивает их компенсацию; и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

В данном постановлении Верховный Суд Российской Федерации дал разъяснения о том, что степень нравственных и физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств дела, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

ФИО1 не представлены доказательства, подтверждающие факт причинения ему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, какие нравственные или физические страдания перенесены истцом в результате действий (бездействия) должностного лица МО МВД России «Торжокский» в связи с нарушением требований уголовно-процессуального законодательства, подтверждающих наличие нравственных или физических страданий.

Утверждения истца о том, что ему был ограничен доступ к правосудию, вынужден был проходить медикаментозное лечение, не являются допустимыми доказательствами причинения нравственных и физических страданий должностным лицом МО МВД России «Торжокский» в связи с нарушением требований уголовно-процессуального законодательства, и, следовательно, не могут служить основанием компенсации морального вреда.

Утверждения истца не находят своего объективного подтверждения, заявлены голословно.

Истцом не представлено суду надлежащих доказательств, с достоверностью подтверждающих ухудшение состояния здоровья, также как и не представлено доказательств того, что это произошло именно в связи с нарушением требований уголовно-процессуального законодательства должностным лицом МО МВД России «Торжокский».

Кроме того, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела вынесено должностным лицом МО МВД России «Торжокский» 27 сентября 2013 года, а на лечении в ФКЛПУ ОБ УФСИН России по Тверской области истец находился в августе 2013 года.

Считает, что требования ФИО1 о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат, поскольку в результате действий должностного лица МО МВД России «Торжокский» в связи с нарушением требований уголовно-процессуального законодательства ему не были причинены нравственные или физические страдания, не были нарушены нематериальные блага или неимущественные права.

Нарушение требований уголовно-процессуального законодательства не являются доказательством причинения нравственных или физических страданий истцу, нарушения нематериальных благ или неимущественных прав.

Доказательств претерпевания истцом нравственных или физических страданий по вине должностного лица МО МВД России «Торжокский» в связи с нарушением требований уголовно-процессуального законодательства не представлено.

При определении размера денежной компенсации необходимо учитывать тяжесть причиненного морального и физического вреда.

Пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации морального вреда также должны учитываться требования разумности и справедливости.

В случае причинения морального вреда предполагается и подлежит доказыванию размер компенсации этого вреда, так как в соответствии с частью 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размера компенсации морального вреда суд должен принимать во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства, степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. (Определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Российской Федерации от 28 ноября 2000 года).

Каких-либо документов, подтверждающих ухудшение состояния здоровья истца, перенесение истцом нравственных или физических страданий, определяющих величину компенсации морального вреда, не представлено.

Сумма в 100 000 рублей, которую ФИО1 просит взыскать в счет компенсации морального вреда, не обоснована, не отвечает требованиям разумности и справедливости, является завышенной, а возмещение морального вреда, по сути своей, не должно быть средством обогащения.

Доказательств, подтверждающих размер денежной компенсации морального вреда, а также того, что данная сумма соответствует перенесенным нравственным и физическим страданиям, ФИО1 не представил, обоснованного расчета в обоснование своего вывода он не привел.

ФИО1 не доказано наличие состава деликтного обязательства, не доказаны все условия наступления ответственности и, следовательно, при таких обстоятельствах, когда не имеется доказательств, подтверждающих наличие предусмотренных законом элементов ответственности для компенсации морального вреда, исковые требования истца удовлетворению не подлежат.

Министерство финансов Российской Федерации является ненадлежащим ответчиком по делу.

По правилам статьи 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

На основании пункта 1 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации от имени Российской Федерации и субъектов Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов.

В силу подпункта 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации применительно к рассматриваемому спору, главный распорядитель средств федерального бюджета выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного физическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, не соответствующих закону или иному правовому акту.

Подпункт 12.1 пункта 1 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации предусматривает, что главный распорядитель средств федерального бюджета отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств.

Таким образом, по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов власти, предъявляемым к Российской Федерации, от ее имени в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств.

В соответствии с подпунктом 100 пункта 11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 21 декабря 2016года № 699 МВД России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета.

Таким образом, надлежащим ответчиком по настоящему делу является Российская Федерация в лице МВД России, в ведении которого находятся бюджетные средства, необходимые для обеспечения надлежащих условий содержания в специальных изоляторах лиц, подозреваемых (обвиняемых) в совершении преступлений.

На основании изложенного просит в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

Представитель ответчика – Межмуниципального отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации «Торжокский», надлежаще извещенный о месте и времени судебного разбирательства, в суд не явился, об уважительности причин неявки не уведомил, просил рассмотреть дело в отсутствие представителя Отдела.

Из представленных суду письменных возражений следует, что согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействий) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со статьей 47 Федерального закона от 07 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» финансовое обеспечение деятельности полиции осуществляется за счет средств федерального бюджета с 01 января 2012 года.

Сумма, заявленная истцом к взысканию, ничем не обоснована с точки зрения разумности и справедливости; кроме того сумма, в которую оценивается причиненный моральный вред, должна быть аргументирована, а не просто назван ее размер; каких-либо доказательств причинения морального вреда представлено не было.

Согласно постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» полагает, что суду необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения истцу нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные и физические страдания перенесены истцом, в какой сумме или иной материальной форме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда, является вина причинителя.

Также необходимо отметить, что у истца отсутствует право требования компенсации морального вреда, поскольку он не представил доказательств, что сотрудниками полиции МО МВД России «Торжокский», в том числе УУП отдела УУП и ПДН МО МВД России «Торжокский» старшим лейтенантом полиции ФИО2, действительно были совершены какие-либо действия, свидетельствующие о нарушении личных неимущественных прав или нематериальных благ, также истцом не было доказано наличие причинно-следственной связи и сам факт возникновения морального вреда.

Анализ материала проверки КУСП № от 26 августа 2013 года указывает на то, что в ходе проверки заявления гражданина ФИО1 были получены все необходимые объяснения лиц, причастных к случившемуся событию и принятое решение об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствием в деянии состава преступления УУП отдела УУП и ПДН МО МВД России «Торжокский» старшим лейтенантом полиции ФИО2 является законным и обоснованным, основанным на всестороннем анализе всех материалов проверки по сообщению о преступлении.

Считает, что нет оснований полагать, что действия сотрудника полиции МО МВД России «Торжокский» при отказе в возбуждении уголовного дела были незаконными, так как совершались в рамках действующего уголовного и уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации.

Представитель соответчика – Министерства внутренних дел Российской Федерации, надлежаще извещенный о месте и времени судебного разбирательства, в суд не явился, о рассмотрении дела в отсутствие представителя Министерства не просил.

Представитель третьего лица – Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Тверской области, надлежаще извещенный о месте и времени судебного разбирательства, в суд не явился, о рассмотрении дела в отсутствие представителя Управления не просил.

Из представленных суду письменных возражений следует, что в соответствии со статьей 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно статье 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания компенсации морального вреда определяются правилами, предусмотренными Гражданского кодекса Российской Федерации, в том числе статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

Обстоятельства, на которые указывает истец в своем исковом заявлении как на основание для взыскания компенсации морального вреда, находятся за рамками положений статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что заявленное истцом требование о выплате компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей не основано на нормах права статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, а доказательств вины ответчиков в причинении истцу морального вреда материалы дела не содержат, в связи с чем оснований для удовлетворения предъявленных истцом требований не имеется.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Однако в нарушение вышеуказанной нормы ФИО1 не представил каких-либо доказательств, обосновывающих заявленные требования.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 8 постановления от 20 декабря 1994 года № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» также указал, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

С учетом вышеизложенного МВД России полагает, что к доводам истца о выплате компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей следует отнестись критически.

На основании изложенного просит в удовлетворении исковых требований ФИО1 о выплате компенсации морального вреда в сумме 100 000 рублей отказать в полном объеме.

Третье лицо ФИО2, надлежаще извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явился, о причинах неявки не уведомил, о рассмотрении дела в свое отсутствие не просил.

В соответствии с частями 3 и 5 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд находит возможным рассмотреть настоящее гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив доводы искового заявления ФИО1, исследовав письменные доказательства, имеющиеся в материалах дела, суд приходит к следующему.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации предусмотрено право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Вред, причиненный гражданину, может быть моральным и имущественным.

В силу пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению лицом, причинившим вред.

Статьей 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации определены способы возмещения имущественного вреда: возмещение вреда в натуре или возмещение убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо произвело или должно будет произвести для восстановления его нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб) и неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из положений статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

На основании пункта 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации (в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста), возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации. Вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу.

Как установлено статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом (пункт 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, гражданское законодательство рассматривает компенсацию морального вреда как один из способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации), ответственность за вред, причиненный государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами наступает при наличии общих (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальных условий (статьи 1069, 1070, 1099, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Общим основанием ответственности за вред, по смыслу пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, является вина причинителя, который освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данных в пункте 1 постановления от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (в редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 06 февраля 2007 года № 6), следует, что суд должен установить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Из приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что, по общему правилу, необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Следовательно, обязанность по компенсации морального вреда (в данном случае заявлено исковое требование о компенсации морального вреда к территориальному органу Министерства внутренних дел Российской Федерации) может быть возложена на государственные органы или должностных лиц этих органов при наличии вины указанных органов и лиц в причинении вреда.

Как следует из материалов дела № 3/10-17/2017 по жалобе ФИО1 А.Б. в порядке статьи 125 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации, исследованных в судебном заседании, 26 августа 2013 года ФИО1 обратился в МО МВД России «Торжокский» с заявлением о привлечении к уголовной ответственности и возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 (КУСП № от 26 августа 2013 года).

27 сентября 2013 года УУП МО МВД России «Торжокский» лейтенантом полиции ФИО2 вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3

ФИО1 обратился в Торжокский городской суд Тверской области с жалобой на действия (бездействия) сотрудника УУП отдела УУП и ПДН МО МВД России «Торжокский» в порядке статьи 125 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации.

Постановлением Торжокского городского суда Тверской области от 29 июня 2017 года жалоба ФИО1 удовлетворена; постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, вынесенное 27 сентября 2013 года участковым уполномоченным полиции МО МВД России «Торжокский» лейтенантом полиции ФИО2, признано незаконным и необоснованным. На начальника МО МВД России «Торжокский» возложена обязанность устранить допущенное нарушение.

Постановление суда вступило в законную силу 11 июля 2017 года.

Между тем из содержания постановления Торжокского городского суда Тверской области от 29 июня 2017 года видно, что основанием отмены принятого в ходе проверки сообщения о преступлении постановления являлись не нарушения прав заявителя, а нарушения должностным лицом требований процессуального закона, определяющего компетенцию соответствующих должностных лиц.

Соответственно, доводы истца о незаконности действий УУП МО МВД России «Торжокский» ФИО2 сами по себе не могут рассматриваться как доказательство безусловного нарушения охраняемых законом прав и интересов истца и причинения ему нравственных страданий, требующих компенсации в денежной форме.

Иных доказательств того, что в результате незаконных действий должностного лица были нарушены какие-либо нематериальные блага истца, подлежащие восстановлению путем их компенсации в денежном выражении, ФИО1 не представлено.

Значит, вопреки утверждению истца, в рассматриваемом случае отсутствует необходимая совокупность элементов, предусмотренная статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, порождающая обязательства по возмещению вреда.

Принимая подобное решение, суд учитывает также, что разрешая вопрос о возложении на нарушителя обязанности денежной компенсации морального вреда, следует исходить из самого понятия «личные нематериальные блага» потерпевшего, которые могут быть нарушены неправомерным действием (бездействием), к которым в силу пункта 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации относятся: жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Обстоятельства, подтверждающие причинение истцу нравственных и физических страданий, нарушения его личных неимущественных прав в связи с допущенным должностным лицом органа дознания процессуальным нарушением положений Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, а также наличия причинно-следственной связи между действиями должностного лица и нравственными и физическими страданиями истца, при рассмотрении дела не установлены.

Нарушение, допущенное УУП МО МВД России «Торжокский» ФИО2, подлежит устранению в порядке, предусмотренном уголовно-процессуальным законодательством (статья 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, истец реализовал свое конституционное право на доступ к правосудию в рамках Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, действия указанного должностного лица признаны незаконными по жалобе истца в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Действующее законодательство не предусматривает возможности компенсации морального вреда заявителю в случае признания незаконными действий должностного лица в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Органы следствия и дознания вправе самостоятельно совершать определенные процессуальные действия, а истец в случае несогласия с данными действиями вправе их обжаловать, иного способа защиты прав потерпевшего в данном случае Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации не предусматривает.

В силу вышесказанного сам по себе факт признания незаконными действий, решений правоохранительных или следственных органов в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для компенсации морального вреда не является.

К числу иных оснований требования денежной компенсации морального вреда, прямо предусмотренных законом, на которые содержится ссылка в статье 151, пункте 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, в частности, относятся основания, предусмотренные статьями 1070, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 44 Уголовного кодекса Российской Федерации, статьей 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Однако в рассматриваемом споре такие основания отсутствуют.

При таких обстоятельствах, учитывая отсутствие доказательств причинения истцу морального вреда действиями (бездействием) должностного лица МО МВД России «Торжокский», правовых оснований для удовлетворения заявленного искового требования о компенсации морального вреда не имеется.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации и межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации «Торжокский» о компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей отказать.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Решение не вступило в законную силу.

Судья О.Ю. Голубева